О прошлом

***

Кофейня, где они договорились встретиться, находилось всего в нескольких улицах от детского дома. С этим заведением так же было связано множество воспоминаний, правда куда лучших. Именно сюда Линь Лин впервые устроился работать — лет в двенадцать, когда окончательно осознал, что детский дом не сможет предоставить ему ни жилья, ни какой-либо другой поддержки. Финансирование не позволяло. Тогда пришлось потратить несколько месяцев, уговаривая прошлую хозяйку кофейни, неофициально, разумеется, взять его на работу по вечерам. Эх… Сегодня ещё так удачно сложилось, что обычно неприступная госпожа Джей разрешила ему свободно бродить по городу одному. Видимо, её сердце растаяло после его грандиозного успеха — попадания в топ-10 для Найса, которого она так ждала. Так что радость Линь Лина от предстоящей встречи с Риком, а также возможность наконец ускользнуть от папарацци, преследовавших его весь день, полностью затмила даже лёгкое раздражение при виде серого детского дома. Добравшись до здания, на первом этаже которого располагалась кофейня — единственное яркое пятно в этом унылом районе, парень на мгновение замер у расписной входной двери. Стоя здесь, он снова ощутил себя тем самым брошенным ребёнком, чьим единственным близким человеком была ныне покойная бывшая хозяйка заведения. Она не только взяла его на работу, платя приличные деньги, но и относилась к нему не как к нахлебнику, а как к полноценному работнику. Горько было осознавать, что он так и не успел с ней попрощаться перед отъездом на учёбу. Отбросив лишние мысли, Линь Лин зашёл внутрь. Интерьер почти не изменился за эти годы: всё те же знакомые стены с узнаваемым оформлением, привычная расстановка мебели у кассы с витриной, лишь диванчики у стены сменились на новые, заменив прежние, уже порядком протёртые. Тут было так же уютно, как и тогда. Посетителей здесь почти не было, если сравнивать с часом пик. У стойки несколько человек неторопливо ожидали свои заказы, удобно расположившись на высоких барных стульях. В одной из кабинок почти у самого входа, шумно общалась небольшая компания — четверо молодых людей, оживлённо жестикулируя и перебивая друг друга, спорили о чём-то, попутно уплетая заказанные блинчики. Линь Лин быстро оглядел помещение в поисках знакомого силуэта. В самом дальнем углу, на одном из новых диванчиков, мелькнула макушка с чёрными волосами — на этот раз это определённо был Рик, явившийся лично. Сердце учащённо забилось, когда парень направился вперёд, невольно опустив глаза. Ему казалось, что сейчас он выглядит максимально подозрительно и странно — кто ещё станет носить кепку с натянутым капюшоном в помещении? Особенно учитывая, что в кофейне стояла неприятная духота. Видимо в очередной раз сломался кондиционер. Ну конечно. Остановившись напротив бывшего суперзлодея, Линь Лин на мгновение опешил, прежде чем позвать того по имени. Он уже не был уверен, что перед ним именно тот человек, с которым у него была назначена встреча. Куда делись его длинные волосы? — Рик? — неловко спросил парень, отрывая собеседника от созерцания ленты новостных рекомендаций в телефоне. — Поздравляю с попаданием в десятку, — саркастично отозвался мужчина и жестом пригласил его сесть на противоположный диван. — Кофе будешь? Выдавив из себя улыбку, Линь Лин быстро кивнул. Честно говоря, это было не совсем то, что он ожидал услышать в начале их разговора. — Я уже заказал, надеюсь, тебе понравится, — в ответ улыбнулся Рик, на этот раз без тени издёвки. — Спасибо, — парень опустился напротив, стараясь не застыть каменным изваянием. — Почему ты подстригся? — Его больше нет, да и… — мужчина провёл рукой по коротким волосам, слегка взъерошив их, — так меня будет сложнее вычислить. Пускай мир и поверил в смерть Лорда-Разрушителя, но компания до сих пор не нашла тело. Я уверен, что они не только разбираются со скалами, но и продолжают