Часть 14. Проклятый Турнир.

Харренхолл — легендарный замок, по преданию построенный на крови. Когда-то он был величественным, но пал под драконьим пламенем. Харренхолл, несмотря на разрушения, был великолепен. Конечно, для полного восстановления замка требовались значительные средства. Но если у лорда была голова на плечах, всё было возможно. По крайней мере, так считала Кьяра. Лорд Уэнд, однако, не славился умом, поэтому замок пребывал в запустении. Кьяра прибыла на турнир вместе с Элией. Рейгар надеялся созвать там Великий Совет, чтобы объявить своего отца невменяемым и сместить его с трона. По мнению Кьяры, это следовало сделать сразу, как Рейгар достиг совершеннолетия. Это упростило бы всё. Особенно для неё. После того как Джейме вступил в Королевскую Гвардию, Эйрис потерял контроль над собой. Сначала он убил Киеру, а затем потребовал, чтобы ему приводили только рыжеволосых женщин. Очень редко эти несчастные оставались в живых. За Кьярой король больше не посылал гонцов. Теперь у него появилась новая мания — он хотел, чтобы она сама пришла к нему. Кьяра не понимала, что творится в голове короля, но он был уверен, что она мечтает о близости с ним, просто пока не осознаёт этого. Поэтому он решил открыть ей глаза на её истинные чувства. Его метод был странным и пугающим. Каждый раз, когда королю хотелось увидеть Кьяру, он вызывал её в Тронный Зал. Там он мог часами смотреть на неё, а ей оставалось только стоять и молчать. От его пристального взгляда ей становилось не по себе, но он больше не пытался домогаться её. Если Эйрис был в особенно «хорошем» настроении, то Кьяре приходилось наблюдать за его временными любовницами. Он заставлял их ползать перед ним на коленях и восхвалять его как великого любовника. Она не понимала, чего он добивался, но если его цель была довести её до нервного срыва, то Эйрис преуспел. Кьяра чувствовала себя загнанной в ловушку, из которой не было выхода. Казалось, она оказалась в палате номер шесть, и спасения не было. Удивительно, но по королевству не ходили слухи о её связи с королём. Лорды должны были заметить, что Эйрис проявляет чрезмерное внимание к племяннице Тайвина Ланнистера, но Кьяра не слышала ни единого намёка, даже среди слуг. Потом она поняла: Сандра нашла информацию. Оказывается, лорд Варис умело гасил любые слухи, которые могли просочиться за пределы замка. Кьяра терялась в догадках: зачем евнуху это нужно? Она не представляла для него политического интереса, так почему иностранец помогал ей? Ответ на этот вопрос мог дать только сам Варис, но Кьяра боялась, что он ей не понравится, а его цена окажется слишком высокой. Поэтому она решила не обращать на это внимания и избегать Вариса. Если евнух захочет поговорить, он сам придёт. Сейчас она наслаждалась спокойствием в Харренхолле. Эйрис разрушил планы Рейгара по поводу Великого Совета, но турнир всё равно состоится, так что можно хотя бы немного расслабиться. Хотя если вспомнить, чем он закончится… Кьяра не знала, как поступить. Она понимала, что турнир станет искрой для грядущего восстания. Элия и её дети погибнут, Дорн лишится армии, а столицу разграбят... Что же делать? Кьяра не хотела, чтобы Элия и маленькая Рейнис пострадали. Но как ей пойти к подруге и рассказать, что её муж намерен взять вторую жену, из-за чего начнётся война, в которой погибнут они сами и их дети? Даже если Элия поверит, как объяснить свои видения? Сны? Пророчества? Глупости! Элия не поверит ей, решит, что она сошла с ума. Кьяре придётся разбираться самой. Или хотя бы попытаться. — Миледи, вы бледны, — заметила Сандра, отвлекая её от мрачных размышлений. — Может, вам лучше не идти на пир? Сандра была милой и учтивой девочкой. Кьяра не могла понять, как Гора мог поднять на неё руку. Но она была её личной служанкой, и никто больше не смел её бить или плохо говорить о ней. — Со мной всё в порядке, Сандра, — успокоила её Кьяра и взглянула в зеркало. Сегодня она выбрала ярко-красное платье с прозрачными рукавами, доходившими до локтей. Накидка из золотистой газовой ткани была украшена пуговками в виде львиных голов с рубиновыми глазами. Рыжие волосы Кьяры были уложены локонами и собраны на затылке рубиновой заколкой. В её ушах сверкали длинные рубиновые серьги, а на руках — браслет в виде змейки и золотистая цепочка с золотисто-красным веером. Вместо перстня она надела золотой кулон в форме тюльпана, украшенный рубинами. Удовлетворённо кивнув, Кьяра вышла из своих покоев и направилась в Зал Тысячи Огней, где должен был состояться пир. Сандор следовал за ней, как тень. — Ты можешь остаться с сестрой, если