Часть 23. Уровень доступа

Воздух в просторном зале был пропитан запахом залежалой бумажной пыли, крепкого остывшего кофе и невидимого, висящего в пространстве напряжения. Горы неразобранных документов по-прежнему высились на столах, массивные бочки с монетами темнели по углам, а аккуратно перетянутые резинками толстые пачки купюр ровными рядами лежали прямо на барной стойке. Гильдия продолжала жить своей скрытной, деловой жизнью, даже когда большая часть города погрузилась в глубокий сон. В полутёмной гильдии воцарилась звенящая тишина. Свечи почти прогорели, бросая длинные мрачные тени на пустые столы. За дальним столом, прямо над раскидистой картой Фиора, бодрствовали трое. Мастер Макаров, с тёмными кругами под глазами, сидел в помятой рубашке, всматриваясь в географические контуры так пристально, словно пытался прожечь плотную бумагу взглядом. Гилдартс лениво развалился на деревянном стуле, закинув ногу на ногу с привычным беззаботным видом. На полированной столешнице дымилась его трубка, от которой к потолку тянулась тонкая сизая струйка. Чуть в стороне сжалась Лаки — бледная, уставшая, она куталась в теплую вязаную шаль и застыла с кружкой в руках перед давно остывшим чаем. По их лицам было ясно — ночное ожидание выбило из них все остатки сна. Внезапно пространство ночной гильдии взорвалось сухим, оглушительным треском. Золотая молния с мясом ударила в деревянные половицы зала, на секунду ослепив присутствующих. Когда бешеная вспышка погасла, Наруто со всего маху впечаталась в широкую грудь Лексуса. Инерция от перемещения была такой силы, что шиноби буквально зарылась лицом в густой, пахнущий грозой мех его тяжёлой шубы. Дреяр не отпустил её сразу — его огромная ладонь всё ещё мёртвой хваткой сжимала её талию, грубо удерживая в пространстве, пока магия в его венах окончательно не остыла. У Наруто дико звенело в ушах, а перед глазами плясали золотые мушки. Но хуже всего было то, что её тело, и без того взвинченное недавним разбором полётов в хижине, от этой принудительной, тесной близости выдало очередную, горячую судорогу где-то глубоко внизу живота. Колени предательски подогнулись, и чтобы просто удержать равновесие и позорно не рухнуть на пол, она уцепилась пальцами за плотную ткань его футболки под шубой. Лексус тяжело, прерывисто выдохнул ей прямо в макушку. На таком расстоянии он не просто услышал, а буквально захлебнулся её вновь изменившимся, сладким запахом спелых апельсинов, который теперь намертво въелся в мех на его плечах. Мужчина резко, почти швырком разжал пальцы и отступил на шаг назад, разрывая контакт. Наруто качнулась, но устояла на ногах, судорожно втянув в легкие прохладный воздух зала. Наруто скользнула взглядом по Мастеру и мысленно выдохнула: дед выглядел крепким и заметно помолодевшим, а в его осанке появилась былая уверенность. Её сила сработала как надо. Троица за столом в упор уставилась на прибывших. — О, явились наконец, — подал голос Гилдартс, прерывая тишину. Он собирался привычно позубоскалить, но его взгляд — человека, знавшего Лексуса с самого детства, — моментально зацепился за детали. Растрепанный вид девчонки. То, как тяжело дышал Громовержец и как собственнически, словно закрывая собой, он встал у неё за спиной. Между этими двумя гуляло такое глухое напряжение, что Клайв понимающе прищурился, пряча в усах легкую ухмылку. В глазах мага на мгновение промелькнуло искреннее изумление. Чтобы угрюмый, вечно ощетиненный внук Макарова так реагировал на девчонку? Это было чем-то из разряда фантастики. Гилдартс вальяжно откинулся на спинку стула, и его ухмылка стала ещё шире, почти до ушей. — А мы уж грешным делом подумали, что ты там, в лесу, окончательно решила прописаться, — уже мягче добавил он, переводя взгляд с пунцовой Наруто на демонстративно мрачного Лексуса. — Но я гляжу, время вы зря не теряли. Лексус, парень, ты чего дышишь так, будто только что стометровку с драконом бежал? И почему у нашей гостьи из другого мира такой вид, словно ты её там… усиленно тренировал? — Живая она, — коротко и глухо отрезал Лексус, уверенно проходя вглубь зала. Его тяжелые шаги гулким эхом разносились по пустому помещению. — Заткнись, старик. Гилдартс лишь весело громыхнул смехом на весь зал, абсолютно довольный тем, как метко попал в цель. Этот парень мог строить из себя грозного лидера сколько угодно, но от проницательного взгляда Клайва было не скрыться. Наруто подошла к столу, сбрасывая остатки неловкости.Стоило ей увидеть развернутую карту Фиора, как весь внутренний шторм отступил перед привычками шиноби. На поверхности были четко отмечены пять точек — яркие пунцовые флажки, раскиданные по разным частям королевства. Рядом в полном беспорядке валялись исписанные убористым почерком листы, сложные геометрические схемы и чьи-то спешные заметки. — Это что такое? — негромко спросила блондинка, делая шаг к столу. — Места, где спрятаны фрагменты древних Часов, — Лаки подняла на неё утомленный взгляд, и её голос прозвучал с явной хрипотцой от долгого молчания. — Леви недавно закончила полную расшифровку. Наши отряды выдвинулись по этим координатам еще в первой половине дня. — И какие результаты? — спросил Лексус. Он встал чуть сбоку, скрестив руки на груди, но взгляда с Наруто не сводил. — В том-то и дело, что никаких, — Макаров устало потер переносицу и с глухим стуком отставил кружку в сторону. — Полная тишина на всех частотах. Ни вестей, ни магических сигналов. Словно все наши ребята там в глухую стену уперлись и ищут вслепую. Наруто внимательно вглядывалась в топографические линии и контуры городов, мысленно сопоставляя их со своей собственной картой, которую её клоны успели изучить за эти безумные дни. Её взгляд скользнул по знакомому названию — один из алых флажков был прочно воткнут аккурат рядом с густым зелёным пятном Лесного моря Ворта. — Я знаю, что там, — тихо, но очень отчетливо сказала она. Гилдартс замер, перестав выпускать изо рта сизый дым. Он опустил ногу на пол и облокотился на стол. Его ленивый, расслабленный вид испарился без следа, уступив место собранности. — Где именно? — спросил он, оборачиваясь к ней всем корпусом. — В Лесном море Ворта. — Наруто перевела дыхание, чувствуя спиной, как воздух за её спиной начинает стремительно тяжелеть. — Я была там вчера. До того, как пошла в храм Нанапузы. Лексус, который только-только начал расслабляться после их тяжелого разговора в хижине, резко застыл. Наруто кожей почувствовала, как в его сером взгляде, словно натянутая до предела струна, снова начало закипать то самое ледяное бешенство, которое она видела час назад. — Подожди, — произнес он, и его обычно громкий голос упал до опасного, зловещего шепота. — Ты хочешь сказать, что перед тем, как рвануть в Нанапузу и едва не сдохнуть от истощения, ты еще и в Лесном море Ворта умудрилась побывать? В один и тот же день? — Мне в общую стопку попало задание семилетней давности по уборке конюшен в одном поместье, — Наруто упрямо вскинула подбородок, отказываясь пасовать перед его напором. Сейчас было не время для девичьих обид. — На самом бланке не было никаких фамилий заказчиков, только старый регистрационный номер и координаты. Макаров резко подался вперёд, с хрустом упираясь ладонями в край стола. Его