Я знаю, что должен сделать

***

После ухода Несгибаемого Линь Лин остался стоять на этаже в полном одиночестве. Небо, до этого окрашенное закатными лучами, теперь погрузилось в привычную тьму, окутав всё вокруг.Парень рассеянно оглядывался по сторонам, осматривая этаж, который, можно сказать, уже принадлежал ему. Делал он это даже не ради самого осмотра жилья — скорее машинально, ведь мысли его витали совсем в другом месте. В голове Линь Лина всё ещё звучали последние слова бывшего супергероя: «Просто будь собой!». С одной стороны, они казались ироничными — ведь ни он, ни сам произнёсший их не были свободны от проклятия своих супергеройских образов, а значит, не могли быть собой в полной мере. С другой же стороны, брат, столько лет не попадавший в заветный топ-10… Разве не его, Линь Лина, заслуга в этом достижении? Да и все остальные подобные победы по праву можно было приписать ему — пусть он и носил чужой облик, но вкладывал в эти успехи собственные силы, руководствуясь не только привычками Найса, но и своим внутренним компасом. — Если честно, я ещё не знаю чем займусь… Что-то заставило парня сдвинуться с места. Он направился к огромному панорамному окну — такие окна являлись стенами этажа, создавая собой сильнейшее ощущение простора и свободы. — Но я уверена в том, чего точно не хочу… Действительно, почему он не понимал этого раньше? Пускай Найс поглощал его, диктовал, как себя вести, но он всё равно оставался собой. Со временем не растворившись в украденном супергеройском облике, как того желала госпожа Джей, а лишь слегка изменившись — или, точнее, подстроившись. Под привычки, под роль. В его случае не стоило кропотливо искать, где заканчивается Найс и начинается Линь Лин. Нет. Как и Луна, он по мере сил чётко провёл границу между собой и работой. В отражении окна он снова видит Найса — белоснежные волосы, чистые голубые глаза и такой же безупречный костюм. Идеальный, как всегда, но теперь — без улыбки. Однако сейчас, как бы он ни злился на него за всё: за то, что тот заставлял чувствовать его собственную никчёмность, за гибель Линь Вэя всего пару месяцев назад — ненавидеть это отражение он не мог. По крайней мере не сейчас, когда наконец понимает: быть Найсом — героем, изначально было мечтой брата. И Найс когда-то был создан именно им. — А ты, Линь Лин? Отражение словно меняется под воздействием его воспоминаний. Вот он уже видит себя — настоящего себя, с тёмными волосами и карими глазами, в той самой одежде, в которой собирался покончить с жизнью, но жизнь распорядилась иначе. — Я хочу узнать о своём прошлом, о брате, понять, почему он так поступил. Я так же хочу быть супергероем, но не Найсом. Да, он не Найс и никогда им не был. Сколько бы ни притворялся, он всегда оставался собой.

***

Он бежит по узким улочкам к месту, где, как договорились, его ждёт госпожа Джей, чтобы забрать и отвезти в Башню Героев. Бежит торопясь, хотя назначенное время ещё позволяет сбавить шаг. Но всё-таки лучше прийти раньше, чем потом выслушивать упрёки за опоздание. Однако эта спешка опять не приводит ни к чему хорошему — совсем как с тем курьером, которого он не только сбил с ног, но и по неосторожности опрокинул в лужу, оставив бедолагу мокрым с головы до ног. Благо хоть дождя нет, сегодня ярко светит солнце. Тем не менее, столкновение с новым прохожим вызывает у него ровно такую же неловкость, как и в прошлый раз. — Смотри куда прёшь, придурок, — едко выплёвывает слегка задетый им паренёк. — А если бы я телефон уронил?! — Простите, мне очень жаль, но я тороплюсь, — бормочет Линь Лин, касаясь ладонью кофты в том месте, где лежит телефон. «Не выпал?! Не повредил?!» Завернув за уголулицы, Линь Лин оглянулся через плечо, пытаясь удостовериться, что тот тип не последовал за ним. Убедившись в этом, он свернул в узкий переулок между домами, где было потише и ни с кем сталкиваться больше не придётся. Тут то можно и проверить. Он провёл ладонью по кофте, нащупывая прямоугольный контур во внутреннем кармане. Быстро расстегнув её, он достал телефон Линь Вэя. Экран цел, никаких повреждений. — Всё в порядке, — усмехаясь, улыбается он, всматриваясь в тёмный экран смартфона. Нажимая кнопку, он включает устройство. На экране блокировки всплывает время, а на фоне — фотография светлого голубого неба с пушистыми облаками, растянувшимися по всему экрану. «Что Рик имел в виду? Те самые фото что-ли?» — думает Линь Лин, разблокировывая телефон. — «Надеюсь их поиск не займёт много времени, а то госпожа