Глава 3. Все части целого

***

      Первое, что сделала Лу, оказавшись на парковке Инквизиции, включила телефон. Девайс издал приветственный сигнал и жалобно завибрировал в ладони, передавая хозяйке десятки непрочитанных сообщений. Девушка поморщилась, смахивая лавину уведомлений, и уже хотела было нажать спасительное «Прочитать все» и убрать телефон подальше, как на экране появился входящий вызов. Йонас.       «Твою ж мать». Ответить другу, который явно переживал, было необходимо, поэтому Рид собрала всю свою волю в кулак, обречённо выдохнула и нажала на кнопку ответа без голограммы, постаравшись придать голосу будничный тон.       — Хай.       — Надо же, объявилась! Я уж было надеялся, что твоё бездыханное тело нашли где-нибудь на другом континенте местные аборигены, раз уж в cамой Инквизиции, не знали, где ты была. Вот было бы открытие и хоть какая-то польза!       — И я тебя рада слышать, Йонас.       — А если серьёзно, какого хера, Лу?       — …       — Какого хера я должен тебя перед матерью выгораживать на пару с Кеем?       — Крэп, а мама-то чего беспокоилась?       — Чего-чего? А того, что ты по ящику в новостях постоянно мелькала, а потом как-то внезапно перестала. Трубку не берешь, сообщения не читаешь. Вот она и забила тревогу, мне начала звонить, а я, как круглый идиот, сам и не знаю, что сказать. Это пиздец, Лу. Что ты творишь?       — Извини.       — А вот не извиню! И наказание ещё придумаю, чтобы жизнь мёдом не казалась. — Хилер назидательно помолчал. — Мы не знаем, что думать, Малая вся на нервах, на работе с кем-то серьёзно поцапалась из-за этого, с бойфрендом этим своим чуть не разбежалась, хорошо, хоть Доган её угомонил…       — Крэп.       — Заладила: «крэп-крэп»…       — Всё, не ворчи. Наказание мне завтра на «моей дебильной работе» придумают — мало не покажется. Лучше скажи, ты дома или на смене?       — На смене.       — Я заеду на покурить?       — Думаешь, я очень сильно хочу тебя видеть?       — Ну, Йонас, ну пожалуйста.       Её жалобный возглас отразился тяжёлым вздохом на другом конце трубки. Хилер помолчал несколько секунд, будто сразу не решаясь ответить.       — Валяй, я в центре.       Лу стояла у служебных дверей больницы уже через десять минут. Несмотря на его вечное ворчание, ей очень хотелось просто увидеть хилера хотя бы на несколько мгновений. Привычно покурить вместе, перекинуться парой колкостей. Посмеяться с циничного, грубоватого юмора. Дружба с Йонасом была чем-то особенным и непоколебимым, что делало её самой собой, напоминало о прошлом, как бы высоко она не забиралась. А сейчас ей как раз хотелось немного заземлиться, перед тем, пока она окончательно не отдаст себя на растерзание новых забот и интриг высшего света.       — Ну хоть ноги-руки целы, и то хорошо, а вот насчет головы не уверен, — Лу проморгала момент, когда хилер вышел из дверей больницы и практически подскочила от неожиданности, услышав звук его голоса.       — Привет!       Порывисто обняла друга, который, на удивление, не отстранился, а только прижал девушку к cебе крепче.       — Ты не думай, я совсем не рад тебя видеть, — пробубнил он ей куда-то в волосы.       Отпустив Лу, Йонас закурил и ещё раз, по-врачебному внимательно осмотрел её, прищуриваясь. Во взгляде плясали озорные огоньки и что-то, похожее на облегчение. Как будто с парня спала тяжёлая ноша, долго не дававшая расправить плечи и вздохнуть полной грудью.       — Паршиво выглядишь и странно, на взводе будто. Уже на работе была? — он кивнул в сторону, где находилось здание Инквизиции.       — На работе, но не совсем.       — Трахались, что ли?       Лу подавилась дымом, закашлявшись:       — Йонас! — Что «Йонас»? Мужиком от тебя пахнет за километр, между прочим. Взгляд  шальной, да и на время ты смотрела? Четвертый час ночи.       — Ой, всё, перестань.       — И не расскажешь, что это такое с тобой было, где каталась две недели?       — Эмм… — Лу огляделась. Сообщать об истинной причине своего побега в спешке и на заднем дворе больницы не хотелось. Хотелось откровенно поговорить, поделиться, объяснить что-то, но сейчас этот разговор был не к месту. Йонас понял заминку по-своему:       — Если хочешь сказать, что по работе сбегала, не поверю. Можешь не придумывать отмазку. Кей тоже кипишевал.       — Не, это не из-за работы. Я расскажу, но не сейчас. Это долгий разговор.       — Пфф… — Парень закатил глаза: недосказанность раздражала. Нахмурился, всматриваясь в лицо лучшей подруги:  — Но сейчас всё нормально у тебя? Мне стоит волноваться? Может, помощь нужна?       — Нет, теперь всё хорошо…       Лу попыталась придать твердость голосу, но всё же осеклась:       — Относительно, конечно. Но помощь не нужна. Разгребу сама. — Хилер кивнул.       — На работе нормально всё?       — Вроде. Рапорт надо будет написать, с Кеем объясниться, выговор от начальника службы безопасности получу, возможно, депремируют серьёзно… Меня же ещё повышать в звании хотели, теперь хэзэ, повлияет или нет, — Девушка пожала плечами. — Не знаю ещё, что и как будет.       Йонас поразмыслил и заключил уже совершенно нормальным голосом, медленно выпуская стойку дыма. Задорные искорки во взгляде вернулись:       — Лу, ты святая — спишь с начальником и не пользуешься своим положением.       — А, может и пользуюсь! — девушка театрально закатила глаза, подыгрывая. — Меня, может быть, только поэтому и не вышвырнули с должности. А если серьёзно, прекращай. Ещё нашутишься об этом…       Хилер, конечно же не считал всей иронии в её голосе и не мог понять истинного значения последней фразы, но Лу всё же прикусила язык.       — Ладно, мне уже пора. Жду твоего увлекательного и подробного рассказа, как будет время. И Малой набери завтра, лады?       — Ага, — Лу швырнула докуренную сигарету в рядом стоящую урну. — Давай тогда.       — Рид? — Парень окрикнул её уже когда она перекинула ногу через байк и приготовилась трогаться. Её фамилия прозвучала непривычно, совсем по-интернатовски, пробудив старые, почти забытые флэшбеки из юности. Вероятно, этого эффекта Йонас и добивался. — Если что, я всегда на связи. Не пропадай больше, и не зарывайся. Хорошо? И всегда можешь мне довериться.       — Хорошо, Бэр, я обещаю.       Вернувшись домой в Термитник, стоя под тёплым душем, Лу почувствовала, как два недостающих кусочка пазла в её сердце наконец-то встали на свои места. Оказалось, что Иво и Йонас, такие разные мужчины, такие важные, готовы были принять её обратно со всеми её тараканами, и если не помочь разобраться (она во всём обязательно разберется сама), то поддержать, постоять рядом, закрыть от бури, которую она сама и устроила. Почти безусловно. Уставший от наполненного событиями дня мозг отказывался анализировать эту мысль глубоко, но суть была ясна: ситуация налаживалась. Свинцовая гиря ужаса перед всем случившемся, а потом вины за свой отъезд, стала немного легче.       Осталось объясниться с Кеем, которому из-за «отпуска» Лу досталось больше всего. Этот разговор девушка предвкушала и даже боялась, хотя никогда бы не подумала, что когда-нибудь возникнет ситуация, в которой она поставит слово «бояться» рядом с образом комфортного и понимающего напарника.

