Пролог

В самом сердце структуры альянса, Титаны составляли его неоспоримый фундамент. Их роль была критически важной, их присутствие — внушающим благоговение. Они являлись живыми колоссами, чье физическое воплощение само по себе символизировало мощь и масштаб всего союза. Их статус был беспрецедентным, практически священным, определяя иерархию и направляя действия альянса во всех его начинаниях. Среди этих монументальных фигур особо выделялись двое: Титан ТвМэн и Титан КамераМэн. Их уважали не просто как лидеров, но как образцы совершенства. Причина их высокого положения крылась в безупречном завершении их собственных трансформаций. Их физические формы были не просто огромны, но и производили впечатление полной, нерушимой стабильности и совершенства. В каждом аспекте их облика читалась успешность процесса становления Титаном – их очертания были четкими, их размеры подавляющими, их присутствие — монументальным и несомненным. В глазах альянса, они были воплощением того, каким должен быть истинный Титан – мощным, непоколебимым и безупречно сформированным. Совсем иной была судьба третьего Титана – Титана СпикерМэна. Он стал фигурой контраста, объектом совершенно иного отношения. Его трансформацию нельзя было назвать успешной; она оказалась незавершенной и, как следствие, нестабильной. Главным и самым заметным физическим проявлением этого внутреннего изъяна был его значительно меньший рост по сравнению с двумя другими Титанами. В то время как его собратья возвышались, СпикерМэн оставался физически менее внушительным, не достигнув тех колоссальных размеров, что считались нормой и символом полноты становления Титана. Этот видимый физический недостаток сделал его легкой мишенью, своего рода символом неудачи, на который можно было указать. Он стал тем, кого винили или игнорировали, объектом неприязни и козлом отпущения просто потому, что его форма не достигла должного "совершенства", каким обладали другие. Такое резкое различие в физическом воплощении и, как следствие, в отношении со стороны альянса, породило в Титане ТвМэне и Титане КамераМэне глубоко укоренившееся чувство превосходства. Взирая на меньшую, "дефектную" фигуру СпикерМэна, они видели не равного себе, а неполноценную версию того, чем могли бы или должны были быть. Их собственное физическое величие и стабильность стали мерилом, по которому они судили всех, и особенно своего третьего собрата. Это чувство превосходства проявлялось не только внутренне, но и вовне: в пренебрежительных взглядах, в отстраненности, в нежелании признавать СпикерМэна равным себе в обсуждениях или решениях. Его меньший размер и физическая нестабильность стали для них постоянным подтверждением их собственного высшего положения и поводом для открытого или скрытого высокомерия. СпикерМэна Титана грубо толкнули, и он с глухим стуком повалился на холодную, сырую землю. Чья-то сильная рука вцепилась в ткань его красной рубашки, сминая её и заставляя болезненно сдавить горло. Его рывком подняли с земли, и перед глазами возникло искажённое от ярости лицо КамераМэна Титана. В глазах последнего плескалась неприкрытая злоба, а челюсти были плотно сжаты. "Ты какого хуя под ногами мешаешься?!" - прорычал КамераМэн Титан, его голос был полон презрения и гнева. "Мне не была нужна твоя помощь!" С этими словами он с силой оттолкнул СпикерМэна Титана, и тот вновь рухнул на землю, болезненно ударившись спиной. Прежде чем он успел хоть как-то среагировать, тяжёлый ботинок КамераМэна Титана с силой врезался ему в бок. От пронзившей боли перехватило дыхание, а в глазах потемнело. СпикерМэн Титан лишь лежал на земле, скорчившись от боли и не смея издать ни звука. Страх сковал его, парализовал волю. Он боялся любого движения, любого слова, опасаясь, что это лишь спровоцирует ещё большую агрессию и причинит ещё более ужасную боль. В горле застрял ком, и он мог лишь беспомощно смотреть на возвышающуюся над ним фигуру КамераМэна Титана, чувствуя себя абсолютно беззащитным и раздавленным. КамераМэн Титан брезгливо отряхнул несуществующую пыль со своей брони, словно прикосновение к поверженному сородичу могло его запятнать. Затем он наклонился, его движения были резкими и лишёнными всякой грации, чтобы поднять свой шлем в виде камеры, лежавший неподалёку. Пальцы в перчатке сомкнулись на прохладном металле, и он с силой водрузил его на свою голову, скрывая за непроницаемым