Ищу тебя, о, мой единственный враг

В-воспоминания

      Самое раннее воспоминание, которое он помнит, — это как его мама укутывает в новый и тёплый клетчатый шарф. Она купила его перед началом холодов. Тогда мальчик любил этот шарф рассматривать в зеркале: переменчивость квадратиков привлекала ребёнка. Именно этот шарф он проносил достаточно долгое время, пока время не износило его до дырок.       Мама в тот момент ходила с большим животом, и когда мальчик спросил, откуда она столько еды взяла и съела, то женщина хихикнула и потрепала сына за щёку. «Ну, Ло, скоро у тебя будет братик или сестрёнка. Сейчас они в животе, но вот-вот и скоро проснутся».       Тогда мальчик даже не знал, что у него было на уме. С одной стороны, ещё один ребёнок, с которым он мог играть, так как ему порой было одиноко. С другой стороны, его родители часто пропадали на работе, а когда приходили домой, были очень уставшими, и просить внимания он стеснялся. Да и не получалось. Когда он пытался дать понять, что ему скучно, то его отец быстро затыкал его и не давал слова вставить. А если эти двое и не были уставшими, за стенкой своей комнатушки он слышал крики.       Тогда он маме ничего не сказал, но внутри себя жил некий страх, что его могут бросить.       Каждое утро ему приходилось рано вставать, чтобы мама отвела его в ясли. Ребёнку нравилось там только потому, что там было много игрушек, с которыми он мог поиграть. В остальном ему здесь было не по себе. Еда была не вкусная, его мама готовила намного вкуснее. Дети здесь толком разговаривать ещё не умели нормально, и мальчику было очень скучно, и из-за этого казалось, что он не в своей тарелке.       Воспитатели хоть и пытались привлечь его внимание, но быстро поняли, что не такой подход нужно искать к Лололошке. Тот бывало, когда оставался один, мог выдумывать такие фантазии, что порой сами взрослые удивлялись, когда узнавали, что это ребёнок четырёх лет.       Когда мальчику исполнилось пять, одна из логопедов, подрабатывавшая воспитателем, сразу обратила внимание на тихого и одинокого ребенка. В ней зародилось желание приоткрыть перед ним двери знаний, доступные обычно детям постарше. Каково же было ее удивление, когда она увидела, как он, словно губка, впитывает каждое ее слово, пока остальные дети беззаботно играли в песочнице.       Однажды, когда родители не могли забрать Лололошку из детского сада ранним вечером, то женщина решила научить его читать. Сначала мальчик не сразу понял, что от него хотели, но быстро втянулся, когда мисс Остин решила разговаривать с ним наравне. Под конец вечера она не могла нарадоваться, что этот способный мальчик научился читать. Для этого требовалось рассказать алфавит и вместе указывать на буквы, чтобы ребёнок вслух проговаривал буквы, а после и сочетание букв. Да, он всё ещё читал слова по слогам, но что-то внутри женщины вселяло уверенность, что это было только «пока».       Когда мама Лололошки пришла за ним, то мальчик сразу решил похвастаться женщине, что он мог прочитать в новой книге, которую ему дала воспитательница. Женщина похвалила его и погладила по голове. — Сынок, иди переодевайся, я сейчас приду к тебе. — Мальчик быстро кивнул и побежал к своему шкафчику. — Вы меня извините, пришлось задержаться на работе. Я надеюсь, Ло не доставлял неудобств. — Что вы, ваш сын очень способный малый. Он очень хорошо схватывает на лету, и у него явно есть талант. Вы не думали отдать его в частное учреждение? Он смог бы пойти уже в школу. Просто видно, как ему здесь скучно. — Женщина тоже встала со своего стола и начала собираться закрывать помещение. — Боюсь, мы с мужем это не сможем потянуть: ипотека за квартиру, а ещё на подходе второй ребёнок, и так пришлось сократить много трат, чтобы ребёнок не почувствовал этого на себе. — Воспитатель кивнула на это и не стала высказывать дальнейшего мнения на этот счет. Мать пошла помочь собраться сыну, и через две минуты они готовы были уже выходить, но женщина заметила в руках у ребёнка детскую книжку. — Ло, это же не твоя книга. Отдай обратно и скажи спасибо мисс Остин. Ты завтра всё равно придёшь и сможешь её почитать. — Мама… — Нет, даже не думай, Ло. Помнишь, я говорила, что чужое брать нельзя? — Да, мам. — Мальчик подбежал к воспитательнице и протянул тоненькую книжку. Сначала женщина протянула руку в ответ, чтобы её забрать, но перед этим она заметила взгляд мальчика. Он не смотрел на неё, он не смотрел на предмет в руках. Было ощущение, что мальчик не хотел видеть, как у него что-то забирают. Женщина выдохнула.       Одна из причин, почему она не шла работать на чистую ставку воспитателя, — это невозможность сказать детям «нет». Ей всегда говорили, что работа с детьми — это её призвание, но воспитатель — это было не для неё. Она была слишком мягкая для этого. Слово «воспитатель» даже подразумевает, что этот человек должен воспитывать детей, не только балуя их, но и научив общественным нормам поведения.       Когда она была очень строга с детьми, то порой останавливала себя тем, что перед ней маленькие ребятишки, а не взрослые молодые люди. Иногда она была слишком ласкова, и дети всегда быстро это улавливали и могли начать капризничать. Ей порой было сложно найти эту грань. Но вот научить ребёнка чему-то новому она могла. Маленькие дети достаточно быстро познают мир вокруг себя, так что в большинстве случаев они любили её слушать на групповых занятиях.       Она посмотрела на мальчика перед собой и решила сделать по-другому. — Ну что ж, мистер, я надеюсь, вы очень бережно относитесь к своим вещам. Пусть книга останется у вас до завтра. — Мальчик весь загорелся и улыбнулся во все зубы. — Спасибо вам, мисс Остин! Я её не порву и не помну, она будет такой, как и сейчас! Я обещаю! — Ребёнок побежал к своей матери и взял её за руку, чтобы отдать книгу. — Мама, пожалуйста, убери в сумку, а то она промокнет под снегом!       Мать ребёнка благодарно кивнула и взяла у сына книжку.

***

      Если раньше Лололошка изредка мог подойти к своим ровесникам и хоть немного узнать, как у них дела, то после того как ребёнок научился читать, он быстро начал осваивать детские книги. Обычно он брал какую-нибудь книгу с полки шкафа, к которой никто не подходил, шёл в угол игрушек и брал свою любимую — со слонёнком. Он отходил в тихий угол и садился читать.       Воспитатели всегда удивлялись этому, но быстро привыкли. Мальчик иногда сам подходил к взрослым и рассказывал о прочитанном. По людям вокруг него всегда было видно, интересно им слушать его или нет, так что после пары предложений он принимал решение, рассказывать ли дальше или пойти поискать более интересную историю.       Когда мисс Остин ещё раз осталась вечером, то дала мальчику детскую энциклопедию с животными. Тот сначала удивился красивым картинкам с разнообразными зверями и просто рассматривал их, но когда он вдоль и поперёк осмотрел её, то начал читать. Иногда у него возникали вопросы по значению разных слов, и женщина спокойно объясняла, что и как.       Так как в тот вечер он не дочитал энциклопедию, то также забрал её себе и на следующее утро вернул. Никто не донимал мальчика с вопросами, но было видно, что тот был невыспавшийся. Немного сна он компенсировал на тихом часу. Лололошка начал по ночам читать книги и иногда брал с полок матери небольшие романы про драконов и эльфов.       Когда он только начал читать новую большую книгу, то даже воспитатели удивились, что тот читает книжку, которую обычно читают взрослые люди. Лололошка мог часто к ним подойти и спросить про определённые слова и про их значение. Некоторые взрослые шли на контакт с мальчиком, потому что знали, как ему порой бывает одиноко среди своих сверстников. В одну из прогулок около старых детских площадок он сидел у забора, что огораживал территорию детского сада.       Иногда он не замечал, как к нему подходили другие дети или воспитатели, только если они тихонько не дотрагивались до него. Исключительно в этих случаях он приподнимал свой взгляд на них. Пока он так сидел, то и не заметил, что к нему приближалась фигура незнакомца. Обычно воспитатели клали ему руку на плечо, чтобы он посмотрел на них, другие дети пытались отнять у него книгу, но быстро за это получали от него. Не любил он, когда чужие прикасаются к его вещам.       Только незнакомец прикоснулся к его волосам и погладил по голове. Мальчик сначала встал в ступор от этого и даже не поднимал взгляд. Обычно такие прикосновения дарили родители. Когда мальчик решился поднять голову, то увидел, что силуэт был одет в чёрные одежды с капюшоном, что почти перекрывал всю голову, кроме странных зелёных узоров на лице. Они так переливались, светились в отдельных местах, это очень завораживало мальчика. — Кто вы? — Неважно. — Голос был очень нежным и не озлобленным. Мама всегда говорила не доверять незнакомцам и остерегаться чужаков, так что он скептически посмотрел на неё. — Ты не запомнишь нашу встречу. Я та, кто осуществит его последнюю волю. — Чью волю? — Незнакомец, который выделялся таким нежным женским голосом, решила проигнорировать его вопрос. — Как же ты напоминаешь мне этого несносного человека… — Она поднесла к его лицу какой-то черный предмет, в котором были вырезы для глаз, а для рта была щель будто немного красноватого цвета. Как только маска оказалась на его лице, то мальчик почувствовал, как у него сильно разболелась голова, а потом стало невыносимо больно. Такого резкого удара он не выдержал и потерял сознание.       Когда он в следующий раз проснулся, то над ним столпилась толпа народа. Все спрашивали, что с ним случилось, и получали однозначный ответ: «Я не помню». Сначала все очень переволновались за мальчика, даже мама пришла сегодня за ним пораньше, так как сильно запереживала за сына. Всё списали лишь на то, что мальчик не обедал в тот день, из-за чего он резко ослабел и потерял сознание, поэтому про это больше не вспоминали. Хотя мать всё же повела его к врачу провериться, только вот у него ничего не нашли.

***

      Свою первую большую книгу он дочитал в один из весенних деньков. В этот же день его маму отвезли в больницу. В тот день все были будто беспокойными, и мальчик не понимал, что происходит. Тогда его забрали из детского сада, когда он только пообедал. Они сели на автобус и ехали около часа, пока не оказались внутри большого здания. «Ро-ди-льный дом один» — прочитал мальчик на вывеске.       Отец не дал остановиться и осмотреться, а сразу завел его в здание. Они переоделись и просто ожидали чего-то. Когда он спрашивал папу, чего они ждут, тот его игнорировал. А потом и вовсе куда-то позвонил и даже не смотрел на сына. Лололошка надулся и просто достал новую книгу, которая лежала вместе с первой.       Правда, через пару часов он успел проголодаться и захотел кушать. Тогда отец перестал его игнорировать и просто дал ему деньги. — Иди вон туда, там будет буфет, и купи чего-нибудь. — Лололошка часто видел, как его мама закупалась в различных магазинах, но сам он никогда этого не делал. Он не стал возражать и просто пошёл прочь. В буфете его встретила старенькая тётя, что сначала даже не поняла, где её посетитель, пока не посмотрела вниз. — Мальчик, а где твои родители? — Лололошка пожал плечами и решил ничего не говорить на этот счёт. Он лишь показал на пирожок с капустой и попросил женщину дать ему его. У неё удивлённо поднялись брови, но она решила ничего не возражать. Взяв у мальчика деньги, она быстро посчитала и отдала пирожок.       Вернувшись к тому месту, где сидел отец, он увидел, что там никого нет. Он забеспокоился. Когда в конце коридора он увидел молоденькую девушку в медицинском костюме, то подбежал к ней и спросил, куда ему идти. Та немного растерянно посмотрела на него, но решила помочь ребёнку. Они пошли на ресепшен, и она спросила, как его зовут, и он быстро назвался по имени. — Ага, да, вижу, твоя мама лежит в триста седьмой палате. Она только родила и отдыхает. Пойдём, я тебя провожу. — Она встала с места и протянула ему руку, он проглотил комок в горле и протянул свою ладонь в ответ.       Когда они пришли, то мальчик сразу увидел, как под одеялом лежала женщина и немного дремала. Он подбежал к ней и хотел начать её трясти, но его вовремя остановил мужчина сзади. — Лололошка, тихо, — шепнул отец. Мужчина перед ним нежно улыбался. Мальчик хотел было жаловаться, что он потерял его и испугался, оставшись один. Но внимание резко переместилось на свёрток, что держал папа. Он хотел спросить, что это у него в руках, но его опередили. — Смотри, кто это сладко спит. — Мужчина присел на корточки перед ним и показал, что внутри был завёрнут младенец. Сморщенное личико и совсем маленькие пушистые волосики выглядывали из пелёнки. — Ну, теперь у тебя есть сестра. — Сестра? А как её зовут? — Он сжимал кулаки. — Саша. — Мальчик хотел спросить, может ли он взять её на руки. Только отец быстро отказал и сказал, что Лололошка ещё маленький и только взрослые могут держать маленьких. — Всё, Ло, давай дадим отдохнуть маме и твоей сестрице. Только недавно им было тяжело, и они очень устали.       Мальчик кивнул. Как только они вышли из палаты, отец повёл их в сторону выхода из здания.       Первые дни им всем пришлось привыкать. Лололошке не нравилась Саша. Она ничего не умела и была очень шумной по ночам. Она постоянно плакала, и это очень его бесило. Лололошка иногда стал воровать наушники отца, чтобы тихо почитать в углу комнаты. Только отец быстро прознал это и сразу отчитал сына, стукнув его по голове за это. — Ты знаешь, что делают с ворами, Лололошка? Им руки отрезают, чтобы они больше не брали чужое! — Я не могу слушать, как эта пищалка вечно орёт! — Лололошка уходит в свою комнату и запирается там. Попозже к нему подошла мама и тоже провела беседу по его поведению, но после нежно сказала: — Ло, ты тоже был таким же неугомонным мальчишкой, и я ночами не спала. Ты посмотри, какой ты тихий стал, когда подрос, не так ли? — Это не успокаивало его.       Прошёл месяц, и тогда Лололошка почти смог привыкнуть к перестановке в его жизни. Хотя внутри себя надеялся, что когда-нибудь станет как прежде. Отец дольше отсутствовал дома, но зато мама была всегда дома и сидела с его сестрой. Лололошка сам просился в садик, чтобы никто его не трогал.       Через какое-то время матери начали названивать с работы, чтобы женщина подумала выйти из декретного отпуска. Она сначала не хотела оставлять маленькую девочку одну. Но она знала, что ей просто необходимо появиться как минимум, чтобы её место не заняли. Она могла хотя бы договориться на дистанционную работу на другой ставке.       Когда Лололошка не проснулся рано утром перед началом его обычного графика, то был рад, что смог сегодня поспать. Но когда он встал, то увидел, как его мама стояла в коридоре и надевала жилетку. Когда она развернулась, то увидела своего сына и показала жест, чтобы он был тихим. Этот жест стал достаточно частым гостем с того момента как дома появилась Саша. Когда мальчик кивнул, мама улыбнулась и начала ему нашептывать. — Я уеду на часик из дома, прошу, проследи, чтобы Саша в это время спала. Я быстро туда и обратно. — Лололошка даже растерялся. Мама обычно даже не давала подойти ему к сестре. Только если к её кроватке, что была у родителей в комнате и только под её личным наблюдением. — А если она снова начнёт пищать? — Мальчик посмотрел на женщину с расстроенным лицом. — Я только пару минут назад её уложила, я думаю она и не встанет. — Мать наклонилась ближе к сыну и поцеловала его в щёку.       Когда мама закрыла за собой дверь, Лололошка сначала пошёл на кухню, где уже были сделаны бутерброды, которые мама обычно каждое утро готовила для него. Он налил себе чай и перекусил. Он быстро почистил зубы и хотел идти включить какие-нибудь мультики, раз родителей не было дома и телевизор значит сейчас он мог использовать в своё распоряжение. Через какое-то время он услышал крик, на что Лололошка топнул ножкой по полу. Сначала он хотел проигнорировать и просто включил телек погромче, но чем дольше он сидел, тем больше он стал как-то переживать.       Когда он посмотрел на кроватку, то увидел, что мама забыла закрыть шторы от утреннего солнца. Порой она их и не закрывает, солнце достаточно редко можно было увидеть в их краях. Видимо, сегодня женщина очень спешила, поэтому и не заметила этой детали. Вот как назло, на улице этим утром светило яркое солнце на ясном небе, и лучики его попадали прямо в кроватку, где лежала его сестра. Она ручками и ножками шевелила, чтобы закрыться от него, но всё бестолку.       Лололошка быстро подбежал к окну и потянул за занавески друг к другу. В комнате сразу стало темнее, но малышка не успокоилась. Мальчик начал думать, что ему сделать. Через пару секунд ему пришла идея. Когда он был меньше, мама иногда рассказывала ему сказки на ночь, и он устраивал истерики, если женщина не хотела вечером приходить к нему с очередной захватывающей историей.       Он ретировался в свою комнату и нашёл ту самую сказку, которую ему купила мама, когда пришлось вернуть в детский сад книжку, что тогда дала ему мисс Остин. Он открыл первую страницу и встал около колыбели. — Так, слушай, Саша! — Сначала он пытался ей что-то прочитать, но та продолжала плакать, хотя и намного тише, в отличие от того, что было до этого. Мальчик понял, что это не дело, и решил попытаться рассказать сказку так, как он сам себе это представлял. Он начал выдумывать новые диалоги и придумывать концовки к сказкам.       В какой-то миг девочка притихла и внимательно слушала вопли мальчишки. То, как её брат кривит лицо и говорил высоким голоском, привлекло внимание. Она захихикала таким гоготом, что сначала Лололошка испугался, но потом понял, что он умудрился насмешить сестру. После чего он продолжил читать книгу более спокойным тоном, когда понял, что она слушает его и не смеет отвлекаться.       Девочка на пятой странице легонько зевнула и прикрыла глаза. В конце концов она засопела. Лололошка продолжал читать, а когда закончил, то закрыл книгу и отложил её в сторону. Он подошел ближе к кроватке, в которой так мирно спала сестрёнка. Мальчик улыбнулся и прошептал: — Оказывается, тебе нравятся сказки… Прямо как и мне…       С этого момента мальчик больше уделял внимание девочке. Вечером он садился около кроватки девочки и начинал читать. В какой-то момент, когда Саша уже подросла, она сама дёргала брата, чтобы он рассказал ей интересную легенду или сказание. Для мальчика это был неплохой способ отдохнуть от уроков, которые у него появились совсем недавно.       Их мама радовалась за Ло, так как тот достаточно быстро усваивал всю программу, которую ему давали в школе. Самое странное, что заметил мальчик, так это то, как редко стал отец появляться дома. Мама нагло врала, когда он спрашивал, где же их отец. Она всегда говорила, что он много работает, чтобы они могли спокойно жить. Но на деле это было ложью. Когда ночью он ложился спать, он слышал, как их мама на кухне что-то кричала по телефону. Лололошка слышал это многие ночи, в то время как Саша, будучи маленькой, не замечала этого.       После таких ночных эмоциональных качелей можно было заметить, как матушка сокращала траты на некоторые продукты. Ло понимал, что всё не как раньше, и это отражается на них, но не жаловался матери на это. Зато вот маленькая Саша всегда хотела какую-нибудь куклу, что стояла на полках магазина. Когда мама запрещала, та начинала плакать. Старший брат на это лишь кривился, но потом всегда находил альтернативу. — Слушай, Саша. Что лучше: каждый день кушать леденцы и сладкий сок или же иметь куклу, которую даже нельзя брать с собой в детский садик? — Девочка внимательно смотрела на братца, слёзы и детский крик прекращались. Младшая достаточно быстро поняла, что к чему, и сказала, что хочет конфеты. Мальчик на это улыбался и показывал матери на конфеты, что стояли по жёлтому ценнику.       В такие моменты его мама улыбалась ему.       Улыбаться она прекращала, когда отец появлялся дома. Тот приезжал с подарками и дарил их детям. Мать всегда на это сильно злилась. Хотя в тот момент дети не особо понимали в чём дело. Лололошке было почти всё равно, он первое время хоть и радовался игрушкам, но быстро из этого вырос, и они ему были неинтересны. Большинство из них отдавалось сестре.       В свои девять лет его отец, кажется, понимает, что сын взрослеет и начинает понимать, почему его мама несчастлива. Почему они жили от зарплаты до зарплаты матери, почему Лололошке было сложно позволить новые брюки в школу, а сестре иногда приходится донашивать вещи брата. Именно тогда отец решает взять с собой сына в место, где он пропадает ночью.       Лололошка помнит, как оказался в месте, где всё пропахло спиртом и сигаретами. В принципе ему было не очень уютно, единственное, что ему понравилось во всём этом: отец научил его играть в карты. Ему нужно всего лишь запомнить количество определенных карт и уметь правильно подстраивать свои ходы наперёд. Может, это удача, а может, взрослые дяди просто не ожидали, что маленький мальчишка может так хорошо играть, и поэтому поддавались ему. Сначала это и правда было так, но в какой-то момент именно такие «поддавки» дали время мальчику разобраться, что к чему. Поэтому, когда незнакомцы по-серьёзному начали играть с ним, они были не готовы к тому, как их обыграет десятилетний мальчишка. — Дружище, да твой сын играет намного лучше тебя. Может, он будет играть вместо тебя? — Мужики вокруг него засмеялись и окинули мальчика заинтересованным взглядом, от чего Лололошке хотелось уйти отсюда и не возвращаться. Эти взгляды не вселяли никакого доверия, а только скользкую тревожность, — Кстати, Саймон знает, что ты своего сына привёл сюда? — Да ты издеваешься что ли? Если бы он узнал, то мы бы оказались внизу, — Мужчина делает паузу, а потом всё же говорит, — три метра под землёй. — Отец треплет его волосы.       Домой они вернулись поздно ночью. Отец успел на деньги купить ему всяких вкусностей. Пару он запрятал для сестрицы. Ей очень нравились шипучки, которые она иногда уговаривала маму купить вместо конфет на неделю. Для мальчика они казались странными с этими всеми шипучками, но звук от них и правда был прикольный.       Уже у себя в комнате он нашёл свою сестру, которая легла спать. Недавно мама купила на годовую премию ей новую кровать и поставила у него в комнате. Он положил шипучки ей под подушку, а сам направился чистить зубы. На кухне слышались тихие препирания, но Лололошке было всё равно. Он хотел лечь в кровать, так как на следующий день ему нужно было в школу.