***

      Утро пришло незаметно и очень быстро. Псионичка не помнила, как добралась до кровати и отключилась, а её уже будил резкий звук будильника. Решив, что перехватит что-то в столовой на работе, она не стала утруждать себя завтраком и тщательными сборами. В её личной комнате в Инквизиции было много подходящей одежды, дорогой фен для укладки, вся необходимая косметика, поэтому натянув любимые штаны, футболку и куртку, оседлав байк, она решила собрать образ уже там.       Приехать в офис получилось даже раньше Даниэль. Лу заглянула на кухню, и поставив программу для приготовления кофе, отправилась к себе в комнату. В шкафу ожидаемо прибавилось несколько новых вещей, видимо, ещё с того времени, когда Дани не знала, вернётся Лу или нет. Новое платье молочно-белого цвета и строгий серо-голубой костюм с боди и широкими, почти мужскими брюками. Лу выбрала их, надев на боди полупрозрачную рубашку, накрасилась, длинные волосы уложила мягкими волнами. Когда она закончила сборы, о дерзкой девице на байке напоминал только задорный кафф, который она иногда оставляла в ухе, и винного цвета помада. Обручальное кольцо из кармана джинс перекочевало в карман брюк.       — Доброе утро, Лу! Наконец-то, — в мягком голосе Даниэль послышалась неприкрытая радость. Псионичка поставила перед секретарём Приора дымящуюся чашку кофе и улыбнулась ей своей самой милой улыбкой.       — Расскажешь мне, как вы здесь справлялись пока я… Эмм… Пока меня не было? Какие новости у вас?       — Тебе про последние встречи Приора рассказать или офис?       — И то, и другое, можно без хлеба, — процитировала Лу героя доштормового мультика.       — Но интереснее про офис.       — Если вкратце, без тебя было очень непривычно.       Дани понизила голос и сдвинула брови:       — Никогда не видела месье Мартена таким мрачным и замкнутым, если честно. И… строгим. Доставалось всем.       Все знали, что Даниэль не любила говорить об Иво в частном порядке, давать оценку его поведению и характеру. Находясь с ним рядом практически двадцать четыре часа в сутки, девушка сохраняла неизменную тактичность, непредвзятость и сдержанность по отношению к нему. Во многом, за это её Приор и уважал. Поэтому комментарий о замкнутости мужчины псионичка оценила: его плохое настроение и неопределённость в ситуации с Лу отразились на всех.       — А ты в порядке? Что же у тебя стряслось?       — Да, так… Долго объяснять…       Скомканный ответ Лу прервал голос начальника и Гектора Баретти, который зашёл в приёмную одновременно с Иво Мартеном. Долго ждать распоряжений от него не пришлось.       — Рид, Вейс, доброе утро. Гектор — ко мне, от тебя, Рид, жду рапорт. Даниэль, все сегодняшние документы на почте. По поводу расписания: Кея три дня не будет, визиты, которые предполагают необходимость его присутствия и повышенную опасность, надо перенести на конец недели. Аудиенцию с Викарием в среду, если не ошибаюсь, можно оставить. Потом ко мне подойдёшь, если будут вопросы.       Холодный, поставленный голос Приора инквизиции и чёткие указания ничем не выдавали страстного мужчину, с которым Лу провела ночь. Это не предвещало ничего доброго, от такого контраста она отвыкла. Всё внутри сжалось от неприятного предчувствия, по спине пробежал противный холодок.       — И да, позже я скину на почту новое расписание занятий для Рид тебе и Гектору. Обсудим, возможно, потребуется твоя помощь с графиком.       Иво и Баретти скрылись в кабинете, явно обсуждать текущие дела и дальнейшую судьбу незадачливой телохранительницы. И это невозможное «Рид-Рид-Рид»! Девушка не сдержалась, закатила глаза и громко цокнула языком, чем вызвала у Даниэль смешок. Тот факт, что мужчина даже не посмотрел на неё, сводил с ума, раздражал.       Рапорт об отсутствии на рабочем месте в течение тринадцати дней никак не хотел складываться в слова. Лу торопилась, делала опечатки, путала буквы, прямо как на экзамене, который не выучила. Было непонятно, что писать. Правда, чуждый к эмоциям, сухой бюрократический язык немного упрощал ситуацию: в подробности можно было не вдаваться. Телохратительница скептически посмотрела на документ, который начинался со слов, написанных чуть небрежным почерком: «Я, Лу Рид, нарушив правила внутреннего трудового распорядка…»       — Как думаешь, надо писать в конце «Я в полной мере сознаю свою ошибку и готова за неё принять презрение» или что-то типа того, что-то церковное… Или перебор?       — Думаю, что перебор. Не переживай ты так, все будет хорошо, — как всегда смягчила Дани, напротив стола которой Лу корпела над документом. — Сделать ещё кофе или чай?       Вкусный напиток ситуацию не исправил. Баретти позвал псионичку к себе в кабинет и посмотрел на Лу с нескрываемым раздражением и укором.       — Ну вот и что вы наделали, Рид? Такое впечатляющее досье, такие события предшествовали, новое звание. И так всё испортить. Более того, вы отдаёте себе отчёт, как подвели своего напарника?..       К заключению длинной тирады о несостоятельности её как телохранительницы второго лица Нью-Пари, о том, что подставила напарника и отсрочила назначение, когда Лу уже перестала улавливать нить рассуждений Гектора, он прервался, запнулся, будто сомневаясь в чём-то, прочистил горло.       — Кхм… И Лу, — впервые за утро её назвали по имени, какое счастье. — Я сейчас сам нарушу собственное правило, но я должен вам это сказать. Обещайте, что это останется между нами.       — Да, разумеется.       — Помните, вне зависимости от отношений, которые вас связывают с Приором, кхм, ваших сугубо личных отношений…       Лу медленно моргнула, давая понять, что отдаёт отчет в том, что услышит.       — Вы, прежде всего, сейчас занимаете должность его телохранительницы. Всё, что происходит «за закрытыми дверями» никого не касается. Пусть так и будет впредь. Но все иное — ваша забота. Пока вы тут, отключайте эмоции, включайте профессионала.       — Я понимаю.       — Тем более, у вас такой пример перед глазами, — покачал головой Гектор, намекая, очевидно, на самого Иво. — Ладно, идите работать. Ваш, с позволения сказать, рапорт составлен… Весьма посредственно. Впрочем, можете его отнести Приору сами.       Оказавшись в кабинете наедине с Иво, девушка почувствовала некоторое облегчение. Круговорот неловких разговоров потихоньку, но начинал заканчиваться. В конце концов, с ним она уже вчера объяснилась, поэтому, каких-то новых укоров и откровений не ждала. Как оказалось, зря.       — Месье, — листок из синтетической бумаги с рапортом телохранительницы опустился на стол начальника. Тот посмотрел на девушку не сразу: дочитал и подтвердил своим отпечатком какой-то очередной документ, а лишь потом поднял на неё глаза. В них плескалось тепло и доля насмешки. Кажется, его забавляла вся ситуация. Он пробежался по её неуверенным каракулям, скептически изогнув бровь.       — Всё настолько, плохо, позвольте спросить? — Лу заметила, как Приор чуть заметно поморщился и отключил камеры наблюдения в кабинете.       — Неважно.       Он смял листок одним движением, закинул его в мусорную корзину. Лу удивлённо вскинула бровь: принципиальный до скрежета зубов Мартен просто так закроет глаза на её проступок и даже в досье ничего не занесёт? Девушка не успела обрадоваться, как взамен рапорта мужчина положил перед Лу три плотно заполненных листа с какими-то таблицами.       — Что это?       — Твоё новое расписание. Присядь.       Лу опустилась в кресло. Пробежалась глазами по заполненным графам. Сердце сначала ухнуло куда-то вниз в непонимании, а потом забилось в десять раз сильнее в возмущении. Это просто немыслимо!       — Но… Как? Пси-тренировки четыре раза в неделю и повышение квалификации, усиленная боевая подготовка, даже тир через день — это я понимаю. Но история искусств, этика, ораторское мастерство, старый-французский… Разговорный английский, крэп! Зачем? С кем, чёрт возьми, мы собираемся разговаривать на нём?       Девушка была растеряна, ошарашена. Огромных усилий стоило не вскочить с места и не начать нарезать круги по кабинету. Расстраивали не сами дисциплины, а тот факт, что это было просто невозможно совместить с текущей работой, да и в принципе, с графиком живого человека. И большинство занятий не имело ничего общего с должностью телохранительницы. Она вспомнила часы, проведённые перед учебником на первых курсах интерната и перед выпускными экзаменами. Сдала она их более чем прилично, но вообще-то рассчитывала никогда к подобному больше не возвращаться.       — Ещё танцы. Я бы предпочёл что-то классическое, но ты направление можешь выбрать любое, — в голосе Иво слышалась неприкрытая ирония, которую Лу готова была послать куда подальше. Но вот незадача: он всё же был и оставался её самым главным начальником.       — Ты… Скажи мне, что просто шутишь. Издеваешься? — Лу глянула на мужчину внимательно и с надеждой.       — Нет. Она видела напротив себя темные глаза Иво, чуть поднятые вверх уголки губ. Не желание задеть или уколоть, а азарт. Он внимательно изучал её реакцию. До девушки начинало доходить. Это была изысканная, вместе с тем простая и даже невинная, но всё же месть. Сохранение должности и отправленный в корзину рапорт, наперекор всем принципам, который не отразится в личном деле взамен на полное отсутствие свободного времени и погружение… Только куда? На подкорке мозга неприятным маячком пульсировала ещё одна мысль, но Лу пока не могла дотянуться до неё в полной мере. Впрочем, Иво её опередил:       — Может показаться жутким снобизмом, это правда. Но каждый пункт в расписании оправдан. В виду сложной политической и нашей личной ситуации.       