Джей прибьёт меня» Проведя пальцем по экрану, он открывает меню приложений. Галерея — третья иконка в ряду. Короткое касание, и перед глазами появляются серые альбомы. — Пусто? Но где тогда? Линь Лин медленно проводит пальцем снизу вверх, обновляя содержимое. Безрезультатно. Экран по-прежнему пуст. Он заходит в настройки, проверяет фильтры — может, фото скрыты? Ну конечно. Напрасные надежды. Не мог же Рик его обмануть?! Парень на мгновение замирает, затем резко проводит ладонью по лицу. Фото точно существуют — Рик не стал бы упоминать их просто так. Значит, они спрятаны где-то неочевидно. «Облачное хранилище» — мелькает догадка. Выйдя из галереи, он пролистывает экран вниз, возвращаясь к меню приложений. — Вот оно, — самоуверенно улыбается он, словно уже найдя желаемое. Приложение на это загружается дольше обычного, и за эти секунды уверенность начинает таять. Как оказалось, не зря. Здесь — абсолютно такая же пустота. Ни единой фотографии, ни одного скриншота или видео. Лишь безжизненный серый экран с надписью «Нет загруженных файлов». Словно телефон только что извлекли из заводской упаковки. Или будто им пользовались профессионалы, какие-нибудь спец-службы, умеющие тщательно заметать за собой следы. Линь Лин откидывается спиной к прохладной стене здания, чувствуя, как учащённый пульс отдаётся в висках. Где же тогда эти чёртовы фото?! В отчаянии он ещё раз проводит пальцем сверху вниз, обновляя экран приложения. Ладонь слегка дрожит — последняя надежда, что это просто ошибка синхронизации, что фото где-то здесь, просто не отображаются. Он снова открывает Библиотеку, где обычно аккуратно рассортированы все альбомы. Та же пустота, то же разочарование. Ни-че-го. Пальцы механически скользят по экрану, безрезультатно листая содержимое вверх-вниз. И вдруг — в самом низу, под уже проверенным «Архивом», куда он заглядывал минуту назад, Линь Лин замечает едва заметную серым шрифтом надпись: «Личная папка». Сердце учащает ритм. Как он мог пропустить её раньше? Палец мгновенно касается надписи — экран темнеет, появляется строгое окно с требованием: «ВВЕДИТЕ ПАРОЛЬ» — Ну конечно, моё везение закончилось на той крыше, — раздражённо вздыхает парень, видя возле строки для ввода пароля счётчик попыток, которых, к слову, всего две. — Замечательно! На ум не приход ничего, кроме первых цифр номера Рика, которые так же являлись паролем для разблокировки телефона. Пальцы автоматически воспроизводят знакомую комбинацию, но система лишь коротко вибрирует, отвергая ввод и уменьшая счётчик до зловещей единицы. Теперь ещё одна ошибка и доступ будет заблокирован на целые сутки. «Нужно что-то другое, что-то более значимое» — понимает Линь Лин, ведь его старший брат, по рассказу Рика, любил придавать чему-то простому, куда большее значение. Особенно когда дело касалось младшего брата. — Что ж… попытка не пытка, — тихо произносит он, уже чувствуя лёгкий стыд от такой очевидной догадки. Кончики пальцев неуверенно скользят по экрану, вводя дату своего рождения. Перед тем как нажать Enter, Линь Лин даже слегка прикрывает глаза, не желая в полной мере видеть очередное разочарование. Но… Вместо ожидаемой ошибки раздаётся мягкий звуковой сигнал, а экран… — Серьёзно?! — невольно вырывается у него, когда перед глазами раскрывается целая коллекция аккуратно систематизированных папок, каждая помечена конкретным годом. В отличие от предыдущих, пустых, здесь всё выглядело заполненным, явно хранящим то, что ему так нетерпелось увидеть. Линь Лин, замешкавшись от своей находки, открывает первую попавшуюся на глаза и одновременно последнюю созданную папку, если судить по году. Едва взгляд скользнул по первым фотографиям, как его мысли на секунду застыли. С лёгким покашливанием, выдававшим удивление, он нажимает на самое свежее изображение и проверяет дату. — Я думал, Рик несерьёзно говорил о подкупе людей ради получения фоток со мной, — тихо бормочет парень, окончательно понимая, что всё услышанное тогда было правдой. Ракурс снимка странный, и сразу ясно — сделан украдкой. Если вспомнить тот момент сейчас, на душе становится грустно. Ведь тот Линь Лин, который с таким рвением трудится над раскадровками для своей, как оказалось, последней рекламы, буквально светится, придумывая к ней слоган… Хотя, если бы его тогда не уволили, он бы так и не узнал, что у него есть старший брат. — Если бы я тогда хоть раз застукал автора фото, то получилось бы у меня встретиться с Вэйем раньше? «Что толку думать о прошлом? Ничего