Часть 28. Что посеешь, то и пожмешь.

Деймон Таргариен редко сожалел о чём-то в жизни. Однажды в детстве он разбил невзрачную статуэтку, принадлежавшую покойной принцессе Дейле. Эта вещица была дорога его кузине Эймме, и после случившегося она долго с ним не разговаривала. Деймон потом жалел о своих словах в день смерти Эйммы и её сына Бейлона. Он не хотел насмехаться над их утратой, искренне переживал, но "зелёный паук" превратно истолковал его слова, и Деймона изгнали. Деймон искренне сожалел, что не лишил жизни Отто Хайтауэра, когда у него была такая возможность. Став лордом-командующим Золотых Плащей, он мог бы подстроить смерть этого мерзкого человека, но не сделал этого, о чём теперь жалеет. Если бы не Хайтауэр, его брат женился бы на Лейне Веларион. Если бы не Хайтауэр, его племянники не стали бы испытывать ненависть к своей крови и традициям. Эйгон, его первый племянник. Деймон советовал Рейнире избавиться от него, если она хочет спокойно взойти на престол, но она не послушала его. Когда Деймон вернулся с войны, он увидел пухлого малыша, который не отходил от матери и смотрел на него слишком умными глазами. Даже слишком умными. «Этот ребёнок может стать проблемой», — подумал тогда Деймон. И, как оказалось, он был прав. В день свадьбы Рейниры, Хайтауэр показала свою истинную сущность. Она не только явилась в зелёном платье, но и привела с собой ребёнка, который также был одет в зелёный цвет. Это было крайне неприятное зрелище. Как оказалось, Деймон напрасно ничего не предпринял. Ему следовало бы избавиться от щенка после свадебного пира. Он искренне сожалел о том, что не сделал этого. Эйгон рос, и вместе с ним росла его популярность среди людей. Простонародье любило его за доброе сердце, знать уважала за решительность, а среди детей знати и младших отпрысков Хайтауэр он был авторитетом. Деймон всё чаще слышал, как восхваляют полукровку-мальчишку и как презрительно отзываются о наследнице престола и её сыновьях. Потом произошла драка в Дрифтмарке, и Деймон впервые искренне восхитился племянником. Эйгон не только помог брату оседлать дракона, но и защитил брата, когда его дочери и сыновья Рейниры напали на Эймонда. Деймон сожалел, что не вмешался в разговор брата и племянника. Эйгон был прав: дракона нельзя украсть, он не переходит по наследству — дракон сам выбирает наездника. Так было с Деймоном и Рейнис. Деймон злился, что кузина получила дракона его матери, но и Рейнис была недовольна, что Караксес, принадлежавший её отцу, принцу Эймону, теперь у него. Однако они не ссорились и тем более не ранили друг друга. Теперь Деймон хотел напиться, чтобы забыть об ситуации, в которую они попали из-за него. Убийство Барбары Болтон стало настоящим шоком для партии Чёрных, особенно неприятным. Сначала Люцерис не вернулся на Драконий Камень. Сначала они подумали, что он решил воспользоваться гостеприимством Баратеонов, но когда прошло много времени, Рейнира забеспокоилась. Джейс уже вернулся с хорошими новостями, а Люка всё не было. Рейнира решила сама полететь в Штормовой Предел, несмотря на то, что была беременна. Деймон умолял её не рисковать собой и ребёнком, но Рейнира была упряма. Если она что-то решала, то никто не мог её переубедить. Она улетела, оставив Деймона ждать её возвращения. Он чувствовал, что случилось что-то плохое, и оказался прав. Рейнира вернулась через несколько часов. Она была в слезах, кричала и держалась за живот. Деймон не успел выяснить, что произошло. Сейчас важно было спасти их ребёнка. Он схватил жену и побежал к мейстеру. Тот быстро вынес вердикт: выкидыш. Нужно было срочно помочь королеве разродиться, иначе она могла