Hotel California

You can check out any time you like,

but you can never leave...

      — Честно говоря, я надеялся на какой-нибудь отель на берегу Калифорнии. Знаешь море, волны, закат…              Сириус мечтательно запрокинул голову, глядя на высокое здание перед собой. Они с Регулусом стояли на хорошо знакомой им улице, в тени деревьев, напротив величественных многоэтажек.              Гриммо 12 осталось именно таким, каким Сириус его запомнил — темным, гордым, холодным, с гранёнными остро высеченными пилястрами и полуобнажёнными гарпиями, хищно следящими за каждым прохожим. От пронизывающего взора статуй по спине пробежал холодок. Сириус никому бы не признался, но всегда, абсолютно всегда, гуляя по Лондону, он неосознанно обходил этот район, лишь бы ненароком не наткнуться на родной дом.              — Лучшего места ты не нашёл? — повернувшись к брату лицом, поинтересовался Сириус.              Регулус равнодушно пожал плечами:              — После моей «смерти», отец наложил на дом множество защитных чар, так что, пожалуй, это самое надёжное место во всей Англии.              — А как же наша дражайшая матушка?              — Она каждую ночь примерно с одиннадцати до двенадцати принимает снотворное. Сейчас… — Регулус бросил взгляд на наручные часы, — … уже два часа ночи, она точно спит и… Нет. Нет, нет, нет. Не смей!              Но было поздно.              Сириус театрально вздохнул, прикладывая ладонь ко лбу, затем схватился за сердце и повалился к Регулусу на руки:              — Регулус, как ты смеешь осквернять этот Мерлином благословенный дом своим присутствием! Ах, Регулус, ты разбил моё хрупкое ледяное сердце! На тебя ведь была вся моя надежда! Оох, бедный мой древнейший и благороднейший род!              — Ну да очень смешно, ха-ха!              Рег устало улыбнулся, отпихивая от себя Сириуса. Тот настолько правдоподобно изображал надтреснутый голос матери, что Регулусу показалось, будто это действительно она отчитывала его за внезапное исчезновение.              — Пошли, не будем тянуть кота за яйца, — Сириус уже ступил на дорогу, как понял, что только произнёс. И почему каламбуры раньше не пришли к нему в голову? — Извини, — смеясь продолжил он, — сложно сдержаться.              — Да-да, я так и понял, — Регулус снисходительно похлопал Сириуса по плечу и, посмотрев по сторонам, пересёк дорогу.              На кованных воротах, как принято во всех чистокровных семьях, лежала кровная защита. В дом мог войти только тот, в чьи жилах текла кровь заклинателя. И видимо данная защита принадлежала их матери. А что удобно — один сын «мёртв», другой добровольно точно не явится.              Подойдя к калитке вплотную, Регулус провёл пальцами по железному замку. Достав палочку, он сделал на пальце небольшой надрез и выдавив немного крови, капнул ей в скважину. Ворота скрипнули и отворились, признав хозяина. Осторожно ступая по мраморной гальке, братья прошли к крыльцу.              — Кикимер.              В ночи шёпот Регулуса показался слишком громким.              — Он тоже знает? — Сириус удивлённо повернулся к невозмутимому Регу. Значит, как рассказать мародёрам и воспользоваться их помощью, так он первый против. А как доверять домовому эльфу, который при прямом приказе никогда не сможет ослушаться, так пожалуйста!              — Он не выдаст мои тайны даже под Круциатусом. И поверь, никто даже не догадается спросить у него про крестражи или меня. Не забывай — я «мёртв».              Холод в голосе неприятно кольнул. В чем-то Рег действительно был прав. Как минимум Кикимер надёжнее Петтигрю.              Эльф появился перед дверью с громким хлопком:              — Господин Регулус, — домовик так низко поклонился, что его уши шаркнули по земле. — Господин Сириус… госпожа не будет рада. Ох, моя бедная госпожа…              — Замолчи, Кикимер! — прервал причитания эльфа Регулус. — Проведи нас в дом.              Домовик покорно кивнул, но Сириуса недовольным взглядом не обделил. Потоптавшись на крыльце, он цепко, но осторожно схватил Регулуса за штанину и прошамкал:              — Но моя госпожа… она не велела…              — Я велю тебе, Кикимер.              Отвесив очередной глубокий поклон, Кикимер исчез. Затем раздался щелчок в замочной скважине и дверь отворилась.              