уже не изменить» — печально мелькнуло в голове. Ещё немного полистав фотографии в этой папке, Линь Лин вскоре закрыл её, да ещё и с таким неловким чувством, словно только что просмотрел архивы собственного сталкера. Впрочем, от части это действительно было так. Бегло взглянув на время, парень убедился, что ещё может покопаться в телефоне до встречи с госпожой Джей. Листать недавние года не хотелось, да и, как показала практика, на фото был лишь он один, реже в компании коллег, но не было ничего, хоть как-то связанного с братом. Быстро пролистав папки до самой ранней, первой созданной, Линь Лин застыл, уставившись на её название. «СЕМЬЯ» Короткое, простое слово, но, прочитав его, парень напрягся. Даже слушая историю Рика, он не нервничал так сильно, как сейчас. Ведь семья — это то, чего у него никогда не было, то, чего он был лишён с самого детства. «Как они выглядят?» — подумал Линь Лин, собираясь с духом и открывая папку. Там было всего три фотографии. Всего три. — Так мало, — едва слышно пробормотал он, нажимая на один из снимков. Видимо это было семейное фото сделанное в день рождение брата, судя по шарикам с цифрой шесть позади… их родителей. «Теперь понятно, в кого пошёл Вэй совей ангельской внешностью» — хмыкнул Линь Лин, вглядываясь в когда-то забытые им лица матери и отца. — «Мама была красавицей» На снимке молодая женщина с длинными распущенными волосами белоснежного оттенка держала на руках маленького мальчика, тепло улыбаясь в камеру. Рядом с ней стоял такой же молодой и красивый мужчина-брюнет, на руках у которого сидел именинник с кривым рисунком. Всё в этом фото дышало уютом — домашняя атмосфера, весёлые разноцветные колпаки на головах… Но, к сожалению, нетрудно было догадаться, что уже через несколько месяцев эта идиллия оборвётся трагической смертью и разлукой. Так странно сейчас разглядывать эти лица, эту счастливую семью и осознавать, что из всех, запечатлённых на снимке, в живых остался лишь один — тот самый маленький мальчик с неестественно широкой улыбкой, крепко обвивший руками шею матери. Он. От родителей не осталось ничего — ни имён, ни вещей (словно кто-то специально позаботился об этом), лишь это единственное фото. Хотя, что толку горевать о жизни, которую он даже не помнил? Остаётся лишь хранить эти снимки — последние свидетельства того, что эта семья действительно существовала. Утерев внезапно влажные глаза, Линь Лин увеличил изображение, чтобы рассмотреть рисунок в руках у сияющего брата. Хорошо хотя бы, что телефон, пусть и старый, сохранил фотографии в приличном качестве, все детали можно было разглядеть достаточно чётко. Настолько чётко, что от неожиданного открытия сердце пропустило несколько громких ударов. На том детском, неумелом рисунке были изображены две фигурки, явно копировавшие облик братьев — это угадывалось по цвету волос и глаз. Но настоящим потрясением стала их одежда. Супергеройские костюмы. Причём один из них был практически точной, хоть и примитивной копией костюма Найса. Даже поза беловолосого человечка повторяла фирменный жест героя — насколько это возможно в детском рисунке. А внизу, в углу, крупными неуклюжими буквами было выведено: «от Линя для Вэйя».

***

— Луна, — едва слышно произносит Линь Лин, вспоминая их последний разговор, — Я решил… Я знаю что должен сделать… Я… Его зрачки расширятся, когда за своим отражением, за окном, он видит её напуганное лицо на экране рекламного дирижабля. Вся уверенность мгновенно тает, от вида страха в столь любимых глазах, так что, чтобы он не собирался сказать самому себе, Линь Лин в беспокойстве прижимается к стеклу руками, словно это могло хоть как-то приблизить его к любимой. Камера отдаляется от близкой съёмки лица девушки, показывая наконец причину её страха — похитителя. — Дорогие мои сограждане! — вещает Просветитель, приседая рядом и попутно затыкая бывшей супергероине рот одной из своих мерзких маленьких машин. — Давайте поздравим Найса с тем, что он попал в десятку! И в честь праздника… я раскрою одну его тайну. — Луна?! — бессильно вскрикивает Линь Лин, ударяя кулаком по стеклу, когда наконец приходит в себя. — Но как…? Злодей далеко не нежно пошатывает девушку крепкой хваткой на её шее, от чего та корчится. — Как вы все прекрасно видите, Луна жива и здорова! — ухмыляется он, прекрасно понимая, какой вред наносит компании и лично Найсу, раскрывая фальшь недавней трагедии. — Вся история Найса… шита белыми нитками, друзья мои! Ну а я… с радостью выведу его на чистую воду!

