Часть 2

Я сидел в углу комнаты и повторно прослушивал инструкции. «Энжел. Передвигается со скоростью 40 км/ч. Его приближение сопровождается громким звуком — по нему можно распознать его появление. Встречается среди монстров чаще всего. Как правило, его маршрут пролегает только по коридорам. При его появлении рекомендуется немедленно искать укрытие и скрыться с линии видимости. Также существуют другие монстры, похожие по поведению, но с отличиями». Дальше слушать не стал и отключил слуховой имплант. Для вида просто почесал ухо. Так, на всякий. Я пытался зацепиться за что-то конкретное, но представленная информация вызвала больше вопросов, чем ответов. Ни описания внешности, ни упоминания происхождения существа. Если он появился из воды — как выживает без неё? И какое у него тело, раз позволяет развивать такую скорость? По крайней мере, я был предупрежден о возможных столкновениях с монстрами в комплексе. И предоставили правила, по которым от них можно спастись. Это слишком много в сравнении с полным незнанием расходников. Однако у всех нас, так или иначе, выбора нет. Испугавшись я упоминания монстров и откажись от сотрудничества — уже был бы мертв. Хотя не стану лгать — мое любопытство лишь растет. Ложу надежду на то, что смогу его вскоре подавить. Добраться бы до какого-нибудь центра с базой данных… Однако сейчас меня тревожит кое-что куда больше. Выстрелы, прозвучавшие перед появлением Энжела, не выходят из головы. Кроме того, я теперь не могу избавиться от ощущения, что за нами следят. Если это существо владеет оружием, значит, оно обладает развитым интеллектом. А это уже отличает его от прочих монстров. Возможно, по уровню разума оно ближе к человеку. Версию о выжившем расходнике я сразу отбрасываю. Если кто-то и сумел выжить до сегодняшнего дня, то он, скорее всего, прячется глубже в комплексе. Мы же пока что прошли лишь малую его часть — и то не более одного процента всего Хадал Блэксайта. Я достал из рюкзака найденные по пути детали и начал делать вид, что собираю устройства для взлома. Даже при том, что в моем имении есть работающие приборы. Просто важно, чтобы их внешний вид совпадал с тем, что можно было бы собрать из подручных средств. Меньше подозрений, если придётся использовать их у кого-то на глазах. В принципе, я способен соорудить что-то работающее. Но ни одно из самодельных устройств не сравнится по эффективности с теми, что мне выдали. Теперь к другому вопросу. Да, именно о том гибриде. Не могу выбросить с головы это мертвое тело, напоминавшее частицу фауны другой планеты. Многие обитатели океана выглядят как инопланетные жители, но это… Оно производило особенно жуткое впечатление. И я всё чаще думаю: а вдруг монстры, обитающие здесь, на самом деле не являются местными обитателями? — Мы ше сдесь ненадолго, да? — мои мысли прервал стон Айри. — это помещение кажется тесным! Мы нашли вентиляционный проход и перебрались в небольшую комнату. Она напоминала скромную зону отдыха: диван, кофе-машина, микроволновка, стол и стулья. Основная дверь была заклинившей, но другая вентиляция вела в следующую часть комплекса. Мы заблокировали проходы мебелью и решили немного перекусить консервами из рюкзаков. — Айри, ну сколько можно? — Реджи приподнял брови и обернулся к девушке-альбиноске. — Я же говорил: мы не можем сразу уходить. Дай ноге немного отдохнуть. — Но мне здесь нье нравится! — Айри обняла подушку и продолжала хныкать. — Тогда нужно было аккуратнее падать из шкафа! — Реджи раздраженно потер переносицу. Айри в ответ лишь громче завопила, что заставило панка передернутся. — М-молчи! Кто знает какая тварь сбежится на твои всхлипы! Он подошёл к девушке и сел рядом. — Что мне сделать, а? Сказку рассказать? — В няньки уже подался? — не упустила