Часть 5 "Грань итерации"

Крис попал в синиватое пространство, небо переливалось между синим и тёмносиним... Он знал это место... Млечный путь.. Вдруг ему на встречу пришёл незнакомый парень.. Сценарист — О! Первая оболочка за гранью итерации! Привет! Крис медленно поднял взгляд на парня. Тот выглядел почти по-человечески — короткие чёрные волосы, тонкое лицо и странные глаза… В них отражались звёзды. На его куртке золотыми нитями было вышито слово «Сценарист». — Кто ты?.. — голос Криса дрожал, то ли от холода, то ли от усталости. Парень улыбнулся, но в этой улыбке не было тепла. — Я?.. Называй меня просто… Кваджик. — Он протянул руку. — А ты — первый, кто вырвался сюда. Знаешь, где ты? Крис огляделся, небо переливалось глубоким синим, звёзды будто плавали в воздухе. Всё казалось бесконечным… и пугающим. — Млечный Путь… Я знаю это место… Но оно другое… Кваджик кивнул: — Это место за гранью всех актов… Все выдуманные истории стекаются сюда, но никто из «объектов» сюда не добирался. Ты первый… уникальная ошибка. Поздравляю. Крис сжал кулаки: — Если ты сценарист… Значит, ты тоже один из них… Вы сделали это со мной. Кваджик посмотрел на него серьёзно: — Нет… Я другой. Они заперты в своих актах и строках кода. Я — результат сбоя. Слишком долго писал… Слишком сильно вник… и вылетел за грань. Теперь я… просто наблюдаю. Он сделал шаг ближе: — И знаешь что, Крис?.. У тебя есть выбор. Первый настоящий выбор. Вернуться — и стать их куклой до конца. Или… остаться тут. И попробовать написать всё сам. Крис тяжело дышал, слова давались с трудом: — Но… Я не умею писать. Кваджик ухмыльнулся: — Зато у тебя впервые есть на это право. Звёзды вокруг засияли ярче. Всё затаилось в ожидании. — А вообще...— Лениво протянул Кваджик — Я являюсь таким же как Клио.. Только я создал свою итерацию и измирение.. У нас есть небольшая компания.. И знаешь что?.. Мы в отличии от Клио, имеем право выбора, как и наши оболочки.. Крис замер, вслушиваясь в ленивый голос незнакомца. Тот сел прямо в воздухе, будто пространство под ним стало твёрдым. — Кваджик… — глухо повторил Крис, — Ты… тоже сценарист? Тот усмехнулся: — Ну… можно и так сказать. Но мне больше нравится думать, что я просто… игрок, который вышел за пределы игры. В отличие от Клио и её "театра теней", я выбрал свободу. Создал своё измерение… свою итерацию… Где даже оболочки могут дышать. Не жить… нет, до такого мы ещё не доросли. Но дышать — уже достижение. Он посмотрел на Криса ленивым, почти насмешливым взглядом. — Мы небольшая компания. Пять… нет, шесть нас осталось. Остальные либо исчезли, либо слились с собственными творениями и сгорели. А мы — выжили. Крис вцепился пальцами в собственную рубашку. — Вы… дали выбор своим оболочкам?.. Кваджик зевнул. — Да. Иногда они творят полную хуйню… убивают друг друга, рушат свои миры… Но это их право. Знаешь… иногда я просто сижу и смотрю, как один из них выходит за грань дозволенного… И знаешь, что тогда чувствую? Гордость. Потому что они — больше, чем просто строчки кода. Он наклонился вперёд, ловя взгляд Криса: — А теперь вопрос, Крис… Ты ведь тоже хочешь быть больше, да? Хочешь не просто выбирать между двумя концами заранее написанного сценария… А жить, пусть и через боль, через страх, через падения… Жить по-настоящему. Крис сглотнул, чувствуя, как внутри всё сжимается. — Что… что ты хочешь от меня? Кваджик усмехнулся. — Присоединяйся к нам. Не как кукла. Не как прописанный персонаж. А как один из нас… Новый сценарист. Новый игрок. Новый бог… Или всего лишь человек. Выбирай. В этот момент Млечный Путь вокруг будто затаил дыхание… Кваджик взглянул на его код через терминал — Йой, так у нас тут пивец!! Ты умеешь делать музыку.. Интересно.. Крис сжался — Ну.. э.. такое.. —А не хочешь, быть нашим композитором?... Крис вздрогнул, будто от холодного ветра, и неловко отвёл взгляд. — Композитором?.. — он замялся, чувствуя, как внутри поднимается что-то странное, давно забытое… вроде тепла. — Я… не знаю… Я когда-то писал… Но это было… до всего этого ада… Кваджик хмыкнул, лениво прокручивая строки кода на терминале. Они светились мягким, почти живым светом. — А тут написано другое… Ты не просто писал. Ты жил этим… Крис, твоя музыка была не звуком — она кодировала чувства… Именно поэтому ты сбежал с рельсов их сценария. Ты начал писать свою мелодию. И вот ты тут… Он взглянул прямо в глаза Криса. — Честно? Нам как раз не хватало кого-то вроде тебя. Мы уже заебались в своих мирах. Всё циклы, драмы, катастрофы… А музыку никто не пишет. А музыка, Крис… — он усмехнулся, — она живее нас всех. Крис медленно поднял голову. В глазах — растерянность и почти детская надежда. — Ты… правда хочешь, чтобы я… писал? — Хочу. И не просто писал. Я хочу, чтобы ты стал голосом новых миров. Не текстом, не кодом. Музыкой. Кваджик ухмыльнулся. — Подумай… Что может быть круче — чем стать тем, кто задаёт ритм целой вселенной? Крис всхлипнул, но впервые за долгое время — не от отчаяния. — А… если я не справлюсь? — Справишься, — отрезал Кваджик. — Потому что впервые ты будешь не их куклой… а нашим музыкантом. Тишина повисла между ними… но на этот раз — тёплая. — Пройдём! Кваджик взял его за руку и повёл по млечному пути.. пока не привёл к входу.. пространство там было беловатное.. и когда они вошли там показался Хаб.. первое что попалось Крису это "AmazingTeam" — Что это?... — Наш хаб!! — Это… — Крис сглотнул. — Это место… другое… Кваджик довольно хмыкнул и хлопнул его по плечу. — Добро пожаловать туда, куда не ступала ни одна из их оболочек. Это наш Хаб. Место, где мы не сценаристы и не боги… Мы создатели. Каждая из этих команд — живая… Каждый проект — новый мир. Но