***

В ту ночь эфир быстро оборвали, но ущерб уже был нанесён — вера в Найса начала медленно, очень медленно угасать. Линь Лин видел это сам: ему не нужны были статистические отчёты госпожи Джей, цифры устройства на его запястье постепенно уменьшались. Но ему было совершенно всё равно. Он не испытывал ни страха, ни сожаления о подорванном доверии людей. Ведь Просветитель не лгал — он лишь озвучивал правду, пусть и самым отвратительным, извращённым способом, за который парня так и подрывало избить мерзавца, да посильнее. За всё, что тот сделал с Луной. Впрочем, в ту ночь, когда первым порывом Линь Лина было броситься на помощь, спасать Луну — сделать это ему не дали. Едва он спустился вниз к выходу из башни, как получил мощный удар по шее, отправивший его в темноту. Кто-то из помощников-героев госпожи Джей явно не терял времени, увидев трансляцию. — Луна!!! — вскрикнул Линь Лин, подымаясь и оглядывая белоснежную комнату по сторонам в поисках девушки. — Луна? В огромной квартире стояла привычная тишина. После ухода Луны здесь всегда было тихо и одиноко, лишь белый цвет выедал глаза. Тишина звенела ещё пару секунд (или это у него в голове так звенело после удара?), а потом послышались приближающиеся к кровати шаги, вернее, цоканье каблуков. — Её здесь нет, — произнёс до боли знакомый строгий голос. — Госпожа, мне нужно её найти, я не могу сидеть здесь сложа руки! — выпалил Линь Лин, повернувшись в сторону, откуда слышался голос. Остановившись возле его кровати, женщина жестом приказала подскочившему парню сесть назад. — Послушай, люди снаружи окружили башню. Твои фанаты не хотят, чтобы ты реагировал на провокации Просветителя, — строго сказала госпожа Джей, одарив Линь Лина не только серьёзным взглядом, но и тяжёлым, уставшим вздохом. — Мы сами с этим разберёмся, так что сиди смирно. — Но госпожа… — неверующе произнёс парень. Раздался громкий телефонный звонок, отвлёкший на себя внимание госпожи Джей. Женщина быстро развернулась на каблуках и поспешила в сторону звука, явно не желая пропускать вызов. — Делай что хочешь, из башни тебе всё равно не уйти, — в спешке бросила она, прежде чем схватить телефон и вылететь к лифту. Вновь оставшись на этаже в полном одиночестве, Линь Лин не знал, как ему поступить. Госпожа Джей права, его вчерашний поступок был слишком импульсивным, движимый одними лишь эмоциями. Куда он собирался бежать? Он даже не знает где Луна. Глупо. Это было очень глупо. Подойдя к телевизору, парень включил его в надежде, что в новостях будет хоть какая-то информация о местонахождении девушки. Но сколько бы он ни переключал каналы, везде шли либо обычные передачи, либо репортажи о ночном срыве эфиров Просветителем, сопровождаемые кадрами толпы, окружившей башню героев. — Но я уверена в том, чего точно не хочу… А ты, Линь Лин? В голове вновь пронеслись моменты их прощания с Луной. Её улыбка, уверенный взгляд… В её глазах читались мягкость и твёрдая вера, словно она уже знала, что он сможет осуществить всё задуманное — сбросить с себя чужой образ, навязанную роль. Пускай он и не знал, где Луна, он её найдёт. Даже если придётся облететь весь город. — Я найду тебя, обязательно, только дождись, — сказал Линь Лин, подходя к дверям лифта в ожидании их открытия. — Кто тебе позволит, — прозвучал знакомый голос, едва двери успели разъехаться. Мощные руки телохранителей госпожи Джей резко оттолкнули парня назад, освобождая проход для женщины. Когда та вышла, один из сопровождавших её мужчин в чёрном костюме заблокировал вход в лифт, преграждая путь, пока двери не закроются. Другой же с силой схватил Линь Лина за руку и оттащил к диванам, где госпожа Джей снова с кем-то разговаривала по телефону. — Быстро же вы вернулись, — ядовито процедил парень, потирая больное запястье, которое уже начало регенерировать, избавляясь от синяка. Госпожа Джей, завершив разговор, с довольным видом повернулась к нему. — А ты так и не сбежал. Я была уверена, что ты хотя бы попытаешься разбить укреплённое окно, зная, что у выхода из лифта тебя будет поджидать охрана. Однако датчики не зафиксировали никаких попыток, даже камеры ничего не показали, — пожала она плечами. — Ты либо смирился с тем, что тебе придётся остаться здесь и ждать, пока мы сами во всём разберёмся и спасём девчонку, либо не так уж сильно стремился ей помочь. Глаза парня расширились от этих слов. Как она смеет говорить такое, сама не зная, где находится Луна, и при этом держит его здесь взаперти, не позволяя отправиться на поиски?! Но не успел он и слова ответить госпоже, как та включила телевизор, получив информацию о том, что Просветитель вновь оборвал все эфиры, вклинив свою трансляцию. Поначалу экран заполонили одни помехи, лишь изредка сменяющиеся чёткими