момента подколоть Рэда. Однако мне было совсем не до шуток. Учитывая почти паническое состояние Айри, её истеричные возгласы вполне могли привлечь внимание какого-нибудь опасного существа. Я вздохнул, словно на плечи легла тяжёлая ноша, и неторопливо поднялся с места. — Позволь осмотреть твою ногу, — тихо попросил я. Айри вытерла слёзы и, опираясь на руки, осторожно села. — Не напрягайся, — сказал я и аккуратно снял с ее ноги ботинок, затем носок. На коже — синеватое пятно. Небольшое. Я коснулся его пальцами. — Больно? — Ай! — Айри дернула ногой. Она вела себя, как ребёнок. Я почувствовал на лице подавленную улыбку. Боже, какой же я наивный… — Не переживай. Это обычный синяк, — успокаивающе произнёс я, натягивая обратно ботинок. — Пройдёт, и сама не заметишь. — Правда? — с надеждой спросила она, заглядывая мне в глаза. — Конечно. То, что ты чувствуешь — обычный дискомфорт, — продолжил убеждать я. Я опустил её ногу, но полного облегчения на её лице не увидел. Это неудивительно — в такой обстановке даже лёгкая боль кажется серьёзной: мозг воспринимает всё как угрозу. — Слушай, — медленно произнёс я, — в любой момент мы можем отодвинуть это кресло и выбраться обратно через вентиляцию. Там просторно. Я отошёл, облокотился на стол, оглядел комнату. Остальные расселись по углам и, казалось, совершенно не обращали внимания на происходящее. — Это не замкнутое пространство. Мы сможем выбраться отсюда, — продолжал я. Айри закрыла лицо рукой и тихо промолвила «угу». Ее дыхание стало ровнее. Значит, цель достигнута. Я вернулся к столу и снова взялся за паяльник. — Ты… так быстро ее успокоил, — Реджи почесал затылок. — Как? — … У меня была младшая сестра. Не знаю, что с ней сейчас, — я опустил взгляд. — С тех пор прошло двенадцать лет. Я проводил с ней много времени. Видел, как она делает первые шаги. Я раскрылся больше, чем хотел, но воспоминания окутали меня теплой волной ностальгии. — Видимо, остался опыт, — пожал я плечами и вернулся к «изобретению». — Ясно… — Реджи отвел взгляд в пустоту, скрещивая на груди руки. — А у меня с детьми никогда не складывалось! Хоть они ко мне и липли, как мухи к дерьму, тьфу. — Пф, а снаешь пощему? — Айри высунулась из под подушки и показала свои янтарные глаза. — Ты довольно таки эмпатичный. Реджи прочистил горло — казалось, эти слова его смутили. — Любой другой всрослый сказал бы, што я капризничаю, преувеличиваю, делаю из мухи слона… — перечисляла девушка, шмыгая носом. — А ты даше сказку предлошил… Кстати, расскашешь? — Ну…. — Реджи обвел комнату глазами, серьезно задумываясь. Не знаю, что он там начал рассказывать — я снова погрузился в мысли. Мне стало не по себе. Это странное чувство… Просто надеюсь, что все эти разговоры им нужны, чтобы прийти в себя, очистить разум. Сложно принять то, что серьезные преступники временами ведут себя почти как обычные родственники… *** Удивительно, но мы продолжили путь, и никто не обмолвился ни словом о том, что произошло в этом проклятом исследовательском центре. Однако лица у всех были поникшие. Никто не ожидал столкнуться здесь с таким ужасом. Особенно сильно это отразилось на Айри — в её взгляде исчез тот восторг, с которым она говорила о таинственности и влечении подводной глубины. Тогда она сияла. Сейчас — нет. На этот раз во главе шла Рэда. Мигель держался за ней. Они двигались уверенно. А я тащился позади, с остальными, оставаясь настороже. — В следующий раз стоит подойти к выбору места для отдыха более обдуманно, — внезапно произнёс я вслух то, что было у меня в мыслях. Все бросили на меня короткий взгляд, но Рэда не проявила никакой реакции, продолжив идти с тем же равнодушием. — Мы были в слишком тесном помещении. Если бы один из монстров смог пробраться к нам, нейтрализовать угрозу было