За пять лет отсутствия Сириуса в доме визуально ничего не поменялось. На стенах все также висели газовые рожки, которые на данный момент Рег запретил Кикимеру зажигать и многочисленные родственники, мирно спящие в своих портретах. Складывалось ощущение, что дом будто замер в пространстве — перестал жить. На мгновение Сириусу даже показалось, что абсолютно все простая иллюзия. Правда затем он не вписался в поворот и запнулся об огромную ногу тролля, служившую подставкой для зонтов — предмет оказался абсолютно реальным и намертво приклеенным к полу.              — Да чтоб тебя! — согнувшись в три погибели, Сириус схватился за ушибленное колено.              Регулус шикнул и зажал ему рот рукой, наблюдая за ворочающимися людьми в портретах. Финеас Блэк громко протяжно всхрапнул, что-то не разборчиво пробормотал, но так и не проснулся.              — Пожалуйста, я прошу тебя, Сириус, очень осторожно! Мы туда и обратно, действуем тихо и не заметно, — вымученно протянул Регулус, утыкаясь лбом в плечо Сириуса.              — Прости, я забыл про эту хрень, — освободившись от рук брата, так же тихо пробормотал Сириус.              Регулус жестом указал следовать за ним. Миновав столовою, они дошли до невзрачной, дубовой двери ведущей на кухню. Кикимер, ни на шаг не отстававший от ночных гостей, поспешил пройти первым. На цокольном этаже было значительно жарче, чем во всем доме, но тлеющие угли не давали и толики света. Плотно закрыв за собой дверь, Сириус зажёг палочку, освещая помещение. Двигаться стало проще. Добравшись до самого конца, братья остановились у входа в котельную. Регулус посмотрел на домовика, приподнимая брови.              Будто прочитав мысли господина, Кикимер шмыгнул внутрь и вынес четыре предмета: медальон с выгравированной на крышке изумрудной змеёй, золотой кубок, книжечку в кожаном переплёте с металлическими вставками и диадему в виде ворона, раскинувшего крылья. Объединённая энергия колыхнула пространство. Находясь вместе, предметы создали мощную связь друг с другом, и крестраж во внутреннем кармане Сириуса потянулось на зов «родственников».              — Крестражи стоит разделить.              Регулус согласно кивнул и протянул диадему Сириусу. Остальные артефакты он положил в бархатный мешочек, заранее расширенный заклинанием, и спрятал его в нагрудный карман пальто.              — Кикимер, ты помнишь, никто ни при каких обстоятельствах не должен узнать, что я жив, что мы с Сириусом приходили сюда и, разумеется, о тех вещах, которые забрали.              — Да, господин, Кикимер помнит, господин, — эльф в очередной раз махнул огромными ушами и, отвесив поклон, скрылся в каморке.              — Сириус, идём, — на ходу бросил Рег, но тут же обернулся, проверяя не почудилось ли ему увиденное. — Сними это, о Мерлин!              Сириус с немного сползшей на бок диадемой Ровены Рейвенкло развернулся к брату:              — Что? По-моему, мне очень идёт!              Молча прикрыв лицо ладонями, Регулус покачал головой. В импульсивном порыве он потянулся к Сириусу и отвесил ему ощутимый подзатыльник.              — Эй! Без рук!              В кухне с огромным дубовым столом в центре и различными шкафами и буфетами по периметру было слишком мало места, чтобы увернуться. Сириус возмущённо потёр затылок, не забыв при этом съездить по макушке брату.              — Спрячь диадему и пойдём!              Послушно засунув её в карман, Сириус закрыл молнию и вышел за Регулусом на лестницу. Палочку пришлось потушить, чтобы яркий свет не разбудил картины, и в потёмках братья на ощупь поднялись на первый этаж.              — Постой, — Сириус потянул брата за рукав, привлекая внимание. — Помнишь Лили говорила о недостающих элементах? Если не ошибаюсь, сушёные златоглазки идут и в снотворное…              — В таком случае они должны быть в доме, возможно, в сейфе отца. В его коллекции редких и опасных ингредиентов можно и рог, и шкуру поискать… — задумчиво протянул Регулус.              — Я поищу, а ты жди на улице, — быстро распорядился Сириус, улавливая усталость брата. В доме концентрация темной магии просто зашкаливала, а крестражи лишь усугубляли состояние Регулуса. После ритуала, он хоть и пытался скрыть упадок сил, но все же это ощущалось. И единственное, что сейчас возможно было сделать — отправить Рега на улицу. Земля обладает удивительным свойством впитывать в себя энергии, и она могла бы помочь облегчить ношу.              — Может я лучше пойду?              — Сомневаешься, что я их не отличу?              Регулус неопределённо повёл плечами, но спорить не стал и направился к выходу.              