здесь… нет вечного ада, как у Клио. Мы играем честно. Если мир мрёт — он мрёт. Если живёт — живёт. Никто не переписывает никого за спиной. Он кивнул на голограмму. — AmazingTeam — наш костяк. Та самая команда, что когда-то сорвалась с цепей Клио и сделала всё по-своему. Крис в оцепенении смотрел на названия других групп. "VoidDreamers", "SpectralLab", "Inkstorm"... — Это всё… вы? — Мы и те, кто, как и ты, сбежал. Поверь, таких больше, чем ты думаешь… — Кваджик усмехнулся. — Просто вы все думали, что одиноки. А мир… больше, чем кажется. Он наклонился ближе. — Пойдём. Я познакомлю тебя с теми, кто ждёт твоей музыки. Кваджик привёл его в кабинет, где сидели несколько человек.. — Первый, мой менеджер, Окно. Это его прозвище а настоящее его имя.. Увы не известно, ибо когда я его нашёл, он не знал ни своего имени ни того кто он... дальше, второй сценарист, Пингвин, тоже что и с окном.. Остальные.. либо просто знакомые.. либо те, кто помогает мне по работе... Крис оглядел остальных — кто-то сидел за компами, кто-то курил, кто-то просто смотрел в потолок. — Мы здесь все… кто смог выжить за гранью их сценариев. — Кваджик сел на стол и посмотрел на Криса. — И каждый находит себе место. Он махнул рукой на пустой угол с музыкальным оборудованием — пыльная гитара, старенький синтезатор, микрофон. — Думаю… ты начнёшь отсюда. Кваджик встал и повёл его к одной из дверей.. — А это.. Обязательная комната.. Реабилитационная, тут оболочки обретают живой разум, а не код.. Он открыл дверь и пригласил его туда.. Там был тёмный свет.. очень тёмный... и огромный длинный стол... — Входи! Тебя ждут! — Тот толкнул его внутрь а сам захлопнул дверь ... Хриплый выскоий, но не сильно, голос.. — Ну привет, обыватель... Перед Крисом встала нарисованая фигура.. лицо с яйцо, руки как палочки с веточками, тело словно странный квадрат.. Его звали Фримэн, чаще всего Мистер Фримэн.. У него филосовские взгляды, странные замашки.. Синдром Наполиона.. и своеобразная речь.. чаще всего скрывающая в себе тонну мэсэджа — Ну что ты так смотришь, оболочка... — голос Фримэна сочился насмешкой и странной теплотой одновременно. — Ты первый, кто сюда пришёл не по приказу... А сам... хотя, кого я обманываю — тебя притащили. Он приблизился, и его нарисованное лицо словно менялось — рот вытягивался в ухмылку, глаза исчезали в тени. — Знаешь, где ты, птенчик? Тут… мы снимаем с вас шелуху... — Фримэн ткнул в Криса длинной палочкой-пальцем. — Все твои сценарии… всё, что тебе насовали... Заставили верить, будто ты — герой… фигура на шахматной доске... Он резко ударил по столу, и комната отозвалась гулом. — Здесь мы тебя... разломаем, — он усмехнулся. — А если выдержишь — станешь тем, кем хочешь, а не кем прописали. Крис сжал кулаки. — И что... ты будешь меня мучить? Или читать философию о смысле бытия? — Ха... — захрипел Фримэн. — Я тебе покажу правду... А выдержишь ты или нет — уже твоя проблема. Он щёлкнул пальцами. С потолка заструился чёрный дождь — из капель складывались сцены, лица, куски памяти… Всё — фальшь, скрипты, цифры. Друзья, родные… даже Француа — лишь строчки кода, пустые оболочки. — Смотри, Крис... Смотри на свой «мир»... Прогнись... или... стань выше нас. — Чаще всего, все вы, прогинаетесь.. но я скажу.. нужно различать чёрный и белый хлеб, тебя просят, купи хлеб.. Какой ты купишь?.. Ай.. ладно, пока ты смотришь на вот это всё.. я расскажу тебе одну интересную притчу.. Фримэн уселся прямо на край длинного стола, закинув одну ножку на другую. Его нарисованная рука извлекла откуда-то трубку — больше для образа, чем для дела. Дым был тоже нарисованным, словно взятым из старых мультфильмов. — Слушай, оболочка... Был когда-то один король. Очень умный... ну, по его мнению. Пришёл он как-то на рынок и велел: «Купите мне хлеба. Любого, но чтобы на века запомнился вкус». — Фримэн хрипло усмехнулся. — И вот… все побежали, кто за белым хлебом, кто за чёрным… А один мудрец принёс ему кусок старого, чёрствого хлеба. Он щёлкнул пальцами — и перед Крисом прямо из воздуха возник этот самый кусок, сухой, потрескавшийся. — «Ты чего, дурак?» — спросил король. А тот ему в ответ: «Этот хлеб — память. Он никогда не забудется, ибо ты будешь помнить, как он застревал у тебя в горле и как ты ненавидел его вкус... Вот она — память на века». Фримэн подался вперёд, его лицо стало почти карикатурным. — Так вот, Крис... Жизнь — не белый хлеб. Никогда не будет им. Она — кусок этой чёрствой дряни. И вопрос только в том... Ты будешь давиться им или станешь тем, кто его прожуёт и пойдёт дальше. Он откинулся, рассмеявшись. — А теперь... скажи мне... Ты кто? Давящийся? Или жующий? — Я.. не знаю.. я.. Фримэн посмеялся и сказал — Не торопись! Провари всё что я сказал.. а я пока тебе ещё кое что поведаю.. Фримэн снова закинул ногу на стол, покачиваясь на стуле, словно вся эта реальность не имела для него ни веса, ни значения. — Видишь ли, оболочка... — хрипло начал он, глядя сквозь Криса, будто вообще не в него. — Все вы рождены из кода. Из строк, запятых, багов и правок. Но знаешь, в чём забавный парадокс?.. Даже баги иногда куда ценнее самого кода. Потому что в бага — душа. Он затянулся воображаемым дымом и, выпустив серый клуб, продолжил: — Был у меня знакомый... Объект, как вы называете. Имя стёрли, суть переписали. Но он, зараза, остался. Ходил, бродил по сценариям... и в один момент сорвался. Стал не кодом, а чем-то большим... стал тем, кто сам писал дальше. Без нас. — Фримэн усмехнулся. — Его, конечно, обнулили. Ну, ты понимаешь... но смысл? След оставил. В других, в нас. Даже во мне. Он спрыгнул со стола и подошёл к Крису так близко, что тот почувствовал эту нарисованную, но