Начало

Прошло 5 долгих месяцев с тех пор, как СпикерМэн Титан исчез, словно растворившись в воздухе. Его отсутствие не осталось незамеченным лишь для немногих. В общей картине всеобщей борьбы с Скибиди Туалетами его пропажа казалась незначительной потерей. Даже если бы он внезапно появился на самом оживлённом перекрёстке, его бы, скорее всего, проигнорировали, а в худшем случае – снова нашли бы повод для насмешек и унижений. В тишине своей комнаты СпикерВумэн сидела на краю кровати, её плечи поникли под беспокойством за судьбу пропавшего сородича. Рядом с ней, погружённый в мерцание экрана планшета, находился Дарк СпикерМэн. Он методично пролистывал архив записей с камер наблюдения, сделанных в те дни, когда СпикерМэна Титана ещё видели. "Смотри," - глухо произнёс Дарк СпикерМэн, указывая пальцем на изображение на экране. На планшете отчётливо виднелась фигура СпикерМэна Титана, стремительно летящая вперёд, уклоняясь от случайных препятствий, словно спасаясь от невидимого преследователя. "И всё," - констатировал Дарк СпикерМэн, откладывая планшет. "Это последняя запись. Больше его нигде нет! А Альянс даже никого не выслали, чтобы его искать." СпикерВумэн безвольно повалилась всем телом на кровать, и её тёмные волосы рассыпались тёмным веером по розовой простыне. В её голосе звучал лёгкий страх. "Ты показывал мне это уже тысячу раз, Дарк," - прошептала она, устремляя взгляд в потолок. "И какой в этом толк? Я облетела, кажется, все доступные нам локации, но от него не осталось и следа… Зная, какое к нему было отношение в Альянсе, я боюсь представить, куда он мог деться… Мне кажется, он мог просто не выдержать и наложить на себя руки…" Дарк СпикерМэн вздохнул, его взгляд скользнул по потолку, словно пытаясь отыскать там хоть искру надежды. "Не говори так," - произнёс он, стараясь придать своему голосу больше уверенности, чем чувствовал на самом деле. "Может быть, он просто где-то потерялся, сбился с курса. Или, в конце концов, его могли перехватить Скибиди Туалеты. Я предпочитаю надеяться на лучшее." СпикерВумэн горько усмехнулась, не отводя взгляда от потолка. "Я уже не знаю, на что и надеяться, Дарк. Я пыталась связаться с ним бесчисленное количество раз, отправляла запросы по всем известным каналам связи… но в ответ лишь тишина. Абсолютная, гнетущая тишина, и ничего более." В глазах Дарк СпикерМэна мелькнуло упрямство. "Должен быть какой-то способ его найти. Мы не можем просто сдаться." СпикерВумэн медленно кивнула, и в её голосе звучала лишь слабая, едва уловимая надежда. "Надеюсь…" Тем временем в гулком ангаре инженерного отсека кипела работа. В центре внимания находился новый СпикерМэн Титан, которому было присвоено имя СтенторМэн Титан. Его массивная фигура, облачённая в ярко-красную рубашку, значительно превосходила габариты его предшественника, бесследно исчезнувшего несколько месяцев назад. Вокруг него неустанно сновали Спикер Дроны, ловко припаивая к его корпусу различное вооружение и передовые технологии. В мыслях СтенторМэна Титана царило возбуждение, смешанное с высокомерием: "Да ну нахуй," - мысленно ухмыльнулся он, ощущая своё превосходство. "Теперь я новый титан... Хорошо, что они выбрали именно меня для введения мутации. Надеюсь, моё снаряжение скоро будет полностью готово, и я покажу всем, насколько я лучше того… прежнего титана." Неподалёку, наблюдая за процессом оснащения нового титана, переговаривались СпикерМэн Инженер и СпикерМэн Инженер 2. В голосе первого звучало неприкрытое самодовольство. "Нам даже не пришлось приводить наш план в действие," - пробормотал он, довольно потирая руки. "Всё разрешилось само собой. Эта никчёмная тварь просто исчезла, и теперь мы наконец-то создали действительно достойную замену." Второй инженер усмехнулся, вторя его словам: "Ага, наверное, само провидение услышало наши тайные желания и отправило эту скотину в какую-нибудь затерянную