Ад. Часть 2

***

— Даниэль, Кей — спать. — бросил Мартен сотрудникам, когда увидел, что они остались в холле. — Второй день на ногах. После такой-то ночи. Кей, завтра у меня работа в кабинете, у тебя выходной. Даниэль, можешь выйти попозже. — Иво, не скрывая усталости, закрыл глаза, сделал глубокий вдох. Уже за полночь. У него на столе сейчас дела, которые предстоит проверить. А еще записи с камер, которые тоже нужно посмотреть. — Тогда я подежурю у Лу. — тут же ответил Кей. — Я не могу вам ничего запрещать. — пожал плечами Приор, но в душе был благодарен. Кей и Даниэль переглянулись. Приор прищурился. — Что? — Месье Мартен … — начала было Даниэль, но остановилась. Качнула головой. — … Иво. — Мартен слегка поднял бровь. — Мы знаем, чем ты сейчас займешься. Вернешься кабинет, сядешь разгребать бумаги. Или еще хуже — начнешь смотреть записи. — Мартен мысленно усмехнулся. Он собирался сделать и то, и то. — Отдых нужен тебе. Особенно сейчас. Особенно перед завтра. Ты ведь сам знаешь. Не нужно … — Вейсс вдруг передумала, умолкла на полуслове. — Говори. — спокойно попросил Иво. — Не нужно себя мучить. — вдруг произнес Кей. Псионик не сводил глаз с Приора. — Лу это не поможет. Лу бы этого не хотела. — Беспокоитесь о работе? — уже открыто усмехнулся Иво. — О тебе. — в один голос ответили Даниэль и Кей. Выражение лица Иво смягчилось. Он покачал головой, привычным движением руки распустил хвост. — Что ж, мне повезло с сотрудниками. Хорошо, сдаюсь — отдыхать идут все. Марка завтра я тоже приму попозже. Иво еле справился с соблазном, чтобы не открыть записи с камер. Чтобы не увидеть Лу. Но Кей был прав — Иво себя пытал. Прокручивал в голове каждую деталь, каждый поворот плана — когда и что могло пойти не так. Термитник. Вот его главная ошибка. Не досмотрел, не докрутил. Если бы он обратил на это внимание, Лу бы никуда тогда не поехала. Не напоролось бы на нож. Не использовала бы пси … И так по кругу. Иво находил и тыкал себя в свои же ошибки, которые довели Лу до реанимации. И до выкидыша. Иво выдохнул и выпил успокоительное. Надо остановиться. Нельзя предаваться панике. Гране тогда его выручил — Иво почти провалился. Но Жак молодец. Мартен прошел к себе наверх, стянул форму, остался в таком же черном белье. Набрал полную, выливающуюся ванну и залез в нее. Напряжение тут же спало, Иво погрузился в воду с головой, он хотел смыть все. Все запахи дня. Ничего хорошего они не принесли. Полежав в воде еще с полчаса, мужчина наконец вылез. Да, ему стало чуть лучше. Спальня напоминала о ней. Черная форменная рубашка инквизитора, слишком длинная, грубая для девушки, сохранила запах Лу. Иво притянул ее к себе, зарылся в нее лицом. Вдохнул. Да, это Лу. Его Лу. Приор положил на тумбочку коробочку с кольцом. Лу не слишком явно проявляла чувства. Она не говорила о них, не признавалась в них. Ничего общего с романтическими девушками из старых фильмов, никаких чувственных разговоров. Ничего. Лу показывала не словами, а делом. И Иво это устраивало. Честно, Иво казалось, что, во многом, он такой же. Долгие разговоры и высокие размышления о чувствах не для него. Он признавал и не стеснялся их (в отличие от Лу). Но не говорил. Приехать к нему ночью, чтобы не оставлять одного против всего мира. Влезть в логово бандитов, чтобы у него не возникло дополнительных сложностей. Лу всегда пыталась его защитить, как бы глупо это не звучало. — Мы заигрались, Иво. — не своим голосом сказала тогда Лу, пытаясь все прекратить. Иво тогда разозлился. Но всего на мгновение. Потом Приор понял, что девушка врет. Нагло, отчаянно врет, чтобы убежать от чувств. И своих, и его. «Боится? Но чего?» — размышлял тогда Иво. — Потом будет больнее … — уже почти со слезами на глазах продолжала она. — Я не говорю «если», я говорю «когда». Тебе надоест. Страсть остынет … Иво впервые не стал слушать Лу — просто сгреб в объятия. Про себя лишь подумал, что, возможно, он слишком холоден. И что романтические разговоры из старых фильмов им обоим бы не помешали. А потом он услышал признание Лу. В ночь перед Термитником. Девушка явно была уверена, что Иво спит — иначе бы никогда в жизни он такое не услышал. Подслушанное признание в любви. Утром того же дня Иво купил кольцо. — Я так и не сказал ничего в ответ. — в пустоту произнес Мартен, засыпая в обнимку с рубашкой.

