Sonne

      У Джеймса и Сириуса было негласное правило — связываться друг с другом хотя бы раз в день. И они никогда его не нарушали. Исключение составляли лишь дни, когда друзья могли увидеть друг друга вживую, но с каждым разом расставания становились все дольше и дольше. После наложения Фиделиуса на дом в Годриковой Впадине прошло больше четырех месяцев, а встречи можно было пересчитать на пальцах одной собачьей лапы.              Поднявшись в спальню, Сириус залез под подушку и достал оттуда круглое карманное зеркальце. Крыса бешено забилась в клетке, стоило ей увидеть знакомый предмет. Волнуется или боится?              — Сохатый? Сохатый, мать твою ответь!              Регулус прекратил разглядывать Петтигрю и поставил клетку на стол. Прищурившись, от слепящих солнечных лучей, он нехотя прикрыл глаза, концентрируя все внимание на животном. Сердечко с такой силой колотилось о грудь, что казалось сейчас выпрыгнет. За ушами, на холке встала шерсть — Регулус повел головой, отгоняя неприятные ощущения. Капелька пота скатилась по шее, и парень в мгновение почувствовал, как чьи-то каменные руки сомкнулись на глотке, не давая сделать вздоха.              — Бродя-яга, собака ты драная, почему вчера так и не связался! Мы с Лили волновались вообще-то, ты крайне хуёво выглядел!              Резко распахнув глаза, Регулус отшатнулся от клетки. Ему все еще нужно было тренироваться считывать энергию поля без полного погружения в объект. Самая сложная задача в родовой магии. Особенно все усложняется, когда этот объект против проникновения. Но с подобным Регулус работать научился.              «Он боится» — осознал Блэк. Взглянув на Сириуса, впервые за день просиявшего, стоило ему услышать голос лучшего друга, Регулус задумчиво-иронично улыбнулся. Подобного страха многие Пожиратели и перед Лордом… Безносым не испытывают.              Оставив Питера наедине со своими переживаниями, Регулус аккуратно присел на край кровати, так чтобы не выдать Джеймсу свою присутствие.              — О, ну спасибо! Я ведь именно это и мечтал услышать! — ехидно скривился Сириус в полуулыбке. — Я скоро к тебе трансгрессирую, есть важное дело. Лили же дома?              — Какое это у тебя дело к моей жене? — наигранно нахмурился Джеймс.              Услышав эти недозаигрывания, Регулус не смог сдержать улыбки.              — Ва-ажное, — передразнил Сириус. — Не для зеркала. Появились некие весьма веские обстоятельства, которые могут и надеюсь изменят весь ход… — Сириус многозначительно глянул на Регулуса, — игры.              Поттер в секунду посерьезнел, зарылся пятерней в волосы и наконец кивнул:              — Понял. Я попрошу Рема задержаться, он только из Ордена, сказал пока все спокойно. Жду.              Голос Джеймса пропал и зеркало снова стало самым обычным непримечательным аксессуаром. Взяв клетку с Петтигрю, Сириус жестом пригласил Регулуса к выходу.              На улице вечерело. Солнце по-прежнему стояло довольно высоко, но каких-то пару часов и оно совсем скроется из вида. «Надо бы не задерживаться у Поттеров» — Регулус тряхнул головой, уворачиваясь от какого-то листочка. Нервное состояние наступившая весна лишь усугубляла. Прохладный ветер ворошил пряди, ничуть ни ласково забираясь под воротник. Путешествующие по воздуху пылинки докучливо дразнились, заигрывали с волшебником. Регулус чихнул. Недовольно сморщившись, он поднял воротник пальто и поспешил за Сириусом к двум раскидистым дубам.              — Мне кажется, Рег, будет удобней если…              Сириус остановился, развернулся и обнаружил за собой только черного кота, вопросительно склонившего морду в бок.              — Я это и имел в виду, — нагнувшись, парень протянул руку к животному, позволяя вскарабкаться на себя.              Сириус взмахнул палочкой и трансгрессировал на задний двор коттеджа Поттеров. Взбежав по ступенькам, он постучал в дверь заученным шифром.              — Бродяга!              От радостного вопля зазвенело в ушах.              Джеймс должно быть все время после звонка сидел под дверью в ожидании лучшего друга. Парень радостно сгреб Блэка в охапку и буквально втащил в дом. По-собачьи принюхавшись, Сириус уже с порога почуял восхитительный аромат домашней выпечки. Желудок согласно заурчал. Мысль о перекусе его порадовала.              — Сохатый, а ты не хотел бы, например, убедиться, что я это я? — все еще стоя в прихожей и слушая сумбурный поток мыслей Поттера, уточнил Сириус.              — Мы ведь для этого специально код придумали? Ты постучался, значит ты это ты.              — Поверь, после того как я тебе расскажу зачем прибыл, ты с удовольствием меня и Сывороткой правды напоишь, — Сириус растянулся в самой невинной улыбке, которая только была в его арсенале.              — Можешь просто превратиться, — легко отмахнулся Джеймс.              Вполне логично. Даже под оборотным зельем неанимаг превратиться бы не смог. А проводя на протяжении четырех лет каждое полнолуние вместе, парни наизусть выучили все отличительные черты и повадки друг друга.              Сириус поставил клетку с колотящейся крысой на пуфик позади себя и, обернувшись псом, приветливо взмахнул хвостом.              Регулус ахуел.              Вот представьте, едете вы на своем человеке, цепляетесь за него всеми четырьмя лапами, а он ни с того ни с сего превращается в огромного лохматого пса. Зашипев, кот спрыгнул со спины Бродяги, как и положено, приземляясь на четыре лапы. Сириус весьма саркастично гавкнул и снова принял свой человеческий облик.              Настала очередь Джеймса в ахуе смотреть на весь разворачивающийся цирк.              — Бродяга? Откуда у тебя кот? Зачем кот? И это… это что Питер? В клетке?              — Я же говорил. Сейчас все объясню, — подхватив клетку, Сириус успокаивающе похлопал друга по плечу и направился в сторону кухни. Кот послушно засеменил следом, не забыв фыркнуть на Джеймса и наступить лапой на его тапочек. — Рем, Цветочек! А где мой любимый крестник?              Ремус, все еще бледный с прошедшего полнолуния, приветственно махнул рукой, продолжая сосредоточенно макать в чай печенье. Его напрягло внезапное сообщение Джеймса о прибытии Сириуса. Лишний раз к Поттерам никто из них старался не заходить. Мало ли за кем Пожиратели устроили слежку. А тут неожиданный звонок, никаких объяснений. Если бы Люпин своими глазами не видел, как Сириус превратился в огромного пса в прихожей, точно бы решил, что это ловушка.              — Какой милый котик! — Лили быстро чмокнула Сириуса в щеку, следом полностью переключая свое внимание на мохнатого гостя, который старательно пытался спрятаться на подоконнике. — Гарри только уснул, Джеймс еле уложил его.              — Знаешь, Цветочек, на твоем месте я бы кота не трогал, он блохастый, — отозвался Сириус, располагаясь за столом.              — Сам ты блохастый! — возмутилась девушка, осторожно поглаживая котика по спинке. — Только посмотри какой он хорошенький! Ему нравится!              — Бродяга?!              Джеймс с грохотом поставил клетку с Питером прямо на центр стола, въедаясь взглядом в Блэка. От ударной волны столовые приборы и посуда подпрыгнули. Пара ложек свалилась на пол, а кипяток из кружек выплеснулся на кружевную скатерть, образовывая темные полукруглые лужицы. Ремус сделал медленный глубокий вдох, провожая взглядом утонувшую в чае печеньку.              — Джеймс, — предостораживающе протянул Люпин, ложкой выуживая размокшие кусочки теста. — Еще хоть одно малейшее неосмотрительное действие и клянусь ты следующий окажешься в клетке.              — Да я-то тут причем! Это он! — Джеймс чуть не поперхнулся от негодования. В подтверждение своей вменяемости он пододвинул клетку к Лунатику и с видом вот-ты-только-посмотри-какой-он-не-хороший указал на Сириуса. — Видишь?              С секунду Ремус пялился на крысу, возившуюся взаперти, пока не признал в нем их четверного друга. Затем он перевел взгляд на Джеймса, который больше походил на закипающий чайник — еще чуть-чуть и засвистит от возмущения. А потом на Сириуса, похоже единственного в доме, кто чувствовал себя абсолютно комфортно.              — Бродяга, у тебя горячка!? Ты блять в своем уме?!              — Я не блядь, дома ночую, — спокойно отозвался на едкий комментарий Сириус. — А тут все просто, Регулус вам сейчас все расскажет.              — Регулус?              Лили громко вскрикнула, отскакивая от окна.              Черный кот спрыгнул с подоконника, принимая человеческий облик. По очереди оглядев всех присутствующих, за исключением Сириуса, сидевшими с открытыми ртами, он не смог не улыбнуться. Фурор произведет. А где же фанфары дама и господа?              — А я тебе говорил, Лилс, не надо его трогать! — довольный, с хищной улыбкой Сириус откинулся на спинку стула, с хрустом откусывая стащенное из вазочки печенье.              