бы крайне сложно, — пояснил я, почесав щеку. — В замкнутом пространстве нельзя сохранить дистанцию, и маневров для сопротивления почти нет. Если в следующий раз у нас будет возможность выбрать более просторное помещение, мы обязаны воспользоваться ею. Желательно устроить всё так, чтобы можно было легко выбраться в случае опасности, но при этом проникнуть туда извне было бы непросто. Да и… Айри так будет спокойнее. — По крайней мере... — Реджи посмотрел на меня с сомнением. — Звучит разумно. Забавно было наблюдать, как его беспокоили мои логичные рассуждения. Это ведь он звал меня сумасшедшим. Я лишь слабо улыбнулся, не захотел поддевать его — сарказм не в моём вкусе. — Ты… волнуешься о других? Даже если мы толком не знакомы? — неожиданно оказалась рядом Мэй. — Да при чем здесь это? — я попытался сделать невозмутимый вид. — Здесь и так понятно, что в одиночку здесь выжить почти невозможно. Только в командной работе мы имеем преимущество. — Вот именно! — встрял Реджи, развел руками. — Он просто хочет нас подчинить и использовать! И как часто он меняет своё мнение?! — В-вы меня слушаете вообще? — я трепетно вздохнул и провел ладонью по лицу. — Я, например, его понимаю, — неуверенно произнесла Айри, поглаживая плечо. — Вы бы тоше хотели, чтобы вам доверяли. Это ведь и для бесопасности… Реджи с Айри переглянулись. Панк почесал затылок. — Ладно, зря быкую, — буркнул он, обернувшись ко мне. — Ты думаешь, что сюда попадают только после тяжких преступлений? Боишься нас, да? — Нет, но… — Да понял я! — перебил он. Не захотел даже выслушать. Может, это и к лучшему. Ведь иначе я бы необдуманно упомянул о его вспыльчивости и безрассудности, что меня беспокоит. Кто-то мог бы спросить, откуда у меня такие выводы. Могли заподозрить, что я знаю больше, чем должен. Чёрт… Я чуть было не выдал себя. Пот выступил на лбу, дыхание сбилось. Я слишком расслабился. Но вот что странно — они смотрят на меня так, будто уже что-то знают… Я боролся с этими мыслями, следуя за группой. Не сразу заметил, как наш темп замедлился. Мы начали блуждать. Честно сказать, ориентироваться в этих одинаковых коридорах и дверях — не моя сильная сторона. Я попробовал подключить устройство, чтобы найти хотя бы карту или доступ к архивам. Экран остался пуст. Я прислушивался к каждому «вздоху» комплекса, гадая: это эхо полуразрушенного здания или чьё-то живое присутствие? Тревога комом засела в горле и я чувствовал свою беспомощность. Я был… никчемным. Пока я барахтался в собственной паранойе, группа уже положилась на Мигеля. Он прекрасно использовал свои навыки. Которые помогают, как оказалось, не только в лесу. Это заставило меня поднапрячься. Реджи почти угадал меня, а Мигель… у него подозрительно хорошая ориентация в комплексе. А точно ли они обычные расходники? Стоп. Прекрати. Ты снова начинаешь накручивать себя. — Тогда… Ты был проехтировщиком похоших сданий? — Айри, как ни в чём не бывало, начала игру в угадайку. Но Мигель молчал. Он только продолжал проверять двери. — Ну мошет хотя бы следопытом? — не унималась она. Даже когда почти угадала, он не отреагировал. Его молчание раздражало. Почему остальные идут за ним, как по команде? Как можно доверять тому, кто и слова на сказал за все время? Но у нас ведь нет другого выбора — разделиться здесь значит потеряться. Надеюсь, все это понимают. Вот и ещё одна дверь. Я сбился со счёта. На экране горит зелёная цифра «33». Дверь с грохотом отворилась — за ней ящики, загромождают путь. Честно говоря, мне не хочется спешить. Поведение отряда заставляет меня подозревать заговор. Или я снова себе выдумываю? Так, дурак, остановись. Ты снова придумываешь то, что ещё не подтвердилось. Время для следующего приема таблеток ещё не пришло, так что держись. Я осторожно зашёл