Глава пятая. Библиотека и урок, который ведёт оборотень.

5.

***

О счастье мы всегда лишь вспоминаем.

А счастье, может, было так близко.

Вот этот воздух, чистый и прозрачный,

И этот тихий вечер над рекой.

Я вижу, слышу, счастлив. Все во мне.

И чистый воздух, льющийся в окно.

Усталый взгляд я отвожу на миг.

День вечереет, небо отпустело. Слежу за ним...Мы мало видим, знаем,

А счастье только знающим дано.

Стихотворение "Вечер" от автора Ивана Бунина.

***

​— Запоминайте. Это очень простой раздел чар. Вингардиум Левиоса, — произнесла Макгонагалл, чётким движением рассекая воздух палочкой. — Рассекаем... и взмахиваем. ​Пёрышко, лежавшее на её столе, плавно поднялось вверх и мягко опустилось обратно. ​О борода Дамблдора... Я бы с величайшим удовольствием рассекла сейчас пространство между этим кабинетом и гостиной Слизерина и «взмахнула» прямо в объятия своей любимой кровати. Плавно, прямо как это чёртово перо. ​— Теперь попробуйте вы, — вырвал меня из мечтаний строгий голос профессора. — Ну же, смелее. Вы, как я помню, сегодня уже произносили это заклинание, так что теорию должны хотя бы представлять. ​Макгонагалл сложила руки в замок и уставилась на меня своим фирменным проницательным взглядом. ​— Профессор, я ляпнула его просто потому, что это единственное заклинание, которое вообще вспомнила! А в теории, траекториях и движениях я не секу от слова «совсем», — честно призналась я, качнув головой. ​Ну женщина, ты серьёзно?! Сейчас же святое время — ужин! А я тут торчу и пытаюсь оживить проклятое перо. Я всё же честно взмахнула палочкой, попытавшись хоть как-то сдвинуть его с места, но перо даже не шелохнулось. ​Макгонагалл, молча наблюдавшая за моими неуклюжими попытками поднять перо и при этом не выколоть себе палочкой глаз, наконец смилостивилась: ​— Что ж... Я вижу, вы переутомились. Да и проголодались, скорее всего. Идёмте, мисс. Пойдёмте на ужин, наберётесь сил, а завтра продолжим. ​Слава Мерлину! Мои молитвы были услышаны! ​В Большой зал мы направились вместе — исключительно потому, что я всё ещё путалась в этих бесконечных хогвартских лестницах. Но сейчас мне было глубоко фиолетово, с кем идти, пусть хоть с инопланетянами. Я была голодная как волк. ​Едва мы вошли в зал, как пара десятков голов тут же повернулась в нашу сторону: кто-то откровенно вылупился, кто-то мельком скользнул взглядом, а большинству было глубоко плевать — они увлечённо набивали животы. ​Я поплелась к слизеринскому столу, за которым уже восседали мои соседки. Моя тушка с глухим звуком плюхнулась на скамью прямо рядом с Лексой. Та как раз до этого что-то увлечённо вещала какому-то первокурснику, который смотрел на неё с открытым ртом и явно не понимал, как реагировать на такое внимание со стороны седьмого курса. ​— А вот и наша пропащая красавица! — с ухмылкой провозгласила Лекса. ​Первокурсник, осознав, что внимание «королевы» переключилось, мгновенно свалил от греха подальше. Бедняга, наверное, теперь в местной церкви свечку за моё здоровье поставит. ​— М-м-м... — буркнула я в ответ, пододвигая к себе тарелку. ​Подняв глаза, я осмотрела зал. За нашим столом народу было заметно меньше, чем у того же Гриффиндора или Пуффендуя. За то время, что я проторчала здесь после своих так называемых «каникул», я успела уяснить одну простую вещь: Слизерин в этой школе явно не в фаворитах. Все смотрят косо, словно мы тут поголовно начинающие тёмные лорды. Кстати. Произошло тут недавно кое-что, когда решила наведаться в библиотеку...