объективом выражение своего лица. "Тупая скотина..." - процедил он сквозь зубы, его голос был холоден и презрителен. В нём не было ни капли сожаления, лишь раздражение от того, что ему пришлось потратить на это своё время. "Надеюсь, это послужит тебе уроком". С этими словами КамераМэн Титан расправил широкие, металлические крылья своего реактивного ранца. Они с тихим шипением наполнились энергией, готовясь поднять его в воздух. Мгновение спустя, мощные двигатели взревели, поднимая его над землёй. Он взмыл вверх, оставляя СпикерМэна Титана лежать неподвижно на холодной земле, словно выброшенную и никому не нужную вещь. Его силуэт быстро уменьшался вдали, пока не исчез совсем, растворившись в сером мареве индустриального пейзажа. Лишь гул реактивных двигателей ещё некоторое время эхом отдавался в воздухе, напоминая о случившемся. СпикерМэн Титан лежал, скрючившись на жёсткой, неровной земле, и судорожно сжимал руками ушибленный бок. Острая, пульсирующая боль пронзала тело, напоминая о грубом пинке. Холодный ветер пронизывал его тонкую одежду, заставляя дрожать всем телом. Несколько долгих минут он оставался неподвижным, словно пытаясь слиться с безжизненной землёй, пока шум ветра не стал единственным его собеседником. С трудом, превозмогая боль, он медленно поднялся на ноги. Его взгляд скользнул по усеянной обломками земле, замечая искореженные тела поверженных Скибиди Туалетов. Эти улыбающиеся, страшные монстры, ещё недавно представлявшие угрозу, теперь безжизненно валялись повсюду. Под шлемом-колонкой, скрывавшим его лицо, кожа была покрыта багровыми синяками и кровоточащими царапинами. Губы дрожали, плотно стиснутые в беззвучной ярости и обиде. Его собственный шлем был изрядно потрепан, на металлической поверхности виднелись вмятины и сколы – следы многочисленных сражений. На теле не было никакой брони, лишь тонкая ткань одежды, местами порванная и грязная. Единственным его оружием оставалась длинная плазменная пушка, закреплённая на руке, которая, казалось, работала на последнем издыхании, издавая при каждом использовании тревожные скрежещущие звуки. Лишь реактивный ранец за спиной выглядел относительно целым, хотя и его металлические пластины были покрыты копотью и царапинами. Ядро энергии, расположенное в его груди, слабо мерцало тревожным красным светом, словно сигнализируя о критическом уровне заряда. Окинув взглядом поле боя и убедившись, что поблизости нет никакой угрозы, СпикерМэн Титан медленно развернулся. За его спиной тихо загудел реактивный ранец, набирая обороты. Спустя мгновение, двигатели взревели громче, вырывая его из плена земного притяжения. Он плавно поднялся в воздух и, набирая скорость, полетел прочь от этого места, направляясь к далёкой базе, где его ждали(или не ждали) собратья – представители расы СпикерМэнов. Холодный, пронизывающий ветер, казалось, пытался сорвать металлические пластины с корпуса СпикерМэна Титана, пока он стремительно летел сквозь быстро сгущающиеся сумерки. Солнце уже почти скрылось за горизонтом, оставляя лишь длинные, призрачные тени, окрашивающие небосвод в глубокие оттенки багряного, оранжевого и фиолетового. Эти величественные краски заката обычно вызывали в нём чувство покоя, но сейчас лишь подчёркивали гнетущую пустоту в душе. В его механическом разуме непрестанно роились мысли, сменяя друг друга, как болезненные вспышки воспоминаний. Обида, словно ядовитый сорняк, пустила глубокие корни, терзая его вопросом, на который он никак не мог найти ответа: чем он заслужил такое унизительное обращение от своего же союзника? В его мыслях вновь оживала сцена недавней, жестокой схватки. КамераМэн Титан, окружённый плотным кольцом злобных Скибиди Туалетов, казался в опасности. Его молот лежал в нескольких метрах, недосягаемый, а орудийная установка была грубо оторвана. КамераМэн Титан метался взглядом по сторонам, пытаясь найти хоть малейшую лазейку, пока две механические конструкции открывали ядро, готовясь выпустить синее пламя. Скибиди Туалеты, почувствовав близость триумфа, начали активировать свои энергетические орудия. И вдруг, одного из мерзких врагов пронзил ослепительно яркий плазменный снаряд. Удар был настолько сильным, что отбросил туалета назад, вызвав замешательство в их рядах. Все повернули свои лица в сторону неожиданного источника атаки. В этот самый момент в воздухе появился СпикерМэн Титан. Он парил над полем боя, а в его