Узумаки...

***

Первые лучи солнца, пробивавшиеся сквозь щели в ширме, несли тепло, но не отгоняли скованную ломоту. Наруто открыла глаза и тут же поморщилась: лодыжка всё ещё ныла, но уже не было той пронзающей боли. Прошло два дня с тех пор, как она повредила ногу, из-за чего ей пришлось остаться на неопределённое время, пока всё не заживёт. Суми — котёнок, которого она вытащила из лужи той же ночью — уже не спал. Он сидел на краю одеяла, смешно склонив голову набок, и внимательно наблюдал за ней своими янтарными глазами. Увидев, что хозяйка проснулась, малыш издал бодрое «мяу» и начал тереться мордочкой о её руку. — Привет, кроха... — прошептала она, слабо улыбнувшись и садясь. Голос прозвучал хрипло, будто горло до сих пор было забито пеплом из ночных кошмаров. Наруто провела ладонью по лицу, пытаясь стереть остатки сна. Выглядела она ужасно — помятая, словно после долгой драки: светлые волосы спутались и висели неровными прядями, а под единственным здоровым глазом залегли тёмные, почти фиолетовые синяки. Второй глаз, белёсый и неподвижный из-за ожога, казался ещё более пугающим на фоне усталого лица. Два дня подряд одно и то же. Стоило ей закрыть глаза, как из темноты снова и снова проступал тот силуэт — неподвижный, безликий, с мертвенно-свинцовыми глазами, которые смотрели прямо сквозь неё. Каждый раз она просыпалась с колотящимся сердцем, хватая ртом воздух, будто снова тонула в пепле. Сон стал редким и рваным гостем, а усталость накапливалась, оставляя на лице всё новые следы. Суми, словно почувствовав её настроение, тихонько мяукнул и ткнулся мокрым носом в её ладонь, будто пытался сказать: «Я здесь, не бойся». Наруто мягко почесала его за ушком, и на секунду ей стало чуть легче. Стук в дверь прервал тишину. В комнату вошёл Кэндзи с подносом в руках. На нём стояла чашка тёплого риса, миска с мисо-супом и маленькая жареная рыбка, завёрнутая в бумагу для Суми. — Проснулась? — сказал он, ставя поднос на стол. Его взгляд сразу зацепился за её лицо — за синяки под глазами, за бледность и усталую сутулость плеч. Кэндзи чуть нахмурился, но ничего не сказал. — Давай-ка посмотрим, что там с ногой. — сказав эти слова, он присел на край кровати. Кэндзи осторожно приподнял край одеяла и начал разматывать повязку. Движения у него были спокойные, почти привычные, будто он не раз имел дело с чужими травмами. Лодыжка выглядела уже лучше — отёк заметно спал, но кожа всё ещё отливала тревожным сине-фиолетовым, а при малейшем нажатии Наруто невольно дёрнулась и тихо выдохнула сквозь стиснутые зубы. — Уже стало получше. — проворчал Кэндзи, не поднимая глаз. Он закончил разматывать бинт, внимательно осмотрел сустав и, достав из кармана ткань со льдом, приложил холодный свёрток к лодыжке Наруто. — Держи так пока что. — сказал он спокойно, но твёрдо, придерживая её руку, чтобы она не отдёрнула ногу. — Потом я снова наложу повязку. Наруто послушно обхватила свёрток обеими ладонями. Холод сразу обжёг кожу, заставив её слегка поморщиться, но уже через несколько секунд ноющая боль начала притупляться, сменяясь приятным онемением. Суми, сидевший у неё на коленях, любопытно потянулся носом к странному холодному предмету, чихнул и обиженно отскочил в сторону, забравшись под локоть хозяйке. Кэндзи коротко усмехнулся уголком рта, наблюдая за котёнком. Поднявшись и отряхнув руки, он сказал — Мне нужно проверить, как там в зале, а ты сиди и не вставай. Я скоро приду. Наруто кивнула, прижимая лёд к ноге. — И ещё! — Кэндзи замялся на пороге, оглядел её одним взглядом и коротко произнёс: — Днём тут ещё относительной безопасно, но вот ночью ни шагу из комнаты. Поняла? — Наруто лишь кивнула одним словом: — Поняла! — Дверь за ним закрылась с тихим щелчком. Комната снова погрузилась в мягкую тишину, нарушаемую только отдалённым стуком посуды снизу и тихим мурлыканьем Суми, который теперь тёрся о её бок. Наруто откинулась чуть назад, опираясь на локоть, и закрыла глаза. Холод от льда медленно распространялся по ноге, принося долгожданное облегчение. Но стоило ей хоть немного расслабиться, как в голове снова начали мелькать обрывки ночного кошмара. Раньше это были привычные, уже почти знакомые ужасы: предательство Саске, холодная ухмылка Данзо, рука того чудовища, вырывающая Кьюби из её тела. А теперь всё изменилось. Сны стали другими — глубже, тяжелее, будто кто-то настойчиво, слой за слоем, копается в её воспоминаниях. Сегодня она снова увидела те самые свинцовые глаза, неподвижные и безжалостные. Но за ними уже мелькали не только они. На секунду перед внутренним взором промелькнуло что-то ещё: тёплый свет заката над рекой, смех двух мальчишек, запах мокрой травы и… её собственные обожжённые руки, тянущиеся к воде. Всё это длилось всего мгновение, но оставило после себя тяжёлый осадок. С каждым разом воспоминания уходили всё дальше в прошлое, будто кошмар медленно, но упрямо разматывал нить её жизни назад. Наруто резко открыла глаза и сильнее прижала лёд к лодыжке, будто холод мог прогнать и эти воспоминания тоже. Сердце колотилось часто и неровно. Дыхание сбилось. — Хватит… — прошептала она едва слышно, обращаясь то ли к себе, то ли к тому, кто теперь жил в её снах. — Я не хочу вспоминать... — Суми, почувствовав её напряжение, перестал мурлыкать и тихо мяукнул, вопросительно глядя на хозяйку. Наруто протянула свободную руку и осторожно погладила его по голове. — Всё хорошо. — голос у неё дрогнул. — Просто… *вздох* — Она заставила себя дышать ровнее, глядя в потолок. Лёд в тряпице постепенно теплел, но холод внутри груди никуда не делся. Эти новые сны пугали её сильнее прежних. Потому что раньше она хотя бы понимала, откуда берётся боль. А теперь… теперь казалось, что кто-то или что-то пытается вытащить из неё нечто такое, чего она сама о себе ещё не знает. Через несколько минут дверь тихо скрипнула. Кэндзи вернулся, неся свежие бинты и небольшую баночку с мазью, пахнущей