***

      В следующие два года было «относительно» тихо. Иногда отец брал своего старшего ребёнка на ещё несколько таких вечеров, но когда мать прознала об этом, начинались скандалы.       Вещи отца, которые лежали в шкафах, выкидывались в окно, а мать максимально не хотела впускать отца домой. Если Лололошка максимально от этого абстрагировался, то вот Саша ходила беспокойная и ходила к маме, пытаясь её выслушать или же отвлечь. Если дома всё было очень плохо, то вот по учебе Ло очень преуспевал, и он даже участвовал в различных олимпиадах. В некоторых он стал выигрывать, и небольшие денежные призы приходили на счёт матери.       В какой-то момент его мама в принципе перестала обращать внимание на детей, так как она почти всё время работала. Иногда мальчику приходилось забирать сестру из садика, но хорошо, что воспитатели уже знали его и спокойно давали забрать сестру домой и не спрашивали лишних вопросов о том, где были их родители. Всё же это был детский сад, в который он ходил. Да и ещё так удачно, сестрёнка попала в группу мисс Остин, которая всё же стала воспитателем.       Деньги, что он выигрывал, в любом случае можно было только потратить после его совершеннолетия. Так что он прекрасно знал, что скорее всего постарается их потратить на учёбу после школы. Когда отец как-то прознал о том, что его сынишка гений, то пытался с него спросить денег, чтобы сделать ставку и удвоить сумму. Ло просто сразу отказал ему и сказал, что он сам имеет право сам распоряжаться этими деньгами, так как именно он сам достиг своих достижений. В его сторону было достаточно обвинений, что он не очень благодарный сын, но ему было как-то на это наплевать.

***

      Только вот однажды ему было не наплевать. Когда он сидел делал домашнее задание, а сестра дёрнула его за плечо, то последнее, что он ожидал услышать от неё: «Ло, там какие-то дяди пришли и мама тебя зовёт». Подросток быстро встал и вышел в коридор.       Когда он вышел из комнаты, то увидел, как на выходе из дома стояли каких-то два человека. Лица он их не видел, но было видно, что те были настроены негативно. — Ах, сынок, возьми-ка сестрицу прогуляться сегодня, а то вы так давно не выходили из дома. — Это было ненормально. Это не понравилось мальчику, но мама быстро поняла это и сразу продолжила: — Я обещаю, что выйду к вам через полчасика и мы прогуляемся с вами до магазина и купим вам с Сашей конфет. — Дитя, тебе лучше послушать свою мать. — Ло, прищуренно посмотрел на них, но после умоляющего взгляда матери быстро взял себя в руки и побежал в комнату, где собрал Сашу в одежду. В коридоре он уже никого не увидел, а кнопочный телефон валялся непринужденно в его ботинке. Он не придал этому значения. В комнате матери слышался какой-то гул разговоров, но он решил поспешить. Как только они вышли на улицу, он повёл сестрицу на площадку около дома, где гуляла куча детишек.       Саша побежала в сторону качелей и стала раскачиваться. В этот момент мальчик пытался дозвониться до отца, но ответил только с третьего звонка. — Ты чего звонишь? Хочешь прийти на коленях извиняться? — Подростка это прямо разозлило. На той линии голос заплетался, и его было еле слышно. — Отец… Это я. У нас дома какие-то мужчины, и выглядели они как-то недружелюбно. — А меня как это касается? — Он посмеялся на том конце линии. — Если твоя мать кого привела на ночь, малыш, это не мои проблемы. — Знаешь что?! Да пошёл ты знаешь куда? Там в опасности твоя жена, которая тебе детей родила, а ты, ублюдок, только и можешь бухать и нихера не делать! — Он сбросил трубку, и ему понадобилось время успокоиться, так как он обычно к его возрасту редко мог выйти из себя, так как считал себя выше этого.       Он сразу позвонил в службу полиции. Он быстро назвал адрес и объяснил ситуацию. Сначала диспетчеры не особо хотели ему верить, ведь, может, ещё один ребёнок пытается их разыграть, но когда Ло уже буквально начал их умолять, то те наконец-то направили кого-то из служб.       Обещание матушка, конечно же, не сдержала. Она не вышла к ним на улицу, чтобы пойти купить любимых конфет сестрице. Она больше в принципе не смогла этого сделать. Её нашли двое мужчин в полицейской форме у них дома. Деньги, что так старательно откладывала женщина, пропали, а сама их хозяйка лежала в ванне, где вместо расслабляющей горячей воды была остывшая кровь, которая принадлежала матери двух детей.       Факт смерти быстро установили, и началось уголовное расследование. Мальчик не хотел ни с кем говорить, так как был очень зол на происходящее. Он не испытывал, в общем так говоря, горя, когда кто-то из близких людей погибает. Мальчик не плакал, как его сестра, когда она узнала, что больше не сможет увидеть маму. Он не сидел в состоянии оцепенения и страха, как его отец. В нём горел самый настоящий гнев.       Гнев на мать, что не выполнила своё обещание и так просто дала себе погибнуть. Он ненавидел отца, что тот предпочёл вечные и бесконечные ставки в азартных играх, а также его любовь выпить. Злился на людей, что убили единственную женщину, которой было не наплевать на них с сестрой.       Когда дело дошло до опекунства, то правоохранительные органы сначала хотели вызвать службы опеки, которые решили, что им делать с двумя детьми. В тот момент на эмоциях сразу сказал, что согласен уйти куда-то, только в случае, если он пойдёт со своей сестрой. Лололошка по некоторым своим одноклассникам стал понимать, что вряд ли в его возрасте молодые родители захотят брать его в свою семью, как, в свою очередь, Саша была ещё мала и могла оказаться в другом любом месте у чужих людей.       Когда сестра поняла из-за чего братишка ругался, то взяла того за руку и не отпускала, потому что ей не хотелось лишаться ещё и своего брата. А когда те начинали настаивать, Саша устроила самую настоящую истерику, что не хочет уходить от брата.       Только тогда в дело вмешался их отец и предложил свою кандидатуру. Сначала опека хотела отказать в этом, но после некоторых комиссий и подписания некоторых бумаг, что тот будет обязан посещать групповые занятия для людей с зависимостями, чтобы прийти в себя, опека решила рассмотреть этот момент, но перед этим социальный работник решил расспросить детей, что они думали об этом.       Его сестра быстро согласилась, так как не понимала масштаба проблемы и хотела верить отцу. Только вот он совсем не верил этому человеку. — Я ему не верю, но если вы мне позволите остаться вместе с сестрой, то мне всё равно. — Девушка из социальной службы как-то с жалостью смотрела на него, но не могла как-то на это повлиять, так как суд всё равно решил, что детям было бы лучше остаться с родным отцом, чем с чужими людьми. Девушка решила всё же его спросить: — Ты уверен, что вам с сестрой будет лучше с ним, чем если бы оба могли бы оказаться в семье, где о вас заботились? — Где гарантия, что Саша окажется у хороших людей, которые не выкинут её? Была моя воля, я не хотел бы быть рядом с отцом, но также не хочу терять сестру. — Девушка перед ним вздохнула и пожелала удачи ему в жизни и дала ему небольшую визитку, если он поймёт, что всё очень плохо.       Как только мальчик вышел из комнаты, то сразу выкинул визитку в ближайшую мусорку. Он решил, что сам разберётся.       На похоронах он молчал, только лишь иногда глядел в пустоту. Когда он взглянул на бледное лицо матери, то его чуть не стошнило, но он сдержался. Сестрица рядом с ним не рыдала, с её глаз лишь тихонько лились слёзы. Отец сидел рядом с ним и не подавал вида. Но когда он подошёл к её гробу, то впервые за всё время у него дрогнуло лицо. Он что-то хотел сказать, но, кажется, все слова были будто вырваны из его горла. Придя более менее в себя, то он пробормотал: «Ты всё равно мертва, тебе уже всё равно».       Когда они ехали обратно домой, то их отец сказал:       «Я сделаю всё, чтобы вы смогли вырасти достойными людьми. Поддержу вас на каждом вашем шагу. Не буду больше пить и не буду играть на деньги».

***

      Понятное дело, Лололошка ему не поверил и только ехидничал, назло не слушаясь отца. В свою очередь, его сестра стала очень тихой девочкой. Если до этого она всегда была громкой и ярко выражала все свои эмоции, то сейчас эмоции будто выкрутили на минимум. Она всегда была громче и позитивнее брата. Мама говорила, что сначала он был громким, а потом стал тихим, в то время как его сестра всегда была пучком шума по любому поводу. Только после смерти матери она так резко затихла. Конечно первые пару месяцев для них были тяжёлые и маленькая Саша просто сдулась из-за стресса.       В его случае он, наоборот, стал громким и показывал окружающим, что они слишком глупы. Его злоба выливалась на тех, кто пытался его принизить, и он начал утирать им нос. Так как он оставался чуть ли не самым умным ребёнком в городе, ему ничего не могли сделать. Только тихие ночи не давали быть таким уверенным, как днём. Во снах он терялся в тёмных лабиринтах своего разума. Там он — маленький мальчик, который не может помочь матери, там он злится на всех, кто был с ним несправедлив. Там видит, как люди нагло ему лгут.       В один из таких снов он просыпается поздно ночью и видит, как отец напивается на кухне. Не прошло и года с момента смерти члена семьи, так что пустые слова этого мужчины ничего не стоили. Хотя он и знал об этом, но на душе стало как-то противно. У него сильно заболела голова, и он зажмурил глаза, но когда он в следующий раз их откроет, то обещает себе больше никогда не лгать. Чтобы не поступать как его родители, что лгали ему.       Когда в пятнадцать лет юноша узнал, что его отец снял все деньги со счетов матери и поставил на какой-то матч по странному виду спорта, который никак его не интересовал, то просто хорошенько заставил об этом пожалеть. Какие-то люди лично приходили и успели напугать мужчину, так что юноша потом ещё долго над ним глумился.       Молодой парень был уверен, что он может поступить в любой университета и без денег, заработанных им на олимпиадах. Само наличие побед автоматически ставило его выше всех остальных. Для него это не было проблемой. Всевозможные гранты давали ему возможности выбирать своё будущие.       Но вот он хотел, чтобы его сестра в крайнем случае могла воспользоваться этой суммой. Саша всегда была очень творческим ребёнком, и ей достаточно сложно давались точные науки в отличие от него, так что он всегда подтягивал её по учёбе, чтобы она не отставала.       Когда он поступил в университет на врача, то начал получать очень даже неплохую стипендию, и они с сестрой могли позволить себе немного больше. Когда она видела, как его брат старательно учится и у него так просто всё получается, то она вдохновлялась и сама начала подробнее изучать биологию и химию.       У неё даже получалось, и она сама вскоре начала готовиться к поступлению. Только вместо того чтобы пойти на врача, она захотела пойти на медсестру. Сначала старший не понимал, почему именно такой выбор, на что его сестра лишь говорила, что не хочет долго оставаться на чьей-то шее и учиться ещё много лет. Сначала парень пытался переубедить, говоря, что если она упрямится только из-за этой причины, то ей стоит поменять свое мнение. Но Саша упрямилась и настаивала, что не хочет быть кому-то должной.       Лололошка понимал, что иногда тяжело принимать помощь, но всё же не мог понять, откуда у сестры такие принципы. Если она смотрела на отца, который всегда кому-то должен был деньги, то это очень плохой пример для подражания.       Иногда отец приходил к дочери и просил денег, и она, бывало, не выдерживала и давала ему их. Как бы парень на это ни злился, сестра отнекивалась глупыми обещаниями. Когда его сестрица думала о том, как помочь отцу, она нервничала и пыталась искать решение проблемы.       Поэтому иногда он давал ей загадки, чтобы она отвлекалась на них, а не на эту ерунду. Она успешно решала их и давала ему неоднозначные ответы. Парень порой перебарщивал с условиями и возможностями, но девушка не сдавалась и давала правильные ответы, даже если сам учёный не знал ответ на свою же задачку. Каждый раз когда он спрашивал её: «Как ты это делаешь?». Она всегда отвечала: «Я больно хорошо тебя знаю».       Отец почти перестал появляться, когда он заканчивал обучение. Он подавался учиться дальше, чтобы в будущем заняться изучением нового, а сам успел поступить на заочное обучение на факультет физики, так как под конец обучения он успел прочесть несколько интересных книг по теориям физики, которые были рассчитаны разными людьми, и парню хотелось изучить их принципы.       Когда он приступил к изучению медицинской деятельности, то ему повстречался очень интересный человек с необычным именем. В месте, где они жили, людей редко называли двойными именами, так что это первый интересный факт, который он подметил в этом человеке. Молодой парень даже как-то вдохновлялся им, тот был остроумен и умён в своей стези. Помимо медицины он знал ещё очень многое, чем немногие могли бы похвастать.       Этот человек сразу нашёл талант в молодом парне и начал с ним писать научные работы, а после они начали заниматься изучением влияния определённых физических теорем на организм человека. Так как его учёба на факультете физики помогала ему, он достаточно быстро начал расписывать и строить различные теории на различные темы, которые было сложно подтвердить или опровергнуть.       Также одна из тем, которые парень лично изучал: «Почему некоторые люди стареют очень и очень медленно?»       Конечно, в некоторых темах он достигал вершин. Благодаря своему наставнику, который помог ему пробиться в научную деятельность, он смог быстро привлечь внимание других, более серьёзных людей. Бывало такое, что некоторые учёные тоже изучали похожие темы с ним, только вот не достигали такого успеха, как он. Он начал выступать на различных конференциях, и его начали замечать. Настолько его успехи стали заметны, что стали оплачивать гранты, и богатые люди начали покупать его наработки с его авторским правом.       Тогда впервые он мог сказать, что денег у него в достатке, хотя дома, конечно, он появлялся реже. Но он помогал своей сестре как мог, которая училась и изучала медицину. Он гордился ею. Всё же его сестрица была так же добра и наивна к этому миру, поэтому неудивительно, что она выбрала более «милосердную» профессию. Хотя молодой ученый и бросался порой броскими выражениями, он не думал, что может кого-нибудь этим так сильно разозлить, что его захотят убить. Рассчитывать, что среди ученых в медицинской сфере не найдется людей, которые вместо того, чтобы искать способ спасти больше людей, будут искать способ им навредить, было наивно и глупо.       Ему часто говорили, что он не умеет держать язык за зубами, неудивительно, что в итоге нажил себе врагов. Так что в один из дней, когда он сидел в лаборатории и записывал на доску важные замечания по его возможной новой теории, он просто не ожидал, как к нему влетит какой-то парень в халате и тёмных очках. Тот выглядел глупо и растрёпанно, словно пытался незаметно проникнуть к нему. Лололошка повернулся к нему лицом и увидел дуло пистолета в другом конце кабинета.       Первое, что пронеслось в его мыслях: «Я просчитался». Следующая: «Умереть так глупо молодым и после этого ты называешь себя гением?». Когда прозвучал выстрел, то последняя мысль была: «Я не хочу умирать так глупо!»

      Он почувствовал в груди резкий жар, после чего закрыл глаза.       Когда он в следующий раз откроет глаза, то окажется в поле прекрасных полевых цветов, каких никогда не видел ни в своей жизни, ни во всем мире.

***

Р-решимость

      После того как JDH впервые вернулся после резкого использования «телепортации», как позже парень узнает о «вспышке», то он начал более подробнее изучать данное явление.       Он стал реже появляться дома, что, конечно, злило его коллег, но ему было всё равно. В некоторых мирах время текло совершенно по-разному. В одном мире, где в основном поклонялись богам Греции, он был около месяца и смог изучить историю с точки зрения культуры. Она мало отличалась от истории древнего мира из его родного мира. Только, как оказалось, для своего родного мира он отсутствовал около двух суток. В другом же мире, где процветал постапокалипсис, он был не более суток, так как его чуть не прибила радиация, только вот для родного мира это было более двух недель.       Вообще, сначала сестра не хотела верить в существование других миров, но очень быстро поменяла своё мнение, как только Джон начал приносить разные «сувениры». А фото стали ещё более убедительными на фоне вещичек. Поздними вечерами, когда Джону нужно было переварить увиденное, он часто обращался к сестре и всё ей пересказывал.       В один момент, пока у него был поток мыслей, его взгляд остановился на Саше. Она смотрела на него с грустной улыбкой, но в глазах блистал восторг. Он резко перестал говорить, а глаза нахмурились. — Сестрица, я что-то не так сказал? — Ох, нет-нет. Я просто рада, что ты нашёл что-то вдохновляющее для себя. Ты всегда жаловался, что мир вокруг тебя больно ограниченный. Просто ты иногда настолько долго пропадаешь, что невольно начинаю… Хотя твои загадки всё заставляют меня поднапрячь мозги, но по родному брату я больше скучаю.       Джон смотрел на девушку долгие минуты. — Хотя я всё ещё пытаюсь расплатиться с нашими долгами, я бы всё ещё не отказалась от отпуска в другой мир. — Я не понимаю, зачем ты стараешься заплатить? Это же не твоя вина. — Ты же знаешь, почему я это делаю. — Саша, это не аргумент. В ответ ты ничего не получишь. Ни благодарности, ни любви, а гордиться тобой за это никто не будет. — Долги семьи — это всегда была тема, на которую они с сестрой спорили. Джон считал, что у каждого своя голова на плечах и семья не обязана за это расплачиваться. Он мог понять семейные узы и насколько они бывают крепкими, но не мог понять девушку, которая пытается оплатить счета и долги мужчины, который даже не пёкся об их воспитании. — Джон, ты же знаешь, что этот спор мы закончим расстроенными и злыми друг на друга. Так что давай не будем об этом.       Учёный сам бы оплатил все счета и долги. В самые критичные случаи в итоге он так и делал, так как знал, что если не с отцом, то с Сашей могли что-то сделать. Только вот его дорогой отец умудрялся найти новые приключения. Всё ещё мечты о богатой жизни, но когда ты пропиваешь свои гроши и рассчитываешь на дорогих детишек, то вряд ли что-то из этого выйдет.       Когда Джон был ещё маленьким, отец научил играть в карты, да так, что порой на застолье был лучшим игроком в покер. В некоторых мирах это помогало лишь подзаработать небольшие деньги на еду и товары первой необходимости. Но он никогда не считал, что азартные игры — это способ зарабатывать.