Картинка начинала складываться чётче: этика, языки, танцы…       — Ты идеальную жену из меня хочешь слепить что ли? — девушка мотнула головой, строптиво сведя вместе брови. Мысль задевала. В голове почему-то возник образ Летиции Жонсьер, будто высеченной из тёмного мрамора и возведённой на светский пьедестал статуэтки с острым языком и безупречными манерами, которая приковывала взгляды на всех приемах и умела восхищать окружающих. Только, упс, она годами обманывала мужа и сейчас была мертва.       Видимо, размышления Лу были написаны у неё на лице, и Иво перегнулся через стол и накрыл своей ладонью её руку, во взгляде уже не было насмешки. Только холодная и прямая неотвратимость.       — Лу, ты идеальна. Для меня.       — Но не для них, — закончила она мысль.       — Увы.       — …       Девушка не выдержала, поднялась со своего места. Ставшие привычными стены начинали давить. На мгновение Иво подумал, что она уйдёт из кабинета, снова упорхнёт как птица. Она поймала этот его взгляд. Он отрезвлял: в нём читалась надежда. Что-то внутри заворочалось, затрепетало. Захотелось подойти к Иво, снова почувствовать свои пальцы в его ладони. Лу отвернулась. Медленно посчитала до пяти. Потребовалось некоторое время, чтобы успокоиться. Потом девушка вернулась к столу Приора, подойдя уже с его стороны. Коснулась его волос, опустила руки на сильные плечи. Он аккуратным движением усадил её к себе на колени. Она почувствовала, как мышцы под кителем напряглись. Мягкий, успокаивающий её тяжёлый нрав, вкрадчивый голос:       — Поверь, это всё поможет тебе самой чувствовать себя уверенней. И если позволишь, это предполагалось с самого начала — дополнительное образование, которое ты ввиду возраста, твоей гибкости ума и любознательности впитаешь как губка. Об этом они могут только мечтать.       Лу тяжело вздохнула. Разумное зерно в рассуждениях Иво, безусловно, было. Но пугала обезличенность, с которой он рассуждал о её будущем.       — И ещё, Лу. Посмотри на меня, — девушка подняла свои серые глаза на мужчину. — Не «идеальной женой» я хочу тебя видеть, не «обёрткой для секса», как ты мне однажды сказала. А партнёром. Равноправным.       — Кхм, — невесёлая усмешка.       — Телохранительницей, дознавателем, политиком, можешь быть кем угодно. Можешь не быть, если не хочешь. Моё отношение к тебе как к исключительной женщине не изменится. Как и обещал, я никогда не буду просить тебя меняться, my dear angel*. Лишь позволь дать тебе возможность взглянуть на мир ещё шире.       В кабинете повисло молчание. Лу раздумывала. Никаких путей отступления больше не предвиделось. Решение разделить с ним жизнь и будущее в голове оставалось непоколебимым. Иво верил в неё, осталось дело за малым — смириться и поверить в себя. И желательно, как выражались в Термитнике и никогда — в стенах Инквизиции, не поехать кукухой от всего. И, крэп, как же хотелось сохранить себя в той жизни, которую сулит будущее.       —  Ты знаешь, что устраиваясь на работу в КС, май диар**, я всего лишь хотела заработать на натуральную еду и новые покрышки?       Ироничный тон псионички, ухмылка, смена настроения на более благосклонное показались Иво Мартену чем-то вроде оазиса в пустыне. Он улыбнулся, на щеке появились ямочки — выражение, крайне редкое для строгого лица. Лу тяжело вздохнула и покачала головой дабы скрыть свою реакцию: откровенно говоря, за эту улыбку она была готова пойти и в огонь, и в воду…       — Я же сказал, что ты исключительная, Лу Рид.       — От твоих комплиментов лучше не становится. Мы вообще, будем успевать с тобой видеться вне работы?       — Конечно.       — Да уж.       Лу коротко поцеловала мужчину в скулу, чем вызвала удовлетворенную ухмылку и снова пересела в кресло напротив. Выражение её лица стало более деловитым и сосредоточенным, хотя и далёким от довольного:       — Допустим; а что с моим повышением должности?       Приор инквизиции Церкви Единства слегка заметно хмыкнул (мало кто позволял себе общение с ним в таком непринуждённом тоне). Во взгляде заплясали тёплые искры.       — Новая должность предполагает повышение квалификации и подтверждение ступени пси. Подозреваю, что твоя — уже повыше четвёртой. В виду «вынужденного» отпуска звание приспешницы ты получишь немного позже. Кстати, Кея уже назначили магистром, ты пропустила церемонию.       Сдержанный кивок.       — Как совместить занятия с должностью телохранительницы? Это реально?       — Вполне. Даниэль тебе поможет. В конце концов, у неё есть опыт в составлении и поддержании сложного графика, например, моего.       — О, может быть, я выведаю у неё, когда тебе удаётся ходить в зал и держать себя в форме.       — Боюсь, это государственная тайна, — подмигнул Мартен.       Более молчание ничем не прерывалось. В конце концов Лу расправила плечи, и уже спокойно спросила:       — У меня ещё вопрос.       — Да?       — Ты меня депремируешь?

