Кристофер Пайк. Лучше получается работать под давлением

Пайк стоял у центрального терминала симуляционного зала, пролистывая данные предстоящего задания на своём планшете. Его лицо было серьёзным, но внимательный взгляд уловил бы усталость, притаившуюся в его глазах. Последние несколько дней выдались изнурительными: долгие часы подготовки, отчёты и постоянное чувство ответственности за тех, кто лишь начинал свой путь в Звёздном флоте. Но он знал, что всё это стоило усилий. Будущее флота зависело от этих молодых людей, и он должен был подготовить их к реальным испытаниям. Его взгляд скользнул по аудитории, остановившись на фигуре в тактической секции. Уна Чин-Райли. Её имя он запомнил после той лекции, где она исправила его ошибку. Сначала он был немного ошарашен её вниманием к деталям, но теперь… теперь это вызывало уважение. Он видел кадетов с разными навыками, но её сосредоточенность и холодное спокойствие выделялись на фоне других. Когда симуляция началась, напряжение в зале стало почти ощутимым. Пайк наблюдал за командами, фиксируя ошибки и делая заметки. Большинство кадетов нервничали, реагировали слишком медленно или принимали решения под влиянием страха. Но не Уна. Она была собранной, как всегда. Когда один из кадетов запаниковал, Пайк резко бросил: — Чин-Райли, берите управление левым крылом. У вас лучше получается работать под давлением. Она даже не взглянула в его сторону, просто кивнула и принялась за дело. Её пальцы быстро набирали команды, а в голосе, которым она отдавала инструкции, звучала уверенность. В такие моменты Пайк понимал: она из тех, кто будет процветать в условиях хаоса.

***

Когда симуляция закончилась, и зал опустел, он остался, наблюдая, как Уна проверяет данные на консоли. Он знал, что должен поговорить с ней. Не только поблагодарить за её работу, но и… что-то ещё. Подойдя ближе, он почувствовал, как слова застревают в горле. Почему он нервничал? Он офицер Звёздного флота, он давал команды на учениях и в боевых симуляциях, но разговаривать с этим кадетом было неожиданно сложно. — Уна, — позвал он, стараясь говорить спокойно. Она подняла голову, и их взгляды встретились. — Да, сэр? Он похвалил её работу, но едва заметил, как она, кажется, смутилась. Это вызывало у него лёгкую улыбку. Она была талантлива, но совершенно не осознавала, насколько сильно выделялась среди остальных. — Я думал над вашим предложением. Ну, насчёт того, как вы исправили манёвры в середине симуляции. Это… впечатляет, — сказал он, решив быть откровенным. — Если честно, мне бы не помешало с кем-то обсудить такие расчёты. Он замолчал, словно собираясь с духом, прежде чем добавить: — Если у вас будет время, конечно. Иногда мне приходится работать над нестандартными задачами, и ваш взгляд мог бы быть очень полезным. Её реакция — удивление, сменившееся лёгкой улыбкой, — была для него неожиданно приятной. Он заметил, что хотел бы видеть эту улыбку чаще. Но этого было недостаточно. Он собрался с мыслями и добавил: — Знаете, мы можем сделать это проще. Если вы не против, могли бы вы дать мне вашу личную частоту? Чтобы я мог связаться с вами напрямую. Она замерла на мгновение, но затем кивнула и ввела данные в его планшет. Пайк почувствовал облегчение, но одновременно заметил, как в уголках её глаз мелькнуло что-то… Что именно, он не мог понять. — Спасибо, — сказал он, искренне улыбнувшись. — И, кстати, это предложение касается не только расчётов. Иногда… просто поговорить тоже полезно. Когда она ответила, что будет рада помочь, он заметил, как в её голосе прозвучала искренность. Это было неожиданно важно для него. — Хорошо. Тогда до встречи, Уна. — До встречи, Крис, — ответила она, и в её голосе прозвучало что-то, что заставило его на мгновение задержаться, прежде чем уйти.

***

Идя по коридору, Пайк чувствовал странное тепло, которое не покидало его с момента их разговора. Вечером, сидя в своём кабинете, он взглянул на список частот в планшете. Имя «Уна Чин-Райли» стояло в самом верху. Он поймал себя на мысли, что хотел бы узнать её лучше, но задавался вопросом: позволят ли их обстоятельства сделать это. Для Пайка помощь другим всегда была его долгом, но впервые он задумался: не нужна ли ему самому помощь. Этот вопрос преследовал его, пока он не набрал её частоту.