Часть 29. Предательство и Потери, часть 1. Бейла.

Бейла Таргариен не ожидала, что в столь юном возрасте ей придётся участвовать в войне. Она и её сестра выросли в Пентосе, где провели большую часть жизни. Только однажды они побывали в Вестеросе — в шесть лет. Отец решил представить их ко двору, и именно тогда они впервые увидели своего венценосного дядю и его семью. Дядюшка Бейле очень понравился, хотя она всё время ощущала какой-то странный дискомфорт в его присутствии. Она пыталась отогнать эти мысли, объясняя своё волнение тем, что впервые видит короля. А вот жена короля оставила у неё не самое лучшее впечатление. Королева Алисента, безусловно, была очень красива, но её высокомерный взгляд вызывал беспокойство. Или, возможно, это ей просто показалось. Особенно запомнилась ей встреча с кузенами. Когда отец представил их королю, вперёд вышел высокий юноша с волосами цвета отполированного серебра и глазами фиолетово-пурпурного оттенка. Позже выяснилось, что это был первый сын короля, принц Эйгон. Кузен опустился перед ними на корточки и с улыбкой сказал: — Добро пожаловать в Королевскую Гавань, кузины! Надеюсь, вам здесь понравится! Его улыбка и озорной блеск в глазах заставили её сердце замереть. Позже она проклинала себя за свою глупость. У Эйгона было двое братьев и сестра, которые следовали за ним как тени. Бейла неудачно пошутила об этом, за что получила строгий взгляд. — Не стоит шутить над родственными чувствами, юная Бейла, — отчитал её Эйгон. — Это неуместно! Бейле не понравилось, что кто-то, кроме родителей, сделал ей замечание. Так и не успевшая сформироваться привязанность была разорвана. Эйгон об этом так и не узнал. «Может, всё было бы иначе, если бы нас обручили?» — подумала Бейла, оторвавшись от тренировок. Она тут же дала себе мысленную пощёчину. Такие мысли можно было приравнять к измене. Бейла была обучена с Джекейрисом, она — будущая королева Семи Королевств. Она не могла думать об узурпаторе. Отец бы этого не одобрил. Но иногда Бейла признавала, что Эйгон очень красив, гораздо красивее её жениха. Не только внешность заставляла её чувствовать себя предательницей. Она с жадностью слушала слухи о своём кузене: добр, учтив, милосерден, любимец знати и черни. Эйгон воплощал все качества достойного короля. Даже её отец это признавал, что злило его ещё больше. Когда Эйгон женился на северянке, Бейла едва сдержалась, чтобы не оседлать Лунную Плясунью и не сжечь Дредфорт. Останавливало её только то, что дракон был недостаточно большим, а её поступок никто бы не понял. Отец был бы разочарован в ней. Какое ей дело, на ком женится полукровка? Но сердце всё равно сжималось, когда Эйгон одевал северянку в плащ Дома Таргариенов. Но всё это в прошлом. Теперь они на пороге войны, и Бейла должна выложиться на полную. Она должна доказать, что её выбрали невестой будущего наследника престола не зря. — Принцесса, — стражник прервал её размышления. — Королева вызывает вас в зал Расписного Стола. — Что-то случилось? — встревожилась Бейла. После отъезда сестры и принцев прошла всего неделя, но она уже начала беспокоиться. — Не могу знать, принцесса, — стражник пожал плечами. Бейла оставила меч и поспешила к мачехе. Войдя в зал, она увидела деда, бабку и Джейса. Все были одеты с особым тщанием. — Моя королева, вы звали меня? — Бейла склонила голову. — Верно, Бейла, — сказала Рейнира. — Мы получили известие о падении Сумеречного Дола. Дарклинов предали мечу, а теперь армия Зелёных осаждает Грачичный Приют. Лорд Стонтон просит о помощи. — Что? — Бейла была в ярости. Эти два Дома были преданы Рейнире. Похоже, Зелёные начали действовать. — Мы должны помочь нашему союзнику. Нельзя терять ни одного из них. — Ты права, падчерица, — кивнула королева. — Поэтому я и позвала тебя. Ты полетишь в Приют и уничтожишь Зелёных. Бейла в шоке смотрела на королеву. Она не ожидала, что её выберут на эту миссию. Внутри неё вспыхнула гордость. Отец не зря тренировал её. Она докажет свою силу, прольёт огонь и кровь на врагов. — Я против того, чтобы моя