В какую игру ты играешь?

Кабинет был погружен в полумрак. Только трепет пламени в камине оживлял портреты Хьюнов на стенах. Превосходство отложил перо, чернильное пятно растеклось по пергаменту. Его взгляд, тяжелый и оценивающий, скользнул к Философу. Тот безмолвно восседал в кресле у огня будто часть интерьера, созданная для гармонии этой мрачной картины. В редкие моменты тишины, когда Превосходство оставался наедине с мыслями, его посещало странное ощущение — его супруг был слишком идеален. Философ никогда не спорил о пустом. Никогда не требовал больше оговоренного. Никогда не терял ледяного самообладания. И это… Бесило. — В какую игру ты играешь? — Пальцы Превосходства впились в виски, будто пытаясь вырвать оттуда ответ. — Ты дал мне власть… но даже спустя стольких лет я не могу разгадать тебя. Философ лишь усмехнулся, приложив палец к губам. Свет играл на кольцах, украшающих его руку. — Прямые ответы лишают мир загадки. В памяти всплыла их первая ночь. Философ сидел у камина, листая книгу, которой никогда не было в их библиотеке. Они только перебрались в особняк Хьюнов и Философ, как всегда имел при себе только курительную трубку. — Откуда это? — спросил тогда Превосходство. Обычная книга, обтянутая зелёной кожей с золотой надписью: «Инрих» на обложке. Казалось бы, ничего примечательного, но почему-то по спине тифлинга пробежал холодок. Она ведь не могла появится из воздуха? Философ перевернул страницу, не отрывая глаз от текста, — Из будущего. И это… Пугало.

***

Философу интересен Превосходство. Не как супруг. Не как союзник. Как нечто иное. Философ питается историями, а история свергнутого собственным сыном тирана видится единственным разумным исходом. Он наблюдает, как Превосходство строит империю из страха, как копит влияние, как играет в политику… и иногда (очень редко) Философ позволяет себе усмехнуться. Потому что знает: Превосходство делает это не ради себя. Он подготавливает наследство для своего сына. Каким бы властным и отрешённым Превосходство не старался казаться, за всем этим напускным пафосом кроется уставшее зло, которое хочет быть побеждённым. Потомучто ничего кроме этого не остановит Превосходство.

***

«Если он предаст меня… я найду способ убить его.» — думал Превосходство перед сном. «Как мило, что ты всё ещё веришь, что это возможно.» — думал Философ, поправляя тому одеяло.