пытаться меня найти, — Рик устало вздохнул. — Поэтому в тот день я не смог прийти, они разнюхали про мою вторую квартиру. Пришлось отправить тебе лишь телефон Линь Вэя. Извини. «Телефон брата?!» Хорошо что он взял его с собой. Правда это было скорее из-за переезда на новый этаж, а не продуманное решение. Пошарив рукой во внутреннем кармане кофты, Линь Лин вытащил небольшой сенсорный телефон старой модели. Щас, чтобы такой купить, нужно хорошенько поискать, ведь он мало того что давно выпущенный, так ещё и дорогой. — Телефон брата? — спросил Линь Лин, протягивая устройство человеку напротив. — Зачем ты мне его возвращаешь, он теперь твой, — усмехнувшись, Рик жестом отмахнулся от руки парня. — Ты что, не нашёл ту папку с фото? Честно говоря, у Найса не было ни времени, ни особого желания копаться в чужом телефоне — он думал, что его дали просто для связи. — Что? Фото? — Понятно, — разочарованно ответил Рик, но тут же оживился, когда к их столику подошла рыжая девушка официантка с подносом. — О, кофе принесли. Благодарю! Стоило Линь Лину обернуться на девушку, принимая заказ, так её милую улыбку как ветром сдуло. Но благо, пытаясь сохранять профессионализм, она ничего ему не сказала, лишь мельком усмехнувшись про себя так, что заметил это лишь объект насмешки. — Приятного аппетита, — пожелала она гостям, после чего, подмигнув оцепеневшему парню, быстро удалилась. Теперь Рик заметил перемены в поведении друга. Тот, ещё недавно нервный и напряжённый перед важным разговором, теперь выглядел просто неловким. Взглянув сначала на замолчавшего Линь Лина, а затем высмотрев в зале официантку, он спросил: «Знакомая?» — Ааа, да, — отозвался парень, но заметив ухмылку другого, поспешно добавил, — но не в том смысле. Не думал просто, что она она всё ещё здесь работает. — Прости, что в прошлый раз сорвалось, — неожиданно перевёл тему Рик, в очередной раз извиняясь. — Но сегодня я тебе точно расскажу всё, что знаю о ваших с Линь Вэем братских узах. — Спасибо.

***

Он шёл за ним, как шёл всегда — без раздумий, без сомнений. Это было его осознанным выбором. Какие бы безумные авантюры ни затевал Линь Вэй, в какие бы передряги ни втягивал их обоих, главным оставалось одно — быть рядом. Всё остальное теперь уже не имело значения. Так было, есть и будет всегда. Этому он готов посвятить если не всю свою жизнь, то всё, что в его силах уж точно. — Рик, догоняй, нам нужно успеть до заката, — нервно подгонял его Линь Вэй, который вновь задумал провернуть вылазку на крышу. В этом проклятом интернате подобные побеги давно стали для них привычным делом. Они сбегали и с ненавистных уроков физподготовки, и по ночам, когда непонятная тоска особенно сильно душила Линь Вэя. Персонал прекрасно знал, где искать нарушителей, но никто не решался жаловаться. Не только из-за их безупречных оценок, но и благодаря влиятельному положению семьи его друга. Но сегодняшний побег отличался от всех предыдущих. В нём был особый смысл. Так происходило каждый год — ровно с того дня, как Линь Вэй оказался в этих стенах. Рик, конечно, не раз пытался выяснить причину, но друг неизменно делал вид, будто ничего необычного не происходит. А когда Рик отмечал, что обычно они не мчатся на крышу встречать закат, тот лишь закатывал глаза и игриво толкал его локтем в грудь, пытаясь отшутиться. — Успели, — облегчённо выдохнул Линь Вэй, приближаясь к краю ограждения. Его белоснежные волосы трепетали на ветру, пока он, словно забыв о присутствии друга, молча вглядывался в цветное небо. На его лице застыло такое пронзительно-печальное выражение, что у Рика сжалось сердце. Когда последние солнечные лучи скрылись за горизонтом, Линь Вэй медленно опустился на бетон, прислонившись спиной к ограждению. Ночь окутала всё своим непроглядным одеялом и только мерцающие огни города помогали ориентироваться в темноте. Рик без слов присел рядом, понимая: сейчас