***

— Даниэль, учитывая … специфику этих кадров, я не имею права заставлять их смотреть. Не хочу. Мы с Марком вполне справимся вдвоем. — осторожно заметил Мартен, когда Вейсс развернула экран и выбрала нужную запись. Приор исполнил свое обещание — начал работать позже. На удивление, сон не принес ему новых кошмаров, либо это остается на совести дня, либо снотворное очень хорошее. Иво хотел рассчитывать на второе. Проверка дел не заняла много времени — Марк был отличным сотрудником. Пара рабочих звонков, затем, после короткой подготовки, звонок в больницу. Как там Лу. — Стабильно-критическое. — механическим голосом ответил дежурный. — Но она жива? — испуганно уточнил Мартен. — Разумеется. Мы начали подготовку к операции по указанию месье Гране. Сюда еще пришел некий месье … Стоун. Группа поддержки собирается. — недовольно цыкнул он. Иво повесил трубку и улыбнулся. Все хорошо. Все будет хорошо. Мартен размял шею и вышел в холл — нужно сообщить новости и наконец-то посмотреть записи. — Я уже смотрела их. Пока искала нужные. — подозрительно спокойно ответила Даниэль. — И ты явно не слушал истории Лу про Термитник … — слегка улыбаясь, добавила Дани. Марк нахмурился. — Большое упущение с моей стороны. Обязательно исправлю. — Иво сел на диван. — Давай. Первая запись. Четверо бандитов окружили машину спасателей, у одного точно нож, он его не скрывает. Из ниоткуда, светя фарами мотоцикла, вылетает Лу, крутой разворот, резкое движение бампера — и на одного бандита меньше. Отлетел метров на пять, на записи было четко видно, как его голова расшибается об асфальт. — Луи Рокс. Сидел за воровство, судили за разбой. Судя по всему, постоянный член одной из банд Термитника. — Даниэль остановила запись прямо на моменте, где растекается кровавая лужа. — И? — Марк терял терпение. — Он мертв. Умер той же ночью. Обстоятельства смерти уточняются. — Даниэль следила за реакцией Мартена. — Сочувствую месье Монтепену. Столько новых дел, столько смертей расследовать … Еще и при неполном собрании записей. — не отрываясь от изображения Лу на экране, произнес Иво. — Да. Неполном. А Сеть часто перегружается, что-то непременно теряется. — как бы виновато, но как бы нет, закончила Даниэль, возобновляя видео. Спрыгнув с мотоцикла, Лу обезвредила еще одного, ударом с ноги. Девушка двигалась легко, можно сказать, органично вписывалась в обстановку. Казалась, она всю жизнь только и делала, что дралась на улицах. Впрочем, Иво не знал — может, так и было. — Неплохо. — признал Марк. — Смог бы так? — не удержался Мартен. — Нет. — сжав губы, неохотно ответил Жонсьер. — Я предпочитаю думать, прежде чем делать. Затем смена ракурса, видимо, запись с другой камеры. Лу показывают справа, довольно близко. Иво видел, как светятся от гнева ее светло-голубые глаза. Девушка пропустила удар — татуированный кулак разбил ей нос, смещая его в сторону. Лу невольно шагнула назад, потеряла ориентацию. Иво напрягся. Сейчас. Сейчас будет нож. Приор видел, как девушка совершила быстрый пас рукой, и стоящее на углу мусорное ведро влетело в голову нападавшего, отчего тот сразу же упал. — Молодец. — снова прокомментировал Жонсьер. Лу не видела, как к ней подбирается последний, третий, с ножом. Камера четко запечатлела, как попытка девушки уйти от удара проваливается, и нож скользит по левому боку. Иво сжал кулаки. Лицо нападавшего тоже хорошо видно. Он его найдет. Мартен смотрел, как нахмурилась от боли Лу. «Не ее кровь, конечно же. Идиот. Не проверил» — сказал сам себе Приор, наблюдая, как Лу перевязывают. — Тот, кто с ножом — Стэн Смит. Его уже нашли. — нарушила нервную тишину Вейсс. — Что значит «его уже нашли»? — переспросил Иво. — Эта запись попала ко мне не сразу. — девушка замялась. — Эта камера принадлежит владельцу бара, которого крышует другая банда… — Понятно, Термитник. — вздохнул Иво. — И? — Лу получила популярность среди псиоников … и, судя по всему, определенных кругов Термитника … — Даниэль отвела