Кабинет Ориона Блэка, в котором хранился сейф со всякими редкостями, находился на втором этаже. Подниматься пришлось по такой ненавистной Сириусу лестнице. Во-первых, она все время скрипела и делала это в крайне неожиданные моменты. А во-вторых, именно вдоль неё висели отрубленные головы домовых эльфов. Морщинистые, с длинными волосками, торчащими из обвислых ушей, они сурово наблюдали за каждым, кто проходил по лестнице. И Сириусу всегда казалось, что на него они смотрят с особенно нескрываемым осуждением.              Очередная половица противно скрипнула. Вдох выдох. Затаив дыхание Сириус осторожно оторвал ногу от ступеньки и шагнул на бархатистый ковёр. Если на первом этаже в коридор попадала хоть капелька света из окон, то на втором тьма была непроглядная, и даже анимагические способности не помогали. Приходилось пользоваться другими органами чувств. От рожков на стенах пахло керосином. Пошевелив кончиками пальцев Сириус ощутил лёгкий ветерок, подымающийся снизу вверх из щелей в полу. До слуха донеслось тихое ритмичное тиканье часов из спальни родителей. Гриммо 12 отдыхал.              Искать закругляющиеся перила пришлось на ощупь. От них на право. Прикоснувшись ладонью к стене, Сириус шипя отдёрнул её. Ворсинки бархатных обоев больно кольнули обожжённое место. Блэк подул на руку и стал нащупывать ручку тыльной стороной ладони. Наконец холодный металл коснулся его пальцев. Сириус прокрутил ручку — дверь поддалась.              В кабинете отца шторы не были задёрнуты и лунный свет спокойно освящал помещение. Тихо закрыв дверь, Сириус снова зажёг палочку. Не смотря на все уверения Рега, что матушка спит, в коридоре парень решил не рисковать.              Высокий железный сейф располагался на привычном месте. Было даже странно, что за пять лет в доме ничего не изменилось. Но зато на руку.              — Систем Апперио, — ручка замка завертелась, однако ничего больше не произошло. — Ой, серьёзно!              Сириус возмущённо взмахнул рукой и убрал палочку. На сейфе была кровная защита. Похоже Гриммо 12 выпьет из них всю кровь. Приложив здоровую ладонь к замку, Сириус направил в него магический поток. Быстрый укол, из замка пошёл дым, и дверца отворилась.              Внутри оказалось множество разнообразных флакончиков и скляночек с всевозможными жидкостями, порошками, ядами, лапками, глазками и другими частями тел.              Среди целой подложки с сушёными златоглазками, Сириус забрал две баночки, помеченные сегодняшним и завтрашним днём. Порошок шкуры бумсланга обнаружился в единственном экземпляре на полке ниже и также переместился к Сириусу в карман.              «Рог двурога… рог двурога...»              Чёртова порошка нигде не было. Отчаянно перерывая все содержимое сейфа Сириус полностью абстрагировался от внешнего мира. Это был, пожалуй, единственный шанс достать все нужные ингредиенты быстро и сразу. На кону поставлено слишком многое — возвращаться ни с чем было просто непростительно.              Погруженный в поиски рога, Сириус не сразу почувствовал на себе тяжёлый внимательный взгляд.              — Даже не поздороваешься со мной? Если уж и пришёл обкрадывать родной дом, мог бы заглянуть.              Нервно сглотнув, Сириус медленно повернулся на пятках, неловко захлопывая дверцу и опираясь на неё локтем.              — Скажем, это не худшее, за чем ты могла меня застукать, — саркастичный комментарий вырвался раньше, чем Сириус осознал кому он его сказал.              Вальбурга Блэк, освещённая лунным светом, стояла в дверном проёме, опираясь плечом на косяк. Переполненный бокал красного вина опасно покачивался в ее руке. Холодный, почти колющий, взгляд серых глаз внимательно передвигался по сыну.              Нервно облизав губы, Сириус неловко почесал за ухом. Снотворное, да? Не очень похоже. Миссис Блэк выглядела ни капельки не сонной. Она вполне уверенной походкой прошла к кожаным диванам и расположилась на одном из них. Сириус впервые за долгое время почувствовал дикое желание вылезти из собственного тела, лишь бы только не находить здесь в этот момент.              — Сядь, — указала она на место напротив себя.              Тон и голос матери подействовали на Сириуса не хуже Империуса. Не сводя с неё взгляда, он сел. Диваны так удобно располагались, что свет от окна позволял собеседникам спокойно рассмотреть лица друг друга. Сириус невольно отметил огромные синяки под глазами Вальбурги, тонкие местами седые волосы, так не аристократично спадающие на плечи, тёмные коричневые пятна на руках и шее и усталый немного расфокусированный взгляд. Похоже бокал был далеко не первый.              