Часть 2

Маргарита Рудольфовна стояла в тени коридора, прислонившись к холодной стене. Из приоткрытой двери доносились глухие звуки: тяжелые шаги, звон разбитого стекла, хриплый голос Андрея. Она сжала пальцы в кулак. Сын, её гордость, её надежда — теперь был сам на себя не похож. Он пил, срывался в ярость по пустякам, с кем-то подрался, в глазах поселилась бездонная тоска. "Что они с ним сделали?" — пронеслось в голове Маргариты. Вся её злость теперь была направлена на двух людей: на этого Малиновского, чьи грязные интриги втянули Андрея в ловушку, и на Пушкарёву, которая, сбежав, бросила его в самый тяжёлый момент. "Как она могла уйти? Как могла оставить его одного?!" Она винила Катю за все. За сломленного сына. За опустевший дом. За собственное бессилие. Но ещё страшнее было признаться себе: она понятия не имела, что делать дальше. Как вернуть Андрея к жизни. Как снова собрать семью, которая рассыпалась у неё на глазах. Нет! Где Екатерина ей неизвестно, но второй виновник состояния её сына обязан нести ответ! Маргарита Рудольфовна вошла стремительно, не дав себе времени на сомнения. Малиновский поднялся навстречу, но она даже не позволила ему открыть рот. — Сядь, — бросила она коротко. — И слушай. Он подчинился, как провинившийся мальчишка. — Ты ведь думал, что всё будет просто? — её голос был ядовито мягким. — Втащить его в эту грязь, поиграть в любовь, а потом умыть руки? Малиновский молчал, опустив взгляд. — Ты хоть понимаешь, что с ним сделал? — Маргарита шагнула ближе. — Мой Андрей... пьёт, дерётся, смотрит пустыми глазами. Это ты его туда затащил. Ты! — Я... — начал было Малиновский. — Замолчи, — оборвала она. — Я не за объяснениями пришла. Я пришла сказать тебе: теперь ты обязан вытащить его оттуда. Понял меня? Она наклонилась к нему почти вплотную. — Ты не оставишь его одного. Ты сделаешь всё, чтобы он выбрался. Ты должен. Ты, чёрт бы тебя побрал! Малиновский поднял на неё глаза — виноватые, растерянные. — Ты хотел поиграть во взрослые игры? Играй до конца, — с горькой усмешкой сказала она. — Спасай его. Или я найду способ, чтобы тебе это аукнулось. Не дожидаясь ответа, она повернулась и ушла. Офис "Зималетто" почти опустел. Вечернее солнце длинными полосами падало на пол, разрезая тишину. Андрей сидел в своём кабинете, уставившись в одну точку. На столе перед ним лежали какие-то бумаги, но он их даже не видел. Дверь приоткрылась. На пороге возник Роман Малиновский — уверенный, бодрый, с лёгкой усмешкой на лице. — Ну что, Жданов, — сказал он, заходя внутрь. — Пора прекращать это самобичевание. Пошли! Бары, люди, новые лица... отвлечемся Забудем все на один вечер. Андрей даже не пошевелился. Только устало посмотрел на него. — Я никуда не пойду, — сказал он глухо. — Ну, Андрюха, хорош, — Роман подошёл ближе. — Сколько можно? Да плюнь ты на неё! Тебя ждёт жизнь, женщины...и между прочем куда более достойные внимания, чем наша Катерина! Андрей медленно поднялся из-за стола. И вдруг, неожиданно даже для самого себя, ударил кулаком по столешнице. — Ты вообще понимаешь, Рома, что мы с ней сделали?! — сорвался он. В комнате глухо зазвенело. — Я это всё прочёл, — голос Андрея дрожал, — я СМЕЯЛСЯ! А она... она сидела и знала каждый мой шаг. Каждую подлость, каждый "подарок", каждую открытку! Он отвернулся, тяжело дыша. — А я шёл, как идиот, с зайцами, с шоколадками... Думал, какой я умный! А она смотрела на меня и... — он осёкся, — и терпела. Роман сжал губы. Он не знал, что сказать. Андрей повернулся к нему. — Как мне теперь жить, Рома? С этим? Малиновский опустил глаза. Он понимал, что на этот вопрос у него нет ответа. — Иди, — тихо сказал Андрей. Роман хотел что-то возразить, но потом только молча кивнул и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь. В кабинете снова воцарилась тишина. Андрей опустился в кресло, сжал голову руками. Впервые за долгое время он не думал ни о бизнесе, ни о долгах, ни о планах. Только об одном: как он потерял её.