Часть 2 Глава 3 "Сердце тервновника"

      — Ну вот мы снова здесь. — с некой теплотой и печалью в голосе сказала Эппл Блум.       — Мда... — не столь воодушевленно поддержала Флатершай. — Слушай, Эппл Блум, а что это за столпотворение около кустарника, у них факелы, а на дворе день. Ты же не думаешь, что они...       — Вполне возможно, что они собираются его сжечь. Я удивлена, что они раньше этого не сделали. Тут, у подножия этого кустарника, обитает две секты фанатиков. Из моего недолгого знакомства с ними я поняла, что одни за то, чтобы подрезать купул, а другие — за то, чтобы подпаливать его, но вроде ни одни не собирались уничтожать его полностью.       — Так, а для чего им это?       — Они верят, что терновник сдерживает в себе чудовище.       — Суеверие?       — Не совсем, какая-то стрёмная зверюга и впрямь обитает внутри, она мне даже пару шрамов оставила.       — Это мантикора. — уточнила Луна.       — Должно быть, та, которую мы встретили, когда только познакомились с Твайлайт.       — Да, я тоже ее помню, когда я была Найтмер Мун, я пыталась натравить ее на вас, но, кажется, с тех пор она одичала еще сильнее, если это можно так описать.       — То есть договориться с ней у нас не выйдет?       — Боюсь, что нет. Думаю, лучшим вариантом будет простое избегание.       — Усно.       — В любом случае, если мы хотим попасть туда, нам нужно для начала приблизиться, — подытожила Блум, начав спуск с холма.       Проскользив по траве до более ровной земли, ее тут же заметили местные «аборигены» и принялись обступать со всех сторон. Скаля пожелтевшие и раскрошившиеся зубы, кто-то из них наставил на нее факела, а один навел странное устройство, сделанное из каминных мехов с зажженной свечой перед дулом.       — Тише-тише, мы проблем не ищем.       — Шпионы! — завопил один из местных.       — Да нет же, я ее уже видел когда-то, это пилигрим из пустынь с юга.       — Я рада, что у здешних такая хорошая память на лица.       — Зачем пожаловала?       — Да так, уж точно не для того, чтобы влезать в ваши локальные стычки. Мне лишь нужно вновь пробраться в терновник.       — Хочешь потревожить зверя, чтобы он нас всех растерзал?       — А разве в предыдущие разы я его тревожила? Помнится, я умудрилась отрубить ему хвост и не более.       — То, что ты наполняешь чашу его терпения, не означает, что она не может переполниться. А это кто? — спросил крестьянин, указывая на Флаттершай.       — Она со мной, мой друг.       — Будьте вы прокляты, вы все нас погубите!       — Так, давайте кое-что проясним. — Эппл Блум попыталась сделать шаг навстречу, но пони, державший странное устройство, отвел его чуть в сторону и, нажав на рычаг мехов, выдул струю пламени всего в нескольких метрах от нее, так что она на мгновение ощутила невыносимый жар его аргументов. — Ладно, поговорим отсюда. А может, мы можем что-нибудь для вас сделать?       — Что сделать? — удивился тот.       — Да что угодно, задобрить зверя, ритуал какой помочь провести или еще что. Вряд ли ваши послания до него доходят с окраин.       Крестьянин опешил и развернулся к остальным, те тут же образовали круг и начали перешептываться, иногда искоса поглядывая на них. Спустя пару минут он развернулся обратно и уточнил.       — А поточнее?       Эппл Блум закатила глаза.       — Послушай, если мы собираемся попасть внутрь, мы бы могли принести туда какие-нибудь дары, так?       — Так.       — И тогда зверь не будет так зол.       Крестьянин задумался.       — Полагаю.       — А если дела пойдут не по плану...       — Он сожрёт вас и не будет так зол к нам.       — Э-э... Да, допустим.       — Хммм... Славьте святых пилигримов, братья и сестры, они выбрали для себя роль священной жертвы!       — Немного не то, на что я рассчитывала, но сойдет.       — Вау, Эппл Блум, где ты научилась так договариваться?       — Тебе нужно чаще работать с психами, чтобы понимать ход их мыслей, Флаттершай.       Флаттершай и Эппл Блум провели к терновнику, как святых мучеников, вручили им благовония и тканную вязанку, пропитанную липкой и уже начавшей чернеть кровью, от чего Флаттершай прикрыла нос личным носовым платком не только для того, чтобы отстраниться от запаха, но и для того, чтобы утереть выступившую слюну.       