Глава четвёртая. Чокнутая?

4.

***

Менять себя не значит изменить,

Хотя и сил затратишь очень много,

Собой остаться и собою быть,

Сложнее, чем копировать кого-то.

Менять всё то, что было нам дано,

По зову сердца, а не по расчёту,

Себя менять, чтоб не было смешно –

Ужасно кропотливая работа.

Ирина Расшивалова "Себя менять".

***

Школа Чародейства и Волшебства Хогвартс — это не просто здание, а живой, дышащий магией организм, расположенный где-то в горах Шотландии и скрытый от глаз маглов мощнейшими заклинаниями. Каждый камень замка, кажется, хранит в себе истории и секреты многих поколений волшебников. В воздухе постоянно витает ощущение магии. Это может быть и едва уловимое жужжание чар, и внезапные магические проявления. Несмотря на свою грандиозность и иногда пугающие размеры, Хогвартс является домом для сотен студентов на протяжении семи лет их обучения, создавая чувство принадлежности и безопасности. Хогвартс — это больше, чем просто школа; это живое воплощение волшебного мира, место, где происходит обучение, дружба, приключения и где формируются характеры будущих волшебников и ведьм.

***

​Шёпот. ​Шёпот. ​Опять этот грёбаный шёпот. ​ Он преследовал меня на каждом шагу, пока я шла по коридорам этой психушки под названием «Хогвартс». Я всё никак не могла привыкнуть к этому дурацкому названию. Местные ученики провожали меня взглядами: кто-то прикрывал рот ладонью и шушукался, а кто-то без капли стыда тыкал в меня пальцем. Пальцем, который мне безумно хотелось оторвать и засунуть им прямо в... А, неважно. ​Дело было вовсе не в том, что я выглядела как неземная красотка. Просто, судя по туповатым рожам этих придурков, я слишком сильно отличалась от прежней Николь Адамсон. Некоторые вообще решили, что я новенькая, отсюда и весь этот ажиотаж. ​Впрочем, сейчас мне было глубоко плевать на их мнения. Этот чудик Дамблдор только что обрадовал меня тем, что у меня идёт урок. Как там его? Трансфигурация, во. Учит этой хрени какая-то Минерва Макгонагалл. Сложные у них тут названия, мозг сломаешь! В общем, мне приходилось буквально лететь по коридорам, чтобы успеть хотя бы ко второй половине занятия. ​Наконец я с размаху распахнула массивную дверь с табличкой «Кабинет Трансфигурации». ​ — Здрасьте... — выдохнула я. ​На меня тут же уставилась дюжина пар глаз. Настоящий винегрет из зелёных и красных галстуков. М-да, «обожаю» внимание... ​Хотя, если честно, выглядела я сейчас реально круто. Длинные сальные патлы Николь остались в прошлом — теперь мои волосы аккуратной волной спускались до лопаток. Они блестели так, будто я сбежала со съёмок рекламы шампуня (спасибо Лорейн, которая протащила меня по всем местным магазинчикам). ​ Слизеринская форма сидела идеально, подчеркивая все достоинства моей новой фигуры: белоснежная рубашка, V-образный жилет, аккуратный галстук в изумрудно-серебряную полоску и юбка чуть выше колен. Сверху — новенькая мантия с гербом факультета, на ногах — чёрные сандалии, а в волосах — заколка в форме белокровно-зелёной звезды. ​ Всё-таки форма Слизерина выглядела по-настоящему стильно и даже как-то по-королевски. Намного лучше, чем наша унылая привычная схема «белый верх, чёрный низ». Строго, элегантно и с претензией на статус. ​— О, мисс Адамсон, — наконец «отмирала» преподавательница — высокая женщина в строгом чёрном платье и с тугим узлом волос на затылке. ​Она поджала и без того тонкие губы, смерила меня внимательным взглядом с ног до головы и произнесла: ​— Рада вашему возвращению. Присаживайтесь. ​Наконец-то! Расплывшись в улыбке до ушей, я плюхнулась на единственное свободное место — прямо рядом с моей блондинистой, Нарциссой. Нарцисса удивлённо взглянула