следом за остальными и оглядел помещение. Ящики, полки, столы — всё было расставлено хаотично, словно создавая преграды… или, скорее, укрытия? — Ох, кто тут у нас? Новые гости? — раздался цифровой голос откуда-то сверху. — Не поверите, но я вас ждал! Наконец-то смогу показать кому-то свой новый художественный проект! Я раскрашу стены вашей кровью… Щелчок. Где-то в потолке. Теперь понятно, почему всё так расставлено — здесь была подготовлена засада. Я мигом нырнул за ближайшие ящики и взмахом руки дал знак остальным отступить. Но было поздно: комнату пересекли красные лучи. Турель активировалась — и я тут же зажал уши. Серия выстрелов забила по мозгам. — Никого не задело?! — вскрикнул я. — Нет, мы успели увернуться! Я следил за лазерами, выискивая момент, чтобы выглянуть. Осмотрелся и не словил взглядом ничего схожее на выключатель. — Для этого сгодиться то, что ты недавно мастерил? — спрашивает Рэда, скрываясь у дверного проема. Сначала я не понял, о чём она. Потом дошло. Протер уши, чтобы сбить звон, и раскрыл рюкзак. Достал миниатюрный взломщик, и подготавливаю его. Пальцы привычно скользнули по экрану. Подключаюсь к локальной сети, ищу скрытый канал. Пф… Урбаншейд явно не заморачивались с защитой, видимо, рассчитывали на изоляцию комплекса. Или же дело за моим многолетним опытом. Загружаю шифр-обманку… И вот, я в системе. — Эй, эй, подожди! Что ты делаешь?! — голос в панике. — Ты не можешь вот так взять и испортить мне веселье! Я проигнорировал его. Оставалось лишь одно движение пальцем. Турели деактивированы. — Какой же ты скучный! — выкрикнул голос перед тем, как исчезнуть. Экран вновь показал номер двери. Как же я ненавижу эти турели. Каждый раз — бегство, укрытие, а потом обязательная рана. Всегда попадало то ли в ногу, то ли в плечо. Я ведь хакер, а не акробат, черт возьми. В этот раз нам просто повезло: ящики были достаточно близко ко входу. Но я уверен, мы ещё встретимся с «творцом» этого… проекта. И тогда, кто знает, повезет ли нам снова. — Пиздец, я будто бы в боевик попал! — выкрикнул Реджи, осторожно выходя из укрытия. — Вщера мы слышали те ше выстрелы? — вспомнила Айри, озираясь. Я взглянул на экран устройства. Программа сработала — я теперь знаю, кто управляет системой. Но сообщать это остальным… Только при наличии устройства высокого уровня я могу иметь такие возможности. Поверят ли мне, что я якобы сам собрал приспособление такой мощности? Не стану рисковать, в такой компании мне стоит следить за каждым словом. — Думаю, нет… Если оно управляет системой дистанционно и сидит в укрытии, смысла защищаться от монстров у него нет, — сказал я, убирая всё в рюкзак. — Знаете, даже немного спокойнее от того, что здесь кто-то «разговаривает», — Реджи почесал щетину. — Зато появилась лишняя проблема, — задумчиво бросила Рэда и пошла вперёд. Внезапно меня охватил холод. Будто кто-то смотрел прямо на меня. Остальные уже продвинулись, а я всё стоял, боясь обернуться. Когда всё же решился — никого. Но пальцы непроизвольно сжались в кулаки. Сново кажется, что мы здесь не одни. И я даже не о том цифровом голосе. — Ну и прелесть… — голос Рэды, полон иронии, выдернул меня из мыслей. Я очнулся и заметил, как Айри смотрит на меня с тревогой. — Ты сто-то увидел? — осторожно спросила она. Я сглотнул. Язык слегка онемел… Так, стоп… — Сколько времени прошло с нашей первой встречи с монстром? Точнее — с момента приема последней капсулы. Айри вопросительно подняла брови, не ожидая что я задам именно этот вопрос. Она взяла мое запястье и указала на смарт-часы. Нам их выдавали? Я забыл об этом? Точно, это шло вместе с выданным нам снаряжением. В голове какая-то тяжелая пустота. Что-то я совсем начал теряться в воспоминаниях. — Сетыре щаса… — произнесла она. Блин, я не