взгляд. — Даниэль? — Мартен прищурился. — Скорее всего, тело месье Смита тоже покоится в каком-то городском морге. Марк не сдержал улыбки. Иво покачал головой. — Дальше. Какой-то темный переулок. Лу, вся в крови, стоит между двумя машинами. Где-то вдалеке видны огни толпы — манифестанты. Сердце Иво сжалось. Вот этот момент. Приор на секунду прикрыл глаза, глубоко вздохнул. Он знал, что потом произойдет. Девушка развела руки, кисти так напряжены, что видно вены. Стоящие рядом машины поднялись в воздух, метра на три. Затем их сжало, загорелась лампочка сигнализации. Скрюченные машины поднялись еще выше, Лу с большим усилием сдвинула руки вперед — машины повторили движение, потом резко упали. Девушка не выдержала и села на колени. Иво видел, как ее лицо заливает кровь из глаз, Лу потеряла равновесие окончательно, облокотилась на одну руку. Рукавом толстовки свободной руки протирала глаза. Одна ночью в Термитнике. Наедине со смертью. К ней подошли несколько человек, Иво узнал среди них Ирму и Аллена — мертвого предводителя Манифеста. Его дело он смотрел утром. Какой-то разговор, активные жестикуляции. Лу пошла с ними. — Она отписалась мне тогда. В это время. Что все получилось, они идут к Центральному посту. — сказал Жонсьер. Иво кивнул. — Иво, здесь, наверное, самая важная часть … — Даниэль принялась мотать. — Вот, посмотри. Видишь его? — Вейсс показывала на невысокого, крайне агрессивного вида мужчину с монтировкой в руках. За поясом висел пистолет. Он стоял напротив Лу, судя по выражению лица обоих — вот-вот должна была начаться драка. — Роберт Куль. В Манифесте недавно, в мирной жизни работает вышибалой в клубе. Исправно ходит на службы. Почему-то туда, где бывал Киньяр. — Хммм. — Иво придвинулся ближе. — Почему они с Лу сцепились? — Он со своими друзьями бил машину, где находились люди. — Понятно. — «Не смогла пройти мимо. Конечно же, нарвалась» — подумал про себя Иво, но на душе потеплело. Другого от своей возлюбленной он и не ждал. — Что там дальше? — Когда ты приехал на площадь … Вот. — Вейсс снова перемотала. Иво видел, как кучка вооруженных манифестантов стоит с краю от сцены. Впереди Роберт, с пистолетом в руке указывает на сцену, где Мартен и Стоун обезвреживают Викария. Вдруг в кучку летит тело, лицо Роберта искажает гримаса, он ищет источник проблемы. И потом видит Лу. Кадр снова меняется, Иво смотрит на происходящее сбоку. Лу пытается сбежать от пуль, кидает новое тело, отступает к сцене, девушка явно поняла, что дело плохо. Мартен увидел, как между ними пролетает граната, все покрывает туман. Лу пошатывается, координация явно сбита. Она не видит, как Роберт, встав во весь рост, стреляет по ней, спуская всю обойму, в надежде попасть. И он попал. Иво не выдержал, встал с дивана. Сжал-разжал кулаки, убрал руки за спину. — Найти его. — Принято. — Жонсьер поднялся с места. — Или меня уже опередили? — он обратился к Вейсс. Та покачала головой. — Я не понимаю, почему Лу молчала. — едва различимо прошептал Мартен. — Почему сразу не сказала про ножевое? Хилер бы все сделал, мы бы просто вызвали врача … — он обернулся к сотрудникам. — Почему? — Гране как-то сказал, что такое часто бывает. — неожиданно начал Марк. — Что бойцы не сообщают, что ранены. Так можно проявляться реакция на шок. Или, нежелание признать, что с чем-то не справились. Чтобы не разочаровывать командира. — Жонсьер внимательно смотрел на Иво. Тот снова глубоко вздохнул. Отчаянно. Вот, значит, как. Не хотела его разочаровывать. Он убил ее. Неосознанно. Нечаянно. — Лу не хотела беспокоить. — тихо ответила Даниэль. — Что? — Лу не хотела беспокоить. Она не любит просить о помощи кого-то вышестоящего. Особенно. К-гхм. Приора Инквизиции. — Даниэль отвела взгляд. Девушка рассказала про ситуацию с Ирмой, когда той докучали из Родительского контроля. Как Лу наотрез отказалась обращаться к Мартену. — Теперь ясно. — Мартен кивнул. — Марк, найди месье Куля, по возможности, как можно скорее. Сразу доложить мне.