Эппл Блум подошла к стене лог и подняла голову вверх, лианы тянулись на несколько этажей и были усеяны острыми, как кинжал, шипами, ничего не изменилось с предыдущего раза.       — Что ж, осталось найти место, где мы сможем протиснуться.       — Эппл Блум, — окликнула ее Флаттершай и демонстративно помотала крыльями.       — Точно, конские яблоки, как же я рада, что на этот раз всё будет куда проще. Но сможешь ли ты поднять меня, сейчас день и ты ослаблена.       — Что ж, я могла удержать в полете пони до того, как стала вампиром, сейчас я должна быть немногим слабее, и в теории мне хватит сил.       — В теории?       Флаттершай поднялась в воздух и, взяв Эппл Блум подмышку, принялась с пыхтением подниматься в воздух.       — Ты в порядке?       — Д-да. — пыжась, ответила Шай. — Ты тяжелее, чем я думала.       — Это мышцы.       — Не сомневаюсь.       Довольно вяло они поднялись в воздух, сначала на этаж, потом на два, вскоре купол начал закругляться, и Флаттершай позволила Эппл Блум подниматься самостоятельно, находясь на подстраховке, так как лианы были довольно гладкими, и копыта на них то и дело норовили соскользнуть в пропасть. Добравшись до предполагаемой верхушки купола, там, где через слой ветвей проглядывалась крыша мэрии.       — Довольно мило с твоей стороны, что ты решила помочь этим не совсем здоровым на голову пони.       — Флаттершай, мы не будем им помогать, я соврала им, чтобы они нас пропустили.       — Соврала? Но ЭпплДжек...       — Флаттершай, ЭпплДжек здесь нет. — с тоской сказала Блум. — Но есть наша миссия. Я знаю, что она была бы разочарована во мне, но ни мы, ни мир не в том положении, чтобы соблюдать такие истины, как гармония... Прости.       — Не извиняйся, но пообещай мне одно — обещай не попрекать все истины до единой в нашем путешествии. Мир, спасенный таким образом, может стать не тем миром, за который стоит бороться, если вообще его удастся спасти.       — Не волнуйся на этот счет, мне самой противно от того, что приходится на это идти, и я не собираюсь вечно прибегать к подобным методам, просто сейчас мы слишком слабы, чтобы от них отказываться.       Флаттершай кивнула       Дальше полет был нежелательным, и обе принялись спускаться по корням, хотя Флаттершай иногда пользовалась крыльями, когда была уверена, что не порвет их, или когда боялась, что сорвется вниз. Чем ниже они спускались, тем сложнее это было для них, плотность лоз уменьшалась, и приходилось надеяться лишь на цепкость копыт, а в случае с Эппл Блум и на цепкость зубов. И лишь за пару десятков метров от земли Флаттершай наконец могла позволить себе спустить Блум на землю.       На удивление, в сердце тернового купола было довольно просторно, если к этому месту можно было применить такое описание, побеги не лежали так плотно, и между ними можно было маневрировать без большого труда.       Эппл Блум тут же сделала вдох, внутри был довольно влажный и застоявшийся воздух. Учуяв врезавшийся в память запах мочевины, стало очевидно, что данная местность также была облюбована мантикорой, поэтому она тут же скинула выданные ей благовония и мясо на землю, для нее это было не более чем мусор.       — Флаттершай, давай поскорее начнем поиски. Куда нам идти?       — Не знаю.       Эппл Блум с молчаливым непониманием посмотрела на нее.       — Части не дают точного расположения других частей, по крайней мере я такого не замечала. Они могут только указать на место.       — Ладно, не будем разделяться и обшарим территорию, пока не стемнело.       Флаттершай и Эппл Блум начали поиски, разумеется, с ближайшего здания, коим являлась мэрия. Обшарив архивы и картотеку, они не нашли ничего полезного, следом они выдвинулись в город. Дом за домом они обшаривали каждый угол, но никаких намеков даже на малейшие паранормальные явления не появлялись. Даже в довольно очевидном месте, как замок Твайлайт, они не нашли ничего, кроме пыльного разбитого зеркала и отсыревших книг (Твайлайт была бы в крайней печали).       Так прошли часы, как и предполагала Эппл Блум, сумерки спускались куда быстрее, чем должны были. Вспоминая неприятный опыт прошлого, она твердо решила переждать ночь и думала над тем, где бы лучше это сделать.       — Флаттершай, как ты смотришь на то, чтобы остаться в замке на ночь?       — Я думала над тем, чтобы наведаться с этой целью в Сахарный уголок. Я подумала, может, там мы сможем найти какие-нибудь припасы.       — Думаешь, что-то могло сохраниться?       — Там много консерв с сахаром. Как давно ты ела что-то сладкое?       Эппл Блум сглотнула слюну.       — Настолько сладкое я не ела с тех пор, как случился катаклизм. Хорошо, давай переночуем в Сахарном уголке. — отирая подбородок, в предвкушении согласилась Блум.       Быстро направившись в здание пекарни, первым делом они завалили главный и черный входы тяжелыми шкафами-купе, закрыли все окна и, зажгя свечу, принялись осматриваться. Глаза тут же цеплялись за иссохшую мебель, пригодную для костра, но жажда сахара тянула обоих на кухню. Но, к их великому сожалению, ни на антресолях, ни в ящиках, ни в сундуках и ни на одной из полок они не смогли ничего найти, ничего кроме гнили, пустоты или плесени.       — Не могли же они всё унести с собой.       — Может, здесь успел кто-то побывать до нас?       — И всё сожрать? Чтоб его диабет до конца жизни мучил, я лишь хотела одну баночку персиков в сиропе или варенья из яблок.       — А может, они хранили это где-то еще, довольно странно хранить сырье на кухне. Может, мы пропустили кладовую.       — Если это так, то она должна быть где-то рядом с кухней, но отсюда дверь только наружу и в общий зал.       — Мистер и миссис Кейк принимали продукты по выходным в главном зале, должно быть, кладовая ближе к тому месту.       — Это довольно непрактично с их стороны, но проверить стоит.       Вернувшись в главный зал, Блум тут же перемахнула за витрину и открыла непримечательную дверь, которую раньше не замечала. Предвкушение, которое мог испытывать только жеребенок в преддверии Дня горящего очага, тут же улетучилось, когда к ее ногам посыпались вскрытые и опустошенные банки с консервами, одна из них перекатилась названием вверх, надпись на ней гласила: «Сахарные персики дядюшки Мартина». Эппл Блум упала на колени и принялась грозить копытами в небо.       — Ублюдки! Вы все их сожрали.       — Не драматизируй так, Блум, у нас все еще есть галеты.       — Полагаю, Пинки бы так и сказала, — с печальной усмешкой подметила Блум.       — Да... Интересно, где она сейчас, занимается ли она тем же, чем обычно, принося счастье и готовя вкусности, задела ли она себе новую пещеру?       — Что?       — А ты, наверное, не знаешь, у нее была пещера с картотекой, где хранилась вся информация о жителях Понивилля.       — Стоп, что? Это стремно, до жути стремно.       — А по моему мило.       — Да такие пещеры только у маньяков есть, какой там «мило». И где она была, за городом, где-то рядом с домом Мод?       — Нет, прям здесь.       — В смысле под Сахарным уголком?! — Эппл Блум передернуло от мурашек.       — Да, кажется, у нее был какой-то рычажок или кнопка под кассой, что открывала проход. — Флаттершай попыталась дотянуться и что-то нажать или дернуть, и, к ее удивлению, ей это удалось.       Во время короткой паузы послышалась пара щелчков и скрип старого механизма, после чего под Эппл Блум исчез пол, и она с криком провалилась во тьму.       — Эппл Блум!       Флаттершай рванула следом, скатившись по горке вниз и перелетев ее конец, чтобы не врезаться в Блум, которая неудачно приземлилась лицом в грязь.       — Больше так не делай.       — Прости, я не думала, что он откроется под тобой. — Флаттершай прервалась, чтобы оглядеться. — Смотри, люмины еще работают. — обратила она внимание на кристальные лампы.       — И что, они разве светят по сотне лет?       — Нет, их надо заряжать хотя бы раз в два-три года. Значит, тут кто-то был или есть прямо сейчас.       Словно бы подтверждая догадку Флаттершай, из-за угла послышалось копошение. Блум тут же вскочила на ноги, и ее тело напряглось, как пружина, готовясь ко всему. Быстро переглянувшись, они аккуратно последовали в сторону звука и, заглянув за угол, увидели, как сгорбленная фигура в плаще копошилась перед старым столом, а прямо за ней побулькивал котел с едким голубоватым свечением.       Первая догадка, которая пришла в голову Блум, — это Зекора, но она тут же откинула эту идею как довольно рискованную, слишком самонадеянно было полагать, что первый попавшийся в этом месте был для них другом, и еще более самонадеянно полагать, что это мог быть их знакомый. Она подала знак Флаттершай, что фигуру нужно обступить и застать врасплох, Флаттершай согласилась, и они вдвоем тихо прокрались и встали так, чтобы по необходимости мгновенно схватить незнакомца.       — Без выкрутасов, повернись назад, и никто не пострадает, ибо мы вооружены и на нервах.       Фигура поначалу замерла, но не от страха, а вслушиваясь в голос собеседника. Затем, резко развернувшись, она закричала, от чего тут же закричали и Блум с Флаттершай, но ни одна из них не сорвалась с места, чтобы уложить таинственную фигуру на пол и скрутить.       Со временем крик по обе стороны смолк, и Флаттершай с Блум обе замерли, но ненадолго, Флаттершай почти сразу не выдержала и со слезами бросилась обнимать пони в плаще.       — Пинки! — крикнула она, накидываясь на знакомую.       Эппл Блум медленно села и также пробормотала знакомое имя.       — О, Флаттершай и Блум с тобой, вы как раз вовремя.       Пинки выглядела, мягко говоря, непривычно. Лицо розовой пони было покрыто редкими морщинками, торчащая по обыкновению прядь густой кудрявой гривы блестела сединой, а глаза были мутными и серыми, похоже, она почти полностью была слепа. Одета она была, помимо черного плаща, в тканные обноски с причудливыми золотистыми узорами, ткань была старой, но по виду не такой выцветшей, и лишь местами попадавшиеся на ней швы от многочисленных реставраций говорили о ее возрасте.       Отойдя от шока, Эппл Блум также обняла старую подругу.       — Пинки, ты жива, но как?       — Конечно жива. Я живу здесь почти с того же дня, как все разъехались, питаюсь корешками и сахарными персиками дядюшки Мартина.       — Но почему ты не уехала?       — Зачем? Мне и здесь неплохо, тем более что в день, когда всё рухнуло, мне пришло видение. Я должна была остаться здесь и дожидаться, поэтому я и сижу здесь и жду. Да, может быть, я чуток сошла с ума больше обычного.       — Я думала, ты уже давно су... — начала говорить Блум, за что получила тычок копытом в бок от Шай.       — Странно, в видениях еще была принцесса Луна.       — Я здесь, Пинки, возможно, ты не видишь меня, но я здесь.       — Ну и ладненько.       — Пинки, а что за видения заставили тебя остаться здесь? Для чего? — продолжила Луна.       — Не знаю, откуда взялись видения, но, судя по всему, катаклизм таким образом улучшил мое личное чутье. Зато я вспомнила, для чего я здесь. Точно-точно, чтобы направить вас дальше, по пути частей трупа.       — Ты не шутишь? Пинки, если ты направишь нас по нужному пути...       — Ну, не совсем направлю, лишь дам направление, путь вы должны будете найти сами.       Пинки обошла Блум и Шай и, слив три миски светящегося отвара в миски, принялась набирать с полок десятки трав и реагентов. Закинув всё разом в котёл, она также достала хрустальный шар и закинула его следом, расплескав часть отвара на пол и собственное лицо. Из котла поднялась голубоватая дымка, образовывая силуэты.       Сделав глубокий утробный вздох, Пинки закатила глаза и подняла копыта вверх, но тут же опустила их и заговорила.       — Просто идите на запад в поселение Пенумбра, там вы встретите тень прошлого, она поможет отыскать дальнейший путь.       — И всё?       — А ты ждала большего?       — Да, ты так артистично начала и сразу закончила.       — А, значит, ты и свою судьбу хочешь узнать? Но тогда скажи мне для начала — ты точно хочешь этого, будущее зачастую пугает и сбивает.       — Да, — без колебаний ответила Блум.       — Оки-доки-локи! — Пинки вновь принялась артистично махать копытами. В воздух тут же взвились новые струйки дыма. — Я вижу... Вижу!       — Что? — шепотом спросила Блум, завороженная зрелищем.       — Я вижу тебя, Блум, ты должна будешь собрать расколотое воедино, чтобы расколоть и снова собрать не новое, но и не старое. На своем пути ты встретишь много врагов и верных товарищей, но... Я вижу предательство, слезы, смерть... Много смерти. И твою смерть я вижу в том числе, ты погибнешь от копыт пони... в маске? Должно быть, актер театра.       — Нет, Пинки, это... Что значит «умру от пони в маске»?       — Я же говорила, что будущее может расстроить. Ты можешь не принять будущее, но оно сбудется в любом случае, но важно, как оно исполнится.       — Что это должно значить?       — То и значит! Ну, решила отказаться от своей судьбы.       — Нет, я продолжу путь, но ты точно уверена, что смерть неизбежна, может, еще раз посмотришь?       — Нет смысла смотреть, я же слепая.       — Ладно, как скажешь. Но как нам найти другие части?       — О, точно, вам нужно передать кое-что. — Пинки Пай достала из-под стола деревянную коробочку и, открыв ее, протянула Блум. — Возьмите это.       В коробочке лежал иссушенный кусок плоти, похожий на слизня, но, приглядевшись к анатомии, Флаттершай охнула, узнав в очертаниях корень, срединную борозду и желобовидные сосочки.       — Это же язык! Язык Дискорда!       — Пинки, ты просто потрясна. Вот только я касаться его не хочу, а то вдруг сольётся со мной. Может, ты Флаттершай?       — Я-я? — засмущалась Флаттершай. — Слиться с языком Дискорда... Н-н-ну ладно.       Флаттершай дрожащими копытами прикоснулась к языку, но ничего не произошло.       — Хм, может, с головой получится?       Решив подкрепить предположение на практике, они поднесли язык к голове, и тот сам пополз в рот, слившись с нижней челюстью намертво. Голова двинула челюстью, будто привыкая к новым ощущениям, после чего раскрыла пасть и высунула язык наружу. Удлинившись, он стал плоским, и на нём начали выступать буквы, словно татуировка.       10 — пусто       9 — пусто       8 — пусто       7 — пусто       6 — пусто       5 — Королева Кризалис 1 (неизвестно)       4 — Старлайт Глиммер 1 (неизвестно)       3 — Лаки Страйк 1 (неизвестно)       2 — Эппл Блум 1 (зуб)       — Это список обладателей частей?       — Должно быть найдено не так много частей, но почему тут нет меня, у меня же три части.       — Погоди, Флаттершай, список еще не полный.       1 — Маска 3 (неизвестно)       — Э? Маска? Получается, Маска — это ты, Флаттершай?       — Нет, клянусь! Тут, должно быть, какая-то ошибка. — Флаттершай судорожно принялась вертеть язык в копытах и благодаря этому обнаружила инструкцию на обратной стороне, выглядящую также в виде татуировки. — Условия!       "Список дополняется именами в настоящем времени. Настоящее имя владельца и название артефакта можно скрыть при условии, что владелец артефакта не знает о настоящей личности носителя или о носимом артефакте. Отображаемые имена расположены в порядке возрастания носимых артефактов, высота расположения носителей одного количества отображает время нахождения (чем выше в списке, тем новее находка). Владельцев артефактов, что не стали носителями, список не отображает."       — Вот видишь, это не я. — сказала Флаттершай, опуская язык обратно. — Но это крайне осложняет нахождение тех, кто не носит артефакты в себе.       — Да, а еще я теперь точно вижу, что ты не Маска. Взгляни.       Флаттершай вновь взглянула на список, строка с Лаки Страйком исчезла, пододвигая всех ближе к первому месту, в то время как количество артефактов у Маски увеличилось до четырех. Все, кто мог, нервно сглотнули.       — Вот черт, у него одно артефактов как у нас двоих, и, если строить догадки, то те, что напрямую влияют на тело и на возможности организма, сразу же сливаются с носителем. Если у него четыре боевых артефакта, то мы уже серьезно отстали от Маски. К тому же имена в таблице далеко не радуют.       — С другой стороны, теперь у нас есть преимущество перед остальными, и мы знаем, что Старлайт жива!       — Как и Кризалис. Ладно, не будем терять оптимизм. Лучше скажи, Пинки, у тебя еще остались персики?

***

      Дождавшись рассвета, Флаттершай и Эппл Блум попрощались с Пинки, они предлагали ей пойти с ними, но та наотрез отказалась от этого и сказала, что останется здесь, потому что это ее судьба. Выбравшись наружу тем же способом, они аккуратно спустились и взяли направление на Пенумбру.       — Похоже, что эта часть нашего приключения закончилась, и главное, что никто не пострадал.       — Это уж то...       Завернув в сторону, они увидели дотлевающее побоище между двумя сектами тернового куста, из которого, судя по всему, никто не выбрался живым.       — Ну или почти никто.

***

Получен артефакт (часть трупа): Язык — нем, но при этом болтлив. Слияние — отсутствует Тип эффекта — вспомогательный Особый эффект: показывает имена носителей артефактов (тех кто слились с ними) и количество слившихся артефактов (при знании личности носителя и носимых артефактов отображает и их.