***

      Новое расписание, присутствие с Иво на совещании с дознавателями Инквизиции и в Совете, поездка на один из блокпостов недалеко от города не оставили Лу шансов: погружение в рабочую рутину было мгновенным. Впрочем, было приятно снова чувствовать свою причастность к жизни Приора, ощущать себя нужным винтиком в отлаженном механизме, находиться рядом каждую минуту.       Просьба Лу отпустить её ближе к восьми вечера, чтобы всё же заехать к Кею не стала неожиданной. Иво отпустил её коротким кивком головы, напоследок поцеловав ладонь, когда она выходила из его кабинета вслед за Даниэль, которая помогла с расписанием. В груди разлилось уже ставшее привычным тепло, хотя внутри всё сжималось. Разговор с напарником предстоял непростой.       Лу решила приехать к Кею просто домой, без предупреждения. Дверь он открыл не сразу. После второго и уже более настойчивого звонка эмпатик открыл дверь. Он выглядел заспанным и помятым.       — Хай!       — Лу… Неожиданно. Привет.       — Можно войти?       В руках псионички были два стаканчика кофе и пакет с выпечкой, которые она купила в кофейне неподалёку. Ей подобные дружеские жесты были в новинку, но кажется, что-то похожее она видела в доштормовых фильмах. Да и вообще, в гости не ходят с пустыми руками, особенно, когда хотят извиниться.       Кей взъерошил свои короткие каштановые волосы, всё еще как будто не до конца понимая, видит ли он напарницу во сне или наяву. Эмоции на её лице можно было читать без пси — наигранная небрежность, нервозность, желание казаться приветливой.       — Садись, — Лу порывисто села за стол, а Кей сделал вид, что ищет десертные тарелки в недрах кухонного блока.       — Ну, рассказывай.       Стоит сказать, сначала Кей был очень зол на Лу, обескуражен её безответственностью, желанием оградиться вообще от всех, включая свою социальную группу и мать. С другой стороны, он понимал, что обижаться на неё бессмысленно. За несколько месяцев работы он успел познакомиться с её характером. Она была надёжной, ответственной. Очевидно, что на побег у Лу должны были быть серьёзные причины.       О том, что дело в Иво Мартене, Кей догадался почти сразу. Сложно было не почувствовать перемены, которые произошли в настроении начальника во время отсутствия девушки. И если раздражение и некоторая отчуждённость, были на поверхности и заметны всем, то Кей, в силу своих способностей, ощущал чуть больше: тревога и отсутствие внутреннего баланса у всегда уравновешенного мужчины, невозможность открытых действий, смятение. В эти дни Иво больше всего напоминал дикого зверя, загнанного в клетку, мечущегося по ней, и не знающего, чем заглушить рвущиеся наружу чувства.       Кей дал слово не говорить Лу об этом, но спустя неделю её отсутствия, парень не выдержал, и сам спросил, почему Иво не подключит свои ресурсы к поиску девушки. Пара звонков, ориентировок дали бы возможность узнать хотя бы где она находится. Приор же ответил, что знает, Лу Рид жива, а сверх этого ничего знать и не стоит — у него нет цели преследовать свою подчинённую. Мужчина всем своим видом показал, что дальнейшие рассуждения на тему её отсутствия поддерживать не намерен.       Сейчас, когда Лу появилась у него в квартире, а собственные эмоции улеглись, Кею просто хотелось узнать причину её поведения, вот и всё.       — Эмм… Не знаю даже, с чего начать, — она опустила глаза. Смотреть на напарника не было никаких сил. Идя сюда девушка решила, что расскажет ему всё, как есть, правду. Но смелость осталась где-то у входной двери.       — С правды, например. Или сначала. — Парень подошёл к панели рядом с кухонным блоком и отключил запись наблюдения.       — Само собой. Хотя, если начинать с самого начала, то это будет больше похоже на разговор с психологом. А меньше всего я хочу нагружать тебя своими загонами, — девушка глубоко вздохнула. Продолжила:       — В общем, как есть: Иво Мартен предложил мне стать его женой, а я испугалась и сбежала. Отключила телефон. Думала. Каталась. Вот и вся правда.       