Кристофер Пайк. Может быть в другой вселенной

Аудитория была почти пуста, когда энсин вошёл внутрь. Свет заходящего солнца проникал через окна, оставляя золотистые отблески на полах и стенах. Капитан Кристофер Пайк сидел за своим столом, внимательно просматривая что-то на падде. Его поза излучала спокойствие, но энсин всё равно чувствовал, как внутри него всё сжимается от напряжения. — Энсин, заходите, — сказал Пайк, оторвавшись от работы. — Спасибо, сэр, — молодой человек робко подошёл ближе. Пайк жестом предложил ему сесть. — Что-то беспокоит? Энсин замялся, избегая взгляда капитана. — Простите за вопрос, сэр, но вы когда-нибудь любили? Крис на мгновение замер, словно этот вопрос перенёс его куда-то далеко. Он убрал падд в сторону и посмотрел на энсина, улыбнувшись с лёгкой грустью. — Да, — наконец ответил он. — Любил. Энсин вздохнул, будто его предположение подтвердилось. — Вы всё ещё любите? Пайк отвёл взгляд, позволяя себе на мгновение погрузиться в воспоминания. Перед его глазами снова встала Уна.

***

— Крис, — её голос прозвучал чуть громче, чем она хотела. Он поднял голову, и на его лице появилась улыбка. — Уна? Ты в порядке? Она сделала несколько шагов к нему, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри бушевала буря. — Нам нужно поговорить, — сказала она, присаживаясь напротив. Крис сразу понял, что разговор будет серьёзным. Он отложил падд и внимательно посмотрел на неё. — Я слушаю. Она опустила взгляд на свои руки, пытаясь подобрать слова. — Ты… Ты важен для меня. Я думаю, ты это знаешь, — начала она, её голос дрожал. — И именно поэтому я должна быть честной. Крис нахмурился, его взгляд стал мягче, но в то же время тревожным. — Уна, о чём ты? Она глубоко вздохнула. — Мы оба знаем, что между нами что-то есть. Это невозможно отрицать. Но… это неправильно. — Почему? — перебил он, его голос был полон искреннего недоумения. — Почему это должно быть неправильно, если мы оба этого хотим? Она подняла на него взгляд, и в её глазах была боль. — Потому что это может разрушить всё, к чему мы стремимся. Крис, ты… Ты можешь стать капитаном. Ты можешь достичь всего, о чём мечтаешь. Но если мы позволим этим чувствам взять верх, это может погубить тебя… И меня тоже. Он нахмурился, явно не согласный с её словами. — Ты думаешь, что я боюсь риска? Что я не могу принять ответственность? Что я не справлюсь со своими эмоциями? — Дело не в страхе, — перебила она. — Дело в реальности. Крис, я… я не такая, как ты. Есть вещи, которые ты не знаешь обо мне. Тайны, которые могут разрушить всё, что мы построим. Я не могу позволить, чтобы это стало твоей проблемой. Крис замолчал, и в комнате повисло напряжённое молчание. Затем он тихо сказал: — Ты боишься, что я отвернусь, если узнаю правду? Она грустно улыбнулась. — Я боюсь потерять тебя совсем. Он долго смотрел на неё, словно пытаясь понять, как пробиться через стену, которую она так тщательно выстроила. Но, наконец, он сдался. — Ты уверена, что это правильно? Она кивнула, хотя её сердце кричало обратное. — Это единственное правильное решение. Она поднялась, сделала шаг к нему и обняла его. Его руки обвили её, и она почувствовала, как слёзы жгут её глаза. На мгновение она позволила себе слабость, прижавшись к нему крепче. Затем, собравшись с духом, она слегка приподнялась и оставила короткий поцелуй на уголке его губ. — С Новым годом, Крис, — прошептала она, отступая. Он смотрел на неё, и в его глазах был тот же вопрос, который она задавала себе: почему это должно быть так?