лицо в одно мгновение стало острым и жестким, как клинок. — Семилетней? — переспросил он, и его седые брови сошлись на переносице так, что между ними залегла глубокая складка. — Быть того не может. — Совет не выдает архивные задания рядовым магам, — отсетила Лаки, — Тем более через общую доску. Это же грубейшее нарушение регламента! Макаров промолчал, но его узловатые пальцы крепче сжали края стола. Взгляд Богоизбранного стал пугающе холодным. Опыт десятилетий, проведенных в политических интригах Совета, подсказывал: архивные бланки без имен, но со старыми номерами не теряются в канцелярии. Если этот лист оказался в стопке Лахара, значит, Хвост Феи использовали «втемную». Кто-то в Совете магов просчитал, что Наруто сможет перелопатить по пять тысяч миссий за три дня, и ювелирно подложил этот заказ, рассчитывая именно на её феноменальную скорость. Их гильдию целенаправленно натравили на эти координаты. — Кто-то намеренно вытащил этот бланк из секретного сектора и подсунул в ту кипу, которую нам прислали. Затем, чтобы Наруто или кто-то из наших там оказался, — Макаров мрачно обвел взглядом собравшихся, и в его глазах блеснул ум старого интригана. — Кто-то внутри Совета прекрасно знал, что там скрыто нечто важное. И этот человек очень хотел, чтобы Хвост Феи нашел зацепку. — Или шпион, или архивариус, который нам сочувствует, — тихо добавил Гилдартс, задумчиво постукивая трубкой по краю стола. — Больше некому. Лексус сделал шаг к Наруто, нависая над ней грозовой тучей. Воздух вокруг него снова ощутимо потяжелел от статики. Похоже, все эти шпионские игры Совета блондина сейчас волновали меньше всего — его внутренний Дракон просто свирепел от осознания масштабов катастрофы. — Ты хочешь сказать, — произнес он, и каждое его слово падало между ними тяжелым камнем, — что твой убийственный марш-бросок, после которого ты чуть не сдохла, начался с того, что ты сначала сделала крюк еще в тысячу с лишним? Которые мы даже не учли в твоем маршруте? Наруто сглотнула, не понимая, почему он злится. — Ну… да. Мой клон сначала побежал на северо-восток, а уже оттуда через всю северную часть Фиора в Нанапузу. — Твою мать, Узумаки! — в сердцах выдохнул Лексус, хватаясь рукой за переносицу, словно у него резко заболела голова. — Ты вообще соображаешь, что несешь?! Ты за сутки на своих двоих отмахала не две тысячи километров. А почти три! Три тысячи километров, черт тебя дери! И ты сидела в хижине и молчала?! В зале снова повисла мертвая тишина. Макаров и Гилдартс медленно переглянулись. Цифра в три тысячи километров за одни сутки для обычного человеческого тела, даже под завязку накачанного магией, звучала как чистой воды самоубийство. Гилдартс во все глаза разглядывая хрупкую блондинку, словно перед ним сидел невиданный S-ранговый монстр из дальних земель. Даже для него, сильнейшего мага гильдии, преодолеть такое расстояние на своих двоих за двадцать четыре часа без использования пространственной магии было чем-то из разряда абсолютной фантастики. Лаки и вовсе приоткрыла рот, переводя потрясенный взгляд с карты на Наруто, не понимая, как человеческое тело способно выдержать такую чудовищную нагрузку. — Ладно, — Макаров с силой хлопнул ладонью по столу, призывая всех к порядку и принудительно гася искры Лексуса. Острая тревога и удивление перед безумной выносливостью шиноби на его лице сменились сухой, опасной собранностью лидера. Если Совет магов начал играть против них краплеными картами, Хвост Феи примет этот вызов. Но сначала нужно узнать, что на обратной стороне карты. — Разбор твоих безумных рекордов мы устроим позже. Раз ты выжила после такого ада, значит, игра стоила свеч. Говори, Наруто. Что именно твой клон раскопал в этом поместье? Наруто обвела собравшихся серьезным, повзрослевшим взглядом и, положив ладони на стол, приступила к докладу: — Первая точка. Задание на уборку конюшен одной обеспеченной семьи, — начала Наруто, стараясь говорить ровно. — Особняк пуст и заброшен. Лесное море Ворта находится на перекрестке магических линий, а семья погибших была не просто богатой — они монополизировали торговлю редкими лекарственными травами, которые использовали для лакрим. Там были лучшие места для плантаций. Как сказала Полюшка, энергия там должна литься через край. Семь лет назад церковники Горички пришли к ним с требованием отдать поместье «под десницу Архиепископа». Глава семьи отказался. И тогда, когда вы пропали на острове Тенрю, поместье было не просто разграблено — его выжгли магией, а землю вокруг отравили. Чакра природы там идёт рывками, с какой-то гнилой примесью. Макаров на этих словах потемнел лицом. Старый маг слишком хорошо знал, как работает эта система: стоило защитникам Фиора исчезнуть, как святоши сбросили маски и силой забрали то, что не смогли купить. Гилдартс мрачно кивнул, понимая, под каким предлогом Церковь прибрала к рукам ценнейшие земли, пользуясь тем, что Хвост Феи отсутствовал семь лет. — В доме я нашла спрятанные дневники одной девушки, — Наруто сделала паузу, вспоминая вырванные страницы. — Её записи обрываются на полуслове: «...что они еще здесь и никуда не ушли». Что с ней случилось — неизвестно. Кроме того, мой клон обнаружил тайник под сараем, где находились их документы, родовые архивы и золото. Все ценные вещи, их архивы и уцелевшие бумаги сейчас в безопасности, — Наруто едва заметно улыбнулась, вспомнив ворчание Гамакичи. — Мой призыв вытащил из тайника абсолютно всё и переправил в секретное место, после чего я отправилась дальше. — Обчистила тайник, который никто не нашёл? — Гилдартс коротко хохотнул, качая годовой. — Хвалю. Наша школа. Макаров лишь махнул рукой, требуя продолжения. Намек на то, что каратели «никуда не ушли», заставил его внутренне подобраться, но сейчас его куда больше интересовала общая картина. Его взгляд был прикован к Наруто. — А вторая точка? В этот же день ты была в Нанапузе. — Храм Горички. Мой второй клон шел туда на обычное мытье полов, но в итоге услышал то, что не должен был. Храм атаковали, из-за чего я не успела сбросить бланк задания через свой призыв и он остался в разрушенном здании. Поэтому мне пришлось лично метнуться туда и обратно, чтобы забрать его и уничтожить улики. Нападавшими являлись Шестеро Просящих. Трубка Гилдартса с глухим стуком выпала из его пальцев прямо на исписанные листы. Лаки испуганно пискнула, вжимаясь в стул так, словно темная гильдия могла материализоваться прямо в зале. Макаров медленно поднялся со своего места, и вокруг него тяжелой волной заворочалась золотистая магия Богоизбранного. Глаза Мастера превратились в две узкие, ледяные щели. — Орасион Сейс? — переспросил Лексус. Шаг вперед, и его пальцы до белых костяшек сжались на спинке стула Гилдартса. — Они же должны гнить в самой глубокой камере Совета! Какого черта они забыли в зачуханном храме? — Они пришли за священником, — твердо ответила Наруто, переводя взгляд с Лексуса на Мастера. — Убитый старик Горички был первым «живым ключом». Оказывается, есть еще пятеро таких же, как он. Они сдерживают Часы Бесконечности своим генетическим кодом. Шестёрка пришла, чтобы аннулировать эти ключи. Мой клон вступил в бой. Против Шестерых он, конечно, долго не продержался и проиграл, но хотя бы выиграл