Часть 9

Головной офис JYP. Вечер. Конференц-зал. Все участники Stray Kids сидят за овальным столом — Чан в очках и с блокнотом, Феликс с кофе в руках, Хан полулежит на кресле, Айен медленно покачивается на стуле, Сынмин поглядывает на Минхо, а тот — на дверь, словно что-то предчувствует. Чанбин и Хёнджин нетерпеливо смотрят на часы. Дверь открывается. Входит Михо — в чёрном пиджаке, уверенная и серьёзная, но в её глазах — тёплое волнение. — Спасибо, что пришли, ребята. — О, начальница с важной новостью? — усмехнулся Хан. — Не только важной, — Михо подошла к проектору. — Возможно, самой главной с вашего повторного дебюта. Она включила слайды. На экране — логотип: “Stray Kids: REBOOT”. Снизу — подзаголовок “Вернуться. Показать. Открыться.” — Это что, реалити-шоу? — приподнял брови Феликс. — Да, — кивнула Михо. — Мы запускаем большое шоу, чтобы вернуть Stray Kids на экран — настоящих, честных, сильных. Это не постановка, не вылизанная концепция. Это вы — как есть. Репетиции, ссоры, поддержка, успехи, провалы. Публика скучает по вам такими. — А рейтинги? — спросил Чан. — Мы падаем. Вся индустрия меняется, и если мы не адаптируемся — проиграем. Но вы — наша сила. Люди всё ещё любят вас. Они просто забыли, за что. Мы напомним. Минхо молча смотрел на Михо. Он знал, как много она вложила в это. — И это всё под твоим руководством? — спросил Сынмин, удивлённый. — Да. Я — директор JYP. Это моё решение. Но это не приказ. Это приглашение. Если вы не хотите — скажите. Несколько секунд — тишина. — Ну… если мы снова сможем быть собой, — первым заговорил Минхо, — я за. — Я тоже, — кивнул Чонин. — И я, — добавил Чанбин. — Только давайте без жёстких сценариев, пожалуйста. — Конечно, — улыбнулась Михо. — Если ты с нами, мы справимся, — тихо сказал Минхо, бросив короткий взгляд на неё. — Тогда считайте, что всё начинается заново, — сказала она, выключая проектор. — Stray Kids — reloaded. Все участники зааплодировали и переглянулись — с азартом и искренним предвкушением. Съёмочная площадка была полностью готова: свет, камеры, импровизированная сцена. На стенах — постеры с надписью "STRAY KIDS: REBOOT". Это было не просто шоу, это был шанс — для группы, для компании, для неё самой. Михо стояла у монитора, наблюдая за первыми кадрами. Минхо мелькал в кадре, как всегда уверенный и харизматичный, но только она замечала, как его глаза ищут её взгляд в толпе. Они по-прежнему держали свои отношения в секрете — так было проще... пока. — Всё готово, директор Пак, — подошёл ассистент. — Отлично. Запускаем первый дубль. в комнате ожидания Чан сидел, просматривая сценарий, когда рядом опустился Хан. — Ну, как думаешь, сработает? — Сработает. Мы не такие, чтобы падать. Тем более, когда такая сила за спиной, — кивнул он в сторону Михо, мелькнувшей в проёме двери. — А ты заметил, что Минхо слишком часто смотрит на неё? — сказал Хан, прищурившись. — Ага...Не просто так. — Может, они встречаются? — ухмыльнулся Хан. — Если и так... лишь бы не мешало делу. тем временем на площадке: Во время перерыва Минхо тихо подошёл к Михо, когда все разошлись по кофе и воде. — Ты выглядишь уставшей, — сказал он, нежно положив руку на её плечо. — Я справлюсь, — ответила она, выдыхая. — Это же всё ради нас. Он прижал её ладонь к своей губам и прошептал: — В этот раз всё будет по-другому. Обещаю. но не всё шло гладко... На следующее утро сеть заполнила новость: "Stray Kids вернулись… но зачем? Продюсером шоу стала бывшая помощница и подруга одного из участников! Конфликт интересов?" Это был удар. Михо