***

                    — Это пиздец, — озвучил общее мнение Ремус.              За круглым столом в доме Поттеров царило напряженное молчание, нарушаемое лишь многозначительными взглядами. Мерно попивая успокаивающий ромашковый чай, по фирменному рецепту миссис Эванс, каждый из присутствующих анализировал только что услышанный рассказ. Первой тишину нарушила Лили:              — Раскол души многое объясняет, если он «бессмертный», — девушка со всей ненавистью выразительно изобразила кавычки, — то понятно почему в последнее время он сам появляется буквально в каждом сражении.              «Тем легче его будет убить» Регулус решил, что разумнее это вслух не произносить. Он не был уверен, что кто-либо из сидящих за столом хоть раз в жизни совершал убийство. А без этого финального решающего компонента все попытки будут тщетны. Только после личного засвидетельствования смерти Реддла, Регулус сможет сказать, что война окончена.              Ремус обвел всех присутствующих вымученным взглядом. Из-за отсутствия нормального режима сна веки слипались. Сначала полнолуние, затем его выдернули на внеплановую бойню, не дав привести себя в порядок, а сегодня вообще был день его дежурства. Ко всему прочему, он надел новый свитер, который кололся так, будто его связали из крапивы. Вишенкой на торте стала новость о предательстве лучшего друга — мародёра!              Почему-то дышать стало сложнее. Есть от этого лекарство?              — Вы точно уверенны, что Питер предатель? — уточнил Ремус, нервно оттянув воротник колющегося свитера.              — Да, у него есть татуировка, — раскачиваясь на стуле, Сириус намеренно отвернулся от Рега, чтобы снова не смотреть на его предплечье.              Джеймс горько усмехнулся. Когда появились слухи о предателе среди мародёров, он напрочь отказался верить в подобную чушь. И куда это привело? О последствиях свой неосмотрительности ему думать не хотелось, но мозг учтиво подбросил вполне правдоподобные картинки Бродяги, которого Пожиратели запытали до смерти, считая хранителем его; Лунатика, растерзанного шавками Сивого; Лили и малыша Гарри, с которыми хладнокровно расправился Волдик, узнав о тайном месте Поттеров. Джеймса передернуло.              — Так-то она и у Регулуса есть, — протянул Лунатик, отпивая горячий чай.              — Ну раз на то дело пошло — у Сириуса они тоже есть! — парировал Регулус, специально громко возвращая чашку на блюдце. Ремус поморщился.              Сейчас все татуировки Бродяги были надежно скрыты кожанкой, однако их наличие было глупо отрицать. Свою первую — салемский крест — он сделал ровно через неделю после побега из дома. Но большинство татуировок были не для красоты или простого в виде протеста. Нет. Древние руны на теле Блэка складывались в сложные вязи, образую мощные магические обереги, призванные защищать своего носителя и наделять его силой.              Сириус качнулся взад-вперед, ставя стул на все четыре ножки и яростно взмахнув руками, развернулся Регулусу:              — Это не одно и то же!              — Так, а ну хватит! — Джеймс подскочил со своего места, вставая между братьями. Сжав плечо Бродяги, он не позволил ему встать.              — Он первый начал! — тут же указал на брата Сириус, глядя на Джеймса щенячьими глазками.              Регулус и Джеймс синхронно закатили глаза.              — Как дети маленькие, — переглянувшись с Ремом, тихо прошептала Лили, пряча за покашливанием улыбку.              — Мы дали Питеру Сывортку правду, все подтвердилось. И Рег тоже её пил, могу непреложный обет дать, — успокоившись продолжил Сириус, достав из карману пачку сигарет, и уже вытащил одну, как вспомнил, что с появлением Гарри Лили просила парней по возможности курить на улице. Пока Цветочек не заметила его маленького нарушения, Сириус засунул неприкуренную сигарету обратно в пачку.              — Четыре крестража уже у меня, осталось достать последний и мне очень бы хотелось успеть за сегодня, — с акцентом на последнее слово вставил Регулус, взглядом показывая Сириусу, что пора бы и поторопиться. — Потом останется только уничтожить все крестражи и убить… Волдика. Я долго думал над планом и, если вкратце, то нам может понадобиться оборотное зелье. Сириус сказал, ты сможешь с ним помочь, — Регулус перевел взгляд на Лили.              — Сварить-то не проблема, но вот достать нужные ингредиенты. Это может занять около месяца. Сушеные златоглазки должны настаиваться двадцать один день, зато нужные водоросли у меня точно были. Рог двурога и шкуру бумсланга можно попробовать найти в Косом переулке, но боюсь это слишком опасно. Там везде слежка, а эти ингредиенты выдаются исключительно под роспись.              — Только если доставать их легально, — заметил Регулус, не намереваясь отступать от задуманного. — Не волнуйся с этим мы разберемся, главное, что ты знаешь, как приготовить зелье.              Лили кивнула. В зельях ей не было равных.              — Вы уверены, что в одиночку отправляться за крестражем хорошая идея? — Джеймс нервно теребил пальцы. Он всегда так делал, когда волновался. — Я мог бы…              — Однозначно плохая идея бежать туда всей толпой, — сразу же перебил его Регулус. — И хочу напомнить, что трансгрессировать я могу только с одним человеком.              — Рег прав. Тем более если Лили будет занята, кто присмотрит за Гарри? Несколько суток двадцать четыре на семь с полугодовалым ребенком, Сохатый ты уверен, что это легче, чем достать крестраж?              Сириус правда считал, что достать и уничтожить крестраж и в половину не так сложно, как сидеть с ребенком. С магией он взаимодействовал с самого рождения. Она, безусловно, была опасной, но по большой части там ответственность только за себя. А здесь за живого человека, пока даже не способного сказать, что он хочет. Одно дело приехать и поиграть с ним, подарить классную игрушку, но совершенно другое кормить, поить его, укладывать спать, следить, чтобы он ничего не взял в рот, не ударился, да и просто чувствовал себя хорошо. Сириус порой сомневался, что за собой может так следить, не говоря уже о ком-то.              — У меня не все так плохо! — возмутился Джеймс, недовольно пихая лучшего друга в бок.              — Ну-ну, я помню, как ты два часа искал Гарри, а тот просто спал, укрытый мантией невидимкой.              — Зато подгузники я меняю превосходно!              — О у тебя появился отличный шанс приобрести еще парочку умений, — Сириус радушно взлохматил шевелюру Джеймса, вставая из-за стола. — А и… нужно что-то делать с ним, — Блэк указал на притихшую крысу. — В Годриковой Впадине его никто не найдет, но… не думаю, что держать его рядом с Гарри разумно.              — С Петтигрю я разберусь, — Ремус притянул клетку к себе, аккуратно накрывая ладонью.              — Только он нужен живым! — Регулус дождался кивка Люпина и указал Сириусу на дверь. — Нам пора.              Попрощавшись с друзьями, братья вышли на улицу. Заметив клонящееся к закату солнце, Регулус напряженно вздохнул. Бродить ночью по непроходимой чаще так себе удовольствие.              Снова оказавшись на заднем дворе, Регулуса словно осенило:              — Ты не говорил, что ты анимаг! — возмущенно зашипел он, останавливая Сириуса.              — Ты тоже. Один — один.              Нет, он еще и подмигивает! Смешно ему! От негодования Регулус чуть не топнул ногой. Вместо этого он просто схватил Сириуса за руку и трансгрессировал.              