умереть. Деймона вывели за дверь, и он провёл несколько мучительных часов в ожидании. Он слышал крики Рейниры и проклинал свою беспомощность. Рядом с ними находились его дочери, пасынки и даже младшие сыновья. Они поддерживали его, чтобы он не сдавался. И вот раздался крик ребёнка. «Слава Огням Валирии», — пронеслось в голове у Деймона. Но испытание только начиналось. Мейстер вышел и сообщил, что их дочь родилась мёртвой. В руках он держал маленький свёрток, пропитанный кровью. — Мой король, ваша дочь появилась на свет юродивой, — тихо сказал мейстер. — У неё не было шансов выжить. С таким дефектом не живут. Деймон сначала не понимал, к чему клонит старик, пока не увидел свою дочь. Тогда он испытал невероятное отвращение. Кожа девочки была покрыта чешуёй, на груди, в районе сердца, зияла огромная дыра, а на спине виднелись зачатки крыльев и маленький хвост. Уродство, проклятие Старой Валирии, но это всё ещё была его дочь, о которой он мечтал вместе с Рейнирой. Имя девочке, как и хотела его жена, дали Висенья. Он сам сжёг её тело. Когда Рейнира пришла в себя, он всё ей рассказал. Она молча выслушала его, а затем разрыдалась. Сначала это были тихие слёзы, а потом её накрыли крики и проклятия в адрес Зелёных. — Ненавижу их, — кричала королева. — Они убили Люка. Убили мою дочь. Я жажду мести. Я хочу уничтожить их. Деймон понял, что Рейнира нашла останки Арракса, и это стало причиной выкидыша. Что же произошло у Баратеонов? Ответ дал местный рыбак, который видел трёх драконов: белого, синего и золотого. Синий и золотой? Это, конечно, Тессарион и Мидас. Чего ещё ожидать от узурпатора? Эйгон убил Люцериса, чтобы развязать войну. Когда Рейнира узнала, чьи драконы замечены в Штормовых землях, она разгромила их покои и сказала: — Я хочу, чтобы Зелёный Ублюдок почувствовал ту же боль, что и я. Я требую сына за сына. Желание королевы было законом для Деймона. Он приехал в Королевскую Гавань, чтобы найти людей для этой работы, и встретил свою бывшую любовницу Мисарию. Она привела бывшего Золотого Плаща и крысолова. Деймон пообещал им много золота за голову одного из сыновей Эйгона Таргариена. Ему сказали, что всё пройдёт гладко, и он покинул столицу, не связавшись со своими людьми. Но ничего, у него ещё будет время. Он не ожидал, что из столицы придёт письмо. Первое письмо пришло после похорон Висеньи. Рейнира тогда была очень ослаблена и почти не вставала с постели. Поэтому письмо принесли Деймону. Едва взглянув на него, он почувствовал, как внутри закипает ярость. На свитке стояла личная печать Десницы короля. Что нужно этому пауку? Любопытство взяло верх, и Деймон распечатал послание. По мере чтения его гнев нарастал. Этот мерзкий паук писал, что Люцерис Веларион у них, и предлагал провести мирные переговоры. — Ублюдки! — выругался Деймон и швырнул письмо в камин. Они думают, что могут обмануть их такой гнусной ложью? Люцерис жив? После нападения дракона? Да он либо погиб в его желудке, либо разбился о камни, и волны унесли его тело в море. — Ни слова Рейнире! — приказал он мейстеру. — Если будут ещё письма, немедленно отдавайте их мне! — Ваша Милость, может, стоит поставить королеву в известность... — неуверенно начал мейстер. — Рейнира и так переживает смерть нашей дочери. Незачем ей знать ещё одну ложь. Они не заслуживают её внимания... Он был слеп. Все письма оказались правдой. Люцерис был жив, и он зря организовал покушение на детей Эйгона. Погиб даже не сын Эйгона, а дочь лорда Болтона. Этот человек точно не оставит это просто так. Деймон наблюдал, как Караксес поедает останки, которые ему «подарили» племянники. Перед его глазами всплыл образ Барбары Болтон. Её