Глава 2

Элли уставилась в потолок. Шелест листьев за окном казался ей предупреждением. "Пять дней…" – мысленно повторила она. Пять дней, чтобы решить свою судьбу. Пять дней, чтобы понять, можно ли довериться этим людям. Она перевернулась на бок. На миг девушка задумалась. Зачем ей вообще нужно оставаться здесь жить? Почему она думает об этом?      В глубине души Элли не желала оставаться одной ни на секунду. Она пробыла одна год, и это было мучительно, несмотря на то, что Томми регулярно навещал её. Ей бы хотелось остаться. Так было бы легче. Тут есть всё для выживания: еда, медикаменты, оружие и так далее.      Но доверие… это то, что давалось ей труднее всего. Джоэл… воспоминания о нём обжигали, как раскаленное железо. Он научил ее выживать, он стал ее семьей. Но он ушел. И теперь она осталась одна, снова лицом к лицу с неизвестностью.      Она закрыла глаза, пытаясь отгородиться от терзающих её мыслей. Но они прорывались сквозь защитные барьеры, как зараженные сквозь хлипкие баррикады. Цикады, Джоэл, Дэвид… столько боли и предательства она пережила.      И все же… что-то в этом лагере ее зацепило. Тишина, спокойствие, лица людей, пусть и осторожные, но не лишенные доброты. Харрис, Майк, даже Дэн… они казались искренними в своем желании помочь.      Элли села на кровати, опустив ноги на холодный деревянный пол. Она чувствовала боль в ноге, но это была терпимая боль. Боль, которую можно вылечить, которую можно преодолеть.      Она посмотрела на сэндвичи, оставленные Харрисом. Еда. Просто еда. Но в этом мире еда – это жизнь. И эти люди предлагали ей жизнь. Да, это могло быть ловушкой. Да, они могли предать ее. Но разве она не рисковала всегда? Разве она не рисковала, когда доверяла Джоэлу?      Элли взяла один из сэндвичей и откусила кусок. Он был простой, но вкусный. Она ела медленно, наслаждаясь каждым кусочком. И пока она ела, в ее голове постепенно формировалось решение.      Пять дней. Она использует эти пять дней, чтобы понять, что делать дальше. Но на этот раз она не будет полагаться только на свою интуицию. Она будет наблюдать, слушать, общаться с людьми. Она попробует увидеть их истинные лица, скрытые за масками осторожности и страха. Она решила, что даст этим людям шанс. Шанс доказать, что она может им доверять. Шанс построить новую жизнь. Шанс обрести дом.      Доев сэндвич, Элли встала с кровати и подошла к окну. Лучи заходящего солнца пробивались сквозь листву, окрашивая все вокруг в теплые золотистые тона. Она посмотрела на лагерь, на дым, поднимающийся от костра, на силуэты людей, двигающихся между деревьями. Впервые за долгое время она почувствовала не только страх и боль, но и проблеск надежды. Надежды на то, что она сможет найти свое место в этом мире. Надежды на то, что она сможет, наконец, стать частью чего-то большего.      Элли закрыла глаза и глубоко вздохнула. Пять дней. Этого будет достаточно. Она почувствовала, как с ее плеч словно упал тяжелый груз. Она больше не бежит, она остановилась. И теперь ей нужно просто подождать и посмотреть, что будет дальше. И она была готова. Готова к чему угодно.      Пять дней пролетели, как в тумане. В первый день Элли почти не выходила из хижины. Она просто лежала, стараясь ни о чем не думать.      На второй день любопытство взяло верх. Элли, опираясь на костыль, вышла из хижины и осмотрелась. Дети играли у подножия огромного дерева, смеясь и бегая друг за другом. Женщины что-то готовили у костра, а мужчины чинили забор. Все выглядело так обычно, так спокойно. Словно эпидемия обошла это место стороной.      