Часть 12

...В полумраке помещения моргали холодным светом лампочки. Двое мужчин в серой форме копошились и что-то кричали. Внизу, на полу, валялся третий - в лохмотьях, с измазанным кровью лицом. Один из мужчин (немецкая форма! немецкая!) ударил лежачего в живот, тот согнулся пополам от боли. Второй заехал ботинком выше, в самые ребра. Мужчина глухо застонал... Это Моня! Это Моня! Его глаза, губы, прическа. Что такое, почему? ...- Говори имя, сукин сын! - гаркнул солдат справа. Гёт сплюнул кровь на землю... ...- Тащи его! - пленный всячески сопротивлялся и кричал. В кустарных условиях импровизированного мед кабинета - пыточной его зафиксировали ремнями... ...Он задёргался, когда чуть ржавое лезвие коснулось его ноги чуть выше колена... ...Раздались истошные вопли, не сдерживаемые даже кляпом, конечность с глухим стуком упала на пол... ...Коменданта зашили наскоро, в насмешку, сделав ситуацию едва ли не хуже, пока тот выл от мучений. Все загниет, будет заражение, здесь так грязно - грязно - грязно... - Скажи ее имя, скажи имя суки!.. ...Голоса смеются, Амон пытается задушить одного из мучителей, стоило только отстегнуть ремень... - Без руки будешь лучше смотреться, а лучше без обеих, псина... Вероника проснулась с бешено колотящимся сердцем. Она подскочила на кровати, вся потная, запутавшаяся в одеяле. Было темно, девушка сразу нащупала Амона. Он немного сопел, обнимая ее бедра. Спокойный, с обеими ногами. И руки целы, слава богу, слава богу!.. Никогда ей не снились такие жуткие сны, она ничего не могла сделать, ничего, Господи! За что его? Чье имя он не сказал? Неужели её? Гёт хрюкнул и разлепил глаза. - Вероника..? - Прости, спи, все хорошо, все в порядке! - простыня прилипла к мокрому телу, девушка поняла, что уснула совершенно голой. В спину подул прохладный ветерок. Рука мужчины вернула ее под одеяло. - Что случилось? - Мне приснился кошмар. - сокрушенно признала она. - Правда? И какой? - Мне приснилось, что тебя пытали. - она решила не уходить в подробности. - Кто? - полюбопытствовал Гёт. Русские что-ли? - хихикнул он. - Нет, немцы... Гестапо, наверное. Или СС, я не разбираюсь. - Гестапо скорее. Успокойся. Меня там не пытали. - А откуда тебе там быть? - удивилась девушка - Ну как же... За расхищение еврейского богатства, принадлежащего Германии. А, ну и за условия в лагере. Посидел пару месяцев, покопались по архивам, плюнули и отпустили. Сорок четвертый, кому я там нужен? В санаторий меня отправили, потом даже повысили... Штурмбаннфюрера дали. - улыбнулся он, вспоминая о чем-то хорошем. - Я в порядке, фройляйн... Испугалась за меня? - он притянул ее лицо к себе. - Да. - Моя фройляйн. Спи, спи. - ее чмокнули в лоб. Уже через несколько минут раздалось характерное похрапывание. - Доброе утро, красавица. Как себя чувствуешь? - Доброе, все нормально. Прости пожалуйста, что разбудила тебя. - Красаааааавица... Иди сюда. - повелительно приказал он. Вероника не то чтобы хотела сопротивляться или ссориться, она чувствовала себя смущенной за свою ночную выходку, а ещё за чуть сползшее покрывало. - Я голая, Амон. Дай хоть прикроюсь. - Сядь на меня, майн фройляйн. Брось эти тряпки, делай как я сказал. Немец усадил ее к себе на бедра. Даже через одеяло ощущалось, что именно чувствует к ней Гёт, Вероника густо покраснела, сильнее прикрывая грудь руками. - Не смущайся, я хочу полюбоваться. Убери руки. - указал он. Вероника подчинилась, почему бы и нет? - Умница. Хочу тебя. Нравится, когда тобой командуют? - рыкнул Амон, сжимая ее ягодицы и вдавливая ее бедра в свои. - Очень нравится, господин. - усмехнулась Вероника. - Оууу... Моя девочка. Давай, подчинись коменданту! - Гёт выглядел ужасно довольным, ему бы ещё униформу, фуражку набекрень... Ужас, и когда она успела так испортиться? - Да, да! - Вероника потерлась о его бедра. Амон приподнял ее и уже начал отодвигать покрывало, как она встала и покинула постель с бесноватой улыбкой. - Простите, герр комендант! Я вспотела, должна помыться. Я надеюсь, вы понимаете... - она игриво подмигнула ему и скрылась за дверью ванной. В ее душе словно цветы зацвели! Дух захватывало, внутри запульсировало от нахлынувших