***

​Почти все места в библиотеке были заняты. В основном зал заполняли когтевранцы, чуть меньше было пуффендуйцев, и совсем в небольшом количестве — слизеринцы с гриффиндорцами. ​К группе пуффендуек у меня не было ни малейшего желания присоединяться. Во-первых, они непрерывно болтали, что в библиотеке бесило невероятно. Во-вторых, это были те самые девчонки, на которых я наорала. Оказалось, они ещё и тройняшки с шестого курса... Но всё это не важно. Важно то, что садиться к ним я точно не собиралась. ​ Гриффиндорцы? Сразу мимо. Стоит этим красным львам увидеть кого-то с зелёным галстуком, как у них тут же включается режим «зарычи на змею». Как рассказывала Настя, между Слизерином и Гриффиндором давным-давно пробежала чёрная кошка. ​ Или полосатая Макгонагалл. ​Господи! Я чуть коньки не отбросила, когда в первый день решила погладить милую кошечку в коридоре. Кошечка мало того что зашипела и царапнула мне руку, так ещё и прямо на моих глазах трансформировалась в декана Гриффиндора! С тех пор у меня к полосатым котам особое отношение. ​К слизеринцам я подходить не рискнула. Там сидели одни парни, и среди них красовался тот самый Блэк — младший брат того аристократичного индюка из компании Мародёров. Да и вообще, дружелюбием от наших мальчиков не веяло от слова «совсем». ​ Оставались синие птички. Но три стола Когтеврана были забиты настолько плотно, что туда не пролезла бы и мышь. ​И что делать?.. ​ И тут мой взор упал на дальний столик. Там восседали две первокурсницы и одна очень знакомая рыжая старшекурсница. На моём лице сама собой вырисовалась ухмылка Джокера. ​— Приветики, — я быстро приблизилась и сгрузила сумку на край стола. ​— Адамсон? — удивленно выгнула бровь Эванс, а затем нахмурилась: — Тебе чего? ​— Ой, какая ты недружелюбная, мисс Правильность! — Рыжая от такого обращения аж губы поджала, а ее щеки вспыхнули. — Да ладно тебе, я просто хочу присесть. ​Я обвела взглядом двух младшекурсниц, которые смотрели на меня с таким ужасом, будто я сейчас достану копьё и начну ритуальное жертвоприношение. Видать, про Слизерин им уже успели наплести ужасов. ​— Интересно, с каких это пор тебя вдруг потянуло к учёбе? — поинтересовалась Лили, возвращаясь к пергаменту. ​Я стояла и судорожно соображала: это был положительный ответ или меня всё-таки сейчас попрут? ​— Ну знаешь... Внезапная мотивация, проснувшаяся в три часа ночи, иногда держится довольно долго, — философски ответила я и уже вознамерилась опустить тушку на стул, но не тут-то было. ​— Лилифлауэр! — внезапно над ухом громко провозгласил Поттер, а за его спиной материализовалась вся его банда. ​ В следующую секунду лицо Поттера позеленело от удивления — он только сейчас заметил меня. Остальные Мародёры уставились на меня как на инопланетянина. ​— «Лилифлауэр»? — Я едва сдержала саркастический смех. — Серьёзно, Поттер?! ​Лили метнула в меня такой прожигающий взгляд, что я превентивно подняла руки вверх: мол, сдаюсь-сдаюсь, молчу! ​— Адамсон? А ты какого чёрта тут забыла? — мгновенно переключился смущённый Поттер, переходя в привычное нападение. ​— Ну даже не знаю... Что люди обычно делают в библиотеке, помимо попыток выучить хоть что-то? — приподняла я бровь. ​ — О, поверь, в библиотеке можно заниматься массой интересных вещей помимо учёбы, — откровенно ухмыльнулся Сириус Блэк. ​ Я лишь фыркнула, игнорируя его намеки, и развернула свой пергамент. ​— Просто удивительно, что ты выбрала компанию «нечистокровных и предателей крови», — хмыкнул Поттер, развязно усаживаясь прямо напротив Лили. Эванс на эту его фразу лишь недовольно поджала губы. — Хотя не тебе нас судить... ​ — Ребята, мне прямо сейчас нужно выучить вот эту хрень, — я подняла перед их носами свои конспекты с уроков Макгонагалл. — Так что поверьте: будь здесь хоть петух с хвостом крысы и хоботом слона, мне было бы глубоко до лампочки. Лишь бы стоял стул. ​И я честно попыталась вникнуть в текст. ​Дальше работали «молча». Ну как — молча... На меня перестали обращать внимание, но моё острое зрение и слух улавливали каждую