Назойливый ухажёр

Урок трансфигурации начался как обычно. Профессор Макгонагалл стояла у доски, строгая и величественная, с тонкой ноткой утреннего раздражения — кто-то, судя по всему, снова превратил учебного ежа в нечто, отдалённо напоминающее тапок. Моника сидела за партой между Лили и Мэри, аккуратно чертя пером в углу тетради небольшую фигурку — волка, которого она рисовала почти бессознательно. За их спинами слышался приглушённый шёпот Джеймса и Сириуса: те, как всегда, вели беседу о том, как достать пирожные с кухни, не попавшись никому на глаза. Питер записывал что-то с старательностью на пергамент, хмурясь, будто каждое слово было ему на вес золота, а Римус как всегда внимателен, сосредоточен, и всё же в его взгляде читалась лёгкая усталость. Макгонагалл повернулась к классу, поправила очки и неожиданно не продолжила объяснение, а разложила на краю стола несколько пергаментов. — Прежде чем мы начнём сегодняшнюю практику, -твёрдо произнесла она, — не необходимо сделать важное объявление. Группа мгновенно притихла. Даже Сириус замер с полуулыбкой на лице. — Приближается время, когда вы все будете сдавать СОВ. Основные экзамены пятого курса начнутся через месяц, и министерство уже прислало утверждённое расписание. Сегодня после урока вы получите его, а также список тем, по которым будет проводиться проверка. Пауза. Професорка обвела класс взглядом, и в комнате стало тихо настолько, что можно было услышать, как в соседнем кабинете кто-то взорвала котёл. Реакция последовала не сразу, но она была стремительной. — О, Мерлин, — прошептала Лили, рывком выпрямившись. — Месяц? Моника посмотрела на неё, чувствуя, как в животе что-то неприятно сжалось. Она ожидала этого момента, но реальность всё равно ударила как холодной водой. СОВ. Главное испытание пятого курса. Итог. Приговор. Оценка всего. — Это раньше, чем я думала. -выдохнула она, чувствуя, как потеют ладони. — Всё нормально, — вмешалась Мэри, хотя голос её дрогнул. — Главное ведь не умереть, правда? — А если мы уже мертвы, просто не заметили? — пробормотал Бродяга, хлопнув головой по парте. — Отлично, — саркастически отозвался Джеймс, сложив руки на груди. — Я официально начинаю паниковать. -Ты вообще собирался сдавать СОВ, Поттер? — прищурилась Лили, обернувшись. — Конечно, собирался! — обиделся Джеймс. — Ну как минимум, по защите и полётам. Это же тоже предметы. — Джеймс, полёты не входят в СОВ, — устало напомнил Римус. — Мне конец, — Питер чуть не уронил чернильницу. — Я ничего незнаю, Я даже не знаю, где мои конспекты если они у меня есть. — У тебя есть шанс, если ты будешь сидеть рядом со мной, — хмыкнул Сириус. — Или с Римусом. Нет, лучше с Римусом. У него мозгов — целый багаж. Римус вяло улыбнулся, но не ответил. Он смотрел на окно, в котором отражалось весеннее солнце, и, казалось, мыслями был где-то далеко. Моника наблюдала за ним и чувствовала, как в её собственной груди всё сжимается. Она знала, что для него СОВ — не просто экзамены. Это шанс. Или приговор. Министерство не горит желанием видеть оборотней на уважаемых должностях. Ему придётся не просто сдать — а сдать блестяще. И она видела, какую цену он за это платит. — Рим, ты в порядке? — спросила она тихо, обернувшись. Он кивнул, не глядя. — Впорядке. Моника положила руку ему на запястье под столом — едва заметно, но уверенно. — Ты справишься. Мы все справимся. — Говори за себя, — буркнула Мэри, — Я уже мысленно переехала в мамин дом, где буду жить до сорока, в коробке из-под пергамента и есть жабьи мармеладки на завтрак, обед и ужин. Макгонагалл, не обращая внимания на гул в классе, продолжила рассказывать о порядке подготовки, но в голове у большинства учеников уже звенело только одно слово: СОВ. Оно словно повисло в воздухе между партами, тенью — не тьмой, но и не светом. Испытание, от которого не сбежать даже самым ловким из Мародёров. *** Тусклый свет ламп, шелест страниц и редкие вздохи — библиотека в Хогвартсе. Было уже поздновато поэтому в библиотеке было Лиль немного учеников, которые