чувств. Они переспали вчера, боже! Это было здорово, действительно приятно. И приятно чувствовать себя желанной. Что же, теперь есть все поводы познакомить своего "молодого" человека с родителями. Приняв утренний душ, Вероника вытерлась и вышла, завернувшись в полотенце. - Ich liebe dich, Baby! [1] - отозвался Гёт, все ещё лежащий в постели, нагло улыбаясь. - Иди, помойся, Моня. Свободно. - Пойдешь со мной, Meine Süße? [2] - Как видишь, я уже помылась. - Вероника стояла, лукаво смотря на него, скрестив руки на груди. - Тогда иди ко мне в постель, фройляйн! - прошептал он. - Моня, я не собираюсь спать с тобой прямо сейчас. - вздохнула девушка. - Как же так? - насупился он. - Слушай, я все понимаю. Но вчера было не совсем правильно, я имею ввиду, мы никак не защищались во время... процесса. Мне нужно сходить в аптеку, купить... - споткнулась она, - Купить презервативов. Я очень стесняюсь на самом деле. - Хорошо, иди позже... Ich werde dich gut ficken! [3] - После того, как я куплю контрацептивы. Не хочу так рано стать матерью. - Да ну тебя, я вовремя успею! - Большой мальчик, и не знаешь, что это не вариант! - Ладно-ладно! - закатил глаза тот. - Иди туда прямо сейчас, согласен с тобой. Хоть и терпеть не могу резинку... _________________ Вероника открыла дверь квартиры, возвращаясь с покупкой. Она несколько раз под землю провалилась от стыда, пока репетировала речь в уме, а потом вспомнила, что ей нужен нужный размер! Девушка ничего в этом не понимала, ни какие брать, ни какого размера ему подойдёт "изделие". К счастью, за прилавком сидела молодая провизор, которая предлагала разные варианты и объясняла все, так сказать, "на пальцах". "- Сколько у него сантиметров то? - Не знаю, я не меряла... - Ну примерно..? - Ну, где-то такой... - показала двумя руками девушка. - Ого, понятно. Давайте тогда вот эти размеры попробуем. Надеюсь, вашему партнеру подойдёт. Спасибо за покупку" Взяла три пачки. Посмотрят, выберут фирмы и размеры. Сам бы ходил, да подбирал пальто на свое хозяйство! И так удовольствие недешёвое (не хочется ни аллергии, ни беременности) Ей в аптеке у дома позориться! Раньше она что: противопростудные, мази, леденцы аптечные на палочке... А тут... Нахер такие покупки! - Ты все взяла, красавица? - вот он, тут как тут. Завтрак готовит, сама доброта. - Да. Вот. - Вероника сняла сумку с плеча и выложила пачки на стол. - Опробуем? - Ну, хочешь, померяй. Я все равно сейчас ничего делать не буду. - Это почему ещё? О, не будь ты недотрогой! - Ты забыл, что мама с папой навестят нас сегодня? - Твои родители? Блядь, сегодня? Когда? - Где-то через полтора часа, Монечка. - И что нам делать? Мне что делать? - Ну, оденься поприличнее. В футболку и брюки. Скажу, что ты мой друг из Германии, архитектор, что я тебе с жильем помогла... Наверное, не буду говорить что ты больше месяца тут, скажу мол, мы больше месяца знакомы и две недели ты со мной живёшь. На вопросы ответить сможешь? Про профессию там, про страну? - Конечно! Выкручусь как-нибудь... Спасибо, что не выгоняешь! - Только никакого усатого художника и "великой Германии", ясно? - Ясно-ясно, я добрый, евреи тоже... - Амон! - Нет, ну а что? ___________________ После ещё десяти минут готовки у плиты, они позавтракали вдвоём, Вероника пошла в комнату убирать беспорядок. Валяющееся на полу нижнее белье - разве это дело? Гёт, чертыхаясь, надевал штаны. "Дежавю какое-то! Как будто с родителями Анни знакомлюсь!" Ещё через несколько минут Амон занял выжидающую позицию у окна, а девушка - у двери. Никогда ещё Вероника так не нервничала при мысли о встрече с родными. И никогда она ничего не скрывала от них. Но разве она может сказать, кого приютила? Во-первых, ей не поверят. А во-вторых, если поверят, то Амона выгонят взашей. И будут, если честно, правы. Но при этом ложь о "новом друге" звучала ужасно неубедительно. Она близких друзей среди взрослых не ищет. Ее мужчины постарше в другом плане интересуют, а маме с папой об этом знать не обязательно. Повернулся ключ в замке. Оба вздрогнули, бывший эсэсовец попятился в угол комнаты, чуть не прячась за шкафом. Вероника подошла ближе к двери, сначала вошла мама, затем отец. - Привееет! Ника! Иди сюда, дай обниму! - Веронике ничего не оставалось, кроме как крепко обняться с мамой. - Вероника Юрьевна, доброе утро! - шутливо поприветствовал папа. - Пойдёмте на кухню. У меня для вас важная новость. Ну, как новость, мне есть что вам рассказать... - Ты опять нарисовала что-то? Покажешь маме? - Нет-нет, сейчас все расскажу. Амон!?