на меня искоса. Я лишь философски приподняла бровь, отчего она тут же смутилась и уткнулась в свой пергамент. ​ — Выглядишь... не как обычно, Николь, — тихонько пояснила она. ​ Я ухмыльнулась и демонстративно закатила глаза. ​ — Да уж, я явно подлечилась за эту неделю, — хмыкнула я и начала выуживать из сумки пергамент, чернильницу и перо. Эд и Лорейн буквально силой затолкали всё это добро мне в портфель, хотя я до последнего вопила, что буду писать исключительно нормальной ручкой. Правда, где бы я её тут достала — до сих пор загадка. ​ — А чем ты вообще болела? — Нарцисса снова посмотрела на меня. — Слизнорт толком ничего не объяснил, просто сказал, что ты отсутствуешь по болезни. ​ Я опешила и принялась судорожно судорожно лихорадочно соображать на ходу. Вот почему всё вечно сваливают на меня?! Оставили отдуваться в одиночку, ну зашибись друзья... И что мне ей плести? ​ — А, э-э-э... ну... аллергия! Да, точно, аллергия! — ляпнула я. ​ Нарцисса нахмурилась, явно переваривая эту «гениальную» отмазку: ​— Аллергия?.. На что? ​От спасительного продолжения этого разговорчика меня избавил строгий голос с кафедры. Хотя... спасительным его можно было назвать с огромной натяжкой. ​ — Мисс Адамсон. Может, вы всё-таки отвлечётесь от болтовни с мисс Блэк и соизволите ответить на мой вопрос? — Макгонагалл поджала тонкие губы. ​Нарцисса, ждавшая ответа, вздрогнула и тут же буквально вросла в пергамент, слившись с мебелью. «Класс, почему в самый нужный момент все умывают руки?!» ​ Я наградила профессора точно таким же тупым взглядом, каким одарила Дамблдора, когда тот затирал мне про какую-то луну, землю и прочие заклятия. Выражение моего лица прямым текстом говорило: «Я-нихрена-не-поняла». ​ Женщина оценила мой зависший вид и, вздохнув, повторила: ​ — Какое заклинание используется для исчезновения предмета? ​«Блин! Ну давай, Антарес, выкручивайся!» — кричал внутренний голос. ​«А почему опять я?! Пойду-ка я нафиг, пожалуй... Отличная группа поддержки, даже собственный мозг меня кинул!» ​— Мисс Адамсон? Я жду. — напомнила о своём «приятном» присутствии профессор. ​— Ну... это... я... — замямлила я. ​Боже, полкабинета вылупилось на меня. Вам что тут, цирк шапито устроили? Обезьянка тверк танцует?! А ну отвалили все! — Э-э-э... Вингардиум Левиоса? — с надеждой выдавила я, вспомнив, как однажды в Shorts наткнулась на мем, где Гермиона отчитывает рыжего пацана. ​ С задних парт кто-то откровенно ржанул. Я обернулась и увидела того самого парня с видом «аллилуйя-я-пуп-земли», а рядом с ним — абсолютно бордового очкарика, который изо всех сил сдерживал хохот. Господи, вызовите мне эвакуатор и закопайте, а? ​ — Что ж, мисс Адамсон, вы меня разочаровали. Ответ неверный. Минус десять баллов Слизерину, — раздался вердикт. ​Весь наш зелёный факультет обречённо и зло вздохнул, зато парочка «пуп-и-помидор» сзади радостно захлопала. ​ — За неправильный ответ на элементарный вопрос и за болтовню во время занятия, — добавила Макгонагалл и, одарив нас с Нарциссой тяжёлым взглядом, повернулась к классу. — Кто ответит правильно? ​В воздух мгновенно взвилась рука той самой рыжей девчонки, которая довела меня до кабинета. ​— Прошу вас, мисс Эванс. ​— Заклятие «Эванеско», — практически пропела рыжая, сияя от гордости, пока профессорша едва заметно одобрительно кивнула. ​Ну да, конечно! У нас тут что, любимчики появились? Тоже мне, правильная нашлась. Впрочем, благодаря рассказам Настюхи я вспомнила: Слизерин — это местное логово злодеев. Помните, когда я сказала, что очкарик выглядит слишком красным? Забудьте. Настоящий «красный перчик» сидел прямо со мной за одной партой. Лицо блондинки пылало настолько ало, что я