аквамариновые глаза смотрели на него с вежливым интересом. Из-за тех, кто убил её, он долго не мог оправдаться перед супругой. Она не верила, что он не отдавал такого приказа. Все их союзники тоже не верили. А теперь... — Ваша Милость, королева ожидает вас в зале Расписного Стола, — сказал мейстер. Деймон окинул взглядом Караксеса, кивнул и вышел из его логова. По пути к замку он спросил: — Как мой пасынок? Мейстер неодобрительно посмотрел на него, но ответил: — Если не считать того, что принцу Люцерису выкололи глаза, то всё в порядке. Швы наложены аккуратно. Истощения нет, заражений тоже. Деймон уловил в голосе мейстера скрытое осуждение. Он знал Гелиоса с детства, поэтому мог позволить ему такое отношение к королю. Войдя в зал Расписного Стола, Деймон заметил, что все союзники смотрят на него с укоризной и подозрением. Он закатил глаза. Обвинения и подозрения были его спутниками всю жизнь, но он выжил. — Надеюсь, тебе не нужно объяснять, зачем мы здесь, Деймон? — Рейнира пыталась говорить спокойно, но её голос все равно дрожал. Деймон сел и ответил: — Конечно, я знаю, зачем мы здесь. Обсуждать «подарок» от Зелёных. — Ты считаешь это смешным? — Рейнира не сдержалась и закричала. — Пока я боролась за жизнь своей дочери, мой сын был в руках Зелёных. И ты знал об этом, но ничего мне не сказал. Все письма от Эйгона, ты забирал и уничтожал. — Ты знаешь, как я ненавижу Отто Хайтауэра, — нахмурился Деймон. — Я никогда не доверял ни единому его слову. Почему я должен был верить этим письмам? — Потому что дело касалось моего сына! — Рейнира потеряла самообладание. — Из-за твоего молчания мой сын теперь искалечен на всю жизнь. Более того, ты послал убийц к Эйгону, и в результате погибла дочь северного лорда. Ты подорвал мои права на престол. Как теперь Север отреагирует на это? — Я уже говорил, что не отдавал приказа убить жену Эйгона. Я не знал, что эти ничтожества решатся на такое. Что касается писем, я сожалею, что не поверил в их искренность. Но неужели ты думаешь, что Старк забудет о своей клятве? Эти волки помешаны на чести и никогда не забывают своих слов. К тому же речь идет о дочери Болтона, Дома, который неоднократно восставал против своих сюзеренов. — Даже если Барбара Болтон из мятежного дома, она всё равно остаётся дочерью одного из самых влиятельных северных домов, — прохрипел лорд Сендвинг. — Ваше отрицание этого не делает вам чести, принц. — Король! — раздражённо поправил Деймон. — Пока её милость не возложила на вас корону, вы всё ещё принц, — усмехнулся вредный старик. Только стук в дверь спас старика от гнева Деймона. В зал вошёл стражник и поклонился: — Моя королева, пришёл помощник мейстера. Говорит, это срочно. — Впусти его, — разрешила Рейнира. Все взгляды устремились на молодого человека в серой мантии. Он поклонился и произнёс: — Моя королева. Милорды. Я не хотел вас беспокоить, но пришло письмо от лорда Кригана Старка. Рейнира с тревогой кивнула мейстеру. Тот аккуратно распечатал письмо и начал читать. — Рейнире Таргариен, первой носительнице этого имени, претендентке на Железный Трон, — она нахмурилась. Претендентка? Не законная королева? Это очень плохо! — мой отец Рикан Старк когда-то поклялся вам в верности, и я, как его сын, был готов отстаивать ваши права. Но я никогда бы не думал, что вы станете настолько бесчестной, что пошлете убийц к своим родным. Вы отправили их ночью, как безжалостный тиран, вместо того чтобы встретиться с братом лицом к лицу. Север расколот. Одни из моих вассалов требуют помнить о клятвах, другие — не вмешиваться в конфликт. Лорд Болтон жаждет крови тех, кто причастен к гибели его дочери, поэтому