Признания под луной

Рэйко прищурила зелёный глаз, а после усмехнулась. Черноволосая подняла взгляд на небо, где сияла Луна. Ночь была такой тихой, словно не было разрушительного пожара и ругани между собеседниками. Холодный ветер обдувал Чую и Накагаву. И сколько они уже стоят тут? Накахара смотрел на подругу. Удивительно, ведь ещё несколько часов назад он и подумать не мог о такой встрече. О встрече с человеком, который считается мёртвым. Но что будет делать Рэйко дальше? Как будет жить? Ведь теперь её тайна известна Чуе. Юноша сказал: — "Что теперь?" Накагава повернулась к рыжеволосому. Её тонкий силуэт был освещён голубым сиянием Луны. Когда Чуя видел её, странное тепло разливалось в груди. Он скучал по ней. И сейчас, стоя здесь с ней, всё было словно по-прежнему. — "А что теперь? Я буду жить, как и раньше. Также скрываться и делать свои дела. Если ты, конечно, не выдашь меня". Накагава была права. У рыжеволосого были все основания выдать подругу мафии. Но он не хотел. Даже подобные мысли не проскакивали в его голове. — "Не выдам. Я не собираюсь вмешиваться в твои дела". Рэйко слабо улыбнулась. По-настоящему, искренне. Она как бы говорила "спасибо" без слов. — "Я ведь действительно скучала по тебе". Эти слова звучали так странно. Накагава не любила откровения. Чуя неловко посмотрел себе под ноги. Ведь он тоже скучал. Ужасно скучал. В первое время Накахара даже не желал верить в смерть подруги. Как видно сейчас — не зря. — "Как не стыдно признаться, я тоже скучал по тебе, Рэй", — сказал рыжеволосый с ухмылкой. Рэй. Так называл Рэйко только Накахара. Весь разговор сегодня он обращался к девушке только по полной форме имени, но сейчас наконец назвал её, как и раньше. От этого слова у Накагавы стало тепло на душе. Черноволосая подошла к Чуе и положила руку ему на плечо. — "Прости меня". Ещё одна удивительная фраза, произнесённая Рэйко. Накахара приподнял рыжие брови. А черноволосая улыбалась. Улыбалась, словно всё было хорошо, как и раньше. Но, к сожалению, многое поменялось. Девушка опустила руку и отошла назад. — "Уже всё в прошлом, забудь. Я рад, что ты жива". Ещё 10 минут назад Чуя был зол на девушку. Но сейчас это всё казалось такой мелочью. Действительно, главное, что Накагава жива. Даже осознавать это было очень приятно. — "Раз так, — Рэйко поджала губы. — Мне пора". Чуя посмотрел на Рэйко. Раз пора, значит пора. Но... встретятся ли они ещё? Стоит ли отпускать Накагаву? Конечно, стоит. У рыжеволосого попросту нету выбора. Он как-то ссутулился и тихо сказал, словно нехотя: — "В таком случае, бывай". Юноша махнул рукой на прощание, не смотря на черноволосую. После, Накахара заложил руки в карманы и пошёл в обратную сторону от подруги. Он был зол. Ужасно зол на самого себя. Почему Чуя позволил разговору прерваться? Почему отпустил Рэйко? Никакой связи с девушкой не было. А если она снова пропадёт? Если исчезнет и на этот раз не вернётся? От этих мыслей становилось ужасно тошно. Было страшно, а в голове крутилось множество незаданных вопросов. Как и в день, когда стало известно о крушении самолёта. Когда в руках Накахары оказалась газета, юноша не понял, зачем она ему. Но Коё и Мори выглядели слишком серьёзно. Чуя вздохнул и посмотрел на текст. Первое, что попалось в глаза — фотография Рэйко. А затем ещё множество фотографий различных людей. Рыжеволосый поднял взгляд на заголовок. "Крупнейшая авиакатастрофа". Холодок пробежал по спине Чуи. Он жадно разглядывал буквы, читал весь текст очень внимательно. "Отказали двигатели", "загорелся", "полетел вниз", "среди жертв". "Среди жертв — ..., Рэйко Накагава, ...". Дыхание участилось. Нет, нет, нет! Такого просто не может быть! Накахара прочитал эту строчку ещё раз, а затем ещё. Но ничего не менялась. Страшная надпись гласила, что его подруга мертва. Её больше нет. Коё подошла сзади и положила руку на плечо Чуи. Юноша стоял так пару секунд. Тут, он резко смял газету и кинул в сторону мусорки, выдернул плечо из хватки женщины и направился к двери. Накахара стремительно вышел, хлопнув дверью. Он шёл по коридору, громко шагая. Рыжеволосый был зол. Зол на пилота того самолёта, на Рэйко, на себя. На всех в этом мире. Когда Чуя пришёл к себе в квартиру, он подошёл к холодильнику. Рука машинально потянулась за вином. Но нет, Накахара одёрнул себя. Он ничего не хотел, абсолютно ничего. Юноша безжизненно плюхнулся на диван. Рыжеволосый закрыл лицо ладонями. Рэй мертва. Всё это так живо всплывало в памяти Чуи, что он уже хотел развернуться и догнать Рэйко, попросить у неё хотя бы номер телефона. Но юноша шёл дальше, сжимая кулаки. Рэй жива — это главное. Главное, чтобы она снова не погибла. Черноволосая шла мимо тусклых кирпичных стен. На её бледном лице больше не сияла улыбка. Наоборот, выражение лица было хмурым. Теперь её тайна раскрыта. Осознавать это было невыносимо. Рэйко попалась, попалась Чуе. Почему девушка сняла маску? Почему не убежала? Накагава была зла на саму себя. Тут, она споткнулась о камень, в после яростно пнула его в стену. Эмоции, как волна, захлёстывали её. Боль от камня перешла к душевной боли. Лицо Рэйко приняло страдальческое выражение. Она встала к сырой стене спиной и медленно сползла по ней на асфальт. Девушка закрыла лицо руками. Почему всё так тяжело? Почему опять нужно молчать? Почему она не может довериться Чуе?