Часть 1

Глава 1 Страна волн. Команда 7, миссия S-ранга. Какаши с беспокойством наблюдал за двумя спящими телами своих учеников. Битва на мосту нанесла большой урон обоим, сильнее, чем он ожидал. Никто не мог отрицать, что миссия увенчалась успехом. Гато был убит собственными руками своего сотрудника, а вместе с ним и Хаку с Забузой, хотя Какаши с трудом пытался почувствовать хоть какую-то радость или облегчение в связи с их смертью. Однако Какаши был ниндзя. Он знал, что за мир всегда приходится платить высокую цену, и он был близко знаком с горем утраты. Смерть этих двоих, как бы прискорбно это ни было, все равно была приемлемой платой за большую цель. Больше не осталось никаких препятствий, которые могли бы помешать Тазуне построить свой мост, и в результате Страна Волн вскоре вступит в новую эру процветания. И все же, несмотря на это, было трудно чувствовать себя победителем. Казалось, Какаши все еще, несмотря на все усилия, был сентиментальным дураком. И весь этот успех не имел бы для него большого значения, если бы два его самых многообещающих ученика не проснулись в ближайшее время. «Какаши-сенсей?» Какаши повернул свой единственный видимый глаз, чтобы посмотреть на своего третьего ученика. Она тоже была его ответственностью, эта девушка-шиноби, которая была не более чем ребенком во всех отношениях, которыми не были ее товарищи по команде: невинные и нетронутые потерей. «Они скоро проснутся», — искусно солгал он ей. По правде говоря, он понятия не имел, проснутся ли они. По всем признакам, они уже должны были проснуться. «Так ты говорила вчера. И позавчера». Голос Сакуры был слабым и усталым, едва слышным шепотом. Девочка была в нескольких секундах от того, чтобы заплакать. Какаши на секунду сжал кулаки, а затем заставил себя расслабиться. Это не вина Сакуры. Если уж на то пошло, то это была его вина. Он был тем, кто решил взяться за миссию и взял с собой своих учеников, несмотря на то, что знал риск пойти против преступника класса А, не говоря уже о двух. Сакура была их товарищем по команде, и она, очевидно, была очень потрясена и смертельно обеспокоена за них. «Чакра-истощение у всех разное. И это была первая настоящая битва Наруто и Саске. Их телам нужно время, чтобы отдохнуть и восстановиться, вот и все», — объяснил он, пытаясь успокоить. Он старался не думать, что это сын его сенсея лежит в той кровати, холодный и неподвижный. Старался вообще не думать о Минато. «Пошли». Он положил руку на плечо Сакуры, ведя ее к двери. «Уже поздно, и нам нужно отдохнуть. Я уверен, что к завтрашнему дню они уже проснутся». Позже той ночью... Все его тело было словно в огне. Кто-то поджег его, и все его тело горело, потому что не было другого объяснения боли. Ничто никогда не причиняло столько боли, как это. Даже когда он шел в полную силу против Кагуи. Даже когда он потерял руку после столкновения с Саске. Саске… Саске должен быть здесь... Мысль о Саске придала ему сил. Он попытался открыть глаза, поискать своего товарища. Попытался позвать его по имени. Если Саске был здесь... Им с Саске нужно было что-то сделать. Но боль была слишком сильной. Она была невыносимой. Он не мог ясно мыслить. Боль поглощала его. Наруто желал смерти. Смерти и мира, места, где больше не будет боли. Он мог бы присоединиться к своим родителям там... К своей маме. «Наруто, отдохни», — раздался в его голове голос. Это было… знакомо. «Ку-Курама?» «Отдохни. Боль пройдет. Я дам тебе знать, когда будет безопасно». Это не было подтверждением, но Наруто каким-то образом знал, что может доверять голосу. И ему нужно было, чтобы боль прекратилась. Это сводило с ума. Если голос предлагал... Наруто медленно почувствовал, что теряет сознание. Он не знал, как долго он был без сознания, но когда он снова проснулся, боль ушла; все, что осталось, было тонким эхом от нее. Он все еще чувствовал, как горят его мышцы, клетки мозга тряслись так сильно, что он боялся, что его голова взорвется. Он все еще чувствовал это, но настоящее прошло. «Наруто…?» Он моргнул пару раз, давая глазам время адаптироваться к свету, каким бы редким он ни был. Затем он повернулся, чтобы посмотреть на своего товарища по команде. Своего лучшего друга. «Как долго…?» — слабо спросил Саске. Наруто задумался. Он моргнул еще раз и дал себе время изучить свое окружение. Была ночь, это было очевидно. Луна, видимая через окно, была единственным источником света. Комната была маленькой и аккуратной, мебели было мало, а кровать, на которой он лежал, была удобной, но незнакомой. Он повернул голову, чтобы посмотреть на Саске. Изображение было… «Ты молод», — сказал он, полный удивления, но не удивления. Саске, похоже, не был впечатлен. «И ты выглядишь дерьмово», — ответил он, как всегда честно. «Ты выглядишь не лучше», — быстро ответил Наруто. Это было правдой. Лицо Саске было слишком бледным, хотя, возможно, оно просто отражало белый нимб луны. Но его волосы были распущены, что было очень редким явлением, его кожа была потной, а круги под глазами были достаточно большими, чтобы напомнить Наруто о его брате. «Я всегда выгляжу лучше тебя, идиот». Наруто улыбнулся: «Ублюдок». Саске улыбнулся ему в ответ. «Как много ты помнишь?» Наруто задумался на несколько секунд. «Просто боль». Саске кивнул, его взгляд блуждал вдали. «Да…» Тогда это было то же самое для них обоих. Но у Саске не было Курамы, чтобы защитить его от