Глава 5. Осколки

Локи медленно поднялся с земли. Её тело, теперь охваченное сном, казалось почти безжизненным, если бы не прерывистое дыхание и дрожь, пробегавшая по её конечностям. — Инсагрим, — голос Локи был тихим, но в нём звучала угроза, от которой даже Тор невольно отступил на шаг. — Ты объяснишь, что сделал с ней. Каждый шаг. Каждое заклинание. Каждую руну. Старик, всё ещё связанный, попытался отползти, но Улль резко схватил его за плечо и поставил на колени перед костром. Глаза Инсагрима метались от одного лица к другому, но везде он видел лишь гнев и отчаяние. — Я... я хотел помочь ей, — начал он, голос дрожал. — Она хотела домой. В Мидгард. Я лишь исполнил её желание... Локи резко шагнул вперёд, и Инсагрим замолчал, увидев, как в глазах бога обмана вспыхнуло настоящее пламя. Исангрим сглотнул, но ответил: — Три метки. Сначала печать иллюзии, чтобы она видела мир, который я создал. Потом печать сна, чтобы её разум принял его за реальность. И в конце… печать забвения. Чтобы стереть всё, что было до этого. Потом он замолчал. Наступила тишина, прерываемая только треском костра. И вдруг Локи рассмеялся. Этот смех заставил всех вздрогнуть. В нём не было ни капли веселья только безумие, только ярость, готовая вырваться наружу. — Ты… идиот. — Его голос дрогнул не от гнева, а от ужаса. — Ты даже не понимаешь, что натворил? Печать забвения после иллюзии и сна? Ты разорвал её разум на части! Исангрим побледнел ещё сильнее. — Н-но... но она же жива! Она дышит, она... Я не знал, что так.... Локи резко выпрямился, отвернувшись. Его руки сжались в кулаки так сильно, что из-под ногтей выступила кровь. — Знал! — Локи вцепился ему в воротник, и в его шёпоте звенела сталь. — Любой ученик рунической магии знает: если стереть память после подмены реальности, сознание сойдёт с ума, пытаясь отличить правду от лжи! Оно будет рваться, как пергамент между двух огней! Старик открыл рот, но слов не нашлось. Сагр резко шагнул вперёд — Локи, что это значит? — Это значит, — Трикстер повернулся к нему, и впервые за всё время в его глазах читался настоящий страх, — что её разум сейчас растворяется. Каждая секунда в этом состоянии — как песок сквозь пальцы. Мы теряем её. Лив дёрнулась, её веки затрепетали, губы прошептали что-то невнятное. — Как это исправить? — Улль сжал лук так, что тетива зазвенела. Локи закрыл глаза на мгновение. — Практически невозможно, — наконец произнёс он, и в его голосе впервые зазвучало что-то, кроме гнева. Отчаяние. — Её воспоминания, её личность... они уже смешались с иллюзиями. Если просто снять печати, её разум может рассыпаться окончательно. Тишина снова накрыла лагерь. Даже Тор не нашёлся, что сказать. — Нужно снять печати. В обратном порядке. Сначала забвение, потом сон, потом иллюзию. Если сделать иначе… Он не договорил, но все поняли. И тогда Улль сделал шаг вперёд. — А если... не снимать всё сразу? Локи медленно повернулся к нему. — Мы снимаем первые две печати, — продолжил лучник, осторожно подбирая слова. — Но третью, печать иллюзий, оставляем. Ты... ты можешь создавать иллюзии, да? Локи замер. — Ты хочешь, чтобы я подменил её воспоминания? — его голос был холоден, но в глазах вспыхнула искра, не надежды, но хотя бы возможности. — Не подменил. Восстановил. По кусочкам. Ты знал её. Ты помнишь, как она говорила, как думала... Мы все поможем. Сагр кивнул, подхватывая идею — Я могу осторожно ослабить первые две печати, чтобы её сознание не перегрузилось. Но третью... да, её лучше оставить. Чтобы ты мог влиять на её разум, не рискуя окончательно его разрушить. Взгляд Трикстера упал на Лив. Она лежала неподвижно, лишь губы шептали безумные слова. — Это... очень рискованно, — прошептал он.

***

Всю ночь они работали. Сагр, склонившись над спящей Лив, осторожно накладывал руны ослабления на её лоб и запястья. Его пальцы дрожали — одно неверное движение, и её сознание могло не выдержать. Локи сидел рядом, не сводя с неё глаз. Он уже продумывал каждую деталь, каждый обрывок памяти, который нужно будет воссоздать. "Она смелая, нырнула в озеро лавы в кузне Лиод…" "Она боялась темноты в пещерах, но никогда не признавалась. Я заметил, потому что её пальцы всегда сжимались в кулаки..." "Она доверяла мне. Даже когда не должна была." Улль и Тор разожгли костёр поярче, свет помогал удерживать Лив в более-менее стабильном состоянии. Лиод и Андвари готовили травы, которые могли хотя бы ненадолго успокоить её разум. А Исангрим сидел в стороне, прикованный к дереву. Никто не смотрел в его сторону. К середине ночи Сагр откинулся назад, вытирая пот со лба. — Готово. Первые две печати ослаблены. Но... — Он посмотрел на Локи. — Теперь всё зависит от тебя. Трикстер не ответил. Он смотрел на Лив, на её лицо, которое даже во сне было искажено страхом. Теперь всё зависело от него. Он знал её. Лучше, всех. Он помнил, как она смеялась, как хмурилась, когда злилась, как её глаза загорались, когда она находила ответ на загадку. Он мог собрать её заново. Локи не спал всю ночь. Он сидел, склонившись над Лив, его пальцы дрожали от напряжения, а на лбу выступили капли пота. Одна за другой перед закрытыми глазами Лив возникали крошечные сцены, иллюзии, которые накладывал Локи одну за другой. Каждый образ он вплетал с болезненной осторожностью, как хирург, сшивающий разорванные нервы. Иногда Лив вздрагивала, и Трикстер замирал, чувствуя, как его собственное сердце готово разорваться от страха.

***

Утро. Плут сидел рядом с Лив, его пальцы осторожно перебирали её волосы, а губы шептали обрывки воспоминаний — настоящих, тех, что он бережно хранил. — Проснись, Золотко. Её веки дрогнули. Сердце Локи замерло. Лив медленно открыла глаза. Они были пустыми. Она села, оглядываясь вокруг, но в её взгляде не было узнавания — только растерянность, смешанная с остатками страха. — Кто… вы? — её голос был хриплым, как после долгого молчания. Локи не дышал. — Ты… не помнишь? — спросил Улль, но Лив лишь нахмурилась, будто пытаясь понять, откуда этот голос. — Голоса… — она прошептала и схватилась за голову. — Они снова здесь. Локи медленно протянул руку. — Золотко… Она посмотрела на его пальцы, затем медленно подняла глаза на его лицо. — Ты… — её брови сдвинулись. — Я знаю тебя? В груди Локи что-то сжалось. — Да. Она продолжала смотреть на него, и вдруг… В её глазах мелькнуло что-то. Не осознание. Не память. Но что-то. Она не отдернула руку. Локи улыбнулся. Это было мало. Но это было начало.