Иди сюда! - родители недоумевающе переглянулись. Дочь завела кота? Послышались шаги, Гёт вошёл на кухню, неловко встав в проходе. На допросах атмосфера была поуютнее... - Кхм... Мам, пап, это Амон. Он мой новый друг из Германии. Амон, это Кристина Александровна - моя мама, это Юрий Владимирович - мой папа. - Гёт протянул руку для рукопожатия и кивнул. - Проблема в том, что он не разговаривает на русском. Немного понимает, но не разговаривает. Так что мам, если есть вопросы, вспомни курсы языка. - Очень приятно познакомиться, Амон. Вероника не говорила про вас. Как давно вы знакомы? - добавила мать на немецком, немного запинаясь. - Мы знакомы больше месяца. - отчеканил мужчина. Вероника, чтобы разрядить обстановку, начала сама объяснять ситуацию: - Амон - архитектор. Он знакомый одного нашего препода в универе. Мы с ним познакомились, когда я тот лист на ватмане ходила сдавать. Собственно, почему он здесь: у него недели две назад возникли проблемы с жильём. Сейчас самый туристический сезон, все гостиницы и отели поблизости заняты, да и цены ломят дай боже... Ну, в общем я предложила ему пожить со мной. "Ишь как стелет" - подумал Амон. "Такая и на допросе у него не раскололась бы..." - Понятно, а почему ты нам не сказала? - Ну... Сейчас я вам об этом говорю. Кстати, еду готовил он. Да, вот такой он талантливый. - Прошу прощения, а сколько вам лет? - поинтересовался отец. Кристина Александровна пихнула его в бок. - Амону тридцать семь. - быстро ответила Вероника, держа Гёта за руку. После этого мужчина присоединился к ним за столом, оставаясь молчаливым. Большую часть времени он ничего не говорил, но потом начал добавлять фразы на немецком. Его, к счастью, понимали. - В Берлине не так уж и дорого, на самом деле... - поделился он. - Ну, верю. В Москве тоже какие-то вещи дороже, какие-то дешевле. - ответила Кристина Александровна. - Вы ведь архитектор? Можете показать нам какие-нибудь свои работы? - заинтересованно спросила она. - Работы? - стушевался Гёт. Веронику нельзя было подводить. - Работы - нет, но я могу показать свои скромные рисунки... Он вышел из кухни и пошел в маленькую комнату. Там, в ящике из под овощей лежал блокнот. Его фройляйн дала ему много всего для рисования, когда узнала, что тот мечтал быть архитектором. Даже дала какое-то пособие по рисованию. Офицер сидел днями, пока девушка училась, и рисовал. Рисовал кубы, шары, потом парочку предметов интерьера... Самым любимым делом оказались пейзажи. Городские постройки, панельные многоэтажки... Конечно, не очень красиво, но зато изобразить легко. Он принес скетчбук на кухню и стал показывать. Вероника смотрела на него, как зачарованная. Почему Гёт скрыл это? Вот его работы: дерево, соседский дом, колонны... Красивое окно с лепниной на другом листе... А чуть дальше должен быть рисунок греческого храма... Он перевернул страницу. - Похоже! Красавица! - улыбнулась мать девушки. Амон не понял, пока не повернул скетчбук к себе. Там был портрет. Тонкая и бережная работа, самая долгая и кропотливая, сделанная карандашом. На него с бумаги смотрела она, Вероника. Гёт рисовал ее, было дело... _________________ Родители попрощались, даже пожали Амону руку и ушли. Немец аж выдохнул! Вероника встала перед ним и спросила: - Ты так здорово рисуешь, и даже не сказал мне? - В этом нет ничего особенного, я делаю это намного хуже тебя... - Я не умею рисовать пейзажи, а ты..! - она взяла его руки в свои. - Ты бы мог и вправду стать архитектором... - добавила она. - Спасибо тебе. В ответ его прелесть хихикнула и поцеловала его в нос. - Заведу тебе страничку в соцсетях, чай, на рисунках заработать сможешь! - Если ты хочешь, попробуй. - отмахнулся Моня. - Попробуем обязательно! Пошли, кровать разберём, я так спать хочу, ты не представляешь...