время и узнал самое важное. — Проиграл?! — голос Лексуса сорвался на глухой, вибрирующий рык. Расстояние между ними сократилось до минимума — он шагнул к ней так резко, что Наруто едва не отшатнулась. Громовержец на секунду ослеп от ярости. Он слишком хорошо знал, на что способны эти фантомы Узумаки — каждый из них обладал силой хорошего мага S-класса. Если Шестерка так легко развеяла её клона, значит, за семь лет в тюрьме они стали настоящими монстрами. — Ты полезла к этим ублюдкам в одиночку? — Лексус навис над ней, и в его глазах, обычно холодных и надменных, сейчас полыхала первобытная паника. — Ты хоть соображаешь, на каком волоске висела?! Мысль о том, что Наруто сама, в своем настоящем, истощенном теле бегала на руины храма и могла наткнуться на них, заставила его внутреннего Дракона бешено взреветь от слепого, защитного инстинкта. Чудовище внутри буквально бесновалось от осознания, что эта девчонка могла нарваться на Шестерых Просящих, подставившись под удар темных волшебников. — Лексус, остынь, — Гилдартс перехватил Дреяра за плечо, силой заставляя сделать шаг назад. Теперь мужчина смотрел на Наруто уже совсем другими глазами — без тени прежней расслабленности, с глубоким, профессиональным уважением. — Парень, придержи дракона. Она не просто выжила, а в одиночку добыла информацию, которую весь Совет магов умудрился просрать под собственным носом. Гилдартс же, напротив, помрачнел и оценивающе прищурился на блондинку. Ввязаться в бой в одиночку против всей Шестерки, выстоять, собрать данные и заставить врага считаться с собой — это была чистая, безумная школа, от которой у Клайва по спине пробежал холодок глубокого уважения. — Мне проще показать, как они выглядят, чем объяснять на пальцах, — тихо перебила их Наруто, унимая дрожь в руках и полностью игнорируя вспышку Лексуса. — Семь лет назад меня здесь не было, я их не знаю. Но клон запомнил каждого. Смотрите. Шиноби быстро сложила несколько ручных печатей. Воздух вокруг неё с громким хлопком взорвался густым облаком белого дыма. Когда он рассеялся, на месте невысокой блондинки стоял высокий, смуглый мужчина с диким взглядом, бордовыми волосами и шрамом на глазу. — Кобра… — выдохнула Лаки, отшатнувшись вместе со стулом. Дым хлопнул еще раз. Перед магами предстал затянутый в темные одежды Полночь. Наруто меняла обличья быстро, одно за другим, с идеальной, пугающей точностью передавая внешность возродившейся Шестерки. Когда дым рассеялся в последний раз, вернув Узумаки её прежний вид, в зале гильдии воцарилась гробовая тишина. — Они ищут Часы Бесконечности. И они уничтожают тех, на ком держится заклятие блокировки. Она перевела дух, чувствуя, как внимание Мастера буквально придавило её к полу. Сейчас дед слушал её так, словно от каждого слова зависела судьба королевства. — Старик-священник знал, что умрёт, и не сопротивлялся. Перед смертью он успел сказать мне важную вещь — Архиепископ уже не говорит от имени Неба и стал просто марионеткой, настоящий враг сидит по правую руку от трона. Он же тайно выпустил Просящих на свободу. А ещё… старик умолял, что нужно беречь Люси. Макаров застыл, тяжело осмысливая масштаб катастрофы. Речь шла не просто о нападении темной гильдии, а о государственном перевороте, где верхушка Церкви использует сбежавших смертников, чтобы добраться до апокалиптического оружия. — Люси?.. — Лаки резко вскинула голову, и её бледное лицо стало совсем белым. Шаль с глухим шорохом скользнула с её плеч на пол. — Но… Наруто… Её похитили вместе с Мишель... — Вместе с Мишель? — переспросила Наруто, и её голос на секунду потерял всю свою офицерскую твердость, став непривычно тихим. Лаки удрученно кивнула, шмыгнув носом: — Люси похитили сутки назад, Нацу вернулся из поместья Хартфилия утром едва живой. Легион Горички разнёс его в щепки и увёл Люси вместе с Мишель, стрелкой от часов и архивной книгой Джуда. Наруто замерла посреди зала, медленно переваривая новость. Руки непроизвольно сжались в кулаки, а взгляд стал отрешенным — шиноби лихорадочно сопоставлял временные рамки и чужие маршруты. Внутри неё вскипала глухая, обжигающая злость на саму себя. Сутки. Люси увели целые сутки назад, пока она сама была заперта в теле, до предела истощенном одной-единственной серьезной стычкой. В её родном мире такое опоздание стоит жизни целой деревне, и это шпионское бессилие перед чужим, опережающим временем душило сильнее любой чакро-ломки. — Тогда мы в ещё большей заднице, чем вы все думаете, — глухо обронила она, глядя прямо на пунцовый флажок у Лесного моря Ворта. — Не томи, блондинка, — мрачно поторопил Гилдартс. — Выкладывай, что у тебя там. Наруто не стала спорить. Вместо ответа она поднесла большой палец к губам и с силой прикусила кожу. Короткий, резкий росчерк крови по ладони, привычный призывной жест — и пол гильдии окутало маленькое и плотное облако белого дыма. Из рассеявшегося тумана на досках умостилась невиданная доселе жабка. На её голове красовалась аккуратная круглая шапочка, а на спине на прочных кожаных ремнях была закреплена старая, пахнущая сыростью и плесенью коробка. Поправив головной убор лапкой, она важно спросила писклявым голоском: — Насилу дождалась, Наруто. Твои бумажки мне всю спину отдавили. Забирай давай, я обратно в скрытый мир. — Спасибо, Гама-чан, выручила, — Наруто быстро отвязала коробку, и жабка с тихим хлопком исчезла, оставив после себя лишь легкий запах болотной травы. Наруто поставила коробку на стол и открыла её. Прямо поверх пожелтевших страниц лежал бланк семилетней давности и три дневника. Наруто открыла один из них, аккуратно перелистнула исписанные убористым почерком листы и вытащила оттуда старую фотографию. — Потому что семья, чьё поместье церковники выжгли семь лет назад, носила фамилию Лобстер, — жестко, без тени прежнего ребячества отчеканила она, глядя прямо в глаза онемевшему Мастеру. — А единственными уцелевшими вещами из особняка оказались дневники настоящей Мишель, которая пропала без вести вместе со всей своей семьей. А та Мишель, что пришла к нам в гильдию... это Имитация, которую Шестеро Просящих подсунули к Люси. На старой фотографии на фоне когда-то величественного, ухоженного особняка стояли мужчина и женщина, обнимавшие маленькую девочку лет десяти. У девочки были мягкие, аккуратно уложенные светлые волосы и очень знакомый, чистый разрез глаз. Макаров перевернул снимок. На обороте выцветшими чернилами было размашисто выведено: «Мишель, 10 лет. Поместье Лобстер». Лицо Мастера сантиметр за сантиметром наливалось бледностью. Он мгновенно связал слова покойного священника о предателе в Соборе с этой карательной операцией: священники Горички семь лет назад хладнокровно вырезали богатый род ради плантаций, а верхушка Церкви всё это время работала рука об руку с Орасион Сейс. Но сильнее всего по его отцовским чувствам била мысль о Люси. Сирота, которая так искренне радовалась обретенной «сестре», обнимала чудовище, подсунутое Шестеркой. Враги не просто вели шпионскую партию — они цинично сыграли на одиночестве девочки, превратив её тоску по родной крови в идеальный поводок. Воздух вокруг старика внезапно стал сухим и горячим, а по тому, как опасно и неподвижно замерли плечи Мастера, стало ясно: Церковь осквернила