то, что дождался следующего приема, я даже пропустил его. Ещё немного и я совсем потеряю способность осознавать свое состояние. Срочно нужно подобрать момент и принять дозу. Но не при всех. — Иди вперёд, — прохрипел я, голос дрогнул. — Харди, ты тосно в порядке? — она не отставала. — Да-да… — я потёр пальцем у виска. — Ну тохда пойдём и посмотрим, что там нашла Рэда! — с этими словами она схватила меня за руку и потянула вперед. Что ж... Придется ждать другого момента. Мы оказались в тускло освещённой комнате. Мягкий жёлтый свет обливал стены и… клумбы. Да, участки пола были покрыты землей, из которой росли кусты, подстриженные под человеческие фигуры. — Жутковато… — Реджи прошёл вперёд и почесал затылок. — А по мне — красиво, — спокойно отозвалась Рэда, осматривая дерево в центре круглого помещения. — Лучше уж это, чем люди, ползущие по улицам, как тараканы. Я осматривал этот ботанический уголок, когда мой взгляд случайно скользнул вверх, к вентиляции. В ее глубине мелькнуло странное сияние — две голубоватые точки, светящиеся в полумраке. Я моргнул и они тут же исчезли. Схватился за голову, трепетно выдыхая. Это была галлюцинация? Я чувствовал как слабо мое тело под давлением моей тревоги. Мне здесь не нравится. Здесь не безопасно. — А по-моему, они милашки! — воскликнула Айри и, не задумываясь, ступила на одну из клумб. Я затаил дыхание. По коже пробежал холодный пот. Грудь сжалась от острого желания остановить её. — Мне кажется… не стоит приближаться к этим кустам, — прошептал я, дрожащим голосом. Необъяснимый страх сковал всё внутри. Будто само это место было враждебно. — Да брось, Харди! — Айри весело улыбнулась. — Это ше просто кустики! — Которых стриг какой-то псих, — вставил Реджи, скрестив руки. Хруст. Всё произошло мгновенно. Один из кустов рванулся. Воспользовавшись тем, что Айри стояла к нему спиной, он обвил её руку колючими ветками. Иглы впились в кожу. Она закричала, пытаясь вырваться, но только сильнее ранила себя. — Не дергайся, дурочка! — Реджи, не теряя ни секунды, бросился к ней, схватил ветки и оторвал их от основания, стараясь действовать аккуратно. Куст вновь застыл, как ни в чём не бывало. — Милашки, да? — процедил Реджи, осторожно беря ладонь Айри и рассматривая рану. — Чёртовы ожившие милашки… Он наклонился ближе — в этом тусклом освещении трудно было что-то разглядеть. — Теперь ещё и колючки вытаскивать… — Не надо! — сквозь всхлип взмолилась Айри, по щеке скатилась слеза. Я наблюдал за происходящим с потрясением. Я не знал, что именно должно было случиться, но, похоже, моя паранойя оказалась не напрасной. И всё же… — Живые кусты? — Рэда с нескрываемым недовольством смотрела на растение. — Бред какой-то. Я провёл рукой по волосам, будто пытаясь встряхнуться. Логика здесь уже не работала. Объяснить это… было невозможно. Мы единогласно решили укрыться в помещении, где не было ни деревьев, ни кустов. Очередной офисный отсек, только здесь тоже имелись контейнеры с автономной экосистемой. Надеюсь, хоть эти растения не оживут и не вырвутся из колб... Не то, чтобы я чувствовал себя здесь безопасней, чем снаружи. — А теперь тебя не волнует, чем же таким здесь занимались урбаншейд? — я перевел взгляд на Рэду, когда Мигель захлопнул за нами дверь. Она стояла у стены, будто сливаясь с фоном. Лицо — как маска: ни злости, ни удивления. Только тихая настороженность в глубине глаз. — А если эти растения ядовиты? — продолжил я, глядя, как Реджи аккуратно извлекает колючки из руки Айри. — Мы не знаем этого. А между тем, она могла погибнуть! Рэда посмотрела на меня с холодным презрением, ничего не сказав. Я вздохнул. — Вот почему нам нужны данные! — я повысил голос. — Без информации мы слепы. А это значит — в постоянной опасности! Странно, и почему я