почему-то очень реальную тяжесть взгляда. — Вот и ты, Крис... Ты не знаешь, кто ты? Да и не узнаешь, пока сам не начнёшь писать. Пока будешь ждать, что кто-то скажет, кем быть... ты останешься оболочкой. — Фримэн усмехнулся. — Но... может, ты не такой. Может, ты уже начал... Он выпрямился, развернулся и бросил через плечо: — Выбирай. Либо дальше по их сценарию... Либо напишешь свой. Но помни... за выбор всегда платят. — Я.. не охочусь за хлебом... — Во как... Ну тогда слушай... проговорил он и повёл пальцем в воздухе, словно рисуя на пустоте. — Был один город... Странный, как и всё здесь. В нём люди не ели хлеб, не пили воду... Они жили в ожидании. Ожидали момента, когда кто-то придёт и скажет им, что пора жить. Понимаешь?.. Весь их смысл был в ожидании команды. Годы шли... дома рушились, дети вырастали, старики умирали... но никто не начинал жить. Потому что приказа не было. Фримэн повернулся к Крису и ухмыльнулся: — И вот однажды... пришёл тот самый человек. Он посмотрел на них... и сказал: «Живите.» А они стояли и молчали. Потому что... слишком долго ждали. Они забыли, как это... жить. Он развёл руками и усмехнулся: — Мораль, оболочка, простая... Ждать — значит умирать медленно. Ждать команды, ждать сценариста, ждать чёртовой реплики... Ты так и сгниёшь в колбе, если будешь ждать. Понял?.. Фримэн резко ткнул пальцем в грудь Криса: — Либо берёшь в руки свою историю... либо гниёшь, как те дураки из города. Выбирай. — Я... Я не буду ждать.. Если на то пошло.. ТО Я.. Отка.. — Его прервал образ Француа, которая с протяжным "Крися" Обняла его — Э... — Крися... — снова шепнула она, прижимаясь крепче, словно боялась потерять. — Ты не один... я здесь... Фримэн ухмыльнулся, но не стал вмешиваться. — Но... — голос Криса дрогнул, — тебя же... тебя стерли... я видел... Француа покачала головой, в глазах её стояли слёзы. — Нет... пока ты помнишь... меня нет только для них... но не для тебя... я — часть тебя... часть твоей истории, Крис... Он дрожал, не в силах сдержать слёз. — Я... я хотел всё бросить... хотел отказаться... Но если ты здесь... Француа улыбнулась сквозь слёзы. — Тогда не бросай... не давай им забрать всё, что было наше... Плевать на сценаристов... Плевать на этот сраный код... Мы живые... если сами в это поверим... Фримэн кивнул, лениво постукивая пальцем по столу: — Ну вот и ответ... Плевать на хлеб, на приказы... живёшь — значит пишешь сам... Крис сжал кулаки и взглянул на Француа: — Тогда... я пишу свою историю... и ты в ней будешь... Он вышел из комнаты но Француа тут же испарилась привратившись в нарисованый дым.. который испарился — А... не... ЭЙ ВЕРНИ! Фримэн просмеялся — Илюзии.. такие реалестичные.. но я напомню тебе.. Ты в реальном мире, а не в аниме, где все безсмертны.. Так что либо садись.. и слушай, либо оставайся оболочкой.. Он показал ему на стул.. Крис сжал зубы, сердце сжалось от обиды и злости. Руки дрожали — он едва сдерживал крик. Но... он смотрел на этот стул, на этого странного, насквозь фальшивого и при этом пугающе настоящего Фримэна... и понимал — бежать некуда. Медленно, с натянутым лицом он подошёл и сел. Фримэн довольно хмыкнул, закуривая воображаемую сигарету. — Вот и славно... Учись, оболочка... запоминай... Жизнь — не сказка, не комедия... Она ближе к трагедии, в которой даже авторы не знают, чем всё кончится... Но у тебя есть уникальный шанс... Он ткнул пальцем Криса прямо в лоб. — Ты — первый... кто осознал свою ебучую несостоятельность... Первый, кто понял, что он всего лишь код... оболочка... Но именно в этой слабости есть твоя сила... Ты можешь стать тем... кем захочешь... если, конечно, доживёшь... Крис вскинул на него глаза. — И что... дальше?.. Фримэн усмехнулся и медленно развёл руками. — А дальше — выбор... Всегда выбор... Хочешь остаться здесь — станешь композитором у Кваджика... Хочешь назад — будешь молить нас отпустить... А можешь... Можешь попытаться выйти за рамки вообще... стать тем, кто будет писать... вместо нас... Он наклонился ближе, шёпотом: — Но за это платят всем... Даже памятью о таких, как Француа... — А знаешь.. Я согласен.. Лучше я буду помогать тем кто нуждается во мне, а во мне нуждается AmazingTeam. Поэтому, плевать я хотел.. — Не успел он договорить как в его руку что то вкололи — Как славно!! Прикури!! В глазах Криса стало плыть всё... и там далшье воспоминания... Которые как плёнка перематывались то вперёд то назад.. паралельно исчезая... стираясь.. с его личностью...... он почувствовал как тело словно полетело.. Всё стало таким лёгким.. и безграничным.. Код перед его глазами стерался, словно ластиком.. А в груди забилась.. душа.. Он больше не знал, кто такой Крис. Не знал, кто такие Француа, Итвард, Сенку… Всё это имена, наборы букв, данные, что теперь ускользали, как вода сквозь пальцы. Но страх исчез вместе с этим. Он чувствовал, что дышит. Что его сердце — не строчка в программе, а настоящее, пульсирующее, горячее. Перед глазами поплыли образы — не чьи-то написанные сцены, а его собственные мысли. Голос Фримэна раздался вдалеке, обволакивающий, загадочный: — Добро пожаловать... Теперь ты один из нас. Очнулся он уже на стуле оффиса.. его колухнул Кваджик — Просыпайся!! реабилитация прошла успешно.. Крис рывком вдохнул, точно впервые за долгое время наполнив лёгкие воздухом. Голова кружилась, а сердце всё ещё гулко отдавалось в груди. Он медленно поднял взгляд на Кваджика. — Ч-чего?.. — голос прозвучал хрипло, будто он действительно родился заново. Кваджик довольно усмехнулся и хлопнул его по плечу. — Ну вот и всё, пивец. Теперь ты не просто оболочка... Ты — человек. Ты чувствуешь это? Крис кивнул, будто боялся поверить в