      Джон лишь научился быстро давить на эмоции оппонентов и понимать психологический портрет, чтобы знать, когда лучше остановиться. Да, порой он перебарщивал и доходило до драк, но в таких случаях уже Харрис становился самым настоящим оторвой. Тогда в одном из миров он прикупил очки с тёмными стёклами и с красной оправой. Они неплохо скрывали его глаза, и многие люди не могли понять, что на самом деле думал или как будет действовать JDH. — При каком условии ты бы перестала заниматься этим? — Джон, мы уже это обговаривали. Если ты отказался принимать участие в семейных разборках, то это не значит, что я откажусь. Даже если бы у меня был способ просто испариться из этого мира и путешествовать, я бы, наверное, не смогла отказаться…       Ученый всё ещё долго думал над словами сестры в этот вечер. В свою очередь Александра уже знала, что в голове её брата происходит мыслительный процесс, который никто не смог бы понять. Когда из брата не льётся поток всевозможных мыслей, то он просто уходит куда-то в себя и может так сидеть долгие часы. В такие моменты она не трогает его, только подталкивает к удовлетворению первых потребностей. Она по опыту знает, что если этого молодого человека попытаться тронуть лишний раз, то он потом будет целый день ходить раздражённый и действовать на нервы окружающим.       Когда Джон пришёл к ней утром, она ожидала лишь, что он ей скажет про свои будущие планы, и они мирно позавтракают, прежде чем ей нужно будет на работу в больницу. — Ты сказала «наверное», ты не сказала точно… Если я найду способ, чтобы ты путешествовала со мной по различным мирам, ты бросишь это?       Она было хотела отказаться от своих слов в прошлом. Только вот была у неё дурацкая черта характера: она ненавидела отказываться от прошлых слов. Если её брат никогда «не врал», а лишь замалчивал детали правды, то вот ей было сложнее отказаться от прошлых слов. Она обещала отцу, что не откажется от семьи. Даже если, возможно, отец и не помнил этих слов дочери, но она прекрасно помнила и соблюдала по сей день. Но слова, брошенные Джону, заставили её задуматься. Готова ли она отказаться от тех слов и повестись на то, что было сказано случайно…       С другой стороны, если она станет путешествовать с братом, то она всё ещё будет с семьёй. Они буквально были друг у друга всё детство, и Джон был ей дороже, чем кто-либо. — Если найдёшь способ, то я согласна.

***

      С этого момента Джон полностью бросил работу в лаборатории и начал своё личное изучение вспышки. В других мирах он узнавал больше информации о мироходцах, об органе, называемым ОМП. В некоторых мирах всё же проскальзывало название «искра», но чаще парень слышал о вспышке. Он изучил анатомию такого количества существ, что ни один человек и в помине не знает, сколько существует разумных видов. Некоторые миры считают, что мироходцы — это отдельная раса, хотя носить искру может любой разумный вид. Для некоторых миров мироходцы — это что-то сверхъестественное, и им поклонялись, будто они божества.       К сожалению, не все миры жаловали великого ученого, некоторые буквально пытались убить его. Но каждый раз, когда казалось, что он на краю гибели, он просыпался в кровати у себя в родном доме, иногда на диване дома у сестры. Саша всегда удивлялась, как он умудрялся оказаться у неё дома. Конечно, Джон ещё в первый раз понял, что ОМП работает и в экстренных ситуациях, будто подстраиваясь под инстинкт самосохранения, но у других мироходцев это всегда приводило к срабатыванию органа и телепортации в другой, совершенно рандомный и непредсказуемый мир.       И ещё одно отличие, которое заставляло его зайти в тупик. Абсолютно всегда, когда он ожидал смерти, искра будто не сразу работала, и парень чувствовал сильную боль. Когда он приходил в себя, то никаких шрамов не находил, только фантомная боль, а если это ранение, то ощущение крови на теле. В такие моменты он останавливал путешествия и пытался сложить всю информацию, которую успевал найти.       Джон прекрасно понимал, что мироходчество не даётся за что-то особенное. Оно может появиться у совершенно любого человека с рождения, а может передаваться по наследству.       В роду его семьи не было ни одного человека, владеющего похожей способностью.       В некоторых мирах проскальзывало такое название, как «междумирцы», но их всегда представляли как легенду о богах, создавших все миры. Джон не верил в такую небылицу, ведь не было никаких доказательств их существования. В конце концов, Джон своими глазами видел полубогов. Бывало, в мирах, переживших многие катаклизмы, имелись технологии, позволяющие мироходцу утащить больше вещей из одного мира в другой.       Ещё ученый заметил, что у некоторых мироходцев очень слабая искра, и они могли пользоваться своей способностью не на постоянной основе, а у некоторых она срабатывала только в экстренных моментах, либо же им нужен специальный телепорт или артефакт. Джон пытался научить сестру пользоваться артефактами, но, как оказалось, у Саши не было даже самого слабого органа, из-за чего это всё не работало.       Когда Джон проверял теории о том, что эту способность существа получают только с рождения, он всего лишь раз в жизни очень сильно напугал свою сестру, чуть ли не спрыгнув со здания. Он знал, что искра его спасёт, но в такие моменты у людей пропадает логика, и на первом плане эмоции. Он думал, что способность проявится под самым сильным страхом. Правда, это не сработало, пришлось потом очень долго успокаивать девушку, которая долгое время дулась на брата за такие выходки.       Впервые самый большой поток информации он получил у мира под номером тридцать один. Он познакомился с женщиной средних лет, что только собралась открыть академию для всех рас и в которой бы не было расизма. Когда он узнал, что в этом мире не приветствовался расизм и любой житель этого мира с мироходцами могли обучаться здесь, то только рассмеялся.       Как бы мисс Фарогонда ни старалась сделать этот феномен нормой, только учёный знал, что она разочаруется в жизни. Независимо от расы существа, всегда находились преступники, готовые воровать и убивать. Тогда же он впервые узнал о способности мироходцев к различным стихиям. Женщина использовала на каком-то орке свою пустотную магию и не дала ему украсть артефакты из академии.       Когда Джон узнал, что его приняли на обучение пустотной магии, старшая женщина решила сама его обучить этому искусству, так как было мало мироходцев, владеющих ею. Обычно это были обычные природные стихии с примесью силы «вспышки», чему мог научиться и обычный мироходец, способный к магии.       В моменте парень понял, как в принципе работает эта способность, то разработал своё первое заклинание, в котором в острый клинок вклинил пустотную магию. Это была лишь первая версия меча, в будущем он создаст меч из чистой пустотной магии.       Меч, позволявший атаковать с воздуха, был очень полезен, когда ему приходилось сражаться с существами разной комплекции.       Хоть Джон жил в своём родном мире, полное изучение искры он перенёс в мир Тридцать один. Когда он впервые упомянул Фарагонде, что хочет изучить подробнее мироходчество и возможность обычным людям без ОМП путешествовать по мирам, женщина лишь поглумилась над юным учёным. — Ах, Харрис, ты не сможешь заставить людей без ОМП путешествовать, это буквально орган, который невозможно просто так пересадить. Это помещённый магический скинт, который при освобождении из мироходцев превращается в кристалл. Да и зачем давать ещё большему количеству людей путешествовать по мирам? Ты не задумывался, что это может нарушить жизнь во всей вселенной? — Это не должно волновать вас, старушка, — так недавно он начал называть женщину, когда узнал, сколько ей лет. Та на него цыкнула, но проигнорировала это прозвище. — Ты разве никогда не слышал выражения, что «вселенная всегда стремится к порядку»? Если кого-то где-то много, значит, половина этого вымрет. Если кто-то определённый вымер, то и всё живое тоже погибнет. Это как пищевая цепь в природе. — Она пожала плечами, будто это было очевидно. — Разве что-то случится, если парочка людей переместится в другой мир? — К сожалению, всё всегда должно быть на своём месте, иначе жизнь будет невозможна. — Джон хоть и кивнул, но давно всё решил. Он делал это ради сестры и возможности доказать себе, что он может всё.

***

      Он занимался изучением вспышки ещё пару лет и понял, что Фарагонда была права. Это было невозможно. Он выяснил много интересных вещей про ОМП и то, как он действует. Когда мироходцы перемещаются, от них остаются небольшие частички света. Сам мироходец вместе со своей «искрой» переходит в пустошь между мирами, а те самые частицы, которые остаются, в пустоши кристаллизируются и превращаются во всем известный скинт. Как позже узнает Джон, скинт — это неплохой источник магии для мироходцев, который можно черпать.       Просто так достать скинт достаточно сложно. Были «ныряльщики», которые при перемещении по мирам могли выхватить крупицы магии, из-за чего на выходе получали кристаллы. Учёный не стал тратить время на обучение ныряльщика. В мире тридцать один и ещё в парочке миров скинт буквально был неплохой межмировой валютой. Если кто-то хотел получить что-то из одного мира в другой, он мог это приобрести у «межмирового торговца» за скинт.       Так что Джон просто разменивал многие свои научные наработки на большое количество кристаллизованного скинта. Кристалл не просто так был источником силы. Иногда мироходцам со слабым запасом сил он помогал перемещаться в ближайшие миры.       Он пытался в тот момент воссоздать устройство позволяющее влить большое количество магии в существо, которое в итоге смогло бы переместиться по междумирью. Когда Джон понял, что из этого кристалла не сможет создать магию-проводник, которое помогло бы его сестре, то решил отдать его одному из ювелиров, чтобы тот сделал неплохое украшение на шею. — Делаете украшение для своей любимой девушки? — В тот день учёный был не в настроении, так что он хорошенько словесно унизил молодого паренька, который просто хотел разбавить обстановку. Очевидно, что Джон не получил скидки, а ювелир не получил своих чаевых.       Когда он в последний раз вернулся в свой родной мир, то пару ночей ночевал у сестры. Ему нужно было отдохнуть от вечной погони за одним и тем же. Сестра же только рада была видеть его дома, но под своей хронической усталостью он не замечал, что девушка перестала в принципе рассказывать, как у неё дела в жизни.       Только когда Джон решил окунуться в более подробное изучение магии, чтобы в будущем иметь возможность знать, как она влияет на его организм, он не заметил, как засиделся до глубокой ночи. Кто-то настойчиво стучался в дверь, что было уж очень странно. Он услышал, как его сестра побежала к двери и начала что-то бормотать.       Он встал, чтобы послушать, что случилось, но резко услышал: — Убирайтесь отсюда! Я же сказала, что не пойду с вами! — Он вышел из комнаты и увидел за дверью каких-то мужчин средних лет, которые очень настойчиво пытались зайти в их дом. — Кхм, господа, что это вы пристаёте к даме? Не хотите, я выйду и с вами поговорю? — Что, милочка, нашла себе ухажёра? — Один из мужчин смотрел на них с лёгкой улыбкой, будто совсем не чувствовал какой-то угрозы от мироходца. Другой же наоборот начал цыкать, будто ему совсем не нравится находиться здесь. — Раз вы готовы пойти с нами, то жду вас в стороне. — Мужчина взял своего товарища за шиворот и потащил на выход из дома. — Давай, мне ещё надо вернуться к жене сегодня… — Тот продолжал что-то бормотать, но его стало просто не слышно. Джон хотел было выйти из квартиры, но женская ладонь остановила его. — Ты куда пошёл? Они просто загонят тебя в угол и побьют как следует. — Она выглядела так, будто сама была готова выйти и побить этих негодяев. — Иногда, когда люди не понимают слов, нужно лишь дать неплохого мотивационного пинка. — А можно просто вызвать полицию. — Да, оттого, что мы скажем, что у нас тут ночные нарушители, ничего не поменяется. Раз ты не смогла сама разобраться с этим, то, значит, понимаешь, насколько тут бесполезны правоохранительные органы. — Он сказал это с грубостью. Девушка отвела взгляд, но потом, зажмурив глаза, посмотрела на него с такой же решимостью, что и он сам. Парень протёр переносицу, приподняв свои очки вверх. — Я не такой беспомощный, как ты думаешь. Прошу лишь довериться мне. Тем более ты уже прекрасно знаешь, что меня, как мироходца, убить намного сложнее. — Это не значит, что меня не волнует, как ты будешь себя чувствовать после этого. — Давай заключим сделку? Если вернусь невредимым, то ты полностью перестанешь хоть как-то общаться с отцом и переплачивать ему свои деньги. — ДЖОН! — Сестра топнула ногой и ничего не сказала. — Что? Я обещаю, что сделаю всё возможное, чтобы ты больше об этом не переживала. — ДЖОН! — Девушка смотрела куда-то за спину парня, как будто там было что-то страшное. — Да что ты! — Сзади! — Джон сразу сообразил и отошёл вперёд, чтобы бита, которая летела к его голове, не смогла попасть по затылку. Он врезался в сестру, и они оба упали на пол. Его очки слетели с лица и упали куда-то в сторону. Девушка вскрикнула от боли и потёрла затылок. — Что в фразе «хотите, я выйду к вам» было непонятного?! Настолько надо быть неугомонным, чтобы лезть на рожон. Вы бы сначала узнали, с кем связались, и только потом подумали, а стоит ли вам это делать? — Джон встал с места и отряхнул свою белоснежную одежду, уж больно он не любил грязь на ней и при любой возможности чистил её. Он помог сестре быстро подняться на ноги. — Саша, пойди-ка ты в комнату и жди, когда я подойду. Она лишь кивнула и ушла к себе, закрыв дверь на замок. — В следующее мгновение Харрис поднял свои очки с пола и надел их обратно.       То, что происходило дальше, можно было описать как «игру», в которую начал играть Джон со своими гостями. Если один из них поддавался эмоциям и его было легче вывести из себя, то второй лишь делал вид, что хотел сражаться. Он лишь помогал первому. Когда бой затянулся, Джон просто начал выводить обоих на эмоции. Какое же наслаждение он получил, когда второй «спокойный» начал рычать на его слова о его семейной жизни.       За всё время его ни разу не ударили, в свою очередь они, кажется, поняли, что уложить учёного с одного удара не выйдет и его нужно измотать. В следующий момент одному из них удается ударить по носу и по очкам, которые в итоге улетели куда-то далеко. Из носа струйкой пошла кровь. — Ну всё, господа, поиграли и хватит. — Учёный одним рукавом вытер кровь. — Теперь я настроен серьёзно и не оставлю на вас живого места. — В руках заискрил зелёный огонь. — Это всё, на что вы способны? Удар был всё же слабоват, я жду, когда вы ударите сильнее. — Ты так насмехаешься над нами? — Мужчина побежал в его сторону и приготовился нанести удар. — Тогда ты сейчас получишь у нас! — Как только кулак оказался на месте, то перед собой никого не увидел. Он сначала растерялся и развернулся назад, чтобы разглядеть, куда мог подеваться его оппонент. Сзади его уже поджидал кулак, окрашенный в зеленый огонь. Когда этот удар был нанесён, мужчина почувствовал, будто его приложили к раскалённому утюгу.       Мужчина заорал от жгучей боли, на месте удара было красное покраснение. Мужчина сразу же оказался на земле от такого шока. Только его не оставили в покое, одна из рук ученого взяла его за воротник и подтащила вверх. В потемневшем взгляде он увидел, как ещё один удар летел прямо в нос. После этого он не выдержал и потерял сознание. Учёный откинул обмякшее тело в сторону, будто это был очередной мешок с мусором. — А ты, муженёк, не хочешь пойти за своим дружком следом? — Тот отошёл на шаг назад, будто ему это и не нужно. Только взгляд, который он кинул на своего «коллегу», был больно потрескавшимся. — Ну да-да, тебе же надо будет как-то родной жёнушке объяснить, как это ты пришёл весь в ранах и ссадинах. Поэтому ты так осторожничаешь и не выкладываешься на максимум? Хотя, признаться честно, из тебя и правда вышел бы неплохой боец, но ты сдерживаешься, и работа тебя не сильно волнует. Так что же ты тут забыл? — Эй, парень, ты побереги свои слова для кого-то другого и дай нам уйти. — Он спрятал руки за спиной. Джон быстро пересёк расстояние и вытащил из кармана пистолет. — Ой-ой-ой, как же так, думаешь, я настолько тупой? — Парень в красном шарфе покрутил пистолет в руке и, усмехнувшись, подошёл к мужчине, что валялся на полу. — Ты знаешь, сначала я подумал, что, возможно, тебя вообще не волнует происходящее, и, будь ты чуть умнее, сбежал бы и сообщил своему боссу, что у вас появилась помеха в виде меня. Но твоё поведение не соответствует твоим действиям. — Заткнись, я не хочу слушать бредни сумасшедшего! — Ты больно переживаешь за этого увальня! И кто же этот бесполезный кусок дерьма? Друг детства? Тот, кто тебя спас, и ты обязан ему жизнью? А может, ты врёшь своей жёнушке, и это твой любовничек? — JDH на это хихикнул. Тот, в свою очередь, скривил лицо. — Что же ты, я не осуждаю. Просто мне неприятно, когда чужие угрожают моей семье. — Мужчина зажал кулаки от злости, но потом, будто успокоившись, ответил ему. — Брат мой. Отпусти его, и мы уйдём. — О, так с тобой мне будет разговаривать даже легче. Ответь на мои вопросы, и вы с братиком, возможно, спокойно свалите отсюда. — Он приложил пистолет к виску бессознательного мужчины. — Как звать тебя и этот мусор? — Я Джек, а брат мой Михей. — Мужчина опустил взгляд и не смотрел на него. — Хорошо, «Джек», так и быть, поверю тебе. Кто вас послал и зачем? — Тот помялся и не особо хотел отвечать, но, как услышал звук предохранителя, быстро поднял свой взор. — Это мистер Джонсон, у него есть должок от «Схзщ Рсфлхзов Пгфнл». Все его друзья говорили, что он проживает здесь. — Джон сразу заприметил имя отца и даже был слегка удивлён. Учёный знал о долге, но, если быть честным, он надеялся, что его родственничек уже сгнил где-то в канаве. — Боюсь разочаровать вас, но он здесь не появлялся дома уже очень давно. Мне кажется, что вы наведываетесь уже не впервые, так какого вы продолжаете являться сюда? Да и мистер Джонсон не больно староват, чтобы помнить о своём давнем «друге»? — Харрис припоминал походы в ту обитель, и где многие взрослые для него люди на тот момент часто припоминали это имя.       Тогда маленький Джон не придавал этому внимания, но однажды, когда отец был не очень внимателен, то увидел перед собой статного пожилого мужчину. Сначала тот посмотрел на него с каким-то осуждением, а когда от испуга Джон опустил голову, чтобы не смотреть на страшного дядю, то почувствовал, как большая рука погладила его по голове. В тот момент Джон не понимал, почему люди вокруг него либо боялись его, либо пытались завоевать авторитет. Но повзрослевший подросток через время понял, что его отец занимается нелегальщиной. — Вы, наверное, говорите про Саймона? Он уже давно не занимается бизнесом, сейчас на его месте сидит сын — Лоренс. — Хорошо, что должен был мой отец? — Джек удивлённо посмотрел на него, кажется, он готов был упасть. — Вы Лололошка? — Нет, это не моё имя. Зови меня Джон Дейви Харрис. — Мужчина кивнул, не подавая виду, что готов убежать от него. — Ну, так что, что старик вам пообещал? Золотые горы денег? А может, детишек, что готовы будут работать на него? — Джек замер на месте, после чего кашлянул и сказал: — Вашу сестру. — Джон не понял, к чему он это сказал. Поэтому сжал пальцы на Михее, из-за чего тот застонал от боли. — Ваш отец поспорил с молодым господином, что он сможет привести восходящего ученого этого века в «его команду», так как у него очень талантливый сын. Мистер Джонсон пожелал в случае проигрыша вашу сестру. Кхм… Как мы поняли, ему очень понравилась эта миловидная мадам.       Джон готов был разорвать этому чудику горло за эти странные предложения. Такой мусор не имел какого-либо права смотреть на его сестру и делать комплименты. Кажется, по его лицу парень сразу понял, что ему не понравилось сказанное. — Это наша работа, ничего личного. — Джек, теперь слушай очень внимательно, а не то я не только твоего братишку размажу по стене, но и твоя любимая жёнушка окажется на кладбище. — Тот быстро закивал и даже, кажется, не дышал. — Пусть мистер Джонсон ждёт встречи со мной, раз он хотел великого учёного, он его получит, я сам приду к нему на выходных. — Джон потащил Михея за воротник и вручил того его брату. — Пусть даже не смотрит на МОЮ Сашу. Прекрасно знаю, чем это заканчивается для молодых женщин. — Джон отошёл от него.       Мужчина ничего не сказал. Он взял под плечо своего близкого человека и ушёл прочь. Что-то внутри Джона заело тревогой, но он предпочёл проигнорировать это и пошёл к сестре, пытаясь хоть немного её разговорить. Та сначала сопротивлялась его вопросам, как будто боялась, что брат будет ругаться. Причём она даже не лгала ему, а просто игнорировала его.       Когда она услышала, что её брат собрался сам пойти к ним, то была очень недовольна и начала злиться на него. Она обвинила его в том, что он безрассуден, раз собирается лезть туда один без чьей-либо помощи. Она не могла понять, почему он лез в это дело, раз он никогда не хотел помочь отцу. — Я всегда в других мирах справлялся один и всегда выходил победителем, п-ф-ф, мне даже не приходилось кого-то убивать. Так что я прошу тебя, помоги мне и ответь на вопросы, раз ты так боишься, что я не вернусь оттуда. — Джон редко когда-либо ругался с сестрой, он всегда спокойным голосом или обиженным сарказмом мог с ней общаться, если у них затевался спор на эмоциях. Саша же, наоборот, в жизни была больно дружелюбная и с пациентами в больнице никогда не ругалась, но, если дело доходило до братца, то у неё выходили все накопившиеся эмоции. — Ну да, всегда же можно просто сбежать в другой мир! Неважно, что там происходит с родными? Ты никогда не думал, что я переживаю за тебя, пока ты где-то там веселишься?! Я каждый день вкалываю, чтобы хоть немного сделать свой день лучше. Каждый день я думаю: «Надеюсь, отец не умер где-то на дне или под землёй, надеюсь, мой старший брат всего-то сидит с бумагами и изучает какую-то новую для него теорию». Знаешь, как мне это надоело?! — Она сложила руки замком, будто непробиваемая стена. Джон отразил её же позу и встал напротив неё. Они долго смотрели друг другу в глаза, пока младшая не сдалась и не продолжила. — Ну так, день за днём, пока через какое-то время к нам в больницу не поступил красивый мужчина. Он сразу показался мне обольстительным и всегда был так вежлив. — У неё на щеках появился небольшой румянец. — В общем, мы друг другу понравились. После его выписки из больницы он сразу же предложил пойти с ним на свидание. Там одно за другим… — К чему ты сейчас это рассказываешь? Я, конечно, рад, что у тебя появился человек, который о тебе заботится, только что-то я не вижу его защищающим тебя от всякого сброда. — Этот молодой человек подсылает ко мне всякий сброд, чтобы я к нему пришла. — Она села на стул рядом со стулом и с расстроенным лицом облокотилась на спинку стула. — Что? — Нет, Джон сразу услышал. Сразу догадался, к чему вела его сестра. Он просто не мог поверить, что его младшая сестра встречалась с каким-то мафиози. — Я далеко не сразу поняла, чем он промышляет! А ведь стоило поинтересоваться, раз уж облюбовал одну из наших VIP-палат. Как только до меня дошло, чем этот обворожительный безумец занимается, я тут же оборвала все концы, — она отвела взгляд, и в нём мелькнула тень. — Вот только теперь он жаждет моего внимания, а меня сковывает ледяной ужас. — Ты хоть пыталась сказать «нет»? — Ты за кого меня принимаешь?! Ты же знаешь, что такие придурки будут добиваться тебя, будто ты какая-то неприступная дама. — Джон выдохнул, будто у него начало заканчиваться терпение за эту ночь. — Я говорила ему… — А тот не послушал тебя, не так ли?