***

— Да, — тихо произнёс он. Энсин замолчал, но через мгновение задал вопрос, который не мог не задать: — Почему вы тогда не вместе? Крис глубоко вздохнул, его голос стал мягче, но серьёзнее. — Это был наш выбор, — ответил он. — Иногда любовь — это не только быть вместе. Это ещё и уважение к выбору другого человека. Энсин посмотрел на него, явно не удовлетворённый таким ответом. — Вы говорите так, будто это было легко. Пайк слегка усмехнулся. — Легко? Нет, это было одним из самых трудных решений в моей жизни. Он сделал паузу, затем продолжил: — Мы оба понимали, что наши чувства могут стать помехой. Для нас, для нашей службы, для всего, чего мы хотели достичь. Правила Звёздного флота ясны: отношения между офицерами могут привести к серьёзным последствиям. Но дело не только в правилах. Это был её выбор. Она считала, что так будет правильно. Энсин слушал, не перебивая. — И вы не пытались её переубедить? Пайк вздохнул. — Пытался. Хотел. Но в конечном итоге понял, что её решение исходило не из слабости, а из силы. Она не боялась любить, но она боялась, что её любовь может мне навредить. Молодой офицер задумался, а Пайк продолжил: — Иногда любовь — это не буря эмоций, не страсть, а тихая уверенность. Это умение принимать человека таким, какой он есть, и быть готовым стоять за него, даже если это значит отпустить. Энсин задумчиво кивнул. — Спасибо, сэр. Думаю, теперь я начинаю понимать.

***

Крис вошёл на мостик, его шаги были уверенными, но в глубине души он чувствовал лёгкое волнение. Экипаж уже начал подготовку к празднику: гирлянды, небольшие украшения, тихий смех и лёгкий шум разговоров создавали уютную атмосферу. Его взгляд сразу нашёл Уну. Она сидела в его кресле, сосредоточенно проверяя что-то на консоли. Её профиль был строгим, но изящным, а свет ламп подчеркивал её черты. — Кресло капитана тебе идёт, — заметил он с лёгкой улыбкой. Она подняла голову и встретилась с его взглядом. Её глаза сверкнули едва заметной улыбкой, и он почувствовал, как воспоминания снова нахлынули. — Спасибо, капитан, — ответила она, поднимаясь. Позже, когда экипаж собрался на мостике, Крис начал свою новогоднюю речь. Он обвёл взглядом собравшихся, стараясь встретиться глазами с каждым членом команды. — Этот год был непростым. Мы прошли через много трудностей, но справились. И не только потому, что у нас есть навыки и опыт. Мы справились, потому что мы — команда. Семья. Он сделал паузу, позволяя своим словам проникнуть в сердца каждого. — Впереди нас ждёт неизвестность. Звёздный флот — это не просто исследование космоса. Это риск. Каждый день мы делаем выборы, которые могут определить не только наши судьбы, но и судьбы целых миров. Его голос стал мягче. — Но сегодня, в этот особенный вечер, я хочу напомнить вам, что за каждым великим достижением стоят люди. Те, кто рядом с вами. Мы живём в удивительное время, когда можем оставлять следы не только в звёздах, но и в сердцах друг друга. Его взгляд снова остановился на Уне. — Пусть этот год принесёт нам не только вызовы, но и моменты, которые мы будем бережно хранить. Моменты, которые станут частью нас. Он поднял бокал. — За нас. За семью. За «Энтерпрайз». Позже, в тишине его каюты, Уна и Крис сидели за небольшим столом. На нём стояла тарелка с печеньем, которое они приготовили вместе. — Знаешь, у нас получилось лучше, чем я ожидал, — сказал он, попробовав одно из печений. Она улыбнулась, но её взгляд был задумчивым. — Наверное, потому что ты старался, как никогда. Крис посмотрел на неё, его глаза были серьёзными. — Ты не жалеешь? — вдруг спросил он, его голос стал тише, серьёзнее. Она замерла, понимая, что он имеет в виду. Её сердце болезненно сжалось, но она не позволила этому отразиться на лице. — Нет, — тихо соврала она, посмотрев на него. — А ты? Крис покачал головой, его глаза стали мягче. — Иногда я думаю, что, возможно, мы бы достигли всего того же, если бы позволили себе тогда чувства. Её губы дрогнули, но она сохранила спокойствие. — Может быть, — сказала она, её голос был едва слышен. — В другой вселенной? Крис долго смотрел на неё, но больше ничего не сказал. И хотя между ними оставались километры неизречённого, это молчание было наполнено пониманием и чем-то большим, чем слова могли выразить.