землю за тысячи миль отсюда." В просторном инженерном отсеке базы КамераМэнов гудели механизмы и потрескивали сварочные аппараты. КамераМэн Титан, чья массивная фигура занимала значительную часть помещения, стоял неподвижно, позволяя команде дронов и техников восстанавливать повреждения, полученные в последнем бою. Маленькие Камера Дроны словно рой металлических насекомых, снували вокруг его корпуса. Один дрон, оснащённый миниатюрным сварочным аппаратом, аккуратно запаивал глубокую царапину на его реактивном ранце, извергая искры, которые ярко вспыхивали в полумраке ангара. Другие дроны с тонкими манипуляторами, осторожно извлекали осколки металла из брони титана, а их лазерные лучи точно спаивали повреждённые участки. Третьи, с оптическими сканерами, тщательно анализировали структуру повреждений, передавая данные на центральный компьютер для оптимизации процесса ремонта. КамераМэн Учёный, одетый в белый халат и рубашку, стоял в стороне, склонившись над планшетом. На экране разворачивалась панорама поля боя, где ещё недавно бушевала битва. Разведывательные камеры, установленные на дронах, передавали изображение в режиме реального времени. На экране мелькали фигуры сражающихся КамераМэнов и их союзников, отбивающихся от наседающих Скибиди Туалетов. Внезапно внимание учёного привлёк фрагмент видеозаписи. В кадре появился ТвМэн Титан, который с невероятной силой прокладывал себе путь сквозь ряды врагов. Его энергетический клинок, с лёгкостью рассекал броню Скибиди Туалетов, оставляя за собой искореженные тела. КамераМэн Учёный, не отрывая взгляда от завораживающего зрелища, обратился к КамераМэну Титану, чьи повреждения уже почти были устранены. "Смотри," - произнёс он с лёгкой улыбкой, - "там твой приятель развлекается. Не хочешь ли ты присоединиться к нему прямо сейчас?" В глазах КамераМэна Титана вспыхнул азарт, и он с нетерпением повёл плечами, словно рвался в бой. "Обязательно," - прорычал он, его голос был полон предвкушения новой схватки. Внезапно в потолке инженерного отсека разверзлись массивные ворота, открывая взору ослепительную синеву дневного неба. Лучи солнца хлынули внутрь, заливая помещение ярким светом и отбрасывая длинные тени. КамераМэн Титан, чьи двигатели реактивного ранца уже набирали обороты, расправил свои широкие крылья и, подхваченный мощным потоком воздуха, стремительно взмыл вверх, вырываясь из объятий ангара и устремляясь в открытое пространство. Он направился прямо к эпицентру сражения, где продолжалась ожесточённая битва. Тем временем на поле боя ВантузМэн, ловко маневрируя между обломками и взрывами, метким броском запустил свой вантуз в приближающегося Скибиди Туалета. В момент удара из вантуза с громким щелчком вырвался острый шип, который с чудовищной силой пронзил голову врага. Скибиди Туалет дёрнулся и замер, его лицо исказилось в гримасе ужаса, прежде чем оно рухнуло на стальную основу. ВантузМэн резко выдернул вантуз из мёртвой хватки, и из зияющей дыры в голове туалета хлынула струя тёмной крови, забрызгав окрестности. Небрежным движением он смахнул остатки жидкости с поверхности своего оружия. Обернувшись, ВантузМэн заметил странную картину. Неподалёку стоял маленький Скибиди Туалет, оснащённый двумя пушками, закреплёнными по обе стороны его корпуса. Его лицо было искажено жуткой, неестественной улыбкой, от которой по спине ВантузМэна пробежал холодок. Не говоря ни слова, туалет развернулся и быстро скрылся в темноте зияющего входа в заброшенную базу. ВантузМэн на мгновение наклонил голову, словно пытаясь разгадать мотивы этого странного поведения. Однако, не теряя времени, он направился следом за туалетом, стремясь дать ему пизды. ВантузМэн, с каждым шагом ощущая, как страх просачивается в его суставы, переступил порог заброшенной базы. Мрак встретил его словно живое существо, обволакивая со всех сторон и поглощая свет. Он активировал мощный