5. Пойдем на свидание?

Сегодня я, наконец-то, вернусь домой. Черт возьми, уже не могу сидеть в этом проклятом кабинете. С минуты на минуту должен явиться Кай, и я без всяких церемоний сразу же поспешу домой. Скорей бы этот момент настал. Хожу туда-сюда, пытаюсь успокоить нервы, будто это что-то изменит. Стиви наблюдает за мной сонными глазами. Я уже вижу, как через несколько минут он уснет, обнимая на кого-нибудь папку с компроматом. А мне надо домой, никаких спать, никакой работы. Только домой. Где там долбаный Кай? Молли уже написала, что ужин будет ждать на кухне. Уже предвкушаю, как будет рад желудок домашней пище вместо лапши быстрого приготовления. Господи, дай сил дождаться начальника! Я и Молли, Молли и я, за время моего пребывания в штабе начали маленький роман в переписке. Не уверен насколько это искреннее, но… Несколько селфи друг другу, постоянное общение по телефону и в мессенджерах. И я схожу с ума, когда она не отвечает. Старик Клиф вновь начал чувствовать. Вновь начинаю думать о приятных мгновениях, что называют любовь. Черт возьми, где тебя носит Нойман? Дверь внезапно распахивается, и в архив вваливается счастливый Кай. Я тут же хватаю куртку и несусь мимо него. — Стиви, ты все расскажешь ему сам. Мне некогда, — кричу уже в коридоре, и неважно, если не услышали. Это не имеет значения, что секретарь «Сакта» чересчур счастливый. Мне, конечно, интересно почему, но не в это раз. Некогда спрашивать. Я буквально выбегаю на парковку. Протез протестующей скрипит от такой интенсивной нагрузки, но я не обращаю внимание. Мысленно я уже дома. Дико соскучился по Молли, что за последнее время заставляет сердце трепетать. Додж рассекает вечерние улицы города. Я с нетерпением барабаню по рулю, проклиная светофоры. Устало поглядываю на часы, что неоновым светом выделяются на приборной панели. Время тянется утомительно долго, быстрее будет, если я пойду. Пробки — мать их. Еще немного. Один поворот. И я дома. Открываю дверь квартиры. Тихо. Крадусь на кухню и замечаю укутанную полотенцем кастрюльку с тушеными овощами и мясом. Аппетит тут же разыгрывается не на шутку. Молли просто волшебница, когда начинает творить магию на кухне. Как бы ни хотелось, но оттянем пока момент набивания пуза. Где же она? Осторожно, на носочках, иду в ее комнату. Молли спит. Слышится тихое сопение. Она обнимает свою жуткую игрушку. Эта страхолюдина вызывает у меня мурашки. Определенно надо будет закопать это чудовище, но это после. Смотрю на спящее лицо Молли. Слишком милая. Красивая. Мне хочется коснуться ее щеки. Интересно, какая у нее кожа? Бархатная? Но вопреки желаниям я просто выключаю ночник на тумбочке у кровати и ухожу, сгорая от нежности и сдержанного желания. Еще не время для таких касаний, мы не в таких отношениях. Жаль. Быстро поев восхитительной еды, я наконец, бросаюсь на кровать у себя в комнате. Мысли путаются, усталость наваливается, но семейная уютная тишина и осознание, что за стеной спит Молли, позволяют мне расслабиться. Закрываю глаза и мгновенно проваливаюсь в сон. Впервые мне снится небо, тихое и безоблачное, не охваченное событиями прошлого. На следующий день на удивление я не валяюсь до обеда, а просыпаюсь с лучами солнца. Молли еще спит. Пора бы стать настоящим хозяином на своей кухне, а не довольствоваться тем, что постоянно гости готовят. Надеваю фартук, удивляюсь, что он вообще есть, осматриваю припасы, которые появились благодаря Молли. Моя холостяцкая берлога видела только яичницу раз в месяц и мое раненое тело, в остальное время я пытался находиться где угодно, и где побольше людей. Итак, готовка! Что вообще сделать? С чем справится любой дурак, ну кроме яичницы? Смотрю на продукты и понимаю, что ничего не понимаю. Бросаю взгляд на телефон, спасительная коробочка беспризорно лежит на столе. Открываю браузер, а там кроме яичницы и горячих бутербродов моих навыков ни на что не хватит. Тяжко вздыхаю. Не так хотелось начать