друг нуждается не в одиночестве, а в поддержке. Пускай и молчаливой, ведь он понятия не имел почему тот грустит. — Сегодня ему исполнилось десять, — дрожащим голосом сказал Линь Вэй. — Кому? — ничего не поняв, спросил Рик, неловко глядя на друга. — Моему младшему брату, — ответил мальчишка, видимо взяв себя в руки и немного успокоившись. От этого признания Рик на мгновение застыл. Конечно, он догадывался, что для Линь Вэя этот день особенный, возможно связанный с его настоящей погибшей семьёй. Но такое? Правда больше всего его смущало другое: почему Линь Вэй все эти годы молчал о брате? Почему ни разу не упомянул, не поделился с лучшим другом? Рик не злится, нет — просто не понимает. Ведь сам он всегда был честен и открыт с Линь Вэем, доверял ему и своё прошлое, и самые сокровенные тайны. — Уже поздно, пора возвращаться, а то нас могут хватиться. Зевнув, Линь Вэй уже собрался встать, чтобы направиться к выходу с крыши, как рука друга резко схватила его запястье, останавливая. — С каких пор тебя волнуют эти дурацкие правила или персонал? Не я первый начал сюда пробираться, — раздражённо бросил Рик. Линь Вэй непонимающе повернулся к нему, пытаясь понять внезапную перемену в его настроении. — Ты злишься на меня? За что? — искренне удивился он, не находя этому причины. — Прости, что притащил тебя сюда так поздно, больше не буду. Рик всегда был слаб перед ним, особенно когда эти бессовестные голубые глаза смотрели на него с такой мягкостью. Но сегодня даже это не могло поколебать его решимость наконец выяснить всю правду. Да, возможно, Линь Вэю больно говорить на эту тему — Рик на собственной шкуре знает, как тяжело открываться. Но чёрт возьми, он должен понять, почему его лучший друг так подавлен. Должен узнать если не причину, то хотя бы как его поддержать. — Так в нём причина, почему последние недели две ты превратился в плакучую иву? — выпалил Рик. — Столько лет молча держал это в себе, а сейчас бросил пару невнятных слов и сразу сбежать собрался?! — Плакучую иву? Ты серьёзно? — хихикнул Линь Вэй над нелепым сравнением. Рик никогда не отличался красноречием, всегда говоря первое, что придёт в голову. — То есть это всё, что ты вынес из моих слов? — фыркнул Рик, всё ещё раздражённый. — А ещё идеальный ученик называется. Как ты вообще экзамены сдаёшь… — Нормально я их сдаю, сам знаешь, иначе бы она с ума сошла и меня бы тут уже не было. — Вэй, будь серьёзнее. Я просто хочу понять тебя, вот и всё, — уже спокойно, почти жалобно произнёс Рик. Линь Вэй, видимо осознав, что отшутиться уже не получится (ведь он сам, поддавшись эмоциям, признался другу в существовании брата), медленно опустился на прежнее место, откуда совсем недавно вскочил, пытаясь избежать неудобных вопросов. Рик, не отставая, присел рядом, готовый выслушать всё до конца. Впрочем, теперь его самого слегка мучила совесть. Он будто принуждал Вэя говорить о болезненном прошлом, хотя тот явно не горел таким желанием. — Про то, как погибли мои родители, ты и так знаешь, как и всю историю с детдомом и усыновлением, — начал Линь Вэй, заметно напрягаясь. — Но я всегда умышленно упускал кое-что в своих рассказах. И на то были причины. Рик, сдерживаясь от комментариев, лишь молча кивнул. — Моего младшего брата зовут Линь Лин, он на три года младше меня, — продолжил Вэй, бросая на друга осторожный взгляд, словно доверяя самое сокровенное. — В детский дом мы попали вместе, сначала даже были в одной группе, ведь мне шесть лет, а ему три. Но, как ты знаешь, я там надолго не задержался — через год меня усыновила она. А вот Лин… — Она не взяла его с тобой? Но почему? — не удержался Рик, хотя уже догадывался об ответе. — Ты же говорил, что этой богатой дуре нужен был «ангельский ребёнок», и что твоя внешность с этими белыми волосами, что поведение — идеально подходили ей. Разве владеть двумя «ангелочками» не лучше чем одним? — Ну, назвать