деталь. ​ Слева Лили с оглушительным шорохом переворачивала страницу за страницей, быстро и агрессивно строча пером. ​ Рядом со мной (почему-то игнорируя своих друзей на другом конце стола) уселся Люпин. Он то и дело нервно стучал пальцами по деревянной столешнице, задумчиво прикусывая ногти. ​Прямо напротив устроился Петтигрю. Вот уж кто точно не выглядел как гигант мысли. Питер с аппетитом уплетал апельсиновое пирожное, громко чавкая на весь зал. Крошки и липкий джем сыпались прямо на его домашку, но пухляшу было абсолютно всё равно. ​А Блэк с Поттером — это вообще отдельный цирк. ​Джеймс сначала пытался изобразить из себя жутко умного и сосредоточенного академика — видимо, ради внимания Лили. Но его хватило ровно на три минуты. Вскоре он начал мастерить из пергамента самолетики и запускать их в затылки ботаников с соседних рядов. ​ Сириус же вообще пришел без единой тетради. Он вальяжно качался на задних ножках стула, бесцеремонно закинув ноги на стол, и внаглую игнорировал разгневанные взгляды Лили и попытки Ремуса вернуть его в рамки приличий. ​Когда Поттеру надоело запускать самолетики, он скомкал бумажку и запустил её в Блэка. Тот ловко увернулся, скомкал свой листок и ответил точным броском. Завязалась тихая бумажная перестрелка, пока Лили не рявкнула на них. После этого Сириус начал корчить рожи за спиной Эванс, пародируя её строгий вид, а Поттер уткнулся в кулак, хрюкая от сдерживаемого смеха. ​ Нет, ну вы серьёзно?! ​В моей голове стоял настоящий адский гул: шуршание пергамента, стук пальцев по столу, чавканье джемом, сдавленное хрюканье и хихиканье. ​«Тихо, Антарес... Если ты сейчас на них рявкнешь, тебя просто выгонят из библиотеки. Спокойно...» ​ Шорох. Стук. Чавканье. Ржач. Шорох. Стук. Чавканье. Ржач. ​— Да боже мой! — не выдержала я, сгребла вещи и поднялась. ​Все уставились мне вслед. Но тут мой взгляд упал на дальний столик, скрытый за высокими стеллажами. Чудно! ​ Там сидел тот самый парень в очках, которого на Прорицаниях Алекса назвала Кларком. Я быстро подошла и с глухим стуком бросила сумку на стол. Парень от неожиданности вздрогнул и уставился на меня сквозь толстые линзы. ​— Знаешь что, — произнесла я, натягивая самую дружелюбную и милую улыбку, на которую была способна. — Я сейчас уставшая, голодная и очень зла. Я буду невероятно признательна, если ты уберёшь хотя бы половину своих фолиантов, чтобы я могла разложить свои. ​ Парень испуганно кивнул и судорожно сгреб часть своих фолиантов к себе. Мне даже стало немного неловко за наезд — он-то точно не был виноват в том, что Мародёры ведут себя как стадо павианов. ​— Спасибо, — уже мягче добавила я. ​ Его общество оказалось в тысячу раз приятнее. Никто не чавкал, не шуршал и не устраивал бои бумажками. Единственное — парень время от времени бросал на меня странные, напряженные взгляды. ​ — Ты что-то хотел спросить? — не выдержала я, поймав его очередной взгляд. ​Я думала, он смутится и уткнется в книгу, но парень внезапно выпрямился и посмотрел на меня прямо и довольно жестко: ​ — Да, Адамсон. Я хотел спросить: когда ты намерена возместить ущерб за музыкальный класс? ​Я аж замерла с пером в руке: ​— Чего?.. ​ — Не притворяйся, Николь, ты отлично меня слышала, — испарился куда-то тот испуганный застенчивый парень. Сейчас передо мной сидел уверенный в себе староста или вроде того. — В прошлом году Слизнорт замял этот скандал и спас тебя от выговора. Я очень уважаю профессора, поэтому не стал подавать официальную жалобу деканству. Но это не значит, что тебе всё сойдёт с рук. Ты должна заплатить за инструменты, которые сгорели и развалились из-за твоего долбаного взрыва. ​«Взрыв?! Офигеть... А я-то думала, эта Николь была обычной серой мышкой!» ​— В общем, я жду ответа, — чеканно произнес Кларк, поднимаясь и сгребая свои вещи. — Поговори с родителями. Посмотрим, что они скажут. ​С этими словами он развернулся и гордо удалился из библиотеки, оставив меня в полном ахуе. ​Я осталась сидеть с открытым ртом. ​ «Мать твоя женщина... Николь, да что ещё ты успела тут натворить?!»