самое святое для Хвоста Феи — понятие семьи. И за это Макаров сотрет их в порошок. Гилдартс взял снимок из рук Мастера. Он всматривался в лицо маленькой Мишель, и его челюсти сжались. Нацу со своим драконьим нюхом, Эльза с её интуицией — никто в Хвосте Феи не почуял подвоха. А это значит, что Орасион Сейс использовали магию запредельного, древнего уровня. Вся безопасность Хвоста Феи оказалась дырявым решетом, пока враг изнутри рыскал в гильдии. Лаки в ужасе закрыла рот ладонями, глядя на снимок. Ей стало дурно. Эта милая, неуклюжая «Мишель» каждый день помогала им в гильдии, улыбалась и плакала вместе с ними. Осознание того, что за невинной маской все это время дышала тварь, созданная Орасион Сейс, вызвало у неё чистый экзистенциальный ужас. Руки девушки крупно задрожали. В зале повисла мертвая, удушающая тишина. Пазл, который они так долго собирали по частям, захлопнулся, как стальной капкан. — Блять... — тяжело выдохнул Лексус в пустоту зала. Он медленно перевел взгляд с фотографии на Наруто. Эта упрямая лиса, которую он час назад готов был прибить за скрытность, в одиночку вскрыла нарыв, который погубил бы гильдию. Если бы не её безумный, отчаянный крюк через половину Фиора, они бы сейчас вслепую воевали с Легионом за «законные церковные реликвии». Мужчина сопоставил факты: Люси заперта в одной карете с монстром, и та ведет девчонку прямо на убой. Острым драконьим обонянием мужчина моментально уловил, как изменился воздух вокруг Узумаки. Её привычный запах спелых апельсинов и специй стал терпким, почти удушливым от нахлынувшего на нее коктейля ярости, вины и профессионального бессилия. Дреяр молча сделал два шага вперед и опустил свою огромную, тяжелую ладонь ей на плечо, ощутимо сжав пальцы. И в этом коротком, собственническом жесте не было нежности — лишь грубое признание её правоты, словно молчаливый приказ остановиться и перестать жрать себя изнутри. Когда первый шок присутствующих немного спал, Наруто устало выдохнула и скрестила руки на груди. Ей нужно было зафиксировать главный юридический факт, который окончательно ломал всю легенду шпиона. — Более того, — продолжила блондинка, привлекая к себе внимание. — Мой клон досконально перерыл все найденные под сараем родовые свитки Лобстеров, их торговые договоры и финансовые книги. В официальных документах нет ни единого упоминания о семье Хартфилия. Они никогда не вели общих дел, не состояли в родстве и даже не переписывались. Две богатые династии жили так, словно друг друга вообще не существовало. Настоящие Лобстеры не имели абсолютно никакого отношения к Джудо Хартфилии. — Погоди, — Взгляд Громовержца стал опасно острым. — Если они даже знакомы не были, откуда у Мишель старая стрелка от Часов Бесконечности, которую она принесла Люси? Зачем было городить всю эту ложь? — Лже-Мишель рассказывала, что отец Люси передал ей эту стрелку перед своей смертью, — вспомнила Лаки, переводя взгляд с Лексуса на Наруто. — Она говорила, что работала в его торговой гильдии после того, как тот разорился... Гилдартс, который до этого молча крутил в пальцах фотографию, замер. Его лицо помрачнело, а в прищуренных глазах отразился колоссальный, мрачный опыт человека, знавшего изнанку этого мира. — Или Джудо разорили, — глухо предположил Клайв, и от его тона в зале словно упала температура. — Намеренно. Выжидая, пока старик Хартфилия обнищает, останется без связей и потом двинет кони от инфаркта. А Люси останется совершенно одна, чтобы подсунуть ей эту стрелку и готовую «кузину» в самый уязвимый момент. Когда девчонка будет готова поверить любому, кто назовется её семьей. Масштаб цинизма врагов, которые годами вели партию вокруг сироты Хартфилия, просчитывая её психологию и ломая жизнь её отца, поражал своей изощренностью. Мастер застыл, тяжело переваривая масштаб катастрофы. Хвост Феи остался один на один с врагом, который контролирует государственную религию Фиора и имеет полную власть над тюрьмами Совета магов. — Сколько храмов всего уничтожено? — глухо спросил Лексус, нарушая повисшую тишину. Макаров тяжело вздохнул, и на его помолодевшем лице снова проступила вековая усталость. — Тридцать семь. — Тридцать семь?! — Наруто подскочила со своего места, едва не сбив стопку архивных бумаг. — За одну ночь? — За полтора суток, — Гилдартс выпустил густой клуб сизого дыма. — Пока ты спала, они не останавливались. — Если они продолжат в том же темпе, через пару дней в Фиоре не останется ни одного храма, — Лаки нервно дернула край шали, испуганно глядя на карту. — А сколько всего церквей Горички в королевстве? — спросила Наруто, прикидывая в уме масштаб угрозы. — Сто, — Гилдартс развернул еще одну карту, на которой были четко отмечены все храмы в стране, и больше трети из них уже были жирно перечеркнуты красным. — Нам нужно защитить оставшиеся! — выпалила Наруто, — Я могу отправить клонов. Прямо сейчас. В каждый уцелевший храм. Мы перекроем все точки. — Нет, — отрезал Лексус. — Что? — Наруто резко повернулась к нему. — Но это самый логичный способ не дать им активировать Часы и спасти кого-то из оставшихся пяти священников! — Это самый логичный способ тебя похоронить, Узумаки, — Лексус сделал шаг к ней, нависая грозовой тучей, и по его широким плечам снова мазнули трещащие желтые искры статики. Голос Громовержца вибрировал от сдерживаемого рыка. — Ты только что из обморока вышла! А теперь хочешь раскидать остатки твоих сил на шестьдесят три точки по всему Фиору? Клоны просто развеются при первой же атаке. Я не позволю тебе снова устроить этот самоубийственный конвейер. — А что ты предлагаешь? — Наруто упрямо сделала шаг вперед, не собираясь отступать перед его драконьей аурой. — Сидеть здесь и мирно ждать, пока они вырежут всех священников и доберутся до остальных ключей?! — Я предлагаю не хоронить тебя раньше времени! — Лексус шагнул вплотную, перекрывая ей весь обзор, и воздух в помещении стал настолько тяжелым от озона. — Тише, — вмешался Гилдартс. — Оба. Хватит искрить. Он тяжело поднялся, но в этом движении чувствовалась та сила, которую не могли скрыть никакие ленивые повадки сильнейшего мага. Клайв уверенно ткнул пальцем в точку, где среди зеленого массив Лесного море Ворта примыкал к главному храму Горички. — Все нити ведут сюда, — жестко произнес он. — Именно там сейчас штаб Легиона. Именно там Люси. И именно там, скорее всего, находится настоящая Мишель. — Думаешь, она жива? — спросила Лаки, и в её голосе впервые за весь вечер мелькнула робкая надежда. — Думаю, да, — Гилдартс посмотрел на Мастера. — Орасион Сейс сильны, но магия Имитации такого уровня не берется из ниоткуда. Ей нужен материальный якорь и постоянная подпитка от оригинала, чтобы слепок пах человеком и не рассеивался неделями. Если они убьют настоящую девчонку, Имитация рядом с Люси мгновенно сломается, а им нужно, чтобы фальшивая «сестра» лично довела Люси до финала. Раз они не убили её семь лет назад, значит, она лежит там в летаргическом сне. Отправляем туда ударную группу. Макаров мрачно кивнул, и его стальной взгляд Богоизбранного заставил всех присутствующих подобраться. — Гилдартс, Лаки, Наруто. Выдвигаетесь сейчас. Лексус — будешь за командира. Громовержец принял это как должное, но внутри что-то дрогнуло — дед снова