***

День тянулся отвратительно медленно: бесконечные досье, нескончаемые сводки из Термитника: недовольные там, пострадавшие сям. Слава Единому, последних было немного, ровно как и убитых. Точнее, благодаря Лу. Большой проблемой оставался Термитник, и доля, хоть и небольшая, все еще недовольных властью манифестантов, которые не оказались и вряд ли окажутся за решеткой. Рано или поздно начнутся новые недовольства, был уверен Иво. Не такие масштабные и серьезные, разумеется, но теперь уже и «официальные» — псионики, нестабильные наравне со всеми. Иво предполагал, что в ближайшее время появятся кандидаты в Совет от псиоников — слишком долго с ними не считались. Конечно же, действующие советники в восторге не будут — некоторые из них открыто презирают «не чистых». Иво вздохнул. Ему предстоит еще много работы. Она будет менее опасной, нежели чем с бывшим Викарием, но не менее сложной. Мужчина обвел тонкими пальцами кольцо, в очередной раз оценил искусную работу ювелира. — Ты так мне нужна, Лу. — в пустоту сказал Иво. — Без тебя даже хрупкое равновесие недостижимо. Мартен встряхнул головой. Нет. Нужно собраться. Они слишком много прошли, слишком много сделали, чтобы он сейчас сидел и слезы лил. Лу слишком много сделала, чтобы Иво сейчас сидел живой, здоровый, и с властью в руках. Он не имел права подводить ее. Никогда больше. Приор вернулся к бумагам и звонкам. Юналу все неймется, хочет обсудить дело Жана-Франсуа. Сарду тоже просит закрытой аудиенции для нее и еще парочки членов Совета. И так далее, далее, далее … Погруженный в дела, Иво не заметил, как подкрался вечер. Работа отвлекала его от мыслей о той, кто сейчас в реанимации. Раздался стук в дверь. Даниэль. — Да. — Иво неохотно оторвался от отчетов. — Иво. Мама Лу. Она узнала, что дочь в больнице, но без подробностей. Ничего не понимает и очень переживает … — Даниэль замерла в дверях. — Ожидаемо. — Приор посмотрел на часы. — Операция начнется ночью. Но держать женщину в полном неведении непозволительно. Позвони ей и … — Мартен прервался. Нет. Так не делается. Халтура. Он сам должен с ней поговорить. Лично. — Мадемуазель Рид ведь из Ле-Лож, верно? — Она приехала в Нью-Пари, как только узнала. Месье Бэр перехватил ее по дороге в квартиру Лу, она сейчас с ним. В районе, где живет Лу, небезопасно. — Пригласи их сюда. — Обоих? — удивилась Даниэль. — С месье Бэром ей будет спокойнее, знакомое лицо в чужом городе. Считаешь иначе? — Нет. Просто удивилась. — Даниэль кивнула и вышла. Иво задумчиво постучал пальцами по столу. Да, не так он себе представлял знакомство с родителями. Представлял? Мартен вообще об этом не думал. Что он скажет Энн Рид? Что случилось с ее дочерью? Знает ли она вообще про них с Лу? Что рассказал Йонас? Размышления прервала влетевшая без стука Даниэль. — Иво, они начали операцию! Кей только что позвонил, Гране и остальные уже в операционной. — Что случилось? — голос Иво дрогнул. Они могли начать раньше только по одной причине — Лу стало хуже. — Кей не знает. Все засуетились, Гране и второй хирург приехали раньше, де Флер приготовила раствор, и они начали. Кей ждет дальнейших распоряжений. — Расскажи ему о визите мадемуазель Энн, если он может, попроси приехать. Помощь эмпатика лишней не будет. В больнице он все равно ничем не поможет. — «И что-то я сомневаюсь, что месье Бэр будет дружелюбно настроен» — добавил про себя Иво. Стоун приехал первым. Мартен отправил его приводить себя в порядок, все разговоры будут после. Минут через двадцать после Кея приехали Йонас с Энн. Формальные приветствия. Недовольный взгляд хилера. — Я подожду. — заверил Энн Йонас, когда Мартен пригласил их к себе. — Рабочая конфиденциальность, как никак. Чтобы месье Приор не смущался. «Он ничего не рассказал.» — сразу