всерьёз испугалась, как бы её не тошнило прямо на меня. Надеюсь, если это и произойдёт, я буду подальше. Да уж, подставила я не только себя, но и весь «свой» факультет. ​ Остаток урока, слава всем всевышним силам, прошёл тихо. Профессор-поджатые-губы время от времени задавала вопросы классу, а в остальное время рассказывала какую-то муторную чепуху. Я, если честно, не поняла ни слова. Зато Нарцисса конспектировала всё дословно. От «а» до «я». Не удивлюсь, если она записывала даже звуки, с которыми Макгонагалл прокашливалась. ​Наконец раздался заветный звук, звучащий для любого уважающего себя ученика как пение ангелов. Звук колокола, оповещающий, что час рабства окончен. ​ Я одной из первых выскочила из кабинета. Нарцисса выплыла прямо за мной. ​— Мерлин, Николь, ты правда не знаешь такое элементарное заклинание? — скривила она губы с таким видом, будто я не смогла ответить, сколько будет дважды два. Четыре, блин! ​— Мерлин, Цисси, забей, — передразнила её я, даже не заметив, как сократила её имя. ​ Блондинка нахмурилась ещё сильнее и поджала губы: ​ — Николь! Только начало учебного года, мы ещё даже баллы толком собрать не успели, а ты уже всё портишь! — процедила она. — И не называй меня так! ​ С этими словами она гордо зашагала прочь, всем своим видом показывая, что моя компания для неё — сущий ад. Больно надо. Я поправила лямку сумки и уже собиралась идти дальше, но... ​Собственно, а куда идти-то? ​ «Боже-е-е... Дайте мне уже номинацию "Самая проблемная жопа мира"». ​ — Адамсон, решила в клоуна поиграть? — раздался вальяжный голос с оскалистой ухмылкой. ​Ну конечно. Пуп земли собственной персоной. И, разумеется, в сопровождении своей свиты. Так, Антарес, включай память, кто тут кто. ​Первым стоял сам «пуп земли». Волосы до плеч, иссиня-чёрные и слегка волнистые, глаза — серые, словно густой туман. Аристократичные черты лица и, грех не признать, породистая, привлекательная рожа. Сириус Блэк. ​ Рядом, небрежно опираясь рукой о его плечо, висел очкарик. Волосы — в абсолютном хаосе, будто он не чесался со времён СССР, на лице — ехидная полуухмылка. Джеймс Поттер, кто ж ещё. ​Чуть отдалившись от них, у стены стоял парень с книгой. Лицо усыпано бледными шрамами, под глазами — синяки, в которых можно хранить картофельный урожай Белоруссии. Он всем видом демонстрировал пофигизм к происходящему, хотя брови всё же слегка нахмурил. Ремус Люпин. ​Ну а рядом с ним млся низенький, пухловатый пацан с водянисто-голубыми глазами. Питер Петтигрю. Человек, от одного вида которого меня заранее мутило. ​ — Нарядилась-то как, — тем временем продолжал Блэк, смерив меня насшливым взглядом. — Чтобы что? Привлечь внимание какого-нибудь чистокровного индюка и удачно выскочить замуж? ​ — Но твоё-то внимание я явно привлекла, раз ты всё так детально рассмотрел, — фыркнула я, сложив руки на груди. ​ Поттер поначалу удивился, что я вообще соизволила ответить его другу, но тут же расплылся в азартной ухмылке: ​— Бродяга, а у нашей Чокнутой, кажется, прорезался язык, — хмыкнул он, покачав головой. — Хотя, должен признать, ноги у тебя ничего так... ​Меня чуть не передёрнуло. К комплиментам от парней я привыкла, но слышать это от Поттера не входило в мои планы на эту жизнь. ​— Хотя нет, о чём это я? Ты просто поняла, что язык можно использовать не только чтобы тупить у доски, — хохотнул очкарик, и они с Блэком синхронно загоготали. ​Боже, это вообще смех? Какой-то лай гиены напополам со скулежом. ​ — Мерлин, ведёте себя как идиоты, — рядом со мной материализовалась брюнетка с короткой стрижкой, копируя мою позу со скрещёнными на груди руками. ​Это была та самая девчонка, что делила со мной парту (и мой позор, когда