внучка летела туда одна, — резко сказала принцесса Рейнис. — Действия Зелёных кажутся мне странными. Это может быть ловушка. — Не говори глупостей, Рейнис, — ответила Рейнира. — Если бы это была ловушка, лорд Стонтон не попросил бы у нас помощи. Бейла была согласна с королевой. Зелёные не смогли бы перехватить ворона, так что бабушка зря волновалась. — Ты зря переживаешь, бабушка, — сказала Бейла. — Я вернусь с победой, и Зелёные потеряют большую часть своей армии. — Я тревожусь за тебя, — сказала Рейнис. — Ты ещё юна и недооцениваешь противника. Эйгон умен и коварен. Не хочу, чтобы ты пострадала. — Ты переоцениваешь узурпатора, Рейнис, — недовольно сказала Рейнира. — Эйгон коварен, но не так умен, как ты думаешь. Он мог бы убить нас всех, когда прилетел на Драконий Камень, но не сделал этого. Это говорит о том, что он лишь мнит себя мастером манипуляции. — Иногда те, кто мнят о себе слишком много, становятся опаснейшими противниками, — сказала Рейнис. — Такие противники кажутся на ладони, но всегда наносят болезненные удары. — Я услышала тебя, бабушка, — продолжила Бейла. — Обещаю быть осторожной. С вашего позволения, королева. Рейнира кивнула, и Бейла, поклонившись, отправилась готовиться к бою. Ей не терпелось оседлать Лунную Плясунью и сразиться с армией предателей. Сев на дракона, Бейла подлетела к Грачичному Приюту со стороны моря. Она сразу заметила армию противника. Даже издалека было видно, что их не меньше пятидесяти человек. Это сразу насторожило Бейлу. Почему так мало? Неужели это все, что смог собрать Эйгон? Или... Драконий рев заставил её вздрогнуть. Над головой нависла огромная тень. Это была Вхагар. Всё ясно: бабушка была права. Эймонд атаковал её, но она успела увернуться. Лунная Плясунья, хоть и проворная, против Вхагар была бессильна. Бейле нужно срочно вернуться на Драконий Камень и доложить королеве. Но тут она поняла, что угодила в ловушку. Развернув дракона, она столкнулась нос к носу с золотым Мидасом. Эйгон всё рассчитал. Однако Бейла не собиралась сдаваться узурпатору. Если она погибнет, то утянет за собой как можно больше врагов. Бейла направила Лунную Плясунью под Вхагар и атаковала армию зелёных. Она уже собиралась сжечь их всех, как дракон внезапно начал вести себя странно. Он дёргался и брыкался, и Бейле с трудом удавалось его удержать. Она пыталась заставить его подчиниться, но тщетно. Лунная Плясунья развернулась и, к ужасу Бейлы, полетела к Грачиному Приюту. — Что ты делаешь, Лунная Плясунья? — кричала Бейла на валирийском, не теряя самообладания. — Там же наши союзники. Невинные люди. Остановись. Подчинись. Но драконица её не слушала. Дальше всё для Бейлы происходило как в кошмарном сне. Её дракон стремительно приближался к замку, и вот уже пламя вырывается из его пасти, обрушиваясь на ближайшие башни. Камень вспыхнул, как сухая трава. Во внутреннем дворе раздался хор испуганных криков. Люди в замке поняли, что на них напал не кто иной, как её дракон. Не зелёные узурпаторы, а сама принцесса Бейла Таргариен, дочь Деймона Таргариена. Это был полный провал. Она подвела не только свою королеву, но и отца. Он никогда ей этого не простит. Вдруг Лунная Плясунья взмыла вверх. Она набирала высоту, не обращая внимания на крики Бейлы. А потом резко сложила крылья, и они начали падать. — Вверх! — отчаянно кричала Бейла, изо всех сил натягивая поводья. Но дракон не реагировал ни на её слова, ни на её действия. — Вверх... А-а-а-а! Бейла ударилась о землю так сильно, что на мгновение оглохла. Но это было не самое страшное. Сначала она не поняла, что произошло, но острая боль пронзила всё её тело. Ремни, которыми она была привязана к седлу, не спасли её от падения. Она не чувствовала ног. С трудом приподнявшись, Бейла с ужасом посмотрела на них. Ноги были в крови, и она видела кости, выступающие из кожи. — А-а-а-а… — её крик боли, казалось, можно было услышать даже на Севере. Рядом с поверженной кузиной появились король и его брат. Эйгон смотрел на Бейлу Таргариен равнодушно, без капли жалости. Она была для него