***

                    Последние лучи заходящего солнца озаряли две фигуры, спускающиеся с покатого холма. Холодный ветер к вечеру усилился, мелкими иголочками покалывая ладони отчего оба брата одновременно спрятали руки в карманы, покрепче сжимая палочки.              Регулус поёжился. Литтл-Хэнглтон, когда-то действительно был прекрасным местом. Сейчас же жизнь полностью покинула его. В долине царила могильная тишина — ни голосов людей, рассказывающих соседям последние сплетни, ни ржания лошадей в стойлах, ни хотя бы чириканья маленьких пташек.              Интуиция так и кричала «БЕГИ!»              В паре метров от края грунтовой дороги начали появляться первые дома. Все окна в них были черными, ни намека на свет, стекла во многих выбиты, а двери заколочены. Ни из одной трубы не валил дым. Фасады перекошены, заборы сгнили и обломались. Редкие деревья и кустарники погнулись, не вызывая ничего кроме жалости.              — Чувствуешь это? — вопрос Регулуса скорее был риторическим.              Глухие шаги остановились на перепутье меж двух холмов.              — Черную магию, пожравшую здесь все?              Сириус присел на корточки, дотрагиваясь ладонью до сухого грунта. Земля гудела. Неровные вибрации ударили в руку горячими волнами. Справа шли слабые, статичные, почти не слышные пульсации. Слева, наоборот, магия била через край. Она корнями распространялась под землёй, податливо отзываясь на призыв живой человеческой энергии.              Регулус остался стоял чуть в стороне, не мешая Сириусу исследовать поле и на вопросительный взгляд лишь пожал плечами. Когда он в первый раз прибыл сюда, то поначалу двойственность магических потоков его смутила, но Регулус довольно быстро сориентировался что к чему. Теперь же ему просто было интересно послушать версию Сириуса и сравнить насколько она будет схожа с правдой.              — Обычная магловская деревушка, только умерло здесь все из-за черной магии. Похоже на какой-то тёмный ритуал, что ли? — Сириус поднялся, отряхнул пыль с рук и указал на особняк, виднеющийся в дали. — С тем замком Дракулы пока не пойму, что не так. Поля нет, значит жили маглы, но три довольно сильных следа чётко улавливаются.              — О да, ты прав! — Регулус довольно улыбнулся, с энтузиазмом потирая ладони. — Это поместье Реддлов — тоже играет важную роль, но о нем чуть позже. Нам направо.              Свернув с главной дороги, ведущей в Литтл-Хэнглтон, Блэки направились в глубь чащи.              — Дамблдор хоть что-то о происхождении Володьки вам рассказывал?              Сириус отрицательно помотал головой. Насколько он помнил, на собраниях всегда обсуждались лишь актуальные повестки и попытки поймать Пожирателей, но вот уж никак не семейное древо Безносого.              — Если вкратце, то Меропа, урождённая Мракс по уши влюбилась в магла Тома Реддла. Но её отец, Марволо, гордый обнищавший чистокровный волшебник был естественно против. Не знаю, что потом точно произошло, но Марволо и его сына, брата Меропы, посадили в Азкабан. Девушка осталась одна и не преминула воспользоваться случаем. Она сварила Амортенцию, подлила объекту своего обожания и хэппи энд! — невесело известил Регулус, изображая фальшивую радость и весьма комично размахивая в воздухе руками.              Сириус улыбнулся одними уголками губ.              — Не все так просто, — оборвал его Рег. — Они поженились, Меропа забеременела и, кажется, решила, что теперь муж и без любовного зелья останется с ней. Но нет. Он бросил ее. Бедная девушка, не сильная в магии родила в магловском приюте. И угадай кого?              — Удиви меня!              — Тома. Марволо. Реддла!              Отодвинув от лица очередную костлявую ветку, Сириус протиснулся между поваленными деревьями. От краткой биографии Меропы Мракс понятнее к чему она не стало.              Регулус остановился. Потерев переносицу, он перевёл взгляд на спину Сириуса. Тот по инерции прошёл вперёд, но, заметив отставшего Рега, обернулся:              — Ты чего замер?              — Смотри.              Взмахнув палочкой, парень начертил в воздухе три мерцающих слова «Tom Marvolo Riddle», а затем заставил буквы поменяться местами.              «I am Lord Voldemort»              — Нихуя! То есть этот гад помыкает всем магическим обществом, топит за чистоту крови, презирает маглов, зверски убивает их направо и налево и сам происходит от них же?! Блять пусть лучше пойдёт и повесится! Хоть польза от него будет!              Регулус не сдержался и, глядя на возмущённого Сириуса, активно жестикулирующего палочкой, от всей души рассмеялся.              — Представляешь, как Белла обрадуется, когда узнает об этом? Или тот же самый Малфой?              — Предлагаю раньше времени их не разочаровывать, — переломив ветку ногой, Сириус стал дальше прокладывать путь.              — Не будем. А в том поместье Реддлов около сорока лет назад убили трех маглов, последних, как казалось, представителей рода. Полагаю не сложно догадаться, кто конкретно это сделал, — уже спокойно завершил свой рассказ Регулус.              На небе зажглись первые звезды, когда грунт на тропинке постепенно сменился камнем. Полумрак чащи расступился, открывая двум волшебникам вид на перекошенную хибару, до самых окон поросшую густым мхом. Черепица на крыше давно выцвела и обвалилась, стропила прогнили, а в некоторые дыры в фасаде спокойно можно было влететь на метле. Если бы не сочащаяся из-под дома, клубами стелющаяся по земле, магическая энергия можно было бы сказать, что когда-то тут жили очень бедные маглы.              — Это здесь. В дом не даёт зайти барьер, снимем его и думаю все остальное будет в разы проще, — Регулус остановился в шаге от невидимого купола, покрывающего хибару. Спрятав руки в карманы брюк, он невольно опустил взгляд на землю и шарахнулся в сторону. Прямо около его ноги, лежал разлагающийся труп голубя, кишащий гладкими белёсыми червяками. Ком тошноты застыл в горле. Регулус отвернулся и отошёл от гиблого места подальше, сразу же ища глазами Сириуса.              Его нигде не было.              — Сириус? — надрывистый голос Рега прорезал густую тишину.              

***

                    Семейное «поместье» Мраксов Блэку не понравилось сразу. Здесь было неестественно холодно, хотя в окружении стены деревьев ветер полностью отсутствовал.              Обычно низкие температуры свойственны местам, в которых проводились тёмные ритуалы. Оставленные магические следы буквально вытягивают все живое тепло. А артефакты…              В Мракоборческом центре никогда не делался упор на родовую магию или силы чистокровных волшебников. Там все равны. Но при схватке с Пожирателями любые средства хороши. И умение считать мага, его ауру, эмоции, силу часто играло на руку.              Пробираясь сквозь сушняк, Сириус надеялся найти хоть какие-то дополнительные следы магии, которые помогут снять барьер. Увы, но и сзади это лачуга была абсолютно не примечательна. Если закрыть глаза, то по ощущениям она представляла собой массивный сгусток энергии, втягивающий, поглощающий в себя весь окружающий мир. Понять, где находится его эпицентр, на котором держится защита, со стороны было невозможно. В том что этот эпицентр и был тем самым крестражем Блэк не сомневался.              В принципе ни на что другое Сириус и не рассчитывал. Волан-де-Морт был достаточно силен и умён, чтобы не оставлять лишних меток.              Остановившись около магического барьера Сириус прикрыл глаза и сделал глубокий вдох, желая почувствовать колебания и всплески заклятья. Мокрый запах сырости, гниющей тины и, кажется, естественных отходов моментально заполнил лёгкие. Чувствительный нос неприятно кольнуло. Да чтоб тебя!              Сморщившись, Блэк зажал нос рукавом куртки, сразу же возвращаясь в ощущения собственные тела. Ну, раз невербальные методы не работают, надо пользоваться другими. С этими мыслями он протянул правую руку вперёд.              —Сириус?              Дёрнувшись от неожиданного возгласа, Блэк задел ладонью барьер. Защита сработала исправно — Сириус лишь дотронулся до плотной воздушной стены, которая тут же заискрилась. По ладони словно провели огненным факелом, предварительно сбрызнув её бензином. Руку обожгло. Парень мгновенно отдёрнул её, но было поздно, а магический купол, накрывавший лачугу, заискрился.              — Сука-а! Блять!              