***

      Как бы его сестра ни ругалась на него, он сам скажет «нет» столько раз, сколько это нужно. Джон понимал, что некоторые люди не такие гении, как он, и им нужно объяснять по несколько раз, а желательно так, чтобы индивиды ещё и запомнили, что он говорит.       Поздней субботой он явился в подпольное место, в котором не был очень давно. Тут многое поменялось, но картины на стенах остались прежними. Рамки от них, правда, уже исцарапались со временем. Джона иногда поражало, насколько же правоохранительным органам было наплевать на этот противозаконный уголок. Хотя проблема всегда решалась очень простым способом — деньгами. Учёному даже стало любопытно, сколько же главный паренёк этого места отдаёт на лапу дядям в форме.       Когда его увидел один из вышибал, то быстренько подошёл к нему и попросил пройти за ним. Джон улыбнулся и спрятал руки в карманы. Он ухватился за пистолет, который носил тот паренёк, Джек. В нём были заряжены пули, которые он сам же и создал с помощью пустотной магии.       Они подошли к двери, за которой сидел парень и рылся в бумагах. Джону аж тошно стало: тот сидел в очках, облокотившись о спинку кресла, нога была закинута на ногу. В кабинете имелся камин, в котором горел небольшой костёр, иногда был слышен тихий треск. В руках господина был стакан с каким-то алкоголем. «Как же это банально смотрится», — подумал Джон. — «Какие же они все, мафиози, одинаковые». — Мистер Джонсон, мы привели к вам мистера Харриса. — Мужчина сначала даже не поднял взгляда. Только через секунд десять он посмотрел на него. — Эх, не верил я в вашего отца, мистер Харрис. Всё же этот негодяй только и умеет врать. — Он показал на стул перед собой. Джон не ответил и сел перед ним. — Я уже знаю, зачем вы пришли. Но единственное, что меня сможет остановить — это наше сотрудничество. — Прошу прощения, мистер Джонсон, с чего вы решили, что мне от вас нужно сотрудничество? — Джон внимательно смотрел на мужчину перед собой. — Я могу даже деньги отдать вам, всё украденное отцом, если вы изволите, но ни я, ни моя сестра не хотим с вами иметь дел. — Ах… Ваша сестра, м-м-м, такая конфетка. Вспоминаю вечера около залива за городом, где мой отец с его людьми выкидывали тёмные мешки в воду, а в это время был красивый закат. Тогда мой отец нашёл у себя в кармане карамельку и дал мне, чтобы я не ныл, а то кто-нибудь мог нас и заметить из-за шума. — Мужчина поставил стакан на стол, после чего продолжил. — Сашенька, такой же красивый закат, а характер — больно сладкой карамели. — Только вот, сестрица не особо вдохновлена вашей рабочей романтикой, — парень пожал плечами. — Да и я, если честно, не вдохновлён быть вашей собачкой. Как бы выражаясь на вашем языке, я больше одинокий волк и мне не хочется привязывать себя на поводок. — Понимаю вас, Джон. Родные семейные узы и ваши страхи не хотят отпускать сестру, — мужчина встал с места и подошёл к костру. — Боитесь, что она закончит как ваша мать? — Учёный перестал улыбаться, но больше лицом не подавал вида, что его это как-то затронуло. Всё равно мужчина перед ним не смотрел на него. — Знаете, я сначала был не готов отпустить кого-то из вас. Ваш отец — это не то что пожизненный должник, он всю мою жизнь был помехой для нашей семьи, но как так вышло, что его дети такие особенные по своей натуре? Одна — симпатичная красавица, а другой — гений нашего времени. Таких детей нужно любить и уважать. Насчёт вашей любви к свободе… Я наслышан о вашей врождённой особенности «путешествовать», но это для меня только плюс. — Мужчина развернулся и подошёл ближе к нему. — Джон, я готов стать вашей опорой во всех экспериментах, что вы захотите проводить, будь это ваши личные хотелки или даже опыты над людьми.       Джон хотел было возразить, но его перебили. — Не притворяйтесь святым, я прекрасно знаю, как деньги и возвышение над людьми извращают. Вы никогда не хотели углубиться в то, что изучаете? Тем более я ненароком слышал, что на сегодняшний день вы изучаете себе подобных? Люди или даже не люди, которые могут бегать по мирам и оставаться безнаказанными, что за нечестная способность, не находите? — Говорит мне глава мафии, — усмехнулся ученый. — Вы сейчас серьезно? — Ну да, наверное, иронично это слышать от меня? Но, если быть честным, некоторые прохвосты стали мне часто попадаться и убегать до того, как я успеваю их поймать. Неприятный для меня момент. — Мужчины скривил лицо и отошёл от него в сторону камина. — Так у вас есть на меня планы, чтобы я помог вам приструнить несколько воришек? А за это в обмен бескорыстная помощь в финансировании моих хотелок? Что-то слишком легко? Не-а, не верю. — Джон встал с места и хотел было уходить. — Извините, господа, но я больно не люблю тратить своё время. Я пришлю вам сумму долгов, что оставил мой дорогой отец. Не смейте приближаться к нам с сестрой, а иначе я разнесу вас на щепки. — Он поправил очки и ухмыльнулся. Как только он оказался у выхода, то ему проход закрыли два здоровяка. Джон вздохнул и просто прикрыл лицо рукой. — Вы, наверное, не поняли, мистер Харрис… — Нет-нет-нет, всё, что я сейчас понимаю, это то, что превращается в какой-то типичный сюжетный ход. Сейчас вы скажете, что я не имею мнения на этот счёт и я был просто обязан выбрать в вашу пользу, а я скажу, что вы слишком глупы для своего блага, — Джон склонил голову в сторону. — После чего вы прикажете своим громилам поймать и попытаетесь убить. Вы, наверное, рассчитываете, что меня так просто оставите у себя в плену и каким-то способом заставите делать то, что вы хотите. Ах да, и как можно забыть, что вы люди не особо благородных кровей и, скорее всего, начнёте угрожать моей сестре, которая в ужасе побежит к вам, так как она переживает за меня.       Мужчина хмыкнул и раздражённым голосом сказал: — Можете убить. Слишком надоедливая дворняга. — На него напали все разом, но Джон лишь достал пистолет, быстро расстреляв самых крупных мужиков. Как только он развернулся, то увидел, как на него были направлены два пистолета. Только в следующий момент он стоял около мистера Джонсона и приставил к его шее пистолет. — Ну да, только двинетесь, и я прострелю вашего любимого босса. — Мужчины перед ним опустили свои пистолеты. Джон хотел было уходить, но мужчина, которого крепко держали за шею, взял и резко рассмеялся. — Знаете, вы, наверное, первый, кто смог близко подобраться ко мне. Я в вас не ошибся, вы и правда сильны не только как ученый, но ещё и прекрасный боец. Казалось бы, только идиот пойдёт один в логово злодея, но вы, видимо, так уверены в себе и в своих силах. Жаль, правда, что всё не в вашу пользу сегодня. — Джон игнорировал его и смотрел по сторонам.       Как только он вышел из помещения через чёрный ход, увидел с одной стороны мусорный бак, а с другой — выход в город. Джон быстро развернул мужчину в сторону города и хотел было заставить того сесть в его машину. А мужчина впереди всё хихикал как ребёнок. Учёный не понимал, к чему это всё, пока не услышал тихий «Бам!». Он сразу развернулся и посмотрел назад: в него уже летела пуля. У него даже не успела пролететь мысль о ней, как он почувствовал в плече сильную шокирующую боль.       Если бы Джон не развернулся, то пуля прилетела бы прямо в грудную клетку. В ушах стало звенеть, и он даже не услышал свой вскрик. От боли он упал на колени, а разум начал мутнеть. Но ощущал резкий упадок сил, да такой, что будто его высушили изнутри. Когда парень мог хоть немного сосредоточить взгляд, то увидел, как вокруг образовывались частицы искры. Ухом он смог услышать. — Джеки, молодец. Правда, я думал, что будет прямо в его башку, но зато я могу поговорить с этой собачонкой. — Мужчина присел перед ним на корточки и взял его за подбородок. — Сейчас тебе, наверное, интересно, как это «моя искра не работает»? Было бы вовремя сейчас свалить куда-нибудь, где тебя, например, подлатают? Твой отец упомянул, что ты всегда быстро сваливаешь, когда дело пахнет керосином. — Мужчина надавил на его простреленное плечо, раздался крик, изо рта начала идти кровь. Вокруг ученого появилось еще больше частичек света. — Обычно на вас, мироходцах, всё заживает, как на собаке. Так что, возможно, если бы обычная пуля задела тебя, то ты быстро смог бы прийти в себя, оказавшись в другом мире. — Вытащив свой пистолет из кармана, он вытащил барабан и достал патрон. — Удивительно, но недавно наш один поставщик рассказал о новом оружии против мироходцев. Мало кто ещё знает, что это за штучка, но кто-то из мироходцев-бандюков называет его антискинтом. Говорят, что он буквально высасывает у вас силы и не дает нормально использовать вашу особенность. — Мужчина встал с места и взял тряпку вытереть руки, что ему предоставили его люди, которые успели подбежать к ним. — Что нам делать с ним, мистер Джонсон? — Мужчина поднял руку, чтобы все вокруг замолчали. — Мистер Харрис, я сначала и правда хотел вас оставить, минимум как подопытную зверушку, но вы создадите мне только одни проблемы. Так что прошу прощения и прощайте. — Дуло пистолета оказалось у лба. В этот момент Джон и правда сильно запаниковал и резко протрезвел. Его зрачки сузились, и он стал отчётливо слышать, как стучит его сердце, только было не понятно, это от страха или от потери крови.       Вокруг мироходца стало очень много света, даже стоящий перед ним мужчина прикрыл лицо от такого яркого сияния. А Джон почувствовал, как его мысли разнятся и скачут из одной степи в другую. Он пытался понять, как ему выбраться из этой ситуации, и с этим почему-то вспомнил о своей сестрице, которая могла оказаться в потенциальной опасности. Он знал, что его сестра достаточно быстро бы подлатала его, и её нежное беспокойное «Джонни» не бесило, а лишь наоборот, дарило тепло. «Так, стоп, какое тепло? Я умираю, только полный холод и хладнокровие в голове!»       В следующий момент он чувствует такую резкую слабость, что не выдерживает и падает в обморок куда-то вбок. Без сознания он даже не понял, что лежал в холодном снегу возле какого-то дуба, а на лице была маска, разукрашенная красно-рыжими узорами.       Через пару мгновений она пропадает.

***

А-авария

      Он просыпается с дискомфортом в плече и головной болью. Ощущение, что он не чувствует своих конечностей. Он был накрыт каким-то тоненьким одеялом, которое не особо и грело. Парень был почти весь без одежды, только нижнее бельё на нём оставили. Веки не хотели открываться, настолько у него было мало сил. Ему понадобилась вся воля, чтобы приоткрыть хотя бы один глаз. Он без очков, и парень сразу это подметил. Сверху он видит деревянный потолок, в щелях которого было сено. Парень понимал, что не сможет встать в ближайшее время. Да и мысли его плыли и не могли прийти в какую-то адекватную колею. Он решил прикрыть глаз и ещё отдохнуть. Всё, что он мог точно сказать, это то, что его не убьют в ближайшее время. Да и если убьют, он не сможет что-то сделать. Остаётся лишь надеяться, что судьба окажется к нему более благосклонной. Через некоторое время он услышал какой-то шум и разговоры. После чего громкий вопрос, который мог обеспокоить его, если бы он мог говорить. — Мия, ты зачем притащила какого-то оборванца в наш дом?! — взрослый женский голос разнёсся по дому. — Но, сестрица, я его нашла неподалёку от нашего дома, и он валялся в снегу. Он бы умер, если бы я не притащила его в дом! Я сделала всё, чему ты успела меня научить, и постаралась его согреть, — второй голос был более писклявым, намекая, что это детский голос. Дальше она стала перечислять все действия, которые она успела сделать, пока не упомянула одну деталь: — А ещё у дяди что-то явно есть в плече, но я не знаю, что это такое.       Послышались быстрые шаги в его сторону. Девушка приспустила одеяло с него и, видимо, ахнула от увиденного. — Чёрт возьми! Мия, тащи сюда таз с холодной водой и тряпками! А ещё мне нужны те щипцы из моей специальной военной аптечки! — началась быстрая беготня небольшими ножками туда-сюда. Звук двигающейся мебели отчётливо отдавался скрипом об деревянный пол. — Мия, пихни ему в рот тряпку, а то он ещё язык прикусит себе, и попробуй удержать на месте. — Как? Он же снесёт меня, такую маленькую! — М-м-м, попробуй привяжи его здоровую руку и ногу. Помнишь, я тебя недавно научила вязать узлы на ветках деревьев? Время опробовать! — Джон почувствовал, что его чем-то крепко привязывали, в рот пихнули тряпку, от привкуса которой хотелось стошнить. Тут бы он пошутил, что не подписывался на БДСМ сессию, но рот ему заткнули самым действенным способом, да и сил не было от слова совсем. На всё, что его сейчас хватало, это подслушивать разговоры и действия со стороны.       На фоне в это же время шумела вода, скорее всего взрослая дама пыталась промыть свои руки, чтобы было подобие какой-то чистоты. Парень уже догадывался, к чему всё идёт, поэтому надеялся хоть на какие-нибудь новенькие стерильные перчатки. А то ещё инфекцию какую-нибудь занесут, чего бы не хотелось. Надежд было мало, так что ему уже не по себе стало от этой новости. Да и ещё все действия говорили, что, скорее всего, пулю будут вытаскивать наживую.       Джону приходилось раньше вытаскивать предметы из живых существ или даже мёртвых, он прекрасно знал, что те, кто выживал, ходили с болью ещё долгое время. Также у Джона руки были набиты на всякие небольшие операции. Он сильно-сильно сомневался, что какая-то деревенская девчушка сможет сделать аккуратно. Так что он на каком-то подсознательном уровне сожмурил глаза в ожидании. — А ну перестань! Заявился из ниоткуда, так ещё прекрасно понимает, что его ждёт! — Джон хотел возразить на такой упрёк — «Грубость у постели больного», но не успел опомниться, так как почувствовал холодный металл в том месте, где была рана. Все его мысли резко остановились, в следующий момент он почувствовал агонию.       Всё тело будто перестало его слушаться, силу его искры мотало из стороны в сторону, то он чувствовал себя на грани потери сил, то она резко восполнялась небольшими порциями. У него резко распахнулись глаза, и он пытался привстать, но ничего не вышло, на его здоровую руку давила младшая девочка. Его больную тоже держали крепко, он повернул голову и увидел щипцы, что вытаскивали из его тела инородный предмет, из раны выходили искорки.       Джону показалось, что это длилось уже несколько суток, только вот не прошло и двадцати секунд, как пуля вышла из того места. Всё это время он кричал так сильно, что кажется, кто-то его тут убивал, весь «кляп» покрылся его слюнями и соплями, из-за слёз, что выходили безостановочно. Он не помнил, чтобы когда-либо испытывал такую физическую боль. Он мог в своей жизни пару раз получить по лицу, да и кажется, он случайно получил перелом локтевой кости, так как он однажды упал с высокого холма, когда сражался с какими-то орками, но сейчас эту боль не передать. Ранения, которые касались его искры, вот это было впервые.       После всей «операции» на месте раны активно полилась струйка крови по руке. Уши будто заглушило, и всё казалось, отдавалось эхом, звук кинутого металлического предмета в тазик отдавался таким грохотом, что Джон сначала закрыл глаза от неприязни. Но как только что-то холодное приложили к его ране, он застонал от боли, и его глаза вновь открылись. — Ну всё-всё, чего вы? Всё уже прошло, дяденька! Сейчас отдыхайте, а мы с сестрёнкой приготовим вкусный-вкусный бульон! — Старшая шикнула на младшую, чтобы та говорила тише. Она кивнула и отпустила его руку, что держала в своей крепкой хватке. Рука упала на твёрдую поверхность, на которой он лежал. — Извини, сестрица… Просто…       Дальше Джон уже ничего не слышал, так как вырубился от слабости.