кадрами. Однако через пару секунд настройки появилась до боли знакомая фигура в зелёных одеяниях — правда, стоящая спиной к зрителям, лицом же она была обращена к массивному рекламному экрану, где всплывали различные комментарии, собранные в сети. Все они оправдывали Найса, не веря ни единому слову Просветителя, а связанную Луну, лежавшую на полу, называли «актрисулькой». — Так я и знал. Люди принимают только удобную им правду, — ничуть не удивившись такому отклику, произнёс злодей, разворачиваясь к зрителям. — Но я готов стать вашими глазами… и открыть вам истину! Камера плавно отдалилась, открывая зрителю Просветителя во весь рост и связанную рядом девушку. Этот ракурс чётко выдавал их местоположение — одна из крыш в спальном районе города. Торжественно раскинув руки, злодей с ликующим выражением провозгласил: «Через час я убью Луну!». — Он не посмеет! — закричал Линь Лин, вскакивая с дивана, но телохранители госпожи мгновенно прижали его за плечи обратно, а сама женщина сердито зашикала, требуя дослушать угрозы безумца, доносившиеся из телевизора. — Найс, ты можешь или и дальше прятаться как трус… — продолжал Просветитель. — Или побыть настоящим героем… и во всём признаться. Время утекает сквозь пальцы! Как же ты поступишь, Найс?! Злодей высказал всё, что хотел, и оборвал трансляцию. Экран вновь заполонили помехи, которые вскоре сменились обычным вещанием — канал экстренно перешёл к новостям с обсуждением только что завершившегося эфира. И так везде. — Я знаю где это место, я знаю где Луна, — произнёс парень, прежде чем вновь подскочить с дивана и используя скорость Найса, помчаться к дверям лифта. — Остановите этого идиота, — раздражённо приказала госпожа Джей своим людям, которые тут же кинулись за беглецом. — Не важно, сколько ты будешь пытаться, после этой трансляции твои фанаты уж точно не отпустят тебя. Один из телохранителей оказался достаточно быстрым. Хотя он и не полностью нагнал Линь Лина, но сумел приблизиться достаточно, чтобы на бегу схватить его за развевающийся белый супергеройский плащ. Сильно дёрнув ткань на себя, охранник лишил парня равновесия, заставив того рухнуть на пол. — Добегался, — с ухмылкой сказал телохранитель, подходя ближе и нависая над Линь Линем. В ту же секунду подоспел его товарищ и они уже вдвоём, схватив вырывающегося парня под плечи, потащили того назад к госпоже. Однако они не учли одного, какой бы дурацкий костюм не был на нём надет, Линь Лин всё ещё обладал супергеройской силой Найса. Так что не дожидаясь пока его дотащат до диванов, он резко извернулся и всадил ногой в солнечное сплетение первому охраннику. Тот с хрипом разжал руки. Воспользовавшись замешательством второго, парень выскользнул из захвата. Он вновь бросился к лифту. «Луна, я сейчас, я спасу тебя» — он не думал, у него не было плана, лишь одно слепое желание спасти девушку от смерти, приближающейся с каждой потраченной им секундой. За спиной Линь Лина гулко отдавались тяжёлые шаги — охранники, оправившись, бросились вдогонку. Но он не оглядывался, не сейчас, когда долгожданный выход был в трёх шагах. — Не выходи, Найс! — доносились крики его фанатов из-за экрана телевизора. — Не выходи! Он уж почти у лифта, как вдруг — резкая боль, словно молния пронзающая всё тело. Ноги внезапно становятся ватными, движения же неестественно медленными, будто он прибывает в замедленной съёмке. Но Линь Лин продолжает бороться, из последних сил бросаясь вперёд, надеясь, что прежнего импульса хватит, чтобы дотянуться до кнопки. Однако Найс, всегда послушный воле фанатов, будто блокирует каждую мышцу. «Не выходи!» — звучит как неоспоримый приказ, и парень бессильно падает. — Теперь точно добегался, — усмехается, в пустое лицо Линь Лина, тот же мужчина. Его кольцом окружают телохранители. Спустя мгновение к группе приближается сама госпожа Джей, холодным взглядом оценивая его состояние. Она снова с кем-то говорит по телефону, но её голос теперь не долетает до сознания парня. Всё, о чём сейчас может думать Линь Лин — это как же он облажался. Телохранители, не церемонясь, резко подхватывают его под руки и волокут к диванам, где развернут импровизированный штаб наблюдения за ситуацией с Луной. «Тащат, будто беспомощного инвалида» — мелькает в голове парня, пока он безуспешно пытается ощутить собственное тело. Ноги беспомощно волочатся по полу, не слушаясь попыток встать. Но чем дальше они отдалялись от дверей лифта, тем лучше чувствовал себя Линь Лин и тем сильнее ему возвращался контроль над телом. Скинув его на диван, охранники удалились. Госпожа же Джей, наконец закончив очередной важный телефонный разговор, повернулась к нему с уставшим взглядом. — Успокойся, только зря силы тратишь, тебе от сюда не уйти, — строго сказала