Поперёк ладони полыхал розовый отпечаток, с каждой секундой наливающийся краской. Потрясая рукой в воздухе, Сириус спешно наложил на воспалённый участок охлаждающее заклинание и прижал ладонь к холодной коже куртки.              — Чего орёшь? — все ещё морщась от боли, Сириус вернулся из-за хибары.              Регулус заметно выдохнул. У гриффиндорцев что в базовых настройках заложено постоянно во что-то влипать!?              Возмущаться и предъявлять претензии он не стал. Поругаться они успеют всегда, а учитывая, как сильно некоторые крестражи воздействуют на психику, то, видимо, это всегда настанет очень скоро. Рег просто взял брата за плечо, желая почувствовать не влез ли тот во что-то опасное и нет ли на нем теперь каких-либо меток, высасывающих жизнь.              — Не лезь в моё поле, — Сириус отреагировал моментально, сбрасывая руку. Ему никогда не нравились подобные проникновения, даже с добрыми намерениями. По коже бежали мурашки, в голове начинало резко колоть и перед глазами сразу вставал образ матушки, желавшей узнать, понял ли Сириус хоть что-то из её уроков.              — Твоя рука…              — А? Да, хер с ней — Сириус для наглядности пару раз сжал и разжал ладонь, демонстрируя работоспособность. — Руническую формулу чар komnerarealor помнишь?              — Учитывая, что из нас двоих к этой миссии три недели готовился не ты, то логичнее если бы я задал такой вопрос.              — Прости, не подумал. Тогда ты слева, я справа, — примирительно подняв ладони вверх, Сириус левой рукой достал палочку и начертил на барьере первую руну кеназ.              Расходясь в разные стороны, парни постепенно начали наносить руническую вязь по всей окружности барьера. Палочка резала купол подобно кинжалу. Она с трудом входила в материю, искрилась, но исправно оставляла за собой тонкие прорези в виде рун. Жилище Мраксов начало окутываться двумя плотными кольцами древних символов.              Небо окончательно почернело. Над старой хижиной не зажглось не одной звезды, даже все ещё полная луна не смогла пробиться своим светом.              Прочертив последние символы чар, Сириус с Регулусом снова встретились и отступили от купола.              Руны словно нарочно держали интригу. Наконец они загорелись равномерным золотистым светом и из двух колец равномерно распределились по всей площади сферы. Первый этап завершён удачно. Следующий — плата кровью.              Повернувшись к Регулусу лицом, Сириус протянул ему левую руку.              — Ego transmitto tibi sanguis meus et fortitudines iungo, — смотря чётко в глаза брата, произнёс Сириус, ощущая как чужое режущее заклинание проходится по ладони. Из пореза выступила густая алая кровь, крупными каплями стекая на землю.              — Давай, — Регулус переложил палочку в левую руку. Сириус сделал такой же ровный надрез на правой руке Рега. — Ego transmitto tibi sanguis meus et fortitudines iungo.              Оба убрали палочки и взялись за руки, направляя всю свою внутреннюю энергию на снятие защитных чар.              От соприкосновения кровоточащих ладоней зрачки сузились в крохотные точки — перед глазами потемнело, а затем они расширились, почти полностью скрывая радужку. Сердца поймали общий ритм и от самой земли сначала по ногам, потом все выше и выше прошлись крупные волны. Стоять стало тяжело, колени подкашивались, не слушая хозяев, руки занемели. Регулус отчётливо помнил, что когда сам пытался снять купол, то чувствовал тоже самое, потом свалился в обморок. Разве с силой Сириуса не должно переноситься легче?              Наконец на куполе зажглись руны. Они заискрились, ослепляя братьев и барьер рассыпался комками тяжёлого белого пепла.              В глазах защипало от подкативших слез и оба Блэка расцепили руки, зажмуриваясь и зажимая глаза пальцами. Мышцы раненных рук свело, ноги задрожали, отказываясь держать              — Думаешь получилось?              — Твоя очередь проверять, — Сириус помахал травмированной рукой, следом отмечая, что на левой порез исчез. — Твоя тоже затянулась?              Регулус осмотрел свою ладонь. Она была абсолютно целой, ровно такой же, как и до ритуала:              — Да, — парень подошёл к пепельной борозде и осторожно протянул руку сквозь неё.              Затем сделал один шаг и спокойно переступил бывшую черно-магическую защиту.              