брата ангелочком мог лишь я, для других он был не больше чем непослушным, громким ребёнком, стремящимся всячески «улучшить» детский дом, разукрашивая его стены цветными карандашами, — продолжил он с горьковатой улыбкой. — Да и в отличие от меня, Лин не унаследовал светлых волос матери. Он брюнет с карими глазами. Хотя родители всегда находили в нас сходство, для неё мы были совершенно разными. Первая встреча с ней врезалась в память навсегда. Длинное красное платье, чёрное пальто, холодный блеск украшений — всё в ней кричало о деньгах и влиянии. Даже воздух вокруг казался другим, когда она входила в комнату. При её появлении ему захотелось бежать, но воспитатели настояли на разговоре с новой «мамой». Брата же к этой встрече не допустили. — Когда объявили о её окончательном решении усыновить меня, я только и думал: почему лишь одного меня? — голос Линь Вэя дрогнул. — На вопрос о Лине она холодно покачала головой: «Проблемные дети мне не нужны». — глупо сымитировав её голос, он сразу же сжал кулаки. — Тогда я поставил условие: или мы оба, или никто. Она подозвала меня и тихо, но очень чётко объяснила: «Твои родители оставили долг. Сами вы с ним никогда не справитесь. Если пойдёшь со мной — я решу этот вопрос за вас обоих, но с того момента тебе запрещено видится с братом. Категорически запрещено». — И ты согласился? — зачем-то спросил Рик. — Да, блять, как видишь согласился! — вспылил Вэй. — А что я ещё мог сделать? О долге я узнал только тогда! Чёрт возьми, с кем родители вообще связались?! — Он сделал паузу, переводя дыхание. — Она забрала меня за пару недель до дня рождения Лина. Рано утром, пока он спал. Даже попрощаться не разрешила, раз уж наш с ней договор вступил в силу. Для брата я просто исчез… Сейчас он наверное даже не помнит меня, а если и помнит, то ненавидит. Когда Рик начинал этот разговор, он понимал, что затронет что-то глубоко личное и болезненное для друга. Но услышать классическую историю о жестокой приёмной матери и вынужденной разлуке в реальности… — И ты совсем никогда не пытался как-то тайно связаться с ним? Не знаю… Всё настолько плохо? — спросил он, всё ещё надеясь на положительный ответ. — Она сказала… если узнает, что я интересовался им, искал информацию или пытался связаться — она сделает его жизнь невыносимой. «Мой сын не должен отвлекаться на прошлое». Её люди следят за моими счетами, историей браузеров, даже за школьными друзьями. Поэтому я так долго не хотел говорить тебе о нём. Сегодня… просто так вышло. Рик глубоко вдохнул, собираясь с мыслями. Его взгляд не отрывался от друга, а в голове уже складывался пусть и наивный, но план. Когда он заговорил, в голосе чувствовалась сдержанная злость. — У тебя же есть эти её деньги, да? Те, что она даёт тебе за поддержание статуса. Линь Вэй нервно усмехнулся, поворачиваясь лицом к другу. — Ну да, и что? Я же не могу… — Не ты, идиот, — перебил его Рик, — я. Давай мне немного — по чуть-чуть, наличными, чтобы не привлекать внимания. Я найду кого-то из обслуживающего персонала в том детдоме — уборщицу, повариху. Они за такую плату уж точно согласятся передавать тебе информацию о нём. Фото, видео… — он сделал паузу, — Она никогда не узнает. Рик наблюдал, как лицо Линь Вэя постепенно озарялось надеждой. От этой перемены в его собственных глазах появилось что-то тёплое — то, что он пока не готов был озвучить вслух. Не сейчас. Видя улыбку друга он невольно тоже начал улыбаться, чувствуя себя как-то слишком уж странно. — Согласен? — Ты ещё блин спрашиваешь?! Конечно! — голос мальчика дрогнул, когда он потянулся обнять своего лучшего друга. — Я дам тебе свой старый телефон, так та сука… она не узнает о том, что ты делаешь, — смущённо поднявшись, поспешно добавил Рик. — Пойдём. Надеюсь, теперь тебе лучше. И тебе следовало сказать обо всём этом мне раньше, придурок. — Прости, — улыбнулся Линь Вэй. — Идиот. Как обычно.