она, беря в руку планшет с новостными сводками. — Твои фанаты этого не хотят. «Не хотят?!» — скривился Линь Лин. Они не хотят значит. Не хотят. Его грудь вздымалась от того, как отчаянно он старался сохранить самообладание. — Неужели они зря столько лет ждали, когда ты попадёшь в топ? — риторически спрашивает она. Женщина выводит изображение с планшета на большой экран, демонстрируя масштаб народной «поддержки». На видео — огромная толпа у Башни Героев. Море плакатов с призывами не поддаваться на провокации. Эти люди, эти преданные фанаты, яростно «защищают» репутацию своего кумира. — А что тогда будет с Луной?! — хмуро спрашивает Линь Лин, впиваясь взглядом в лицо госпожи Джей. — Она уже мертва. От этих слов парень молниеносно вскакивает и за два шага сокращает расстояние между ними, застывая в сантиметрах от женщины. — И что вы предлагаете? Пожертвовать ей ради фанатов?! — саркастично спрашивает он, пытаясь не сорваться на крик. — За языком следи! — отталкивает его госпожа, явно раздражённая неожиданной дерзостью обычно покорного парня. — Без них, ты был бы никем! Они создали тебя! Им ты обязан безупречным обликом и своими способностями! — её пальцы впиваются в его запястье. — Если хочешь быть героем, хочешь быть Найсом, тебе остаётся только терпеть! Её надменный взгляд во время этой тирады лишь распалял Линь Лина. Невыносимее всего было то, что в её словах сквозила правда — правда, разрывающая душу на части. Он не выбирал становиться Найсом. Он не хотел быть его заменой. Он не хотел быть заменой брата. — Вы правы, — резко высвобождает он руку. — Найс продержался так долго после смерти Линь Вэя лишь благодаря их слепой вере. Они не заметили фальши и неловкости во мне с самого начала, когда это было ещё очевидно, когда я ещё не вжился в его роль. — Линь Лин, — голос госпожи Джей становится предостерегающим, — успокойся. — Я действительно хочу быть героем. Это моя мечта ещё с детства. Но я никогда не был Найсом. Я и не хотел им быть, — он делает два шага назад. — Найс — мечта брата, пускай со временем и искажённая фанатами. — Сейчас Найс — это ты. Контракт подписан, — напоминает госпожа, пытаясь спокойным путём вразумить его. — Под таким давлением и чувством вины, любой бы его подписал, — усмехается парень. — Знаете что…? Экран телевизора мерцает, и бурлящая толпа у подножия Башни Героев внезапно сменяется прямой трансляцией. Камера дрожит, фокусируясь на массивной фигуре, появившейся на поле битвы — там, где все ожидали увидеть Найса. Это «Стиратель» — один из самых верных псов Ассоциации. — Вот видишь, мы уже послали человека спасти девчонку, — успокаивающе сказала госпожа Джей. — Тебе нет нужды идти туда лично. Линь Лин стискивает кулаки, наблюдая, как на экране Стиратель принимает боевую стойку. «У меня плохое предчувствие» — мелькает у него в голове, пока он наблюдает за только что начавшейся схваткой. Пользуясь тем, что госпожа Джей и её люди, сгрудившиеся у экрана, полностью поглощены трансляцией, он делает осторожный шаг назад. Его пальцы незаметно тянутся к застёжке плаща. Белая ткань, такая неудобная в бою, наконец соскальзывает с его плеч — второй раз он ту же ошибку не повторит. Когда плащ падает на пол, он резко бросается вперёд, к лифтам. С каждым шагом двигаться становится труднее — призывы фанатов эхом отдаются в теле, но он продолжает пытаться выбраться от сюда. «Луна, я сейчас» Когда у него наконец получается сделать шаг сквозь это, казалось бы, вязкое пространство, один из телохранителей наконец замечает отсутствие Найса возле них. — Начальница! — раздаётся тревожный оклик, сопровождаемый жестом в сторону беглеца. — Ты куда собрался?! — кричит ему госпожа Джей, но Линь Лин больше не обращает на неё внимания, не сейчас, когда его тело наконец начало подчиняться. — Да успокойся ты уже! Они не позволят тебе выйти! Сделав ещё пару шагов вперёд с тяжелейшим усилием, он срывает с себя верхнюю, оставшуюся часть костюма Найса, оставаясь в своей чёрной футболке. И, как ни странно, от этого действия в нём прибавляется ещё больше сил для преодоления невидимого барьера в своём же теле. Шаг. Ещё шаг. Тяжёлое, прерывистое дыхание. Он чувствует, как сверхспособности постепенно угасают, но вместе с ними исчезает и давящая тяжесть фанатских иллюзий. — Твои… твои волосы… — голос госпожи Джей дрожит от шока. — Немедленно остановите его! Сейчас же! Когда её телохранители бросаются в погоню, уже слишком поздно. Кнопка нажата, лифт открыт. — Найс, стой! — просит женщина, но он, пошатываясь, уже заходит внутрь. — Какой ещё Найс? — улыбается Линь Лин своей самой обычной улыбкой. — Найса больше нет, смирись! Двери лифта смыкаются, наконец освобождая его от тяжкого бремени чужого образа, что высасывал из него все силы.