травами и смолой. Он подошёл ближе, присел и аккуратно забрал уже заметно потеплевший свёрток. — Ну как? Терпимо? — спросил он, осматривая ногу. — Терпимо… — тихо ответила Наруто, стараясь, чтобы голос не дрожал. Кэндзи кивнул и открыл баночку. На пальцы легла густая, чуть зеленоватая мазь. — Эта мазь хорошо помогает, вот увидишь. — Он говорил спокойно, почти буднично, но его взгляд на мгновение задержался на её лице — на тёмных синяках под глазами и на том, как она судорожно сжимает край одеяла. — Кошмары? — Наруто только слабо кивнула, не в силах сейчас говорить об этом вслух. Кэндзи молча втирал мазь, его прикосновения были твёрдыми, но бережными. Закончив, он взял свежий бинт и начал аккуратно перематывать ногу. — Ещё полежи как следует, пусть мазь подействует. — сказал он, завязывая узел. — Но потом мне нужна твоя помощь на кухне. — — Хорошо! — с улыбкой сказала Наруто. — Буду рада помочь! — Кэндзи на миг улыбнулся в ответ и легонько погладил её по голове, а затем будто вспомнил о чём‑то важном. Он на секунду вышел за дверь и тут же вернулся, держа в одной руке простую самодельную трость. Крепкая, гладко обструганная ветка твёрдого дерева, чуть согнутая у конца под удобную рукоять. Сама же рукоять обмотана мягкой тканью, а снизу привязан маленький кусок кожи, чтобы не скользило. В другой руке он нёс аккуратно сложенную стопку одежды — ту самую, в которой Наруто оказалась после падения. Теперь ткань была чистой, высушенной и даже слегка приглаженной — видно, что Кэндзи постарался. — Вот. — коротко сказал он, передав вещи и трость. Наруто взяла трость в одну руку, а другой подняла одежду к носу — вдохнула запах мыла и кухни. На её лице тут же расцвела искренняя улыбка, пусть и уставшая, а в глазах засверкали огоньки благодарности. Не раздумывая, она на мгновение обняла Кэндзи. Отстранившись, она ещё раз кивнула — Я обязательно отплачу. Большое вам спасибо! — Он кивнул и, не добавляя слов, снова вышел, оставив дверь приоткрытой. Наруто аккуратно опёрлась на трость, медленно поднявшись, пошла к столу, чтобы переодеться. Суми тут же подтянулся, и, устроившись рядом. Наруто глубоко вдохнула, глядя на трость, еду на столе и чистую одежду в руках. Мысль о том, что кто‑то потратил на неё силы и время, не вызвала привычной радости — вместо этого в голове всплыли воспоминания о Конохе: урчание в животе, грязная и изношенная одежда, злые взгляды прохожих. Она вспомнила дни, когда приходилось экономить до последней монеты. Память о том унижении, что ей пришлось пережить, жгла сильнее, чем любая боль. И теперь, глядя на чистую одежду и самодельную трость, она невольно задала себе вопрос: "А стал бы Кэндзи помогать ей, если бы знал, кем она была раньше?" "Не отвернулся бы он...не испугался? " Мысль о том, что доброта может так просто закончиться от одного слова, испарила на минуту её решимость — но тут же в неё вернулась другая мысль: "Пока он помогает, она может вернуть долг делом." "Я не останусь в долгу перед вами, дядюшка Кэндзи." — подумала она, чувствуя некую радость в груди. И будто по волшебству время сделало резкий скачок. Уже прошла целая неделя. За эти семь дней Наруто незаметно для себя научилась многому из того, что раньше никогда не считала важным. Кэндзи оказался не просто хозяином маленькой гостиницы, а человеком, который умел показывать всё на деле, без лишних слов и нравоучений. Он терпеливо поправлял её руку, когда она держала нож слишком высоко или резала неровно. Показывал, как правильно чистить овощи, чтобы не тратить зря время и не портить продукты. Учил мыть посуду так, чтобы тарелки не бились и не оставались жирными. Особенно тяжело далась готовка. В первый раз, когда Кэндзи попросил её просто сварить рис, Наруто умудрилась спалить целую кастрюлю. Она слишком сильно разожгла огонь и забыла помешивать, в итоге на дне осталась чёрная корка, а весь рис превратился в непонятную кашу. Кэндзи тогда только тяжело вздохнул, молча выкинул испорченное и на следующий день заставил её повторить всё заново — уже под своим присмотром. Так же было и с мисо-супом: сперва она переборщила с солью, потом нечаянно обожглась и опрокинула кастрюлю. Но постепенно, шаг за шагом, у неё начало получаться. Наруто, которая всю жизнь была полной неумехой в быту и предпочитала жить в вечном бардаке — с разбросанной одеждой, грязными тарелками и полностью игнорируя порядок — теперь с лёгким недоумением замечала, насколько эти простые, обыденные вещи даются ей тяжелее, чем большинство техник. Она прошла отборочные бои на экзамене чунина, научилась создавать сотни клонов и даже овладела расенганом, но вот ровно нарезать овощи или не спалить рис ей удавалось с куда большим трудом. Даже когда Сакура в сотый раз пыталась заставить её прибраться в комнате, Наруто лишь отнекивалась, отшучивалась и в итоге сбегала через окно, оставляя за собой привычный хаос. А вот с Кэндзи так не получалось. Не могла она просто отмахнуться и убежать. Может, потому что он не давил и не читал нотаций, а просто молча показывал, как надо, и ждал, пока она сделает сама. Или потому что здесь, в этой маленькой гостинице, некуда было бежать. Сейчас она уже не могла спокойно оставить за собой грязный стол или криво сложенные миски. Каждый раз внутри что-то неприятно царапало, будто совесть наконец-то проснулась. Ближе к ночи, когда большинство постояльцев уже разошлись по комнатам, Наруто медленно убирала со столов грязную посуду. Нога уже позволяла передвигаться довольно уверенно — она лишь слегка опиралась на самодельную трость, почти не хромая. Работа шла спокойно: стук тарелок, тихий плеск воды в тазу, мерное поскрипывание половиц под ногами. Вдруг где‑то вдалеке раздался приглушённый крик. Наруто застыла, не донеся до стойки очередную стопку мисок. Звук был слабым и доносился через несколько улиц, но в ночной тишине прозвучал предельно чётко. Она оглянулась. В зале Кэндзи не было — он ушёл