***

Кофейный аромат внезапно стал слишком резким, когда Линь Лин опустил взгляд на старый телефон, лежащий между ними. Его пальцы непроизвольно сжали чашку так, что ещё чуть-чуть и по ней бы побежали трещенки, благо, чей-то голос вывел его из оцепенения. — Ты в порядке? — обеспокоенно спросил Рик. — Я ничего не помню, — печальным, нет, даже скорее виноватым голосом отозвался Линь Лин. — Ничего не изменилось, я всё так же не помню его. Ни его, ни тем более уж родителей. Никогда до встречи с ним, у меня не было чувства, что я забыл что-то важное. А сейчас… — Тебе было три чёртовых года. Неудивительно, что ты не помнишь, — спокойно ответил Рик, пожимая плечами. — Он знал, что так и будет, так что не вини себя. Да и этот придурок, даже будучи героем, сознательно избегал встреч с тобой. Возможно, лишь после всего пережитого в образе Найса он наконец решился увидеть тебя перед смертью. — А та женщина… она кто? Услышав вопрос Линь Лина, Рик замешкался. Говорить об этом человеке ему не хотелось — даже теперь, когда её не стало по неизвестным обстоятельствам спустя несколько месяцев после Вэя. Допив уже порядком остывшие капли кофе, он покачал головой. — Тебе это знать не обязательно. Она мертва, так что нет разницы, знаешь ты о ней или нет. Хотя обычно Линь Лин с лёгкостью поддерживал беседы благодаря своей открытости, в этот раз это не работало от слова совсем. Всё из-за стыда, который он испытывал в присутствии Рика. Не зная что ещё сказать, он лишь молча разглядывал лицо бывшего злодея, пока тот доедал печенье. Его они не заказывали, но знакомая рыжая официантка принесла угощение со словами: «Это за счёт заведения». В отличие от брата, черты Рика были в разы резче — тонкие глаза, острые скулы, выраженный подбородок. И ещё эта родинка под глазом… Одним словом, красавец. Жаль только что волосы обрезал. Почему же ему дали роль злодея? Он бы и героем был отличным. Странно. Тишина затянулась. — Извини, я всё спросить хотел, — прервал молчание Рик. — Ты всю оставшуюся жизнь собираешься притворяться Найсом? Его голос звучал слишком спокойно — совсем не так, как должен был бы звучать у человека, мёртвого друга которого пытается заменить кто-то другой. — Если честно, я никогда не хотел становиться Найсом, — ответил Линь Лин, не раз уже обдумывавший этот вопрос, а сегодняшний инцидент с Волчицей и Несгибаемым лишь утвердил его размышления. — Да, я всегда мечтал о чём-то невообразимом, вроде того, чтобы стать героем… Но чтобы вот так — никогда. Он сделал паузу, подбирая слова. — Я всё ещё хочу быть героем, несмотря на все трудности связанные с этим (О, да, приобретённое проклятье так раздражает). Но именно тем героем, коим являлся бы я сам. Хочу оставаться собой, а не быть тенью Найса. Рик внезапно наклонился через стол. Не говоря ни слова, он с лёгким ударом опустил руку на голову парня, слегка потрепав его по кепке — этот жест выражал уважение лучше любых слов. Когда он отстранился, его глаза были слегка покрасневшими. — Вэй знал, что ты станешь отличным героем, — опустившись на диван, произнёс Рик, и в его голосе слышалась тёплая нотка. — Линь Лин, я искренне надеюсь, что с тобой не случится того же, что и с ним. Парень не до конца понимал, что именно имел в виду Рик, но ни он, ни госпожа Джей, ни Луна явно не собирались ему этого объяснять. Спрашивать дальше не имело смысла — Линь Лин лишь кивнул, на этот раз улыбнувшись по-настоящему, а не той отработанной перед зеркалом улыбкой. — Пожалуй, мне уже пора. Госпожа Джей сегодня добра, но вряд ли позволит мне задерживаться до ночи, — как бы ни хотелось ему поговорить с Риком подольше, пытаясь узнать брата лучше, время было против него. — Ладно, иди первым. Я расплачусь и выйду через чёрный ход — думаю, за небольшую доплату мне это разрешат, — Рик поднялся, направляясь к кассе. — И если будет возможность, мы можем связаться по тому же номеру, — он кивнул на телефон, который Линь Лин как раз собирался спрятать под кофту. — Конечно. Только постарайся не попасться «Тримэн». Рик гордо усмехнулся, словно говоря: «Если хотят меня поймать, им придётся ой как постараться».