вызвали на экстренное собрание совета директоров. Атмосфера была напряжённой. — Вы уверены, что справитесь? — задал вопрос один из акционеров. — Более чем. И я докажу это не словами, а цифрами. Она встала и вышла из зала — холодная, уверенная, целеустремлённая. Но внутри пульс бился в висках: Я не имею права на ошибку… не сейчас. Шум съёмочной площадки стихал ближе к вечеру. Члены Stray Kids разошлись по гримёркам, а Михо осталась в павильоне одна. Она пересматривала отснятый материал — всё шло по плану, но её мысли были далеко. — Устала? — раздался голос Минхо. Он стоял в дверном проёме с двумя стаканами горячего шоколада. — Это видно так сильно? — устало улыбнулась она. — Я тебя чувствую, даже когда не смотрю. Он подошёл ближе, передал стакан и опустился рядом. Несколько секунд молчания — и всё будто исчезло: работа, камера, компания, ответственность. — Мне иногда кажется, что ты исчезнешь, — сказал Минхо тихо, — как сон. А я снова останусь один на сцене. Без тебя. Михо посмотрела на него — впервые за весь день с абсолютно открытым, уязвимым выражением лица. — Я не уйду. Только если ты сам меня не отпустишь. И он её поцеловал. Без слов, без масок. Просто Минхо и Михо — не айдол и директор, а два человека, нашедших друг друга посреди хаоса. Утром Михо снова встретила удар: новые слухи — будто она проталкивает Stray Kids, используя отношения с Минхо. На собрании совета директоров она уже не смогла сдержаться. — Значит, если женщина занимает пост, выше мужского, это обязательно «через постель»? — срываясь на голос, спросила она. — Вы не задавались вопросом, почему шоу срывает рейтинги? Потому что я — профессионал. И мои отношения с Минхо — не часть этой компании. Они — часть моей жизни. Все замолчали. — Вам не нравится правда? Значит, придётся смириться. Позже тем же вечером Минхо пришёл к ней. Он был зол. — Почему ты не сказала мне? Почему я узнаю из новостей? — Потому что хотела защитить тебя, — резко сказала она. — Думаешь, мне легко? Каждое утро просыпаюсь с мыслями, сколько ещё выдержу! — Так давай выдержим вместе, — он подошёл ближе. — Не отталкивай меня. Мы оба в этом по уши, и я не собираюсь делать вид, что ты мне никто. Она прижалась к его груди, впервые за долгое время позволяя себе просто быть слабой. Шоу набирало обороты. Каждый выпуск становился вирусным, фанаты радовались возвращению Stray Kids в естественную среду — креатив, музыка, братская энергия. Но за кулисами царило напряжение. Михо стояла у мониторов, наблюдая за съёмкой очередной сцены, где Минхо и Чан репетировали танец. Казалось, всё идеально. Но она видела — Минхо устал. Не физически. Душой. После команды «стоп» он прошёл мимо всех и направился к ней. — Нам надо поговорить. Они вышли на улицу. Вечерний Сеул мерцал огнями, а на крыше павильона царила тишина. — Ты всё больше становишься директором, а не Михо, которую я люблю, — сказал он, глядя вперёд. — Мы всё реже смеёмся, ты всё чаще молчишь. Я скучаю по нам. Она не ожидала такого. — Прости… Я правда пытаюсь. Просто всё рушится, если я хотя бы на минуту отпущу контроль. Это моя ответственность — вытащить всех. Он посмотрел на неё. — А кто вытащит тебя? Он медленно приблизился, обнял её, как будто собирал по кусочкам. — Ты не одна, Ми. Я рядом. Всегда. Она прижалась к нему крепче, позволив себе раскиснуть. Под пальцами чувствовала его сердце — ровное, тёплое, живое. Только для неё. Они начали скрываться от камер всё чаще — минутка за кулисами, быстрый взгляд, пальцы, случайно соприкоснувшиеся за столом. Всё это только