у нас взорвался котёл). Как же её... Андромеда! ​ — Андромеда, не лезь, — отмахнулся Сириус, растягивая губы в ухмылке. — Мы тут вообще-то ведём светскую беседу с мисс Адамсон. Обсуждаем её новый имидж. ​— Я бы не назвала это беседой, — отрезала я. — У меня нет привычки вести беседы с теми, у кого смех больше похож на собачий лай. ​ Я намеренно сделала акцент на слове «лай», тонко намекая на его анимагическую тусовку. ​Сириус замер. На секунду его вальяжная ухмылка полностью сползла с лица, а в серых глазах мелькнуло искреннее замешательство. Кажется, подтекст он уловил моментально. Зато Андромеда, не знавшая про их собачьи секреты, просто оценила сарказм и хмыкнула. ​ — Отвали, Сириус, — бросила Андромеда, подхватила меня под локоть и потащила прочь от этой честной компании. — Не обращай на этих кретинов внимания. Выглядишь ты на самом деле супер. ​Я невольно улыбнулась. Ну надо же, хоть кто-то в этом замке на моей стороне. ​— Андромеда права, Николь, — раздался голосок рыжей девчонки, которая подошла к нам. Если память мне не изменяет, это ещё одна моя соседка по спальне. ​— Выглядишь просто секси, — добавила она и игриво подмигнула. ​Андромеда на это лишь демонстративно закатила глаза, а я ухмыльнулась. ​ — Алекса, опять твои неуместные подкаты. Когда ты уже наконец повзрослеешь? — вздохнула Андромеда. ​— Ни-ког-да, — состряпала невинную рожицу рыжая, пожав плечами. — Дорогая моя, мы на седьмом курсе. Это наш последний год на свободе! После выпуска нас всех скопом выдадут замуж за каких-нибудь чистокровных снобов и запрут в четырёх стенах. Так что я намерена взять от этого года всё. Максимально! ​«Выдадут замуж? Насильно?..» — успела ужаснуться я, но развить эту мысль не вышло, потому что мы остановились возле нужной двери. На табличке красовалась надпись: ​«Кабинет Прорицаний» ​ Так-с... И что это за астрология для начинающих? ​ — До сих пор не верю, что мы добровольно выбрали Прорицание, — вздохнула Алекса, грациозно прислонившись к стене. Судя по всему, кабинет ещё был закрыт, так что ученики толпились в коридоре. ​ — Хватит ныть, — усмехнулась Андромеда. — Это в тысячу раз лучше, чем нумерология. ​ Через пару минут к нашей скромной слизеринской кучке начали подтягиваться остальные: парочка когтевранцев, пуффендуйцы и... к моему огромному сожалению, Мародёры. Правда, не весь состав — судя по всему, они всё-таки умеют разделяться. Из всей банды присутствовали только Поттер, Блэк и Петтигрю. ​Блэк тут же заметил мой «тёплый» взгляд и отвратительно ухмыльнулся. Я лишь фыркнула и закатила глаза. ​ — Девочки, я сейчас, — бросила Андромеда и куда-то испарилась. ​— И куда это она? — пробормотала Алекса. Я лишь пожала плечами. — Эх, хрен поймёшь этих сестёр Блэк. Слушай, лучше ты мне расскажи! ​Она резко повернулась ко мне, смерив хищным взглядом. Я непонимающе приподняла бровь. ​— С чего вдруг такие перемены? Нет, ты не подумай, я искренне рада, что ты наконец выбросила тот ужасный гардероб, но... это же вообще на тебя не похоже, Николь! Колись, влюбилась? — ухмыльнулась она. ​— Не неси чепуху,... Лекса, — опять моя дурацкая привычка сокращать имена вылезла наружу. — Я просто решила, что ты права. Последний год всё-таки. Нужно менять жизнь. ​ Лекса пару секунд сощурившись вглядывалась в моё лицо, словно выискивая подвох, а потом удовлетворенно кивнула: ​ — О-о-о, хоть кто-то в этом замке меня понимает! — просияла она. — И, кстати, мне нравится, как ты сократила моё имя. Лекса. Звучит очень стильно. А как мне тебя называть? Хм... Нико? Нет, глупо. Никки? Попса какая-то... ​И под её задорный бубнёж о вариантах моего нового имени мы наконец дождались, пока открылась дверь в кабинет.