***

​Так что у меня образовались три проблемы первостепенной важности: ​ 1. Выяснить, что натворила Николь и какого черта от меня хочет этот когтевранец в очках. ​ 2. Составить и отправить письмо Лорейн, пока она не решила, что меня съели гремучие ивы. 3. ​И самое главное — найти место для тренировок. ​Мадам Пинс выставила меня из библиотеки со штормовым скандалом после «инцидента со свечой». Подумаешь, швырнула книгу от злости! И кто же знал, что эта «куда-то» летевшая тушка приземлится аккурат на зажжённый канделябр?.. В общем, эту книгу больше никто и никогда не прочтёт. ​А тренироваться в спальне нельзя — соседки мгновенно заподозрят неладное, увидя у семикурсницы учебник по магии за первый класс. Мне срочно нужно секретное укрытие. ​ — Ну же, Нарцисса, обещаю, это в последний раз! — раздался рядом умоляющий голос Лексы. ​Она буквально висела на плече невозмутимой Цисси. Если честно, мы с блондинкой толком не общались с моего первого дня, но я то и дело ловила на себе её внимательные взгляды. С кудрявой Беллатрисой мы почти не пересекались, а если и сталкивались, та одаривала меня исключительно ядовитыми фразочками. Словом, моим единственным нормальным собеседником пока оставалась Алекса — стервозная, но безумно харизматичная и открытая. ​— О чём спорите? — вырвалось у меня. Новое тело — старые привычки: совать нос в чужие дела я не отучусь никогда. ​ — О, ты ожила, — скользнув по мне взглядом, усмехнулась рыжая. — Да вот, уламываю нашу Снежную Королеву помочь мне с Древними Рунами, а она ломается! ​Нарцисса в ответ лишь демонстративно уткнулась в тарелку. ​ — А сама почему не сделаешь? — поинтересовалась я. ​ — Ну-у... у меня намечается свидание. Ночное, — ухмыльнулась Лекса, изобразив фальшивую застенчивость. — До утра я в комнату точно не вернусь. ​Нужно быть законченным сусликом, чтобы не понять, чем занимаются парочки на «ночных свиданиях». ​— Вот и прошу Цисси меня прикрыть! — вздохнула рыжая. ​ — У меня нет на это времени, Алекса, — сухо отрезала Нарцисса, даже не подняв глаз. ​— Да ладно тебе, не подохнет твой Малфой за одну ночь без твоего внимания! — фыркнула Лекса. ​Блондинка мгновенно залилась густым румянцем. ​— Ну... давай я тебе помогу, — неожиданно ляпнула я. ​«Так, Антарес, тормози! Кому ты поможешь?! Себе сначала помоги!» — взвыл внутренний голос. Но слова уже вылетели. ​— Ты серьёзно? — не веря своим ушам, переспросила Лекса. ​Ну раз уж прыгнула в воду — плыви! ​— Да, а почему бы и нет? — непринуждённо пожала я плечами, хотя внутри всё сжалось от ужаса. ​— Боже, Ника, ты моя спасительница! — Рыжая тут же налетела на меня с объятиями. — Я назову дочь в твою честь! ​— И с кем у тебя свидание? — спросила я, стараясь звучать так, будто держу руку на пульсе всей школьной Санта-Барбары. ​— С Айзеком, — сияя, выдала Лекса. ​«Ясно-понятно. Кто такой Айзек — загадка века, но да ладно». ​— С Джонсоном? С Айзеком Джонсоном? — а вот Нарцисса, похоже, отлично поняла, о ком речь. ​— А что с ним не так? — задала я вполне логичный вопрос. ​Цисси посмотрела на меня так, будто я спросила, не собирается ли Дамблдор в детский сад. ​— Да всё с ним так, — отмахнулась Тейлор. ​— За исключением того факта, что он маглорождённый, — поджав губы, процедила Нарцисса. ​— И что дальше? — хмыкнула Алекса. — Я за него замуж не собираюсь! Повеселюсь немного и брошу. Цисси, брось эти свои чистокровные предрассудки. Можно подумать, это в первый раз! Я вот недавно засосала в кладовке полукровку Снейпа — и ничего, жива-здорова. ​Я