так сорвался? Возможность отсутствие ответной реакции Рэды что-то разжигает во мне... Я наполнился желанием вывести ее из себя. Убедиться в том, что она человек. Но она только чуть наклонила голову и посмотрела на меня исподлобья. Словно кукла. — Мы в опасности, когда кто-то начинает метаться в поисках смысла, — ровно ответила она и, оттолкнувшись от стены, прошлась вдоль помещения. — А не потому, что не читаем инструкции, которых нет. — Но если бы мы действительно искали данные, то знали бы об этих кустах заранее! — Как бы ты узнал? — перебила она. — По пути мы ещё не встречали ни лабораторий, ни архивов. Она подошла ко мне со спины, голос стал жестче: — А если бы и нашли, то, блуждая по коридорам, могли бы попросту заблудиться. Ты хочешь шляться по комплексу вечно? — Мы можем искать данные по пути, не сбиваясь с курса… — я начал чувствовать отчаяние. — И если окажемся рядом с системным узлом — я смогу взломать его и достать нужную информацию! Рэда вздохнула, и нахмурила брови. Казалось бы, я должен злить ее. Однако мои вопли, будто бы не давали никакого эффекта. — Вы действительно хотите тащиться по этому чертову комплексу ради сомнительных приключений? — она обратилась к остальным. — И забыть о нашей основной цели? — Ну… звучит опасно, — неуверенно отозвалась Мэй. Остальные дали свое подтверждение молчанием. — Но без карты нам не найти кристалл! — я продолжал настаивать. — Мы могли бы её найти, если бы действовали сообща. — Ты хочешь карту. Но пока не нашёл даже способа не сбиться с маршрута, — её голос стал тоньше, но не громче. Все мои надежды в тот час рассыпались в прах. Она беспрекословно остаётся на своей позиции. И искусно игнорирует любые раздражители. — Я… просто не понимаю, — мой голос дрогнул, на этот раз не от страха, а от ощущения дежавю. — Почему ты все отрицаешь? — Потому что ты не задаёшь вопросы. Ты утверждаешь. Как ребёнок, требующий утешения, — её тон оставался спокойным. — И это утомляет. Это сравнение вызвало ком в горле. Ее поведение меня задевает и я действительно реагирую на это так, словно я все еще тот мальчишка. — Я не ставлю условий, — продолжила Рэда, скрещивая на груди руки. — Поэтому я не понимаю чего ты от меня добиваешься. Мои губы сжались. Не думал, что чувствовать себя глупым будет настолько неприятно. Поддался мимолетным эмоциям, что оказалось совершенно бессмысленно. — Пойми, я не часть команды, — она остановилась напротив меня и слегка наклонила голову. — Но ты все еще здесь, — Я потёр лоб. — Почему? Вздох с ее стороны. — Ты выглядишь невозмутимой, но даже так — в одиночку не справишься. И ты это понимаешь. Я поднял взгляд и обнаружил ее полностью застывшей. Рэда смотрела в пустоту, лицо выглядело мертвым. Серые глаза не источали жизни. Мои плечи напряглись. — Ты боишься? — но быстро бросил смятение и подошёл ближе. Раздражение. Она блеснула ним, когда посмотрела наконец-то на меня. — Ты ошибаешься. Я боюсь только одного — бессмысленного шума. А твои попытки разобраться в чужом — это и есть шум. Но эти слова меня не убедили остановиться. — Я-я могу перестать шуметь. Но ты скажи, что тебя продолжает держать. Или ты боишься даже себе признаться? Молчание. Потом она медленно прошла мимо, остановилась возле своих вещей и, не оборачиваясь, сказала: — Потому что одиночество — это свобода. Но иногда свобода стоит слишком дорого. Даже для меня. Все остальное времяпровождение на перевале я не мог выбросить ее слова из головы. Мог лишь догадываться, что все ее поступки руководствуются личным опытом. Который и привел ее к нынешнему положению. Но удовлетворенным от нашего разговора я все же не остался. Я так и не получил ее согласия. И задался лишними вопросами. В любом случае я смог понять лишь одно: позиция Рэды не изменилась, как