Часть 4

Ребята доехали без происшествий и разговоров. день аварии где то в кофейне в сеуле. телевизор монотонно гудел на фоне, пока кофейня оставалась окутанной тишиной. В выпуске новостей ведущая, сдерживая эмоции, зачитывала трагические заголовки: «Сегодня утром произошла серьёзная автомобильная авария с участием бывшего айдола и его жены...》 Кадры с места происшествия сменялись один за другим — покорёженная машина, сирены, спасатели. За рулём был Сынчоль. Рядом — Арин. Репортёры говорили, что автомобиль вылетел с трассы и врезался в ограждение. Арин получила множество тяжёлых травм. Медики пытались реанимировать её на месте, но безуспешно. Она умерла до прибытия в больницу. Сынчоль… он будто родился в рубашке. Сломанная рука, несколько ушибов и порезов — и всё. Он был в сознании, когда приехала скорая. Ребята наконец добрались домой, где уже царила привычная теплая суета севентин. Из гостиной доносился смех, где-то на фоне гремел караоке — кто-то явно пытался вытянуть ноту в стиле балладного короля, но выходило слишком фальшиво, чтобы быть серьёзным. Как только дверь за ребятами захлопнулась, кто-то из них тут же выкрикнул: — Эй! Вы вовремя! Погнали к нам, сейчас самый угар начинается! Арин чуть улыбнулась, забыв о разговоре в машине, Но и шаг не сделала, как её уже подхватили под руку. — Нет-нет, давай без "я пас"! — сказал Докём, потянув её в сторону микрофона. — Ты обязана защищать свою репутацию жены бывшего айдола! Сынчоль нахмурился. Придержал Арин за плечо и прошептал на ухо: — Может, тебе не стоит этого делать ты наказана, тебе лучше пойти в комнату — Всё в порядке, я не устала, спасибо что переживаешь - Арин начала свою игру. Он строгим взглядом осмотрел жену. — Ладно. Команды определились быстро: Сынчоль, Джошуа и Сынкван против Докёма, Арин и Джонхана. Остальные были наблюдателями. В комнате сразу же зазвучали фанфары караоке-системы, а экран засветился первыми аккордами. Смех, дружеские подколы, фальшивые высокие ноты — всё это смешивалось в одну счастливую какофонию. Докём с энтузиазмом вцепился в микрофон, Арин безошибочно попадала в ноты, а Джонхан добавлял в выступление немного танцевальных движений, больше похожих на импровизацию. В итоге своей командной работой одержали победу над своими противниками. Джонхан отправился в свою комнату, где ждал полумрак и спокойствие. Докём и Мингю уже там развалились на кроватях, но как только Джонхан закрыл за собой дверь, всё веселье осталось позади. Им надо понять что же происходит. Джонхан бросил взгляд на телефон, потом схватил пульт и включил телевизор — в надежде, что хоть что-то прояснится. Переключал канал за каналом, открывал новостные сайты, листал соцсети — но везде была глухая тишина. Ни единой статьи, ни одного упоминания. Будто аварии вообще не существовало. Он нахмурился, чувствуя, как по спине пробегает лёгкий холодок. и тут Докём сказал -Наверно… Сынчоль удалил всё. Почистил интернет, чтобы никто не задавал лишних вопросов. Чтобы не лезли в душу. Он всегда всё делает втихаря Но в этот момент Мингю обратил внимание на пост на странице одной из фанаток. Там, среди фотографий и эмодзи, был скрин — затёртый, вырезанный из эфира местного канала. Тот самый момент. Помятая машина. Скорая. Заголовок: «ДТП с участием бывшего лидера группы севентин и его жены: одна из жертв скончалась на месте…» У ребят перехватило дыхание. Сердце замерло. Они понял — правда всё-таки где-то осталась. И, возможно, Сынчоль просто не справился с тем, чтобы спрятать её всю. Арин тем временем была в ванной, оставив за собой лёгкий шлейф аромата своего парфюма. Горячая вода душа струилась по коже, смывая усталость и остатки эмоций после весёлой караоке-битвы. Она долго не выходила — наслаждаясь моментом тишины, почти медитативного спокойствия. Потом привычным движением нанесла вечерний уход: легкий крем на лицо, сыворотку, увлажняющий бальзам на губы. Всё, как всегда — поэтапно, аккуратно, почти ритуально. Фен загудел, и мягкие локоны послушно поддавались струе тёплого воздуха. Она сушила волосы, глядя в зеркало, словно надеясь увидеть в отражении что-то большее, чем просто привычный образ. Тем временем в кухне кипела работа. Проигравшие — Сынчоль, Джошуа и Сынкван — принялись выполнять "наказание", которое больше напоминало шумное кулинарное шоу, чем рутину. — На ужин для четырнадцати человек? Это же почти армия! — воскликнул Сынкван, жонглируя ложками. — Ну ты сам предложил "проигравшие готовят", — хмыкнул Сынчоль, нарезая овощи с сосредоточенным выражением лица. — Я думал, мы выиграем! — возмутился Сынкван, но уже стоял у плиты с фартуком. Джошуа спокойно жарил курицу, и говядину наслаждаясь процессом и напевая под нос одну из их песен. Спустя некоторое время к ним присоединился Вернон — в домашних шортах и с небрежно собранными волосами. — Вам явно нужна помощь. А то иначе все лягут спать голодными, — сказал он, подмигивая и тут же занялся сервировкой стола. Общими усилиями стол накрыли быстро: тарелки, салфетки, приборы легли идеально ровно. На кухне витал аромат специй, подрумяненной курицы и свежих овощей. Всё выглядело так… по-домашнему. И никто из них тогда не знал, что это был один из тех редких, по-настоящему тёплых вечеров, который останется в памяти надолго. Когда всё было готово, Сынчоль выставил со стола последний салат и, отступив на шаг, голосом, полным воодушевления, позвал: — Всем за стол! Ужин для четырнадцати человек начинается прямо сейчас! В ту же секунду из кухни донёсся смех, и все потянулись к большому деревянному столу. В центре среди блюд красовались бутылки соджу — прозрачная жидкость в холодном стекле, обещающая тёплую раскованность вечера. Рядом стояли бокалы и стопки, аккуратно выстроенные в ряд. Мингхао и Мингю Докём и Арин безалкогольная поддержка. Остальные же уже тянулись к соджу. — За нас и за этот тёплый вечер! — поднял бокал Джун, и хруст похожих на хрусталь стаканов эхом разнёсся по комнате. Сынчоль, Сынкван, Хоши и остальные сделали глотки, и их лица осветились лёгкой улыбкой расслабления. Еда шла на ура: кимбап, жареная курица, овощные салаты и горячие супы. Шутки и рассказы перемежались с тихим журчанием соджу в бокалах. Когда последний кусок был съеден, а бутылки соджу опустели почти до дна, выпившие участники, приласкавшись к теплым воспоминаниям и слегка покачиваясь от лёгкого опьянения, один за другим попрощались: — Спокойной ночи, — слышалось из разных углов. Под дружеское «до завтра» они разошлись по своим комнатам.