Она подошла к костру. Женщины встретили ее настороженными, но любопытными взглядами. Одна из них, с морщинистым лицом и добрыми глазами, предложила ей поесть. Элли отказалась, но поблагодарила. —Ты новенькая, да? — спросила другая женщина, помешивая что-то в котле. Элли кивнула. —Харрис сказал, что ты ранена. —Просто подвернула ногу, — ответила Элли. —Надеюсь, ты поправишься. Нам нужны сильные руки, — сказала женщина, улыбнувшись.      Элли ничего не ответила. Она просто наблюдала за ними, за их слаженными действиями, за их спокойными лицами. Они казались семьей. Семьей, которой у нее никогда не было.      На третий день Элли решила помочь той самой женщине. Она предложила почистить овощи для супа. Женщины сначала удивились, но потом согласились. Элли села рядом с ними и начала работать. Она делала это неумело, но старалась. —Ты хорошо справляешься, — сказала одна из женщин, улыбнувшись ей. Элли улыбнулась ей в ответ. —Меня зовут Эрика, — представилась та же женщина. — А это – Мэй, она работает с Харрисом. —Элли,- назвала свое имя девушка. —Приятно познакомиться, Элли, - сказала Эрика.      Они проболтали весь день. Эрика и Мэй рассказали Элли о лагере, о том, как они выживают, о своих семьях. Элли слушала, затаив дыхание. Она узнала о том, что Харрис – один из основателей лагеря, что он был врачом до эпидемии, что потерял жену. По секрету рассказали что когда началась эпидемия он услышал крик маленького мальчика и выдвинулся ему на помощь. Это был Дэн. Он забрал его и вырастил его как своего.       После услышанного Элли ещё больше удивилась, что Харрис действительно добрый человек.      На четвертый день Элли решила прогуляться по лагерю. Она увидела, как дети учатся стрелять из лука, как старики играют в шахматы, как молодые пары гуляют, держась за руки. Она почувствовала себя частью этого мира, частью этой общины.      Вечером она встретила Майка. —Как нога? — спросил Майк. —Лучше, — ответила Элли. —Значит, ты не зря здесь осталась, - улыбнулся Майк.      На пятый день Харрис подошел к Элли. —Ну что, Элли? Ты решила? Останешься или уйдешь?      Элли посмотрела на него. Она видела в его глазах надежду и страх. Надежду на то, что она останется. Страх, что она уйдёт.      Она посмотрела на лагерь, на людей, на детей, играющих у подножия дерева. Она посмотрела на Эрику и Мэй, которые махали ей рукой. Она посмотрела на Майка, улыбнувшегося ей, делая обход по лагерю. И она приняла решение. —Я остаюсь, — сказала Элли. Харрис вздохнул с облегчением. —Я рад, Элли, — сказал он, улыбнувшись. - Очень рад.      И Элли поверила ему. Она поверила, что нашла место, где она может быть в безопасности. Место, где она может быть нужной. Место, которое вскоре она может назвать домом. —Пятнадцать лет спустя—      Солнце пробивалось сквозь густую листву, раскрашивая пол нового дома Элли в причудливый калейдоскоп света и тени. Дом на дереве. Она бы никогда не подумала, что у нее будет что-то подобное. Не после всего, что она пережила.      Пятнадцать лет. Пятнадцать лет она жила в этом лагере, и он стал ей домом. Воспоминания о прошлом, такие яркие и болезненные, постепенно начали тускнеть, словно старые фотографии, выцветшие под солнцем. Джоэл… Она старалась не думать о нем слишком много. Боль оставалась, глубоко запрятанная, но уже не такая острая, как в первые месяцы.      В лагере ее приняли. Не все сразу, конечно. Люди были осторожны, присматривались. Но Элли старалась. Помогала с охотой, делала обход ночью, доставала нужные припасы.      