аж соком поперхнулась: ​— Северуса?! ​ — Ага, — довольная собой, кивнула рыжая и кинула взгляд в конец нашего стола. ​Я невольно повернулась туда же. Мрачный парень с сальными волосами — судя по всему, тот самый Снейп — сидел шепотом о чём-то переговаривался с Блэком. И сели они настолько близко друг к другу, что со стороны казалось... Так, стоп! Не туда меня понесло. ​ В этот момент Регулус Блэк поднял голову и мгновенно перехватил мой взгляд. Да что у него за радар на меня?! Он вопросительно приподнял бровь и едва заметно качнул головой, прямо-таки спрашивая: «Чего вылупилась?» Я в ответ саркастично цокнула языком, состряпала мину «больно надо» и демонстративно отвернулась. ​ Когда я вернулась к разговору, Нарцисса и Алекса смотрели на меня во все глаза. ​— Что? ​— Николь, только не говори, что ты снова хочешь подкатить к Регулусу, — тяжелехонько вздохнула Цисси. ​ — Что?! Зачем мне к нему подкатывать? — нервно усмехнулась я. ​— Прости, Ника, но какой бы красоткой ты ни стала, Блэк-младший непробиваем, — качнула головой Алекса, бросив взгляд на сероглазого. — Он жуткий упрямый осёл! ​ За эти слова рыжая тут же схлопотала испепеляющий взгляд от Нарциссы: ​— Просто сейчас его совершенно не волнуют девушки. ​— Он что... по мальчикам, что ли? — с трудом сдерживая смешок, ляпнула Алекса. ​ Я не выдержала и откровенно прыснула. ​— Я не это имела в виду! — вспыхнула будущая миссис Малфой. ​ — Ладно-ладно, а с чего вы вообще взяли, что он мне нужен? — попыталась я перевести тему в безопасное русло. ​— Ну... я думала, ты просто захочешь испытать удачу после того первого... отказа, — пожала плечами Нарцисса. ​— А я грешным делом решила, что ты пойдёшь и спрыгнешь с Астрономической башни после того позора, — доедая пирог, с набитым ртом вставила Алекса. ​— Напомните детали? А то у меня после «болезни» память немного отшибло, — небрежно попросила я. ​Девушки переглянулись. ​— Везёт же... Вот бы и мне так забывать всё стыдное! — усмехнулась Лекса. ​— В таком случае ты бы давно забыла про существование Мальсибера, — раздался голосок появившейся из ниоткуда Андромеды. ​Она грациозно опустилась на скамью напротив нас, явно успев уловить конец фразы. ​ — В точку! — хохотнула Алекса. ​— Николь, ты реально не помнишь? — удивилась Андромеда. ​Я отрицательно качнула головой, молясь, чтобы моё лицо не выдало паники. ​— Ну-у, на самом деле всё было не так уж и ужасно... — протянула Андромеда. ​— Ага, конечно! Кому как! — фыркнула Алекса. ​— Ты просто в прошлом году призналась Регулусу в любви прямо посреди коридора, — спокойно выдала Нарцисса. ​Я от неожиданности закашлялась, едва не подавившись тыквенным соком. ​ — Прямо перед всей школой! Да-а, это слышал каждый! — сморщилась Алекса с таким видом, будто вспомнила зубную боль. ​— Но это ещё ерунда по сравнению с тем, что ты сделала потом, — с усмешкой добавила Андромеда. — Я чуть со смеху не умерла, когда ты прописала ему по носу! ​Мои глаза окончательно вылезли из орбит. Что она сделала?! Заехала Блэку по носу?! ​— Клянусь, Николь, до сих пор загадка, почему ты его ударила, — качнула головой Нарцисса. ​ — Ну... э-э... он же мне отказал! — быстро нашлась я, пожимая плечами. — Вот я его и... наказала. За неуважение. ​— Страшная ты женщина, Николь Адамсон, — резюмировала Алекса. ​К счастью, тема быстро сменилась, и про мой очередной эпический позор все забыли. ​Но в голове колоколом стучала только одна мысль: «Господи... Адамсон, да что ещё ты успела натворить в этом замке?!»