***

             Сразу стало понятно, что в доме, если это место все ещё можно так называть, давно никого не было.              — Люмос Максима, — шар из палочки взлетел к потолку, озаряя крохотное помещение.              И в нем когда-то уживалось трое волшебников? Даже диван был только один…              Пол покрывал толстый слой пыли, во всех углах расположились паутинные мегаполисы. Старые каменные стены были либо в дырах, либо в мохнатой плесени, а судя по раскуроченной мебели, вспоротому дивану, разбросанных по полу и столу посуде, хозяев выгоняли взашей.              Не смотря на долгое отсутствие человека, а именно он является сильнейшим генератором магии, весь дом, каждая его частичка были переполнена энергией. Черной. Но в первую очередь магией. Она звала, манила к себе, просилась чтобы её забрали с собой, приручили, приласкали.              Ей невозможно было сопротивляться.              — Внизу? — одновременно шёпотом спросили братья и не сговариваясь присели на пол у окна.              — Тергео, — вся пыль с пола исчезла и, Сириус надавил на одну из половиц.              Ничего. Следующая…              Поддалась. Кончик доски приподнялся и Регулус выворотил половицу. Отбросив не нужную деревяшку в сторону, он первым заглянул внутрь и чарами достал крохотную металлическую шкатулку.              — Систем Апперио, — крышечка звонко щёлкнула и распахнулась.              Братья одновременно склонились над раскрытой шкатулкой. Внутри, под слоем выцветшей бархатной ткани, находился угловатый предмет. Крестраж. Блэки сразу почувствовали его зов. В голове назойливо крутилась лишь одна мысль — приказ — возьми меня. Возьми меня. ВОЗЬМИ МЕНЯ. ВОЗЬМИ МЕНЯ!              Регулус повинуясь немому зову потянулся за тряпицей.              — Куда!? Совсем идиот!? — Сириус резко шлёпнул его по руке. — Не надо всякие гадости руками трогать!              — Извини, это… я не знаю, что на меня нашло. С предыдущими крестражами такого не было. У этого словно энергетика раза в два мощнее, — Регулус отодвинулся подальше от шкатулки, прикрывая глаза и стараясь как можно глубже абстрагироваться от влияния артефакта.              — Тёмная магия и опасна тем, что может оседать на нашем энергетическом поле. Она медленно убивает, высасывает все силы, почти как курение, только никакого удовольствия. Ты уже с четырьмя крестражами контактировал — это может сказываться.              Мысленно досчитав до десяти и обратно, Регулус сделал пару глубоких вздохов и открыл глаза. Он все ещё слышал приказной тон у себя в голове — возьми меня — но теперь отдалённо. Регулус мог с ним бороться.              — Думаю лучше, чтобы ты нёс крестраж.              Сириус кивнул, наложил на шкатулку парочку запирающих чар и молча сунул её за пазуху.              — Близко к сердцу-то не надо, — не удержался от комментария Регулус, поднимаясь с пола и вслед за Сириусом направляясь к выходу.              — Сердце слева, — невозмутимо заметил Сириус.              На улице не было видно дальше собственной вытянутой руки. Светящийся шар Люмоса, неотрывно следующий за Регулусом, немного улучшал ситуацию. Переступив пепельный круг, Сириус взмахнул палочкой и убрал все признаки разбитых чар. Затем, на случай если Волдик приползёт проверять своё сокровище, он наложил всевозможные защитные заклинания, имитируя хотя бы на чувственном уровне схожую энергию.              — Теперь мы в твоё супертайное место? Кладбище душ?              — О, тебе там не понравится, — удручённо помотал головой Регулус, но протянул брату ладонь, готовый к трансгрессии.              Сириус с готовностью взял Рега за руку, и они исчезли, оставив за собой лишь колышущийся воздух. Единственное живое, что теперь было в этом месте.