я, Верховный Лорд Севера Криган Старк, решил, что Север займет нейтральную позицию. Север не присоединится ни к одной из сторон. Королевский Дом должен сам решить свои проблемы. Когда на трон взойдет достойный правитель, северяне присягнут ему, как когда-то Торрен Старк присягнул Эйгону Завоевателю. Криган Старк, лорд Винтерфелла. В наступившей тишине звук разбитого кубка прозвучал как раскат грома. Рейнира стояла в отчаянии, глядя на осколки, разлетевшиеся по полу. Как Старк мог так поступить? Неужели они остаются нейтральными? — Моя королева, вам нужно успокоиться, — Корлис старался вернуть её к реальности. — У вас остались Долина, Высокий Прилив и половина Речных Земель. — Лорд Корлис прав, ваша милость, — поддержал его принц Джекейрис. — Фрей и Блэквуды уже прислали мне письма с обещанием поддержки. Нам нужна лишь помощь лорда Талли, но я уверен, что принц Деймон сможет его уговорить. Юноша бросил многозначительный взгляд на отчима, заставив того недовольно поморщиться, но всё же кивнуть в знак согласия. — Ты прав, сын, — наконец успокоившись, сказала Рейнира. — Ещё не всё потеряно. Мы свергнем узурпатора без помощи Севера. А потом пусть не рассчитывают на мою благосклонность. — Если королева позволит, я бы хотел кое-что сказать, — нерешительно начал Джейс, внимательно глядя на мать. — Говори, Джекейрис, — кивнула Рейнира. — Для победы нам нужны драконы, — сказал принц. — Предлагаю созвать детей от «драконьего семени», чтобы они приручили свободных и диких драконов. Любой, кто сможет оседлать дракона, получит земли и титул лорда. — Ты хочешь, чтобы наши предки лишились наследия, мальчик? — резко спросила Рейнис. Ей не понравилась эта идея. Чтобы кто-то, кроме Таргариенов, владел драконами? Это было бы оскорблением для её предков. — Сейчас у нас нет другого выбора, принцесса, — спокойно ответил принц. — Нам нужно преимущество перед Зелёными, а что может быть лучше драконов? Рейнира задумалась. Идея была разумной, к тому же можно было избавиться от бастардов. — Хорошо, — кивнула она, проигнорировав пронзительный взгляд свекрови. — Пусть будет по-твоему. Нужно позаботиться о безопасности младших принцев. Мейстер, напишите в Долину. Пусть леди Джейн присмотрит за принцами Люцерисом и Джоффри, а также за принцессой Рейной. — Что? — возмутилась Рейна. — Почему я должна уезжать? — Ответ очевиден, — равнодушно произнесла королева, пожимая плечами. — У тебя нет дракона, и ты не можешь помочь в этой войне. — Но я могу оседлать свободного дракона, — с отчаянием сказала Рейна. — Исключено! — резко ответила Рейнира. — Это приказ твоей королевы! — Отец, — Рейна посмотрела на Деймона, надеясь на его поддержку, но он лишь холодно взглянул на неё. — Ты сделаешь то, что сказала королева, дочь! — равнодушно произнёс Деймон. — Разговор окончен. Рейна едва сдерживала слёзы. Её отсылали в безопасное место, в то время как Бейла оставалась. Сестра войдёт в историю как драконья всадница, которая помогла королеве вернуть трон, а Рейна будет сидеть в стороне и ждать, когда всё закончится. Она вернётся в столицу и станет тенью своей храброй сестры, как всегда. — Я напишу своим друзьям в Пентосе, чтобы они приютили Эйгона и Визериса, — сказал Деймон, не замечая её состояния. — А потом призову речников к ответу. Рейнира посмотрела на него, словно решая, стоит ли дать ему ещё один шанс, и кивнула. — Хорошо, — сказала она. — Надеюсь, в этот раз ты сделаешь всё как следует, Деймон. Иначе я начну сомневаться в твоей способности быть королём-консортом. Деймон ничего не ответил, но внутри у него всё кипело от обиды. Как Рейнира смеет сомневаться в нём? Как она может угрожать лишить его