Каждое утро начиналось одинаково: завтрак в столовой, потрескивание дров, которые были неподалёку, и шумные разговоры. Потом – работа. Иногда – патрулирование периметра, иногда – помощь в лагере, а иногда – вылазки за припасами. Эти вылазки Элли любила больше всего. Конечно, это же та «работа», в которой девушка была профи. —Элли! — Окликнула её Мэй, которая за эти годы стала ей хорошей подругой. —Тебя Харрис зовёт.      Девушка встала с бревна, кидая бумажную упаковку в костёр. —Что-то случилось? — Спросила она, подходя к Мэй. —Точно не знаю, но нужны медикаменты, —сказала женщина, идя вместе с Элли к хижине Харриса. —Он, наконец, то нашёл причину болезни? — Спросила девушка. —Мне он пока ничего не сказал, — буркнула Мэй. —Не знаю, почему он тебе доверяет больше всех. Не в упрёк, если что. —Да, я сама до сих пор удивляюсь, — усмехнулась Элли, останавливаясь возле входа в хижину. —Смотри не забери мою должность, — пригрозила женщина с иронией в голосе. —Есть, мэм, — засмеялась Элли. —Иди скорее, — сказала женщина.      Элли развернулась и пошла к входу в хижину. Она постучала и после одобрения вошла. —Ты хотел меня видеть? — Спросила Элли. —Да, присаживайся, — мужчина указал на стул возле стола.       Девушка села на него и принялась слушать.  —Мне нужно, чтобы ты достала некоторые вещи. — Он протянул ей список. —Это для больных? — Спросила Уильямс, глядя на список. —Да… — кивнул он, потерев лоб. —Я уже не знаю, что делать. Уже у двух людей начался психоз. У остальных пока всё по-прежнему: лихорадка, кашель, усталость, — тяжело перечислял Харрис. —Ты не думаешь, что это споры? Ведь заболели те, кто выходил в город. —Не знаю, они же надевали маски, — сказал он. —Да и они бы быстро стали заражёнными. —Если это чисто теоретически споры, я могу чем-то помочь? — Спросила девушка. —Теоретически да. Можно сделать лекарство из твоей крови, но если это не споры, то неизвестно, как организм отреагирует на антитела, — сказал он. —Ладно, — вздохнула Элли. — Пойду за лекарствами.       Элли встала и отправилась к выходу. —Удачи тебе, Элли, — напоследок сказал Харрис.      Уильямс вышла из хижины и отправилась к себе за вещами. Да, Харрис знал, что Элли иммунна. Это произошло неожиданно в самый сложный день в лагере. —Двенадцать лет назад—      Дэн и Майк вернулись с одной из вылазок. Майк нёс Дэна у себя на спине, тяжело перебирая ногами. — Что случилось? — Элли, которая стояла возле ворот, подбежала к ним. — Мы убегали от заражённых, — говорил Майк, аккуратно кладя товарища на землю. — Нас загнали в тупик и пришлось прыгать. Я приземлился удачно, а Дэн нет. — Дэни! — Харрис подбежал к ним и склонился над сыном, его лицо – маска сосредоточенности и ужаса.       Он опытный врач, переживший многое, но сейчас, глядя на искаженное болью лицо Дэна, чувствовал, как его покидает самообладание. Руки дрожали, когда он ощупывал сломанную ногу. —Носилки! Бегом! — Скомандовал Харрис, и двое крепких парней побежали в его кабинет.      В это время вокруг них собрались люди, которые тяжело смотрели на всю эту картину. Все любили Дэна, и такое тяжёлое состояние парня пугало всех вокруг.      Парни очень быстро прибежали с носилками и аккуратно положили его. Они понеслиего в так называемую «больницу». —Он выживет? — спросила Элли, подбегая к Харрису, который шёл рядом с Дэном. —Нужно сделать срочную операцию, — сказал мужчина слегка дрожащим голосом.      Они вместе зашли в кабинет Харриса. Парни переложили Дэна на кушетку и отправились прочь, чтобы не мешать главе. —Проблема в том, что у меня нет всего необходимого, — признался он. —Нам нужен… хирургический набор. Полный. Плюс антибиотики.      Он опустился на стул, обессиленно закрыв лицо руками. Все знали, что найти такое – почти нереально. В разрушенном мире, где люди боролись за выживание, о хирургических наборах давно забыли. —Я пойду, — уверенно сказала Элли.      