Глава 4. Свобода

Лириан увели через несколько часов после того, как мы уснули. Когда её проводили мимо моей камеры, я успел разглядеть длинные тёмные волосы, покрытые пылью и кровью, и вымученную улыбку на бледном лице, которую она мне бросила, проходя рядом с моей решеткой. Проводив ее грустным взглядом, я растянулся на полу, готовясь к неизбежной боли. Она не заставила себя долго ждать. Спина горела огнем, я метался по всей камере из угла в угол, безуспешно пытаясь убежать от невыносимых мук. Лопатки нещадно жгло, но это было только начало. После орки стали водить раскаленным металлом вдоль позвоночника. Через некоторое время боль отступила. Я мог лишь надеяться, что эти твари закончили, но все же понимал, что это не конец. Я почему-то думал, что орки продолжат измываться над спиной Лириан, поэтому пронзительная боль под коленом застала меня врасплох. В суставы словно вгоняли гвозди, хотя, наверное, так оно и было. Мои крики разлетались по всей темнице, а я мог лишь надеяться, что вскоре потеряю сознание. Трудно сказать, когда все это кончилось. В какой-то момент я просто понял, что нахожусь не в темноте тюрьмы, а в тьме своего сознания. После того, как я пришел в себя, первым делом кинулся к решетке, стараясь услышать Лириан. К счастью, мне удалось различить ее хриплое дыхание, тихо разносившееся по темнице. Я решил ее не будить. Присев около решетки, мне удалось найти воду и еду, оставленную орками. Хлеба не хватало, чтобы утолить хоть часть голода, но мясо я бы не стал есть ни за что. Допив воду, я вспомнил про свою раненую руку. Ощупав пальцы, с удивлением понял, что раны немного зажили. Мелкие порезы и ожоги покрылись тонким слоем новой кожи. Хотя до полного исцеления было еще очень далеко, стало понятно все чудо эльфийской регенерации. Кости в пальцах не срослись, а мне нечем было их закрепить, поэтому я просто постарался оставить руку в покое. Лириан проснулась через несколько часов. — Ну, как ощущения? — выдавив из себя смешок спросила она. — Незабываемо. На этом разговор и кончился. На следующий день (или ночь?) забрали меня. По пути в старую комнату я не заметил ничего нового. На этот раз капитана орков не было, видимо он был сильно занят, раз не почтил меня своим вниманием. На этот раз твари занялись моими ногами. Они делали достаточно аккуратные надрезы, а затем медленно срывали тонкие лоскуты кожи. Закончилось все это прижиганием, видимо у орков был какой-то пунктик по поводу этой процедуры. В последующие дни пытки не останавливались. Орки поочередно истязали нас с Лириан, при этом ни разу не повторяясь в способах своих измывательств. Можно сказать, что я даже немного привык к такому кошмару. Этому способствовало то, что другой своей жизни я так и не вспомнил. *** В тот день все было как обычно. Мы с Лириан молча сидели, когда откуда-то сверху послышался оглушающий взрыв. Стены нашей темницы затряслись, а с потолка посыпалась пыль и мелкая крошка. — Что это? — спросила Лири. — Понятия не имею, — ответил я. Я подошел к решетке и вслушался в тьму. Стоять было сложно, из-за постоянных истязаний мое тело сильно ослабло. В последней пытке мне сломали правую ногу, поэтому передвигался я мелкими прыжками на левой, и каждый толчок отдавался огненной болью во всём теле. Снаружи послышались крики и звон стали. Звук приближался, вскоре дверь наверх распахнулась, и в темницу вбежал орк с факелом. Судя по виду, он был в ярости. Сквозь открытую дверь лязг мечей был хорошо слышан. Орк замахнулся клинком и ударил сквозь прутья решетки, я лишь чудом успел отпрянуть и вжаться в стену камеры. — Эльфийское отродье! — злобно прошипела тварь. Орк бросил факел на пол и потянулся за ключами на поясе. Через несколько секунд он распахнул дверь и шагнул в камеру. Он замахнулся мечом, но в этот же момент его грудь пронзил чей-то клинок. Тварь упала в сторону, и я увидел эльфа. Он взглянул на меня, и его глаза расширились от удивления и неверия: — Астомиэль? — неверящим голосом вымолвил он. — Мы знакомы? — с удивлением спросил я. Еще большее удивление вызвало то, что он назвал меня именем, которое я сам себе придумал. Эльф нахмурился, но не успел ничего сказать. — Ландилион, быстрее, потом потреплетесь! — только сейчас я заметил второго эльфа, стоящего в проходе. — Тут еще одна, дай мне ключи! Эльф передо мной словно очнулся, затем взял ключи из руки орка, и, обернувшись, бросил их другому воину. Затем он вновь повернулся ко мне. — Поговорим после, Аст, сейчас нужно