***

      Где-то в глубине себя он ходил по тёмным коридорам и не мог оттуда выбраться. Когда он откроет глаза, то сначала не поймёт, где он находится, так как вокруг него было очень темно. Он попытался вскочить с места из-за паники, но боль в плече не дала этого сделать. Он попытался сдержать громкий стон, но всё же не выдержал тихого хмыкания. В мгновение он вспомнил, что произошло, когда он в последний раз был в сознании. Он оборачивался по сторонам, пока не заметил в конце комнаты спящую девочку, а рядом с ней сидела девушка постарше. — Не дёргайся, — сказала девушка шёпотом, привстала и взяла какой-то бутылёк с водой. Приблизившись к нему, она присела на табуретку. Взяла одной рукой его за затылок, другой же поднесла ко рту бутылёк. — Пей. — Джон начал пить небольшими глотками. — Не быстро. — Знаю, — прохрипел учёный. Он продолжал пить, но после закашлялся, так как больше не мог пить, а вода всё ещё лилась в него. Девушка нахмурилась и отвела от парня бутылёк. — Знает он, ага. — Девушка отошла от него и пошла к своей сестре. Она улеглась обратно и закрыла глаза.       Джон вздохнул. Ему правда надо поспать и восстановить силы. Он почувствовал себя намного лучше. Голова не болела, как это было в первый раз, когда он пришёл в себя. Плечо всё ещё сильно ныло, из-за чего он старался почти не шевелиться. Насчёт плеча, Джон впервые столкнулся с такой штукой, которая так могла повредить искре. Получается, для органа, которому было всё нипочём, нашли яд? Как там назвал его тот мафиозник? Антискинт? Да, именно так. Почему его нельзя было назвать скинтит? Эта штука буквально начинает причинять вред определённому органу в организме мироходца? Откуда эта штука взялась? Получается, какой-то мироходец случайно оказался рядом с такой штукой и провёл около неё долгое время, после чего стал замечать ослабление своих сил?        «Интересно: если поранить физически мироходца, то антискинт станет действовать более губительно? Или же антискинт губителен, даже когда существо без каких-либо повреждений?» — Эта какая-то новая штука, которую Джону хочется изучить.       Хочется надеяться, что те две девицы не выбросили пулю. Он понимает, что в ближайшее время не сможет приблизиться к этой штуке, пока не начнёт выздоравливать и хоть как-то использовать свои силы мироходца. Кстати, о силах. Ответить бы себе на вопрос, а когда он сможет попасть обратно в родной мир? У него не хватает сил встать с «кровати», а о перемещении и речи быть не может. Единственное, что его немного волновало сейчас, так это его родная сестра.       Всё же она осталась там, где кто-то навряд ли сможет ей помочь. Хотелось бы Джону, чтобы она также смогла убежать от опасности, даже если ей было бы так же больно, как и ему сейчас. Зато он сейчас остался жив. Но тут ему немного повезло, что его вообще кто-то нашёл среди белого пейзажа. Его даже подлатали. Да, не самым гуманным способом, но всё же это лучше, чем если бы он умер в снегу, истекая кровью.       Слишком много мыслей, от которых начала пульсировать голова, видимо, своими же мыслями довёл до такого состояния. Он попробовал снова отдохнуть. Последнее, о чём подумал парень, прежде чем собственное сознание усыпило его, это: как искра подстроилась под его желание оказаться рядом с сестрой, а также про его мысли про холод и хладнокровный разум. Сёстры, живущие в деревянном доме, а также температура ниже нуля на улице…

***

      Следующее пробуждение было неприятным из-за того, что девочка по имени Мия начала его будить. Нет, она не орала на весь дом, но то, как она делала какие-то дела по дому, было очень-очень громким. Он открыл глаза и посмотрел на девочку, что стояла рядом с ним. Точнее, она стояла спиной к нему, но сама находилась около печи и, видимо, готовила поесть.       Учёный оценил свои силы и решил попробовать привстать. Он оперся на здоровую руку, но всё ещё почувствовал боль, ту самую, ослепляющую и режущую. Всё же он зашипел, как бы ни старался этого не делать. Джон решил, что, скорее всего, ему нужно зафиксировать руку, а иначе всё это заживёт неправильно и будет болеть постоянно.       Мия повернулась к нему, услышав посторонний шум. У неё мигом расширились глаза от удивления. — Дяденька! Извините, я, наверное, слишком шумела! — Она подбежала к своему спальному месту и взяла оттуда подушки. — Пожалуйста, не вставайте! — Сзади него она положила те подушки и помогла снова ему прилечь на них. Только на этот раз он был в полусидячем состоянии. — Вам ещё нельзя, от этого вам может поплохеть! — Не переживай, дитя, я не такой слабый, как ты думаешь. Да, немного больно, до свадьбы заживёт, — у неё как-то странно перекосило лицо, от чего Джон понял, что, скорее всего, мелкая ничего не поняла. — Ам, вообще не переживай, я многое на своём веку повидал, поэтому быстро приду в себя. — Но всё равно, больше отдыха способствует быстрому выздоровлению! — Она встала с места и снова повернулась к печи. — Так мне говорит Кая. А она самый умный человек, которого я знаю. — Она взяла щипцы и поддела ими котелок, стоящий в огне, только своими маленькими ручонками она еле-еле поднимала тяжелый груз, но, поставив его на стол, она бросила металлические щипцы куда-то подальше на пол.       Кая, скорее всего, была старшая девушка, живущая в этом доме. Девочка взяла небольшую миску и туда налила половником небольшое количество жидкости. Она подошла к нему и протянула ему. — Вы, наверное, голодны, дяденька! Пожалуйста, возьмите! — Джон аккуратно взял одной рукой миску и поднёс к устам. Это был бульон, и запах был какой-то грибной? Он решил попробовать, и это не было настолько плохо, как он думал, либо же из-за слабости организма он был голоден и ему нужно восполнить калории. — М-м-м, грибная похлёбка, — девочка налила себе и села рядом с ним. Ела она тихо и почти не издавала шума, что было удивительно, но он не жаловался. Тишина была благосклонна сейчас для мироходца. Единственный шум был от костра в печи. После того как они поели, она забрала у него тарелку. Смотря на эту девочку, он невольно начинал думать о своей сестре. «Саша, что ты должна сказать дяде за угощение?» — спросила их мать в детстве, когда они однажды гуляли по парку, где проходила ярмарка, и детям раздавали конфеты. Маленькая сестрёнка только начала ходить в детский сад, и она радовалась всему подряд. Какой-то дядя в смешном костюме подошёл к Саше и показал фокус, будто леденец из её уха вытащил. «Спасибо, дядя!» — девочка громко хохотала, мама улыбнулась и кивнула, даже маленький Джон тогда невольно улыбнулся. — Спасибо тебе, — он откинул голову назад. Девочка всполоснула в ведре миски и оставила, чтобы они высохли. — Я рада, что вам понравилось! Я сама эти грибы собирала! А ещё… — Она на мгновение затихла, будто хотела спросить что-то, но забыла из-за какой-то детали, что вспыхнуло в её сознании. — Дядя, я так и не спросила, а как вас звать? Мы никогда с сестрой не видели вас в нашей деревне. — Джон… Джон Дейви Харрис. — Ого… У вас такое длинное имя Джо-Джо. — Учёный даже смутился такой каверкости своего имени и пару раз кашлянул. — Знаешь, малышка, можно просто Джон. — Она утвердительно кивнула. — Я Мия и я совсем уже не ребёнок!

***

      Единственные люди, которые могли переболтать самого учёного, — это дети. Если дети были хорошими, то их и обижать не хотелось. Если другие взрослые люди могли быть глупыми, и это была только их вина, дети же могли быть немного наивными и глупыми, так как у них ещё всё впереди. Поэтому учёный не перебивал девочку, которая решила рассказать о всей своей несчастной жизни: что они жили на деньги сестры, которые платили некоторые жители за медицинскую помощь, что она могла им оказать.       Мия рассказала, наверное, о каждом человеке, который жил в их деревне: о тех, кого она любила, и о тех, кого не очень. Харрис изредка угукал, а сам пытался подумать, что же ему делать. Иногда девочка задавала ему вопросы, и он отвечал коротко. Мия хмурилась на него, будто ему совсем не интересно. Это было недалеко от правды.       Лишь под вечер стихла и хотела ему помочь осмотреть руку, но Джон отказался от её помощи. — Я что тебе сказала, Мия?! Не трогай открытые раны грязными руками, от этого они начинают гнить и больше болеть, — женщина появилась в доме и начала раздеваться. Её шуба была чуть ли не больше младшей девочки в два раза. — Посмотрите, кто же пришёл в себя. — В её взгляде не было ни капли радости. — Надеюсь, то, что ты тут оказался, не явится опасностью. — Я явно не смогу лично причинить вам вред, мне даже не встать нормально с места. Хотя ладно, мне часто говорят, что я морально могу довести до белого каления. Да и могу заверить: как только приду в себя, то покину вашу обитель, — женщина попросила сестру принести воды из колодца. А сама в это время вытащила какие-то книги из сумки и разложила на столе. Взяв небольшой светильник в руки и небольшую деревяшку, она зажгла её и поставила на стол. Она с ним не разговаривала.       Она что-то увлечённо читала и совсем не обращала внимание на окружение. Изредка она брала перо и что-то писала в другой книге. — Ты не боишься, что твоя сестра в колодец свалится? — Мия достаточно взрослая девочка и может уже многое, в отличие от её ровесников, можете не беспокоиться. — Она даже не взглянула на него. Но зато Джон мог её рассмотреть.       На самом деле они с сестрой были очень и очень похожи. Цвет глаз и форма носа были одинаковы, но вот форма бровей и цвет волос у них отличалась. Если у маленькой были темные глаза и волосы, то у старшей только глаза. Старшая была со светло-русыми волосами. Маленькая ходила с косой, а у старшей волосы были завязаны в небрежный хвост. В один момент старшая закрывает книгу и резко поворачивается к нему. — Чего смотрите? Если вам заняться нечем, то меня пилить взглядом не обязательно! — Чего это мы такие грубые, мне казалось, даме будет приятно, когда на неё смотрит джентльмен? — Джон посмотрел ей прямо в глаза, которые уставились на него со всей неприязнью. — Тем более мне нужно что-то, чтобы закрепить руку, а то она нормально не заживёт. — Если вы не знаете, то пялиться тоже неприлично, и отмазываться, что вы проявляете внимание к даме — это полный бред. — В следующее мгновение в доме появляется младшая девочка и ставит ведро на пол. Она радостно заявила о своём присутствии. — Спасибо, Мия. — Подойдя к девочке, старшая потрепала её за волосы, после чего младшая сняла с себя шубу. Кая отлила какое-то количество в отдельную кастрюлю и поставила на огонь. — Прежде чем закрепить руку, я хочу почистить рану и перевязать её. Иначе есть шанс, что рука просто покроется инфекцией. — Ого, не знал, что вы что-то знаете об этом. — Девушка прищурилась и хотела сказать что-то язвительное, но её за руку потянула младшая и предложила приготовить поесть. Та выдохнула и согласилась. Когда вода на огне разогрелась, девушка вытащила её оттуда. Размешав с холодной, она начала намывать руки. — Фу, даже сейчас руки без самого банального мыла мыть бесполезно, они останутся такими же грязными. — Купите мне это мыло, барин, и тогда уж сделаю всё по вашему велению. — Она продолжала намывать руки. После чего полезла в сумку и оттуда достала бутыль, а из небольшого ящика достала небольшие платки. Подойдя поближе к ученому, она села рядом с ним. Открыв бутыль, в нос ударил запах спирта. «Ну хоть они знают, что такое антисептика».       Она сначала обработала свои руки, после чего полила его импровизированную повязку. Видимо, чтобы размочить её, а то отрывать будет очень неприятно. Через секунд десять она открывала повязку. Джон зашипел, но Кая даже не вздрогнула. — Ну хоть чуть аккуратнее можно это делать? — Вторая кисть стиснула одеяло и держала очень крепко. — Я кто, твоя мама или девушка, чтобы быть аккуратной? — Она закончила со старой повязкой, после чего взяла платок и намотала его на пинцет. Всё это она размочила спиртом. — Да что мы с вами «ты» да «вы», хочу всё же узнать, как зовут моего пациента? — Она странно ему улыбнулась, будто что-то знала. Учёный усмехнулся её словам про пациента, поэтому, не стесняясь, назвался. — Джон ДЕЕЕйви… — Не успел парень договорить, как девушка пинцет с обмоченным платком просунула прямо в рану. — Харрис. — Фамилию он уже сказал тихо-тихо. Эта женщина быстро его развела, а он с радостью повёлся. В глазах стала влага, но он сдерживался. — Вы что, граф какой-то? — Он хотел что-то ответить, но девушка начала прокручивать пинцет, из-за чего парень громко застонал, и даже в глазах потемнело. — Я учёный… — Ясно, значит, приехали из столицы. — Она резким движением вытащила платок, обработала его в холодной воде, после чего намотала ещё один платочек и намочила спиртом. — Столицы? — Учёные сюда не ездят, только если, изначально не из мира аристократии, проезжают мимо. Так что я вас спрашиваю, а вы мне очень правдиво отвечаете. — Она начала обрабатывать рану вокруг. — Откуда вы и почему были подстрелены? Стоит ли мне ожидать гостей на пороге дома? — Меня подстрелили не очень приятные люди, которые угрожали моей семье. — Спирт на ране ощущался как горючее. — Но я вас уверяю, они от рождения не способны будут вас найти. — Когда девушка начала перевязывать руку, учёный сидел неподвижно. — Мало в это верю, Харрис. Знай, что я ненавижу две вещи в этом мире, и одна из них — это враньё. — Девушка продолжала крепко привязывать руку к туловищу, чтобы не было возможности ею пошевелить лишний раз. — Во-первых, я придерживаюсь правила никогда не лгать людям, во-вторых, называть человека чисто по фамилии некрасиво, когда у него есть полное имя. — Девушка закатила глаза. — В-третьих, вы не находили мои очки с красной оправой? А то этот мир для меня слишком яркий. — Младшая дёрнулась с места, в их ящике она сразу нашла его оправу и передала ему в руки. Он быстро надел привычную оправу, как будто это была его вторая кожа. — В четвёртых, что же так ненавидит наш «доктор»? Согласен, враньё — это качество в людях мне самому противно, но всё же мне хотелось бы остаться в этом доме на некоторое время, так что, извольте поделиться. — Девушка посмотрела на него таким взглядом, будто готова была его прибить к месту, по ней видно, что она хотела начать кричать, но вовремя сдержалась. — Ненавижу болтливых пациентов, так что заткнись, Джон. — Девушка отвернулась от него и начала убираться. Джон попытался встать с места, но резко услышал претензию младшей, что он должен продолжать соблюдать постельный режим. — Да, я с ума сойду сидеть в четырёх стенах. Мне нужно чем-то заняться, а то начну раздражать вас. — Джон встал с места и начал расхаживать. — Ты и до этого с этим прекрасно справлялся, — ответила Кая. Девушка села за стол и начала изучать то, чем занималась до перевязки своего последнего пациента. — Ну, знаете, доктор, я лишь немного капризный пациент, так что будьте чуть ласковее. — Парень подошёл к столу, где сидела девушка, и попытался прочитать, что здесь написано. Язык оказался знакомым, так как он когда-то видел такой в академии, находящейся в мире Тридцать один. — Почему ты так меня называешь, если сам жаловался на то, как я твоё имя называю? — Девушка нахмурила брови и укоризненно на него посмотрела. — Это ты так меня дразнишь? — Ой, ну что вы, знаете ли, что врач, когда приходит к пациенту, должен хотя бы представиться, а иначе пациенту от этого может быть не по себе. — Она хотела что-то сказать, но учёный быстро продолжил: — Видите? Правда, не очень приятно, когда ваше имя не называют? — Хорошо. Кая. Доволен? — Она смотрела в свою книгу и, когда что-то нашла, начала выписывать в какую-то другую книгу. — Оу, я, конечно, и так знал имя, но просто хотел показать на примере, каково это бывает… — Я уже поняла! Ты можешь замолчать? — Могу. Но не хочу. Кстати, предлагаю перейти уже на «ты», а то уже становится смешно. Я понимаю там медицинская этика и все дела, но, учитывая, что я некоторое время уже нахожусь в вашем доме, то это становится неловким. — Девушка проигнорировала вопрос и, кажется, была ещё больше раздражена поведением парня. — Как он там говорил? Не навреди… Не навреди… — Кая бормотала про себя, но Джон не обратил внимания, так как отвлекся на записи в книге. Девушка искала в книги что-то про психологические расстройства. Это было достаточно странно. — Да тут половина бред! — Джон взял одну из книг. — Кто это вообще написал?! — Эй, кто разрешил тебе брать мои вещи?! — Я, конечно, не специалист в психологии, так как взял временный перерыв в изучении психологии… — Джон Дейви Харрис!!! — Джон вздрогнул, так как вот его имя злобно произнести могли только два человека: его сестра и Фарагонда. Сестра иногда злилась, когда у него появлялись «дурацкие идеи», по словам Саши. Обычно такие идеи граничили с опасным риском. Во втором случае, со «старушкой», это случилось, когда он чуть не убил её нового ученика, который неожиданно появился в её кабинете, напуганный до смерти.       Кая и Джон замерли в каком-то трансе. Если сначала девушка смотрела на него с негативным оттенком, то через пару секунд у неё лицо сгладилось, и взгляд стал изучающим. Сам Джон её рассматривал, а в мыслях в этот момент произошло короткое замыкание. Нет, не было совсем пусто, но его будто заклинило на одной мысли, от чего самому Харрису становилось не по себе. «Ого… это изюминка…» — Извините, что отвлекаю вас, но еда готова! Я думаю, нам пора поесть, — Мия поднесла обоим миски с чем-то тушёным. Оба сначала были замершие, но через пару секунд взяли свои порции.       Джон поправил свои очки, так как они успели немного приспуститься, пока он пытался прочитать, что было написано в книге, которую выхватил со стола. После чего ушёл к тому месту, где изначально и отдыхал. Мия поднесла к нему миску и после побежала дать еды своей сестре. Девушка в смятении даже не сразу что-то решилась сказать. Когда она начала есть, то поблагодарила свою сестру.       «Х-м-м, казалось бы простые ингредиенты, но всё равно вкусно». — приметил парень.

