Глава сороковая. Смех за кулисами

Туман стелился над улицами, словно полчище привидений. Лондон спал — или делал вид, что спит, чтобы не видеть того, что бродило по его венам этой ночью. Себастьян стоял на крыше, вглядываясь в скользящую по мостовой тень. Ветер трепал подол его чёрного плаща. — Дьявольщина какая, — пробормотал он почти с ленивой ухмылкой. И прыгнул вниз. Гробовщик встретил его с тем самым безумным оскалом, от которого даже у бесстрашных солдат шевелились волосы на затылке. — Ах, как своевременно, — пропел он весело, раскачиваясь на каблуках. — Я уж думал, никто не выйдет на эту маленькую пьесу. Себастьян выпрямился, поправляя перчатки. — Ты слишком громко играешь, старый паяц, — его голос был холоден. — Ты нарушил баланс. — Баланс, говоришь?.. — Гробовщик развернулся, словно в танце. — Но ведь смерть — это тоже часть равновесия, не так ли? Он не дал Себастьяну ответить. Словно выпущенный из катапульты, он метнулся вперёд, и в следующую секунду их лезвия — когти и тонкий клинок — скрестились с лязгом, эхом прокатившимся по пустынным улицам. Их бой был похож на безумный вальс. Гробовщик смеялся — сухо, надрывно, яростно. Себастьян, напротив, молчал, безупречно отражая удары. — Всё ради неё, да? — прошипел он, блокируя выпад, столь же изящный, сколь и смертоносный. — Ради твоей куклы? В ответ Гробовщик оскалился. — Мой маленький секрет, — промурлыкал он. Он ударил сильнее, с каким-то нечеловеческим напором. Лезвия заскрежетали так, что по стенам переулка побежали трещины. Они были почти равны. Почти. Но Себастьян был дьяволом. А Гробовщик был… кем-то другим. — Ты больше не просто наблюдатель, — бросил Себастьян сквозь зубы, оттолкнув Гробовщика назад. — Ты нарушил свою клятву. Гробовщик лишь склонил голову набок, как странная птица. — А может быть, я просто устал смотреть? — его голос был сладок, как яд. — Может быть, я захотел снова играть? И в эту секунду его когти пронеслись так близко к Себастьяну, что тот вынужден был отступить на шаг — редкость, которую тот не позволял себе уже давно. Секунда. Вздох. Пауза. — Мы ещё встретимся, демоник, — с усмешкой прошипел Гробовщик. И исчез в тумане, словно растворившись в сыром воздухе Лондона. Себастьян остался стоять один, стискивая рукоять клинка так крепко, что его костяшки побелели. Он чуть склонил голову. — Очень скоро, — тихо пообещал он. И ночь снова опустилась над городом.