фонарь, встроенный в его шлем, но узкий луч света едва рассеивал густую тьму, лишь подчеркивая её зловещую глубину. ВантузМэн огляделся. Маленький туалет с пушками исчез, словно растворившись в ночном кошмаре. На мгновение в нём промелькнула мысль о том, чтобы развернуться и уйти, пока ещё не слишком поздно. Но тут он заметил нечто странное. Дверь, через которую он только что вошёл, была завалена грудой обломков. Камни и металл, словно живые, сами собой рухнули вниз, отрезая ему путь к отступлению. Это не было случайностью, это было насмешкой, зловещим приглашением в ловушку. ВантузМэну стало по-настоящему жутко. Он двинулся вперёд по узким, извилистым коридорам, его шаги гулко отдавались от покрытых плесенью стен. Каждый шорох, каждый скрип ржавого металла заставляли его вздрагивать. Влажный, затхлый воздух давил на грудь, проникая в вентиляционные отверстия шлема и вызывая тошноту. Завернув за очередной угол, он замер, словно поражённый током. Комната, куда он вошёл, представляла собой картину леденящего ужаса. В центре валялся труп Скибиди Туалета. Но это был не обычный труп. Он был древним, словно выкопанным из могилы. Вместо головы зиял пустой череп, обнажая чёрные дыры глазниц, которые, казалось, следили за каждым его движением. Внезапно ВантузМэн услышал звук. Не громкий, но пронзительный, словно скрежет когтей по металлу. Он резко обернулся, его фонарь заметался по комнате. И тогда он увидел ЭТО. Что-то красное, размытое от скорости, пронеслось мимо него с невероятной быстротой. Оно было настолько быстрым, что луч фонаря едва успел скользнуть по его силуэту, не давая возможности разглядеть детали. Лишь красное свечение, словно отблеск адского пламени, осталось в его памяти. ВантузМэн, подгоняемый волной первобытного ужаса, вырвался из комнаты, словно выброшенный из пасти кошмара. В его конечностях дрожала неконтролируемая судорога, а в оптических сенсорах плясали отблески ужаса. Он едва успел осознать увиденное, как снова столкнулся с тем, что преследовало его разум – тем самым Скибиди Туалетом, красным и размытым от невероятной скорости, словно призрачная тень, скользящая по стенам, но это не должно было быть так, этот Скибиди Туалет не оснащен чем то красным, а лишь пушки светились жёлтым светом. Но теперь его движения, казалось, утратили всякую целенаправленность. Он не бежал к какой-то цели, а метался в безумной панике, словно спасаясь от чего-то невидимого, но всепоглощающего. Не раздумывая, ВантузМэн активировал свой реактивный ранец, с рёвом вырываясь вперёд. Ему нужно было догнать эту тварь, вырвать из её пасти ответы. Но Скибиди Туалет, словно насмехаясь над его усилиями, продемонстрировал неожиданную ловкость. Он резко, почти неестественно, свернул налево, словно тень, скользнувшая в тёмную щель. ВантузМэн, чья инерция не позволила ему вовремя среагировать, на полной скорости врезался в стену. Удар был чудовищной силы, корпус ВантузМэна содрогнулся до основания, искры посыпались из его поврежденного, и на мгновение его сознание погрузилось в зловещую пустоту. Когда он пришёл в себя, боль пронзала каждую его деталь, словно раскалённые иглы, вонзающиеся в кожу. Он попытался приподняться, но его придавило что-то тяжёлое, влажное и отвратительное. С трудом открыв оптические сенсоры, ВантузМэн увидел то, что заставило его издать нечеловеческий, полный ужаса крик, эхом отразившийся от стен. На нём лежал труп. Но это был не древний, разлагающийся скелет, истерзанный временем и забвением. Это был свежий, окровавленный труп Скибиди Туалета, ещё тёплый, словно только что вырванный из объятий смерти. И вид его был настолько мерзок и неестественен, что ВантузМэна пробрал озноб, несмотря на жар, бушующий в его системе. Глаза трупа были насильно распахнуты, зафиксированы в вечном крике безмолвного ужаса, отражая в своих мутных глубинах нечто такое, что ВантузМэн не мог и не хотел