игра продолжается.

Клэр стояла с ножом в руке. Тишина растянулась, как тугая струна, готовая порваться. Никто не двигался. Никто не говорил. Оливер сжимал рану на руке, кровь медленно стекала по его пальцам. Но он всё ещё улыбался. — Наконец-то ты поняла. Клэр не ответила. Она знала, что не может выиграть силой. Но если он хотел игры — она сыграет. — Ты ведь не думал, что я просто буду жертвой, да? — она сделала шаг вперёд, и на этот раз Оливер не остановил её. — Теперь ты знаешь, что я тоже умею ставить шах. Оливер усмехнулся. — Но сможешь ли ты поставить мат? Клэр сжала рукоять ножа. В этот момент кто-то громко рассмеялся. — О боже, какая драма. Зип. Она опёрлась о стену, наблюдая за ними с откровенным развлечением. — Вы двое ведёте себя так, будто вокруг никого больше нет. Клэр бросила на неё быстрый взгляд. Эдвард по-прежнему стоял спокойно, но в его глазах мелькнуло что-то похожее на интерес. Алиса всё ещё держала второй нож, но не двигалась. Энгель... Энгель смотрел прямо на неё. — Что ты хочешь сделать, Клэр? Его голос был ровным, но она слышала беспокойство. Она не знала ответа. Она посмотрела на Оливера. Он всё ещё улыбался, и это злило её больше всего. Ему было не больно. Он не боялся. Он ждал. Ждал, что она сделает следующий ход. Клэр сделала шаг ближе. Теперь они были лицом к лицу. Она подняла нож. И вложила его в руку Оливера. Все замерли. Его пальцы сомкнулись на рукояти. — Хочешь играть — играй. Клэр шагнула назад. — Но ты не выиграешь, если я перестану быть твоей фигурой. Оливер смотрел на неё долго. А потом рассмеялся. Громко. С искренним удовольствием. Клэр чувствовала, как все остальные напряжённо следят за их игрой. Но это уже не имело значения. Потому что в этот момент она осознала страшное. Оливер не хотел победы. Он просто хотел, чтобы игра продолжалась. --- Смех Оливера стих так же внезапно, как начался. Он покрутил нож в руке, наблюдая за Клэр с тем же азартным огоньком в глазах. — Ты правда думаешь, что можешь выйти из игры? — он сделал шаг вперёд, лениво, будто бывалый хищник, не сомневающийся в исходе охоты. — Я знаю, что могу. Клэр сказала это ровным голосом, но её руки дрожали. Не от страха. От напряжения. От осознания, что она снова стоит на грани. Оливер склонил голову набок. — Тогда почему ты всё ещё здесь? Она прикусила губу. Почему? Потому что убегать — это проиграть. Потому что если она сдастся, то перестанет быть собой. Потому что внутри неё что-то хотело видеть, чем всё это закончится. И Оливер знал это. Он сделал ещё один шаг ближе. Теперь между ними было не больше нескольких сантиметров. — Ты ведь понимаешь, что мы одинаковые? Клэр медленно вдохнула. — Нет. — Да. Оливер наклонился чуть ближе, почти касаясь её лица. — Ты любишь это. — Ненавижу. — Значит, ты уже привязана ко мне. Его рука чуть приподнялась, кончиком ножа он провёл по её плечу, оставляя лёгкий след на ткани. Клэр не двинулась. В этот момент кто-то резко оттолкнул Оливера. — Хватит. Энгель. Он встал между ними, тяжело дыша. — Ты перегибаешь, Оливер. Тот медленно выпрямился, убирая нож. — Ты всегда так серьёзен, Энгель. — Иди к чёрту. Клэр моргнула. Она никогда не слышала, чтобы Энгель говорил с Оливером так. Зип хмыкнула. — Ого. Тут что, ещё один претендент на сердце нашей Клэр? Эдвард покачал головой. Алиса молчала. Оливер только усмехнулся. — Не волнуйся, Энгель. Я не причиню ей вреда. Клэр сжала кулаки. — Ты уже причинил. Он посмотрел на неё. — Правда? Она не ответила. Вместо этого она схватила Энгеля за руку. — Пошли. Он не сопротивлялся. Они прошли мимо всех — мимо молчаливого Эдварда, ухмыляющейся Зип, напряжённой Алисы… И мимо Оливера. Он не остановил её. Он просто смотрел. И Клэр знала: Игра ещё не окончена.