в подсобку ещё полчаса назад и не вернулся. В памяти тут же всплыли его слова: «Ночью — ни шагу». Сердце сжалось, и рассудок говорил ей остаться. Но любопытство и какое‑то внутреннее беспокойство взяли вверх. Наруто положила миски на ближайший стол и, сжимая трость чуть крепче, тихо направилась к выходу — к тому месту, откуда, как ей казалось, слышался крик. В спешке она даже не заметила, что оставила дверь гостиной приоткрытой. Едва она вышла на улицу, как крик повторился — уже ближе и отчётливее. Теперь к нему примешивались звуки потасовки: глухие удары, возня, приглушённые ругательства. Наруто ускорила шаг, насколько позволяла нога, и двинулась в сторону узкого переулка, откуда доносились звуки. Чем ближе она подходила, тем яснее становилась картина. Это был женский голос — высокий, дрожащий от страха и злости. И два грубых мужских голоса, хриплых и насмешливых. — Ты же сама села играть, сучка! — — Думала, что сможешь уйти, не заплатив? — — Теперь будешь отрабатывать! — Наруто осторожно приблизилась к углу переулка и тихо заглянула за него. В свете одинокого фонаря она увидела едва различимые тёмные силуэты двух мужчин. Один был высоким и широкоплечим, с заметной мускулатурой, которая проступала даже сквозь грубую одежду. Второй — низкий и довольно полный. Они оба зажимали в узком переулке молодую девушку. — Я… я отдам! Завтра отдам, клянусь! — дрожащим голосом повторяла она, пытаясь вырваться из хватки высокого. Тот только хрипло рассмеялся и сильнее прижал её к стене. — Завтра? — оскалился он. — Нет, я уже заждался, как буду развлекаться с этими аппетитными формами. — — Верно! Пусть отработает долг как следует. — Низкий мужчина рядом лишь мерзко захихикал. — Такая грудь и задница - грех не воспользоваться. — Наруто стиснула трость так, что костяшки побелели. В груди мгновенно вскипела знакомая ярость. Первым порывом было рвануться вперёд прямо сейчас. Закричать, отвлечь, ударить. Но уже в следующую секунду реальность тяжёлым камнем упала на плечи. Даже эти двое ничтожных ублюдков теперь могут стать для неё серьёзной проблемой. Одна нога всё ещё плохо слушается, тело ослабло после потери кьюби и чакры, а в руках только старая деревянная трость. Если она ввяжется и не справится… то вместо одной жертвы их станет две. Наруто замерла в нерешительности. Часть её отчаянно хотела просто развернуться и уйти обратно в гостиницу. Закрыть дверь, сделать вид, что ничего не слышала. Она уже не та, что раньше... Но в этот момент девушка в переулке всхлипнула и попыталась вырваться, а высокий только грубо рассмеялся, запустив руку ей под кимоно. И что-то внутри Наруто щёлкнуло. "Неужели без чакры, я перестала быть той самой Наруто Узумаки, что всегда была готова помочь... НЕТ!!! Я всё так же Наруто Узумаки, что мечтала стать Хокаге!!!" Она резко выдохнула, стиснула зубы и, не давая себе времени передумать, устремилась вперёд. Первым делом она метнулась к толстому, который стоял ближе. Не раздумывая, размахнулась и со всей силы ударила его тростью по колену. — Ааааа! — взвыл жирдяй, мгновенно потеряв равновесие. Нога подкосилась, и он тяжело рухнул на землю, схватившись за ушибленное колено. Не останавливаясь, Наруто тут же рванула ко второму. Тот только начал оборачиваться с удивлённым и злым выражением на лице, когда она, вложив в удар весь свой вес и остатки злости, врезала ему кулаком прямо в челюсть. Удар получился тяжёлым и хлёстким. Голова мужчины дёрнулась назад, изо рта брызнула слюна вместе с кровью. Он пошатнулся, явно не ожидая такого. — Ты…! — прошипел он, сплёвывая кровь и поднимая кулаки. Наруто отступила на шаг и крепче сжала трость обеими руками, как импровизированное оружие. Сердце колотилось где-то в горле. Теперь пути назад не было. Девушка в разорванном кимоно даже не взглянула в сторону Наруто. Страх полностью затмил ей разум. Как только хватка высокого ослабла после удара, она с отчаянным всхлипом рванула в противоположную сторону и исчезла в темноте переулка. Наруто почувствовала короткий всплеск облегчения, но уже в следующую секунду она поняла, что сама влипла по-крупному. Оба мужчин быстро пришли в себя. Первый, шипя от боли, поднялся на ноги, держась за ушибленное колено. Громила же сплюнул кровь и медленно повернул голову к Наруто. В его глазах уже не было удивления — только чистая, животная ярость. — Ах ты мелкая дрянь… — прорычал он, вытирая кровь с разбитой губы. Наруто не стала ждать продолжения. Она резко развернулась и бросилась бежать в противоположную сторону от них. Трость громко стучала по камням, нога тут же отозвалась тупой болью, но она не могла позволить себе остановиться. За спиной раздался тяжёлый топот и злобные крики: — Держи её! — — Никуда ты не убежишь! — — А ну стой! — Погоня началась. Наруто бежала, насколько позволяла повреждённая нога, тяжело дыша и опираясь на трость. Переулки мелькали один за другим — узкие, тёмные, пропахшие мусором и сыростью. Она старалась не думать о боли, просто бежать вперёд. Но долго это продолжаться не могло. На одном из поворотов повреждённая лодыжка предательски подвернулась. Резкая, обжигающая боль вновь пронзила ногу, будто кто-то ударил раскалённым железом. — Ааа! — Наруто не удержалась от короткого вскрика. Трость выскользнула из пальцев, а сама она тяжело рухнула на мокрые камни, едва успев выставить руки вперёд. Колени и ладони обожгло болью, но хуже всего была нога — она пульсировала так сильно, что на глазах выступили слёзы. Наруто попыталась подняться, но повреждённая лодыжка отказывалась держать вес. Она лишь смогла сесть, тяжело дыша, и обернулась назад. Тяжёлые шаги и злобное дыхание уже приближались. Высокий громила выскочил из-за угла первым, за ним, прихрамывая и запыхавшись, его напарник. Оба тяжело дышали, но на их лицах уже расплывались довольные, жестокие ухмылки. — Ну что. — процедил высокий, медленно приближаясь. — Добегалась?! — Наруто судорожно огляделась