руке покоился молот КамераМэна Титана. Без колебаний он метнул тяжёлое оружие своему товарищу. КамераМэн Титан молниеносно поймал молот, и в следующее мгновение обрушил всю свою ярость на застигнутых врасплох Скибиди Туалетов, погрузив поле боя в кровавую вакханалию. Теперь, когда грохот битвы остался далеко позади, в относительном спокойствии полёта, СпикерМэна Титана терзали совсем другие мысли. Он пытался понять, что именно в его действиях могло вызвать такую резкую и несправедливую реакцию со стороны КамераМэна Титана. Может быть, траектория броска молота была неудобной? Или он появился слишком поздно, заставив союзника испытать ненужный страх? Любая мелочь, любое незначительное действие подвергалось тщательному анализу в его внутреннем монологе, но ни одна из версий не казалась ему достаточно убедительной, чтобы оправдать ту холодную ярость и презрение, которые он увидел в глазах КамераМэна Титана. Чувство глубокой обиды и непонимания сковывало его, словно невидимые цепи. В то же самое время, высоко над ним, в быстро сгущающейся темноте, словно ночная тень, скользил маленький, незаметный Скибиди Туалет. Вместо обычного лица у него была закреплена сложная система камер, чьи линзы бесстрастно следили за каждым движением СпикерМэна Титана. Собранная информация в режиме реального времени передавалась на главную базу Скибиди Туалетов. Мерцание экранов лаборатории Скибиди Учёного отбрасывало причудливые блики на металлические стены и хитросплетённые провода, создавая атмосферу таинственности и зловещей сосредоточенности. В центре этой технологической паутины возвышалась массивная фигура Джи Туалета. Его взгляд, тяжёлый и нечитаемый, был прикован к трансляции, разворачивающейся на одном из мониторов. На экране, словно одинокая светящаяся точка в надвигающейся тьме, летел СпикерМэн Титан. Рядом с гигантом, словно юркий ищейка, суетился Скибиди Учёный. Его стальное тело то и дело вздрагивало от внутреннего напряжения, а на лице играла нервная, но довольная улыбка. Он словно дирижёр, наблюдающий за виртуозным исполнением своей сложной симфонии. "Напомни, почему мы вообще именно его пытаемся заполучить в наши руки?" - прозвучал низкий, утробный голос Джи Туалета, нарушая гул работающих машин. Скибиди Учёный оторвался от экрана и, с ещё более широкой, самодовольной улыбкой на голове, развернулся к своему гигантскому собрату. "Этот титан, несмотря на своё нынешнее состояние, проявляет впечатляющую работоспособность," - проговорил Скибиди Учёный, его голос был полон предвкушения. "Он постоянно генерирует новые идеи и демонстрирует стратегическое мышление в атаках. Тем более, этот титан не особо нужен Альянсу, плюс, в нем есть мутация роста, а мы можем использовать ее для увеличения тебя, и меха костюмов на основе органики. Эта мутация эксклюзивно у Альянса, а я очень давно мечтаю получить эту сыворотку что они изобрели." "И как ты его собираешься забрать?" - с ноткой скепсиса в голосе поинтересовался Джи Туалет, не отрывая взгляда от экрана. Скибиди Учёный издал короткий, отрывистый смешок, полный уверенности в своём плане. "Узнаешь." Его глаза лукаво блеснули, оставляя за собой лишь тень зловещей интриги. СпикерМэн Титан, преодолев последние метры своего полёта, мягко коснулся земли неподалёку от едва различимой линии разлома в почве. Эта неприметная трещина скрывала за собой сложный механизм подземных ворот, ведущих вглубь их укреплённой базы. Он уже напряг разум, намереваясь активировать панель, которая должна была бесшумно раздвинуть земляные створки, когда его повышенный слух уловил приглушённые голоса, доносившиеся из-под земли. Инстинктивно затаившись, он замер, словно статуя, и напряг все свои акустические рецепторы, пытаясь разобрать обрывки фраз, которыми обменивались его собратья. Первым до его слуха донёсся резкий, полный раздражения голос, который он безошибочно идентифицировал как принадлежащий СпикерМэну Инженеру. В его интонациях сквозило явное недовольство. "Знаешь ли, мне уже до чёртиков надоело возиться с нашим так называемым 'титаном'," - проворчал он, и СпикерМэн Титан почувствовал, как внутри него зарождается неприятное предчувствие. "Мы не можем повторно вводить эту мутацию, ибо она не будет работать во второй раз. Это было огромной ошибкой – торопиться в прошлый раз, используя эту сырую, недоработанную дрянь." Второй голос, более спокойный, но не менее