***

Найс не вышел бы из Башни Героев, Найс послушался бы своих верных фанатов, Найс не стал бы их разочаровывать или идти им наперекор. Найс сейчас не спускался бы в этом лифте вниз, ради спасения Луны. Найс не сделал бы этого, но вот Линь Лин… Найса больше нет. Он должен был исчезнуть ещё тогда, когда умер брат, а не сейчас, спустя столько времени после его смерти. Линь Лин, тяжело дыша, опёрся рукой о стену лифта. Кто ж знал, что терять силы так тяжело в физическом плане. Но делать нечего, он это вытерпит, он сможет. Ради брата, ради Луны. — Линь Лин, эти несколько дней наедине с тобой стали самыми счастливыми за все три года. Он ясно помнил её нежный взгляд, едва уловимый шёпот и тепло рук, ласково касавшихся его щёк, когда она пыталась успокоить его после встречи с Риком. Её искреннее недоумение — почему слёзы всё ещё текут по его лицу, хотя плакал он тогда не только от прошлого, но и о ней, о грядущей разлуке, смешивающейся в душе с безмерной радостью от её скорой свободы. — Честно говоря, я ещё не знаю, чем займусь. Но я уверена в том, чего точно не хочу. Уверенность в её голосе, радость от того, что она наконец может делать всё, чего сама пожелает, этот особый блеск в глазах — всё это стало для него настоящим толчком к переосмыслению. Если бы не Луна, сумевшая его вразумить, он бы ещё долго продолжал играть роль Найса, с тяжелейшим чувством вины перед братом. Цифры устройства на его запястье с неимоверной скоростью уменьшались. А ему от этого было ни холодно, ни жарко. Абсолютно всё равно. — Каким же я был идиотом, — улыбается Линь Лин, чувствуя, как силы Найса покидают его. — Почему я не сделал этого раньше?! Лифт стремительно несётся вниз, и с каждым проаханным этажом в всё отчётливее видна огромная толпа фанатов, столпившаяся у подножия башни. Их возгласы всё ещё несутся вверх, призывая Найса оставаться внутри и не поддаваться на провокации. Они продолжают кричать, совершенно не подозревая, что этот Найс уже исчез и никогда больше не выйдет отсюда. А их настоящий, столь горячо любимый Найс, умер тогда же, на той же самой крыше, где Линь Вэй свел счёты с жизнью. — Прощай, брат, и удачи. «Неужели не нашлось более оригинальных последних слов?» — грустная усмешка скользит по губам Линь Лина, когда он вспоминает эти одновременно первые и последние слова на его памяти, что старший брат сказал ему. — Хотя, удача мне не повредит, — пробормотал парень, когда лифт остановился и он спустился с платформы. Оказаться лицом к лицу с бушующей толпой «своих» же фанатов, но уже не в роли Найса, поначалу казалось пугающи. Однако, сделав глубокий вдох и собравшись с духом, он решительно шагнул вперёд. Раз здесь не было обещанной госпожой Джей охраны, значит, она в конечном счёте приняла его выбор. — Не выходи, Найс! Не обращай на них внимание! — А? А это ещё кто?! — Герой какой-то? — Первый раз его вижу! — У него шмотки как у Найса. — Актёр, наверное? Линь Лин бежал сквозь толпу, большая часть которой не замечала его и ему приходилось её расталкивать, а те кто и замечал, смотрели на него со странным недоумением, словно он какой-то безумец. Хотя, может так оно и есть. Кто ещё, если не безумец, будет бежать на помощь своей любимой, не имея при этом никаких сил для её спасения? Лишь он. «Брат ещё в детстве пожертвовал собой, что бы я мог жить так, как захочу. А Луна, поддерживала меня и просто давала смысл стремиться к большему — жить дальше. Я не могу их подвести» — Просто будь собой! — Вэй знал, что ты станешь отличным героем. «Если уж быть героем — то только таким, кто я есть на самом деле» Чем дальше он удаляется от Башни Героев, тем меньше людей, тем свободнее становится бег. Вскоре толпа окончательно растворяется , оставаясь позади. Лишь несколько человек ещё провожают его озадаченными взглядами, но вскоре и они поворачиваются назад, вновь возвращаясь к скандированию Найсу. — Луна, я иду, только дождись!