***

Линь Лин стремительно поднимался в лифте, пробегая глазами по новостным сводкам. Весь интернет был завален постами о его невероятном попадании в десятку лучших супергероев после помощи бывшему номеру десять — Несгибаемому. С одной стороны, он радовался такому успеху, с другой — в душе он всё так же понимал, что это не правильно. Ведь он не был Найсом. — Башня героев. Десятый этаж, — раздался монотонный роботизированный голос лифта перед тем, как двери плавно разошлись в стороны. Новый этаж мало чем отличался от прежнего, принадлежавшего Найсу. Разве что исчезла повсеместная белизна и водные бассейны. «Хорошо, что здесь нет той стрёмной статуи» — мысленно обрадовался Линь Лин, стараясь сохранить невозмутимый вид. Помещение выглядело практически пустым — здесь остались лишь несколько коробок, странно приподнятая кровать и сам бывший хозяин, занятый сортировкой вещей. — А ты не послезавтра переезжаешь? Я как раз планировал освободить этаж завтра, — обратился мужчина, поправляя съезжающий красный шарф. Это вызвало у Линь Лина улыбку — он хорошо помнил историю, связанную с этим ним. — Ой, ты не подумай, я не выгонять тебя пришёл, — поспешно заверил парень, неловко потирая затылок. Видя его искреннее смущение, мужчина добродушно усмехнулся и махнул рукой. — Да пошутил я, пошутил, — произнёс он тепло, будто обращаясь к старому другу. — Что, ранг стал выше и у тебя чувство юмора упало? Возобновив разбор вещей, он ненадолго замолчал, а Линь Лина в этот момент осенило важное наблюдение. — Кажется, я первый раз вижу, как ты смеёшься, — с искренней радостью заметил он, понимая, что чужое проклятие наконец-то снято. — Это ты вернул мне улыбку, — не отрываясь от упаковки, ответил бывший супергерой. — Ты ушёл из героев. Что теперь будешь делать? Мужчина ловко выпрыгнул из окруживших его коробок, бодро приседая на месте. — Для начала — пару неделек побалдею на диване, — с видом довольного пса заявил он, словно уже ощущая долгожданный отдых. — Рад, что ты наконец свободен от своей роли, — искренне порадовался за него Линь Лин. — Я понимаю, через что тебе пришлось пройти. У самого ОКР развилось. Но теперь главное — ты можешь отдыхать сколько захочешь. Взяв одну из коробок, мужчина подошёл к молодому герою и серьёзно положил руку ему на плечо. — Ты уже не тот, что был раньше. Ты здесь не чужой гость. На этот этаж тебя привела твоя собственная воля. Без неё ты так и остался бы внизу, — произнёс он, дружески похлопав парня по плечу перед тем, как направиться к выходу. Эти слова сильно задели Линь Лина. Сколько ни старался его брат — войти в десятку ему не удавалось. А он смог. Возможно, Несгибаемый прав — это его собственная воля, а не заслуга Найса, привела его сюда. Не сдержавшись, он окликнул уходящего: — Знаешь… — Извини, я с друзьями поужинать договорился в кой-то веке, — перебил его мужчина, уже подходя к лифту. — Ты пока осмотрись тут, привыкай к новому жилью. — Я на самом деле не Найс. Не тот, кого ты знал раньше! — вдруг выкрикнул Линь Лин, сам не понимая, зачем это говоря. — Неважно, как тебя зовут. Просто будь собой, — не оборачиваясь, помахал рукой мужчина, прежде чем двери лифта закрылись. Линь Лин остался один на опустевшем этаже. Солнце уже скрылось за горизонтом, и пора было возвращаться к себе и так же паковать вещи. Но в голове продолжали звучать последние слова бывшего супергероя: «Просто будь собой».