Харрис поднял голову на девушку, ее лицо было серьезным и решительным. —Элли, скоро стемнеет, а когда ты выйдешь в город, будет совсем темно, — тяжело говорил он. —Это слишком опасно. —Я быстрее всех выйду из леса. Опыт у меня есть, и ты это знаешь, — чересчур уверенно говорила Элли. —Это единственный вариант. И ты, как врач, знаешь, что в таком тяжёлом состоянии ждать нельзя.      Харрис посмотрел ей в глаза. В них он увидел не только решимость, но и отблеск того, что он сам чувствовал – отчаянное желание спасти жизнь.      Харрис вздохнул. Он знал, что отговаривать ее бесполезно. —Хорошо, — повторил он, вздохнув. – Вот список. —Иди в старую больницу Святого Луки. Там должен быть склад медикаментов. Будь осторожна.      Он вручил ей листок с перечнем необходимых предметов, который в спешке написал. Элли кивнула и, не теряя времени, вышла из хижины. Она знала, что на нее возложена огромная ответственность.      Элли быстро забежала в своё жилище и взяла свой рюкзак, который всегда был наполнен необходимым для вылазок, и оружие. Она вышла за пределы лагеря и побежала в сторону города.      Девушка довольно быстро выбралась из леса и сразу увидела верхушку больницы. Элли тихо пробегалась сквозь безжизненные здания.      Девушка посмотрела на горизонт, на солнце, которое медленно садилось среди тёмных туч. Одновременно прекрасная и ужасная картина. Элли откинула все плохие мысли и просто шла вперёд. И вот уже через несколько минут она была возле больницы.      Разбитые окна зияли черными глазницами, со стен обваливалась штукатурка, оголяя кирпичную кладку, исписанную граффити и предупреждениями об инфицированных.      Пробравшись через разбитые ворота, Элли оказалась во внутреннем дворе, заросшем бурьяном и сорняками. Здесь и там валялись обломки мебели, ржавые медицинские инструменты и трупы, наполовину разложившиеся под дождем и солнцем.      Она достала из рюкзака карту, которую Харрис наспех нарисовал на обрывке бумаги. Склад медикаментов должен был находиться в подвале, под хирургическим отделением.      Пробираясь по коридорам больницы, Элли чувствовала, как по коже бегут мурашки. Тишина была зловещей, нарушаемая лишь скрипом половиц и завыванием ветра в разбитых окнах. Запах гнили и хлорки пропитал все вокруг.      Внезапно тишину разорвал хриплый стон. Элли замерла, прижавшись спиной к стене. В конце коридора, прихрамывая, двигались три щелкуна. Их деформированные лица были искажены гримасой боли и ярости.      Элли знала, что в открытом бою у нее нет шансов. Она выхватила из рюкзака коктейль Молотова, чиркнула спичкой и бросила его в сторону заражённых. Коктейль Молотова разбился о стену, облив зараженных горящей смесью. Щелкуны взвыли от боли и бросились в сторону Элли, но было уже поздно. Пламя быстро охватило их, превращая в живой факел.      Элли, не теряя времени, побежала дальше, в сторону хирургического отделения. Она знала, что рано или поздно привлечет к себе внимание других зараженных.      Добравшись до хирургического отделения, она увидела лестницу, ведущую в подвал. Спустившись по ней, Элли оказалась в темном и сыром помещении. Запах плесени и гнили здесь был еще сильнее, чем наверху. Она включила фонарик и огляделась. Подвал был завален коробками и ящиками, многие из которых были перевернуты и разбросаны по полу. Элли начала искать склад медикаментов. Она перебирала коробки, читала надписи, стараясь найти хоть что-то полезное.      