***

​— Здравствуйте, седьмой курс! Рада видеть вас здесь и рада, что вы выбрали Прорицание как дополнительный предмет. Совсем скоро вы научитесь видеть будущее, и вас больше не будет пугать неизвестность... — пропела туманным, потусторонним голосом темнокожая женщина. ​Выглядела она, мягко говоря, специфически. ​Огромные, словно вытаращенные глаза казались еще больше из-за толстенных линз очков невероятно странной формы. Густые спутанные волосы цвета воронова крыла беспорядочно торчали во все стороны. Сама преподавательница была худая как щепка, но при этом с ног до головы закутана в килограммы струящихся шалей и полупрозрачных платков, создававших вокруг неё ауру загадочной мумии. Дополняли этот образ десятки браслетов, колец и ожерелий с массивными булыжниками. ​Короче говоря, вылитая гадалка с рынка, которая прямо сейчас предложит позолотить ручку. ​ — Для тех, кто забыл: меня зовут профессор Дестини Дэвис. ​От её глухого, заупокойного голоса у меня по коже побежали мурашки. ​ — В прошлом году мы учились гадать по теням, — продолжала она. (Интересно, и как это вообще выглядело?) — А в этом году мы освоим карты Таро! — вдруг восторженно вскрикнула она, отчего я ажно вздрогнула. ​— Опять Дэвис со своим шарлатанством... — фыркнула Алекса, сидевшая рядом. ​Кстати, оказались мы на самом первом ряду исключительно по вине одной Блэк. Мы слишком долго ждали Андромеду, которая испарилась со словами «я сейчас», а в итоге эта предательница успела проскользнуть в кабинет раньше нас и занять отличное местечко на задворках. Из-за этого нам с Лексой пришлось мчаться наперегонки с колоколом и усесться прямо под нос профессору. Андромеда с задней парты лишь виновато нам улыбнулась. Не то чтобы мы были лучшими подружками, но ждать я не люблю принципиально. Не терпила, знаете ли. ​— Так, класс, достаём свои карты, — отвлекла меня от мыслей профессор Дэвис. ​Стоп. Чего? Карты? Какие еще карты? ​ — Ника, ты что, не купила? — удивленно шепнула Алекса. Я отрицательно качнула головой. — На, держи, у меня есть запасные, — и она протянула мне колоду. ​Что ж... Гадать я, слава богам, умела. Хоть что-то в этом безумном мире совпало с моими реальными навыками. Гаданию на картах меня в своё время обучили подъездные бабки. В обмен на расклады я помогала им таскать сумки с рынка и выслушивала бесконечные жалобы на ценники, правительство и «нынче пошедшую не ту молодёжь». Так что тут я была в своей стихии. ​— Ох, мистер Браун, вашу бабушку скоро подкосит болезнь, передайте, чтобы она берегла себя! — внезапно драматично воззвала профессорша к какому-то пуффендуйцу. — Мисс Блэк! Сегодня избегайте апельсиновых пирожных, вы можете сильно отравиться! — переместилась она к Цисси. ​Я с немым вопросом «какого хера тут происходит?» уставилась на Лексу. Та сидела с абсолютно невозмутимым видом, полностью игнорируя вещающую направо и налево пророчицу. Заметив мой офигевший взгляд, она лишь закатила глаза: ​ — Да ладно тебе, Ника, будто ты впервые на её уроке. Она каждое занятие что-то предсказывает, и пока — ни единого попадания, — пожала плечами Лекса. — Смотри сама: бабушка Брауна... ну, она бабушка, ей лет сто в обед, логично, что она скоро ...ну.. откинет коньки. А про аллергию Нарциссы на цитрусы знает вся школа благодаря Мародёрам. ​ Лекса кинула выразительный взгляд в конец класса. Там восседала знакомая троица: Блэк, Поттер и Петтигрю. Они вовсю ржали над очередной шуточкой очкарика, абсолютно не парившись по поводу того, что на них оглядывается полкабинета. ​— А что за история с пирожными? — поинтересовалась я. Надо же поддержать светскую беседу, не молча же сидеть. ​ — Ну-у... ​ — Ох, мисс Адамсон! — над нашей партой внезапно вырасла тень профессора. ​Мы обе вздрогнули от неожиданности. ​ — Вас ждут великие перемены, моя дорогая! — прошептала Дэвис, трагично