уверенность.

Подъезжая к особняку английской архитектуры, Деви вспомнила, как настойчиво, но в то же время обходительно Кристиан просил хотя бы иногда появляться в отведенном специально для нее крыле дома, оправдывая это решение хорошей возможностью сменить обстановку и вынужденной мерой соблюдения формальностей брака.Согласилась без раздумий, желая оказаться как можно ближе к нему.Не вышло… Деви поднялась по ступенькам, открыла входную дверь.Взгляд упал на стоящую возле стены мужскую обувь. — Неужели он уже дома? — подумала Деви, а сердце замерло. Обычно Кристиан возвращался очень поздно, а если и нет, то тотчас уходил в домашний кабинет работать до глубокой ночи. Деви, ведомая внезапным порывом, аккуратной поступью отправилась вглубь особняка, желая встретиться. И какое же удивление было, когда вместо кабинета ноги сами привели в тот самый застекленный зал, обычно используемый лордом как место для чтения. — Кристиан? Второпях обернулся и резко встал, откинув творчество любимого Байрона в сторону. Все такой же прекрасный: белая рубашка, черные домашние брюки, очки, покоившиеся на красивой переносице.Вот только взгляд выражает беспокойство, отчего же? — Деви… Так мягко,так особенно чутко никто еще не произносил это имя. Всего несколько секунд, и лорд прижимает госпожу Шарма как можно ближе, гладя одной рукой макушку девушки, а второй сжимая талию. Не успевая осознавать происходящее, Деви решает вдоволь насладиться тем, чего желала, откинув наболевшие вопросы. Сжимает ткань его рубашки сзади, прислоняется щекой к плечу как можно сильнее, прикрывает глаза и прислушивается к стуку сердец. — Прости, — шепчет бархатно ей на ухо, — прости, Деви, прости за то, что испытываешь последние две недели.Я не должен был так поступать, и сейчас совесть моя неспокойна. Кристиан носом утыкается в висок Деви и вдыхает очень полюбившийся родной запах. Хочет объясниться, но не может. Простояв так минуту, Деви опускает руку со спины, переплетая их ладони.Медленно отстраняется, хотя так не хочет, мечтает быть в объятиях вечно. Взгляды встречаются. Ее пронзительный, жаждущий объяснений, и его, полный вины и тревожности. — Кристиан, если я мешаю твоей работе, если мысли обо мне отягощают твою жизнь.Если… — Деви выдохнула, быстро метнув взгляд в сторону и вскоре вернув его обратно, — если ты принял решение не продолжать ради общего благополучия, то мог бы сказать мне сразу. Досада въелась в сердце, разъедая ткань.Что он скажет? Да, так и есть? Да, я принял решение оставить наши чувства, чтобы не осложнять ситуацию? Что…что, асуры! Что он скажет? Кристиан закрыл глаза, еще крепче сжал их скрепленные в замок руки.Слегка наклонился и уткнулся ей в плечо. — Мне сложно,дорогая, — Тиан снова обхватил ее талию, — мне очень сложно, я не хочу….не хочу, чтобы тебе было больно. Деви прикрыла веки и закусила губу.Асуры, ну неужели она не видела, что и он страдает? Почему чувство собственной обиды пеленой затуманило взор на мучения другого человека? Деви свободной рукой коснулась плеча Кристиана, слегка сжав, и потянула его на диван. Положила голову лорда себе на грудь, начала медленно гладить его по виску и щеке, предоставляя время собраться с мыслями.