Вальбурга тоже внимательно осматривала Сириуса. С их последней встречи он заметно повзрослел. Сделав большой глоток, она перевела взгляд от лица. Магловская кожаная куртка — её нос недовольно сморщился, но вслух Вальбурга не произнесла ни слова. Наконец она опустила взгляд на его руки, цепляясь за открытую ладонь, поперёк которой расцветал далеко не обычный ожог.              — Что с рукой?              — Да почему всех так интересует моя рука? — сразу же вспыхнул Сириус, переворачивая ладонь и пряча ожог.              Вальбурга лишь закатила глаза. По щелчку её пальцев в комнате материализовался Кикимер с внушительным деревянным сундуком в руках. Кланяясь, он поставил его на стол перед госпожой и по её кивку снова исчез. Вальбурга отставила бокал, приподняла крышку, и достала флакон с непонятной синей жидкостью. В два шага она оказалась около Сириуса и, схватив того за запястье, капнула на ожог пару капель.              Сириус сморщился и немного зашипел, кусая губу. На ладони появилась мутная бордово-фиолетовая пузырящаяся пена. Когда в следующую минуту Вальбурга провела по ладони марлей от ожога ни осталось и следа.              — Спасибо, — неуверенно протянул Сириус, осматривая свою руку.              — Это не результат неудачной готовки, — строго констатировала Вальбурга, вернувшись на диван, и отпила вина. — Только не говори, что ты влез в очередное дерьмо.              Сириус усмехнулся. Чтобы его матушка, аристократка до мозга костей, блюстительница всех традиций, да произносила такие слова!              — Что ты, просто…              — Не ври. Я может и пьяная, но не тупая. Да и не нужно быть гением, чтобы почувствовать отпечатки черной магии. Что у тебя там? — она словно смотрела сквозь куртку Сириуса, прямо на шкатулку, а может и вовсе в её содержимое. Но Сириус не подал вида, что понял, о чем речь. — А я ведь и правда надеялась, что после побега, ты сможешь избежать чистокровных интриг и войн. Я разве тебе мало отвращения к ним привила? Видимо только Ориону и Регулусу повезло, — пробормотала Вальбурга себе под нос, но и этого было достаточно, чтобы Сириус услышал.              — Надеялась? Хочешь сказать все твои вечные придирки, промывки мозгов это все было во благо!? — воспоминания вихрем пронеслись в голове Сириуса, любезно показывая все самые ненавистные моменты детства.              — Сириус, звезда моя, тебе может никто не говорил, но этот Темный Лорд… — миссис Блэк презрительно фыркнула — … не идиот. Он прекрасно осведомлён о силах чистокровных волшебников. И пока ты с Регулусом был в Хогвартсе, он чуть ли ни каждую неделю захаживал к нам с предложением сделать из тебя его приспешника. Орион так и хотел поступить. У Лордёныша было слишком много влияния, а ставки в игре росли с каждой секундой. Что по сравнению с гордостью, честью, властью и деньгами жизнь одного сына? Сущий пустяк, есть же запасной! — Вальбурга ненавистно усмехнулась, откидываясь на спинку дивана. — Ты предложил бы мне просто смотреть, как они убивают тебя? Извини, конечно, возможно я тебя недооцениваю, но сомневаюсь, что ты бы с превеликим удовольствием пошёл пытать вашу магловскую подружку. Она ведь теперь Поттер? А у Лордика все просто – неповиновение карается смертью. В таких условиях шансы выжить только у Регулуса. Ему даже притворяться не пришлось, что все идеалы разделяет — повезло. Да и Орион не позволил мне больше вмешаться, — тише произнесла Вальбурга. — Выпал бы шанс — я этого Лордика своими руками придушила!              Ярость в глазах Вальбурги Блэк зажглась диким пламенем.              По мере поступления новой информации мозги Сириуса начинали плавиться. Она спасала его? То есть… заботилась? Вальбурга Блэк? В голове парня слово забота и его мать никогда не становились в один ассоциативный ряд. Но Вальбурга не врала. Ложь слишком легко чувствуется. Здесь было сожаление, отчаяние, горе, злость и ненависть, но точно не ложь.              — Сириус, я сомневаюсь, что ты вернулся сюда просто потому, что у тебя какие-то ингредиенты закончились, — Вальбурга многозначительно посмотрела в сторону сейфа, чья дверца все-таки не была до конца закрыта. — И то, что у тебя в куртке проклято.              