зубрили формулы зелий и разрывались между темами по истории магии и астрономии. Моника сидела в дальнем углу зала, почти спрятавшись за стеллажом с книгами по рунам. Перед ней были разложены конспекты и список выданный Макгонагалл. Она подперла щеку ладонью и в пятый раз перечитывая один и тот же абзац. В голове всё путалось. — Устала? — раздался вдруг низкий голос. Моника вздрогнула и обернулась. Возле её стола стоял Барти Крауч младший — слизеринец, с которым у неё никогда не было тесного общения. Обычно он держался с друзьями Эваном и Регулусом но сейчас их не было: холодный, наблюдательный, с неестественно спокойным лицом он стоял прямо напротив неё. Его улыбка была натянутой, от которой почему-то становилось не по себе. — Прости, не хотел мешать, — сказал он, склонив голову чуть набок. — Просто подумал, ты выглядишь как будто тебе нужен отдых. Или компания. — Я в порядке, — коротко ответила Моника, начиная собирать бумаги. -Мне ещё много читать, поэтому не мешай пожалуйста. — Знаешь, — продолжил он, игнорируя отказ, — Ты зря тратишь столько времени на зубрёжку. Ты умная, могла бы использовать свои таланты иначе. Скажем, завести нужные связи. Это бы куда эффективнее помогло на СОВ. Он опёрся на стол, слишком близко, и взгляд его стал почти хищным. Моника отодвинулась, внутренне напрягшись. — Барти, мне действительно нужно готовиться. Уйди, пожалуйста. -Ну же, не будь такой холодной, — его голос стал ниже, — Мы же просто разговариваем. Или ты боишься узнать, что мы слизеринцы, не так уж и плохи? — Она сказала «уйди». Думаешь, ослышался? — раздался внезапный голос позади. Барти медленно выпрямился. Позади него стоял Джеймс Поттер — руки в карманах, брови насмешливо приподняты, но взгляд был совсем не шутливый. — Поттер, — процедил Крауч. — Не знал, что ты теперь библиотекарь. — Только для тех, кто забыл правила приличия. — Джеймс скрестил руки. — Уходи, Крауч. Она с тобой не разговаривает. Барти посмотрел на Монику, потом снова на Джеймса. На мгновение в его глазах мелькнула тень сдержанного раздражения от происходящего. Он молча отступил и не проронив больше ни слова, ушел прочь из библиотеки. Моника шумно выдохнула и потерла виски. — Спасибо, — тихо сказала она. -Всё в порядке? Он ничего не сделал? — поинтерисовался Поттер, садясь возле девушки. — Нет. Просто был слишком назойливым. Он странный. Противный. И слишком самоуверенный. — У тебя вечно кто-то странный крутится под боком. Но хорошо, что я оказался рядом. — Да уж, герой дня, — усмехнулась она. -Ты что, в библиотеке то забыл? — Я тебя искал. — сказал он, потом смущённо почесал затылок. — Меня? Ты же вроде по Лили с ума сходишь. От меня тебе что нужно? — Ну как сказать. Слушай, вы ведь с ней очень дружите я знаю. Короче нужно кое что узнать. Моника прищурилась. — Так вот оно что. — посмеялась девушка, -Плата за спасение? -Эй, я помог потому что ты моя подруга. — Джеймс понизил голос. — Мне нужно понять, чего она хочет. Почему всё время воротит от меня нос? Я уже не шучу, не подсылаю лягушек, не превращаю перья в цветы — ничего. А она всё равно делиться так холодно ко мне. — Потому что ты всё равно выглядишь так, будто только что сотворил пакость, — перебила его Моника с полуулыбкой. — Да не выгляжу я так! -он запнулся, а потом сдался. — Ладно. Может, немного. Она покачала головой и вздохнула. — Хорошо. Я поговорю с ней. Но только если ты, перестанешь вести себя как павлин перед брачным сезоном. Без фокусов. Без геройства. Будь собой, Поттер. Не Мародёром, не капитаном по квиддичу. Просто собой. Ей нравится, когда люди искренние с ней. Джеймс кивнул, почти серьёзно. -Договорились. И спасибо. — Не благодари. Пока Лили не согласится хотя бы поговорить с тобой, ты в моём долгу. Он приложил руку к сердцу, изобразив клятву. — Клянусь служить и помогать, в обмен на добрую волю Эванс. Они оба рассмеялись. А Моника подумала, что, несмотря на весь хаос и стресс из-за СОВ, в этих редких моментах жизни, искренности, смехе и защите друг друга — всё имело смысл.