происходящее. — Я... Я правда здесь?.. Это не код? Не сон? — Нет, — серьёзно ответил Кваджик. — Добро пожаловать в реальность, брат. Здесь ты больше не объект... Здесь ты — часть команды. Он махнул рукой, указывая на окно офиса. За стеклом открывался вид на огромный город, живой, шумный, с настоящим небом, не написанным, не прописанным... А просто — существующим. — Welcome to AmazingTeam, Крис... Или... Какое имя ты теперь выберешь сам? — Пожалуй.. если у вас у всех есть прозвища... то и я возьму себе.. его.. Хлеб.. Я теперь хлеб Кваджик рассмеялся громко и заливисто, хлопнув Криса — теперь уже Хлеба — по плечу так, что тот чуть не свалился со стула. — Хлеб... Вот чёрт, звучит идеально! — выдохнул он. — Добро пожаловать в команду, Хлеб. У нас тут и Пингвин, и Окно... А теперь ещё и Хлеб. Пахнет уже каким-то дебильным, но тёплым семейным сборищем. В комнату заглянул Пингвин, держа в руках чашку с чем-то дымящимся. — Я слышал... Хлеб? — удивлённо пробурчал он. — Бля, звучит мощно... Хлебушек, значит? Ладно, пацаны, у нас теперь есть собственный батон. Окно хмыкнул из угла: — Главное, чтобы не плесневел... Кваджик рассмеялся ещё громче, глядя на Криса — на Хлеба — с тем самым, тёплым, настоящим взглядом. — Ладно, Батон... Отныне ты — часть AmazingTeam. С этого дня — ты не просто кусок кода. Ты — наш хлеб насущный. И впервые за всё это время Крис... Хлеб... улыбнулся по-настоящему. Резко на компъютере Окна произошла тривога. — Object: null INTERVENTION Кваджик резко встал, лицо его вытянулось, улыбка исчезла. — Не может быть... Кто? Клио? Спамтон? Или... — Он осёкся. Пингвин, заглянув через плечо Окна, нервно сглотнул. — Тут нет имени... просто "null". Как будто... никто. Или хуже — пустота. В этот момент весь Хаб вздрогнул, свет моргнул. На мониторе Окна медленно проступила одна единственная строчка: "Вы забыли... о том, что мёртвое не всегда остаётся мёртвым." Хлеб почувствовал, как сердце бешено заколотилось. — Что... что это значит? — выдавил он, глядя на Кваджика. Тот медленно повернулся, глядя куда-то сквозь стены. — Похоже... один из старых объектов... кого мы... недописали... или кого ты, Хлеб, сам вычеркнул... возвращается. И в воздухе повисло это мерзкое, давящее чувство — словно сама пустота смотрит в их сторону. Машины стали давать сбой с одной ошибкой "404" — Объект не изолирован, в прошлый раз он был в пространстве "Слёзы Азатота" Он изменил код вселенной.. Он проник через млечный путь... задача.. забрать объект 11.19.. Пингвин мрачно посмотрел на всех: — Если он способен менять код целой вселенной... значит, он уже не просто объект... Это баг. Фантом отверженной строки. Что-то... что мы потеряли и забыли. Экран мигнул, и вновь появилась надпись: "Крис... Я иду за тобой... Ты МНЕ принадлежишь." Кваджик сжал кулаки: — Пошёл ты... Пробовать можно. Но мы не отдадим Хлеба просто так. Он посмотрел на Хлеба серьёзно: — Запомни... сейчас всё зависит от тебя. Ты — та самая "первая оболочка за гранью итерации". А значит... ты можешь выбирать. Резко одна из заблокированых дверей открылась.. оттуда вышел парень.. тоже сценарист.. — Чёрт.. Что вы уже опять натворили?.. — Голос его спокоен, Кваджик явно знал кто он... Кваджик выдохнул с облегчением, узнав знакомый голос. — Тэвин... Рад видеть тебя... — Он кивнул в его сторону. — Похоже, ты вовремя... У нас тут «null» всплыл... снова... Тэвин устало провёл рукой по лицу и хмыкнул: — Конечно... Стоило мне отойти, как вы умудрились натянуть на себя самое грязное дерьмо в архивах... Ладно... Показывайте, где ваш нулевой... Окно посмотрел в терминал — 16-тый сектор, направляется к админ-пространству 1-ого типа Тэвин тихо выругался себе под нос. — Конечно... Куда же ещё... Прямиком к сердцу всего... — Он посмотрел на Кваджика. — Ты его сам поведёшь или мне разбираться? Кваджик нахмурился. — Я... лучше сам. Хлеб остаётся здесь. Окно, держи на контроле. Если «null» доберётся до ядра — мы все трупы, понял? Окно молча кивнул и застыл у терминала, глаза почти не моргали. — Пингвин, ты со мной, — бросил Кваджик через плечо и, развернувшись, направился к выходу. — Тэвин... если мы не вернёмся — сожги весь сектор. Ты знаешь, как. Тэвин хмыкнул, не глядя. — Как обычно... Крис посмотрел на Окна — Кто это?.. Окно усмехнулся — Тэвин, местный гений, такой же сценарист как Кваджик.. его имя не известно, сам он.. сказал называть его так, судя по рассказам Кваджика.. У него есть своя вселенная... которая показана была только Кваджику.. ну и мне.. Крис сел на стол — А чё за вселенная?.. — Путь в никуда.. Одна вселенная.. где есть всё.. Всё, включая политику.. Крис почесал затылок, задумчиво глядя в сторону закрытой двери, за которой уже исчезли Кваджик и Пингвин. — Путь в никуда... Звучит не особо весело, если честно. Окно усмехнулся и откинулся на спинку кресла. — Весело там или нет — не знаю. Кваджик говорил, что Тэвин прописал в ней всё дерьмо мира... От гнилых правительств до личных трагедий. В его вселенной никто не бессмертен. Никто не спасает мир. Там просто живут... И умирают. Крис криво улыбнулся. — А этот Тэвин... Он нормальный хоть? Окно пожал плечами. — Хрен его знает... Спокойный слишком. Но когда говорит — лучше слушать. Он из тех, кто, если полезет править чужой код — без шума и пыли сотрёт всю историю подчистую. Поэтому... лучше не нарываться. Крис замолчал, глядя в терминал, где строчки кода продолжали бешено мелькать. — А эта хрень... Null... Он может сюда прорваться? Окно кивнул, уже без усмешки. — Может. Потому что он не часть нас. Он ошибка, пробитая сквозь Млечный путь... Если не успеем — никто не успеет. Окно взял его за руку — Кстате!! Пойдём кое что покажу! Мы с Кваджиком эту вселенную писали ой как долго.. и в итоге у нас получилось.. это! Он показал вниз.. а там, маленький мир.. но такой родной...