2 part

Падать вниз и не пытаться что-то изменить, равносильно слабости. Капля упала на страницу, когда Гермиона перелистнула ее. Она подняла голову к небу. Все пространство заволокло тучами, вот-вот разыграется нешуточный дождь. Девушка спрятала книгу в свою сумку, наложив на себя и на вещи водоотталкивающие чары и поспешила в замок. В холле было шумно. Всюду странствовали студенты, ведь был выходной. Грейнджер проступила поход в Хогсмид и не чуть не жалела об этом. Ей уж точно не хотелось сливочного пива, делать вид, что все как раньше и слушать светлые воспоминания Гарри и Роном. Кажется, они просто живут радостным прошлым, не хотят быть в настоящем и думать о будущем. — Гермиона, подожди! Девушка замедлилась, когда увидела подбегающую Джинни. — Что-то случилось? — спросила она, заметив тревогу на лице Уизли. — Мистер Треворс у директора. Думаю, тебе нужно зайти. Гермиона кивнула и ускорила шаг, минув несколько поворотов, оставляя позади растерянную подругу. Ее глаза остановились на горгулье, которая сама повернулась, открывая вид на крутые ступеньки. Мистер Треворс встретил ее непроницаемым взглядом. Он был одет в свою привычную мятного цвета мантию, на левой части груди прицеплен бейдж с его именем. — Что-нибудь известно о моих родителях? — спросила Грейнджер, замявшись на пороге, даже позабыла поздороваться. Он был приставлен, чтобы вернуть им память. Потому, что у самой Гермионы ничего не получалось. — Здравствуйте, мисс Грейнджер, — целитель склонил голову. Сзади него сидела беспокойная профессор Макгонагалл. — думаю, что память к ним возращается постепенно, ведь вы стерли важный аспект в их жизни. Мистер Грейнджер говорит, что во сне видит маленькую кудрявую девочку, напоминавшую по внешности их дочь. Думаю, что через пару-тройку месяцев они все вспомнят окончательно. Сердце быстро застучало от радости. Но внутри себя девушка почувствовала грусть. Ей придется как-то это объяснять. Вряд-ли после этого доверие будет на месте. Ведь она передала их. — Спасибо, мистер Треворс. Он кивнул. Грейнджер развернулась на каблуках и покинула кабинет. * * * — Он так и сказал? — спросил Рон, мучая пергамент своим пером. — Именно так, Рональд. У тебя тут ошибка, — Гермиона указала на верхнюю, чуть смазанную чернилами строку. — лунная фаза не нужна в этом зелье. Оно настаиваться несколько часов при дневном свете. Уизли вымученно улыбнулся и зачеркнул пару строк. Грейнджер даже не удивилась его халатности. Он купил несмываемые чернила, а переписывать парень вряд-ли собирался. — Так это же прекрасно! — воскликнула Джинни. Пару ребят с факультета оглянулись на нее. — когда ты сможешь их навестить? — Думаю, что спешить не стоит. Закончу школу и приеду. Гермиона расстегнула пару пуговиц на рубашке, ощутив внезапную духоту. Она решила, что родителям стоит принять ее поступок, как следует, обдумать его и решить, что делать. Это не так просто. — Как вы отдохнули? Я надеюсь, что вы не гуляли под дождем! — Вовсе нет! Мы переждали его в Трёх метлах, а потом сходили в Сладкое Королевство, — сообщил подошедший Гарри, и протянул ей пару сахарных перьев. Грейнджер улыбнулась, принимая подарок. Сорванцы знали, как её подкупить и за это она их любила. — Я пройдусь по коридорам, пока нет отбоя, — сказала она, прежде чем выйти из башни. * * * — Ты куда? — спросила Паркинсон, разглядывая свои зелёные ногти. — Схожу к Помфри. Убедюсь, что внутри нет повреждений после синяка, — сказал Малфой, засунув руки в карманы брюк — Как он вообще у тебя появился? — Блейз постарался. Закрыл дверь в ванную, даже не посмотрев есть ли кто-то там. Результат ты уже видела. Пэнси расхохоталась и видимо пошла искать Забини, за пикантными подробностями. Всегда пыталась быть в курсе всего. Малфой шел в темноте. Он не подсвечивал дорогу палочкой, так ему было легче. Не знать, что встретиться на пути. Разумеется, он не собирался идти в больничное крыло. Давно знал уже, что повреждённое место прошло и ничего не осталось. Мама всегда говорила, что Драко силен в целительных чарах. И была права. Люциус же говорил все в точности наоборот. Никогда не хвалил его, все способности парня пропускал мимо и спорил с Нарициссой, посчитав ее воспитание слишком мягкотелым. И что же сейчас? Он в Азкабане, мама счастлива дома, а Драко отстоял свою позицию и пошел по своей дороге. Он не хотел Дурмстанг, как отец. Ему больше по душе был Хогвартс. Пусть его тут презирают. Считают изгоями всех слизеринцев. И он ненавидит большинство обитателей замка. Но ему нравиться тут и все. — Черт. Рядом послышалось чьё-то бормотание и Малфой закатил глаза. Этот голос он узнает из тысячи. Возможно. — Глаза разуй, Грейнджер, и смотри куда прёшь, — спокойно сказал он. — Сам не лучше, придурок. Малфой хмыкнул. Ее комментарии в его сторону всегда не пахли оригинальностью. Хоть бы что-то новенькое придумала. — Спешишь в библиотеку? — Какое тебе дело, Малфой? — с заметной раздражимостью в голосе сказала Гермиона и прошла мимо него. Не посчитав нужным дождаться ответа. А, действительно, какое ему дело? Может, он головой ударился? — Просто хотел сообщить, что для книжнего червя это слишком поздно для ужина, — сообщил парень в пустоту, что выглядело слишком жалко. Драко все ещё пытается делать вид, что все как раньше. Вся эта занавеса из ненависти и презрения. Но из глубины коридора послышался ответ. — Будем считать, что это второй ужин. Он ухмыльнулся.