Глава 3. Связь

Придя в себя, я вновь почувствовал боль в руке. Не такую резкую и пронзающую все тело, как при пытках, а тупую, ноющую, ту, что постоянно тлеет на задворках сознания. Судя по всему, я лежал на каменном полу своей камеры. Наверное, орки забросили сюда мое бессознательное тело. С трудом перевернувшись на спину, я вгляделся в тьму. От долгого пребывания на ледяном камне каждое движение приносило неприятные ощущения. Я осторожно приподнял левую руку и кончиками пальцев правой коснулся искалеченных фаланг. Волна боли заставила меня стиснуть зубы и глухо застонать. — Проснулся? — это была девушка, голос ее был тих и задумчив. — Проклятье… — сквозь зубы пробормотал я, с трудом приподнимаясь и переваливаясь на солому. — Сколько раз ты была у них, там? — последнее слово я выделил. — Четыре. — её голос оставался тихим, но в нём появилась какая-то новая нота. — Мне больно это говорить, но мы здесь надолго. Может быть, навечно. Когда тебя вытаскивали, я увидела твои заостренные уши. Эльфы бессмертны, а еще у них регенерация лучше, чем у обычных людей. Так что мы превращаемся в идеальных подопытных. Да, я тоже эльф. — ответила она еще до того, как я успел спросить. По щекам неожиданно потекли горячие слёзы. Я даже не сразу осознал, что плачу. — Что они с тобой делали? — после паузы спросила эльфийка. — Я не хочу об этом говорить. У тебя что, нет других тем для разговора? — ответил я убитым голосом. — Когда тебя утащили… Вскоре после этого я почувствовала жуткую боль в левой руке, в пальцах. Будто бы мне их ломали. Я такое переживала, когда пытали меня. Я подумала, что… — Да, мне ломали пальцы. Потом ножом вырезали ногти. Потом прижигали. — Я немного помолчал. Потом подорвался и подошел к решетке. — Постой, а что они делали с тобой в последний раз? Вскоре после того как я в первый раз очнулся, почувствовал невероятную боль в руке, выше локтя. Почти сразу после этого я потерял сознание. — Хм. Да, мне истязали руку тогда. Ее резали зазубренным лезвием. Мы молчали, погруженные в свои мысли. — Выходит, мы чувствуем боль друг друга? — спросил я. — Похоже, что так. — ответила эльфийка. — Хотя сейчас я ничего не чувствую. Твои пальцы все еще болят? — Да, гораздо меньше, но болят. — я задумался. — Может, имеет значение эмоциональное состояние? Когда меня пытали, я не мог думать ни о чем, только лишь орал. Я себя не контролировал, может поэтому и «передавал» свою боль тебе… — Это возможно, — сказала девушка, — Интересно, мы можем это проверить? — уже тише добавила она. — Можем. Я ударю пальцами о стену и посмотрим. — Не надо! — испуганно закричала она. — Ха-ха-ха, да шучу я. — я тихо засмеялся. — Ты идиот… — немного нервно сказала эльфийка и через пару секунд со стороны ее камеры тоже послышался тихий смех. Вскоре мы замолчали и задумались, скорее всего об одном и том же. Природа нашей связи не могла не беспокоить. Я ничего не помнил о магии, но без ее вмешательства тут явно не обошлось. Кто это с нами сделал и зачем? Или это было и до того, как мы сюда попали? Вряд ли на эти вопросы нам ответят орки, так что и забивать ими голову сейчас не имеет смысла. — У твоей решетки оставили немного еды, тебе стоит восстановить силы. — сказала эльфийка. Поблагодарив подругу, я присел у двери камеры и стал на ощупь искать еду. Как и в прошлый раз, нашел немного хлеба, гнилое мясо и порченую воду. Мясо я сразу выбросил, а все остальное съел. На этот раз на вкус вода была не настолько отвратительной. Хотя может я просто не обратил внимания из-за ноющей боли и усталости. Я вновь прислонился к стене. Хотел было поговорить с эльфийкой, но тем для разговора не находилось. С какой-то отрешенностью подумал, что их и не будет, трудновато о чем-то беседовать, если вообще ничего не знаешь о мире. Полет мысли вновь свернул, на этот раз к вопросу моей личности. Кто я все-таки такой? Откуда? Сколько мне лет? Эльфа бессмертны, мне в равной степени может быть и пятьдесят, и пять тысяч… Кем я был раньше? Кто эта эльфийка в соседней клетке? Мы оказались здесь случайно, или же нет? На все эти вопросы не было ответа. Я хотел было от них отрешиться и не думать ни о чем, но не мог. Я задумался, на этот раз о своей новой подруге. Кем была она? Как складывалась ее жизнь, до попадания сюда? Хм. Эльфийка. Даже в своих мыслях я называл ее так. Хотя по-другому звать я ее не мог, имен то у нас не было, чувство неправильности все больше одолевало меня. Так нас называли орки, а иметь с ними что-то общее, даже в такой малости, я не хотел. — Нам нужны имена. — твердо сказал я. — Что? — видимо я вывел девушку из раздумий своим вопросом. — Нам надо придумать себе имена, не хочу все время звать тебя «Эй ты!». Эльфийка усмехнулась: — Ну хорошо, тут с тобой соглашусь. Давай думать. Мы надолго замолчали. Мне почему-то казалось, что придумать себе имя будет проще. Теперь это казалось самым важным решением в моей жизни. Хотя может так оно и было, по факту моя жизнь длится всего пару дней… Наконец, я придумал себе имя. Произнеся его у себя в голове несколько раз, я почувствовал какое-то ощущение правильности. — Зови меня Астомиэль. — Астомиэль? Звучит слишком высокомерно, тебе не кажется? — в голосе девушки я услышал смеющиеся нотки. — Нормальное имя! — притворно возмутился я. — Ну нет, надо как-то сократить его… Хммм… Буду звать тебя Астом! — Ладно, сойдет, — я улыбнулся, — Какое имя выбрала ты? Девушка притихла, а я не стал ее торопить. Через несколько минут она смущенно произнесла: — Лириан. — Лириан… Красивое имя, мне нравится… Впрочем, буду называть тебя Лири! — Это еще почему? — Ты-то мое имя сократила! — сдерживаясь от смеха сказал я. — Твое напыщенное имя не выговорить, не сломав языка! Мое-то что — всего шесть букв. — под конец она и сама рассмеялась. Наши смешки звучали неестественно в этом мрачном подземелье, но именно поэтому они были так ценны — крошечные островки света в кромешной тьме. Так, перебрасываясь безобидными колкостями, мы и легли спать. Где-то в темноте её тихое дыхание сливалось с шорохами темницы, напоминая, что я не один.