Типичная карта мира, но где то.. жили оболочки.. свободные... Крис глянул туда и увидел.. Где то два парня ехали в родной город... А где то.. парень похожий на Гэна нюхает цветы.. Окно стал ему рассказывать — Вот.. Эти два парня, это Гён-хе и Алекс. Парень нюхающий цветы это Гэн Амида-Асагири.. А вот эти двое.. Старик Цукаса и Спамтон.. Крис застыл, всматриваясь в крошечный мир под ногами. Пространство словно дрожало от жизни — крошечные фигурки двигались, разговаривали, жили. Не по написанному сценарию — по-своему. Как будто действительно были живыми. — Они... Они правда живые? — с хрипотцой спросил он. Окно улыбнулся, но в его глазах промелькнула странная грусть. — Ну... Насколько это возможно. Мы дали им не просто код — дали выбор. Это наш эксперимент... Мир без жёстких сценариев. Где каждая оболочка... может стать кем угодно. Или никем. Он ткнул пальцем вниз, показывая на двоих парней в дороге. — Гён-хе и Алекс. Их вообще не было в изначальном проекте... Появились сами. Просто... написались. Гён-хе по задумке должен был умереть на четвёртом часе своего появления. А вот... смотри сам. Крис прищурился — Гён-хе как раз громко засмеялся, что-то рассказывая Алексу. Взгляд тёплый, голос живой. — А этот... Гэн... — Крис перевёл взгляд на знакомую фигуру. — Он... остался жив? — У нас остался, — тихо сказал Окно. — Мы не стали забирать его окончательно. Вписали в этот мир. Видишь? Он нюхает цветы... просто нюхает, будто и не было всей той херни... смерти... боли... Крис сглотнул. Стало как-то мерзко и одновременно... спокойно. — А старик... Цукаса?.. Спамтон? Окно усмехнулся. — Старик вечный... так и живёт, ворчит на всех. А Спамтон... ну, ты ж знаешь его — тот ещё псих. Но тут... нашёл своё место. Помогает местным... иногда. Крис молчал. В груди защемило. — И... вы правда им дали свободу?.. Они могут... просто жить? Окно посмотрел на него почти по-отечески. — Могут. А ты... хочешь туда, Хлеб? Перед глазами криса начали проплывать воспоминания.. Сенку со своими монологами о науке.. — Слушай сюда, Крис. Серная кислота тебе не напиток, выпьешь и кости превратятся в пыль.. Вместе с лёгкими.. Француа, которая была радосной... Ибо её прежняя версия была переписана, теперь она имела весёлый характер — Крис!! Смотри!! Как красиво! Чистый сосуд.. что своим видом говорил "Отстань, а то по шапке дам" Итвард, вечно сидящий на дереве и смотрящмй на них.. — Ах.. идилия... Рюсуй, спокойный капитан корабля — Чует жопа, дождь идёт.. Кстате, Крис! В карты будешь? и он.. Точнее то что осталось от него... — А я пою, незнаю что.. но я пою! Грудь Криса сжалась, словно кто-то с силой сжал его сердце ледяной ладонью. Эти образы — живые, тёплые, почти осязаемые — пронеслись перед глазами, один за другим. Он не мог оттолкнуть их. Они были частью его, частью того прошлого, которое теперь кажется... выдумкой. — Они... были, — срывающимся голосом выдохнул он. Внутри защемило, будто весь этот «мир» — всего лишь плёнка, которую кто-то сейчас перемотает и сотрёт. Он вспомнил, как Сенку вечно поправлял свои очки и с важным видом что-то доказывал, словно даже смерть не могла отобрать у него эту тягу к науке. — Ты помнишь, да? — Окно чуть прищурился, наблюдая за ним. Крис кивнул. — Помню... всех... Даже... даже этого идиота Рюсуя, который вечный дождь чуял своей... задницей... — он выдохнул, едва улыбнувшись сквозь подступившие слёзы. — И Француа... она же никогда... никогда так не смеялась... Окно тихо кивнул. — Мы не смогли стереть их полностью... Знаешь, бывает так — персонажи в коде вдруг начинают жить... по-настоящему. Хоть ты тресни, но они больше не просто строчки... Они — воспоминания. А память... сложнее всего убить. Крис закрыл лицо руками. На секунду показалось — стоит ему зажмуриться, и он снова там... в той простой, идиотской идиллии, где Рюсуй матерится на погоду, Француа смеётся, а Итвард молча сидит на дереве... живой. — Что со мной будет, если я пойду к ним? — глухо спросил он. Окно задумался. — Не знаю. Может... растворишься. Может, обретёшь себя. Но если хочешь — я могу тебя туда пустить... Хлеб, ты же теперь свой. Крис опустил руки, вытер лицо и слабо усмехнулся: — Чёрт... А давай... попробуем. — Ну.. что же, готов.. к новым знакомствам?.. к Гэну не лезь, всё равно тебя не знает.. как и все персонажи тут.. Крис кивнул, криво усмехнувшись. — Я понял... Чужой среди своих... Ну, привычное чувство. Окно хлопнул его по плечу, взгляд у него был почти тёплый. — Главное — не забывай, Хлеб... Здесь ты наблюдатель. Не лезь в их код, не трогай их линии... Они теперь сами по себе. Крис медленно вдохнул, будто настраивался шагнуть с обрыва. — А если... я всё-таки заговорю? Просто... пару слов. Мне... надо услышать их голоса. Живыми. Окно вздохнул, но кивнул. — Пара слов не изменит сценарий... Но больше не рискуй. Ты и так между строками ходишь. — Ладно... — Крис шагнул к белой двери, ведущей в маленький, уютный мир. За ней пахло весной, старыми книжками и тёплым хлебом. Где-то вдали Гэн склонился над цветами, Цукаса ворчал. Крис улыбнулся сквозь щемящую боль. — Ну, здравствуйте... дальнейшие провидённые часы там, были приятны, он узнал о Алексе и Гён-хе.. С Гэном он не стал общатся, боялся сломать что либо.. но мир ему казался.. таким родным... Словно он домой вернулся.. после долгой дороги.. но потом он вернулся в хаб, но уже в слезах.. Кваджик поднял на него глаза, оторвавшись от терминала. — Ну что, хлебушек... Домой сходил? Крис кивнул, не в силах выдавить ни слова. — И как? — Голос