в поисках хоть чего-нибудь, что могло бы послужить оружием, но вокруг были только мокрые стены и мусор. Трость лежала в двух метрах от неё — слишком далеко, чтобы дотянуться. Она стиснула зубы и попыталась отползти назад, но боль в ноге не позволяла даже нормально пошевелиться. Громилы подходили всё ближе. — Ну что, раз уж ты вмешалась и спугнула ту шлюху, теперь ты за неё и отработаешь. — Его глаза блестели злобной похотью. — Долг есть долг! — Низкий захихикал, подходя с другой стороны и перекрывая путь к отступлению. — Точно-точно. У тебя, кстати, тоже ничего… хоть и рожей не вышла. — улыбаясь мерзкой улыбкой, процедил он. Наруто попыталась отползти назад, но повреждённая нога не слушалась. Каждый рывок отдавался острой болью в лодыжке. — Не подходите… — хрипло выдохнула она, голос дрожал, но в нём всё ещё звучала злость. — Я вам ничего не должна! — Высокий только оскалился и резко схватил её за шиворот, рывком поднимая с земли. Наруто вскрикнула от боли в ноге и тут же вцепилась ему в руку, пытаясь вырваться. — Пусти, даттебайо! Отпусти, ублюдок! — Они вдвоём потащили её глубже в переулок, к тёмному углу, где свет фонарей почти не доставал. Низкий схватил её за запястья, пытаясь заломить руки за спину, а высокий начал пытаться сорвать одежду с неё. — Тихо, тихо… не дёргайся. — рычал высокий, тяжело дыша ей в лицо. — Будешь хорошей девочкой, может даже понравится. — Наруто отчаянно сопротивлялась. Она брыкалась, пыталась укусить руку, которая тянулась к её одежде, выворачивалась всем телом. — Не трогайте меня! — почти выкрикнула она, голос сорвался. — Отпусти! — Край футболки задрался, обнажив кожу живота. Низкий мерзко засмеялся и полез рукой выше, пытаясь схватить её за грудь. В этот момент Наруто, собрав силы, резко дёрнула головой вперёд и со всей злости ударила лбом высокого прямо в нос. Раздался неприятный хруст. — ААААААаааа, АХ ТЫ ДРЯНЬ! — взвыл он, отпуская её и схватившись за лицо. Из носа сразу хлынула кровь. На пару секунд хватка ослабла. Наруто попыталась вырваться, но низкий оказался быстрее — он с силой толкнул её спиной к стене и прижал своим весом. Его горячее, вонючее дыхание обдало лицо. — ДЕРЖИ ЕЁ КРЕПЧЕ!!! — прошипел высокий, вытирая кровь рукавом. — Сейчас я ей покажу… — Наруто почувствовала, как грубые пальцы снова полезли под одежду. Страх смешался с бессильной яростью. Она продолжала вырываться, царапаться, бить локтями — всё, что могла, но тело уже начинало сдавать. Нога горела огнём, руки слабели, а дыхание сбивалось. — Нет… нет, ублюдки… — хрипела она сквозь зубы, чувствуя, как слёзы злости и бессилия жгут глаза. — Я не дамся… я вас… — В этот момент где-то неподалёку раздался громкий, злой голос: — Эй! Что здесь происходит?! — Кэндзи стоял на входе в переулок, тяжело дыша — видимо, заметил открытую дверь гостиницы и побежал на шум. Оба на мгновение замерли, услышав голос Кэндзи. Этого короткого замешательства хватило. Наруто резко дёрнулась, выворачиваясь из хватки низкого, и со всей оставшейся силы врезала коленом ему прямо в пах. — Уххх! — тот согнулся пополам с хриплым, болезненным стоном, глаза вылезли из орбит. Не теряя ни секунды, Наруто толкнула его изо всех сил, из-за чего тот рухнул назад и всем весом повалил своего напарника. Оба грохнулись на мокрые камни с руганью и воплями боли. Наруто сделала шаг назад, но повреждённая нога предательски подкосилась. Мир качнулся, и она начала падать. Однако упасть ей не дали. Сильные руки Кэндзи мгновенно поймали её, не давая рухнуть на землю. — Держись. — коротко бросил он. Не говоря больше ни слова, Кэндзи подхватил её на руки и быстро побежал прочь из переулка. Наруто инстинктивно обхватила его за шею и выглянула из‑за плеча, бросив взгляд в сторону, где двое громил корчились на земле, пытаясь подняться. Казалось, им понадобится немало времени, чтобы прийти в себя. Наруто стиснула зубы и молчала. За спиной раздались злобные крики. Кэндзи бежал уверенно и постепенно тяжёлое дыхание и ругань позади постепенно начали отдаляться. Он уже начал замедляться, чтобы перевести дух, но судьба в эту ночь решила иначе. Они почти добежали до очередного поворота, когда прямо перед ними вышли около десяти силуэтов — разного роста и телосложения. Все в поношенной одежде, с бинтами на руках, потёртыми куртками и мешковатыми штанами. У многих виднелись шрамы и грязные волосы. Но ещё заметнее было другое: все они были до зубов вооружены. На поясах и за спинами — старые катаны в ножнах, у некоторых тесаки, у остальных короткие танто. И всё‑таки один выделялся: высокий, худой, с коротко остриженными висками и густой чёлкой; на левой щеке заметный рубец‑полоса. Неожиданно он остановился и повернул голову в их сторону. Кэндзи резко затормозил, прижимая Наруто ближе к себе. А сзади уже настигали тяжёлые шаги и злобные крики их преследователей. — Вот они! Держи их! — Двое громил, что гнались за ними, выскочили из переулка и замерли. Один из них, всё ещё держась за ушибленное колено, ткнул пальцем в Кэндзи и Наруто. — Эти двое! Эта мелкая сука вмешалась и из-за неё наша должница улизнула! А старик ей помог! — Мужчина с рубцом на щеке медленно кивнул, оглядывая всю картину. Остальные тоже остановились, образуя полукруг. Теперь Кэндзи и Наруто были полностью окружены — впереди десять человек, сзади двое разъярённых громил. Кэндзи осторожно опустил Наруто на землю, но не отпустил — она всё ещё тяжело опиралась на него, нога почти не держала вес. Он встал чуть впереди, заслоняя её собой. — Проблемы? — спокойно, но жёстко спросил он Тот лишь хмыкнул и сделал шаг ближе. — Теперь уже да. Эти двое работают на меня — он кивнул на громил — А ты, похоже, только что вмешался в наши дела. И девчонка твоя тоже. Наруто почувствовала, как холод пробежал по спине. Их было слишком много. Даже если Кэндзи сильный, против двенадцати здоровых мужчин им не выстоять. Особенно с её ногой. Главарь медленно сунул