и ее малая важность. Как сероглазая, по всей видимости, считает. Возможно мне действительно не стоит зависеть от ее мнения? *** Дальше группа погрузилась в молчание. Ни игр в угадалки, ни неловких вопросов. У каждого по своему крутились шестеренки в голове, но я пытался не задаваться вопросом, о чем именно они думали. Я не мог избавиться от мысли, что что-то забыл. Чем дальше мы шли, тем теснее мне казались коридоры. Чем ярче свет — тем глубже тени. Мое собственное дыхание отдавалось эхом. И каждый раз, оборачиваясь, я замечал, как пространство начинает плыть. Что я забыл?.. Иногда в темноте я видел лица. Они нарисованные, чужие. Они насмехались, шептали о моей никчемности, смеялись над моими провалами. Их смех сбивал меня с толку. — Придется идти без фонаря… оно реагирует на свет. — Чего, дружелюбный монстр? Ну почти… — Милашки! Голоса доносились словно сквозь толщу воды. Чёрт… Я так старался заслужить доверие, а в итоге меня стали избегать. Как же я себя ненавижу. Не способен справиться даже с простыми задачами. Иногда мне так тяжело терпеть себя, что я едва сдерживаю порыв… вырвать себе сонную артерию. “Сделай это” — шепчут они мне. Но я все равно иду вперед, с ощущением полного бессилия перед своим провалом. Я старался обыскивать потенциальные места для хранения важных документов, но руки с трудом меня слушались. Я плелся за отрядом и не осознавал действительность. Я уже в подозрениях. Уже на крючке. Чувствовал их жгучие взгляды и больше не мог вернуть себе спокойствие. Я могу что-то сделать неверно и глубже зарыться в грязь. Они все понимают. И это очевидно. А вдруг они знают больше? Я мог выдать себя? Может, они с самого начала что-то знали..? Я старался даже не вытирать пот со лба, чтобы не привлекать внимания. Мне было страшно сделать хотя бы неровный вдох. Я ведь не могу так глупо провалить свою миссию. Правда ведь? Потолок будто опустился. Воздух стал вязким, металлический запах забил ноздри. Я чувствовал себя в доспехах. Остановился, оперся на колени. Опустил голову и увидел красные трубы под решеткой — словно сосуды огромного механизма. А надо мной панорамные окна, вогнутые внутрь, будто обшивка глубокоподводной лодки. Коридор сжимался — словно трактат комплекса. Стены начали казаться сотканными из мышц. Они сокращаются, чувствуют нас. Чья-то рука внезапно ложиться на мое плече. Я резко вдохнул воздух, перевел взгляд и увидел Мигеля. Тени на его лице сложили жуткий образ. В его взгляде читалась кровожадность. Я испуган, отхожу от молчуна на безопасную дистанцию. Такого же расстояния придерживаюсь и с остальными. Опять одышка. Опять тягучие взгляды. Они — часть комплекса. И теперь они здесь, чтобы разорвать меня на части. Хадал Блэксайт жаждет новой крови, новой плоти для своего тела! Я побежал. Без оглядки. Чтобы они не добрались до меня. И до моих внутренностей. Однако двери не дают мне вырваться из ловушки — они просто захлопнулись прямо передо мной. Они продолжают сверлить меня взглядом. Все предугадали. Черт… Сердце вырывалось из груди, ноги подкосились. Как бы я не желал смерти, но сейчас мне встретиться с ней хотелось наименьше всего. На экране передо мной снова появилось нарисованное лицо. И голос: — Хей! Давно не виделись! — тот самый цифровой недруг. — У меня новая идея! Картина о боли и отчаянии… Я назову ее «Расщепление душ». Правда, смогу завершить ее только после того, как он нас вытащит… И кто этот “он”? Он тоже участник сговора? — Но это не так важно! Вы мне очень поможете. Наделите творца нужным вдохновением! Но вам ничего не нужно делать… Экран дрогнул: — Просто. Посмотрите. В. Окно~. Комнату залило зелёное свечение и у меня в ушах запищало. Стрекотание ушного импланта больно забило в уши. Вот и началась моя казнь? Я уже не мог