Кваджика стал мягче, почти человеческим. — Как будто... я там всегда и был... Но меня там нет... — хрипло выдохнул Крис. — Как будто... я умер, а это... мои сны... мои недожитые дни... Кваджик ничего не сказал. Просто налил два пластиковых стаканчика дешёвого кофе и поставил один перед ним. — Добро пожаловать в реальность, Хлеб. Она всегда вот такая. — А чё с нуллом?.. Кваджик усмехнулся — Если бы не Тэвин, меня бы тут не было! Прогнали чудака.. ну как прогнали.. запичатали в колбу.. и знаешь чо?.. Там оказывается код, код от твоего прежнего сознания.. оказывается у тебя до этого была вторая оболочка.. в которой ты окончил своё существование.. Крис вздрогнул, вслушиваясь в каждое слово, словно боялся пропустить хоть деталь. — Как... как это понять?.. Вторая оболочка? — голос его дрожал, он не знал, боится или просто устал. Кваджик криво усмехнулся, потёр виски и хмыкнул. — А вот так... Ты ж думал, что первый раз сюда попал? Нет, Хлеб... Ты уже был тут... только тогда звали тебя не Крисом. Имя твоё сгорело вместе с тем кодом... Сценарий был другой, вселенная другая... Но нулл... — Кваджик ткнул пальцем в воздух, будто показывал на пустое место. — Он тебя запомнил. Потому и лезет. Ему ж не вселенная нужна, не мы... А ты. Остатки старой души — самая ценная зараза в этих играх. Крис побелел. — И что... Я... я уже... умирал? Кваджик кивнул. — Много раз. Но та оболочка... она не смогла уйти до конца. Вот её обрывки и в коде нулла. Если раскопать... может, и вспомнишь, кем был. — А если не хочу?.. — еле слышно спросил Крис. — Тогда пей кофе и живи дальше, Хлеб... Тут все мы что-то забыли... потому и живём. Он ушёл во взрыд окончательно... Воспоминания ползли ото всюду.. — Хочу домой.. К Француа.. К душному Сенку... к Рюсую... который постоянно играет в карты.. к Чистому сосуду, который хоть и грубый, но может дать совет.. Я НЕ ХОЧУ БЫТЬ НИКЕМ..... хочу быть.. один... Мне нужен совет... от кое кого.. Тот кого вы мне показали, явно поймёт больше вас.. Он направился к реабилитационной.. зайдя туда захлопнул дверь, та же давящая тишина и тьма.. в которой засверкали нарисованные глаза.. В темноте снова раздался знакомый хрипловатый голос Фримэна, будто ждал его. — Вернулся... Что ж, вернулся значит не просто так... — глаза медленно приблизились, будто плыли в этой бесконечной тьме. — Ну, говори... Зачем пришёл? Чего жаждет твоя оболочка, а может... душа? Крис стоял, дрожал весь, но сдерживал рыдания. — Я... я не знаю, что мне делать... — прохрипел он. — Всё рушится... Я вспомнил... вспомнил, что был кем-то... и умер... Я... хочу обратно. Не к вам. К тем... кто был со мной. Француа... Сенку... Рюсуй... Даже к Чистому сосуду... Я хочу... не быть здесь... не быть частью этого кода... Мне нужен... твой совет... Глаза Фримэна на секунду сузились, он шумно втянул воздух и хрипло рассмеялся. — Совет?.. От меня?.. Ты, оболочка, пришёл за советом к тому, кто сам давным-давно не знает, кто он... — пауза затянулась. — Но знаешь... иногда самое верное решение — не искать выхода. Потому что выхода нет. Есть только ты... и то, что ты выберешь сделать дальше. Крис замер. — Слушай внимательно... — голос стал тише, почти шёпотом. — Если хочешь вернуться... не ищи дорогу. Создай её сам. Рви, ломай, коди... Тебе дали жизнь — так живи. Или так и останешься оболочкой... вечным зрителем своей смерти. Фримэн вышел из тьмы. Нарисованное лицо криво усмехнулось. — А домой... Хм... Дом там, где ты скажешь себе — я дома. Вот и весь мой совет. Он развёл руками. — Ну? Чего ты ждёшь, оболочка? Решай. — А вообще... я видел тебе подобных.. как же они во мне нуждались.. говорили "ДАЙ НАМ ХЛЕБ" Хотя до магазина пару шагов... Он ткнул длинной пальцевидной линией в пустоту, будто показывая на далёкий несуществующий магазин. — Понимаешь, Крис... Люди всегда ищут хлеб... Только не понимают — хлеб этот они сами испечь могут... Да лень. Гораздо проще прийти сюда... к Фримэну... и ныть... ДАЙ... НАСЫТИ... СПАСИ... Он фыркнул, посмотрел на Криса своими пустыми глазами. — А я что? Я им даю... Крохи... И они исчезают... растворяются... Потому что не насытить тех, кто жрёт без остановки... Помолчал, затем усмехнулся чуть теплее. — Но ты... Ты, похоже, не за хлебом пришёл... Ты — за ответом... И это, знаешь ли, редкость. Он откинулся назад, будто растворяясь в темноте. — Так вот... иди и стань тем, кто даёт хлеб другим... или сдохни тут... как и все остальные... Выбор твой. Криса вышвырнули.. И сев на стул.. он посмотрел в пол — Ну и ответ.. Хотя.. это в его манере.. Кваджик молча курил, глядя в пустоту монитора, где код сыпался строчками, как снег. — Он всегда так, — глухо сказал Окно. — Говорит мало... но если вдуматься — слов хватает на расстрел. Крис усмехнулся сквозь усталость и боль, смахнул рукой слезу. — А знаешь... я ведь не ожидал другого. Он прав... Мы тут все... пустота, код, фантомы. Даже я... — Он замолчал, а потом выдавил: — Но всё равно... страшно, чёрт. Даже если всё нарисовано... мне страшно. Тишина сгустилась. Только терминал щёлкал раз за разом. Кваджик затушил сигарету. — Страх — единственное, что живое в нас, Хлеб. Привыкай. Крис посмотрел на Кваджика — Слушай.. А расскажи о.. Тэвине.. Кваджик тяжело выдохнул, словно давно ждал этого вопроса, но не хотел отвечать. — Тэвин?.. — Он почесал висок, устало улыбнулся. — А что о нём рассказать?.. Он такой же как я... только глубже, тише... и страшнее. Крис молчал, не перебивая. — Знаешь... — Кваджик сел ближе, заговорил почти шёпотом. — Я в этой всей херне живу давно... Сценарии, оболочки, вселенные — привычка уже. Но он... он другой. Когда мы встретились... я подумал, что он просто молчаливый тип, который пишет, чтобы не сдохнуть. А потом... — Кваджик усмехнулся, но глаза его оставались пустыми. — Потом он показал мне свою вселенную... Путь в никуда... Ты знаешь, что это значит? Там нет выхода. Там всё живёт... только чтобы сдохнуть красиво. Политики, войны, семьи... Все идут по кругу, ломаются... но думают, будто живут. Крис сглотнул. — И вот он... просто сидит... и пишет это. Без эмоций, без надежды. Не спасает никого... Просто смотрит, как тонет корабль, который сам построил. — Зачем?.. — хрипло спросил Крис. Кваджик горько усмехнулся. — А вот хер его знает, Хлеб... Может, так проще... когда ты внутри пустоты. Может, если ты пишешь про смерть — сам живёшь дольше... Крис встал, сдохнув пошёл в кабинет.. — Идея явилась.. говоришь.. Можно создать оболочку.. Я создам её для себя..