короны? Похоже, Зелёный Ублюдок был прав. Рейнира действительно похожа на Визериса — такая же недальновидная. Однако он ничего не сказал. Сейчас не время и не место для личных разногласий. Да и он действительно виноват перед ней. У них ещё будет время всё обсудить... А в это время в столице обсуждали письмо от «драконьей мышки». — Они собираются позволить бастардам управлять драконами?! — возмутился Эймонд. — Ничего другого от шлюхи и не стоило ждать! — Партия Чёрных слишком полагается на драконов, — спокойно ответил Эйгон. — В этом их слабость. Пусть лорд Ларис попросит мышек выяснить, кто из бастардов научился управлять драконом. Мы используем их алчность в своих интересах. Мейстер, отправьте письмо в Долину. Пусть напишут от имени Джейн Аррен и ждут гостей. — Ты хочешь использовать их как заложников, Эйгон? — спросила Алисента. — Мне больше не нужно держать кого-то из Чёрных в заложниках. Практика показала, что этот метод не работает. Поэтому мы ударим по Чёрным так сильно, чтобы никто не догадался о нашем участии. — с ухмылкой сказал король. — Пусть в письме будет строка: «Король Эйгон передаёт привет». Члены Малого Совета переглянулись. Они знали, что это значит. Приговор был вынесен. — А теперь обсудим нашу стратегию, — Эйгон встал и подошёл к карте Вестероса. — Лорд-Десница, напишите капитану Лорху, чтобы корабли Триархии начали разрушать Спайтаун. Думаю, они захотят отомстить Корлису Велариону за Ступени. А затем пусть атакуют их корабли с принцами на борту. — Вы уверены, государь? — с сомнением спросил Отто. Между ними уже был разговор... — Если Веларионы не дураки, они смогут восстановить город, — равнодушно сказал Эйгон. Его больше не волновали валирийцы. — Дейрон, ты поедешь в Старомест и присоединишься к армии Ормунда Хайтауэра. Как только станет ясно, кто из бастардов оседлал драконов, нужно будет отправить к ним мышонка, который их переманит. Законные права, место в Малом Совете, земли, титул лорда, выгодная женитьба… Пусть предлагают им всё, что захотят. А когда они перестанут быть нужны… Эйгон не закончил, но это и не требовалось. Все поняли его замысел. Это была хитрая игра. — Я могу отправиться в Речные земли, — сказал Эймонд, глядя на карту. — Уверен, Деймон тоже туда пойдёт. Мы сможем разом решить наши проблемы. — Нет, брат! — возразил король. — Ты мне нужен здесь. Сумеречный Дол и Грачичный Приют поддерживают Рейниру. Нам нужно ослабить чёрных и лучше всего это сделать, выманив одного из них. Когда Драконий Камень попросят о помощи, со стороны моря придёт подкрепление. Вот тогда захлопнется ловушка. — Думаешь, это будет Рейнира? — с сомнением спросила Алисента. — Вряд ли, скорее всего, Бейла, но этого хватит, чтобы разозлить чёрных, — ответил король. Затем он обратился к Стронгу: — Лорд Ларис, отправьте Бракенам «драконий коктейль». Они должны быть готовы к атаке Деймона. — Будет исполнено, мой король! — склонил голову Ларис. Игра началась. Эйгон больше не намерен сдерживать свои порывы. Он дал волю своему зверю и не успокоится, пока не утолит его жажду крови врагов... Принцы и принцесса спешно готовились к отъезду. Нужно было собрать только самое необходимое, ничего не забыть и выбрать надежных слуг, которые присмотрят за детьми, и верных стражников, которым королева доверяла. — Я не хочу уезжать, мама! — громко воскликнул принц Джоффри. — Я хочу остаться с тобой и сражаться за твой трон! — Мой храбрый дракон, — нежно сказала Рейнира, обнимая сына. — Ты должен понять, что сейчас тебе небезопасно быть рядом со мной. Но ты можешь сделать для меня одно важное дело. — Какое? — спросил мальчик со слезами на глазах. — Ты можешь