Кей ошарашено моргнул один раз, второй, чем-то напомнив Лу удивлённого сыча с телеканала о животных. Опустил кружку с кофе, которую он было поднёс к губам. Поднялся, подошёл к кухонному шкафу, достал из него что-то, подозрительно похожее на бутылку с виски, и долил себе в кружку. Лу от «добавки» предусмотрительно отказалась, чуть мотнув головой.       — Так, — произнес парень, как только к нему вернулась способность говорить. Он подозревал, что Лу рассказала только часть истории.       — Ну а что дальше?       — Я приехала, сделала ему предложение в ответ. Он согласился.       Выражение лица Кея сменилось на ещё более ошарашенное. Напарники помолчали. Парень почесал переносицу, выдыхая:       — Лу?       — Что?       — Что могу сказать? Я вас поздравляю.       Искренняя улыбка и тёплый взгляд Кея немного разряжали обстановку. Лу уже успела себя накрутить, придумать тысячи извинений, миллион оправданий себе. Но, как всегда с эмпатиком, всё оказалось куда проще.       — Извини меня, пожалуйста, если можешь. Я знаю, что очень-очень-очень сильно тебя подвела, и что тебе хуже всех пришлось из-за адского объёма работы… — Девушка протянула ладонь напарнику в примирительном жесте. Тот коснулся её пальцев, кивнул, во взгляде появилось сочувствие.       — Я, кстати, не знал, что у вас всё настолько серьёзно. Не знаю, готова ли ты вообще это всё обсуждать, этично ли это…       — Крэп, Кей, ты единственный, с кем я вообще хоть как-то могу это обсудить!       Мужчина пожал плечами, соглашаясь. Лу продолжила уже заинтересованно:       — Говоришь, ты не знал? Правда?       — …       — Мне важно понимать, что знал ты, чтобы разобраться, как вообще это всё смотрится со стороны. Как это выглядело? Только честно.       — Лу, если не знать вас, то выглядело это хреново, конечно, — парень развёл руками.       — Раз уж мы говорим правду, я должен был это сказать. Но не мне с моим прошлым тебе рассказывать, с кем и как проводить время. И уж точно не анализировать поведение Иво Мартена. Но, это если вас двоих не знать, — повторил Кей, видя как напряглись плечи Лу.       Он продолжил, садясь напротив девушки, отпивая кофе:       — После открытия стелы появились первые серьёзные разговоры о вас. Я не особо придавал этому значение: мужчины иногда сплетни разносят похлеще девчонок. Стал присматриваться, «принюхиваться» — в целях вашей безопасности — конечно, стало понятно, что вы близки.       — И что подумал?       — Сначала удивился, не скрою. Но это не редкость среди телохранителей, привязываться к тому, кого охраняешь. Мартен — привлекательный мужчина, про тебя я вообще молчу, — В ответ на это Лу закатила глаза и скептически ухмыльнулась. — Но все мы взрослые люди. Не хотел я тебя учить уму-разуму. С Даниэль, кстати, советовался, стоит ли как-то тебя предостерегать… Она отговорила. Мол, Иво не станет тебя обижать. Такие разговорчики, которые осудил бы Гектор, в общем, были — Кей улыбнулся.       — Дани знала?       — Ну как… Примерно, на том же уровне, что и я.       — Продолжай…       — На приёме на крыше стало понятно, что Приор не особо заботится о том, чтобы скрыть ваши отношения. Хотя, признаюсь, это было неожиданно.       — Мда, не только для вас, — Лу вспомнила неловкость, которая преследовала её весь вечер, их с Иво танец, перешёптывания и скользкие взгляды, которые прожигали спину.       — Ну а больше — я так конкретно не скажу. Хотя, — было ещё кое-что. Кей нахмурился, припоминая забытый эпизод, который с новой информацией обрёл новый смысл.       — Я только сейчас понял, что видел такие перепады настроения, как у Иво во время твоего отсутствия, только когда вы были за Периметром. Но я списал на общий нервный настрой: случись что, он бы потерял всю команду. Переживали все. И второй раз — перед тем столкновением с псиониками. Я тогда не сложил два и два, но он во-первых, попросил приглядеть за тобой, по возможности. И в случае чего, спасать именно тебя, а не его. Я тогда не срастил, тоже подумал — нервы, перестраховка. А теперь понимаю.       