руку за пояс и вынул короткий кунай. Металл холодно блеснул в свете фонаря. — Девчонку забираем. — произнёс он ровно, без лишних эмоций. — Пусть отрабатывает долг. А ты уходи, пока я не передумал. — В толпе послышался приглушённый смех и одобрительные голоса. Кэндзи лишь сильнее сжал Наруто за руку и выставил плечо вперёд. — Я никуда не уйду! — тихо, но твёрдо сказал он. — И её вы не заберёте. — — Смелый... глупый, но смелый. — сказал тот, усмехнувшись. Сзади раздался шорох. Один из громил подбежал и с силой ударил Кэндзи тяжёлым кулаком под лопатку. Удар был неожиданным и мощным. Кэндзи глухо закряхтел, колени подогнулись, и он рухнул вперёд на камни, немного задевая Наруто из-за чего та упала. — Дядюшка Кэндзи! — Не успела она подняться, как двое мужчин из шайки мгновенно схватили её за руки, грубо заломив их за спину. Она дёрнулась, но сил почти не осталось — хватка была железной. Тот, кто ударил Кэндзи, быстро подошёл и приставил остриё танто к его шее, прижимая голову старика к земле. — Лежи спокойно, старый пёс! — процедил он. Лидер шагнул вперёд, присел на корточки всего в двух шагах от Кэндзи и разглядел его при свете фонаря. Его лицо выражало холодное любопытство — как у охотника, что встретил не привычную добычу, а странный феномен. Он внимательно всмотрелся в Кэндзи, затем хмыкнул, в голосе проглядывала редкая, едва скрытая улыбка. — Знаешь, что реже всего повстречаешь в нашем деле? — сказал он ровно. — Человека, который, имея шанс уйти, вместо этого полезет разгребать то, что ему не по зубам. Большинство спасут свою шкуру и забудут. А ты — нет. — Нож в его руке лениво покачивался. Затем тон лидера стал расчётливее: — Уважаю такую стойкость. Правда. Я дам тебе ещё один шанс уйти, но скажи мне, старик… зачем? Ради чего ты лезешь в это дерьмо? Из-за девчонки? — Лидер кивнул в сторону Наруто — Твоя дочь?... хотя нет, слишком уж не похожа она на тебя. — Кэндзи тяжело сглотнул, чувствуя, как острое лезвие холодит кожу. Он слегка помялся, пытаясь найти опору под коленями на скользких, мокрых камнях, и на мгновение замер, словно подбирая слова или сомневаясь, стоит ли вообще открывать рот перед этими людьми. Его плечи чуть заметно дрогнули от напряжения, но спустя секунду он заставил себя успокоиться и медленно поднял голову. Кровь тонкой струйкой стекала по шее из-под лезвия, но взгляд оставался тяжёлым и ясным. — Потому что всю жизнь мне никогда не было легко. — тихо ответил он. Голос был хриплым, но твёрдым. — Всегда какие-то проблемы, которые нужно было решать. Всегда кто-то, кому было хуже, чем мне. Моя покойная жена… она всегда говорила, что в этом мире слишком мало добра... что если мы сами не будем его делать, то его просто не останется. — Он на секунду замолчал, будто собираясь с силами. — Я знаю, что из-за своей слепой доброты часто лезу не в своё дело. Знаю, что это меня когда-нибудь убьёт, но я не могу жить, зная, что где-то рядом происходит плохое… а я просто отвернулся и прошёл мимо. Не могу. Не научился. — Кэндзи посмотрел прямо в глаза лидеру. — Так что делай, что хочешь, но я не уйду и не отдам тебе девчонку. — "Дядюшка Кэндзи..." — Наруто, которую грубо держали за заломленные руки, почувствовала, как внутри всё сжалось. Её горло перехватило. Она смотрела на спину старика, на тонкую струйку крови, стекающую по его шее, и внезапно ощутила острый, почти болезненный укол стыда и тепла одновременно. "Почему… почему ты такой? Я же для тебя — просто девчонка, которая свалилась на голову. А ты стоишь здесь и готов умереть…" В голове мгновенно всплыли старые воспоминания из Страны Волн. Когда ей и её команде нужно было защищать доброго и упрямого старика, который просто хотел построить мост, чтобы его семья и люди могли нормально жить. Их команда — ещё совсем зелёные генины — рисковала жизнью, чтобы защитить его. А в итоге? Доброта Тадзуны едва не стоила ему жизни. Доброта Какаши-сенсея, Сакуры, Саске… и её самой… едва не убила их всех. Потому что в этом мире те, кто пытается делать добро, всегда платят за это кровью. Те, кто не отворачивается, всегда оказываются в самом пекле. "Почему так устроено?" — горько подумала она. — "Почему каждый, кто пытается быть хорошим, в итоге страдает? Тадзуна… Кэндзи-сан… даже я сама…" Слёзы злости и бессилия обожгли глаза, но она быстро сморгнула их. Сейчас было не время плакать. Лидер несколько секунд молча смотрел на него, потом медленно выпрямился. Ухмылка полностью исчезла с его лица, сменившись холодным, почти скучающим выражением. — Жаль. — спокойно сказал он. — Значит, ты уже сделал свой выбор. — Он кивнул своим людям. — Начинайте с девчонки. Пусть старик смотрит. — Двое, державшие Наруто, сильнее заломили ей руки. Она зашипела от боли, но не закричала. Кэндзи дёрнулся, пытаясь подняться, но танто сильнее врезалось в кожу, и новая струйка крови потекла по шее. — НЕ ТРОГАЙТЕ ЕЁ! — громко прорычал он. Лидер только покачал головой. — Поздно, старик. Ты уже не в том положении, чтобы кому-то помочь. — Один из мужчин шагнул к Наруто и грубо схватил её за подбородок, заставляя поднять лицо. Его пальцы впились в кожу так сильно, что она почувствовала, как ногти оставляют следы. — Ну что? — ухмыльнулся он, дыхание было тяжёлым и кислым. — Сейчас мы снимем с тебя всё это тряпьё, а потом посмотрим, на что ты пригодна. — Второй мужчина, стоявший сзади, уже тянул её футболку вверх, грубо оголяя живот и нижнюю часть груди. Его ладонь скользнула по коже, сжимая её с откровенной похотью. — Смотри-ка, какая нежная… — хрипло пробормотал он. — А задница, наверное, ещё лучше. — Наруто дёрнулась всем телом, пытаясь вырваться, но хватка была слишком крепкой. Она чувствовала, как пальцы мужчины уже тянутся к поясу её штанов, расстёгивая шнурок. — Не смейте… — процедила она сквозь зубы, голос дрожал от ярости и бессилия. Кэндзи снова попытался высвободиться из хватки. — УБЕРИТЕ ОТ НЕЁ СВОИ ГРЯЗНЫЕ РУКИ! — прорычал