доверил ему группу. Он молча закрыл глаза, делая глубокий вдох. Когда он разомкнул веки, эмоции в его взгляде схлынули, уступая место холодной, собранной решимости. Он сделал шаг к столу, упираясь тяжелыми кулаками в карту Фиора прямо над зеленым пятном Лесного моря. — Раз я командир, слушайте боевой расклад. Мы идем вслепую. Данных по главному храму Горички у нас ноль. Мы не знаем ни точной численности Легиона, ни расположения их постов, ни где именно они прячут летаргический «якорь» Мишель. Поэтому вариант «ломиться напролом и объявлять войну» отменяется сразу. Внутрь заходим все вчетвером и скрытно. Лексус сделал короткую паузу, мысленно переводя шпионский отчет Узумаки в жесткие факты для штурма: — Учитывайте главное: раз Архиепископ стал марионеткой, а Орасион Сейс выпустил тот, кто сидит по правую руку от трона, то вся официальная верхушка скомпрометирована. Совет магов нам не помощник — любой наш шаг через них будет сразу слит врагу. Действуем полностью автономно. И ещё. Легион Церкви — это фанатики и законники, но они несмотря на их деяния — светлые маги. Но их используют втёмную, и они уверены, что защищают Фиор. Поэтому на рожон не лезть и без летальных исходов. Нам нельзя устраивать бойню с регулярной армией Горички, иначе Хвост Феи завтра же объявят изменниками и натравят на нас всю страну. Работаем ювелирно. Лексус жестко обвел взглядом группу, нарезая задачи: — Гилдартс, на тебе весь скрытный взлом. Если наткнемся на магические барьеры Церкви, запертые двери или глухие стены — расщепляешь препятствия своей магией в пыль, но так, чтобы ни одного кирпича со звуком не упало. Никакого грохота. Лаки, твоя магия дерева — контроль пространства. Если встретим патруль Легиона — блокируешь их мгновенно, чтобы не подняли тревогу. Держи резерв на эвакуацию. Если придётся вытаскивать Люси и Мишель через окна или крышу — ты бесшумно вырастишь прочные мосты к точке отхода. Наруто... — Дреяр на секунду задержал взгляд на блондинке. — На тебе — визуальная разведка и сканирование помещений. Нам нужно бесшумно прочесать сектор, обнаружить Люси и зафиксировать, сколько охраны вокруг неё. Штурм или эвакуацию начнем только тогда, когда будем точно знать, в какой именно келье или подвале держат девчонок. И никаких личных инициатив, пока я не дам отмашку. Вопросы? Гилдартс согласно прищурился, оценив грамотный расклад сил в условиях дефицита информации. Лаки решительным движением поправила на переносице очки и коротко, собранно кивнула, полностью принимая свою задачу. Наруто промолчала, вынужденная признать, что Громовержец разложил тактику безупречно. Макаров лишь веско кивнул внуку, безмолвно утверждая его план. В зале на секунду воцарилась идеальная, звенящая тишина готового к бою отряда, но её тут же разрушил упрямый девчоночий голос. — А как же клоны? — не унималась Наруто. — Я могу отправить их в оставшиеся храмы. Лексус на секунду просто онемел. Он застыл на месте, его челюсть едва заметно двинулась в бок, а во взгляде промелькнул такой чистый, глубокий шок, замешанный на немом «Да ты издеваешься...», что Гилдартс в усы едва заметно хмыкнул. Громовержец выглядел как человек, который только что расшиб лоб о бетонную стену женского упрямства, и у него на миг просто опустились руки. Наруто отчетливо видела его злость, его бешенство и глубоко спрятанный, живой страх за неё. Но желание спасти или хотя бы отсрочить кончину любого из оставшихся в живых священников перевешивало чашу весов перед гневом Дреяра. — Я всё равно попробую, — не сдалась она. — Пробуй, — неожиданно легко согласился Гилдартс. — Но в главный храм пойдёшь сама. Не клон. Наруто кивнула. Внутри всё ещё дрожало от невысказанного, но решение было принято. В голове, словно эхо, ещё звучали недавние жесткие отчитывания Лексуса. «Если бы у меня был Курама, я бы отправила во все храмы усиленных клонов, и они бы держались против Шестерых Просящих неделями», — подумала Наруто, невольно прижимая ладонь к животу, где раньше был запечатан Лис. Защищать столько людей за счет собственных сил — это не дешевые миссии выполнять. «С ним я бы не думала о резерве. С ним я бы просто пошла и сделала». Она крепко сжала кулак. «Но теперь я сама себе резерв». Лексус пристально следил за Узумаки. Её внезапное молчание, это заторможенное, фантомное прикосновение к животу и вмиг изменившийся запах — горький и тоскливый — заставили его стиснуть зубы до скрежета. «Она сейчас рванёт спасать всех, даже не подумав о себе. Дура». Дракон внутри согласно рыкнул — но не от злости, а от давящей беспомощности. Макаров нахмурился, прикидывая что-то в уме: — Ты понимаешь, о чём говоришь? Это тебе не низкоранговые миссии. — Если она может их задержать, пусть пробует, — пожал плечами Гилдартс. — Я в своё время тоже не слушал никого, когда надо было спасать. — Я справлюсь, — упрямо мотнула головой Наруто. — А если нет? — Лексус снова шагнул к ней, сокращая расстояние. — Если они не дойдут? Если Орасион придут раньше? — Тогда хоть кто-то задержит их, — ответила она, глядя ему прямо в глаза. — Каждая минута на счету. — ТЫ НА СЧЕТУ! — рявкнул он, но тут же осёкся. Мужчина тяжело выдохнул и провёл рукой по лицу, пытаясь успокоить взвинченные нервы. — Лексус... В комнате повисла тяжелая тишина. Громовержец смотрел на неё в упор. В его серых глазах медленно закипало то самое, что она уже видела сегодня в хижине. — Ты знаешь, сколько это чакры? Ты знаешь, что будет, если ты не вытянешь? Наруто встретила его взгляд. Внутри всё дрожало, но она не отвела глаз. В ней сейчас говорил воин. — Даттебайо, знаю! — рявкнула Наруто, — И я хотя бы попытаюсь. Лексус снова стиснул зубы. Дракон внутри метался, чувствовуя её железную решимость, её упрямство, её готовность снова выжать себя досуха ради чужих людей. И от этого бессилия хотелось выть. «Шестьдесят семь храмов. Если отправить по одному клону в каждый...» — Наруто быстро прикинула в уме резерв. Должно хватить. Она посмотрела на карту и зафиксировала важную деталь: Орасион Сейс пока уничтожали храмы на самой периферии Фиора. Значит, у центральных точек есть фора. «Если они продержатся хотя бы пару часов с учетом пути, а потом будут копить сен-чакру...» — Я знаю, — вдруг тихо сказал Лексус. Его обычно мощный голос заметно сел. — Я знаю, что ты не отступишь и будешь спасать всех, даже если сама сдохнешь. — Лексус... — Дура, — выдохнул он. Но теперь в этом не было злости. Только глухая, свинцовая усталость. Лексус резко сократил дистанцию, вынуждая Наруто запрокинуть голову. Его рука скользнула вверх, и он нарочито неторопливо убрал мешающие золотые волосы в сторону, обжигающе горячо мазнув пальцами по чувствительной коже шеи. Прижавшись к ней почти вплотную и обдавая чистым озоновым жаром, Дракон склонился к блондинке. — Только попробуй отрубиться в главном храме, — шепнул он ей на самое ухо, так тихо, чтобы не услышали остальные. Голос вибрировал опасными, низкими нотками. — Лично притащу обратно в хижину. И выжму из твоего тела всю эту дурь так, что ты дышать забудешь, не то что спорить. Поняла меня, упрямая лиса? По-пацански хотелось вломить ему в ответ, но тело подвело: от близости его грозовой магии по спине пробежала волна колючих, горячих мурашек, на миг вышибая весь