***

      Следующие дни проходили как по расписанию. Джон просил Каю приносить книги, чтобы он мог либо прочитать, либо что-то в них исправить, так как, видимо, развитие этого мира явно было ещё недостаточным для того, чтобы знать многие аспекты. Девушка сначала раздражалась из-за этого, так как она поначалу очень сомневалась в таком выскочке, как JDH, но после их долгого и занудного спора о разных аспектах лечения некоторых пациентов в деревне, она вроде бы даже немного восхитилась его знаниями.       Да, она всё ещё могла «порезать» его одной фразой, когда учёный перебарщивал со своим высокомерным характером, но она больше не сомневалась в его знаниях. Однажды, перечитывая исправленную книгу, девушка даже улыбнулась. А потом рассмеялась, что парень испугался из-за её поведения, так как она редко смеялась в их компании. Сначала он спросил, почему она смеётся. Он же не анекдоты писал, а исправлял доводы некоторых идиотов. — Смешит, как ты расписываешь всё очень досконально, но я ни разу не видела книг, написанных тобой, Джон, — она посмотрела на него с ухмылкой. — Могу признаться, что до многих вещей я и так догадывалась, порой самой приходится вести свои записи, чтобы вычеркнуть лишнее и написать это, основываясь на моих практических знаниях. — Что? Ты разве не пыталась сама написать книгу и распространить её? — Девушка закатила глаза и расстроено выдохнула. — Ну, а у тебя тоже их нет? Ты не признанный гений?       Джон стал возмущаться такой клевете. Да, возможно, этот мир и не явил ему великого учёного, но во многих местах он был достаточно популярным. Этому способствовала продажа различных изобретений и исследований. Иногда само присутствие Джона наводило шуму. Так что они какое-то время разговаривали на эту тему. Скорее Джон возмущался, а девушка его дразнила и не совсем понимала выражение парня: «В других мирах я чуть ли не самая важная шишка».       Днём девушка уходила на осмотр жителей, а младшая занималась разным. Иногда она тихо сидела и читала книгу, которую ей принесёт сестра, иногда уходила в гости, где были другие дети. Иногда младшая уходила помочь жителям деревни по мелочам. Так что парень бывало был предоставлен сам себе, что не могло не радовать. Когда все были дома, Кая рассказывала, как у неё проходил её день. — Как дядя Эндрю? — спросила младшая девочка. — Ему всё хуже. Лучше не становится, боюсь, в скором времени ему будет уже не помочь. Он даже перестал меня узнавать, — она печально открыла книги, которые успел перечитать Джон и от скуки сделал там пометки. — Боюсь, меня больше не пустят на порог дома. Так что мне нужно умудриться найти способ помочь ему издалека. Вот, казалось, человек хороший, а сыновья — те ещё придурки. Как можно было не уследить? — Что?! Почему? — Младшая топнула ножкой. — Да была бы возможность, я бы влетала им в окно, но эти двое не хотят меня впускать в дом, боятся, что наколдую на их отца порчу. — Они разве не знают, что ты врач? — спросил Джон. Он не хотел лезть, но не понимал, в чём проблема. Девушка повернулась к нему и, наклонив голову, решилась объяснить. — Ну, для них я простушка. Я не училась в Академии Столицы, обычная безграмотная самоучка. Сами те ещё идиоты, которые выучились в каком-то военном учреждении, так как любимый папа всё заплатил, а теперь тех, кто ниже их по «образованности», поливают грязью и не считают за людей. — Она захлопнула книгу. — А самое противное, что они видят во мне не человека, который может помочь, а «женщину», которая должна найти какого-нибудь идиота и народить детишек! — Девушка встала с места и начала ходить туда-сюда. Это происходило в течение половины минуты, и топала она так ногами, что это отдавалось на весь дом. — Кхм, не переживай, она просто расстроена, что её не хотят воспринимать всерьёз, — шепнула Мия ему на ухо. Видимо, на его лице проявилось странное выражение, от которого младшая решила уточнить этот момент. — Раз они такие умные и не хотят принимать твою помощь, почему они не попросят кого-то из столицы приехать? Раз нашлись деньги на их образование, то должны найтись и для лечения их отца, — девушка остановилась на месте и посмотрела на Джона, будто он был самым глупым человеком в мире. — Как думаешь, если человек уже достаточно стар, чтобы умереть в ближайшее время, то почему ему не помочь? Зачем заботиться, чтобы как-то это остановить? Тем более, раз у тебя такой богатый отец, то и после смерти что же должно случиться с его деньгами? Да и ещё ой как удивительно, что они появились на пороге его дома, когда два месяца назад ему стало резко плохо, — она сложила руки на груди. Учёный и с первого вопроса понял, к чему вела девушка, но стоило и до этого догадаться, что всегда дело в наследстве.       Наследство для Джона не имело значения, так как он бы и так ничего не получил от любимого отца, он и сестра сами заработали свои деньги, чтобы жить самостоятельно. Некоторым индивидам не судьба стать самостоятельными, поэтому неудивительно, что ждать наследство — это единственная их возможность. Да и если он умрёт он давненько составил бумаги на наследство в пользу сестры.       После сёстры начали думать, как помочь деду, в своё время Джон решил их игнорировать, но это было почти невозможно. Двое так громко разговаривали, от чего у парня начала болеть голова, и он хотел им приказать заткнуться, так как всё, о чём они говорили, было бесполезно. Но вместо этого он спросил: «Может, я пойду к ним как врач?» — Джон хотел стукнуть себя по лбу, он вообще не хотел лезть в их жизнь. Ему вообще всё равно. — Ой, как мы раньше об этом не подумали, Кая! — Младшая обрадовалась его участию и подбежала к нему. — Вы же разве не говорили, что вы учёный? — Мия достала из ящика халат, который был немного испачкан в крови, и там была дырка, что осталась от пули в плече. — И притащила я вас в халате. Может, под видом врача отправим их в дом дядюшки Эндрю? — Нет! Это исключено! — Она с недоверием посмотрела на Джона. — Он всё ещё очень слаб! Ему минимум ещё недели две я бы не рекомендовала выходить из дома. Да и кто поверит, что такой чудик, как ты, Джон, можешь быть врачом из столицы? — Это было грубо, я вообще-то доктор медицинских наук, а ещё очень неплох в физике! — Джон взял халат у младшей и с расстроенным видом посмотрел на испорченный халат, который он вышивал на заказ. Всё же материал был редким, и его погодными условиями было испортить практически невозможно. Он стал будто второй натурой для ученого, и всё же придётся его поменять. — Я не сомневалась в твоих знаниях. Но ты просто явно не от мира сего, и ты будто продвинулся на лет сто вперёд, боюсь, тебя не поймут, «непризнанный гений». Да и как ты объяснишь подстреленное плечо? Тебя сразу вышвырнут оттуда без слов, как бедного уличного пёсика, — девушка забрала из рук халат и пошла, взяла в руки какую-то сумочку. — Можно сказать, что я поскользнулся, пока ехал к вам в деревню, поэтому так слаб, и рука сломана, из-за чего она перевязана. А не вернулся я обратно, так как приехал к своей хорошей подруге, которая попросила меня как профессионала осмотреть уважаемого господина, — Джон смотрел на девушку, которая начала из небольшой сумочки доставать нитки с иголками. Вдруг она просто начала шить? — Я тебе не подруга, Джон. — Она продолжала шить халат. — Мне просто не нравится мысль, что ты грохнешься где-то посреди их дома от слабости. Такие раны, как у тебя, могут быстро раскрыться и начать кровоточить. А те ублюдки даже не впустят меня к себе, чтобы оказать тебе помощь в случае чего. — Говоришь, что не подруга, но переживаешь за меня? — Джон ухмыльнулся. — И кто сказал, что ты моя подруга? Может, это твоя сестра? — Эй, вы конечно хороший дядя, но это очень странно! — Девочка толкнула его в здоровое плечо, и Джон нахмурился. — Ого, тебе маленькая девочка отказала в дружбе. Наверное, грустно? — Кая ухмыльнулась, что застало Харриса врасплох. В мыслях пролетело «изюминка». После чего она тихонько посмеялась. — Да и не думай, что я разрешу «какому-то выскочке» дружить с моей сестрой.       Джону было нечего ответить, поэтому он решил продолжить начатую тему. — На мне быстро всё заживает, в отличие от многих, так что я думаю, это уже не проблема. Не вижу смысла откладывать, если тому мужчине так плохо. Да и я мог бы взглянуть на него и, может, на месте смогу помочь. — Джон встал и подошёл к девушке, которая зашила халат. Она протянула его ему. — Эх, стоило бы хотя бы постирать. — Учёный надел халат и даже облегчённо выдохнул. — Если умрёшь в чужом доме, спасать не буду… — Не успела она договорить, как её перебили. — Никаких «если умрёшь», потому что меня так просто не сломать. — Кая посмотрела на него серьёзно и покачала головой. — Да и тем более у тебя не найдётся идеи лучше. — Глупых людей не имеет смысла спасать. — Она отвернулась и начала складывать принадлежности. В доме наступила тишина, будто все ждали её слова, так как оно должно было стать окончательным. — Ладно! Попробуем. Надеюсь, у тебя хорошие актёрские навыки!

***

      На следующий день они стали осуществлять свой план. До того как пойти в их дом, Джон решил ознакомиться с историей и анамнезом пациента. На самом деле, всё это походило на серьёзное повреждение головы. Кая очень неплохо расписала симптомы и динамическое наблюдение, единственное, что смутило его, — историю болезни вели уже около сорока лет. Девушке явно было меньше лет, чем этой книге, подписанной именем лорда Эндрю-Умиля Шорко. Учёный сразу понял, в чём дело, когда посреди книги почерк резко поменялся с быстрого, с наклоном вбок, на ровный, с крючочками на конце букв. Кто-то ещё вёл эту историю болезни до Каи. Хотя историю вели два разных человека, описание и характер к деталям остались те же.       Джон даже на секунду задумался. Скорее всего, кто-то обучил девушку, и она была не совсем самоучкой, кто-то первое время направлял девушку и научил основам лечебного дела. Это, конечно, было не особо удивительно, но всё ещё давало понять новое о девушке.       После прочтения он решил заняться тем, чтобы размять тело в пределах своих возможностей. Харрис осознал, что его телу было намного лучше, чем последние две недели. Искра, видимо, почти восстановилась и начала использовать ресурсы, чтобы вылечить его тело. Всю одежду Джона смогли привести в смотрибельный вид, единственное — ему нужно было слиться с толпой и найти шубу. Младшая даже не стала колебаться и достала одну, которая лежала на печи. — Хах, я думал, она для украшения. — Много думаешь, — ответили сёстры одновременно. — Так она кому-то принадлежала? — Померив шубу, ему оказалось как раз. — Нашему отцу, — сказала Мия и отвела взгляд от парня. Джон решил проигнорировать ответ и перевёл тему. Раз отца не было дома, то, скорее всего, сгнил под землёй.       В день встречи Джон собрался и решил идти за девушкой, которая привела его к трёхэтажному дому. Пока они шли, учёный не увидел ни одного похожего на такой же. В основном домики все были небольшими избушками, изредка можно встретить большие дома, но видно, что они были очень давно построены, из-за чего выглядели так, будто скоро развалятся. — Они что, самые богатые здесь? — спросил парень у Каи. — Нет, тут ещё четыре семьи, которые владеют землями. Кто-то чуть богаче, кто-то чуть беднее. Просто их дома находятся на разных концах деревни, — девушка показала на вход и сказала, чтобы Джон был аккуратен. Парень кивнул и пошёл со всей своей уверенностью.       Если быть честным, Джон был немного ошеломлён, когда ему открыла дверь служанка. Она оказалась к нему очень дружелюбной и без вопросов пропустила его в дом, хотя он думал, что ему придётся пробиваться сюда всем своим обаянием. Она уточнила, что молодые господа уехали куда-то в ближайший город, чтобы порешать некоторые вопросы, и вернутся под вечер.       Ну, хотя бы он сможет не спешить. Это был огромный плюс. Когда он зашёл в комнату, занавески были закрыты, и в комнате горел приглушенный свет. Он сразу заметил, что в комнате было достаточно душно. В кровати лежал пожилой человек, который даже не взглянул на него. Казалось, он смотрел куда-то в одну точку с пустым выражением лица. Комната была обустроена со всеми удобствами для больного. Когда Джон подошёл ближе, он сел на стул и стал внимательнее осматривать мужчину. — Здравствуйте, мистер Эндрю-Умиль Шорко, я врач Джон Дейви Харрис и прибыл издалека, чтобы вам помочь. — Мужчина развернулся и сначала как-то расстроенно посмотрел на него, но после грустно улыбнулся. — Простите, я стал… хуже слышать, но успел услышать ваше имя. Дейви, правильно? Чем могу быть вам полезен? — Речь была немного нечёткой, слова заглатывались в определённых моментах, но учёный всё равно понял сказанное. — Я пришёл вам помочь! Меня к вам послала Кая! — Мужчина наклонил голову в бок и даже немного привстал с места. — Кая? Как давно я не видел эту грубую девчушку! Почему она сама не пришла?! — Так вы помните, кто такая Кая? Она к вам позавчера заглядывала, но вы сказали, что не помните её. — Джон рассматривал мужчину, у которого была достаточно необычная внешность. На лице была небольшая щетина, она немного прикрывала скулы, выпиравшие на лице, щёк почти не было. Было видно, что мужчина очень исхудал. Волосы мужчины были очень длинными и при определённом наклоне головы закрывали всё лицо. — Она приходила, и я её не узнал?! Я, наверное, очень обидел девочку. — Мужчина наклонил голову вниз, как ребёнок, которому было стыдно. Джон сразу подметил странную форму головы сбоку на виске. Парень опустил очки и пригляделся.       В истории болезни упоминалось, что в молодости мужчина участвовал в военных действиях, из-за чего получил, казалось бы, незначительные повреждения головы, но после этих повреждений начал мучиться головными болями. Был предположительный диагноз, связанный с тем, что это «Артериальная гипертензия из-за повреждений сосудов в головном мозге». Джон мог лишь предположить возможное образование кисты в головном мозге, которая не сильно мучила пациента в молодости, но под старость лет начала резко давить на сосуды и нервы, из-за чего старику было не очень хорошо. — Кхм, извините, мистер, но я хочу вас осмотреть повнимательнее. — Джон встал с места и поближе подошёл к кровати мужчины. — Ой, конечно. Делайте, что считаете нужным. — После чего мужчина оставил голову в таком же положении, как его и попросил Джон.       После всевозможных вопросов и диагностических тестов Джон присел рядом с мужчиной. Харрис хотел бы лично озвучить свои наблюдения, которые он смог предположить. Многие записи, что вела Кая, дали понять, какой диагностический прогноз можно было ожидать. — Дейви, извините, но я хотел бы не знать, что со мной. Давайте оставим всё в тайне, если там неутешительный итог. — Джон надел очки обратно на своё место, но всё же решил спросить: — Почему? Вы разве не хотели бы знать примерно вам осталось, чтобы в ближайшее время сделать запланированные детали? — Парень впервые видит пациента, который бы не хотел бы знать, что с ним. Он слышал про такие случаи, но сам не сталкивался с такими просьбами от больных. — Не хочу себя накручивать по этому поводу. Если мне осталось недолго, то пусть так и будет. — Не тот ответ, который ожидаешь услышать, но учёный его принимает. Джон кивнул мужчине и встал, чтобы уже уйти, так как время двигалось к вечеру, и ему нельзя было тут долго оставаться. Перед тем как уйти, он дал некоторые рекомендации, которые могли бы немного облегчить некоторые симптомы. — Дейви, не могли бы вы взять это письмо и передать его Кае? — Джон без задней мысли взял письмо и положил его во внутренний карман его халата. Этот дедушка всё уже давно понимал, и ему не нужно говорить, чтобы он готовился к своим же похоронам.       Харрис знал, что в ближайшие недели это будет агония. Он стоял около двери и в какой-то момент остановился. Он пытался убедить себя, что ему всё равно, но какая-то внутренняя тревога не давала просто так уйти. Небольшое убеждение внутри себя дало толчок. — Кая на вас не обижалась, но она переживала. — Парень повернул голову и посмотрел на него. — Из-за этого я оказался здесь. — Спасибо. — Мужчина кивнул и посмотрел в спину Джона. — Позаботься об этих двух девочках. — Дейви сжал кулак до белых костяшек. Ему бы хотелось успокоить дедушку, что он так и сделает, но лгать ему не хотелось. Поэтому он ничего не сказал, а лишь открыл дверь и вышел из покоев мужчины. От лжи никому лучше не будет.       Служанка внимательно выслушала все рекомендации и Джон направился к выходу из здания. Около входа он увидел двух парней одинакового роста и внешности. Оказалось, что сыновья старшего мужчины были близнецами. Джон внутренне усмехнулся и прошёл мимо ничего не подозревающих братьев. Те вдогонку что-то кричали, но учёному было уже всё равно.

***

      Когда JDH вернулся домой, он заметил девушку, которая сидела с какой-то новой книгой у камина. Как только она его увидела, всё своё внимание обратила на него. Джон сразу же рассказал об онкологии — болезни, которую победили в достаточно большом количестве миров, но эти миры поплатились за это некоторыми побочными эффектами и в итоге откатывали своё развитие на пару сотен лет назад.       Девушка сначала удивилась этому, но когда поняла, что прогнозы неутешительные, начала расспрашивать его о возможных способах, как можно ему помочь.       Джон знал некоторые способы, но их использование было просто нерационально: пациент мог умереть, не выдержав цену, которую он заплатит в итоге. Да и нужные устройства и материалы сейчас были им недоступны. Может, у него и достаточно сил, чтобы переместиться в родной мир, но вот перетаскивать что-то и строить просто не выйдет. А если бы всё и получилось, это могло занять много времени, и они всё равно бы не успели, так как стадия онкологии была не начальная. Вообще, в любой момент он мог умереть даже не от онкологии и её последствий отказа органов, а от инсульта, так как образование сдавливает все сосуды мозга.       Рано или поздно под сильным стрессом или просто при резком наклоне головы могло бы случиться непоправимое. Джон не стал говорить пока о возможном инсульте, так как где-то внутри себя понял, что девушка в ту же секунду побежала бы в тот дом и наплевала бы на все приличия. Учёный давно понял, что девушка спокойно могла полезть на рожон, если бы от этого зависела чья-то жизнь. Джон, конечно, не был альтруистом и даже сейчас ему наплевать на того деда, но просто что-то не давало ему ещё сильнее расстроить девушку.       Девушка сразу же решила на следующий день ехать в столицу и самой пробовать найти способ излечить Шорко. Как бы Джон ни пытался ей доказать, что это абсолютно бесполезно, она не хотела его слушать. Весь их разговор перешёл на крик, девушка не хотела сдаваться, и хоть это была похвальная черта, сейчас Харрис считал её полностью глупой, и лучше бы она сосредоточилась на способах обезболить страдания.       В один момент они стояли настолько близко, что их лица уже находились в нескольких сантиметрах друг от друга. Когда Джон хотел сказать, что девушка идиотка, раз она считает, что учёный станет ей помогать с больными в деревне, Кая замерла на месте и смотрела в его глаза, будто она впервые увидела его. Джон понял, в чём дело, только после того как увидел румянец на щеках девушки. В итоге он сам замолк в мгновение. Когда они простояли какое-то время, парень уже хотел было разбавить обстановку и подразнить девушку, но та достаточно сильно его толкнула.       Харрис не удержался на ногах и упал прямо на больную руку об стул. Больно было до искр в глазах. По дому прошёл громкий стон. Джон пытался разогнуться в удобную позу, но от этого стало только хуже. Он не мог двинуться с места. Девушка подошла к нему и хотела ему помочь, но мужчина посмотрел на неё со злобой в глазах. — Не подходи, — Джон на инстинкте вытянул руку, из которой выходила пустотная магия, которая могла обжечь. Девушка не возмутилась этому, либо же была сильно в панике, что просто не обращала на это внимание, и сама начала отходить от парня в сторону. — Джон, ты меня прости! Я просто испугалась и среагировала! — Она села на другом конце дома и не смотрела ему в глаза.

