Глава 8: Разорванная спираль временных циклов

Лира падала. Но не вниз. Сквозь. Сквозь слои реальности, сквозь осколки времени, сквозь саму пустотную материю, которая теперь не пожирала её, а признавала своей. Её тело (если это ещё можно было назвать телом) распадалось на частицы, каждая из которых несла в себе отголоски всех её воплощений. — Я была волчицей. — Я была человеком. — Я была ошибкой. — Я была богом. И вот теперь... Я была ничем. Приземление. Оно было мягким. Слишком мягким. Как падение в вату. Лира открыла глаза (сколько их осталось? три? пять? ни одного?) и увидела: Пустоту. Но не ту, что была раньше. Эту пустоту только что создали. Она была... свежей. И в центре её стоял Он. Первый. Мужчина. Но не человек. Его кожа светилась бледным кодом, глаза были пустыми экранами, а пальцы — слишком длинными, будто растянутыми временем. Центральная Апроксимация. Тот, кто начал всё. Он повернулся к ней, и его голос разорвал тишину, как нож: — Ты не должна была вернуться. Лира попыталась встать, но её тело не слушалось. Оно было... не собранным до конца. — Где... я? — В начале. Он сделал шаг вперёд, и Лира увидела — за ним плескалась чёрная, вязкая река. Пустотная материя. Но она была молодой. Ещё не ядовитой. Ещё не ненавидящей. — Это... твоя работа? — прошептала Лира. Первый засмеялся. — Нет. Он поднял руку, и пустотная материя потянулась к его пальцам, как преданный пёс. — Это побочный эффект. Правда. Она пришла не словами. Она пришла видением. Лира увидела: — Вселенную до всех вселенных. — Бесконечное число циклов. — Каждый раз, когда Апроксимация перезаписывает реальность... — ...остаётся немного "мусора". — Пустотная материя. — Она копится. — Как яд в крови. И наконец... — Последний цикл. — Тот, в котором всё уже состоит из неё. — Где не осталось ничего настоящего. Лира задрожала. — Нет... выхода? Первый наклонился к ней. — Есть один. — Какой? — Перестать перезагружать. — Но тогда... всё умрёт. — Да. Его голос был спокойным. Как у врача, объявляющего смертельный диагноз. Выбор. Лира посмотрела на свои руки. Они снова были человеческими. Но ненадолго. — Я... не хочу умирать. — Ты уже умерла. — Что? — Много раз. Первый коснулся её лба. И она вспомнила: Собственную смерть. Сотни раз. В сотнях циклов. Она всегда забывала. Потому что иначе... ...было невыносимо. Эпилог. Лира стояла на краю новой вселенной. Первый ждал её ответа. — Что... если я попробую иначе? — Ты уже пробовала. — Но я— — Все пробовали. Тишина. Пустотная материя шевелилась у их ног. Лира закрыла глаза. — Тогда... — Да? — Я сделаю то, чего никто не делал. — И что? Она улыбнулась. — Я оставлю дверь открытой. И шагнула в пустоту. Не чтобы перезагрузить. Чтобы сбежать.