лишь помехой, от которой нужно избавиться. Эйгон взглянул на брата, и они вместе приказали драконам: — Дракариес… В ту же секунду Мидас и Вхагар обрушили на Лунную Плясунью и Бейлу Таргариен потоки драконьего пламени. За считанные секунды от неё осталась лишь горстка пепла. Все прошло по плану. Эйгон решил следовать канону. Сначала его войско в сотню человек захватило Грачиный Приют. Дарклинам не удалось устоять перед натиском. "Драконий коктейль" сыграл решающую роль. Раньше Эйгон надеялся создать пушки как секретное оружие, но ошибся. В Вестеросе не было мастеров такого уровня. Однако в империи И-Ти уже умели делать вещества для фейерверков. Получить порох оказалось несложно. Он стал основой "драконьего коктейля", улучшенной версии того, что Эйгон знал из прошлой жизни. Была и другая версия — "жидкое пламя". Эйгон вспомнил коктейль Молотова. В Вестеросе оказалось легко изготовить нечто подобное. Гильдия алхимиков была предана ему, и им нравились его идеи. И от Бейлы они избавились очень быстро. Его способность управлять драконами не подвела. — Как только огонь догорит, отправьте останки на Драконий Камень, — сказал Эйгон, повернувшись к Колю. — Пусть Рейнира поймет, что я не шучу, когда говорю быть осторожной. Отправьте письмо в Долину. Рейна Таргариен и её бастарды больше не должны мешать моей семье. — Слушаюсь, мой король, — склонил голову Коль. — Позвольте вопрос: что будет со Стонтонами? — А что я сделал с жителями Приюта, которые решили пойти против меня? — спросил король, приподняв бровь. — Вы всех казнили, мой король, — ответил Коль покорно. — Вот вам и ответ, — Эйгон снова повернулся к огню. — Грачиный Приют и Сумеречный Дол перейдут тем, кто верен мне и моей семье. Союзников Рейниры нужно уничтожить. — Я понял вас, мой король, — поклонился Коль. Он уже собирался отдать приказ к началу атаки, как король окликнул его. — Сир Кристон, у меня для вас новое задание, — сказал Эйгон, стоя к нему спиной. — Для вас и для Эймонда. Коль и Эймонд переглянулись, но не произнесли ни слова. Они ждали, что скажет король. — Я хочу, чтобы вы отправились в Речные Земли и помогли нашему другу Максу Бракену, — произнёс он. Эймонд понимающе кивнул. Макс уже послал в столицу ворона с просьбой о помощи. Армия Чёрных Таргариенов во главе с Деймоном атаковала их земли, и Бракены с трудом отбивались. У них были скорпионы и запасы «драконьего коктейля», но они иссякали, а Деймон не ослаблял натиск. — Письмо в Долину уже отправлено, — с ухмылкой добавил Эйгон. — Деймона ждёт большой сюрприз. Вам же нужно превратить замки Блэквудов и Фреев во второй Харренхолл. — Разве я не должен отправиться в земли Бракенов? — удивился Эймонд. — Или хотя бы в Харренхолл, чтобы раз и навсегда разобраться с Деймоном? Эйгон говорил: — Нам нужно разбить армию Деймона. Лучше всего атаковать их замки. С остальным справятся Бракены и помощь из Долины. Что касается Деймона, я прошу тебя, брат, не встречайся с ним, — продолжил он. — И не летай в Харренхолл. Ты отличный мечник, но Деймон — опасный противник. Он коварен и непредсказуем. Я не хочу потерять ещё одного члена семьи. Прошу тебя, брат, не как король, а как брат, не вызывай его на поединок. Эймонд хотел возразить, что тревоги Эйгона напрасны. Он справится с Деймоном. Но, взглянув в глаза брату, увидел искреннее беспокойство. Не за возможный проигрыш, а за его жизнь. Эймонд не хотел, чтобы брат тревожился, поэтому... — Клянусь, брат, я не буду искать встречи с Деймоном Таргариеном, — поклялся Эймонд и тут же спросил: — Но что ты собираешься делать? — Вернусь в столицу, — ответил Эйгон. — Пора воплотить план «Б». Эймонд зловеще улыбнулся. Эйгон давно придумал, как избавиться от Чёрных и убедить всех, что Рейнира не годится для трона. — Вы уверены, что это сработает, мой король? — спросил Коль, посвящённый в план. — Можете не сомневаться, сир Кристон, — ухмыльнулся Эйгон. — Рейнира запомнит своё правление надолго. А теперь мне пора. Эйгон подошёл к своему дракону и улетел в сторону столицы. Начиналась большая игра...