воздух из лёгких. К щекам лавиной прилила кровь — Наруто было до паники дико от этой внезапной слабости, полностью сбившей её рабочий настрой. Вслух она ничего не сказала, лишь упрямо кивнула. Лексус отстранился, довольный её реакцией. Сердце колотилось как сумасшедшее, а чакра внутри каналов отчаянно заплескалась, реагируя на её внутреннее замешательство. Наруто тряхнула головой, силой загоняя это глупое девичье волнение поглубже, и заставила себя сосредоточиться на главном. Ей нужно было собраться. На кону стояли жизни, и распускать слюни из-за одного наглого Громовержца было некогда. Узумаки решительно вышла на середину просторного зала, глубоко вздохнула, на секунду прикрыв глаза, а затем резко вскинула руки, складывая пальцы в привычный крестообразный знак. — Техника Теневого Клонирования! Глухой грохот, и помещение мгновенно заволокло плотным облаком белого дыма. Когда оно с тихим шипением рассеялось, зал гильдии был забит под завязку. Шестьдесят семь абсолютно одинаковых блондинок с одинаковыми, решительными лицами стояли плотными рядами, плечом к плечу. Гилдартс в шоке присвистнул и даже привстал со стула, во все глаза разглядывая эту невероятную армию. Его мужская проницательность мгновенно связала пунцовые щеки Наруто с тем, как интимно к ней только что прижимался Громовержец, но шутить Клайву не хотелось. Он слишком хорошо видел, какой ценой девчонке дался этот боевой настрой и как тяжело сейчас Лексусу, который впервые в жизни не знал, куда себя деть. Секунду назад Лаки казалось, что между Наруто и Лексусом искрит привычное, пусть и запоздалое девичье смущение, но теперь этот страх и трепет перед шестьюдесятью семью боевыми машинами вытеснил из головы любые романтические глупости. Макаров, который уже наблюдал это представление четыре дня назад, молчал. Старик скользнул глазами по пылающему лицу Наруто, а затем — по помрачневшему внуку. Мастер слишком хорошо знал природу Убийц Драконов, чтобы не понять: Лексус только что применил к ней всю свою собственническую власть, попытался удержать, подчинить, но упрямство Узумаки всё равно победило. «Четыре дня назад я смотрел на это и думал, что мы спасены, — мелькнуло в голове старого Мастера, и его сердце болезненно сжалось. — Теперь смотрю и боюсь, что мы её теряем». Лексус стоял неподвижно, глядя на это золотоволосое море, и в груди у Громовержца что-то тяжело, болезненно сжалось. «Она раздаёт себя по частям, — мрачно подумал он, сжимая кулаки. — А я ничего не могу сделать, чтобы её удержать». Настоящая Наруто обвела своих двойников строгим взглядом: — Вы знаете, что делать. В каждом храме — сразу накапливать сен-чакру. В бой не вступать, пока не явятся Орасион Сейс. Наша задача — держать оборону максимально долго. Клоны синхронно кивнули: — Удачи, — коротко бросила им оригинальная Наруто. И они начали исчезать. Один за другим, шестьдесят семь клонов растворялись в ночной тишине, беззвучно срываясь с места и унося с собой её силу, её волю и крупицы драгоценной чакры. Зал гильдии стремительно опустел. Макаров разглядывал разбросанные по ней пунцовые флажки и словно наяву видел дымящиеся руины, которых ещё не было в сводках Совета, но которые уже вовсю горели в его голове. «Шестьдесят семь храмов, — подумала Наруто, упрямо сжимая кулаки и глядя на оставшиеся метки. — Я должна это сделать. Ради Люси. Ради всех них». — Как доберёмся? — Лаки утомлённо потерла виски, нарушая тишину. — До главного храма Горички день пути в один конец. Это если на экспресс-поезде, без задержек. Гилдартс задумчиво почесал заросшую бороду, переводя взгляд на притихшего Громовержца: — Лексус, сколько прыжков телепортации тебе нужно, чтобы выкинуть нас прямо там? — Три-четыре, — хмуро ответил тот, прикидывая в уме расстояние по координатам. — С обязательными остановками на восстановление резерва. Напрямик не вытяну. — А потом ты в бой пойдёшь никакой, — бесцеремонно перебила его Наруто, сурово зыркнув на блондина. — Измотанный командир — это подарок для врага. Нет. Этот вариант отпадает. — А ты что предлагаешь? — Лексус раздражённо вскинул брови. — Пешком туда топать? Предлагаешь Люси ещё сутки ждать, пока мы ноги до колен сотрём? — Я предлагаю Гамакичи. Лицо Лексуса мгновенно перекосило от глубочайшего отвращения, а на его виске вздулась вена. Воспоминания о встрече в лесу у Полюшки с престарелым жабьим Мудрецом, который без лишних слов прописал ему несколько увесистых пинков, все еще жгли уязвленную гордость. А тут еще и этот наглый, курящий гигант, который при первой же встрече едва не раздавил его своим огромным танто. — Даже не думай, Узумаки, — процедил Лексус сквозь зубы, угрожающе подавшись вперед. — Я на эту склизкую, воняющую болотной тиной тварь добровольно не полезу. Лучше сам пешком добегу. — Сядешь как миленький, — отрезала Наруто, даже не моргнув перед его грозовой аурой. — У нас нет времени на твои капризы. — Что? — хором переспросили Лаки и Гилдартс. Наруто вместо объяснений решительно сгребла карту со стола, развернулась и быстрыми шагами вышла из здания гильдии на ночную поляну. Остальные потянулись следом за ней. Остановившись посреди двора под блеклым светом луны, Наруто глубоко вдохнула, поднесла палец к губам и резко сложила печать призыва. — Кучиёсе но Дзюцу! Гамакичи! С оглушительным хлопком двор заволокло массивным облаком белого дыма и перед опешившими магами материализовалась огромная оранжевая жаба. Гамакичи вальяжно огляделся по сторонам и прищурил свои огромные желтые глаза. Своим жабьим чутьем он тут же считал зашкаливающий уровень чужеродной энергии во дворе гильдии. Но еще быстрее он считал то глухое, искрящее напряжение, которое буквально висело между Наруто и этим высоким блондином со шрамом, что стоял к ней слишком близко. И слишком по-хозяйски, что Гамакичи сразу всё понял. Жабы Мёбоку вообще были чертовски проницательными ребятами по части чужих чувств. «Ишь ты, распетушился тут, громоотвод местный», — мысленно хмыкнул жаб. Он лениво поправил массивную цепь на шее и, даже не подумав поздороваться, демонстративно затянулся своей сигаретой. А затем, зафиксировав взгляд строго на Лексусе, целенаправленно выдохнул густую, плотную струю удушливого табачного дыма прямо ему в лицо. Это был чистой воды вызов — проверка «на вшивость» для наглого чужака, посмевшего зажимать их девчонку на её же территории. Громовержец даже не поморщился. Он лишь резко взмахнул рукой, и короткая, яростная вспышка молнии с треском рассекла плотное серое облако надвое, заставляя дым безвредно рассеяться в воздухе. Лексус свирепо зыркнул на призванную тварь сквозь тающие искры. В его глазах уже закипало опасное обещание скорой расправы, но Гамакичи лишь невозмутимо перекатил сигарету из одного угла рта в другой, полностью довольный тем, как легко ему удалось сбить с этого пафосного мага спесь и заставить его выпустить когти. Наруто, проигнорировав их безмолвную дуэль, быстро развернула карту и ткнула пальцем в зелёный массив: — Нам нужно в главный храм Горички. Быстро. Гамакичи скосил глаза на указанную точку, пару секунд лениво прикидывал расстояние в уме, а затем шумно присвистнул: — Далековато, Наруто. Почти через все королевство махать. — Справишься? — блондинка снизу вверх посмотрела на