Глава 3: Ешь или умри

      Торопливыми шагами Сатору зашёл в квартиру Нанами, и тот встретил его с обеспокоенным видом. Кенто протянул записку, и маг немедленно прочитал её, после чего скомкал и бросил на кровать. Он засунул руки в карманы и, с горечью ухмыляясь, опустил взгляд в пол.       — А она, похоже, не даст нам скучать.       — Я почти поверил ей, — произнёс Нанами, схватив пиджак, и поспешил к выходу. Но Сатору схватил его за рукав рубашки, и тот притормозил.       — Ты ведь понимаешь, почему она так поступила, не так ли? — Годжо смотрел на Кенто свысока.       — Тебе стоит принять факт, что она…       — У тебя был шанс помочь Сайе, но ты сам не подпустил её к себе. Ты ведь понимаешь, о чём я.       Но Нанами не ответил, лишь выдернул руку из хватки друга и поспешил выйти. Сатору последовал за ним. Они молча вышли из дома и точно так же сели в машину. Только в дороге Годжо попытался его разговорить.       — Как думаешь, где её искать? — он устало подпёр голову кулаком, упираясь рукой в подлокотник.       — В Black Rabbit. Это самое ближайшее, — ответил Нанами, сосредоточившись на дороге.       Он крепче вцепился в руль и сжал челюсти, высматривая Сайю на тротуарах. О, как он был зол. Как ему хотелось взять и прибить эту проклятую девку, да знал, что это бесполезно.       — Ты видел изменения в ней? — поинтересовался Сатору будничным тоном. — Как она говорила, у неё волосы чернеют, глаза краснеют и все вот эти страшилки. Ну, может, рога выросли, я не знаю...       — Нет, — отрезал Нанами, но потом вспомнил: — Хотя… Я видел, как несколько прядей поменяли цвет, но решил, что просто не замечал этого раньше. Она спала, и я думал, что проблем не будет…       — Почему ты не дал ей? — перебил Сатору.       — Дал… В смысле, что?       — Не что, а кого, — Годжо ухмыльнулся и посмотрел на него хитрым взглядом. — Ты мог бы предложить ей себя.       — Никогда! — строго ответил тот и вновь уставился в лобовое стекло. — Я никогда не дам себя такой твари.       — Настоящих тварей мы истребляем каждый день, и Сайя не одна из них. Уж ты-то должен это понимать.       В машине повисла давящая тишина до тех пор, пока они не подъехали к борделю по наводке Кенто. Выйдя из машины, холодный воздух обжёг легкие, но ни один из них не замедлил шаг. Они подошли к зданию и дёрнули дверь. Она оказалась закрыта. Тогда маги обошли строение, пробираясь через узкий, пропахший затхлостью и дешёвым парфюмом проход, и попытали счастья у служебного входа. На удивление, эта дверь была всё ещё открыта.       — Кто вы? — хрипловато спросила женщина преклонного возраста, держа в руках ведро и швабру. Она с подозрением всматривалась в их лица, но, кто и что сможет рассмотреть, когда даже глаз не видно? — Кто вас сюда пустил?       — Никто, — ответил Сатору, широко улыбаясь. — Мы ищем одну девушку. Или двух… Он задумался, почесав подбородок.       — Никаких девушек здесь нет, их смена уже давно закончилась. Приходите вечером. Есть лишь пьяные посетители, которые сняли номер за часовую плату, чтобы выспаться. Наверняка обрыгали мне там всё, — выругалась она под нос.       Нанами перестал церемониться, ведь чья-то жизнь сейчас могла быть в опасности, и не было времени стоять и разговаривать с уборщицей, пока Сайя ходила по этим местам. А она точно была здесь, Кенто это чувствовал. Он ощущал её проклятую энергию, и не такую слабую, как раньше.       Он направился к лестнице, а Годжо, придержав бабулю за плечи, извинился и подвинул в сторону, поспешив за магом.       Кенто поначалу открывал все двери подряд, но там было пусто, лишь вусмерть пьяные мужчины в самых разных позах валялись на кровати и полу. Потом он наконец почуял её сильнее. Невероятно жгучая, плотная энергия обволакивала слизистую так, словно ещё чуть-чуть, и Нанами мог бы задохнуться. Но он шёл, боясь опоздать или зайти в самый разгар и застать её с каким-нибудь пьянчугой.       Кенто было сложно понять свои чувства, ведь это и правда была не ненависть. Это было что-то другое. Липкое, вязкое, горькое и острое одновременно. Оно хватало за горло и прогрызало огромную дыру в груди, вонзая тонкие иголки прямо в сердце. Это было что-то новое для него, непонятное. Ему уже хотелось ударить того, кто был с ней рядом, даже если тот является жертвой.       — Здесь, — произнёс Сатору, остановившись у той же двери, что и Нанами.       Кенто выдохнул. Быстро открыл дверь и вошёл внутрь. Перед ним встала картина, от которой тошнота подступила к горлу.       — Мальчики? А вы что тут делаете? — весело спросила она.       Мальчики… Как же Нанами хотелось стереть с лица Сайи эту улыбку или ударить её. Сайя сидела верхом на полуголом мужчине, и в момент, когда они зашли, она пыталась уже расстегнуть штаны этого бедолаги, чтобы…       — Эй, вы кто такие? — пьяница заёрзал и приподнял голову, но Сатору подошёл к нему и уложил обратно, поставив ему ногу на грудь.       — Потом скажешь спасибо, — добавил он.       Нанами впился пальцами в ткань её платья за грудки, да так, что послышался треск, и рывком стащил её с пьяницы. Она только и успела инстинктивно схватиться на его запястья, чтобы не упасть и не порвать платье окончательно.       — Эй, ты что творишь? Совсем из ума выжил?       Но Кенто просто скалился на неё, глядя в красные глаза, на которые спадали пряди чёрных засаленных волос. Поднявшись на ноги, Сайя оттолкнула его и повернулась на Сатору. Тот выпрямился, улыбаясь, и убрал ногу с мужчины.       — Какая ты… — протянул Годжо, но, вспомнив её рассказы и предположив, какова эта женщина в гневе, быстро обдумал новый «комплимент»: — …У тебя необычная внешность. Но, дорогуша, нам пора вернуться «домой».       — Вы даже не представляете, что только что натворили, — огрызнулась она, но Нанами схватил её за предплечье и потащил на выход. — Я вас всех захреначу, блин. Дебилы!       — У тебя к этому явная предрасположенность, — подчеркнул Сатору, — мы уж что-нибудь придумаем.       Они вытащили её из номера и повели к лестнице. Увидев ту самую бабулю, Нанами отпустил Сайю, чтобы не вызвать подозрений. По лестничным пролётам распространялся запах дешёвого отбеливателя и очистителя.       — Ну что, нашли свою девоньку? — спросила она, поднимаясь по крутой лестнице.       Отлично, она не видит Сайю. Значит, жить ещё и жить.       — Нет, его жена словно в воздухе растворилась, — Сатору кивнул на Нанами, и тот медленно повернул голову в его сторону. — Сложные семейные отношения.       — Вообще-то… — начал Кенто, но бабуля его перебила, махнув тряпкой.       — Ничего, сынок, нагуляется — вернётся. А ты её не ругай, обрати внимание на то, как ведёшь себя с ней. Может быть, ей не хватает… Ну, ты ведь понимаешь, о чём я?       — Ой, этого ей точно не хватает, а мой друг — тот ещё аскет, — Сатору посмеялся и похлопал Нанами по плечу. Тот лишь недовольно фыркнул. Сайе пришлось уворачиваться, чтобы Годжо случайно ей не зарядил, но сбегать и мысли не было. — Я и говорю: секс раз в неделю, и будет как шёлковая.       — Эх, вот бы, — вздохнула Сайя, закатив глаза, и продолжила наблюдать со скучающим видом.       — Ой, ладно, мальчики, открою вам входную дверь, — бабуля поставила вёдра и тряпки на лесенку, а сама, взявшись за перила, начала спускаться. — Пошли.       Они последовали за горничной, и она открыла им дверь.       — А если не секрет, — бабуля прищурилась, вглядываясь в Годжо, — зачем тебе такая маска на глазах, и как ты вообще сквозь неё что-то видишь?       — Эта маска для того, чтобы девушки не падали в обморок от моих красивых глаз, — с этими словами Сатору, Сайя и Нанами вышли из здания, направляясь к машине.       Когда Сайя садилась в авто, то почувствовала дискомфорт, словно кто-то прожигал её пристальным взглядом. Глаза невольно метнулись вверх, и она увидела странного мужчину в окне борделя. Высокий, в непонятной одежде, с чёрными волосами… Он следил за ней и странно улыбался. Сайе стало не по себе, поэтому она поспешила сесть в машину как можно скорее и продолжить поиск «еды».       Дорога к загородному дому Сатору казалась до изнеможения долгой и скучной. Какое-то время они ехали молча, ведь все не знали, с чего начать разговор. Съехав на трассу, Сайя начала:       — Вы какие-то кислые сегодня, — сказала она, глядя в окно на проезжающие мимо машины. — Мне нужна энергия.       — Скажи честно, — начал Сатору, — подпитывать себя ты можешь только так? Другого способа нет?       Он обхватил длинными пальцами салонное водительское зеркало и повернул его так, чтобы можно было видеть заднее сидение.       — Если бы у меня была возможность жить иначе, поверь, я бы это сделала, — проворчала она, сложив руки на груди и обиженно опустив взгляд. — Вы даже не понимаете, что наделали. Если вы собираетесь привезти меня в свой бункер, посадить под замок, то хана вашей хатке!       — Мы везём тебя туда, чтобы выяснить, как ещё можно помочь тебе, — мягко ответил Нанами.       — А если у вас ничего не выйдет, ты дашь мне отсосать?       Кенто чуть не съехал в кювет, а Годжо лишь звонко рассмеялся над прямолинейностью знакомой. Заглушив машину, Нанами повернулся к ней и снял очки, потирая переносицу.       — Если мне… Кому-то из нас придётся это сделать… — он тяжело вздохнул, не веря тому, что сам произносит эти слова. Он не стал договаривать, рассчитывая, что все присутствующие поняли суть его мысли. Повернувшись обратно к рулю, Кенто завёл машину и прибавил скорости.       Глаза Сайи заблестели от предвкушения. Она уже заранее начала представлять, что же сделает с их телами, когда они позволят прикоснуться к себе. Годжо подметил эту «бесятину» в её взгляде и усмехнулся. Она уже представляла, как её пальцы впиваются в их кожу, как губы обжигают, как…       — Ты правда собираешься это сделать? — тихо спросил Сатору у Нанами.       — Её нельзя пускать к людям, она сожрёт их и не подавится. Представь, что Сайя может сделать в таком состоянии? — Нанами казался искренним по отношению к не-шаманам. Но вот тепла в сторону их пассажирки ждать не стоило. — А что, если правда, другого выхода нет. К кому нам её везти? Ходить по магам и предлагать её в качестве удовлетворения?       — Мы будем похожи на сутенёров, — подтвердил Сатору.       — Скрипя зубами, но нам придётся либо отпустить её, либо пожертвовать собой.       — Скрипеть зубами у вас не получится, — напомнила о себе Сайя, облизнув губы, — там будет либо кляп, либо мои пальцы, либо что поинтереснее.       Они скривились, глядя на дорогу, на секунду представив эту картину и вообще всё то, что она может с ними сделать.       — Может, всё-таки отпустим? — предложил Нанами.       — Даже не думай, — ответил Годжо.

***

      Только когда они переступили порог дома, Годжо смог расслабиться и, скинув ботинки абы как, поспешил к Юджи. Итадори, как обычно, сидел за просмотром фильмов, тренируя свою энергию на игрушке от директора Яги. Сатору заглянул, слегка приоткрыв дверь, и увидел, что его ученик не был увлечён зомбо-ящиком, скорее, задумчиво пялился на Мерлин — ту самую игрушку.       — Эй, Итадори, — обратился к нему Сатору, вальяжно войдя в комнату, и плюхнулся на диван рядом с ним. — Смотрю, ты отвлекаешься, хотя Мерлин спит…       — Я… У меня голова кружится. Устал.       — Ещё только утро, а ты устал?       — Угу.       Сатору пожал плечами и поднялся на ноги. Как обычно, засунув руки в карманы, он обошёл диван и встал позади мальчика.       — Слушай, почему ты позволил проклятому духу так приблизиться к себе? Ты же понимаешь, что это было опасно, Итадори?       — Я не знаю, — ответил тот. — Просто не чувствую от Сайи угрозу, и ночью тоже. Она скорее просила помощи и не хотела мне вредить.       Годжо громко выдохнул, и тут зашёл Иджичи. В руках он держал кружку сладкого чая и онигири с копчёным лососем. Киётака поставил еду перед Юджи на столик и, кивнув Сатору, вышел из комнаты.       — Сейчас у Сайи большие проблемы, — предостерёг его Годжо. — Постарайся пока что не приближаться к ней и не разговаривать.       — Хорошо, — всё так же спокойно ответил он.       Сатору вышел, притворив дверь, и сразу же столкнулся с Нанами, вышедшим из своей комнаты.       — Где Сайя? — спросил Годжо и огляделся вокруг.       Нанами кивнул в сторону её комнаты и прошёл мимо, направляясь в душ. Ну, тогда Сатору решил тоже сменить одежду и принять душ после Кенто.

