Глава 8.

      Усталость. Опять.       Чертов июнь. Ладно, сам июнь не так уж плох, но вот экзамены по окончанию третьего курса… Ужас. Благо хоть они с Игорем ремонт успели к экзаменам закончить, иначе было бы куда хуже.       Но девушка не жаловалась. Игорь рядом, что еще-то нужно? Разве что можно пожаловаться только на мысли, что вновь начали мучать ее во время бессонных ночей, или когда она оставалась одна в квартире. Нет, конечно, она отгоняла их, пыталась заняться делом, но, увы, ее мысли были довольно громкие. Их почти невозможно было заткнуть.       В тот день она вернулась домой слишком поздно. В квартире тихо работал телевизор, а на диване сидел Игорь, что внимательно смотрел на Каролину, пытаясь понять: что же случилось?       — Привет. — Кудрявая слегка кивнула и прошла сразу на кухню. Нет, надо было пить поменьше.       — От тебя перегаром за километр несет. — Мужчина уже стоял возле нее и наблюдал, как пьяная девушка опирается о столешницу, чтобы не упасть. — Лапушка, что случилось?       — Не важно.       — Важно, еще как. Я же переживаю. — Игорь вздохнул и притянул к себе за талию. Но в этот раз зеленоглазая попыталась отбиться от него, что заставило майора немного удивиться. Обычно, кудряшка сама прижималась к нему и все рассказывала сразу.       — Игорь, отойди. Я хочу побыть одна.       Голубоглазый убрал руки и отошел на пару шагов. И что с ней случилось? Неужели опять начала себе что-то надумывать на фоне стресса из-за экзаменов?       — Каролина, давай поговорим. Это все из-за экзаменов, да? Ты же сама прекрасно понимаешь, что лучше…       — Ничего не лучше, Игорь, ни-че-го! Я просто устала, вот и все. Я спать. — Каролина уже было направилась к выходу, но Гром схватил ее за руку и потянул на себя.       — Стоять. Рассказывай. Я же не отстану. Что случилось?       — Игорь, отвали, я не маленький ребенок.       — Но ведешь себя именно так.       — Отпусти. Я не хочу ссориться.       — Мы и не будем. Просто все обсудим и пойдем вместе спать.       Зеленоглазая фыркнула и попыталась убрать руку Игоря, тот лишь крепче схватил ее за плечи и посмотрел в глаза.       — Хватит. Ты же знаешь, я всегда постараюсь помочь тебе. Пожалуйста, кудряшка, не заводи себя в то состояние, из которого тебя потом хрен вытащишь.       — Ладно. — Каролина вздохнула и отвела взгляд в сторону. — Я устала, у меня опять море мыслей. Сам знаешь каких. И опять страх. Начала даже думать о том, что нам лучше расстаться и…       Игорь покачал головой и, обняв ее за плечи, поцеловал в лоб, а после зарылся носом в ее волосы. Начал аккуратно поглаживать ее по спине. Да, девчонка не плакала, но состояние у нее все равно было паршивое.       — Не думай о таких вещах. Ты же знаешь, что я никогда не уйду от тебя. — тихо говорит майор, наблюдая за своей кудряшкой. — Я люблю тебя, Каролина. Ты для меня слишком дорога. И, пожалуйста, не оставляй меня одного.       — Я тебя тоже. Только я боюсь… — Каролина подняла голову, глядя в голубые глаза напротив.       — Не бойся, я всегда буду рядом. — Гром взял ее лицо в свои руки и нежно поцеловал ее в нос. — А теперь тебе бы следовало сходить в контрастный душ и сразу в постель.       Зеленоглазая едва улыбнулась и кивнула. Она нехотя отстранилась от Игоря и направилась в ванную, надеясь, что не грохнется прямо в душе. А то что-то ее иногда заносило. Видимо, до Игореши это тоже доперло, поэтому он решил посидеть возле ванной, чтобы если что-то и случится, то он будет рядом.       Гром аккуратно расчесывал влажные волосы кудряшки, ибо той было влом делать это самой. Вполне понятно, она ж даже ходить нормально не может, что уж говорить о расчесывании волос.       — Мы завтра идем к Прокопенко. Пельмени лепить.       — Это который начальник отдела?       — Ага. Ты не против?       — Не-а, только за.       — Заранее предупреждаю: Елена Петровна будет на седьмом небе от счастья.       — Мне стоит ожидать, что нас сватать будут?       — Именно так и будет, кудряшка. — Голубоглазый хмыкнул и поцеловал ее в щеку, откладывая расческу. Девушка облокотилось спиной о его грудь и прикрыла глаза.       — Хорошо, морально готова к такому. Ты бы знал, что с моими было, когда они узнали.       — Ой, даже не рассказывай. Для меня это главный страх — с родителями знакомиться.       — О, теперь знаю, что мы будем делать на каникулах.       — Ты не станешь…       — Стану. Поедем в Выборг к моим, будешь знакомиться.       — Кудряшка!       — Что? Тебе все равно, рано или поздно, придется с ними знакомиться.       — Ага, еще одна, которая хочет, чтобы я остепенился.       Каролина взглянула на Игоря и закатила глаза, целуя того в щеку. Гром же лишь буркнул что-то невнятное и лег, укладывая девушку рядом.       — Я-то и не против, только вот рано слишком, тебе не кажется? — тихо спросил он, поглаживая ее по плечу.       — А я разве говорю о таком? Я вообще молчу на эту тему. Кстати…       — Ой, все, спи давай, кудряшка.       — Завтра все равно воскресенье. Так что, можно и поболтать.       Гром вздохнул. И куда он вляпался? Ах да, точно, в отношения с мелкой любительницей поболтать перед сном. Сейчас ее вообще не переслушаешь — выпившая ведь. Хотя, было даже приятно слушать девчонку, что вечно уходила в какие-то дебри собственных мыслей. Сейчас же ее вообще разнесло, а алкоголь полностью развязал язык. Она все что-то рассказывала, пока Игорь гладил ее по волосам и просто наблюдал, даже особо не вникая в суть ее слов. Все равно ничего не поймет, а выслушать — выслушает.

***

      — Ешкин кот, — единственное, что смог выдавить Федор Иванович, когда, открыв дверь, увидел перед собой Грома с девушкой на пару. — да ну как жиш… как так, — недоуменно бормотал полковник, прикладывая ко лбу цветастое кухонное полотенце. Грому самому неловко стало. Но Прокопеныч сам виноват. Сам же предложил прийти.       — Сам в шоке, Федор Иванович. Но, как видите…       — Федя, прекрати, — послышался из-за угла мягкий голос приближающейся тети Лены. — Заходите, ребята, — женщина оттолкнула мужа с прохода и пригласила гостей внутрь.       Каролина тихонько заходит в квартиру и оглядывается. Приятная, красивая, со своим шармом. Увидев перед собой эту парочку, слегка кивнула и, мягко улыбнувшись, произнесла:       — Добрый вечер.       А сама уже думала о том, что и ей придется скоро вызывать скорую. Если вчера она не переживала на счет знакомства с родными людьми Игоря, то сегодня целый день ходила на нервах и прокручивала в голове различные варианты развития событий.       Елена Петровна, обхватив девушку за плечи, притянула к себе, крепко обнимая.       — Я очень рада с тобой познакомиться! Какая ты… милая, — чуть ли не лопаясь от счастья, протянула женщина, отстранившись от зеленоглазой, что постаралась не сгореть со стыда.       — И я рада с вами познакомиться…       — Многие бы с вами поспорили, — усмехнулся Гром, снимая куртку и вешая ее на крючок.       — Не чеши языком, — пресекла его тетя Лена, тут же отметив, как удивительно заботливо этот чурбан протянул руки к девушке, помогая теперь и ей снять ветровку. — … Федя, давай, приглашай, я пока на кухню, — спешно вставила она, переглянувшись с мужем, который, по правде говоря, сам немного подрастерялся.       «Ага, сразу галантным стал. Тьфу. Аж тошно.» — подумала зеленоглазая, когда Игореша вешал ее куртку на крючок.       — Да, верно. Проходите, ребята, — прибавил полковник, прочистив горло.       Каролина, поравнявшись с Игорем, тихо сказала:       — Я тебя убить готова.       — Ой-ой-ой, как страшно. Вчера ты говорила, что готова к такому.       — Я не успела долепить пельмени, — вдруг с сожалением выдохнула вернувшаяся в гостиную Елена Петровна. — Думала Игорек поможет. Кто ж знал, что у нас будут такие гости? — Она поставила на стол стопку тарелок и вновь доброжелательно посмотрела на Каролину, так и стоящую вместе с мужчиной неподалеку. Такая картинка радовала не только глаз, но и пожилое сердце. Девушка уже поняла — их и правда поженить уже успели.       — Ой, давайте уж тогда и я помогу с этим. И, поверьте, мне не сложно. — слегка улыбается. Ну, раз уж заходить, так с козырей.       Игореша же в ответ неуверенно пожал плечами, не считая эту идею хоть немного хорошей: в последний раз его «пельменями» можно было пугать юных кулинаров, мол, будете плохо учиться и ушами хлопать — станете такими же жоподелами.       — Конечно, — пробормотал майор осипшим голосом, еле выдавив полуулыбку.       Елена Петровна не смогла утаить своего удовольствия.       «Вот это девушка, вот она точно приструнит нашего оболтуса.» — подумалось ей в ту же секунду, когда рядом уселся за стол ее муженек, лет так двадцать пять назад очень походящий на стоящего перед ней сейчас Игорька.       — Тогда, мойте руки и садитесь, — скомандовала женщина, под стать своему мужу, после чего упорхнула на кухню за всем, что требовалось для сокровенного процесса вылепливания пельменей.       Игорю оставалось лишь несчастно вздохнуть. Кажется из всех присутствующих, именно ему понадобится скорая. Особенно зная, то, как «хорошо» он лепит пельмени, и как кудряшка может начать с этого угорать.       Девушка, усмехнувшись, наблюдала за недовольным Игорем. Будет забавно понаблюдать, как он будет пытаться сделать пельмени. С его-то лапищами.       — Ну, ты меня удивил, Игорек, — по-доброму усмехнулся Федор Иванович, достав из серванта серебристую флягу с орлом. — Прямо в самое сердце, — полковник уселся обратно за стол и тут же елейно покосился в сторону арки, убеждаясь, что Елена Петровна, занимаясь готовкой, не видит его акта своеволия. — Я-то думал все, — Прокопенко выразительно кивнул, наливая себе полную крышку, — помру да так и не увижу тебя с женщиной, — он шумно и резко выдохнул через плечо, а затем разом опрокинул в себя горячительную жидкость.       — Какой помирать, — пробурчал Гром, сидя напротив. — Вы еще хоть куда.       — Значит, вы двое, — Елена Петровна поочередно указала на мужчин, с горестью смотря на Игоря, вспомнив его прошлые потуги слепить пельмени, — будете катать тесто, как особо талантливые. А мы, как особо разборчивые будем лепить.       Вскоре, зеленоглазая садится за стол и, закатав рукава кофты, начинает преспокойненько лепить. Прям как на Урале — довольно крупные, но в то же время аккуратные и красивые. С «произведений кулинарного искусства» Игоря девушка чуть не засмеялась, но, лишь тяжело вздохнув, забрала его недопельмень и долепила сама.       — Больше фарша, и края поменьше делай. — заметила она, показывая, как правильно.       — Ерунда какая-то, — брякнул Гром, когда даже под чутким руководством девушки у него получился какой-то ужас.       — «Ерунда какая-то» — это твои способности к кулинарии, а тесто терпение любит.       — Тумаки раздавать проще, — заключил Игорь, недовольно утерев нос рукой.       «Ага, только вот тебе-то ладно, ты шпала двухметровая, а я маленькая и хрупкая девушка, что не может тебе подзатыльник дать.»       — Нет, ну, слушай, Игореш, я тебя, конечно, понимаю, но за столько лет и не научиться лепить пельмени? Ужас. — вздохнув, недовольно оглядывает очередных гибридов, созданных Игорем. — Полностью согласна с Еленой Петровной, только я бы еще приписала определение «гибрид» или «ужас на ножках, но без ножек». Смешарик, короче, но без ног.       