Внезапно ее взгляд упал на старый металлический шкаф, запертый на замок. Она выхватила нож и попыталась взломать замок, но безуспешно. Тогда она достала из рюкзака лом и с силой ударила по замку. Замок поддался, и Элли открыла дверцу шкафа. Внутри лежали аккуратно разложенные медикаменты и инструменты. Элли с облегчением вздохнула. Она нашла то, что искала.      Она быстро начала собирать необходимые предметы, сверяясь со списком Харриса. Хирургический набор, антибиотики – все было на месте. Собрав все необходимое, Элли закрыла шкаф и направилась к выходу. Но тут ей послышался шорох. Она резко обернулась и увидела, как из темноты на нее надвигается группа зараженных. Их было много – ползуны, бегуны, щелкуны… Они окружили ее со всех сторон, не давая ей возможности сбежать.      Элли понимала, что это конец. Она застряла в подвале, в окружении зараженных. Но она не собиралась сдаваться без боя. Она выхватила пистолет и начала стрелять. Один за другим зараженные падали замертво. Но их было слишком много. Элли отстреливалась до последнего патрона. Когда патроны закончились, она достала ружьё и продолжила отстреливать заражённых. Благодаря более мощному оружию у неё более успешно получалось отстреливаться.      Наконец, Элли удалось расчистить пространство вокруг себя, и она тут же побежала к выходу. Она бежала, не оглядываясь, пока не выбралась из больницы. Выбежав на свежий воздух, Элли остановилась, чтобы перевести дух. Она посмотрела на вход в здание и увидела, как за ней идут заражённые. Элли, решив не медлить, тут же кинула в них ещё один коктейль Молотова и быстро побежала в сторону леса.      Только когда девушка зашла на территорию Блэквуда, она смогла немного передохнуть. Её всегда удивляло, что здесь почти не было заражённых. Лес как будто пугал их. Они могли только ходить неподалёку от входа, но никогда не заходили на эту территорию.       Элли опять довольно быстро добралась до лагеря, и её тут же встретил Харрис. — Я принесла, — прохрипела она, тяжело дыша.      Харрис подскочил к ней, взял сумку и занёс её в хижину. Там он быстро разложил инструменты и медикаменты. Все было на месте. Он бросил быстрый взгляд на Элли, её лицо было бледным и измученным. — Спасибо, — сказал он. — Иди к себе, тебе нужен отдых. Я приду завтра с утра.      Элли согласно кивнула и отправилась в свой домик. Из-за эмоций и усталости девушка быстро уснула, а Харрис начал операцию.      Операция длилась несколько часов. Харрис работал не покладая рук, стараясь не допустить ни малейшей ошибки. Мэй помогала ему, подавая инструменты и вытирая пот со лба. Его лицо было напряженным, но в глазах светилась надежда.      Наконец, операция была закончена. Харрис выпрямился, выдохнул и снял окровавленные перчатки. Мэй осталась с Дэном, а Харрис отправился в свой домик отдыхать. Спать у него толком не получалось, он лишь изредка проваливался в сон и снова просыпался. К утру желание спать совсем пропало, и он отправился проверять Дэна. Тот спокойно спал, отходя от операции. Все жизнедеятельные функции были в норме, что радовало. Харрис посмотрел на часы и увидел, что уже восемь утра. В это время Элли уже просыпается и выходит из домика. Он отправился к ней и, как и всегда, Элли спускалась на завтрак. — Элли, стой! — окликнул он её на полпути. — Нам нужно поговорить, — сказал он, и та поднялась обратно к себе. За ней последовал Харрис. — Ты что-то хотел? — спросила Элли, присаживаясь на кровать. — Ну, для начала ещё раз поблагодарить тебя, — он сел на стул напротив. — Спасибо тебе. — Пустяки, — спокойно ответила девушка. — По твоему лицу видно, что это не всё, что ты хотел сказать. — Да, — кивнул тот, тяжело выдыхая. — Я должен рассказать немного о себе. Думаю, эта информация будет важна для тебя, потому что мы всё же живём в одном лагере. Это будет сложно, поэтому просто послушай, перед тем как принимать какое-либо решение.      