***

Линь Лин бежит по улицам так быстро, как только может, используя остатки силы Найса, которые ещё не угасли в нём, когда он отказался им быть. Как же смешно, что тот, от кого он так хотел избавиться, в итоге помогает ему быстрее добраться до Луны. За это ему стоит сказать спасибо. Спальный район, где Просветитель находился с Луной, уже был окружён полицией, не позволяющей никому пройти. Людей оттуда экстренно эвакуировали другие герои, так как машины злодея нападали на всех, кто хоть как-то пытался проникнуть в здание, на крыше которого он базировался. После нескольких неудачных попыток проскользнуть на оцепленную территорию в момент, когда оттуда выводили перепуганных людей, парень решил обойти периметр, выискивая слабые места в ограждении — участки, где не было полицейских. «Должен же быть хоть какой-нибудь вход, который они пропустили» — размышлял он, замедляясь у очередного переулка, перекрытого лентой. Его догадка оказалась верной. Стараясь вести себя как можно естественнее и не привлекать внимания, парень бегло обернулся по сторонам, после чего быстро шмыгнул в темноту переулка. В его конце он разглядел высокий забор между зданиями — последняя преграда перед закрытой зоной. Сил Найса у него было не так уж то и много, так что летать он больше не мог. Придётся делать всё как обычно, как обычный человек. Стальные листы, гладкие и без выступов, исключали возможность перелезть. Осмотревшись в поисках подручных средств, он заметил массивный мусорный контейнер на колёсах. «То что нужно!» — усмехнулся Линь Лин, приближаясь к зловонному зелёному баку. С грохотом захлопнув крышку, чтобы потом встать на неё, парень с усилием покатил контейнер к забору. Слегка просчитавшись с силой, бак глухо ударился о металлические листы. Так что нужно было действовать быстрее. Взбираться и прыгать. — Молодой человек, что вы там делаете? — окликнул Линь Лина незнакомый голос, по-видимому принадлежавший полицейскому. — Вы… Эта территория перекрыта, вам лучше уйти отсюда, там опасно! Но парень не ответил, быстро отряхнув руки, он схватился за верхнюю часть контейнера, чтобы подтянуться наверх, на его крышку. — Вам лучше не делать глупостей! — предупредительно произнёс полицейский, перестав стоять на месте и ускорившись до бега. «Быстрее!!!» Линь Лин, забравшись наверх и выпрямившись во весь рост, теперь мог свободно дотянуться до края забора, чтобы наконец перелезть. Его пальцы впились в тонкий стальной лист. Острый металл болезненно врезался в ладони, но он продолжил подтягиваться, пытаясь перекинуть ногу через… Равновесие внезапно нарушилось — опора под второй ногой исчезла вместе с контейнером. Руки мгновенно пронзила острая боль от врезающегося в кожу металла, и он невольно разжал пальцы. Тело рухнуло вниз. Ноги рефлекторно согнулись, смягчая падение, но приземление всё равно отозвалось жёстким ударом. Суставы хрустнули, колени подкосились, и инерция швырнула его на спину. Голова с глухим стуком ударилась о землю, и на мгновение перед глазами поплыли чёрные пятна. Когда зрение прояснилось, над ним уже нависала фигура в полицейской форме. — Говорил же, вам лучше не делать глупостей, — вздохнул мужчина, хватая парня за руку и помогая ему подняться. — А теперь вам придётся пройти со мной. — Лин! — раздался до боли знакомый голос. — Лин, я тебя обыскался, думал ты всё ещё дома, когда там всех эвакуируют! Парень, поднявшись на ноги с помощью полицейского, наконец взглянул на того, кто его окликнул. Узнав в спасителе знакомые черты, он на мгновение застыл, глаза непроизвольно расширились от неожиданности, но уже через секунду он снова овладел собой — его лицо озарила привычная улыбка, а рука дружелюбно взметнулась в приветственном жесте. — Вы ему кем приходитесь? — настороженно спросил полицейский. — Родственник? — Да. Вы угадали! — брюнет лукаво улыбнулся. — Я его старший брат. Мужчина тяжело вздохнул и подтолкнул Линь Лина в сторону «родственника». — Юноша, — обратился он к потирающему затылок парню, — что тебя понесло в зону, где сейчас сидит злодей? У тебя голова на плечах есть? Или ты один из его прихвостней?! — Я… — Линь Лин замялся, глядя на наигранную улыбку «брата». — Я хотел закрыть окна в квартире… У нас там кот остался… Боюсь, что… — Ты бросил Джея одного в такой ситуации, да ещё с распахнутыми окнами! — «старший брат» искусно изобразил гнев. — У тебя точно головы на плечах нет! Линь Лин старательно изображал раскаяние и стыд, хотя вся его сущность рвалась вперёд — перелезть через забор и устремиться на помощь Луне. — Ладно, тогда вы с ним сами разберётесь, — подытожил мужчина полицейский, выпроваживая их из переулка. «Старший брат» ещё раз кивнул стражу порядка в знак извинения, затем решительно взял Линь Лина за плечо, направляя того к выходу. Когда они достаточно отдалились от места неудачной попытки проникновения, Линь Лин внезапно остановился. — Почему ты перекрасился в мой цвет? — слегка нахмурившись, спросил он. — А, Рик? — Просто захотелось. Да и, как видишь, пригодилось, — Рик пожал плечами, его тон выдавал раздражение. — Тебе ведь нужно в то здание, где держат Луну? Или продолжим дискуссию о цвете моих волос пока час не истекёт? — Ты можешь помочь?! — в голосе Линь Лина вспыхнула надежда. — Прости за… — Заткнись со своими извинениями. Пускай эта девчонка и бесит меня, но раз она тебе важна — помогу. Вэй бы одобрил, — Рик говорил спокойно, но в следующий момент его губы растянулись в ухмылке, и он подтолкнул парня вперёд. — В этом жилом комплексе общая подземная парковка! И далеко не все входы перекрыты.