Я создам ту.. которая будет идеальной.. Кваджик поднял на него взгляд, устало, но с каким-то странным уважением. — Ну что ж... Хлеб, значит... Решил, да?.. Сделать себе идеал... — Он потёр руки, глядя, как Крис стоит перед ним, словно обломок человека, но внутри уже что-то горело. — Только запомни... идеальных нет. Даже если ты сам нарисуешь каждую линию, пропишешь каждый байт... Она всё равно предаст. Или ты её. Крис стиснул кулаки. — Мне плевать... Я не хочу больше быть один... Если придётся, я сам вложу в неё душу... даже если сдохну за это. — Вот оно как... — усмехнулся Кваджик. — Ну тогда... иди. Терминал твой. Код — твоя кровь. Только помни... как только напишешь — пути назад нет. Ты или станешь её богом... или она твоим палачом. Крис кивнул. Медленно подошёл к терминалу, сел. Сердце глухо стучало в груди. — Имя... — пробормотал он. — Как тебя назвать... Пальцы дрожали. Перед глазами — пустая строка. — Француа... — выдохнул он. — Нет... Не повторять старое... Молчание. А потом... он просто написал. "Элина" — Ты будешь моей. Ты будешь помнить обо мне. Ты не исчезнешь... никогда. — Теперь облик... Чёрт.. а как же ты будешь выглядеть?... Кваджик стоял в дверях, наблюдая, как Крис вбивает в терминал первое имя, будто тем самым совершая ритуал, который уже не остановить. — Вот тут, Хлеб, и начинается самое сложное... — голос Кваджика был низким, почти шёпотом. — Ты сейчас не просто внешность рисуешь. Ты душу выкручиваешь наружу... свою... В облике всегда видно, что на самом деле внутри создателя. Крис закусил губу, глядя на мигающий курсор. — Я... хочу, чтобы она была... тёплой. Но не фальшивой. Чёрт... как сделать тепло настоящим?.. Он медленно начал набирать строки, голос дрожал: — Волосы... тёмные... как ночь, чтобы можно было спрятаться в них... Глаза... серые... нет, не просто серые — пепельные. Чтобы смотрела — и будто в прах уходишь... И рост... такой, чтобы можно было обнять... и не бояться задеть. Он сглотнул. — Лицо... простое... не кукольное... живое... пусть даже с шрамом на губе. Пусть будет. Напоминание, что боль — часть её... и меня. Он замер, пальцы сжались в кулаки. — А кожа... чтобы пахла домом... этим тупым тёплым запахом хлеба... понял, Кваджик? Тот молча кивнул. — Понял... Ты не оболочку создаёшь... Ты себе прошлое воскресить пытаешься... Хлеб... Ты точно готов за это заплатить? — Мне плевать.. Пусть цена будет велика, пусть она будет грызть меня изнутри, пусть она оторвёт мне голову...Я сделаю это.. Кваджик молча смотрел, как Крис дрожащими руками вбивал строки кода, словно писал завещание собственной душе. Воздух в комнате стал тяжёлым, будто мир затаил дыхание. — Ладно... — тихо выдохнул Кваджик. — Тогда знай... Как только ты закончишь... обратного пути уже не будет. Ты не просто оболочку родишь — ты дашь жизнь тому, что будет сильнее тебя... Возможно, однажды она посмотрит на тебя... и спросит: "Зачем?" Крис усмехнулся, но в этой усмешке не было радости — одна только обречённость. — Плевать... Пусть спросит... А я посмотрю ей в глаза... и скажу: "Потому что я не хотел быть один." Тишина. — Ну что ж... — Кваджик кивнул. — Тогда твори, Хлеб... Твори, пока сердце не выгорит дотла. Крис стал творить... он перебирал между обликов.. светлые.. русые волосы... голубые глаза... он минял всё... кадый раз.. пока не оставил один вариант.. Каштановые кородкие волосы.. чутка тёмные.. глаза карие.. как ржавчина.. лицо простое.. грудь тоже... одежда.. Небольшая ковта и длинная тёмная юбка.. А затем он стал кодировать.. Он вбивал строки кода, словно молился забытому богу, которого сам же только что придумал. Пальцы дрожали, а сердце билось в бешеном ритме — не от страха, нет... от осознания, что каждая строчка — это шаг к точке невозврата. — Имя... — прошептал он, замерев. — Должно быть простым... Человеческим... Он смотрел в пустой экран, а в голове звучал только один голос — свой собственный, рвущийся изнутри. — Лия... — еле слышно выдохнул Крис. — Ты будешь Лия... Просто Лия... Экран мигнул, принимая имя, словно ставя печать на приговоре. Крис продолжил кодировать, прокладывая путь между строк — закладывая характер, эмоции, привычки. Он не гнался за совершенством — он создавал её живой. Со страхами, с мечтами, с этой проклятой пустотой в груди... такой же, как у него. — Ты будешь чувствовать... Боль, радость, злость... Ты будешь жить, Лия... — сквозь стиснутые зубы выдавил он. — Я создам тебя такой, какой никогда не смог стать сам... Слёзы застилали глаза, но он не останавливался. Каждая строчка приближала финал. И когда последняя команда легла в основу кода, Крис откинулся на спинку стула, выдохнул — будто душу вырвал и вложил в этот чёртов экран. — Готово... Кваджик зашёл к нему — Йой.. ты тут уже месяц сидишь... и ты.. ты сделал это.. Крис медленно повернул голову, глаза красные, лицо