понял Иво. — «И остался, чтобы ненароком не узнать то, что его не касается.» Энн испуганно посмотрела на Приора, но вошла. Кей ей ободряюще улыбнулся. Лу очень походила на мать: такая же высокая, тонкая, те же яркие голубые глаза, только Лу светилась силой, даже яростью, жаждой к жизни; Энн же была очень уставшей, а сейчас — еще и напуганной. Женщина собралась и вежливо улыбнулась Приору. — Месье Мартен, благодарю за аудиенцию. — Это я должен благодарить вашу дочь за работу. — учтиво ответил Иво, приглашая присесть. — Чай, кофе? — Нет, спасибо. — Энн нервно теребила край свитера. — Месье Мартен … позвольте обратиться … Я разговаривала с Лу вчера утром, она звучала хорошо … здоровой. Но сегодня, когда я не смогла до нее дозвониться … и все эти новости про Ирму и Тома… Мне позвонил Доган, ее друг, спросил, не знаю ли я ничего о Лу, рассказал, что ее задели той ночью … Месье Мартен, понимаю вашу занятость, но я никак не могу связаться с дочерью, Йонас сказал, что она в больнице, ожидает операцию … — женщина сбила дыхание. Выдохнула. Голубые глаза уставились на Мартена в надежде, что он все объяснит. Скажет, что Лу в порядке. — Мадемуазель Рид. Лу получила ранение во время выполнения задания. Приношу свои извинения за то, что не поставил вас в известность. — Иво видел, как глаза Энн пустеют. — Лучшие врачи Нью-Пари будут оперировать ее этой ночью. Ситуация непростая. Однако, — Мартен изобразил ободряющую улыбку. — я рассчитываю на благоприятный исход. Я сообщу вам о результатах операции лично, мадемуазель … Иво попытался уговорить Энн остаться на ночь в Инквизиции, предлагал снять комнату в отеле, но та отказалась, заверив, что переждет ночь у Йонаса. Кей предложил Энн посмотреть комнату Лу, та молча согласилась, и они вышли из кабинета. — Даниэль, пригласи, пожалуйста, месье Бэра. Псионик вошел в кабинет, одарил Мартена самым хмурым своим взглядом, сел напротив. — Операция Лу началась. — выдержав паузу, произнес наконец Иво. — Я знаю. — Йонас тяжело вздохнул. — Ей стало хуже. — Насколько всё плохо? — слишком быстро, чтобы это звучало спокойно, спросил Иво. Йонас оценивающе посмотрел на Приора, как будто прикидывая, стоит или нет ему рассказывать. — Месье Бэр. — в тоне Иво уже ощущалась сталь. — Если вы что-то знаете, будьте так любезны сообщить. Не вы один переживаете за Лу. — Семью и друзей Лу вы в курсе держать не стали. Если бы не Доган — ее мать бы и не узнала, что Лу при смерти. — холодно ответил Йонас. Псионик внимательно следил за Мартеном. Конечно, Йонасу он не нравился — он был наслышан о Приоре. Когда врач узнал, что Лу с ним спит, он был шокирован — несмотря на все рассказы о Мартене, Лу позволяет ему себя трогать. Тогда Йонас впервые допустил, что, возможно, в Инквизиции есть и «хорошие» ребята. Не может же Лу ошибаться и открывать душу кому попало? Возможно, Иво Мартен вовсе и не главный злодей, убийство которого бы решило все проблемы псиоников. Йонас посмотрел на Иво. Строгий, во взгляде — сталь. Взгляд псионика скользнул на стол, где лежали дела. Подпишет смертный приговор и не дрогнет. «Придется вынести приговор себе» — вспомнил Йонас слова Мартена в больнице. «Он же реально переживает. Думает о ней. А я тут строю из себя непонятно что…» — Не могу оценить степень ухудшения. — продолжил Йонас. — Не знаю деталей, доктору Гране виднее. Насколько я знаю, появился риск начала кровотечения, поэтому операцию начали раньше. Иво молчал. На секунду, всего мгновение, прикрыл глаза. — У вас осталась сигарета? — Йонас достал себе, зажигая. Иво усмехнулся. До него дошел табачный запах, резкий, грубый, режущий рецепторы. Мартен достал из кармана сигарету, Йонас зажег ее. Приор затянулся, дым коснулся его бледного лица, Иво прищурился. — Тяжелые. — заметил