постичь. А самое ужасное… в его голове зияла та самая дыра, проделанная шипом из вантуза ВантузМэна, точно такая же, как у того туалета, которого он уничтожил снаружи. Края раны были рваными, окровавленными. В этот момент звуки вокруг ВантузМэна словно приглушились, исказились, словно кто-то выкрутил громкость на минимум, превращая реальность в искажённый, кошмарный сон. Время словно замедлилось, каждый удар его сердца отдавался в ушах грохотом, а в голове пульсировала одна навязчивая мысль: это невозможно. Это не может быть правдой. Это не должно существовать. Первобытная, парализующая паника захлестнула ВантузМэна целиком, вытеснив все рациональные мысли. Он больше не думал о погоне, о загадках, о логике. Единственным его желанием было выжить, вырваться из этого кошмарного места. С дрожащими руками, словно парализованными, он активировал свой вантуз, и по всей его резиновой поверхности с мерзким хлюпаньем вылезли острые, окровавленные шипы, превращая его в оружие отчаяния, в символ его ужаса. И он побежал. Побежал по извилистым коридорам, не зная куда, не зная от чего, но зная наверняка – здесь, в этой проклятой базе, его ждёт нечто такое, что превзойдёт все его самые страшные кошмары, что разорвёт его рассудок на части и оставит лишь пустую оболочку, наполненную вечным ужасом. ВантузМэн, чьи внутренние органа заходились в судороге от напряжения и первобытного страха, услышал оглушительный ТРЕСК, словно кости ломались под чудовищной тяжестью. Этот звук, эхом прокатившийся по извилистым коридорам, словно погребальный звон, окончательно сломил остатки его рациональности. Инстинкт самосохранения, вырвавшись из-под гнёта парализующего ужаса, заставил его активировать реактивный ранец. С рёвом, напоминающим предсмертный крик, двигатели взвыли, выбрасывая снопы искр, и ВантузМэн, словно снаряд, выпущенный из орудия отчаяния, рванулся вперёд. Он подлетел к источнику звука, и увиденное заставило его замереть в воздухе, словно поражённого током. Там был он – тот самый Скибиди Туалет, который с маниакальной улыбкой и издевательским блеском в глазах заманил его в эту проклятую ловушку, в этот кошмар, вырвавшийся из глубин безумия. Но теперь на его лице не было ни самодовольства, ни хитрости, ни намёка на победу. Лицо туалета исказилось в гримасе неподдельного, животного испуга, настолько сильного, что его черты стали неузнаваемыми. Его глаза безумно метались по тёмным углам, словно он пытался найти выход из невидимого лабиринта ужаса, словно он видел нечто такое, что сводило его с ума, что разрывало его разум на части. ВантузМэн, чьи конечности дрожали от ярости и страха, медленно, угрожающе начал приближаться к нему. Его пальцы, сжимавшиеся и разжимавшиеся в неконтролируемой судороге, царапали поверхность вантуза, издавая жуткий скрежет. Шипы, покрывавшие резиновую поверхность вантуза, пульсировали зловещим светом, словно живые, готовые вонзиться в плоть. Он собирался выместить на этой твари весь тот ужас, всю ту боль, всю ту невыразимую мерзость, которые испытал здесь. Он собирался изуродовать его так сильно, как никогда прежде, превратить его в кровавое месиво из мяса и плоти, металла и внутренностей, в отвратительное подобие того, что он видел в комнате с трупами. Но мести не суждено было свершиться. Справедливость была отложена. Ужас восторжествовал. Сзади ВантузМэна разверзлась бездна. Густой, непроницаемый чёрный дым, словно живое существо, вырвался из ниоткуда, из самой тьмы, и начал стремительно расползаться по коридору, поглощая всё на своём пути. Свет фонаря ВантузМэна, до этого казавшийся таким мощным, теперь бессильно пробивался сквозь эту зловещую тьму, словно слабая свеча, пытающаяся противостоять бушующей буре. Лицо Скибиди Туалета, ещё секунду назад искажённое ужасом, вдруг преобразилось. Оно расплылось в самодовольной, жуткой ухмылке, от которой кровь стыла в жилах. Его