***

Кристиану нелегко было найти силы на дальнейший разговор. Уже в 25 лет его назначили генерал-губернатором Западной Бенгалии, что вынудило покинуть Родину, еще несколько лет до этого он служил в английском графстве, а с самого раннего детства был предназначен сначала гувернантке, а затем и частному пансионату. Всю жизнь он был один, был буквально выращен в работе, работе и еще раз работе.Чопорность и скудность эмоций английской культуры сделали де Клера дисциплинированным и рациональным управленцем, лишенным экспрессии и страсти как таковой. Страсть была исключительно к работе. Но так не хотелось душе Кристиана. Не хотелось быть чуждым любви и заботе, хотелось дарить и получать взамен.Хотелось ощутить трепет и желание от любви, от чувств искренних и глубоких. Хотелось, чтобы после работы тебя встречали с улыбкой и нежностью, чтобы ощущение одиночества от серых стен и прохлады пустого дома навсегда стерлось в памяти, чтобы тяжелую ношу можно было разделить с близким. В конце концов, хотелось простых человеческих объятий, которые казались уже недостижимыми. И вот, он нашел то, о чем в глубине души так отчаянно мечтал, нашел на чужой земле, где царили неясные традиции и принципы, где от английских платьев и дорогих духов не было и запаха, ибо вместо них воздух был пропитан пряными специями, маслами и шуршащими подолами пестрых юбок. Как непредсказуема судьба, не так ли? Притерпеться друг к другу сложно, но возможно.Уважать традиции любимой тоже можно, но если бы дело было в этом…. Кристиан в любой момент может проиграть. Проиграть дюжине, другим религиозным фанатикам, установившемуся режиму и вражде двух культур. И в случае этого пострадает не только он, но и она…. Симпатия к этой девушке появилась еще тогда, под лунным светом с плюмерией в руке. Обычная человеческая симпатия.Далее прибавились заинтересованность и уважение, когда перед ним предстала рядом с шахтой умная и волевая глава рода. Как же он ей проникся… Это ли не редкость в нашем мире — найти равную себе? Увидеть сильного партнера? Поначалу он не хотел проявлять инициативу.Зачем испытывать лишние переживания? Но как тут противиться, когда она такая… особенная и драгоценная в его глазах. И он пал, пал под ее силой. О поцелуе не жалел ни секунды своей жизни. Он в этом нуждался, внутренний ребенок, которому в детстве не хватало ласки и нежности, ликовал. Однако вскоре мозг дал тревогу… Что же он натворил? Привязался к девушке, которую наверняка попросят убить его ядом или отравой, к девушке, чье положение нельзя назвать стабильным. А самое главное: позволил Деви привязаться к нему. Зачем делать ее еще более уязвимой? Зачем вселять надежду, если он сам не знает, сможет ли выстоять предстоящие испытания? Зачем мучать и без того разбитое горем девичье сердце? О-ох, как же сложно ему было последний период. Но спустя терзания Кристиан понял: от нее он уже не откажется.

***

Кристиан приподнялся, встретился с Деви взглядом. Шумно выдохнул. — Мне сложно смириться с тем, что я не один, Деви.За всю жизнь я привык к отсутствию поддержки со стороны и сухим официальным диалогам.Мне тяжело оттого, что я делаю тебя еще уязвимее. Я не хочу, чтобы ты, Дивия, выбирала между мной и своим долгом. — Кристиан слегка мотнул головой и снял очки, — я знаю, что тебе очень важно продолжить дело своего брата, а я могут быть препятствием. К тому же…возможно, мне уготовлена смерть на этой земле. Но знай одно, Деви… Кристиан наклонился ближе, так, что Деви ощутила его дыхание на своей шее. — Я не жалею о поцелуе. И я не хочу больше отрицать очевидное. Я не оставлю тебя, госпожа. Резко выпрямившись, Кристиан повлек за собой Деви и впился поцелуем в ее горячие губы.Та села к нему на колени, цепляясь обеими руками за волосы Тиана, оттягивая назад.Такое прикосновение вызвало в нем еще большую страсть, отчего напор стал интенсивнее. Практически нагло, Кристиан положил руки на теле талию, пальцами поддевая края топика.Деви шумно выдохнула, оторвалась от таких желанных губ и оставила поцелуи на шее де Клера, чьи глаза моментально прикрылись от наслаждения. Наклонившись к уху,Дивия прошептала: — Не любить вовсе, да, любимый? Кристиан ухмыльнулся: — Все же чампа,а не плюмерия.