он, но в ответ получил резкий удар в висок. — Тихо, старик, пусть девочка немного поработает. Может, если она будет стараться, мы даже оставим тебя в живых. — сказал тот с усмешкой. Мужчина, державший Наруто за подбородок, наклонился ближе, почти касаясь губами её уха. — Если будешь кусаться, то сломаем тебе челюсть. Поняла? — — Пожалуйста… — прохрипел он едва слышно. — Не трогайте её… — Лидер только рассмеялся. — Поздно просить. — холодно бросил он. В переулке повисла тяжёлая, удушливая тишина, нарушаемая только тяжёлым дыханием мужчин и тихим, отчаянным мычанием Наруто. Кэндзи смотрел на всё это широко раскрытыми глазами, полными бессильной ярости. Его руки дрожали, но он не мог даже пошевелиться — лезвие танто слишком глубоко вдавливалось в кожу. Пытаясь вырваться, Наруто резко зацепилась взглядом за дальний конец переулка. Там, в густой тени между двумя домами, стояла тёмная фигура. Она была почти неразличима — просто силуэт, сливающийся с темнотой. Но Наруто узнала его мгновенно. Эти свинцовые глаза смотрели прямо на неё — неподвижно, без единой эмоции, точно так же, как во всех её кошмарах. Его взгляд будто проникал сквозь кожу и кости, до самой души. Наруто замерла. Всё внутри внезапно опустело. Страх, ярость, боль от грубых рук на её теле, отвращение — всё это на мгновение исчезло. Осталась только тяжёлая, звенящая пустота. Будто кто-то вынул из груди всё живое. Ни злости, ни желания сопротивляться. Она бездумно смотрела в ту сторону, не в силах отвести взгляд. Даже когда пальцы мужчины продолжали прикасаться к её коже — всё стало далёким и неважным. — Почему ты здесь… что тебе от меня нужно? — прошептала почти про себя Наруто. Но стоило ей моргнуть, как фигура исчезла, будто растворилась в темноте, а вместо неё из-за угла ближайшего дома медленно вышел высокий мужчина. Тёмно-синее хаори небрежно лежало на его плечах, едва скрывая мускулистый торс. Левая рука, облачённая в поцарапанный металлический наруч-котэ, была выставлена из-за пазухи и лениво покоилась на отвороте одежды. В правой он держал бутылку саке, из которой время от времени делал неторопливые глотки. Остановившись в нескольких шагах от группы, мужчина медленно поднял голову — высокий растрёпанный хвост чёрных волос с редкой сединой качнулся в такт движению. Его лицо выражало абсолютное безразличие, за которым скрывалась какая-то застарелая, выжженная злоба на весь мир. Глубоко посаженные серые глаза вскользь оглядели сцену, после чего он сделал очередной глоток. Лидер первым нарушил молчание, прищурившись. — Хмм, неужели очередной герой нарисовался? — с усмешкой процедил он. — Проваливай отсюда, если не хочешь лечь рядом со стариком. — Мужчина сделал ещё один глоток саке, вытер губы тыльной стороной ладони и ответил низким, слегка хриплым голосом: — Просто проходил мимо. — — Ну так и вали отсюда! — выкрикнул один из тех, кто держал Наруто. — Проваливай, пока мы тебе голову не проломили! — — Эй, пьянь, не ищи проблем на свою шею! — выкрикнул кто-то из толпы, демонстративно сплёвывая под ноги. — Вот и топай дальше, пока ноги держат! — подхватил другой, лениво вытягивая клинок из ножен. — Некогда нам с бродягами возиться. — Кто-то из толпы бросил в его сторону пустую бутылку, которая с грохотом разбилась у ног, после послышался злорадный и затяжной смех, заполонивший всю улицу. Общий настрой толпы был явно агрессивным: они чувствовали своё превосходство. Мужчина, игнорируя их крики и насмешки, сделал ещё один глоток саке. Затем, будто приняв решение, медленно повернулся, собираясь уйти. На мгновение он бросил взгляд на Кэндзи. В глазах старика читалась отчаянная надежда на помощь, но он лишь едва заметно пожал плечами — взгляд остался всё таким же холодным. Однако, когда его глаза перешли на Наруто, он замер. Он долго смотрел на её изуродованное лицо, на слегка тусклый голубой глаз и на то, как грубо её пальцы впиваются в руки мужчины, что держал её. В его вечно безжизненных серых глазах что-то дрогнуло. Совершенно внезапно по его щеке скатилась одинокая слеза. Мужчина замер, подхватил эту слезу пальцем и несколько секунд смотрел на неё, словно не веря, что это происходит. Затем он медленно согнул пальцы, сжимая руку в кулак так, что бутылка из-под саке треснула. Лидер банды нахмурился, почуяв что-то неладное. — Эй! Чего застыл?! — выкрикнул один из бандитов, делая шаг вперёд. Другой демонстративно выхватил клинок и направил остриё в сторону мужчины: — Слышь, ты! Проваливай, пока я не выпустил тебе кишки прямо здесь! — Лидер молча поднял руку, приказывая своим людям замолчать. Он пристально наблюдал за незнакомцем, замечая, как капли саке смешиваются с кровью из порезанной осколками ладони. Мужчина медленно поднял голову. Безразличие в его взгляде сменилось ледяным отвращением. — Знаете... — его голос прозвучал низко, почти шепотом, но в тишине улицы слова звучали отчетливо. — Я думал, что давно выгорел дотла, но глядя на вас... — Он внезапно оскалился, и в его голосе послышался отчетливый скрежет зубов, а тон резко сорвался на тяжелый, рокочущий рык: — Я снова чувствую ненависть! — Он разжал кулак, позволяя окровавленным осколкам с сухим звоном упасть на камни. — Жаль...у тебя была возможность просто уйти. — негромко произнес он. — Не люблю марать руки лишний раз, но ты сам вынудил меня. — Он медленно кивнул одному из своих людей. — Разберись. — Из группы шагнул вперед тощий, молодой парнишка. Обнажив клинок с громким металлическим лязгом, он начал приближаться. — Тебе стоило просто уйти, ничтожество. — ухмыльнулся он, и его голос был полон уверенности. Мужчина лишь слегка усмехнулся. Он высвободил левую руку из-под хаори, окончательно обнажая мускулистый торс, и в то же мгновение ухватился за рукоять танто у пояса. Бандит замахнулся и нанес быстрый, мощный рубящий удар сверху вниз. Мужчина, выставив свое танто на пути летящей стали, лишь продолжил двигаться в сторону толпы.