боли... что означало, что он был в сознании все это время. Страдания. Наруто хотелось блевать от этой мысли. "Саске-" «Не надо. Что сделано, то сделано. Мы здесь и сейчас». Наруто не обязательно соглашался, но он узнал этот взгляд в глазах своего лучшего друга. Это было чистое упрямство. Поэтому он отпустил его. Саске вздохнул и повернулся, чтобы посмотреть на него. «Это того стоило, в любом случае. И мы здесь и сейчас». Они действительно были здесь. Наруто все еще не мог поверить, что этот его безумный план сработал. И если бы он начал думать обо всех людях, которых они оставили позади, навсегда потерянных для них теперь... Наруто закрыл глаза, и слеза сбежала, стекая по его щеке. Он вытер ее, злясь на себя. Сейчас было не время думать об этом. "Ты жалеешь об этом?" Саске звучал грустно, почти виновато. Хотя это была идея Наруто оставить все позади и приехать сюда, они оба знали, что у Саске была сила отговорить его. Наруто послушал бы его. Вместо этого он снова решил быть эгоистичным, больше заботясь о своих собственных потребностях, чем о нуждах своего друга. Это была идея Наруто, но Саске решил с ней согласиться. "Нет". По крайней мере, в этом Наруто был уверен. Он мог быть глупцом, тоскующим по чему-то, что никогда не произойдет в этой реальности. Он мог быть даже самоотверженным глупцом, отказывающимся от всего, что он знал и любил, ради неопределенного будущего, но он был уверен в своем выборе. Боль утраты была мучительной, и это была такая боль, которая никогда не уйдет. Память о его дорогих людях, теперь навсегда потерянных для него, была тем, что Наруто всегда будет хранить в своем сердце. Это было наименьшее, что он им должен, оставив их позади без особых раздумий. Но если бы у него был шанс, он бы сделал это снова. Это знание заставило его почувствовать себя немного виноватым, но, возможно, не так сильно, как следовало бы. «Мне жаль», — сказал ему Саске. Наруто не ответил. Ему понадобилось несколько мгновений, чтобы прийти в себя. Бессмысленно вспоминать о том, что они оставили позади, напомнил он себе, когда вместо этого им следует с нетерпением ждать этого нового будущего. Их ждал целый новый мир, полный возможностей. Он подождал, пока высохнут слезы, и убедился, что его голос не сорвется, прежде чем снова заговорить. «У тебя все еще есть Риннеган?» — спросил он Саске. «Да». Саске откинул волосы со лба, и Наруто заметил фиолетовую тень в его левом глазу сквозь тени комнаты. «Но я не могу ее использовать. С текущим уровнем чакры этого тела... это было бы опасно». Наруто кивнул. Как они и думали. «А что с тобой?» — спросил его Саске. Наруто закрыл глаза, блокируя внешний мир для своих чувств, одновременно открывая внутренний мир своего разума. «Печать Хагоромо активна, как и твоя», — определил он через несколько секунд. «Он внедрил ее в наши души. Но это тело... хрупкое. Я не знаю, способен ли я использовать режим мудреца шестого пути или что со мной сделает его использование. И мне понадобится чакра Курамы, чтобы сделать это, мой текущий уровень не намного выше твоего». Опять же, не было ничего, что они не учли. «Тогда нам нужно будет тренироваться», — Саске, похоже, не беспокоился по этому поводу. «А Курама? У него полная чакра?» "Да," - улыбнулся Наруто. "Мы немного поговорили, прежде чем я проснулся. Мы прибыли как раз вовремя, когда печать начала течь, и его будущая половина слилась с его настоящей половиной, как мы и планировали". "Хорошо", - кивнул Саске, по-видимому, удовлетворенный. "Нам нужно поспать. Восстановить силы. Мне понадобится гендзюцу, чтобы завтра спрятать глаз от Какаши, а его не так-то просто обмануть". «Значит, мы остаёмся в Конохе?» — спросил Наруто, его голос был полон плохо скрываемой надежды . «По крайней мере, на некоторое время. Мы не знаем, где сейчас Итачи, и тебе будет полезно снова увидеть всех. Я знаю, ты этого хочешь». Наруто не мог этого отрицать, как и не мог отрицать теплоту, которая наполнила его сердце словами Саске. Они были доказательством того, что Саске заботился. Конечно, для Наруто это не было новостью. Саске сам говорил ему это в нескольких случаях. И что еще важнее, он доказал это, оставаясь рядом с Наруто почти два года после войны. Блондин также вспомнил свой краткий опыт в одной из параллельных вселенных — вселенных, которые он и Курама посетили, пока искали нужную, чтобы совершить путешествие назад во времени. Наруто вспомнил интенсивность взгляда Саске той вселенной, когда он смотрел на Наруто, щекочущее ощущение на своей руке, когда Саске держал ее, настойчивость поцелуев Саске, когда он пожирал рот Наруто, и тихий шепот ему на ухо... " Я люблю тебя ". Но это были действия Саске, чье сердце не было разбито, а затем выпотрошено в нежном возрасте восьми лет; Саске, который вырос, окруженный любовью и заботой своих родителей и дорогого старшего брата. Что Саске любил Наруто бесстрашно, страстно, красиво. Однако его Саске... Его Саске тоже заботился о нем, даже если его способ заботы был другим: более осторожным. Это все равно было все, что Саске мог предложить кому-либо. И для Наруто, что кто-то такой сломленный, кто-то такой потерянный, кто-то, кто все еще просыпался с криком большинство ночей и едва мог держать себя в руках большинство дней, все еще выбрал заботиться о нем... для Наруто это было бесценно. Это значило мир. Наруто не позволит себе желать большего.