Игорь в отместку несильно щелкает ее по носу, оставляя след от муки.       — Вот и лепи свои пельмени. Между прочим, вид не важен. В животе все равно все перемешается. Так что проку от такого не много.       Недовольно фыркает.       — Э, поаккуратнее! — Тихо чихает, издавая звук, похожий на «пси», а после вытирает нос тыльной стороной ладони. — У тебя теста больше, чем фарша! А это неприемлемо! Тебя бы на Урале и в Сибири за такое бы уже расстреляли!       Еще раз чихает. Ну вот что за человек? Ужас. Сама же еле сдерживалась, чтобы вообще его в муку не окунуть.       — У нас в городе ведется активная борьба с наркоторговлей, гражданка. — Игорь тихо ухахатывается. Видимо всю муку убрать не удалось. — Что ж вы так то, а? Ещё и в ссылку гонят.       — Ой, да иди ты, придурок, — закатывает глаза и, не сдержавшись, опять чихает. — Это все из-за тебя! Я его люблю, а он… Фи таким быть!       Голубоглазый недоуменно моргает.       — Ага, то есть, ради того, чтобы ты мне полностью это сказала, мне надо было тебя привести к Прокопенко? Да, пельмени чудеса прям творят.       Старшие тактично отворачиваются, изучая интересные обои, которые, словно, в первый раз в своей жизни видели. Каролина опустила взгляд, стараясь скрыть легкое смущение.       — Ага, щас, разбежались, раньше сказать? Еще че хочешь? — Девушка недовольно продолжила лепить пельмени. Ну не, тут уже слишком загнули. На эмоциях сказала, а теперь сиди и думай.       — Ну, не знаю. Поцелуя? — Невинно улыбается, осторожно смазливая муку с носа.       — Ой! У меня ж там вода кипит! Надо выключить. — Тетя Лена выходит на кухню. А за ней подскакивает Федор:       — Я буду наблюдать, как Леночка выключает воду. — И тоже уходит. Игорь по-доброму усмехается.       — Хорошие люди. Так что там насчёт поцелуя?       — Дада… Прекрасные просто. Тьфу. — Кудрявая недовольно закатывает глаза, фыркая. — И вообще, чего спрашиваешь-то? Если в нос и получишь — то по другому поводу.       — Потому что. Знаешь, иногда приятно, когда девушки сами первые целуют. Ну, значит без поцелуев буду. — Притворно вздыхает. И хотел уже было вернуться обратно к пельменям, но сразу понял, что это бесполезно, ибо выйдет очередной «ужас с ножками, но без ножек». — Лучше уж подожду. А то боюсь, тёть Лене плохо от смеха станет.       — Ой-ой-ой, разобиделся. И не смей больше своих недосмешариков лепить, иначе я тебя прибью.       Решившись, девушка целует того в щеку. Не уточнялось же, что в губы надо. Хотя, намеки точно были на это.       Когда же Игорь поворачивается к ней, аккуратно касается его губ своими, прикрывая глаза. Вышло слишком неуверенно. Хотя… Вполне понятно. Не каждый день сидишь у Прокопенко в квартире, лепишь пельмени, а потом целуешь Игоря Грома. Да, когда они были одни — это было привычно, даже слишком часто целовала его. А тут… в чужой квартире, с малознакомыми ей людьми.       Игорь тут же перехватил инициативу, обняв ее за талию и слегка углубляя поцелуй. Но решил вовремя остановиться, чтобы не случилось конфуза.       — Ну, вот. А ты боялась. — тихо произносит он, а потом добавляет громче: — Тёть лен, ваши шепотки глухой не услышит. Можете выходить.       Нисколько не смущенные, выходят старшие.       — Видимо там газ долго выключался.       Через час они уже стояли в прихожей и прощались с тёть Леной, пока Федор Иванович ловил отходняк в спальне.       — Я вам тут еды положила, — Елена Петровна протянула Игорю пакет, — Не знала в один или два, вот и…       — Разберемся, — непривычно мягко прервал ее мужчина и с благодарной улыбкой взял пакет. — Спасибо.       — Обязательно заходите еще, всегда будем вам рады, — женщина не переставала улыбаться.       — С Федором Ивановичем точно все нормально? — участливо спросил Гром, заглядывая в комнату напротив, где посреди кровати вразвалочку крепко спал полковник.       — Да что с него взять, — отмахнулась Елена Петровна. — Будто я не знаю, куда он шныряет по возможности, — усмехнулась, покачав головой. — Ладно, — выдохнула тетя Лена, как только Игорь приоткрыл входную дверь, — будьте осторожны, — заботливо добавила она, провожая ребят.       — Хорошо, до встречи. — девушка лишь слегка кивает, улыбаясь и выходя из квартиры. Только появилась возможность, так она сразу достала из кармана ветровки вейп и начала парить.       — Я думал, ты уже бросила. — заметил майор.       — Почти. Только когда нервяк парю.       — Бросай, пожалуйста. Ты же себе вредишь.       Каролина лишь кивнула и убрала парилку в карман, идя рядом по улочке.       — Неужели такой нервный вечер был? Хотя… он действительно был сложным. Зато одному Федору хорошо было. Был повод выпить.       — Вечер был хороший, но для меня это все равно стресс. Не люблю знакомиться с родителями или со своими знакомить. Слишком тяжело. По крайней мере — для меня.       — Э… вообще-то они мне не родители. Иначе я бы их по-другому звал. Они просто очень близкие люди. Может быть друзья. Хотя это определение не подходит. Если бы Федор Иванович был мне отцом, он мне уши бы надрал за все хорошее. Так что, ты могла так не волноваться.       — А ощущение, что ты для них, как сын, — пожимает плечами.       Мужчина вдруг остановился и настойчиво притянул Каролину к себе, заметив, как в ее округлившихся глазах мелькнуло удивление.       — Но, согласись, это был довольно весёлый вечер.       Теплая ладонь Грома коснулась щеки кудряшки, и в следующее мгновение его губы нетерпеливо накрыли ее в сладком, долгожданном поцелуе. Рука, с перевешанным через запястье пакетом, уместилась на талии девушки, удерживая, а до этого покоящаяся на щеке ладонь скользнула к волосам девушки. Пальцы зарылись в волосы, задерживаясь на затылке, прижимая теснее к себе.       Только Игорь притягивает ее к себе, Каролина с удивлением смотрит на сие создание. Ну вот что творит, а? Совсем уже. Видимо, он ее сегодня довести хочет. Когда же его рука оказывается на щеке, закрывает глаза.       В этот раз на поцелуй отвечает более уверенно, обняв мужчину за шею и слегка приподнявшись на носочках. А то, не удобно же ему. Зеленоглазая углубляет поцелуй. Язык проник в рот Игоря, дыхание стало более сбивчивым.       Прижимает ещё ближе, к крепкому торсу, обтянутому непривычной для него белой футболкой. Понимая, что совсем скоро будет слишком возбужден, а до дома еще топать далековато, он отстраняется.       — Да. Это намного лучше, чем заниматься вашей готовкой. — И как ни в чем не бывало идёт дальше, взяв Каролину за руку. — И вообще, не стесняйся ты. Они взрослые, все понимают. Мы же не будем с тобой прятаться от всех и вся, да, солнышко? — В ответ получает кивок и легкую улыбку. Ему вполне хватило и этого.       В квартире, как обычно, тихо. Один лишь Арагорн, радостно повизгивая, начал запрыгивать на эту парочку. Пока Игорь уносил контейнеры с едой в холодильник, Каролина накормила собакера и наблюдала за довольным Игорешей, что сейчас стоял рядом с ней и что-то рассказывал. Кудрявая не вникала, просто слушала, полностью довольная таким раскладом.       Мужчина аккуратно положил руку на ее талию, начиная поглаживать. Нет, ну не может он уже, а все равно терпит.       — Можно я?.. — тихо спросил он, целуя ее в шею и прижимая ее к столешнице.       Зеленоглазая кивнула, полностью развязывая ему руки в его дальнейших действиях.       Голубоглазый усадил ее на стол и, не сдержавшись, тут же стянул с нее футболку, что только мешала видеть ее тело. Быстро оглядев, впивается в ее губы требовательным и грубым поцелуем, сразу проникая языком в ее рот. Руки начали поглаживать ее ягодицы, спину, зарываться в мягкие волосы. Черт, наконец-то он может это делать, не переживая ни за что?       — Я могу продолжить? — тихо спрашивает, опускаясь поцелуями к ее шее.       — Игорь, не задавай глупых вопросов.       — Я уточняю. — фыркает. Ну и девчонка… чертовка. Просто чертовка.       Пальцами расстегивает застежку лифчика и откидывает его в сторону, оглядывая ее грудь. Небольшая, с розоватыми сосками. Сразу сжимает ее и, постепенно опускаясь поцелуями ниже, подхватывает губами один из сосков, легонько покусывая и оттягивая на себя. Девушка тут же застонала, зарываясь пальцами в темные волосы мужчины и выгибаясь в спине. Даже не постеснялась. Оно и к лучшему.       Игорь отстранился, смотря на раскрасневшуюся Каролину. Провел рукой по ее животу, проник рукой под спортивки с трусиками и, найдя чувствительную точку, начал аккуратно поглаживать ее клитор, свободной рукой сжимая ее грудь. Каролина тут же начала вновь стонать, но мужчина заткнул ее поцелуем.       — Твою мать, и как долго ты уже хочешь? Вся мокрая уже… — прошептал он, слегка отстраняясь. Но девушка не ответила, вздыхая от удовольствия и начиная стягивать с него футболку. Игорь лишь хмыкнул и, убрав руку из ее штанов, помог ей. Зеленоглазая, оглядев тело мужчины, прикоснулась холодными руками к его прессу, аккуратно проводя пальчиками все ниже. Торопливо начала расстегивать застежку джинс, не отводя взгляда с глаз мужчины.       — Какая умничка. — Игорь хмыкнул и, схватив ее за руки, убрал их, самостоятельно стягивая ненужную ткань, что только мешала. Так же поступил и с спортивками Каролины.       Мужчина аккуратно вошел пальцем в ее влагалище. Девушка тут же застонала, прогнувшись спиной. Голубоглазый немного надавил ей на плечо, чтобы она легла на столешницу, и Каролина послушно сделала это.       Она опустила взгляд и заметила приличных размеров член, прикусив нижнюю губу. Игорь заметил это и, усмехнувшись, поцеловал ее в плечо, медленно входя в нее, чтобы не причинить боли. Каролина что-то промычала, закатив глаза. Мужчина посмотрел на девушку и, хмыкнув, прикусил кожу на ее шее, оставляя отметку. Его. Она его.       Медленно начинает двигаться, слыша, как девушка начинает постанывать. Пока, не так громко, как хотелось бы. Схватив ее руки за запястья, поднял их над головой девушки, вжимая в столешницу и впиваясь в ее губы несдержанным поцелуем. Черт, как же хотелось выбить из нее стоны намного громче, как же хотелось кончить в ее узкую киску. Но приходилось сдерживаться.       Пара минут, и Игорь, не сдерживаясь, ускоряется, вдалбливая ее тело в стол. Каролина же, от быстрого темпа и более приятных ощущений, застонала громче, немного запрокидывая голову назад. Руки немного затекли и начали ныть, но именно эта невозможность поменять их положение даже немного возбуждала.       Заметив ее неудобство, Гром отпустил ее руки, удобнее перехватил ее ноги, просто закидывая их к себе на плечи, чтобы входить гораздо глубже. Да и вид открылся просто прекрасный: раскрасневшееся личико Каролины, приоткрытые губы, с которых слетали стоны и его имя, руки, сжимающие ее грудь. Слишком возбуждает.       Он и не заметил, как тело девчонки пробила легкая дрожь, а она, выгнувшись в спине, громко вскрикнула от накатившего оргазма. Пара толков, и Игорь, еле успев выйти, сам кончает ей на живот.       — Все точно в порядке? Я не сделал больно? — спрашивал уже сотый раз Гром, поглаживая по спине Каролину, что лежала рядом.       — Да, все правда хорошо.       Мужчина вздохнул, утыкаясь носом в ее волосы и прикрывая глаза.       — Любимая…       Кудрявая хмыкнула. Новенькое что-то. Даже неожиданно. Но ничего говорить она не стала, лишь положила голову на его грудь и прикрыла глаза. А то, завтра рано вставать и ехать в универ, а на часах уже почти два ночи.