присмотреть за Люком и Рейной. Твой брат нуждается в твоей помощи и заботе. — Я понял, мама! — вытерев слезы, сказал он. — Я присмотрю за ними! Рейнира поцеловала сына и обняла его. Ей было невыносимо расставаться с ним, но это было необходимо. Эйгон ясно дал понять: он не пощадит никого из них. Её дети должны быть в безопасности. — Моя королева, — раздался голос сира Аррика, и сердце Рейниры сжалось от боли. Она подняла голову и увидела Люка. Её бедный сын, поддерживаемый рыцарем, неуверенно шёл к ней. Глаза Люка были завязаны плотной повязкой, в руках он держал трость, которую сделали для него в спешке. Проклятый Эйгон! Пусть горит в аду. Рейнира поклялась, что, когда она победит, Эйгон испытает всю ту боль, какую перенёс её сын. Она поклялась памятью предков. — Люк, — обняла она сына, не сдерживая слёз. — В Долине вы будете в безопасности. Когда всё закончится, ты вернёшься в столицу. Люк молчал. После пыток он не говорил ни слова. Сколько бы Рейнира ни умоляла, её сын молчал. Мейстер сказал, что это шок, и Люку нужно время, чтобы оправиться. Он, возможно, и восстановится, но она знала: прежним он уже не будет. Вся вина лежала на Эйгоне. — Всё готово, королева, — доложил один из рыцарей. Рейнира кивнула. Она лично проводила Люка в карету, где уже ждала Рейна. Девушка явно была недовольна, но не говорила ни слова. Недавно она попрощалась с сестрой и братьями. Мальчики стояли у соседней кареты, которая направлялась в порт, а оттуда на корабль. То же самое ждало Рейну, Люка и Джоффри. Их путь лежал в Чаячный городок, а оттуда — в Орлиное Гнездо. Рейнира коротко обняла падчерицу, помогла сыну сесть в карету и, обняв младших, с лёгким сердцем наблюдала, как её дети уходят. Дорога до порта прошла спокойно. Рейна, Люк и Джоффри взошли на корабль, который должен был доставить их в Чаячный город. Эйгон и Визерис отправились на другом судне в Пентос. Рейна не понимала, почему отец принял такое решение. Она не доверяла магистрам Пентоса, но сам город ей очень нравился. Она была бы рада остаться там, даже с Люком, с которым их обручили. Однако сейчас её жених был совсем другим человеком. После возвращения Люцериса Эйгоном, Люк замкнулся в себе. Он больше не говорил, словно потерял способность выражать мысли. Единственные слова, которые она слышала от него, были сказаны в тот момент, и больше ничего. Мейстер уверял, что это шок от пережитого, и скоро всё наладится, но Рейна, глядя на своего жениха, всё больше сомневалась в этом. Когда они добрались до Чаячного городка, их встретили рыцари Долины, которые должны были сопровождать их в замок. Подъезжая к Орлиному Гнезду, Рейна не могла не восхититься красотой этого места. Возможно, Люку здесь понравится, и он снова начнёт говорить. — Добро пожаловать в Орлиное Гнездо, леди Рейна, — раздался насмешливый голос. Рейна вздрогнула. Этот голос она уже слышала — на злополучном пире. Люк рядом с ней напрягся и стиснул её руку. Подняв глаза, Рейна едва не закричала. У центральных дверей стояли Элрик Аррен и Хелейна Таргариен. Стража отреагировала слишком поздно. Едва они потянулись к мечам, как тут же получили стрелы от лучников. Из двадцати стражников в живых осталось только пятеро, и все были ранены. Рейна заслонила Джоффри и уже потянулась к кинжалу, как вдруг почувствовала острое прикосновение к спине. — Советую не делать глупостей, леди Рейна, — услышала она хриплый голос. Обернувшись, она увидела сира Аррика с мечом у её спины. — Сир Аррик, что вы делаете? — возмутилась она. Предатель улыбнулся и спокойно сказал: — Меня зовут Эррик, леди Рейна. Я верный слуга короля Эйгона. Рейна вспомнила, что видела двух