…

Парень замер, не понимая, что произошло. Его глаза отчетливо видели, как лезвие катаны с силой обрушилось на выставленный клинок незнакомца. Контакт был неизбежен. Но руки... руки не ощутили абсолютно ничего. Не было ни звона стали, ни отдачи в запястья, ни малейшего сопротивления. Катана прошла словно насквозь и по инерции провалилась вниз. — Что за… — сказал он, ошеломленно глядя в пустоту перед собой. В следующий миг он почувствовал странное, холодное ощущение опасности, разливающееся по всему телу. Инстинкт кричал: «Не двигайся». Но гордость и ярость взяли верх. Он попытался развернуться, чтобы нанести очередной удар.

*Треск*

Раздался тихий, почти нежный треск. Катана лопнула ровным швом именно в том месте, где мгновение назад она должна была соприкоснуться с танто. Клинок развалился на две части, и верхняя половина со звоном упала. А затем тело самого бандита странно дернулось. Из глубокой, чистой раны, прошедшей от левого плеча до нижней части груди, хлынула кровь. Разрез был идеально ровным, словно плоть и кости просто разошлись по линии. Парень сложился пополам, как сломанная кукла, и тяжело рухнул на мокрые камни. Из его рта вырвался короткий булькающий хрип, а глаза мгновенно остекленели. Все, кто стоял вокруг замерли, не в силах отвести взгляд от тела своего товарища. Кровь медленно растекалась по камням, смешиваясь с грязью. Лидер шайки медленно отступил на шаг. Его былая уверенность пошатнулась, а в глазах застыл первобытный страх перед тем, чего остальные даже не смогли разглядеть. В отличие от своих людей, он был единственным, кто успел уловить миг удара. Перед его глазами всё ещё стояло призрачное синеватое свечение, которое на долю секунды полностью обволокло танто незнакомца. Это свечение не просто окутало сталь — оно словно стало продолжением клинка, втрое увеличив его длину. По своей структуре оно напоминало текучую воду, стремительную и беспощадную. Синий блик продержался всего мгновение, но этого хватило, чтобы разрезать взрослого мужчину пополам. Лидер до боли сжал челюсти, чувствуя, как внутри закипает ярость, смешанная с липким, удушающим страхом. Он едва сдерживал дрожь в руках, понимая, что столкнулся с кем-то, чья сила ему не по зубам. В этот момент Наруто, заметив, что державшие её бандиты полностью оцепенели от ужаса, резко дернулась. Воспользовавшись всеобщим замешательством, она с силой вырвала руки из ослабевшей хватки. Превозмогая себя, она из последних сил устремилась к Кэндзи. — ПРОЧЬ! — выкрикнула она, вкладывая всю оставшуюся злость в один единственный удар. Её кулак врезалась в лицо здоровяка, который всё ещё держал Кэндзи. Бандит, не ожидавший нападения, кубарем отлетел в сторону. Но силы тут же покинули Наруто, и она начала заваливаться на холодные, мокрые камни. Кэндзи, мгновенно сориентировавшись, подхватил её, не давая упасть. Он крепко прижал её к себе, загораживая её своим телом от застывшей от шока толпы. Лидер шайки, видя страх в глазах своих людей, до боли сжал кулаки. Его гордость боролась с инстинктом, и на этот раз гордость взяла верх. — Ты... ты думаешь, что напугал меня? — прохрипел он, пытаясь унять дрожь в руках. — Тебе конец! — Он сделал глубокий вдох, его лицо исказилось в злобной гримасе. — Я потратил больше полугода, оттачивая эту технику! — выкрикнул он, и в его глазах вспыхнул фанатичный огонек. — Я сотру тебя с лица земли в одно мгновение, от тебя даже пепла не останется! — Он резко вскинул руки, и его пальцы начали сплетаться в печати. Бандиты, услышав слова лидера, тут же воспрянули. По переулку пролетел гул голосов: — Босс сейчас его поджарит! — — Давай, сожги этого выскочку! — — Смотри и бойся, сейчас ты превратишься в кучку углей! — Лидер набрал полную грудь воздуха, его щеки комично раздулись, а пальцы судорожно замерли на последней печати. Всё внимание бандитов было приковано к нему, ожидая триумфального потока всепожирающего пламени. — Катон: Гокакью но Дзюцу! — проревел он, вкладывая в этот выкрик всю свою ярость. Но пламя так и не появилось. Лидер застыл с открытым ртом, из которого вместо огненного шара вырвался лишь жалкий, прерывистый хрип. Его глаза расширились от шока и непонимания. В следующую секунду его правая рука, всё еще судорожно сжимавшая финальную печать, отделилась от плеча. Она медленно, словно в замедленной съемке, пролетела по воздуху и с глухим, тяжелым плеском упала. Кровь фонтаном брызнула из чистого среза, и только тогда переулок огласил истошный, полный агонии крик. — АААААааааа, МОЯ РУКА! — лидер рухнул на колени, хватаясь за обрубок. Его лицо исказилось от дикой боли и ужаса. Мужчина стоял рядом, слегка наклонив голову, и глядел на корчащегося человека. — Столько месяцев стараний... — негромко произнёс он, и в его голосе слышалось холодное презрение. — Какая жалость, теперь они бесполезны. — Он медленно выпрямился и обвёл тяжёлым взглядом остальных. Все замерли, словно статуи, не позволяя сделать ни единого движения. Те, кто только что выкрикивал угрозы, теперь едва могли дышать от страха. — Валите отсюда. — мужчина произнёс это негромко, но его голос пробирал до костей. — Живо! — Это было последней каплей. Окончательно лишившись воли к сопротивлению, вся шайка кинулась врассыпную. Те, что были посмелее, подхватили вопящего лидера под руки и потащили его прочь, спотыкаясь и роняя оружие. Через несколько секунд переулок опустел, и только эхо их панических шагов затихало вдали. Мужчина некоторое время стоял неподвижно, глядя на то место, где скрылись остатки шайки. Затем он медленно повернул голову в сторону Кэндзи и Наруто. Его глаза, всё ещё холодные и безжизненные, задержались на девчонке. Он смотрел на неё долго и бдительно, словно пытался