заламывая руки. — Впереди множество испытаний и смертельных опасностей... Я вижу возможную гибель! Ох, милая, мне так жаль... ​И с чувством выполненного долга профессор с сожалеющим видом удалилась. ​ Я осталась сидеть белее мела. Ну а как иначе? Представьте: вы жили себе спокойно, никого не трогали (соседские коты не в счёт), потом резко бац — и вы в мире, который считали сказкой, где с порога какая-то сумасшедшая тетка заявляет, что вы скоро склеите ласты! Тут кто угодно побледнеет. ​ Лекса, оценив мой трупный цвет лица, усмехнулась: ​ — Ника, ты сегодня реально какая-то отбитая. Будто первый день в замке. Это же профессор Дэвис! — Она снова закатила глаза. — Она каждый божий урок кому-то пророчит мучительную смерть. На третьем курсе вообще предсказала гибель грязнокровке Кларку, — Лекса подбородком указала на когтевранца в очках за соседним столом. — И ничего. Живее всех живых, как видишь. ​ Может, она и права... Ай, ладно, что-то я сегодня слишком много загоняюсь. ​Оставшуюся часть лекции я слушала вполхала — базу Таро я и так знала получше местной предсказательницы, поэтому просто расслабилась и принялась рассматривать кабинет. Кабинет Прорицаний в Хогвартсе оказался местом крайне специфическим. Чтобы сюда добраться, пришлось преодолеть бесконечную винтовую лестницу на самый верх башни. ​ Воздух здесь был плотным, тёплым (даже душным) и полностью пропитанным мерцающим дымом от каких-то восточных благовоний. Освещение — приглушённое и мистическое: никакого нормального дневного света, только тусклые мерцающие лампы, свечи и слабые отблески камина. Полумрак и лёгкая туманная дымка. Какой профессор — такой и кабинет, тут без сюрпризов. ​ В помещении стоял густой, сладковатый и слегка удушливый запах — эдакий микс из пыли, старых тканей, травяных чаёв и какого-то прелого кофе. Зато вместо привычных унылых парт тут стояли маленькие круглые столики на двоих-троих. Вокруг каждого — глубокие, мягкие кресла и пуфы, обтянутые потёртым бархатом. Уютно, конечно, но темновато и тесно. ​В углу жарко пылал камин, окончательно превращая класс в сауну. ​ В общем, аудитория Прорицаний напоминала не учебный класс, а мистический будуар или шатёр бродячей гадалки. Всё вокруг настраивало на полёт фантазии (или, как считало большинство студентов, просто на крепкий здоровый сон). ​Но если честно, мне тут даже понравилось. Уж точно лучше, чем мёрзнуть в подземельях. А то, как рассказывала Настюха, слизеринская гостиная похожа на склеп. Нихрена себе расклад, а где обещано пятизвёздочное обслуживание?! ​ Правда, скука тут стояла смертная. Ничего интересного: только ржач компании очкарика с задних парт, вещающая в пустоту профессор, которую игнорировала добрая половина класса, да Лекса, вовсю стрелявшая глазками в какого-то когтевранца. Скука-а-а... ​Хм, скука. Если убрать одну букву, получится «сук...» ​О, звонок! Наконец-то! ​ Народ дружно подскочил с мест и повалил к выходу с такой скоростью, будто в кабинете объявили эвакуацию. Мы с Лексой выскочили в коридор одними из первых, но радость длилась недолго: прямо к нам уже целеустремлённо шагала та самая женщина с предыдущего урока. Профессор Строго-Поджатые-Губы. ​ Господи, она одним своим строгим видом вызывает у меня армию мурашек. ​— О, мисс... Адамсон, — подошла она к нам. Лекса тут же притормозила рядом. — Пройдёмте за мной, нам нужно поговорить. ​С этими словами Макгонагалл развернулась и пошла по коридору. Я с ужасом повернулась к Лексе, выражая немым взглядом всю глубину своей паники: «Ты же не бросишь меня тет-а-тет с этой строгой женщиной?!» ​ — Удачи, Ника! — сочувственно поджав губы, выдохнула Лекса и мгновенно свалила под крылышко к подоспевшей Андромеде. ​ ​— Ну всё, Антарес, хана тебе... — уныло пробормотала я себе под нос и плелась вслед за развевающейся мантией Макгонагалл.