это утро. Ну, была не была. Следуя рецепту, я поочередно добавляю ингредиенты на сковородку. Через некоторое время сыр расплавляется полностью, обняв все, что под ним. Выглядит как мини-пиццы на хлебе, но, как сказали в интернете, они покорят любую голодную девушку с утра. Надеюсь, что это так. Иначе я обращусь к Венделлу и тогда мало не покажется. Он взломает сайт, и создатели статей будут знать, как писать ложь. Хотя как минимум пахнет вкусно. Пока я гремел на кухне, Молли проснулась. Сонно потирая глаза, она шаркающим шагом добралась до стола и села на стул. Голову положила на руки, те на столешницу. Еще не проснувшись, Молли то и дело впадала в дрему, смотря, как я прыгаю по кухне. — Доброе утро, — мурлыкающим, все еще сонным голосом произносит она. — Когда ты вернулся? — Поздно, ближе к ночи, — сказал я, выкладывая на тарелку свои творения. — Я не стал будить тебя. — Что ты приготовил? — спрашивает Молли еще до того, как перед ней ставлю завтрак. Она поднимает голову, как только тарелка появляется перед носом. Манящий аромат разносится по кухне, что у меня рот наполнился слюной. — Я сам не знаю что это, — бессовестно привираю, — кружочки с сыром и помидорами. Кофе? Себе наливаю кружку крепкого кофе. Самое то для совы вроде меня. — Чай, — Молли смотрит на бутерброды в тарелке и задумчиво произносит. — Похоже на колеса. А если убрать сыр, то на апельсины. Она аккуратно откусывает кусочек бутерброда, ее глаза загораются интересом. Я подаю кружку чая. — Ну что, шеф-повар? — с улыбкой спрашивает, пародируя, жури кулинарного конкурса, явно пытаясь сдержать смех. — Это… оригинально. — Оригинально хорошо или плохо? — с подозрением смотрю на нее, но сам уже чувствую, что мои «колеса» не дотягивают до кулинарного шедевра. — Если честно, хлеб немного подгорел, — негромко смеется, и тут же добавляет: — Но я ценю старания. Спасибо, что приготовил. Я чувствую, как тепло разливается по груди. Ее смех и улыбка сегодня по-настоящему особенные для меня. Наконец-то Молли чувствует себя более свободной от оков трагичных событий. Я рад, что у меня выходит держать ее на плаву. Это многого стоит. — Ладно, признаю. Я не повар. Но могу отвести тебя туда, где не будет подгоревших ингредиентов, — сдаюсь я, откидываясь на спинку стула. Улыбка не сходит с лица, даже несмотря на неудачный завтрак. Молли смотрит на меня, и в глазах я вижу что-то неопределенное. Она молчит, и молчание начинает меня пугать. Не хотелось быть отвергнутым заранее, даже когда я еще не признался. Черт, зачем я это сказал? Может, ей это неинтересно? Или, может, она просто не хочет со мной никуда идти? Куча вопросов крутится в голове, как бешеные шестеренки. Ладони начинают слегка потеть. Я пытаюсь сохранить беззаботное выражение лица, но внутри все сжимается. — Это… звучит как предложение, — говорит она, играя с краем чашки. — Ты серьезно? Хотелось бы мне научиться читать мысли. Она колеблется. Может испугаться? Или я слишком настаиваю? — Абсолютно, — отвечаю. — Еще неделю назад говорил, что свожу тебя на свидание. Забыла? — Я думала ты пошутил, — удивленно произносит Молли. Кажется, кого-то держат во френдзоне и даже не рассматриваю как потенциального парня. Обидно, но исправимо. Да? Мои шансы такие же, как у той стремной игрушки быть купленной в магазине. Они по край мере есть. — Дружеское свидание, — поправляюсь. — Разве с друзьями нельзя ходить на свидание? Или мы не друзья? Молли смотрит на меня, и в ее глазах я вижу смесь удивления и задумчивости. Она вновь замолчит, обдумывая ответ. Может не хочет обидеть или отказать сразу? Может, я тороплю события? Она же не смущается? Черт возьми, мы и так живем вместе. — Ну… — Мое сердце замирает. — Если это дружеское свидание, то, наверное, можно. Мои шансы возросли! Намного ли? Или это завуалированное «нет»? Сложно понять чужое сердце. — Отлично, — говорю, стараясь скрыть облегчение и разочарование одновременно. — Тогда договорились.