разглядеть в ней что-то, что ведомо только ему одному. Эту недолгую тишину первым нарушил Кэндзи, всё ещё прижимавший Наруто к себе. — Спасибо вам... — его голос дрожал от пережитого напряжения. — Если бы не вы... я в долгу перед вами. — Он лишь коротко хмыкнул, не меняясь в лице. — Жить будете? — хрипло спросил, не сводя взгляда с Наруто. — Да... — Кэндзи осторожно кивнул. — Раны не смертельные, так что справимся как-нибудь. — Услышав ответ, молча отвернулся. Он поправил тёмно-синее хаори и, не говоря больше ни слова, медленно направился прочь. Его шаги были такими же ленивыми, как и в начале, словно за это время ничего не произошло. Наруто смотрела ему в спину, чувствуя, как внутри неё борется страх, усталость и жгучее любопытство. Этот человек спас их, использовав неизвестную ей технику, и при этом выглядел так, будто весь мир был ему в тягость. Собравшись с силами, она подалась вперёд, опираясь на руки. — Стойте! — крикнула она, и её голос эхом отозвался от стен домов. — Как вас зовут?! — Замерев, он медленно обернулся через плечо, и его лицо исказилось в грубой, почти презрительной гримасе. — Тебе незачем этого знать! — отрезал он. — Забудь, что видела меня, и иди своей дорогой, девчонка. — Но Наруто не собиралась отступать. Она стиснула зубы, чувствуя, как в груди закипает привычное упрямство. — Я не привыкла оставаться в долгу! — выкрикнула она. Набрав в лёгкие воздуха, и, превозмогая боль, закричала так громко, как только могла, делая особый акцент своем имени: — Меня зовут НАРУТО УЗУМАКИ! Запомни это! Ведь я не отстану от тебя, пока не смогу в полной мере отплатить тебе!!! — В следующую секунду Кэндзи, до этого молча наблюдавший за ней, легонько ударил её ребром ладони по макушке. — Ау! Дядюшка Кэндзи, за что?! — вскрикнула Наруто, прижимая ладони к макушке и обиженно глядя на старика. — За то, что у тебя в голове опилки вместо мозгов! — ворчливо прикрикнул Кэндзи, хотя в его глазах за напускной строгостью читалось лишь глубокое беспокойство. — Кому я говорил — ни шагу на улицу ночью?! Ты хоть понимаешь, во что ты нас обоих втянула? Если бы не этот человек... — — Но я... я просто хотела помочь! — перебила она его, упрямо вскинув подбородок. — Там была девушка! Я не могла просто сидеть и слушать, как она кричит, даттебайо! — — *Хн* Помочь она хотела. — Кэндзи тяжело вздохнул и покачал головой, его голос стал чуть тише. — Героиня. Ты на свою ногу посмотри! В таком состоянии ты не то что помогать, ты до кровати сама недохромаешь. И не вопи так, а то последние силы растеряешь. Ты сейчас явно не в той форме, чтобы за кем-то гоняться. Так что забудь о геройстве и готовься: за эту ночную прогулку ты у меня целый месяц вкалывать будешь, поняла? Наруто недовольно засопела, потирая макушку, и обиженно отвернулась, продолжая дуться. Но её взгляд, полный невысказанных вопросов, тут же вернулся к фигуре мужчины. Тот лишь неподвижно стоял, словно статуя. Его плечи напряглись, а пальцы едва заметно дрогнули. Он медленно, почти механически, повернул голову. В его серых глазах больше не было безразличия. Теперь он смотрел на Наруто пронзительно и хищно. Но за этой пугающей пристальностью скрывалось что-то ещё — странные, лихорадочные колебания, будто в его голове вспыхнули воспоминания, которые он давно пытался похоронить. Мужчина резко отвернулся, скрывая лицо, словно не хотел, чтобы они видели его смятение. — Хоши... — коротко бросил он, и его голос теперь звучал глухо. Он сделал шаг в темноту, но перед тем, как окончательно раствориться в ночи, бросил через плечо: — Встретимся завтра, Узумаки. — Наруто, несмотря пережитый ужас, вдруг широко улыбнулась и замахала ему вслед. — Рада знакомству, Хоши-сан! — звонко крикнула она ему вдогонку. — До завтра! — Провожая взглядом его удаляющийся силуэт, она на секунду задумалась. В глубине души её очень удивила его внезапная перемена. "Странный он какой-то..." — пронеслось у неё в мыслях. — "Сначала был как ледяная глыба, а под конец будто совсем с толку сбился. Словно я его чем-то задела." Но её раздумья прервал Кэндзи. Он тяжело вздохнул и, не говоря ни слова, осторожно подхватил её на руки. — Ну всё, хватит руками махать. — проворчал старик, уверенно шагая в сторону гостиницы. В его голосе теперь слышалось только бесконечное облегчение. — Завтра ни шагу из кровати без моего разрешения! Поняла? — — Да поняла я, дядюшка Кэндзи, поняла...даттебайо — Выдохнув, Наруто прижалась щекой к его плечу, чувствуя, как силы окончательно вытекают из неё, оставляя лишь звенящую пустоту. Они медленно пошли по пустой, залитой лунным светом улице. Кэндзи что-то негромко ворчал под нос про испачканную одежду и новую порцию лечебной мази, которую придётся извести на её лодыжку. Его голос должен был успокаивать, но Наруто вдруг почувствовала, как по спине, вопреки теплу его рук, пробежал ледяной холодок. "И всё же..." — пронеслось в её голове. Она невольно бросила взгляд назад, через плечо Кэндзи. Тот неподвижный силуэт в конце переулка... Он не был плодом её воображения и не был частью лихорадочного сна. Он стоял там, в самой густой тени, безмолвный и неотвратимый. Тот, кто преследовал её в кошмарах, теперь вышел в реальный мир. Эти свинцовые, мёртвые глаза... Наруто зажмурилась, пытаясь отогнать это видение, но чувство чужого, тяжёлого взгляда в спину никуда не исчезло. Этот некто следовал за ней по пятам, словно невидимая тень, привязанная к её израненной душе. Она незаметно для Кэндзи сильнее прижалась к его груди, пытаясь поглубже спрятаться в складках его одежды. Ей отчаянно хотелось почувствовать живое человеческое тепло, чтобы хоть на мгновение отогнать этот могильный холод и страх, который теперь прочно поселился у неё внутри.