Эта новая для Лу информация прогремела как гром среди ясного неба. Спасать её? В голове возникли образы из тех самых кошмаров, которые неотступно следовали за девушкой в эти дни. Иво, лежащий на асфальте лицом вниз, чёрные пряди разметавшиеся в причудливом узоре и её руки, окрашенные его кровью. Нечеловеческий ужас, разрывающий изнутри, переходящий в крик. Лу закрыла глаза. Видимо, Кей считал её эмоцию, обеспокоенно просил подругу:       — Все в порядке? Может, воды?       — Да, пожалуйста… Кофе, какой-то слишком… крепкий попался, — чуть заторможенно произнесла девушка, беря прохладный стакан.       — Лу? Если хочешь, мы можем свернуть этот разговор.       — Нет, наверное, не хочу. Ты, ведь, единственный человек, который, кроме меня, хотя бы немного его знает.       — Хочешь верь, хочешь не верь, но я не удивлён. То есть, кхм, ты заслуживаешь всего самого лучшего. Не подцепить кого-то в «Утконосе» на часок, а…       — Подцепить Приора?       — Крэп, Лу.       Псионичка пожала плечами, невесело улыбнувшись. Можно было не считывать эмоции, всё было написано на её лице.       — Не можешь разобраться в себе?       — Никак.       Лу протяула ладонь эмпатику, тот чуть поморщился, понимая без слов, что она хочет. Так всегда и происходило, едва он с кем-то сближался. Не будь это Лу, он бы разозлился. Эмпатиков часто считали кем-то вроде карманных психологов, которые помогали решать внутренние проблемы. Кто-то этим пользовался, а кто-то отрицал врождённую проницательность и такое использование способностей. Но то была Лу.  Кей мягко взял её ладонь в свою руку.       — Хочешь, чтобы я тебе помог разобраться?       — Угу.       — Хочешь, чтобы спросил, любишь ли ты его?       — Нет, — Лу посмотрела в глаза Кея серьёзно и с вызовом. — Точней, крэп, это я и так знаю. Я хочу понять… Услышать правду. Я совершаю ошибку, соглашаясь? Мы с ним совершаем ошибку?       Кей чуть пошевелил пальцами. Девушке показалось, как по позвоночнику пробежало приятное тепло, как будто её укутали в пушистый плед:       — Правда такая, Лу. Глобально нет ничего страшного в том, чтобы изменить свой социальный статус, стать чьей-то женой или чьим-то мужем… Это я тебе и без эмпатии сказал бы. Мужчина делает так, если не видит никого рядом с собой кроме тебя и делает этот жест в знак своей привязанности, благодарности, любви, если позволишь. Это нормально. Ненормально то — что ты этого избегаешь, как ты это чувствуешь, видишь в этом опасность… Но я не хочу заниматься морализаторством. Я не компетентен тут. Даже несмотря на пси-эмпатию. Я не психолог, я мужчина и рос в разных с тобой условиях. Если позволишь — помогу справиться. Спросишь совета в чём-то — с готовностью отвечу по мере своих возможностей. Но судить Иво не буду. И тебя, наверное, тоже…       Кей пожал плечами, отпуская пальцы девушки.       — Я его очень сильно обидела тогда, он этого не заслужил. И не хочу снова его ранить.       — Он, в принципе, очень лоялен к тебе и терпелив, Лу. Если тоже любит, то простит.       — Уже.       — Вот как. Тогда просто постарайся чтобы всё не…. — Мужчина попробовал подобрать слово. — Не пере…       — … не перехерилось. Ну или не проебалось.       Кей покачал головой, рассмеявшись. Всё же Лу Рид была неисправима и абсолютно очаровательна.       — Ха-ха. Да, Лу. Абсолютно так. Ну и, в целом, как и сразу сказал, я вас поздравляю.       Если пришла Лу к Кею с тяжёлым сердцем, то возвращалась от него совсем с иными чувствами. Облегчение и ещё одна вставшая на место недостающая деталь пазла.       Вернувшись в свой блок в Термитнике, девушка закатила байк и решила прогуляться по знакомым местам. В ушах гремело любимое техно, в голове роились разные мысли, но не в одной из них теперь не было сковывающего страха и неизвестности.       Да, впереди был длинный путь, и она была в самом его начале. Была масса вещей, помимо отношения близких людей к её возвращению и новому статусу, которые не давали ей покоя. Она забралась высоко, но теперь не собиралась с этой высоты падать. А если и оступится — то её есть кому подхватить.       Вернувшись домой, за много-много дней Лу Рид заснула безмятежным и крепким сном.