мрачный, принадлежал СпикерМэну Инженеру 2. "Абсолютно с тобой согласен," - отозвался он. "У нас ведь уже есть готовая, стабильная формула мутации, идеально откалиброванная. И что толку? Вводить-то её некому." В воздухе повисла короткая, тягостная пауза, словно оба инженера разделяли общее разочарование и безысходность. Затем первый инженер снова заговорил, и на этот раз в его голосе появилась какая-то зловещая, расчётливая нотка, от которой по спине СпикерМэна Титана пробежал холодок. "Слушай, а тебе никогда не приходила в голову… ну, скажем так… более радикальная мера? Ну, ты понимаешь, подстроить его… утилизацию? Отправим его, к примеру, в какой-нибудь особо кишащий врагами сектор, где силы противника значительно превосходят наши. Он неминуемо получит серьёзные повреждения, возможно, даже критические. А мы, такие бравые спасатели, героически вытащим его обратно на базу. И тут… внезапно… что-то пойдёт не так. Ну, знаете, скажем, повреждения энергетического ядра окажутся фатальными, необратимыми. Таким образом, мы избавимся от него, пока он ещё не представляет для нас прямой угрозы, и… вуаля! Никаких тебе угрызений совести, никаких объяснений. Это же всё Скибиди Туалеты виноваты." Второй инженер некоторое время молчал, словно взвешивая все "за" и "против" предложенного плана. Наконец, в его голосе прозвучало холодное, расчётливое одобрение: "Хм… это, между прочим… довольно здравая мысль. Нет, серьёзно, этот наш 'титан' из-за той экспериментальной сыворотки получился каким-то… недоразумением, слишком уж он мелковат. А такой способ позволит нам элегантно избавиться от этой обузы и, наконец, создать нового… идеального." Всё внутри СпикерМэна Титана болезненно сжалось от ледяного ужаса и острого, как удар кинжала, чувства предательства. В самой глубине его существа зародилась сосущая пустота, мгновенно переросшая в тошнотворную судорогу, скрутившую внутренние органы. Мир вокруг начал расплываться, словно отражение в зыбкой воде, а в глазах предательски потемнело, грозя погрузить в беспамятство. Губы задрожали мелкой, неконтролируемой дрожью, словно осенний лист на ветру, а левый глаз нервно дёрнулся, выдавая бурю эмоций, бушующую внутри. Дрожащая рука инстинктивно сжала место на груди, где билось его сердце. Он почувствовал, как по телу пробегает волна ледяного холода, несмотря на жар, поднимавшийся изнутри. Дыхание стало частым и поверхностным, словно пойманная в клетку птица, бьющаяся о прутья. В ушах возник противный, нарастающий звон, заглушавший отдалённые голоса инженеров. Ноги словно налились свинцом, отказываясь подчиняться, но инстинкт самосохранения заставил его начать медленно, неуверенно пятиться назад, прочь от предательских слов, словно отползая от ядовитой змеи. Внезапно, словно очнувшись от кошмарного сна, он резко развернулся. Реактивный ранец за его спиной издал пронзительный вой, набирая обороты. Мощная тяга рывком подняла его в воздух, и он, словно преследуемый кошмарным чудовищем, с отчаянным прыжком оторвался от земли, уносясь прочь от этого места, где вместо поддержки и братства он едва не услышал собственный смертный приговор. В обширных подземных залах базы СпикерМэнов царила атмосфера тягучей неопределённости, словно застывшее мгновение перед бурей. Одни, подобно безжизненным изваяниям, неподвижно покоились в специально отведённых нишах, экономя энергию и ожидая грядущих приказов. Другие, не находя себе занятия в этой вынужденной бездеятельности, медленно прохаживались по освещённым тусклым светом коридорам, их шаги эхом отдавались от металлических стен, подчёркивая царящую тишину. СпикерВумэн, чьё лицо обычно излучало уверенность, сейчас было омрачено тенью беспокойства. Она решительно направилась к Дарк СпикерМэну, чья высокая фигура выделялась в полумраке одного из технических отсеков. Подойдя ближе, она осторожно коснулась его плеча, облачённого в тёмную броню, чтобы привлечь его внимание к своим тревогам. "Дарк," - произнесла она, и в её голосе чувствовалась непривычная нервозность, - "тебе не кажется странным, что наш титан так долго не возвращается? Только что поступило сообщение от КамераМэнов, их сильнейший уже на базе, цел и невредим, а о нашем до сих пор ни слуху ни духу." Дарк СпикерМэн медленно оторвался от своего занятия. В его руках поблёскивало лезвие какого-то острого инструмента, которым он, судя по всему, занимался скрупулёзной заточкой. Он повернул