Приор, выдыхая. — Сочетаются с работой. Твоей тоже. — хмыкнул Бэр, затягиваясь. — Значит, на «ты». — Мартен откинул голову на кресло, посмотрел на хилера. — Йонас, прошу, ответь откровенно. Не щади. Как ты оцениваешь шансы Лу выжить? — Еще б я тебя щадил. — пробурчал врач. — Я остаюсь на своем — верю в Лу. И в Жака Гране. Он топовый хирург. — Приятно слышать. — отрешенно ответил Иво, наблюдая, как тлеет сигарета. — А ты совсем отчаялся, да? — Йонас наклонился. Приор никак не отреагировал на выпад. — Да. — Иво сделал еще одну затяжку, невольно поморщился. — Йонас, теперь на моих руках еще и кровь Лу? Иво хотел услышать правду. Он, Приор Инквизиции, не в силах был вынести приговор сам — нужно было чужое мнение. — Сначала я был уверен, что да. Что всё из-за тебя. Ты же Приор. — Йонас выдохнул дым, покрутил в пальцах сигарету. — Но потом … Лу же могла и не лезть в Термитник. Или ее могли пристрелить в той куче, запросто. Пуля в затылок, и разговоров нет. Могла словить пулю в Термитнике. Короче, могла оказаться в палате, или в морге, гораздо раньше. Или не оказаться вообще. Дело случая. Но риск всегда был. Такую работу выбрала. — Йонас хмыкнул. — Ты же не жалуешься, что на тебя покушения совершают. Дело случая. Неблагоприятное стечение обстоятельств. В этот раз Лу повезло меньше. Вот и все. Как бы паршиво это не звучало. Дым проел весь кабинет, в глазах Иво с непривычки щипало. Мартен вздохнул. Не сказать, что с облегчением, но слова Йонаса дали ему повод задуматься. Возможно, он не палач. — Можно вопрос? Личный. — неожиданно спросил Йонас. — К-гхм. Рискни. — Иво слегка опешил. — У тебя с Лу серьезно? — хилер внимательно следил за реакцией Мартена. Иво рассмеялся. Чисто, искренне. Открыто. — Я в курсе слухов о моем отсутствующем сердце, Бэр. — Иво коснулся кармана. — Но теперь это правда. У меня нет сердца, оно уже довольно длительное время принадлежит Лу Рид. — Мартен положил на стол коробку с кольцом. — Нихера … — Йонас поперхнулся. Псионик по-другому, более тепло, посмотрел на Мартена. — Она не согласиться. Ни за что в жизни. — Посмотрим. — Иво закашлялся. — Месье Бэр, бросали бы вы курить … — Не поверите, месье Мартен, держался до вчерашней ночи. А потом снова вы … — усмехнулся Йонас.

***

Шел третий час операции, в конце концов, Иво не выдержал и приехал в больницу — его сопровождал Баретти. Мартен сидел в коридоре, смотрел на дверь, за которой несколько врачей пытались вытащить Лу с того света. Телефон разрывался от смс: дела не оставляли Приора даже ночью. Иво нахмурился — от Марка до сих пор нет вестей. Поиски Роберта продолжаются. Совет тоже не давал покоя: Монтепен так и порывался скинуть все на Церковь, а, еще лучше, заодно и прижать Инквизицию. И, естественно, Совет не был рад потенциальному расширению в виде псиоников. Иво прикидывал, кто может быть кандидатом. В голову никто не приходил. Вдруг лампочка над дверью загорелась зеленым, раздался тонкий, до ужаса противный писк. Началась возня. — Что происходит? — Баретти поднялся, загородил собой Мартена. Дверь операционной открылась, из нее, опираясь на плечистого молодого человека, покачиваясь, вышел Гране. Лицо врача залило кровью, болезненно щурился от яркого света. Иво, отодвигая Гектора, тут же подошел к нему. В конце коридора Мартен увидел санитаров с коляской. — Да в порядке я, Жан, отпусти. Кого ты еще созвал? — недовольно бурчал Жак, прикрывая кровоточащие глаза рукой. — Это месье Мартен. — низким басом прогудел Жан. Мартен не успел слова вставить, его отодвинули санитары, усадили Гране в коляску. — Возвращайся. — Жак махнул рукой в сторону операционной, второй врач кивнул и скрылся. — Иво. — Я здесь. — подал голос Мартен. — Жить будет. — врач устало откинулся на спинку кресла. — Подробности позже.