***

​— Да-да, заходите, мисс, — произнесла женщина, едва заметив меня в дверях. ​Я даже притормозила от неожиданности. Где её фирменное «мисс Адамсон»? Какая-то подозрительная смена тона. ​— Пройдите и садитесь. ​ — Профессор, если это насчёт того заклинания на уроке, то я правда просто забыла! Знаете, закрутилась, не выспалась, голова кругом... — начала я судорожно выпаливать все отмазки, что успели сформироваться в моей голове по пути сюда. ​Но Макгонагалл мягко, но уверенно жестом оставила мой поток оправданий. ​ — Нет, мисс, дело совсем не в этом, — спокойно ответила она и на мгновение окинула меня внимательным, проницательным взглядом. — Профессор Дамблдор уже ввёл меня в курс дела относительно вас... мисс Паркер. ​При звучании своей настоящей фамилии я буквально подскочила на месте. Сердце сделало кульбит и ушло куда-то в район пяток. ​ — Так вы... в курсе? Что я — не Николь? — переспросила я, едва не заикаясь. ​Женщина лишь строго и утвердительно кивнула: ​ — Именно так. Я полагаю, вы уже успели приобрести новую палочку взамен прежней? ​ Я смогла только немо кивнуть в ответ. ​— Отлично, — подрезюмировала Макгонагалл, сложив руки перед собой. — Начиная с сегодняшнего дня, я лично буду проводить с вами дополнительные занятия, чтобы научить вас обращаться с магией с нуля. ​«Приключения продолжаются... Жопа мира, встречай меня!» — тоскливо подумала я про себя.

***

​«В Хогвартсе четыре основных факультета, основанных великими волшебниками и ведьмами: Годриком Гриффиндором, Хельгой Пуффендуй, Ровеной Райвенкло и Салазаром Слизерином...»

​Окак! Салазарик Слизерин, значит, основатель моего факультета? Интересненько... ​Я решила впервые в жизни прислушаться к совету Насти насчёт учёбы и всё-таки начала конспектировать. Правда, делать записи я решила русскими буквами. А что? В этой библиотеке любой может сунуть нос в мои черновики. Не думаю, что местным понравится узнать, что среди них ходит абсолютно нормальный человек из другого мира. ​Так что да — русский шифр стал моим спасением. ​ А читала я фолиант под названием «История Хогвартса». ​

«...Символом факультета Годрика Гриффиндора является лев, Пуффендуй — барсук, Когтевран — ворон, а Слизерин представляет Змея...»