***

      Время летело незаметно. Кенто, Годжо и Иджичи ждали, когда Сайя примет душ и вернётся к ним, а Юджи всё так же тренировал биополе. Тиканье часов на стене казалось неестественно громким. Когда прошло полчаса, Нанами серьёзно занервничал, прислушиваясь к монотонному шуму воды за закрытыми дверями.       — Она слишком долго в ванной комнате, — заметил он, глядя на часы. — Пора её проверить.       Но, открыв дверь, они не застали её на месте. Зеркало было запотевшим, а на раковине остались капли воды, медленно стекающие вниз.       Тем временем Сайя бесшумно подошла к комнате Юджи и аккуратно открыла дверь. Юноша даже не понял, что за его спиной уже стояла она. Живая легенда.       — Итадори, — позвала она, и тот вздрогнул всем телом, отползая в дальний угол дивана.       — Ты напугала меня. Что с твоими волосами? Это и есть та самая опасность, о которой мне говорил учитель Годжо?       — Слишком много вопросов, — фыркнула она и села рядом. Её холодное плечо слегка коснулось его, заставив мурашки пробежать по спине. Заметив осторожность мага, она улыбнулась во весь рот и наклонила голову. — Ты меня боишься?       Он задумался. Уставился на неё, не понимая, что ответить. Страха не было. По крайней мере до момента, пока Сатору не предупредил его. Но сейчас он понял, о чём пытался предостеречь его учитель, глядя на эти тёмные локоны и залитые кровью радужки. И пусть сейчас Сайя была другой, Юджи всё так же не чувствовал опасности рядом с ней.       — Нет, — спокойно ответил тот, расслабив плечи. — Если ты пришла за тем же, чем и ночью, то…       — Знаю-знаю, — улыбнулась она, подняв руки в знак отступления. — Нет, я пришла за другим… Ты понимаешь?       Итадори неуверенно покачал головой.       — Не совсем.       — Ты доверяешь мне?       — Я… — он вновь покачал головой. — Не знаю.       — Меня зовёт он, — Сайя ткнула холодным пальцем в грудь парня. — Словно он знает, как спасти меня. Знает, как помочь. Спаси меня, Итадори, я больше не вынесу этой боли. Дай мне умереть. Позволь ему сделать это.       Юджи остолбенел, как только увидел слезу, скатывающуюся по щеке собеседницы. Ему казалось, что безобиднее «твари» он в жизни не встречал, хотя считал себя наивным. Он знал, что Лунь Хуэй могла заморочить его голову, а если выпустить Сукуну, кто знает, какой апокалипсис принесут эти двое.       — Я не могу, — ответил он, и тут в комнату вошёл Сатору.       — Мы же сказали тебе не…       Заплаканное лицо вызвало у Годжо ту же реакцию, что и у Итадори. Он подошёл ближе и положил руку ей на плечо, и всё было бы хорошо, если бы не паника Нанами, с которой он ворвался в комнату.       — Ты, видимо, плохо понимаешь! — рявкнул Кенто.       — Стойте, — громко произнёс Юджи, — позвольте нам поговорить. Это касается её жизни. Сукуна знает…       — Итадори, не лезь не в своё дело, — попытался успокоить его Нанами. — Ты совсем не понимаешь, что тут происходит? У Сайи…       — У Сайи истощена энергия, — парень ткнул себя в грудь, — а он знает, что с этим делать. Он хочет помочь.       Сукуна действительно знал. Он пытался вырваться из Юджи, но все попытки были тщетны, «клетка», в которой сидел Рёмен, оказалась крепче, чем он предполагал.       — Итадори, не мешай, — прорычал Нанами.       Но, взвесив все против и за, Юджи решил, что правильным решением будет сделать всё по-своему. Ему нужно лишь было показать, что он прав. Договорившись о том, что Сукуна пробудет на свободе ровно три минуты, Итадори уступил, и на его лице, руках, шее появились те самые узоры, которые несли за собой другого человека.       — Может, успокоитесь уже? — обратился Рёмен к шаманам, которые пытались утащить Сайю из комнаты.       — Мой господин, — произнесла она дрожащим от слёз голосом и попыталась вырваться, но Нанами держал её крепко.       — Итадори тебя всё-таки выпустил, — усмехнулся Годжо, прикоснувшись к краю маски на глазах. — Ничего, лишний раз надрать тебе задницу не помешает.       — Вы вообще хотите спасти девчонку или так и будете сидеть на месте и ждать, когда она выйдет из себя? — судя по тому, как надменно Сукуна смотрел на магов, можно было понять, что он и правда что-то знает. — Дайте мне её сюда.       