Да, крестраж, найденный в доме Мраксов, не давал Сириусу покоя. Казалось его энергией можно было напитать целый магловский город. Правда гарантию, что кто-то после такого эксперимента выживет, Блэк бы не дал.              Достав из-за пазухи шкатулку, он повертел её в руке. Почему-то Сириус не чувствовал страха, как в начале встречи, или злости и раздражения, которые неизменно появлялись стоило кому-то затронуть тему семьи. Возможно, это из-за крестража… «Нет, он определенно должен был усилить все эти чувства» — кричала рациональная часть. Но Сириус ощущал лишь опустошение. Словно внутри его души прокопали яму насквозь, а материала для заделывания не привезли. Теперь у него была огромная рваная рана прямо на месте сердца. И мысли «а что, если…», атаковавшие его голову, подобно рою пчёл. То есть все могло быть хорошо? У него могла быть нормальная семья? Как у Джеймса? Если бы не война… Если бы не… Реддл.              Нет, один, хоть и откровенный, монолог не изменит прожитых лет, и не вычеркнет из памяти все события. И если признаться самому себе, Сириус уже давно не хотел иметь хоть что-то общее с этой семьёй. Теперь же, если Вальбурга решится наладить отношения, за отказ он будет винить себя. Не долго, но будет.              Пальцы Сириуса настолько сильно впились в шкатулку, что костяшки побелели. Почувствовав волшебника, крестраж словно заново ожил и снова начал просить, чтобы к нему прикоснулись.              Вальбурга осторожно протянула руку и забрала у Сириуса коробочку с артефактом. Она приоткрыла крышку и откинула кусочки ткани в сторону, вертя под лунными лучами кольцо.              — Ты сталкивалась когда-нибудь с подобным? — безэмоционально, глядя куда-то в ковёр, протянул Сириус и потянулся за бокалом матери. Алкоголь сейчас лишним точно не будет. Он всегда отключает мозг. Возможно, тогда крестраж не сможет воздействовать на волшебника. Сириусу эта теория понравилась.              — Да, это грязная магия, кто бы не прикоснулся к нему или хоть как-то воздействовал магически — умрёт довольно быстрой, но болезненной смертью, — миссис Блэк не стала заострять внимание на выходке сына и лишь проследила взглядом, как он залпом опустошил весь её бокал и немного поморщился. Сладкое вино он не любил. Проведя рукой над поверхностью кольца, Вальбурга считала его поле. К артефакту уже очень давно никто не прикасался.              — Знаешь, как его снять?              — Знаю. Mors pro morte.              Решительный, слишком громкий для тишины, голос Вальбурги прокатился по кабинету, когда она дотронулась до кольца. Всю левую руку свело, пальцы скрючились в спазме, вены вздулись, придавая не молодой руке ещё более старческий вид.              Сириус оцепенел. Его тело словно сковали чарами, не давая возможности пошевелиться.              — Теперь ты умрёшь? — от вопроса в горле встал ком. И Сириус сам себе тепло улыбнулся, чувствуя в душе нотки сожаления. Все же он не плохой сын.              — Только после того, как размещу в могиле змею, забравшую у меня всё.              — Могу с этим помочь, — неожиданно для себя произнёс Сириус.              Вальбурга дьявольски улыбнулась, принимая заинтересованное положение.              Последний игрок занял своё место.              

***

             Сириус покинул родовое поместье почти с рассветом. Выйдя из дома, он обнаружил Регулуса на лужайке около забора. Тот сидел на мокрой от росы траве, выстраивая из камушков высокую башню. Конструкция уже доходила ему до колена. Регулус внимательно осматривал её, вертя в руке очередной камень, раздумывая как же лучше его приспособить.              От приближающихся шагов он дрогнул, и башня рассыпалась. Регулус резко обернулся и крайне недовольно сморщился.              — Скажи, ты с Кикимером решил за чашечкой утреннего чая побеседовать? — сверля брата взглядом прошипел Рег.              — Ну, извини, рог оказался не в сейфе, а в аптечке, я долго искал его! — хоть Блэк и улыбался виновато, но раскаяния в его глазах не наблюдалось.              Сириус не желал задерживаться на Гриммо дольше, чем нужно и, не останавливаясь, прошёл к воротам. От возмущения Регулус чуть не подавился. Он гневно взмахнул руками и показал в спину удаляющегося брата средний палец. Сириус словно этого и ждал. Не поворачиваясь, он в точности скопировал жест Регулуса и вскинул руку вверх.              «Ну, сука! Ну!» Регулус раздражённо распинал все остатки башни и выйдя за ворота трансгрессировал к Поттерам первым.