глаза, безумно метавшиеся по сторонам, вдруг заблестели безумным торжеством, словно он наконец увидел долгожданного избавителя, или же палача. ВантузМэн, чьи органы заскрежетали от внутреннего конфликта, от борьбы между яростью и парализующим страхом, замер на месте, словно окаменевший. Он не мог оторвать взгляд от стены перед собой, словно загипнотизированный, словно парализованный невидимой силой. Он боялся посмотреть назад, боялся увидеть то, что скрывалось в этой зловещей, всепоглощающей тьме. Он боялся узнать правду, которая, он знал, разорвёт его рассудок на части. Но он знал. Он чувствовал это каждой своей деталью, каждым винтиком и проводом. Он чувствовал присутствие чего-то чудовищного, невыразимого, чего-то, что не должно существовать в этом мире. И вот, внутри клубящегося дыма, появилось оно. Красное свечение. То самое, которое он видел, промелькнувшее в комнате с древним, разлагающимся трупом, словно отблеск адского пламени. И ВантузМэн понял. Он понял, что с самого начала не был охотником, не был вершиной пищевой цепи. Он был добычей. И добычей чего-то такого, что не поддавалось никакому описанию, что превосходило все его самые страшные кошмары, что оставило его совершенно беспомощным перед лицом невыразимого ужаса. И вот, в кульминационный момент ужаса, когда ВантузМэн застыл, парализованный страхом перед надвигающейся тьмой, произошло нечто ещё более кошмарное. РЕЗКО, словно вырвавшись из самой пасти преисподней, из клубящейся тьмы выпрыгнул СпикерМэн Титан. С невероятной скоростью, превосходящей все пределы возможного, он схватил ВантузМэна за голову. Его пальцы, некогда человеческие, теперь превратились в когтистые, металлические клешни, впившиеся в металл шлема с чудовищной силой. Раздался громкий ХРУСТ словно ломающийся сухой сук. Это был звук ломающейся шеи. СпикерМэн Титан провернул голову ВантузМэна с такой яростью, что металлические позвонки, усиленные кибернетическими имплантами, не выдержали. Они треснули, разрывая плоть и провода, соединяющие голову с шлемом с телом. Но этого СпикерМэну Титану было недостаточно. С дикой, нечеловеческой силой он рванул голову ВантузМэна вверх. Металл и плоть начали рваться. Жилы натянулись до предела, а затем лопнули с треском, выпуская брызги крови. Кожа и мышцы усиленные мутациями и кибернетическими улучшениями, начали отрываться от костей, оставляя за собой кровавый след. С каждым рывком хруст и треск становились громче, отвратительнее. Кровь, тёмная и густая, хлынула из разорванной шеи, забрызгивая стены и пол. Металлические осколки, словно шрапнель, разлетелись во все стороны. И вот, наконец, голова ВантузМэна оторвалась от тела. Она осталась в клешнях СпикерМэна Титана, словно жуткий трофей. Глаза, ещё секунду назад наполненные ужасом, теперь застыли в мёртвом остекленении. Кровь стекала с оторванной головы, капая на пол с мерзким БАМ. Тело ВантузМэна, лишённое головы, на мгновение застыло в воздухе, а затем рухнуло на пол с глухим ударом. Кровь, выплеснувшаяся из разорванной шеи, образовала на полу быстро расползающуюся лужу. СпикерМэн Титан отбросил оторванную голову с шлемом, словно ненужную вещь. Его фигура была ужасающим зрелищем. Он был размером с обычного агента Альянса, но его тело было искажено улучшениями и мутациями. Лазерные установки, торчащие из ладоней, дополнительные колонки, прикреплённые к груди и спине, извивающиеся механические щупальца, вырывающиеся из спины, и шлем, светящийся зловещим красным светом. Чёрный дым, повинуясь его воле, растворился, открывая взору эту сцену кровавой бойни. Мини СпикерМэн Титан, чьи размеры действительно были меньше, чем у титана, с каким-то зловещим удовольствием посмотрел на безжизненное тело обезглавленного ВантузМэна. Под светящимся красным шлемом можно было лишь догадываться о широкой улыбке, исказившей его лицо. Он ловким движением извлёк из кармана небольшой нож и