Сатору кивнул головой, и Нанами отпустил её. На ватных ногах Сайя подошла к Рёмену и вцепилась в него мёртвой хваткой. В ответ Сукуна погладил её по голове и глубоко вдохнул её запах.       — Да, ты точно она, — довольно прошипел он. — Как долго я тебя ждал.       Сайя посмотрела на него с любопытством, но вдруг почувствовала острую боль в ногах и голове, от чего сгорбилась и вскрикнула. Шаманы, стоящие напротив, заволновались и приготовились к бою, но это было лишним.       — Мне больно, — простонала она.       — Знаю, моя девочка, тебя ведь морят голодом, не так ли?       Его голос был таким спокойным и ласковым, что боль понемногу стала утихать. Он гладил её плечи, талию, бёдра, и голод Сайи стал нарастать.       — Да, я очень голодна. Очень… Голодна!       Она хватала Сукуну за грудки, всем своим видом умоляя помочь ей, сделать что угодно, лишь бы перестать чувствовать эту жажду. Но Рёмен медлил. Он хитро улыбался, смотрел ей в глаза, и казалось, он лишь играет с ней и сильнее будит зверя внутри неё. Но король проклятий неожиданно схватил Сайю за волосы, от чего та тихонько пискнула, и подтянул к себе, чтобы шепнуть на ухо:       — Знаю… Знаю, моя девочка, как тебе больно. Но будь у меня больше времени, я бы заставил тебя задыхаться от того, как глубоко мой член будет у тебя в глотке.       Сайя закатила глаза.       — Просто подожди, и я часами буду трахать тебя, пока не начнёшь молить о пощаде. Только помоги мне. Ты никогда больше не познаешь чувства голода, потому что я буду твой сутки напролёт. От тебя требуется лишь…       Сукуна прикоснулся губами к уху Сайи и прошептал что-то настолько тихо, что могла это услышать лишь она. Годжо схватил её и оттащил от короля проклятий, пока тот, хитро улыбаясь, смотрел на отчаянное лицо девушки.              — Ну всё, пора расходиться, сладкая парочка, — Сатору держал её крепко, пока Сайя пыталась вырваться, крича одно лишь:       — Нет!       Она била Годжо по груди и плечам, царапала, кричала, плакала и молила отпустить. Но все попытки были напрасными, да и время у Сукуны подошло к концу. Ровно в этот момент Итадори вернулся, и все, кроме Сайи, облегчённо выдохнули.       Глаза Лунь Хуэй вспыхнули ярко-алым, и проклятая энергия будто взорвалась и стала по-настоящему устрашающей. Не теряя ни минуты, Иджичи подбежал к Юджи и, схватив его за руку, потащил на улицу.       — Я убью вас всех! — прорычала она. — Вы все здесь сдохнете, как собаки!       — Дело плохо, — произнёс Сатору, выпустив Сайю. А Нанами уже обнажил тупой меч, хоть и знал, что это проклятие не убить вот так просто. Она была неуязвима. Как убить то, что не может умереть?       — Какого…       Техника Кенто не работала на Сайе, словно у неё вообще не было слабых мест. С таким он столкнулся впервые, но именно это подтвердило слова самой Хуэй о том, что её не убить, пока её душа проклята. На секунду Нанами даже подумал, что она обречена на вечные муки, а вместе с ней и они, но ведь есть те в её роде, кого удалось убить. «Их осталось немного»… Значит, шанс был.       Сатору растерялся. Он не хотел вредить или уж тем более ещё сильнее злить Сайю, поэтому решил подойти ближе и сделать самый безумный поступок… Годжо схватил её за руку и крепко прижал к себе.       — Ты что творишь? — спросила она, широко распахнув глаза. — Я могу тебя убить.       — Не получится, — посмеялся Сатору над её наивностью.       Нанами просто наблюдал за ними, опустив меч и сожалея о том, что он даже не подумал о том, чтобы поступить как Годжо. Он не привык к нежностям и уж тем более дарить тепло таким, как она.       — Мне больно, — простонала она. — Убейте меня…       — Мы не знаем как, — ответил Нанами. — Что сказал Сукуна?       — Я должна… — она задумалась над тем, стоит ли говорить это им. — Мне нужно найти Махито.       — Махито? — переспросил Сатору. — Кто это?       — Проклятый дух, — ответила Сайя.       — Что этот хрен просил тебя принести ему? — Годжо приподнял повязку и посмотрел на неё.       — Итадори…