хочешь, Сандор, — предложила Кьяра, зная, что её защитник не любил такие мероприятия из-за шрама на лице. — Мой долг быть рядом с тобой, — мрачно ответил Пёс. Он сожалел, что не смог защитить её от короля. Хотя Кьяра ничего не говорила, он всё больше стыдился своей беспомощности. Войдя в зал, Кьяра с восхищением огляделась. Зал был огромным, повсюду стояли цветы и свечи. Многие гости уже танцевали, кто-то пил. Подружек она не увидела и решила выйти на балкон. Вдохнуть свежего воздуха. Но насладиться видами ей не дали. Шумная компания зашла на балкон. Особенно выделялись два брюнета, которые громко разговаривали. — Уэнд отлично организовал турнир, — раздался громкий бас, от которого Кьяра поморщилась. Она терпеть не могла людей, которые не могут сдерживать голос. Прожив новую жизнь в качестве племянницы Тайвина Ланнистера, она ещё больше оценила умение держать голос. Её дядя и отец владели этим искусством. Им даже не нужно было повышать голос, чтобы их услышали. — О, смотрите, кто у нас тут, — сказал незнакомый мужчина. — Что такая красавица делает здесь одна? Кьяра поморщилась от неприкрытого флирта. Рядом с ним стояла спутница, но он смотрел на неё. Чувства такта у этого хама отсутствовали. Обернувшись, она едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. Ну конечно, ей попались Старки-Баратеоны. Что ж, посмотрим на главных фигурантов предстоящего восстания. Роберт Баратеон был действительно красив, глупо это отрицать. Брюнет с ярко - голубыми глазами притягивал внимание. Он явно привык, чтобы женщины сами прыгали в его постель. Вот только с Кьярой это вряд ли сработает. Для неё он был слишком спесив и самоуверен. Он смотрел на неё так, будто был уверен, что она сейчас прыгнет ему на шею. Все Старки были черноволосыми и сероглазыми. Рядом с ними стояли две рыжие леди в голубых платьях с эмблемами форели. Пробежавшись глазами по всем, она задержала взгляд на Лианне Старк и решила ответить нахалу. — Разве не нужно представиться, прежде чем задавать вопросы незнакомке? — холодно спросила она. — С каких пор в благородных домах перестали учить манерам? Лицо Баратеона вытянулось от удивления. Он явно не ожидал, что кто-то не поддастся его обаянию. — Прошу прощения, миледи, — первым опомнился Бенжамин Старк. — Мы не хотели вас обидеть. Позвольте представиться: я Бенжамин Старк, а это мои братья — Брандон Старк, наследник Винтерфелла, будущий лорд Севера, Эддард Старк и Лианна. Это Роберт Баратеон, лорд Штормового Предела. С нами леди Кейтилин и Лиза Талли. — Что ж, в таком случае позвольте представиться в ответ, — сказала Кьяра, делая безупречный реверанс. — Моё имя Кьяра Ланнистер. Я старшая дочь сира Кивана Ланнистера и любимая племянница лорда Тайвина Ланнистера, Щита Ланниспорта и Хранителя Запада. Она любила представляться полным именем. Пусть это звучит пафосно и высокомерно, но ей всё равно. Имя для того и существует, чтобы им хвастаться. — Ланнистер… — фыркнул Роберт. — Ты не очень похожа на Ланнистера. — Роберт, — предостерегающе начал Нед, не желая, чтобы его друг начал ссору с представительницей самого богатого дома Вестероса. Но Кьяра опередила его. — Не помню, чтобы позволяла обращаться ко мне на «ты», — холодно сказала она, щёлкнув веером. — Вам, лорд Баратеон, нужно научиться манерам, прежде чем разговаривать с девушками. Моё почтение. Сказав это, Кьяра хотела уйти, но Баратеон преградил ей путь и попытался взять за руку. Сандор тут же отбил его руку. — Кто ты такой? — рявкнул Роберт, раздраженный тем, что его прервали. — Только попробуй еще раз прикоснуться к ней, и мне будет плевать, что ты лорд, — оскалился Сандор, заслоняя Кьяру. — Я переломаю твои руки до локтей. Лицо Баратеона побагровело от ярости. Понимая, что дело может дойти до драки, Кьяра попыталась вмешаться. Но насмешливый голос остановил начинающийся конфликт. — Что за шум, и никто не дерется? Это был Оберин Мартелл, который, прислонившись к косяку, с усмешкой смотрел на них. Его взгляд остановился на Старке и Баратеоне, а на Кьяру он посмотрел с едва заметным волнением. — Оберин, — с улыбкой сказала Кьяра. — Как я рада тебя видеть. — А уж как я рад видеть тебя, — хмыкнул Мартелл. — Особенно тебя, здоровяк, — похлопав Клигана по плечу, добавил принц Дорна. — Убери свои руки от меня, — прорычал Клиган, что заставило Мартелла рассмеяться и поднять руки в знак примирения. — Я могу забрать эту очаровательную леди, господа? — обратился Мартелл к компании, подавая руку Кьяре и притягивая ее к себе. Никто не ожидал, что между западной леди и дорнийским принцем может быть что-то общее. Кьяра мысленно усмехнулась. Вот так