разжигало между ними огонь. Однажды, после съёмок, он позвал её в танцевальный зал. — Потанцуем? — С ума сошёл? Я в пиджаке, на каблуках… — Тогда позволь мне вести. Он притянул её ближе, положил руку на талию, взял её ладонь. Мягкий свет падал с потолка, отражаясь в его глазах. Они двигались в унисон, без слов, как будто их тела понимали язык друг друга. — Если бы всё было по-другому, — прошептала она. — Не говори так. Мне плевать, что подумают. Главное — ты. Он поцеловал её — долгим, глубоким поцелуем, в котором было всё: страх, страсть, любовь, надежда. Через день вышел «инсайд» от бывшего сотрудника компании. Он заявлял, что шоу — лишь способ реанимации Stray Kids, и что Минхо использует «роман с директором» как прикрытие. Это стало ударом. На экстренном совещании Михо стояла напротив совета директоров. — Я не позволю превратить это шоу в цирк. Мы создавали его с верой, и я верю — у нас всё получится. После собрания она, разбитая, вышла на улицу. Там стоял Минхо, уже знавший обо всём. Он обнял её, не давая упасть. — Пусть говорят. Мы с тобой — правда. И только она имеет значение. Последние недели стали адом. Давление со стороны общественности, срывы на работе, злые заголовки и постоянные вопросы в соцсетях. Но хуже всего было не это — Михо чувствовала, что за ней кто-то следит. Она замечала одни и те же силуэты в толпе, одни и те же машины во дворе. В тот вечер всё и случилось. Она шла домой после ночной смены на монтаже шоу, усталая, с отключённым телефоном, чтобы хоть немного отдохнуть от мира. Но, проходя по тёмному переулку, вдруг услышала быстрые шаги позади. Михо резко обернулась. Никого. Только тишина и шорох листьев. Сердце бешено стучало. Она достала телефон и набрала Минхо. — Ми? Всё хорошо? — За мной следят… — успела прошептать она. — Минхо, если что-то случится... Звук — глухой удар. И тишина. Минхо закричал в трубку: — Михо?! Эй!! Михо!! Он сорвался с места, не зная, где она, не зная, что делать, но уже звонил Чану, полиции и бросался на улицу, не дожидаясь ответа. Когда Михо очнулась, то поняла — её заперли. Комната была маленькая, без окон. Только камера в углу и старый матрас. Её сумку и телефон забрали. Голова кружилась от боли. Позже дверь открылась. На пороге стоял парень лет 20-ти, в маске с логотипом Stray Kids. — Почему ты? — прошептал он. — Ты не достойна быть с Минхо… Он не должен быть с кем-то вроде тебя. Михо молчала, пытаясь не показать страх. Она поняла: сасэн. — Я только хотел защитить его. Я люблю его по-настоящему… — его голос срывался. — Ты портишь его, Михо. Он стал другим. Она понимала: каждое слово, каждый жест — могут быть последними. Минхо не спал третьи сутки. Он разослал в сеть сообщение с просьбой о помощи, и одна из фанаток, заметив странную активность подозрительного аккаунта, слила координаты. Это был старый заброшенный склад на окраине Сеула. Полиция приехала слишком поздно. Минхо уже туда ворвался, не дожидаясь никого. Он нашёл её — испуганную, но живую. Когда их взгляды встретились, Михо кинулась к нему. Он сжал её в объятиях. — Я здесь… Я с тобой. Всё, больше никогда… Полиция арестовала сасэна, а инцидент моментально разлетелся по всем медиа. Михо пришлось уйти с поста директора. Минхо не выпускал её из рук, охрана стала круглосуточной. Шоу поставили на паузу. Но больше всего она запомнила одно — его слова, прошептанные ей в тот вечер, когда он впервые увидел её после всего: — Никакая должность, никакая карьера, никакая популярность — не стоят того, чтобы потерять тебя. Ты — моя самая главная сцена.