Элли кивнула, внимательно смотря на мужчину. — Начну сначала. Мой отец основал похожий лагерь, когда только началась эпидемия, но это не увенчалось успехом. Он был стар и быстро скончался, однако, несмотря ни на что, помогал своей общине. Когда он умер, жизнь в лагере превратилась в кошмар. Все сначала горевали, а потом каждый делил обязанности. Все хотели быть новой главой. В конечном счёте лагерь распался, — Харрис вздохнул. — Я не был с ним тогда. Я был Цикадой, — тяжело сказал он, смотря на шокированную Элли. — Я работал у них врачом вместе с другим мужчиной — Джерри. И мы вместе думали, как разработать лекарство, и сначала все эксперименты были успешны. Наш лидер нашёл девочку с иммунитетом, и это для нас было надеждой. Один контрабандист привёл её к нам. Джерри хотел сделать операцию немедленно, но наши мнения разошлись. Нужно было провести кучу анализов, потому что всё, что мы изучали, было теорией, а на практике могло ничего не получиться, – он перевёл взгляд на Элли.            Девушка замерла, сердце бешено заколотилось в груди. Она внимательно посмотрела на Харриса, в его глазах не было осуждения, лишь печаль и какое-то странное понимание. — Я ушёл, не смог дать умереть девочке просто так, — он тяжело опустил голову. — И через сколько времени ко мне привели ту самую девочку. Я знаю, что нужно было сказать тебе раньше. В общем… — Харрис замялся. — Я знаю, что ты иммунная.       Элли отшатнулась, её охватило отвращение. Воспоминания о лаборатории Цикад в Солт-Лейк-Сити, о Марлин, о Джоэле… все вернулось с новой силой. — Ты знал все это время? — спросила она, голос дрожал. — Я хотел, чтобы ты жила. Здесь, в безопасности. - кивнул Харрис.      Элли молчала. — Я никому не говорил об этом и не скажу, — Харрис подошел к ней и положил руку ей на плечо. — Я надеюсь, ты сможешь довериться мне и останешься в лагере.      Харрис развернулся и ушёл из хижины, оставляя девушку наедине.       И Элли осталась. Она поняла, что если за четыре года Харрис никому не рассказал, значит, и не расскажет вовсе. ***      Элли вышла из лагеря и отправилась в город.      Солнце жарило беспощадно. Бетонные джунгли плавились в мареве, отражая жар прямо в лицо. Элли передвигалась по улицам осторожно, стараясь держаться в тени разрушенных зданий. Спустя столько лет она выучила, что лучшая защита – это внимательность и незаметность.      Лагерь остро нуждался в медикаментах. Она уже успела обшарить полуразрушенную аптеку на окраине города, но нашла лишь просроченные таблетки и бинты, искусанные крысами. Нужно было искать дальше, углубляться в город, где риск столкнуться с зараженными и мародерами был выше в разы.      Внезапно, в переулке, раздался приглушенный звук борьбы. Элли замерла, прислушиваясь. Звуки повторились, а затем стихли. Она медленно приблизилась к переулку, приготовив нож.      Заглянув за угол, Элли увидела парня. На вид ему было около семнадцати. Он был одет в поношенную, но чистую одежду, а на плече висела самодельная сумка из мешковины. Что-то в его фигуре зацепило взгляд Элли.      Он смотрел через оптический прицел, ища кого-то. Когда парень ничего не увидел, он обернулся и пошёл в сторону Элли. Девушка попыталась скрыться, но шорох выдал её.      Парень заметил это и, направляя ружьё в сторону звука, пошёл к Элли. Она поняла, что бежать некуда, и, достав пистолет, направила его на соперника. — Опусти ружьё, — приказала она. — Ещё чего, — огрызнулся парень. — Ты кто?