своего призывного партнера. Жаба медленно осмотрел собравшуюся группу — Гилдартс, Лаки, Лексус, Наруто. Потом перевел взгляд на свои массивные перепончатые лапы. Потом снова на разношерстную компанию магов. — Вчетвером? — переспросил он хриплым гангстерским баском, косясь на метку, которую теневой клон Наруто успел оставить на границе церковных земель. — Можно. Провернем обратный призыв прямо по твоей печати. — Постой-постой, — вмешался Гилдартс, бесцеремонно выходя вперед. — Ты хочешь сказать, что он… — Клайв ткнул пальцем в сторону Гамакичи, — может нас телепортировать прямо к черту на кулички? — Обратный призыв, — согласно кивнула Наруто. — Сначала я призываю Гамакичи сюда, а потом он затягивает нас по контракту туда, где остался след моей чакры. — И как же он это сделает? — Лаки испуганно пискнула, прячась за широкую спину Гилдартса. — Есть один проверенный способ, — Гамакичи ухмыльнулся углом пасти, — Но предупреждаю сразу: он вам ни хрена не понравится. — Какой еще способ? — насторожилась Лаки, предчувствуя неладное. — Только без обид, народ, — Гамакичи приоткрыл огромную пасть, из которой пахнуло сыростью и крепким табаком. Лексус перевел взгляд с темной, бездонной жабьей глотки на Наруто. — Он сейчас издевается над нами, да? — тихо, с угрожающей вибрацией в голосе спросил Громовержец. Наруто виновато и как-то совсем по-детски улыбнулась, пряча глаза: — Ну… зато это действительно самый быстрый транспорт в мире, даттебайо. — Ты хочешь, чтобы нас проглотили, — Лексус произнес это так ровно и страшно, словно выносил смертный приговор. — Не «проглотили», а аккуратно транспортировали внутри! — попыталась оправдаться блондинка. — Это одно и то же! Гилдартс, секунду назад соображавший, в чем подвох, вдруг запрокинул голову и расхохотался на весь ночной двор. Звонко, по-настоящему, до колик, утирая выступившие на глазах слёзы. — Охренительная идея! — сквозь смех выдавил Клайв и с размаху хлопнул Лексуса по плечу так, что тот едва не присел. — Парень, в моей жизни было много дерьма. Но чтобы меня заживо проглотила гигантская жаба — это, мать его, совершенно новый уровень! Я в деле! Жаб, наблюдая за компанией, пожевал губами, выпуская еще одну тонкую струйку дыма, и его взгляд снова замер на Лексусе. В этом взгляде не было страха перед грозовой магией Хвоста Феи — только чистой воды жабье упрямство и легкое презрение старшего брата, который оценивает незваного кавалера. — Слышь, блондинчик, — Гамакичи шумно выдохнул, обращаясь напрямую к Громовержцу. — Ты там сзади Наруто поаккуратнее дыши. Магия у тебя, конечно, громкая, но если я замечу, что ты к ней свои молнии тянешь или руками машешь больше положенного — выплюну посреди пространственного коридора. И полетишь обратно в свою Магнолию пешком через текстуры мира. Усёк? Челюсть Лексуса сжалась с такой силой, что на щеках заходили желваки. Этот переросток из другого измерения мало того что обкурил его табаком, так еще и смел ставить ему условия на его же территории. Терпеть подобные поучения от жабы, да еще и при остальных, Громовержец точно не собирался. — Ты сейчас подавишься своей сигаретой, тварь болотная, — глухо, с явной угрозой пообещал Громовержец, сжав кулаки. — Рот будешь открывать, когда я тебе разрешу. — Гамакичи! Лексус! Хватит! — вспыхнула Наруто, моментально заливаясь легким румянцем от таких прозрачных намеков, который тут же сменился искренним раздражением. Она решительно встала между магом и призывом, уперев руки в бока. — Прекратите нести чушь и заводить друг друга! У нас Люси в беде, а вы тут авторитетами меряетесь?! Живо поехали! — Да ладно, ладно, чего ты сразу заводишься, — лениво буркнул жаб, но по его широкой морде было видно, что реакцией Громовержца он остался полностью доволен. Проверку на прочность чужак проваливал по всем фронтам своего хваленого самообладания. — Ай-да внутрь, пока я добрый. Только обувь о язык не вытирайте, у меня там деликатная зона. Макаров, стоявший чуть поодаль, лишь молча усмехнулся в усы, глядя на то тоскливое бешенство, с которым внук переступал через свою драконью спесь. Старик слишком хорошо знал крутой нрав жаб Мёбоку — Гамакичи читал Громовержца как открытую книгу. Но то, что Лексус пошел на этот унизительный компромисс, просто чтобы не отпускать Узумаки одну, говорило Мастеру о многом. Гамакичи не стал ждать, пока Громовержец окончательно созреет для драки. Одним молниеносным, плавным движением исполинской головы он буквально слизал всю четверку со двора гильдии, не дав им попрошаться с Макаровым, и захлопнул пасть. Внутри его защечного мешка мгновенно воцарилась кромешная тьма. Было тесно, жутко влажно, а воздух насквозь пропитался запахом болотной тины и застарелого табачного дыма. Повсюду ощущалась мерная, глухая вибрация — жаб готовил технику пространственного прыжка. Лексус сидел на скользких складках плоти, намертво обхватив руками собственные колени, и невидящим взглядом упорно смотрел в одну точку перед собой. Его драконий нюх сходил с ума от вони внутри жабьей пасти, а гордость Сильнейшего мага Магнолии лежала где-то ниже плинтуса. «Я Громовержец. Я командир ударного отряда, — обреченно думал он, чувствуя, как над головой мерно колышется гигантский влажный язык. — Я сижу во рту у жабы. Если Эвергин или Бикслоу хоть словом об этом узнают — я снова уйду в изгнание, только на этот раз сам». Гилдартс, устроившийся рядом, совершенно не разделял его трагизма. Он с чисто профессиональным интересом ощупывал пальцами упругие стенки пасти и тихо хмыкал: — Хм, интересная фактура. Мягко, амортизирует отлично. Надо будет обязательно запомнить для следующего путешествия. Лаки рядом с ним заметно побледнела, вцепившись пальцами в свою вязаную шаль, но стоически держалась, стараясь просто не открывать рот. Наруто же сидела на коленях абсолютно спокойно, расслабленно покачиваясь в такт движениям призыва, словно для неё это был самый обычный и будничный способ передвижения. — Ты… ты часто так делаешь? — хрипло, едва сдерживая кашель, спросил Лексус. — Бывало, — Наруто беззаботно пожала плечами, даже не повернув головы. — Джирайя-сенсей всегда говорил, что подобные поездки отлично развивают в шиноби гибкость мышления и чувство юмора. Договорить она не успела. Вибрация, шедшая откуда-то из поднебесья жабьего брюха, резко изменила тональность. Легкое подрагивание плоти в один миг превратилось в тяжелый, низкий гул, от которого у Лексуса мгновенно заложило уши. Воздух в пасти стал до того густым и спертым, что его пришлось проталкивать в легкие с усилием. Похожее чувство Громовержец испытывал, когда рядом активировали колоссальное количество магической силы, но эта энергия была другой — чужой, дикой и концентрированной. Затем мир вокруг них просто перестал существовать. Внутренности Гамакичи резко сжались, и магов с силой качнуло в сторону. Лексус едва успел упереться ладонью в скользкое основание жабьего языка, чтобы не влететь головой в плечо Гилдартса. Чувство опоры под ногами исчезло, сменившись мимолетным, дурнотным ощущением свободного падения — словно землю под ними внезапно выдернули. Снаружи, во дворе гильдии, исполинская жаба в эту секунду схлопнулась в облаке дыма, но внутри защечного мешка это отозвалось лишь глухим, утробным