к ней свою голову, скрытую за угловатым шлемом, и его голос прозвучал спокойно, даже несколько отстранённо. "Брось эти глупости," - ответил он, не отрывая взгляда от своего дела, - "если уж этот неповоротливый увалень из КамераМэнов вернулся без царапины, то с нашим наверняка всё в полном порядке." СпикерВумэн покачала головой, её взгляд выражал глубокое сомнение. "Я всё понимаю, логика подсказывает именно это, но… у меня какое-то очень нехорошее предчувствие. Словно что-то случилось." Дарк СпикерМэн вздохнул, наконец откладывая свой инструмент. Он повернулся к ней всем корпусом, но его лицо оставалось нечитаемым за защитным стеклом шлема. "Иди уже, займи себя чем-нибудь полезным. Проверь системы, проведи диагностику. А я пока закончу с этими клинками." Она молча развернулась, чувствуя, как её тревога лишь усиливается от его кажущегося равнодушия. Её шаги звучали приглушённо, когда она направилась к своей личной комнате, расположенной в одном из боковых коридоров. Подойдя к гладкой стальной двери, практически сливающейся со стеной, она приложила ладонь к сенсорной панели, и дверь бесшумно отворилась. Войдя внутрь, СпикерВумэн ощутила контраст между царящим снаружи напряжением и относительным уютом её личного пространства. Несмотря на постоянную угрозу войны с безжалостными Скибиди Туалетами, она постаралась создать здесь подобие дома. Кровать, застеленная мягким покрывалом в пастельных розовых тонах, занимала большую часть комнаты. Стены были оклеены обоями нежного малинового оттенка, хотя по краям они уже успели поблекнуть и местами отклеиться, напоминая о суровых реалиях их существования. С тяжёлым вздохом она опустилась на кровать и, сняв свой шлем-колонку, устало отбросила его в сторону. Железный шлем с глухим стуком ударился о стену и тут же погрузился в безмолвие. ТвМэн Титан резким движением выдернул свой наручный энергетический клинок, излучавший фиолетовое свечение, из поверженной головы гигантского Скибиди Туалета. Безжизненная голова врага с глухим грохотом рухнула на стальную основу его тела. Титан окинул окрестности внимательным взглядом, пытаясь выследить взглядом возможно скрывающихся противников, но убедился, что угроза миновала. В этот момент к нему приблизились два парящих телевизора, оснащённых миниатюрными реактивными ранцами. Они ловко пристыковались к его плечам, словно верные спутники. "На сегодня достаточно," - произнёс ТвМэн Титан, его голос звучал ровно и безэмоционально, - "одну зачистку завершил." Он развернулся на месте, и из сопла его собственного, более мощного реактивного ранца вырвался плотный поток фиолетового пламени, мгновенно осветивший сгущающиеся сумерки. Подхваченный реактивной тягой, ТвМэн Титан стремительно взмыл в тёмное вечернее небо, устремляясь в неизвестном направлении, словно ночной призрак, растворяющийся в надвигающейся ночи. ТвМэн Титан рассекал вечернюю прохладу, пролетая над тёмным массивом леса, как вдруг впереди заметил приближающееся красноватое свечение. Он без труда узнал в нём СпикерМэна Титана и уже приготовился съязвить какой-нибудь колкостью в его адрес, но тот пронёсся мимо, словно призрак, даже не удостоив его взглядом. Такое поведение несколько озадачило ТвМэна Титана, но он не стал придавать этому особого значения, пожав плечами. Внезапно его окутал густой чёрный дым, быстро сомкнувшийся вокруг, а затем он и вовсе растворился в этой непроглядной мгле. Мгновение спустя ТвМэн Титан возник из этого же клубящегося чёрного дыма, оказавшись на своей базе. Перед ним стоял ТвМэн Учёный, невозмутимо потягивающий горячий напиток из кружки, а рядом возвышалась массивная фигура Полицефалия, известного также как Лардж ТвМэн, молча наблюдающего за его появлением. "Сегодня провёл зачистку одного из захваченных врагом районов," - доложил ТвМэн Титан, его голос звучал обычно самоуверенно. "Все обнаруженные угрозы устранены." ТвМэн Учёный сделал небольшой глоток своего кофе, не отрывая взгляда от появившегося титана. "Хорошо, отчёты уже поступили. Кстати," - он слегка наклонил голову, проявляя неожиданный интерес, - "ты случайно ничего не сделал СпикерМэну Титану? Он пролетел мимо нескольких камер в каком-то совершенно невменяемом состоянии, словно спасался от самого дьявола, и даже на тебя не взглянул." ТвМэн Титан пожал плечами, демонстрируя полное равнодушие. "Да я не ебу, че с этим фриком. Он всегда каким-то странным был."