***

      В итоге они просидели в тишине до ночи, пока младшая девочка не пришла домой. Они не сказали друг другу ни слова. Джон пытался поспать и успокоить себя от мысли, что ему было больно. Плечо, скорее всего, было почти здорово, и он мог свалить из этого заснеженного мира. Но, видимо, он здесь застрянет ещё на какое-то время. Искра хоть и восстанавливалась, но очень много энергии уходило на восстановление его раны.       Джонсон был прав, если бы это была обычная пуля, то он пробыл бы здесь пару дней и, скорее всего, вернулся обратно и разнёс всю их шарашкину контору по нелегальщине. Да и Саша была бы в безопасности, и ей не грозила бы опасность из-за глупости её родного братца. — Эм… Что там с дядей, Эндрю? — Мы завтра едем в столицу, нужно найти кое-какую информацию, — девочка поникла. Она сразу поняла, что в этом предложении нет ничего утешительного. — Как понимаю, ничего хорошего? Ты хоть знаешь, что это может быть? Хотя бы примерно? — Старшая кивнула. — Ну, это уже хорошо. А что ты будешь делать с жителями деревни? Вдруг им понадобится твоя помощь? — Ничего страшного, пару дней они смогут и подождать, — девочка наклонила голову в бок. — Нет-нет-нет, я сегодня видела бабушку Астру, и она сегодня падала несколько раз в обморок. Я сказала, что ты завтра к ней придёшь и посмотришь. А ещё её сын жаловался, что у него какая-то проблема с ногами, и он не может кормить животных в сарае, так как ему не встать. Я сегодня в итоге их покормила, — она нахмурилась и подошла к девушке, которая даже не поднимала своего взгляда. — Хей, ты чего на меня не смотришь?! — Девочка посмотрела на неё, но Джон лишь смотрел в книгу и перечитывал недавние записи девушки. — Эм, у меня сейчас ощущения странные, дежавю… Дядя Джон, а вы бы могли нам помочь ещё раз? — Мия подбежала к нему и стала его уговаривать. — Вы не могли бы присмотреть за нашими жителями, пожалуйста? — Нет. Я ухожу через несколько дней домой, — Джон даже не поднял на неё свой взор. — Нет?! — удивлённо спросила она. Она пыталась посмотреть ему в глаза, но парень поднял свои очки, чтобы закрыть глазницы. — Хей, а вы почему не смотрите на меня? Не понимаю… — Она вздохнула. — Ну пожалуйста, моя сестра выходила и позаботилась о вас, пока вы тут были, отплатите тем же! — Джон посмотрел на мелкую и усмехнулся. Девушка в конце комнаты резко отвернула голову в сторону. — Я уже отплатил тем, что сходил в чужой дом и помог вам поставить диагноз. С меня взятки гладки. Тем более я помог исправить книги, которые уже давным-давно неактуальны, и это тоже использование моих ресурсов. — Ой, раз не хотите помогать моей сестре, то помогите мне! — Она топнула ножкой, а затем одна из бровей поднялась вверх. — Я уже по справедливости поняла, что вы оба сегодня не в настроении. — Чем это я обязан юной особе? — Вообще-то это я спасла вас и притащила в дом! Если бы не я, вы бы умерли под сугробом снега, и мы бы сейчас с вами не разговаривали. Я могла просто испугаться и убежать, но я была смелой и помогла вам, так что вы обязаны мне, и это не обсуждается! — Она смотрела на него как капризный ребёнок, что просит игрушку. Джон умел отказывать, иногда он это делал, чтобы раздразнить собеседника. Иногда он это делал на зло и из принципа не хотел помогать.       Джон выдохнул. Всё равно он тут застрял. Ему ничего не стоит помочь, правда он только время потратит, но он, скорее всего, от скуки начнёт вытворять что-нибудь безумное. Дурацкий антискинт! Искра не может нормально функционировать, пока его тело не будет полностью здорово. — Ладно, — Джон сложил руки на груди. Девочка улыбнулась во все зубы и начала благодарить. — Только мне нужна одна штучка в ответ, и тогда договорились. — Ой, и что же это такое? — Пуля. — Пуля? Это та, которую Кая извлекла из вашего плеча? — Джон кивнул и ничего не стал объяснять. — Но зачем вам она? Это теперь бесполезная железка, тем более это чуть вас не убило! Как вы только не боитесь?! — Мия, поверь мне, у меня есть причина. Так что у меня будет пуля или нет? — Девочка отвела взгляд в сторону и почесала затылок. — Я её подарила подружке, — у Джона очки упали на нос. — Ну, она была такой необычной, чёрного цвета! Обычно они такие, когда побывают в саже, но я её вымыла в своеобразных растворах, и она даже цвет не поменяла. Пули часто делают из разного сплава металлов, и они от смешивания обычно светлые. Да, чёрные пули тоже существуют, и они больно дорогие, но они от наличия света светятся! А это пуля будто весь свет поглощала! «Светятся? Может, она имела в виду, что они отражают свет с разной степенью блеска? Ладно, она не знаток физики, неважно. То есть своеобразное отражение от света у кристаллов антискинта отсутствует? Буквально высасывает свет в округе, как и свет искры. Так ещё эксперимент в растворах? Интересно, что за растворы?» — Ты сможешь достать её обратно? — Девочка прикинула и кивнула. — Если это нужно, чтобы вы смогли нам помочь, то я сделаю всё возможное! Завтра утром перед уездом я загляну в её дом и попрошу её обратно! — Мия, видимо, была довольна, что смогла с ним договориться. Джон обратно надел на себя очки и продолжил читать книгу, что была у него в руках.       Они хотели уже лечь спать, и Джон уже отложил книгу, как неожиданно около его спального места появилась большая стопка различной бумаги. Перед ним стояла девушка, которая не смотрела на него, но всё же тихо прошептала: «Это все истории болезни, которые я веду последние лет десять».       Что ж, это было приличное чтиво. Хорошо хотя бы, что почерк у девушки был понятен и его было приятно читать. Всё следующее утро он потратит на чтение. Единственное, что печально, — это будет максимально скучное чтиво. Вряд ли у деревенских жителей были необычные случаи, которые хотелось бы изучить. — Все необходимые лекарственные порошки и склянки найдешь в сарае рядом с домом, — девушка отвернулась и пошла легла рядом с младшей.

***

      Никогда не бывает без сложностей, так что, конечно же, пули у так называемой подружки Мии не оказалось. Семья девочки тоже заметила, что это необычный материал, точнее, заметил дед, который служил и знал толк в оружии. Поэтому они такую находку продали кому-то из столицы, чтобы изучить вещицу подробнее. Мия сильно извинялась, и Джон просто от нежелания это слушать согласился на сделку без данного условия.       Харрис не сильно расстроился. Скорее, это просто замедлит его изучение. В конце концов, у торговцев мироходцев можно достать информацию за определённую стоимость. В любом случае оставаться ему здесь недолго, так как младшая поделилась, что они будут отсутствовать около пяти-шести дней.       В ближайшие дни Джон выходил на улицу и осматривал больных, сам заполнял небольшие истории пациентов. Учёный никогда и не думал, что ему придётся работать врачом на дому. Не его специализация. Он груб и резок на слова, но люди которых он посетил кажется привыкли к такой манере разговора с теми, кто их лечит. Так что он когда он их вовремя затыкал и давал понять, что морочить голову у них не выйдет, то те успокаивались и кратко излагали свои жалобы. Хорошо, что пройти всех можно было за день до поздна, и несколько дней уже заниматься своими делами.       Рука уже восстановилась, и Джон чувствовал, что теперь может снять все повязки. Так он и сделал. Он стал разминать руку, чтобы мышцы, которые давно не использовались, могли активизироваться. Из-за одного положение руки, она начала немного ныть от непривычки. Учёный стал продумывать, как можно скорее убраться из этого мира, так как находиться здесь уже около месяца было нерационально. Он даже не представлял, как здесь текло время. Если здесь для него это месяц, то в другом месте могло быть ещё дольше.       Он стал готовиться к уходу, так как у него осталась, может, ночь, до того как сёстры появятся дома. Он не хотел оставаться дольше. Следующим утром они придут и уже его не увидят. Письмо, которое он нашёл во внутреннем костюме, он оставил на столе. Сложно будет его не заметить. Всё же оно принадлежало не ему, а одной из сестёр.       Учёный больше не считал, что кому-то что-то должен, так что, встав посреди дома, сосредоточился. Мироходец знал, что хоть энергии у него сейчас только на одно перемещение, то нужно использовать её рационально. Ему нужно было попасть домой к сестре. Там было безопасно, да и убедиться в безопасности девушки было необходимо.       Внутри бушевала небольшая тревога, но он быстро запихнул её вглубь себя. Он уже чувствовал энергию искры, поднимающуюся изнутри. При обычных перемещениях Джон бы уже переместился, стоило только подумать о нужном месте. Но сейчас это было явно сложнее. Вдруг послышался громкий звук, Джон быстро повернулся и увидел, как дверь буквально дрожала от сильного стука, будто её пытались выломить.       Джон громко вздохнув, направился к двери. Кому же могло поздно вечером явиться на порог дома сестёр? Всё же жители были предупреждены, что их лекарь вернётся только через пару дней, а где может проживать учёный, они не знали. Приоткрыв дверь, он увидел женщину средних лет. Парень узнал в ней служанку из дома Шорко. Она очень обеспокоенно смотрела на него. У неё глаза резко расширились, через мгновение открылся рот. — Здравствуйте, мистер… Я искала мисс Каю. — Она уехала и вернётся только утром. Так что я вместо неё. Вам есть что мне сказать? — Девушка не смогла скрыть своё недоумение. Видимо, она не знала об этом, и это её немного напрягло. Через секунду она встрепенулась и посмотрела на него. — Мне нужна ваша помощь! Господину Эндрю очень плохо. Он буквально в агонии и мучается уже несколько часов. Помогите ему, я вас прошу! — Джон закатил глаза. Вот называется, и ушёл. «Ох, уж эти совпадения, что именно вечером ко мне пришли, а не днём…»       Он мог бы и захлопнуть дверь и просто вернуться к себе домой. Но он обещал этому ребёнку, что поможет вместо Каи жителям этой деревушки. Он один раз за эти дни пытался зайти к мистеру Шорко, но какая-то молодая девушка послала его и закрыла перед ним дверь. Даже другие богатые лорды этой деревни ему просто вежливо отказали, хотя один просил осмотреть его ребёнка, и это была простая простуда в такую пору. Только в доме Шорко его не особо хотели жаловать. Джон тогда просто пожал плечами и ушёл, не возвращаясь. Всё же не он вправе умолять в оказании помощи. — Дайте мне секунду.       После того как парень собрал всё необходимое и накинул на себя шубу, то вышел из дома. Он направился за женщиной в сторону их дома. Ещё и шёл противный мелкий снегопад. Чувствуется, что всё это к недобру. Когда они подходили к дому, то женщина остановилась и быстро сказала: «Быстро за мной и не оглядывайтесь! Вы не совсем законно идёте в дом.»       Джон кивнул. Он быстро понял, что вся эта авантюра — инициатива женщины. Она понимала, что её господину нужна помощь, и, видимо, слишком много в ней эмпатии. А ещё преданности, раз других хозяев она не слушала. Как только они зашли в дом, то парень сразу же пошёл внутрь и поднялся на второй этаж, где была комната деда. Женщина сразу же заперла дверь за ними, чтобы не было неожиданных гостей к умирающему мужчине.       Парень сразу же подошёл к кровати. Мужчина на ней сидел и пытался дышать, но явно через силу. По нему тёк холодный пот. — Когда это началось? — спросил Джон у служанки. — Я не знаю! Я только сегодня вечером зашла в комнату и увидела, что у господина была лихорадка и пот по всему телу, — девушка была в панике. — В смысле? — Его сыновья не разрешали заходить, я думала, они сами будут к нему заходить, но они ни разу за всё время даже не проходили мимо. — Мистер Шорко! Извиняюсь, вас беспокоит Дейви! Вы можете говорить?! — В ответ послышались невнятные слова. Но в глазах проходило узнавание, и то ощущалось через силу. Мужчина прищурился, пытаясь рассмотреть его. — Такая одышка была уже? — повернувшись, спросил Джон. — Только сейчас впервые вижу. Это очень плохо? — Вдруг мужчина закашлял, на одеяло попало несколько капель крови. «Так… говорит невнятно, зрение мутное — это может быть признаком онкологии. Но онкология в височной части редко нарушает речевые способности. Значит, всё же случилось непоправимое…» — Не было такого, что мистер мог упасть и сильно стукнуться головой? — Служанка суетилась вокруг него и помогала мужчине вытирать кровь от кашля. — Дайте-ка подумать… — Она промыла тряпку в тазу с холодной водой и положила мужчине на лоб. — Ну, я слышала ночью был грохот, но мне показалось, что кто-то просто уронил что-то тяжёлое. Может, это господин вставал и резко упал? «Значит, сосуды не выдержали и лопнули. Инсульт, но не настолько тяжёлый, чтобы сразу слечь в кому. Так ещё столько времени прошло, так что стукнулся не так сильно. Плюс, инсульт можно подкрепить тем, что он невнятно говорит и лицо у него перекошено как-то неправильно. Если он столько времени провалялся в постели и никто к нему не заходил, это всё могло осложниться тяжёлыми последствиями. Высокая лихорадка после продолжительного приступа инсульта может быть, но обычно не смертельна, также эта одышка. Ему явно нечем дышать, и он весь в поту, то ли от отсутствия кислорода, то ли от высокой температуры тела. Хотя этот кашель с кровью, нет, значит, дело не в лихорадке. Кровоизлияние и нехватка крови…»       Джон взял руку мужчины и нащупал пульс, он не был сильно отчётливым, но был достаточно быстрым, как при тахикардии. «Да всё же это дыхательная недостаточность… Точно не скажешь, но, возможно, даже тромбоэмболия из-за инсульта.» — У вас дома есть чулки? — Джон знал, чем уже закончится. Это уже непоправимо в их реалиях. Нет достаточных лекарственных препаратов, да и инсульт с онкологией сказывается на неутешительный прогноз. — Ах, возможно, только если у молодой госпожи. Точнее, у невестки одного из сыновей. — Несите сюда. — Женщина сразу же встала с места и побежала из комнаты. Джон отодвинул одеяло и положил мужчину почти что на спину. Снял одежду с него и подошёл к окну, немного его приоткрыв.       Как только парень услышал суматоху в доме, то понял, что, скорее всего, уйти незамеченным из дома уже не выйдет. Служанка быстро зашла в комнату и снова закрыла дверь на щеколду. Она показала украденное. — Теперь помогите их надеть на ноги. Это должно помочь немного ослабить одышку. Хотя бы на некоторое время. — Как только они закончили, Джон приказал разжечь камин для тепла. Та быстро принялась за дело, пока Джон ещё больше открыл окно, чтобы в комнату попадало больше воздуха. — Что-то ещё, мистер? — Всё. Больше мы ничего не сделаем. Если дадим ему немного выпить воды или раствора, который мог бы теоретически немного помочь, то его бы просто стошнило. Остаётся только ждать. — Ждать чего? — Джон помолчал какое-то время, а потом, поправив свои очки, всё же ответил: — Смерти, мисс. Если бы помощь была оказана сразу в ту же ночь, как он упал, то, возможно, была бы вероятность прожить ещё недельку или две. — Женщина села на кровать, и её плечи задрожали. — Как же так… Господи, два брата, а так и не дожили до глубокой старости. Один — врач, другой же жил просто в прекрасных условиях после своей сложной молодости. — Женщина заплакала. Джон лишь отвёл взгляд, чтобы ещё больше не стеснять её. — Надеюсь, ваш брат будет рад снова увидеть вас. — Мужчина резко провалился в кому. У Джона ладонь сжалась в кулак. — У мистера Шорко был брат? — Служанка обернулась к нему и усмехнулась. — Не поверите, но да. У него был покойный брат-близнец, который занимался врачеванием всю жизнь, но погиб на охоте. Ирония, не так ли? Что у одного из них сыновья тоже близнецы. — Женщина посмотрела на Джона. — Знаете, мистер Шорко всегда жалел об одной детали в жизни: что они с братом полжизни были в довольно напряжённых отношениях.       Джон молчал. Он больше ничего не спрашивал. Кажется, под эмоциями женщина была довольно разговорчива. В один момент он видит, как мужчина дрожит в судорогах, а дыхание прерывистое. Джон выдохнул, не любил он, конечно, видеть невинную боль. Бывали существа, заслуживавшие наказания, но обычные люди, которые не убивали и не причиняли кому-то сильную боль… Хотя про убивал он поторопился, всё же этот дед в молодости повидал фронт.       Как-то жалко было смотреть на страдания.       Учёному не по себе, так как недавно чуть не оказался одной ногой в могиле. Куча факторов, при которых просто повезло. Искра, сёстры, одна из них притащила его в дом, вторая изъяла его личный яд из руки. Несказанная удача или инстинкт искры? Хороший вопрос, но Джон зацепился за мысль про искру. Наличие её сил позволяло мироходцу исцеляться, может, энергия мироходца могла помочь и обычному человеку? Или же это только личная регенерация мироходцев?       Джон понимал, что ставить на умирающем свои эксперименты не особо этично, но это был неплохой способ проверить гипотезу. Да и даже так, если сработает, то хорошо, и мужчина сможет выжить, если нет, то он в любом случае не жилец. Он резко встал с места и закатил рукава. Женщина обернулась на него и хотела спросить, что он собирается делать с её господином, но тут послышался резкий стук в дверь и крик. — Не впускайте сюда никого! Слышите?! — Женщина, всё ещё со слезами на глазах, встала с места, подпёрла дверь стулом и просто наблюдала за ситуацией.       Учёный встал, положил руки на грудь и голову и сосредоточился на энергии, что течёт внутри него. Он начал отдавать энергию, и с каждой секундой её становилось всё меньше. Мужчина под ним перестал дёргаться в судорогах и как будто спокойно вздохнул. Парень слышал, что дыхание будто нормализовалось.       Он хотел было справиться и с онкологией попробовать, раз всё работало, но в одну секунду всё было хорошо, а в другую мужчина под ним стал стонать. Джон в мгновение отпустил энергию, испугавшись, что он переборщил, так как всё же обычные люди не обладали даже маленькой частичкой такой силы. Мужчина скрючился в кровати, после чего тело его обмякло. Грудная клетка перестала двигаться. Приложив ухо к носу мужчины, Харрис убедился, что мужчина полностью перестал дышать. Другой рукой он нащупал сонную артерию.       Пульса уже не было.

***

      Уйти из этого проклятого дома он смог еле-еле. В доме началась чуть ли не перестрелка, когда Джон резко выбежал из комнаты. Хорошо, что служанка резко выбежав за ним отвлекла внимание стрелков, иначе это закончилось бы очень печально для молодого учёного. Вылетев оттуда он бежал, что есть сил.       Скрыться среди белых сугробов оказалось намного легче. Оказавшись дома у сестер, он скатился по стене и пытался отдышаться. Его это стало просто раздражать. Этот мир, люди в мире, которые резко решили побыть его спасителями, сама ситуация его невероятно бесила. Попросить его позаботиться о других людях в деревне, бред же. Ему вообще это было невыгодно, да это девчушка с милой улыбкой, которая думала, что помочь можно каждому.       Это такая черта невероятно бесила Джона. То что его немного раздражало в Кае, бесило и в его сестре. Только он злился, как это было и при смерти матери. Конечно и конечно он просчитался и сделал только хуже. Этому миру просто недоступны высокотехнологичная помощь, не должно было ему лезть.       Из-за внутренней злости, он просто хотел уйти туда, где ему было бы комфортнее. В один момент он прикрыл глаза и почувствовал резкий жар. В груди немного чесалось, но не настойчиво. Джон не знал как вывезти из себя все эти эмоции.       В конце-концов сестрам он ничего не может предъявить. Они и правда помогли ему, пришлось просто расплатиться. На отсталость мира? Нет. Всё циклично и люди рано или поздно придут к своему будущему. Неважно как это произойдёт. Но семью Шорко? К сожалению больной взрослый мужчина и не смог бы чего-то поделать, не в то время он родился. На родных Шорко Харрису было всё равно, да не очень приятные люди, но они всего лишь индивиды, которые явно меньше знают о доброте, чем сам Джон.       Злился ли он на себя?       Ой, как же неприятно щёлкнуло внутри парня. Ответить на вопрос самому себе стало резко страшно.       Из-за этих противоречивых эмоций он сам и не заметил как вокруг него образовалось много ярких частиц. Искра сработала на интуитивно, хотя сам мысленно Джон и не направлял её. В голове была каша, которую как-то хотелось переварить, но в итоге искра в один миг сработала.       Вместо того, чтобы оказаться подальше от этого места, он остался на месте. В доме произошёл взрыв, а в теле будто колом пробило. Лицо Джона исказилось от такой неожиданно сильной боли. Он чувствовал это буквально всем телом, кололо даже на кончиках пальцев так, будто тысяча игл вонзилось внутрь. Голова у него резко закружилась, в ушах стоял заглушающий шум, было ощущение потерянности.       Через пару секунд он больше не чувствует боли, только вот он лежит посреди дома без сознания.