разрушаются стереотипы. Не дожидаясь ответа от новых знакомых, Кьяра и Оберин поспешили уйти. - Вечно тебя надо спасать, - лукаво сказал Оберин, держа руку на ее талии. - К своей чести скажу, что пыталась уйти, - сказала Кьяра. - Я не виновата, что этот Баратеон не понимает простых намеков. - Однако ты разожгла его любопытство, - уже серьезно сказал Мартелл. - Тебе мало одного страстного поклонника? - Мне его хватает с лихвой, и больше не надо, спасибо, - поежилась она и быстро огляделась в поисках этого «поклонника». Ей совсем не хотелось, чтобы он выскочил из-за угла с очередной отрубленной головой, которая будет перевязана бантиком и украшена розами. Ей хватило и прошлого раза, спасибо. - Его здесь нет и не будет, - заметив ее состояние, успокоил девушку Оберин. - Если ты забыла, то он перестал любить шумные вечера. - Ну и слава всем богам, - облегченно выдохнула Кьяра. - Я тебе предлагал бежать со мной, - тихо шепнул ей на ухо Мартелл. - Ты отказалась! - А тебе напомнить, чем это потом обернется для наших семей? - в свою очередь спросила Кьяра и, увидев его мрачный взгляд, убедилась, что он ее понял. - Давай забудем об этом. Хотя бы на время. - Хорошо, - кивнул Оберин. - Тогда могу ли я пригласить мою западную леди на танец? - Твою? - протягивая ему руку, подняла бровь Кьяра. - Мою, - уверенно сказал Оберин и повел ее в легком танце. Этот вечер был поистине волшебный. Музыка, танцы и никакого безумного короля. Кьяре хотелось бы, чтобы так было вечно... На следующий день Кьяра сидела в королевской ложе. Рядом расположились Оберин и Эшара, а напротив — Элия. На ристалище начали собираться участники турнира. Элия упомянула, что Рейгар тоже принимает участие. — Хочешь, чтобы принц сделал тебя королевой Любви и Красоты? — с доброй усмешкой спросила Эшара. — Только он и может наградить меня этим титулом, — с улыбкой ответила Элия, хитро взглянув на Кьяру. — Жаль, что мой брат не участвует в турнире. Он мог бы объявить новую королеву Любви и Красоты. — Думаешь, мне это нужно? — Кьяра подняла бровь. — Неужели ты не хочешь, чтобы тебя признали самой красивой леди в Вестеросе? — удивилась Эшара, а Оберин заинтересованно посмотрел на неё. — Я этого не говорила, — хмыкнула Кьяра. — Любая девушка мечтает о признании своей красоты, но мне больше нравятся поступки, чем красивые жесты. — И какие же поступки ты имеешь в виду? — подруги с интересом посмотрели на неё. — Это зависит от обстоятельств, — ответила Кьяра. — Одно знаю точно: мне нужен настоящий мужчина, который держит слово и отвечает за свои поступки. Если бы я хотела слушать сладкие речи о любви, я бы пошла послушать менестреля. Девушки засмеялись, а Оберин ещё больше убедился, что нужно действовать быстро, пока Кьяру не отдали другому. За весь разговор они пропустили половину турнира. Девушки обратили внимание на ристалище, когда Рейгар выбивал из седла Эртура Дейна. Когда принц победил Барристана Селми, Кьяра чуть не оглохла от оваций. Она была уверена, что громче аплодировать уже невозможно, но ошиблась. Это были самые громкие аплодисменты, которые она когда-либо слышала, даже на самых престижных концертах в её прошлом мире. Рейгар, как победитель турнира, должен был выбрать королеву Любви и Красоты. По традиции это должна была быть его жена. Однако... Кьяра сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони, когда увидела, как к принцу подошёл слуга с венком из синих роз. Не глядя на жену, Рейгар подъехал к трибуне Баратеона и вручил Лианне Старк этот злополучный венок. Над ристалищем воцарилась тишина. Все были ошеломлены. Многие взгляды обратились к королевскому ложу, где сидела бледная Элия. Она явно не ожидала такого унижения от любимого мужа. И вдруг... — Сестра! — встревоженно крикнул Оберин. — Элия! — испуганно повторила Эшара. Кьяра встревоженно посмотрела на подругу. Принцесса резко согнулась, держась за живот, и кусала губы до крови, чтобы не закричать от боли. Когда Кьяра присмотрелась, она увидела алое пятно под Элией. Что происходит? — Нужно увести её и позвать мейстера, — сказала Кьяра, опасаясь худшего. Оберин согласно кивнул и, подхватив сестру на руки, направился к выходу с трибуны. Принц явно хотел высказать зятю всё, что думает, но здоровье сестры и ребёнка было важнее. Кьяра и Эшара поспешили за ним. Уже у самой двери Кьяра обернулась и бросила взгляд на Таргариена. Тот даже не потрудился обеспокоиться состоянием своей жены. Лицемерный эгоист, подумала она. «Недолго ты будешь с этой шлюхой. Так что радуйся, пока есть время», — мстительно пронеслось у неё в голове. С этими мыслями она покинула трибуну.