звуком резко лопнувшего вакуумного пузыря. Они двигались, но совсем не так, как летают на поездах или крылатых иксидах. Не было ни свиста встречного ветра, ни тряски. Наоборот, навалилась неестественная, мертвая тишина, в которой полностью утонули все звуки снаружи. Единственным, что доказывало, что они еще живы, был мерный стук огромного сердца Гамакичи, бившийся прямо в подошвы их обуви: ту-дум… ту-дум. Пространство за пределами этой сырой темноты словно стерли ластиком. Маги Хвоста Феи летели сквозь пустоту между мирами, запертые в живом коконе, который на полной скорости нес их к цели. И именно в этот момент Лексуса окончательно накрыло. Убийцы Драконов и транспорт были вещами несовместимыми на биологическом уровне. И пускай Гамакичи был живым, сейчас он выполнял роль гребаного поезда дальнего следования. Нарушение гравитации в сочетании с удушливой вонью в его пасти нанесло по драконьему обонянию сокрушительный удар. Желудок Лексуса сжался в тугой узел и подкатил к самому горлу. Громовержец судорожно сглотнул, чувствуя, как к горлу подступает холодная тошнота, а лоб покрывается испариной. Голова закружилась так, словно его засунули в центрифугу. Он сильнее вцепился в собственные колени, изо всех сил стараясь не выказать слабости перед Гилдартсом и уж тем более перед Узумаки. — Эй, парень, ты чего-то позеленел, — негромко заметил Клайв, покосившись на него в темноте. — Только не вздумай блевать прямо здесь. Нам тут еще лететь. Лексус лишь издал неопределенный задушенный звук, плотно зажав рот ладонью и проклиная весь этот безумный день. В душной полутьме Наруто, сидевшая напротив, удивленно моргнула. На её лице не было и тени недомогания, но стоило ей разглядеть в полумраке жалкий вид Громовержца, как её глаза задорно блеснули. Вся её недавняя паника, глупое девичье волнение и краска стыда, которую этот наглец заставил её пережить в гильдии, испарились без следа. К лицу прилила совсем другая эмоция — чистейшее, злорадное торжество. Лиса внутри неё буквально победно завыла. На губах Наруто расползлась широкая, откровенно гадская ухмылка. Она нарочно подалась вперед, сокращая расстояние между ними, и склонила голову набок, с фальшивым сочувствием разглядывая согнувшегося мага. — Ой-ой-ой, Лексус, а что это с нами? — протянула она сладким, приторным голоском, в котором сквозило неприкрытое издевательство. — Где же весь тот грозный вид и молнии? Куда делся наш великий и ужасный командир ударного отряда? Она бесцеремонно придвинулась еще ближе, так, что Лексус сквозь тошноту почувствовал тепло её тела. Наруто наклонилась к самому его уху — точно так же, как он сделал это недавно в гильдии. Среди удушливой вони болотной тины и дегтярного табака Лексуса внезапно наотмашь ударил её собственный, чистый запах — что-то теплое, пахнущее солнцем, апельсинами и специями. Драконье обоняние, только что умиравшее от вони, судорожно зацепилось за этот единственный глоток нормального воздуха, заставляя сердце Громовержца пропустить удар. — Ты только попробуй отрубиться в Гамакичи, — зашептала она, едва сдерживая победный смех и с наслаждением возвращая ему его же недавние слова. — Я лично вытащу тебя за шкирку наружу. И растрясу твою гордость так, что ты дышать забудешь. Понял меня? — она легонько, чисто издевательски мазнула пальцем по его напряженному плечу. — Смотри не облысей от качки. Для Лексуса, чья гордость сейчас и так трещала по швам, эти слова стали изощренной пыткой. Ему безумно хотелось схватить эту мелкую заразу за воротник анорака и впечатать в жабье нёбо, но очередной спазм тошноты заставил его лишь судорожно зажмуриться, издав глухой утробный рык сквозь плотно зажатые губы. Реванш Наруто удался на все сто. Из темноты, со стороны скользких складок плоти, где устроился Клайв, раздался невероятно довольный смешок. Гилдартс, который еще в гильдии заприметил между этими двумя искры и глухое напряжение, сейчас буквально светился от счастья. Наблюдать за тем, как этот грозный, вечно хмурый парень получает по заслугам от девчонки, было лучшим развлечением за весь месяц. — Один — один, парень, — приглушенно, чтобы Гамакичи не услышал, хохотнул Гилдартс, откровенно наслаждаясь моментом. Старый маг недвусмысленно и очень красноречиво поиграл бровями в темноте, подмигивая блондину. — В гильдии ты её знатно прижал, признаю. Но сейчас девчонка сделала тебя всухую. И заметь, ей для этого даже магия не понадобилась — хватило обычного жабьего рта. Кто же знал, Лексус, что тебя так быстро доведут до беспомощного состояния в темноте и тесноте? — Клайв, заткнись… — едва слышно, сквозь зубы выдавил Лексус. Из-за пошлого подтекста шутки лицо его теперь заливала уже не только бледность от тошноты, но и пунцовая, злая краска глухого раздражения. Если бы не спазмы в желудке, он бы прямо здесь разрядил в старого тактика пару тысяч вольт. — Молчу-молчу, — Клайв примирительно поднял ладони, хотя его ухмылку, кажется, можно было потрогать руками. Он повернулся к Наруто и одобрительно подмигнул ей: — А ты молодец, малая. Уважила старика. Лексуса с детства никто так красиво на место не ставил. Запишу на твой счет. Лаки, всё это время безмолвно сжимавшаяся в комок в паре шагов от них, едва не подавилась собственным дыханием. Ещё недавно у неё поджимались пальцы на ногах от одних только взглядов, которые бросали друг на друга Громовержец и Наруто. А сейчас, наблюдая в полумраке за тем, как «несокрушимый» Лексус судорожно сглатывает тошноту, пока Наруто откровенно издевается над ним в отместку за недавний румянец, Лаки испытала дикий, почти истерический ступор. С одной стороны, ей было до паники жутко, что Громовержец, придя в себя, просто испепелит их всех молниями за то, что они стали свидетелями его позора. С другой — абсурдность ситуации так сильно давила на подкосившиеся нервы, что из её горла вырвался странный, пищащий полувздох-полусмешок. Она зажала рот свободным концом своей вязаной шали, молясь только об одном: чтобы Гамакичи долетел до места назначения раньше, чем Лексус окончательно потеряет остатки своего хвалёного самообладания.

***

Макаров медленно вернулся со двора в зал гильдии. Свечи почти догорели, оставляя после себя лишь длинные мрачные тени на пустых столах. Шпионский шторм, который только что принесла с собой Узумаки, утих, оставив после себя лишь горы неразобранных документов Лахара и коробку с дневниками Лобстеров на полированной столешнице. Старик тяжело опустился на деревянный стул и устало потер переносицу. Информация Наруто ломала все их планы. Пока отряд Лексуса летел в Лесное море Ворта, остальные ребята из гильдии всё ещё находились на точках, пытаясь отыскать фрагменты Часов Бесконечности. Мастер понимал: его дети ушли туда, рассчитывая на обычные поисковые миссии. Они не знали, что против них играет возродившаяся Шестерка, а Легион действует по приказу из самого сердца Собора. Надеяться на чудо было глупо — если в дело вступили Орасион Сейс, его отряды гарантированно вернутся с пустыми руками. В лучшем случае — просто живыми. Макаров бросил долгий взгляд на карту, где треть храмов уже была перечеркнута красным, и тихо, почти про себя, выдохнул в темноту засыпающей гильдии: — Только выдержите это, дети. Все до единого.