братьев-близнецов. Неужели один из них был шпионом? Она резко развернулась и потребовала ответа: — Где леди Джейн Аррен? — О, моя несчастная тётя и её милый Джоффри покинули нас несколько месяцев назад, — ехидно ответил Эррик. — Но не волнуйся, дорогая «кузина», я устрою вам тёплый приём. — Я тебе не кузина, мерзкий предатель, — презрительно бросила она. — Что ты сделал с Девой Долины? — Я? — наигранно удивился он. — Откуда такие подозрения? Моя тётя умерла во сне, как и те, кто был с ней. Но хватит болтать. Вы устали с дороги. Ваши покои уже ждут. — Мы никуда не пойдём! — твёрдо заявила Рейна. Его слова не внушали доверия. С Джейн Аррен явно произошло что-то ужасное. Но это не вышло за пределы Долины. Что же случилось? — Советую вам проявить благоразумие, леди Рейна! — холодно сказала Хелейна. — Вы же не хотите, чтобы сир Эррик убил юного Джоффри у вас на глазах? Рейна в шоке уставилась на принцессу. Хелейна всегда казалась отстраненной и загадочной, но такой холодной — никогда. Было ясно одно: если Рейна не подчинится, Хелейна без колебаний отдаст приказ убить мальчика. Бросив кинжал, Рейна позволила страже увести себя. Элрик и Хелейна проявили уважение: её не отправили в легендарную Воздушную Тюрьму. Вместо этого её поселили в просторной комнате и даже дали служанку. Рыцари Долины охраняли её снаружи. Ей было запрещено выходить без разрешения. Люка и Джоффри разместили в соседних комнатах, также под стражей. Рейна бродила по комнате, как дракон, у которого отняли крылья. Её терзали мысли о Люке и Джоффри. Что с ними будет? Напишет ли Элрик письмо своему отцу? В этом Рейна сильно сомневалась. До Драконьего Камня не дошли слухи о смерти Джейн Аррен, значит, никто не узнает о смене власти в Долине. Они оказались полностью во власти Элрика и Хелейны. Прошла неделя, прежде чем Хелейна навестила Рейну. Рейна сразу напряглась. Это был первый визит кого-то из Зелёных. — Сумеречный Дол пал, — холодно сказала Хелейна. — Дарклинов предали мечу. Грачичный Приют осаждён. Рейна стиснула кулаки. Дом Дарклинов, верные сторонники Рейниры, исчез. Её охватила тревога. — Зачем ты мне это говоришь? — спросила Рейна, но Хелейна промолчала. Она уже собиралась уйти, когда Рейна рискнула снова заговорить. — Я хочу увидеть Люка и Джоффри! Хелейна обернулась и посмотрела на кузину с презрением. — Не положено, — равнодушно ответила она и вышла из комнаты. Через неделю к Рейне снова пришли. За это время она извелась от беспокойства. Никто не сообщал ей, что случилось с Люком и Джоффри. Её не выпускали из комнаты, не отвечали на вопросы. Она умоляла, кричала, но ответом была только тишина. Однажды Рейна не выдержала и начала стучать в дверь. Никто не открыл. Она кричала до хрипоты, била по двери, пока не содрала кожу на костяшках. Но всё было бесполезно. На следующий день к ней пришёл мейстер. Он обработал её руки, дал микстуру для горла и ушёл. — Вижу, ты наконец успокоилась, кузина, — с усмешкой произнёс Элрик. — Рыцари жалуются, что ты им мешаешь отдыхать. — Что тебе нужно? — спросила она, глядя на него с вызовом. — Я пришёл сообщить, что Грачичный Приют пал, — сказал Элрик. — Принцесса Бейла погибла вместе с драконом. Рейна замерла, глядя на него с недоверием. — Ты лжёшь! — закричала она, не веря своим ушам. — И зачем мне это? — лениво спросил Элрик. — Но раз ты не веришь мне, можешь прочитать письмо от Эйгона. Он хотел, чтобы я сам передал тебе эту весть. Рейна схватила письмо из рук Элрика и впилась взглядом в строчки, которые расплывались перед глазами. В письме узурпатор описывал, как была устроена ловушка, в которую легко угодила её сестра. Эйгон и Эймонд окружили Бейлу, и она