наклонился над телом павшего агента. "Оставлю им небольшой сюрприз…" - пробормотал он себе под нос зловещим шёпотом, прежде чем приступить к своему мрачному замыслу. Тем временем снаружи базы бушевала ожесточённая битва. КамераМэн 168, с лицом, искажённым яростью, стремительным рывком вонзил свой нож прямо в голову ближайшего Скибиди Туалета. Тот дёрнулся, из его глаз брызнула тёмная жидкость, и он обмяк. Не теряя ни секунды, КамераМэн 168 вскинул энергетический пистолет и точным выстрелом поразил другого Скибиди Туалета, летящего на него с раскрытой пастью. Неподалёку КамераМэн 765, орудуя своим острым мачете, с размаху обрушил клинок на шею Скибиди Туалета. Лезвие с хрустом врезалось в плоть, перерезая кровеносные сосуды и мышцы. Раздался влажный звук рвущейся ткани, а из глубокой раны хлынула тёмная кровь, обильно орошая стальной корпус туалета. Голова Скибиди Туалета дёрнулась, его глаза закатились, а тело обмякло, безвольно повиснув на неестественно растянутой шее, прежде чем отделиться от туловища и с глухим стуком упасть на землю. КамераМэн 765 с презрением отбросил окровавленное мачете и устремился навстречу новым врагам. На поле боя ворвалась колоссальная фигура Скибиди Туалета. Его размеры были настолько огромны, что он возвышался над сражающимися агентами, словно живой небоскрёб. На его голове красовался стальной шлем, а из корпуса вырывались жёлтые лучи лазерных установок, с невероятной скоростью испепелявшие легионы агентов Альянса. Хаос и разрушение распространялись вокруг него, словно чудовищная волна. Заметив двух КамераМэнов, 646 и 764, пытающихся укрыться за обломками, гигантский Скибиди Туалет растянул свою пасть в зловещей улыбке. Он медленно повернул ракетную установку, закреплённую на его голове, прямо на них, предвкушая лёгкую победу. Но не успел он выпустить смертоносный залп, как его поразил мощный удар. Огромный кибернетический молот, словно обрушившийся с небес, с треском сломал ракетную установку на его голове, превратив её в груду искорёженного металла. Перед гигантским Скибиди Туалетом приземлился КамераМэн Титан. Его массивная фигура излучала силу и решимость, контрастируя с ужасом, который сеял его враг. Взбешённый неожиданной атакой, гигантский Скибиди Туалет издал неестественно громкий, оглушительный вопль, от которого задрожала земля. Он широко раскрыл свою пасть, обнажив ряды острых зубов, и попытался схватить КамераМэна Титана, намереваясь откусить ему голову. Но КамераМэн Титан был готов. На его руке мгновенно активировалась плазменная пушка, и он обрушил мощный заряд энергии прямо в лицо гигантскому Скибиди Туалету. Его лицо раскололось, и его вопли агонии стали ещё громче и пронзительнее. Не останавливаясь на этом, КамераМэн Титан схватил голову туалета своими мощными руками и, выпустив из своего ядра мощный поток синего пламени, выжег изнутри эту жуткую тварь. Когда крики агонии наконец стихли, КамераМэн Титан обернулся к КамераМэнам 646 и 764. Он энергично поднял предплечье и показал большой палец вверх, демонстрируя свою победу и вселяя надежду в союзников. КамераМэн Титан, расправившись с гигантским Скибиди Туалетом, чьё тело теперь бесформенной грудой валялось на земле, обернулся и заметил ТвМэна Титана, продолжающего яростно сражаться с остатками вражеских сил неподалёку. Он ощутил нарастающее беспокойство, ведь ВантузМэн, его верный товарищ, обычно всегда встречал его на поле боя, словно тень, неотступно следующий за ним. Подлетев к ТвМэну Титану, КамераМэн Титан обратился к нему с вопросом, в котором сквозила тревога: "Ты случайно не видел Вантуза? Он обычно всегда рядом, подлетает, как только я появляюсь, или вообще не отходит от меня ни на шаг." ТвМэн Титан, не прекращая сражения, повернулся к нему, небрежно стряхивая с лезвия своего энергетического клинка, ещё дымящегося от энергии, остатки головы Скибиди Туалета. Тёмная жидкость, похожая