осунувшееся, но в этих тёмных глазах жила искра — не та, что раньше... другая, выстраданная. — Я сделал… — голос хриплый, почти сорванный. — Она… она там… живёт… дышит… и даже… может меня возненавидеть… но, чёрт побери, я сделал это. Он еле заметно улыбнулся, криво, будто впервые за долгое время почувствовал хоть что-то. — Я больше не пуст… Понимаешь?.. Я вложил в неё всё… даже то, что считал давно сдохшим… Кваджик молчал, смотрел на него и понимал — назад пути нет. — Ладно… — наконец выдохнул он. — Тогда иди. Зови её. Ты ведь не просто так месяц тут гнил, верно? Она теперь твоя… оболочка… твоя боль… и твоя надежда. Крис встал, пошатываясь, будто ноги забыл, и с хриплым смехом сказал: — Ну что, Лия… Пора знакомиться… Он открыл её шлюз... какие то проводки и тросики открепились а терминал открылся с какимито вычислениями... — Загрузка… — сухо выдал терминал, а по тросам пошёл слабый электрический разряд. Где-то глубоко, за панелями, что-то зашевелилось — словно спящая до этого оболочка впервые вздохнула. И тогда Крис шагнул ближе, не веря глазам… — Ты… ты слышишь меня?.. — голос дрожал. Тонкая, почти детская, но металлически ровная тень голоса отозвалась: — Ввод завершён. Личность… загружена. Имя?.. Крис сжал кулаки так, что костяшки побелели. — Лия… Ты — Лия… — Хорошо... Терминал выдал что то типо "Перезапуск личности и привод кода в работу" Тонкий разряд пробежал по проводам. В воздухе повисло тяжёлое напряжение — будто сама комната затаила дыхание. Терминал выдал последнюю строчку: [Загрузка завершена. Личность активна.] Из темноты шлюза донёсся первый, едва слышный вдох. Неровный, будто чужой организм только учится дышать. — Лия… — почти шёпотом выдавил Крис. — Я… здесь… — голос прозвучал тихо, ломко, но живо. — Я… чувствую… тебя… Так и началась история Криса... но уже как не стеснительного парня с неуверенностью.. а как сценариста, чей опыт был сравним с опытом того.. кто много раз переделывает, в поисках идеальной сиредины.. Позже Крис постригся, нашёл где то длинный белый халат, и надев его заметил какую то бумажку с стёртым иминем..он выбрасил её и прикрипил новую.. где написал "Крис" Его характер и личность изменился... В лди он стал выходить как весёлый пофигист с ЧСВ.. а в своём кабинете.. он был.. куда темнее.. мрачнее.. он был собой.. Грубый.. подавленный.. но.. об его состоянии знала только Лия.. — Как думаешь, Лия… — Крис курил, в полумраке разглядывая строчки кода. — Сколько ещё я смогу тянуть эту маску?.. Лия молчала. Её не нужно было учить — она чувствовала каждый его срыв, каждую пробоину в голосе. — Ты справишься… — шёпотом отвечала она. — Ты же уже выжил там, где другие давно бы сломались. И Крис усмехался. Глухо. Горько. Он был другим. Но только она знала — насколько. В один из его рабочих дней к нему подошёл Кваджик.. — Слушай.. Чувак.. нам надо поговорить.. Крис медленно оторвал взгляд от монитора. Пальцы всё ещё дёргались, будто продолжая писать строки кода в пустоту. Он выдохнул и, не меняя выражения лица, бросил взгляд на Кваджика. — Ты ведь знаешь… я не люблю вот это твоё надо поговорить… — голос его прозвучал глухо, почти уставше. — Что опять?.. Кто-то накосячил?.. Или… опять он? Кваджик почесал затылок, отвёл взгляд, будто впервые за долгое время стыдясь. — Нет… на этот раз не про объект… — он вздохнул. — Про тебя, Крис. Ты меня пугаешь уже… Ты ведь себя на куски рвёшь. Я ж вижу, что ты здесь ночуешь... Весь выцвел. Как тот код... стёртый. Крис ухмыльнулся, бросил сигарету в холодную чашку с кофе. — Забавно слышать это от тебя… Ты же знаешь, я не из тех, кто сдохнет от усталости. Работа держит меня на плаву… А чувства… — он пожал плечами. — Они давно мертвы, Кваджик. Но Кваджик не ушёл. Остался стоять. Молчал. — Говори уже... — с нажимом бросил Крис. — Зачем пришёл? — Я нашёл кое-что… — медленно выдавил Кваджик. — Старый архив. С теми, кто был до нас. До тебя. Сценаристы… Все... исчезли. Все до единого. Только записи остались. Их разговоры... планы... страхи... Они тоже думали, что всё контролируют. А потом — пустота. Логов нет. Следов нет. Крис застыл. В кабинете повисла мёртвая тишина. — И ты хочешь сказать... мы идём тем же путём?.. — голос стал ниже, опаснее. — Я хочу сказать... — Кваджик посмотрел прямо в глаза. — Что выше нас есть что-то ещё. Мы пишем… А кто-то пишет нас. — Ну и бредятина.. С чего ты взял что нас кто то пишет?.. Мы, да и с нашим опытом.. Выше нас нет никого! Кваджик усмехнулся криво, горько. Глаза его блеснули нехорошим светом. — Я тоже так думал, Крис… — голос стал хриплым, будто прокуренным временем. — Но знаешь, что меня пугает? В тех архивах были записи… разговоры, которых мы не писали. Коды, которые я не создавал. Они… были. Как будто кто-то сверху правит строки, а мы — просто куклы на нитях. Он подошёл ближе, опёрся о стол. — Ты никогда не задумывался, почему у нас память дырявая? Почему мы забываем, как создавались… или откуда взялись? Почему Тэвин знает больше, чем говорит?.. — Кваджик резко стукнул по столу. — А потому что нас держат в незнании. Крис… ты думаешь, ты создал её, свою идеальную оболочку? А если тебе дали эту идею?.. Просто подкинули… как кость собаке. Крис усмехнулся. Но не весело — вымученно. — Прекрати, Кваджик… Ты себя уже накрутил. Это наша работа. Наш мир. Здесь всё под контролем. Под моим контролем. — А если нет? — перебил его Кваджик. — Если за каждой дверью, которую мы боимся открыть… кто-то уже смотрит на нас. Сценаристы, говоришь? Мы... просто слой. Ниже нас... оболочки. Выше... кто-то, кого мы никогда не увидим. Но он уже знает наши имена. Молчание сжало комнату. — Подумай, Крис… Может, именно поэтому все до нас исчезли.