***

​Знаете мой вам совет? Никогда в жизни не соглашайтесь помогать в том, в чём сами не бум-бум! ​Я сижу в библиотеке (после того, как буквально на коленях умоляла мадам Пинс простить мне сгоревшую книгу и пустить обратно) и судорожно пытаюсь разгадать эти долбаные клинописные каракули, которые Алекса любезно назвала Древними Рунами. ​ Ну вот за что мне всё это?! ​ Я никогда не сияла в точных науках. В своём родном мире я разбиралась ровным счётом ни в чём, кроме биологии и музыки. Ну почему в этом чёртовом Хогвартсе нельзя просто отгадывать ноты или изучать нормальные растения?! А не этих ваших местных монстров, которые на гербологии пытаются вырвать тебе клоками волосы... ​Интересно, как там мама? Я так скучаю по ней. Безумно. Когда я мечтала о том, что на новом месте нас ждут приключения, я вообще-то имела в виду совсем не это! ​ Может, призвать какого-нибудь джинна, чтобы он исполнил три желания? Если выбью три попытки, то первое, так и быть, отдам Алексе — не могу же я бросить еë, пообещав помощь. Вторым желанием вернусь в своё нормальное тело и свой мир. А третьим — сделаю так, чтобы мы с мамой уехали далеко-далеко от того места, где вся эта чертовщина началась. ​ — Тебе помочь? ​ Я аж вздрогнула от неожиданности и резко обернулась. Между стеллажами с мягкой, немного уставшей улыбкой стоял не кто иной, как Ремус Люпин. ​— А с чего ты взял, что мне нужна помощь? — нахмурилась я. ​«Антарес, ну вот зачем ты опять грубишь на ровном месте?» — мысленно отругала я себя. ​ — Ну... Ты сидишь тут уже часа три и за всё это время не написала ни строчки, — спокойно объяснил он. ​— И что, теперь за присутствие в библиотеке платить надо? — снова съязвила я. ​ — Вовсе нет. Просто через полчаса библиотека закрывается, и наступает комендантский час, — пожал плечами Люпин. ​Чёрт. Если меня отсюда выгонят, дописывать будет негде. В гостиной Слизерина я даже дышать лишний раз опасаюсь, не то что с рунами сидеть. ​ — Ладно... Помоги, раз так рвёшься, — сдалась я и пожала плечами. ​Ремус чуть сжал губы и уселся на стул напротив. ​ — Что у тебя тут? — он взял пергамент, быстро пробегая по нему взглядом. — Руны? Постой, ты же не ходишь на этот предмет. ​ — Откуда же, мой дорогой, тебе знать, куда я хожу, а куда нет? — приподняла я бровь. ​— Оттуда, дорогая моя, что я староста, — усмехнулся он. — И я обязан знать расписание студентов. ​Я фыркнула, но уже без злобы: ​ — Попросили помочь, вот и сижу. ​Дальше работа буквально закипела. Ремус оказался замечательным репетитором: он наглядно рисовал мне каждый символ, объяснял логику перевода и значение комбинаций. На память я никогда не жаловалась, да и сами руны оказались штукой довольно увлекательной. Из оборотня — точнее, из Люпина — вышел отличный, терпеливый учитель. ​— Да, именно так, всё верно, — кивнул Ремус, проверяя итоговый листок, который я ему протянула. ​Я удовлетворенно кивнула и сунула выполненную работу в сумку. Мы одновременно поднялись и вместе вышли в коридор. Слава небесам, дорогу до развилки я уже запомнила. ​ У развилки, где одна лестница вела наверх к башни Гриффиндора, а другая уходила вниз в мрачные подземелья, я остановилась, повернулась к Ремусу и искренне произнесла: ​— Спасибо. Правда. ​Люпин от неожиданности чуть приподнял брови, а затем тепло улыбнулся и кивнул: ​ — Не за что. ​ Я сделала пару шагов вниз по ступенькам, ведущим к подземельям, а он направился к лестнице наверх. ​— Спокойной ночи! — окликнул он меня. ​ Я обернулась и одарила его настоящей, не наигранной улыбкой: ​ — И тебе спокойной ночи. ​ И пошла дальше. ​«Ну-у...» — подумала я про себя, сбегая по прохладным каменным ступеням. — «Кажется, не все в этой школе такие уж и гады...»