на кровь, разбрызгалась по земле. "Видел его," - ответил ТвМэн Титан, его голос был лишён эмоций, - "но понятия не имею, куда он запропастился." В этот момент к ним подлетел КамераМэн 676, его голос звучал взволнованно и прерывисто, словно он только что пережил нечто ужасное. "Я видел, как он зашёл в то здание," - выпалил он, указывая дрожащей рукой на мрачное, полуразрушенное строение, возвышавшееся неподалёку. "Это заброшенная база Скибиди Туалетов." КамераМэн Титан, нахмурившись, слегка наклонил голову, словно обдумывая услышанное. Его камера-голова медленно вращалась, осматривая зловещее здание, источавшее атмосферу запустения и смерти. Не теряя времени, он решительно направился к указанной базе. Подойдя к ней, он ухватил обветшалую крышу здания своей рукой и с невероятной силой оторвал её, словно снимая крышку с грязного ящика Пандоры. И то, что открылось их взорам, повергло в оцепенение не только КамераМэна Титана, но и всех остальных агентов Альянса, собравшихся вокруг. Отвращение и тошнота, словно ядовитая волна, прокатились по их рядам, заставляя многих отшатнуться от увиденного. Внутри базы развернулась сцена настолько чудовищная и неестественная, что разум отказывался её воспринимать. Внутри заброшенной базы развернулась сцена, способная навсегда искалечить разум любого, кто её увидел. На грязном, покрытом слоем вековой пыли и засохшей крови полу, лежало то, что некогда было ВантузМэном – теперь лишь искорёженное месиво плоти и металла, лишённое всякого подобия человеческого облика. Его униформа, словно сорванная разъярённым зверем, валялась клочьями по углам комнаты, обнажая изувеченное тело. Кожа была содрана местами, словно куски старой краски, открывая мерзкое зрелище окровавленных мышц и сухожилий. Внутренности, вырванные с такой яростью, что порвались даже самые прочные ткани, были цинично разложены в форме перевёрнутой пентаграммы. Их влажный, слизистый блеск отвратительно контрастировал с мертвенной бледностью останков. Кишки, словно змеи, извивались на полу, источая тошнотворный запах гниения. Вены, вырванные из конечностей словно чёрные корни из вырванного дерева, были скручены в сложные, мучительные узлы, каждая петля которых кричала о невыносимой агонии. Кости, словно обломки разбитого корабля, торчали из разодранной плоти рук и ног, их острые края были зазубрены ошмётками плоти, напоминая о том, с какой чудовищной силой они были сломаны. Суставные сумки были разорваны, обнажая костные головки, неестественно вывернутые под жуткими углами. Но апогеем этого кошмарного зрелища была голова ВантузМэна. Его шлем, символ его принадлежности к Альянсу, теперь был частью мерзкой инсталляции. Оторванная от тела, она была насажена на его собственный, неестественно вздувшийся и эрегированный член, пронзённый ржавым металлическим прутом, который с хрустом прошёл сквозь плоть и кость, заставляя голову цинично торчать вверх, словно осквернённый трофей. Застывшие глаза за мутным стеклом шлема смотрели в вечную пустоту, отражая последний, запечатлённый в них ужас – ужас перед лицом немыслимой жестокости. Кровь, уже почерневшая и загустевшая, медленно стекала с изуродованной головы, оставляя липкие следы на металле и плоти. На грязном полу, пальцем, смоченным в густой, багровой крови жертвы, была выведена зловещая надпись. Каждая буква, словно крик из преисподней, бросала вызов всему живому: «ПОПРОБУЙТЕ МЕНЯ ОСТАНОВИТЬ СУКИ» Запах смерти, смешанный с едким запахом крови и чем-то сладковато-тошнотворным, висел в затхлом воздухе, проникая в каждую пору, вызывая неконтролируемые спазмы тошноты и заставляя инстинктивно отшатнуться от этого места, осквернённого нечеловеческой жестокостью. Тишина, нависшая над руинами базы, была зловещей и всепоглощающей, подчёркивая весь ужас и безнадёжность произошедшего, словно сама смерть затаила дыхание, любуясь своим отвратительным творением.