​Я бы с удовольствием продолжить чтение, если бы не раздражающее шушуканье за спиной. ​ Я всеми фибрами души пыталась его игнорировать, но это было просто выше моих сил! «Может, ещё громче орёте?!» — хотелось рявкнуть на весь зал, но привлекать к себе лишнее внимание было явно не лучшей идеей. ​Шёпот. ​ Шушуканье. ​ Опять шёпот. ​Ну всё. Терпение лопнуло. ​ — Если вы прямо сейчас не заткнётесь, я вырву ваши дурные головы и повешу их рядом с табличкой «Соблюдайте тишину», — оборачиваясь, прошипела я. ​ Трое пятикурсниц с жёлто-чёрными гербами на мантиях от неожиданности моментально лишились дара речи. Так, барсук... Это Пуффендуй, кажется. Девушки испуганно переглянулись, вжали головы в плечи и тут же уткнулись в свои фолианты. ​Я с довольной ухмылкой повернулась обратно, намереваясь спокойно дочитать главу. ​Точнее, планировала. ​Пергамент, на котором я с таким трудом делала записи, выдернули из-под моей ладони настолько резко, что я даже ахнуть не успела. А через секунду над моим столом уже возвышались Блэк и Поттер. Чуть отдавшись, к ним неторопливо подтягивались остальные двое. ​Серьёзно?! Опять они? ​— Адамсон, ты чего такая хмурая? — ухмыльнулся Блэк, вальяжно крутя перед моим носом выкраденным листком. ​Так, какое там заклинание используют, чтобы безболезненно ликвидировать человека?.. ​ — Слушайте, мистер Очкарик, Задира, Недо-профессор и ходячий флакон духов, мне сейчас глубоко не до вас, — проговорила я по слогам, поднимаясь из-за стола. — У меня есть дела поважнее. Так что от-ва-ли-те. ​Я попыталась выхватить пергамент из рук Блэка, но этот нахала мгновенно вскинул руку вверх. Мало того что он выше меня почти на голову, так ещё и пользуется преимуществом! ​— Отдай, — потребовала я, чеканя каждое слово. ​ — И на каком это языке написана сия абракадабра? — изображая искреннее любопытство, протянул Блэк, разглядывая мои русские строчки. ​— На языке «отвали и верни бумагу, пока я не лишила тебя возможности ходить», — отрезала я и предприняла ещё одну попытку дотянуться до листка, но снова впустую. ​Я смерила Блэка таким взглядом, в котором читалась вся ненависть человечества. Но его это только повеселило — ехидная ухмылка стала лишь шире. ​— Предлагаю в последний раз: отдай добровольно и прямо сейчас, иначе... — я ткнула в него пальцем. Что именно я собиралась делать «иначе», я и сама толком не знала, но отступать было поздно. ​— Иначе что? — наклонившись чуть ближе ко мне, с вызовом спросил Блэк. ​Ох, милый... Зря ты так опрометчиво подошёл. ​В следующую секунду Сириус согнулся пополам от ощутимого, резкого удара кулаком прямо под дых. Наглый азарт на лице Поттера мгновенно сменился искренним шоком, Петтигрю скривился, словно сам получил по печени, а Люпин быстро прикрыл рот кулаком, маскируя внезапный приступ хохота под кашель. ​ Я с победной улыбкой выхватила свой пергамент из ослабевших пальцев Блэка, аккуратно засунула его в глубокий карман мантии и, садясь обратно, ласково добавила: ​— Спасибо, милый. ​Ремус больше не смог сдерживаться и откровенно фыркнул, после чего к нему с неловким хихиканьем присоединился Петтигрю. Джеймс Поттер качнул головой, а Сириус, медленно выпрямляясь, поджал губы и посмотрел на меня с азартным прищуром. ​— Признаю, Адамсон... От тебя я такого не ожидал, — выдохнул он, всё ещё слегка держась за живот. ​— Держи. Это тебе Макгонагалл просила передать, — подошёл Поттер и протянул мне сложенную записку. ​Я развернула её и не смогла сдержать отчаянного вздоха. Мы с деканом договаривались составить график дополнительных занятий, но я не думала, что эта женщина решит забрать у меня абсолютно всё свободное время! ​— Что там, расписание на казнь? — попытался заглянуть через моё плечо Поттер, но я быстренько свернула записку. ​— Это всё? Сенк ю вери мач! А теперь отвалите, — отрезала я, всем видом демонстрируя, что аудиенция окончена, и снова уткнулась в книгу. ​— Это что... «История Хогвартса»? — искренне удивился Люпин, разглядывая обложку. ​Я одарила его самым уничтожающим взглядом, на который была способна, отчего Ремус смущенно кашлянул и отвёл глаза. ​— Да. Допрос окончен? Тогда чао-какао! — Я мгновенно сгребла свои вещи в сумку и поднялась. Ну вот даже в библиотеке спокойно посидеть не дают! ​ — Совсем чокнулась, — усмехнулся Блэк мне во след. ​ Не оборачиваясь, я просто молча показала ему неприличный жест через плечо. ​Вот так и началась моя «чудесная» новая жизнь в Хогвартсе...