погибла в пламени дракона. — Нет, — прошептала Рейна, слёзы потекли по её щекам. — Нет! Элрик смотрел на неё и не испытывал ни капли сочувствия. Когда в Орлиное Гнездо пришло известие о гибели Барбары, у Хелейны случился выкидыш. Целитель и повитухи несколько часов боролись за жизнь её и ребёнка, и, к счастью, им удалось отвести от неё руку Неведомого. Хотя их сын родился раньше срока, он быстро набирал вес и, по словам целителя, должен был пережить младенчество. — Я хочу отомстить за подругу, — говорила она, прижимая к себе сына. Её глаза были холодны, как лёд. — Наберись терпения, Хелейна, — сказал Элрик. — Уверен, у нас будет возможность утолить жажду мести. И он оказался прав. От Рейниры пришло письмо, в котором она умоляла Джейн Аррен приютить её сыновей и дочь Деймона Таргариена, леди Рейну. После смерти его тётки он позаботился о том, чтобы известие о её смерти не вышло за пределы Долины, поэтому ответил на письмо от имени Джейн Аррен. И теперь трое детей Чёрных были в его руках. — Ненавижу... — прошептала Рейна, но Элрик лишь насмешливо поднял бровь. — Ненавижу! — Можешь ненавидеть сколько угодно, мне всё равно, — равнодушно произнёс он. — Но я пришёл не только для этого. Твой драгоценный жених и его брат... — Что ты с ними сделал, чудовище? — закричала Рейна в ужасе. — Как грубо, — притворно обиделся Элрик. — Джоффри заболел сразу после приезда и умер, а Люцерис... Боюсь, он не смог пережить смерть младшего брата и покончил с собой. — Нет, — прошептала она, задыхаясь. — Ты лжёшь! Ты убил их! Убийца! Чтоб ты горел в Аду вместе с Зелёным Ублюдком! Рейна кричала, пока не начала кашлять. Постепенно ей становилось всё труднее дышать. — Мой отец... Кх... заставит вас заплатить... Кх... — выдавила она. — О, я в этом сильно сомневаюсь, — сказал Элрик, глядя на её страдания. — Что... — слова застряли у неё в горле. Она поняла, что воздух больше не поступает в лёгкие. Рейна упала на колени, сжимая горло, и посмотрела на Аррена. — Мейстера... — еле прошептала она. — Он уже не поможет, — холодно сказал Элрик, наблюдая, как Рейна Таргариен задыхается на его глазах. Когда она испустила последний вздох, Элрик уверенно покинул покои и велел страже: — Принцессе Рейне плохо. Позовите мейстера. Слуги поспешили выполнить приказ, а Элрик вернулся в покои жены. Хелейна сидела у камина, укачивая их новорождённого сына. — Рейна умерла, — спокойно произнёс Элрик, садясь напротив. — Мейстер? — взглянув на мужа, спросила Хелейна. — Скажет, что смерть наступила от естественных причин, — пожал плечами Элрик. — Узнав о смерти сестры, Рейна начала задыхаться. Сердце не выдержало. Я просто не успел позвать на помощь. Хелейна кивнула с пониманием. Ей не нравилось убивать, но в этой войне было только два пути: или ты, или тебя. Другого не дано. После захвата сыновей Рейниры и дочери Деймона они решили избавляться от них постепенно, чтобы не вызвать подозрений. По приказу Элрика Джоффри разместили в недостаточно тёплой комнате, и он быстро заболел. Лекарства мейстера только усугубили ситуацию. Эйгон всегда предупреждал, что без должного ухода дети могут умереть даже от лёгкой простуды. Люк не выдержал известия о падении Сумеречного Дола и смерти брата. Он перерезал себе вены. То, что рядом были служанки, которые прислуживали в день смерти Джейн Аррен, никого не удивило. Эти же женщины находились при Джоффри и Рейне. Именно они добавляли «сладкий сон» в лекарства Джоффри и аналог «душителя» в еду Рейны. Страх и ярость окончательно сломили дочь Деймона Таргариена. — Осталось совсем немного, — сказала Хелейна, откинувшись на спинку кресла. — Верно, — кивнул Элрик. — Победа близка...