осмысливать происходящее. Глаза рефлекторно сомкнулись от боли, руки сами закрыли лицо. Свет был вредоносен — жгучий, ядовитый. Казалось, череп трещал изнутри, будто кто-то ковырялся в мозгу голыми пальцами. Я рухнул на пол, выл, извивался, пытаясь вырваться из хватки невидимых рук, которые вытаскивали из глубин сознания то, что должно было навсегда остаться забытым. Осколки воспоминаний прорывались сквозь оболочку, и я не сдержал крика. Белые халаты. Ремни. Иглы. Камера. Упражнения, задачи, тренировки… Меня формировали. Превращали в инструмент. Все мои прошлые ужасы вспышками просочились перед моими глазами, которые я так старался оставлять закрытыми. Нужно противиться. Не поддаваться. Я же поклялся себе не оставаться в прошлом. А идти вперёд. Ведь так? Я оперся на руки, преодолевая нестерпимую боль. Тело ведь слушалось ещё. Сознание еще можно удержать…. — Все хорошо… Знакомый голос. Полон нежности и заботы. Несущий свет в моем сердце. Я сглотнул, чувствуя наступление слез. Я слышал, как кто-то кричал вдалеке. — Просто посмотри на меня, и все будет хорошо… Я почти открыл глаза. Почти поверил. Почти почувствовал её волосы на плече… Когда она обрабатывала мне разбитую губу. Когда в доме было тепло. Когда я был частью семьи. Не моей, но родной. Будто была все еще рядом. Готова уберечь меня от всех невзгод. — Т-тетушка Катрина… Ещё мгновение и я снова окажусь в ее объятиях. Моя боль уймется и я снова буду в любви. Которая отворачивалась от меня на протяжении всей жизни. Но, открыв глаза, я увидел только тьму. Чьи-то руки закрыли мне лицо. На мгновение показалось что это она... Но нет. Меня крепко схватили и потащили вперёд. Я не сопротивлялся — не было сил, не было смысла. Никакого спасения. Я всё ещё был здесь — в этом глубоком, холодном аду. Я понял это окончательно, когда меня швырнули на пол. Успел лишь уловить, как в тусклом свете разлетелись смоляные локоны молчуна, прежде чем он снова исчез в зеленой комнате. Рвотные спазмы накрыли меня волнами. Живот свело болезненными судорогами, каждая из которых заставляла тело дрожать, будто изнутри вырывался яд. Горечь подступала к горлу, не давая вдохнуть. Я с трудом переносил эти изнуряющие, мучительные сокращения, пока из меня не вышло всё до последней капли. Локти подгибались, едва удерживая обессиленное тело. Даже воздух казался на вкус таким же горьким, как и то, что вырвалось наружу. Слёзы не переставали течь, и я рухнул на спину. По телу прошёлся омерзительный холод. Хотелось исчезнуть, провалиться в бездну, что таилась за этими чертовыми стенами. Зарыться в песок, раствориться в тьме, оставить тело на растерзание паразитам. Зелёный свет не просто ослеплял — он проникал вглубь, разрывая меня изнутри. Он сдавливал со всех сторон, методично, мучительно, будто испытывал прочность моей и без того израненной психики. Лучше бы умереть сразу, как никчёмный таракан… Кто-то ещё кричал. Кто-то падал. Но я уже ничего вокруг не воспринимал. Я поддался ложному желанию снова встретить ее… Не слушал тело, встал и устремился в глубь коридора. Я чувствовал себя снова брошенным. Почему меня все отвергают?! — Харди ты о чем?! Мой хриплый голос вырвался наружу сам. Я сжал свои плечи и упал на колени. Как в тот день. Когда единственная надежда ускользнула с моих рук. — Зачем оно заставило меня вспомнить? — прошептал я. — Харди, да что с тобой?! Глухо. Далеко. Жарко. Я снял куртку, расцарапал руки. Хотел содрать с себя это всё — ложь, боль, мантию инструмента. Я ведь… я не пустой, правда? — Я… Я кто-то… Я не просто… Ну же, я хочу увидеть, что внутри меня что-то есть! Что я в самом деле являюсь кем-то… Глухой стук и писк в ушах. Голова снова затрещала и мир рвался по швам.. — Рэда, зачем ты это сделала?! И я провалился в темноту.