вывести вас отсюда. Можешь идти? — С трудом, — ответил я, — Нога сломана. — Проклятье… — прорычал он, затем обернулся к своему напарнику, который уже открыл решетку Лири. В отличие от меня, она могла ходить сама, однако у нее было множество других травм. Хуже всего, у нее была перебита в нескольких местах левая рука, сейчас она свисала плетью. Ландилион быстро оглядел ее и тихо что-то прошептал, а его лица исказилось в ужасе и гневе. Лириан подняла на него взгляд, тут же ошарашенно перевела его на меня, а затем снова на эльфа. Она приоткрыла рот, чтобы что-то сказать, но не успела, Ландилион заговорил первым. — Вас нужно вывести отсюда. Элиссар, помоги им, — обратился он к другу, — Я расчищу вам путь. Ландилион еще раз взглянул на нас с Лириан и рванул вверх по лестнице. Элиссар же убрал меч в ножны и перекинул мою руку себе через плечо, помогая идти. Лири шла прямо за нами. Мы стали взбираться по винтовой лестнице, и когда нам удалось добраться до зала, перед нашими глазами предстало ужасное зрелище. Сражение шло не очень долго, но каменный пол уже был усеян десятками тел. Красная кровь эльфов перемешалась с черной кровью орков и покрывала весь пол. Сражение превратилось в свалку, было трудно понять кто побеждает. Ландилион сражался с одним из орков рядом с дверью, через мгновение он смог прикончить его. Эльф повернулся к нам и прокричал Элиссару: — Веди их к выходу, я прикрою! Мы быстро двинулись к двустворчатым дверям, сейчас они были распахнуты. Я почти ничего не понимал в суматохе боя, и не думал ни о чем. Время от времени рядом падали тела орков, сраженные мечом Ландилиона. Уже около дверей я почувствовал, что Элиссар вздрогнул. Переведя на него взгляд, я увидел, что из его горла торчит наконечник орочей стрелы. Эльф в шоке дотронулся свободной рукой до раны, а потом повалился на пол, потянув меня за собой. Я упал рядом с ним, взглянув в глаза, которые уже покинула жизнь. Меня кто-то потянул наверх, это оказалась Лири, которая, морщась, пыталась меня поднять. К своему стыду, я только сейчас понял, что совсем забыл про нее в пылу окружающего нас ужаса. С ее помощью мне удалось встать. Мы обернулись и увидели, что эльфам удается все больше оттеснять орков. Однако промелькнувшая радость быстро сменилась ужасом. В противоположной стороне зала вспыхнула ярко-оранжевая молния. Она коснулась нескольких эльфов, оставляя в их телах обугленные отверстия. Орки воодушевленно завопили и, словно им придали еще ярости, с новыми силами бросились в атаку. Вспыхнула новая молния, и тела еще пятерых эльфов повалились на пол. — Отступаем! — прокричал кто-то, видимо командир эльфов. Около нас появился Ландилион. Он с горечью посмотрел на Элиссара, но тут же пришел в себя. — На улицу, живо! — скомандовал он и потащил нас к дверям. Стояла ночь, вдобавок к этому шел сильный дождь. Оглядевшись, я понял, что все это время мы и вправду находились в крепости. В сотне футов от нас была крепостная стена. Там, где по всей видимости были ворота, сейчас зияла огромная брешь. Мы двинулись к ней. Во дворе также кипела битва, но к счастью, путь к пролому был свободен, и нам удалось быстро до него добраться. Стоя в проломе, Ландилион что-то громко просвистел, смотря в ночную мглу. Про себя я подумал, что вряд ли его кто-то может услышать, особенно в шуме сражения под дождем. Я рад был ошибиться. Через несколько мгновений из темноты послышался топот копыт, и к стене стали подбегать кони. К этому времени всех эльфов, бывших в главном здании, уже отбросили во двор. Воины быстро отходили к бреши, гонимые орками. Ландилион помог мне забраться на коня, потом усадил на соседнего Лириан и сам сел за ее спиной. Эльф достал их чехла на лошади лук и начал стрелять по ближайшим оркам, прикрывая отступление. Я же в это время всеми силами старался не свалиться из седла, раны были слишком серьезными. Это заметил Ландилион и прокричал, не прекращая стрелять: — Лираэль, помоги Асту! Не дай ему свалиться с коня! Я почувствовал, как кто-то запрыгнул на лошадь и прижался к моей спине. Лираэль обхватила меня руками с двух сторон, взяла поводья и сразу же пустила коня прочь от орочей крепости. — Держись, — через несколько минут тихо сказала мне она, — Теперь вы с Лириан в безопасности. Я с трудом поднял голову и огляделся. Вокруг нас скакали на лошадях эльфы, их было всего десятка три. Рядом была лошадь Ландилиона, он нежно придерживал Лириан, потерявшую сознание. Вскоре и я провалился в беспамятство.