***

      Проснётся он уже на привычном месте в этом доме. Сначала зрение было расплывчатым, но, проморгавшись, он увидел над собой молодую девушку, которая клала холодную тряпку ему на лоб. Как только она увидела его открытые глаза, зрачки у неё расширились. Она продолжала молчать, хотя видно, что ей хотелось сказать что-то важное. Под глазами были синяки, глаза красные. — Ой, доброе утро? — Доброе, Джон, — Парень хотел привстать, и девушка потихоньку ему помогла. Подушки были взбиты, и парень считай, присел, но девушка опустила его ниже, серьёзно на него посмотрев. — Тебе нельзя вставать. — Что произошло? — Мы с Мией нашли тебя дома без сознания, а вокруг тебя всё было в беспорядке, — Девушка встала с места и налила в чашку немного воды. — Сначала подумали, что к тебе пришли и вырубили тебя. Но, как оказалось, жители услышали взрыв поздно ночью. Когда я тебя осмотрела, то поняла, что взорвался ты сам. С того дня ты провалялся без сознания около двух дней, — Девушка снова присела рядом с ним и поднесла кружку ко рту. Джон стал потихоньку пить воду. — Джон, ответь мне, что ты сделал? — У меня некорректно сработал орган, который позволил бы мне уйти домой, — Девушка посмотрела на него как на идиота. Она в быстром порядке потребовала объяснений.       Джон сначала и не хотел что-то объяснять, но, увидев это выражение лица, сдался и решился рассказать, кто он такой. Девушка внимательно слушала его и не перебивала, хотя один раз она это сделала и возмутилась, что всё это звучит неправдоподобно. Харрис закатил на это глаза и достаточно быстро смог привести ей аргументы. С недоверием на лице девушка выслушала его. — Подожди, если твоя так называемая искра имеет накопительную функцию, то почему ты не ушёл ещё неделю назад? Ты рассказал мне, что мироходцы достаточно быстро выздоравливают из-за природы энергии вашей искры, то твоё плечо уже должно было быть здоровым. — Когда появляются новые повреждения, то искра автоматически перенаправляет все ресурсы к травме. Узнал неделю назад на своём горьком опыте. Раньше я этого особо не замечал, так как сила искры у меня очень сильная и потери из-за этого были незначительные, — Парень потёр своё плечо. — Так ещё и пустотную магию использовал. — Это когда я… — Девушка отвела взгляд. — Это уже не важно, — Джон сразу её перебил. Не хочет он слышать извинения. — Как я понимаю, ты хотел уйти пару дней назад, но опять же не смог. У тебя какое-то серьёзное заболевание, что ты теперь здесь застрял? — Девушка отложила чашку в сторону.       В этот момент парень пожалел, что у него не было очков на лице. Он отвёл взгляд и не смотрел на девушку. На его лице отразилось слишком много, и он в этом уверен. «Да, заболевание. Конечно. «Бескорыстность» называется».       Парень очень долго молчал и не хотел отвечать. — Да, я пошутила про болезнь. Неудачная шутка, понимаю. Я уже догадалась, где ты был до того, как произошёл твой личный бум, — Она грустно улыбнулась. — Ты был прав.       В чём он был прав? Он говорит достаточно много верных вещей, поэтому это может относиться к чему угодно. Парень вновь посмотрел на девушку. Она снова присела около него. — Не стоило уезжать, просто надо было послушать тебя. Вместо того чтобы до конца пробовать помочь сейчас, я наивно начала верить, что помогу неизлечимому человеку. Если мой отец не мог помочь, то и я подавно, — Девушка смотрела в сторону костра, который горел в печи. — Знаешь, после смерти отца я думала, что мы с сестрой останемся на улице, но дядя Эндрю нам помог остаться в этом доме без взаймы на налоги. Правда, теперь не осталось хоть одного человека, который искренне хотел бы нам помочь.       Кая уже знала. Знала, что Шорко мертв. Харрис выдохнул. Он её понимал. Они с сестрой были единственные друг у друга долгое время, пока Джон не стал часто пропадать за исследованиями и другими мирами. Кая, скорее всего, пошла по стопам своего отца и начала лечить людей. «Стоп. Ну конечно! Кто же ещё мог научить девушку в достаточно сексистской обстановке таким знаниям, которые были у неё? Либо тот, кто был больно привязан к ней, либо же знания, которые передавались бы от родителей следующему поколению. Получается, и те записи в истории болезни принадлежали отцу Каи. Шорко знал отца Каи. Да и ещё слова служанки, что у Эндрю был брат-близнец, занимающимся врачеванием. Если так подумать, то и Шорко не был бы сильно привязан к каким-то двум девочкам, если бы они не имели для него значения. Становится очевидным, что Шорко был дядей двух девочек».       Пока Джон думал, девушка смотрела, как тот неожиданно начал щёлкать пальцами, будто у него что-то щёлкало в собственных мозгах. — Ты чего делаешь? — Как я раньше не догадался, это же было очевидно! — Девушка наклонила голову. — Мистер Эндрю был вам дядей! — Джон хотел начать говорить свои доводы, но девушка сразу же ему ответила. — Я знала. То есть подтвердилось это только письмом, которое я прочитала пару дней назад, — У девушки задрожал голос. — Они хоть и были близнецами, но из-за абсолютно разной жизни их можно было спутать, если не присматриваться. Когда я была маленькой, то помню, что они перестали общаться, и мы перестали ходить в дом дяди. А после смерти отца я впервые увидела за столько лет, он стал выглядеть вообще по-другому. Скорее всего, из-за вины дядя и помог нам с сестрой, — У девушки сбилось дыхание, а в глазах появилась влага.       Джону не стоило упоминать это. Всё же это был родственник, и, наверное, было не очень приятно терять его, когда он проявлял к тебе добро. Джон прокашлялся и решил осмотреть дом. Вокруг было всё как обычно, видимо, весь беспорядок, который он тут навёл, убрали. Только некоторые, не больше, детали были заметны. Некоторая посуда отсутствовала на полках комода. Мии дома тоже не наблюдалось, видимо, где-то гуляла или же занималась делами на улице.       Когда парень повернул голову обратно, то заметил, как Кая полностью отвернулась от него. Плечи её дрожали. — Эй, не разводи тут дождь! Я уверен, что это последнее, чего бы хотелось Шорко, чтобы кто-то плакал из-за смерти, — Джон говорил это с тоном, чтобы раззадорить девушку на другие эмоции, даже если это будет негатив в его сторону. У него это сработало, только не так, как этого ожидал мироходец.       Девушка схватила его за рубашку и потянула на себя. На лице были слёзы, а лицо выражало отвращение. Она хотела было ударить его, но продержав кулак в воздухе несколько секунд, опустила его. Она всё ещё держала его в тисках и пару раз выдохнула, чтобы успокоиться. — Ты самый последний, кто будет мне об этом говорить. Разве ты никогда не плакал по тем, кто тебе был дорог? — Нет. — Что?! Не ври! Есть хоть один человек, по которому ты бы грустил? — Милочка, я уже говорил, что врать не умею! Моя мать погибла из-за моей беспомощности в тот момент, когда я был ещё младше Мии. Всё, что я чувствовал, это ярость на людей, которые сделали непоправимое, чувствовал злость, но не грусть. Но тогда я был ребёнком, поэтому из меня это и вырывалось. Сейчас же мне всё равно! — Что, вообще внутри ничего не чувствуешь? — Она крепче сжала его одежду. — Или считаешь слабостью мои слёзы? — И без этого много вещей, которые меня волнуют, чтобы тратить свои эмоции на бесполезные чувства, — Джон притронулся ладонью к руке девушки, что так сильно сжала ладонь в его одежде. — Понимаешь, когда люди умирают, им уже всё равно на мир живых. Так почему я должен горевать? — Но, Джон, некоторые люди являются причиной существования других, из-за злобы и горя люди мстят другим. Люди у верхушки власти устраивают войны из-за убитого дорогого человека. — Так это горе или злоба? Войны не устраивают от горя, а только из-за злобы. А вообще, война выгодна не только ради мести, но война — это деньги, которые можно выбивать с обычных людей… — Не бывает однозначных эмоций. Это необъёмный комок, который переплетается из-за потери близкого человека. Если бы человек не горевал, он бы и не злился. Тебе же было не всё равно на мать, раз ты был в ярости, — девушка проигнорировала половину его слов. На это Джон закатил глаза. — Я был ребёнком, который не мог себя защитить, как можно говорить о безопасности других? Конечно, я был зол. Сейчас же мне всё равно. Но всё же речь не обо мне, а о твоём дяде, что сейчас мёртв, — Джон отодвинулся от Каи. — Послушай свой ум и подумай о том, что твоё горе уже никак не поможет ни тебе, ни мистеру Шорко. Я понимаю грусть, всё же дорогой для тебя человек… Хотя, скорее всего, твоя сестра — самый важный человек… — Джон! — Девушка посмотрела на него непроницаемым взглядом. С лица пропала хоть какая-то эмоция. «Ой… Это не хорошо.»       Девушка приблизилась к нему. Во рту у Джона пересохло, и у него явно увеличился пульс. В мгновение девушка замерла, так как послышалось, как входная дверь начала открываться. Кая сразу же встала с его колен, и они увидели Мию, что зашла в дом. Лицо девочки было больно красное из-за того, что она до этого бежала обратно домой, это можно было понять по её отдышке. — Кая, там хоронят дядю Эндрю, прямо на деревенском кладбище. Пошли скорее! — Как только она это сказала, то посмотрела на него. — О, дядя Джон, вы проснулись! Вы хорошо себя чувствуете? — Кхм, уже лучше. Помнишь, говорил, что меня так просто не сломать? — Девочка кивнула, но притихла. Кая без лишних разговоров надела на себя шубу и начала подгонять младшую к выходу. — А дядя Джон с нами не пойдёт? — Это последнее, что услышал парень, прежде чем дверь закрылась за этими двумя особами.       Джон знал, что присутствовать ему на кладбище не дадут или, как минимум, он вызовет скандал своим присутствием. Кая это прекрасно понимала, поэтому даже и не спрашивала его. Он только пришёл в себя, да и, если быть честным, он бы и не пошёл на его могилу. Он ему был никем и никем и останется.

***

      Шли дни, а двоих хозяек дома он видел всё меньше и меньше. Джон быстро связал это с несколькими причинами. Во-первых, отсутствие Каи всё же повлияло на обстановку в деревне. Видимо, не все жители доверяли ему до конца, чтобы всё рассказывать. Джон сам по себе был достаточно чёрствым человеком и всегда говорил только по делу, а если с ним начинали спорить, то либо игнорировал, либо мог переборщить и оскорбить человека за скудные знания. Во-вторых, после смерти Шорко двум девушкам приходится очень стараться, чтобы заработать намного больше денег. Младшая ходила помогать другим семьям, за что ей давали запас еды, а старшая своими знаниями зарабатывала деньги, чтобы теперь платить за эту маленькую халупу.       Джон помог чем мог и сам начал изучать некоторые аспекты этого мира от скуки. Когда он поднялся на ноги, то начал расхаживать по дому и двору, даже зашёл в сарай, ради различных экспериментов. Он сумел найти травы, которые обладали очень даже необычными свойствами: под действием пустотной магии они воспламенялись, будто спичку добавили в керосин. Так он умудрился повзрывать пару склянок, пока не нашёл идеальную формулу для мини-бомбы. Джон сказал бы, что это что-то похожее на коктейль Молотова, но более удобной комплекции и которую можно хранить у себя в кармане, что было удобно.       Джон даже усмехнулся, увидев знакомые растения, которые можно было смешать и получить неплохое курево.       Учёный сам по себе никогда от скуки не курил всякую дрянь, только ради личного эксперимента. Казалось бы, можно давать подопытным крыскам всякую шелуху. Но Джону было любопытно, будет ли на него, как на мироходца, трава действовать по-другому и будет ли эффект проходить быстрее за счёт силы искры.       Парень хотел было сделать небольшой косяк и пошутить над хозяйкой дома, но знал, что девушка была более чем умна, чтобы знать свойства некоторых растений… Скорее всего, эта мадам открутила бы ему голову. Джон не боялся Каю, но девушка была с довольно молниеносным характером. Чем-то она напоминала нынешнюю Сашу: умна, умеет ставить на место, если нужно. Причём Джон знал малое количество человек, которые могли его заставить замолчать и даже выслушать чужое мнение. Но всё же в ней был такой шарм, которого Джон не видел в других девушках. Джон назвал это «изюминкой».       Когда парень начинал думать о девушке, то быстро старался занять свою голову другими мыслями. Бывало, не получалось, и это приводило к более тревожным мыслям. Тогда он вставал на голову. Первые пару раз он делал это, прислонившись к стене, а позже, когда он был физически полностью здоров, стал это делать посреди комнаты.       Однажды за таким занятием застала Кая, и она была крайне удивлена таким поведением. — Джон? — Она зашла в дом. Парень стоял на голове с закрытыми глазами. — Ты чего? — Ой, красавица… Привет. — Он повернулся снова назад и встал на ноги. Она прищурила взгляд. — Что? Это помогает мне лучше думать, так под силой гравитации притекает больше свежей крови. А если честно, мне уже становится скучно… — Что, твоя искра всё ещё слишком слаба, чтобы вернуться домой? — Девушка сняла с себя шубу и положила все свои сумки на пол. — А то твои жалобы на скуку уже успели меня утомить. — Она прошла дальше в здание. — Прекрати называть меня «красавица», мы же обсуждали это. У меня есть имя, и ты можешь по нему обращаться. Сам же упрекал в этом! — Ну, я мог бы уйти, но там такой холод, и мне негде ночевать. А искра потихоньку восстанавливается. Я всё пытался понять, почему вообще произошёл взрыв. При слабой искре вообще ничего не должно было произойти, а тут резкий скачок энергии. — Джон взобрался на печь и подтянул одно колено к груди. — М-м-м, ну ты рассказал, что перед тем как пришёл домой, то использовал много сил, пытаясь помочь Шорко. Что, если выброс энергии дал повод организму делать запас, если тебе инстинктивно понадобится убраться из мира? — Но тогда я должен был совершить прыжок в другой мир, и взрыва бы не произошло. — А искра может влиять на психическое здоровье мироходца? — Ну, с точки зрения моральной составляющей, то энергия искры никак на это не влияет. Если у мироходца есть психиатрическое заболевание, как шизофрения или психопатия, то искра никак не может на это повлиять. Чаще я замечал либо ухудшение состояния, либо же смягчение симптомов. Но ОМП никак не может лечить психические проблемы. И подожди-ка, к чему это ты ведёшь? — Джон поправил свои очки. — Ты, конечно, в своей стезе немного странный, но я намекала не на заболевания. Это как если человек очень сильно боится или нервничает, когда, например, видит страшного зверя и пытается бежать. Или же если при испуге человек может действовать импульсивно и случайно совершить неосторожное действие. — Девушка взяла и зажгла печь, так как начинало темнеть и холодать. — Но я не мог ошибиться или как-то сделать что-то импульсивное, я почти всегда знаю, что делаю! — Да? И мистера Шорко ты пытался вылечить искрой, потому что знал, что делал всё правильно? — Это ты так пытаешься меня в чём-то обвинить? — Нет. Джон, я даже и не думала об этом. Я прекрасно понимаю, что ты пытался помочь, всё же ты выполнял обещание моей сестры: «Помочь жителям деревни, пока мы не приедем обратно». Хоть ты и кажешься достаточно чёрствым, но совесть у тебя есть. — В печи наконец-то начало копиться тепло и свет освещал домик. Девушка подняла свой взгляд на парня и сказала без какой-либо эмоции. — Всё же ты ошибся. — Джон скрючил выражение своего лица и хотел было спорить с девушкой, но она продолжала говорить. — Ты не справился и за это винишь себя. Ты говорил, что злился на себя, когда не смог защитить родную мать. Правильно. Лучше злиться, чем винить себя. Хотя, разве это не равные понятия? — Девушка выдохнула. — Вдруг твоя злость и резкий выброс гормонов повлиял на искру и она среагировала именно так как резкая вспышка, когда люди взрываются в своей вспышке гнева?       Джон молчал. Он злился. Как девушке так быстро удалось разгадать все его эмоции, неужели он был так очевиден всё это время? Он даже хихикнул этой неприятной правде. На лице девушки было написано равнодушие. Джон даже посчитал это плюсом, не хотелось видеть ничего такого, из-за чего парень взбесился бы. Не было ни жалости, ни злобы, ни усмешки.       Но вопрос девушки давал повод для раздумий. Вдруг эмоциональная окраска дает более разные интересные выводы, к которым можно подобраться. Пока Джон задумался, в дом кто-то постучался. Девушка вздрогнула. Ученый понял такую реакцию, все же редко кто-то наведывался в этот дом в гости. Кая никогда никого сюда не звала, а также запрещала и сестре сюда кого-либо звать. Видимо, прибытие мироходца было неким исключением.       Сестра Каи никогда не стучалась, а лишь вламывалась в дом, после того как сильно потянет, чтобы отворить дверь. Кая встала с места и подошла к двери, одну руку положила в карман, прежде чем отворить дверь. Девушка наклонила голову, когда перед собой увидела мужчину лет тридцати. Он был одет очень даже прилично и явно не был бедняком. — Кто вы? И что вам нужно? — Здравствуйте, полагаю, вы мисс Кая. Прошу прощения, что врываюсь в ваш дом. Меня зовут Натаниэль Рогмантон, я являюсь адвокатом покойного Эндрю-Умиля Шорко. Я здесь, чтобы исполнить последнюю волю мистера. Ах да, примите мои соболезнования. — Девушка пропустила мужчину в дом, но руку из кармана не убрала. Джон подумал, что она явно держала в нем какую-нибудь штуку, если в случае чего случится опасность. — Руку из кармана можете вытащить. Я прекрасно знаю, что вы там держите какой-нибудь порошок или, может, даже нож. Карман, правда, слишком маленький для небольшого ножа, но порошок… — Ученый наклонил голову, умный мужчина для своего блага. — Дом не сильно богатый, ну это может быть мука… Хотя я слышал, что вы практикующий медик, и найти порошок, который смог бы сжечь мои глаза, более вероятно. — Откуда вы знаете? — Кая вытащила из кармана руку и встала рядом с печью, где все также сидел Джон. — О, поверьте мне, вы не первая, кто пытается совершить покушение. — Мужчина присел на стул около стола. — Не поверите, но первый мой случай передачи наследства выпал на мистера Шорко, когда его умерший брат оставил некоторые сбережения и вещи ему. Тогда, впервые увидев меня, он тоже чуть не прострелил мне бошку, так как не поверил мне. Видимо, у двоих братьев была своя история. — Мужчина поставил сумку на стол. — Может, чаю выпьем? А то из дома братьев-близнецов меня выгнали, когда услышали, что их отец не оставил им все.       Девушка взяла чайничек и достала небольшие кубики травяного чая. Кинув кубики внутрь чайника, она налила небольшое количество воды и поставила в печь. Кая стала расспрашивать более подробно у мужчины про его жизнь и его работу. Как оказалось, по его молодости, самым первым делом по работе оказалось составление и передача наследства от какого-то не слишком богатого врача. Он оставил наследство своему брату и двум своим дочерям. Когда Эндрю принял наследство и смог обеспечить жизнь этим двум девочкам, то тот достаточно часто стал обращаться к Рогманту за помощью по разным вопросам. За эти годы они стали хорошими знакомыми.       Несколько месяцев назад Шорко начал написывать письма, чтобы юрист помог правильно составить документы о наследстве. Джон в этот момент думал, что этот дедушка уже прекрасно знал о скорой кончине, но сам никогда не жаловался кому-то. Поэтому это прагматично — подготовить все заранее, чтобы потом у его сыновей как минимум не возникло споров. — Так, мисс Кая, хотел бы узнать, может ли присутствовать ваша сестра? Всё же последняя воля предназначена вам двоим.       Девушка встрепенулась и встала со стула. Подойдя к сумке, она взяла какую-то металлическую штуку. Открыв крышку, учёный сразу понял, что это небольшие часы, по которым можно было отслеживать время. — Хах, уже достаточно поздно. Она уже должна была вернуться домой. Может, она у подружки осталась на ночь? — Девушка присела напротив парня. — Я могу пока рассказать основные пункты наследства.       Кая встала с места и хотела было выйти из дома, как к ним постучались. Открыв дверь, девушка увидела перед собой старика, что морщился от мороза на улице. — Ох, мисс Кая. Рад вас видеть… — Дедушка Нивад, добрый вечер, чем я вам обязана? Кстати, вы не видели мою сестру? — Милая Кая, я как раз хотел спросить это у вас. — В каком смысле? — Мия обещала сегодня прийти к нам и помочь с животными на другом конце деревни, и даже моя внучка с удовольствием её ждала. Хотелось узнать, здесь ли она? Пришёл к ней напомнить, что без неё нам не справиться. — Кая как-то впала в ступор, а после неуверенно кивнула. — Дедушка Нивад, честно говоря, не знаю, где моя сестра. Она должна была уже вернуться домой. В крайнем случае, она же остаётся у вас на ночёвку. — Если её найдёте, скажите ей, что мы её ждём. — Дедушка кивнул и пошёл в сторону своего дома. Когда девушка закрыла дверь, то стала собираться на улицу. — Вы меня простите, мистер Рогмантон, за такой приём, всё же найти мою сестру очень важно. — Она уже надевала шубу. — Ну начинается, — сказал мужчина и достал из своей сумки буханку хлеба, разломил её на кусочки и начал есть, запивая чаем. — Сначала попробуйте зайти к близнецам Шорко. Что ни дело с наследством, так обязательно запинки и желание нагадить ближнему.       Девушка уже собралась, как парень спрыгнул и тоже надел шубу. — Джон? — Пошли уже. Ты идёшь в сторону дома Шорко, я быстро пробегусь по остальным в противоположной стороне. — Ты… — Давай-давай, пошли, у нас с каждой секундой меньше вероятности её найти в случае чего. — Она кивнула и перестала спрашивать. — Я тебя догоню и буду следить. Если они меня увидят, то сразу пристрелят на месте. Так что помогать открыто не смогу.       Они разошлись, и Джон пробежал по домам, беспокоя разные семьи и спрашивая про Мию. Многие жители были хоть и недовольны тем, что их разбудили, но, услышав вопрос о девочке, с удовольствием предлагали свою помощь. К Джону присоединились девушка и парень, которые даже были больше обеспокоены, чем он сам. С этого момента процесс пошёл быстрее, и они достаточно быстро начали обходить дома. Набрав ещё человека два, они успели обойти половину деревни. Через три дома Джон оставил их на поиски, а сам поспешил к девушке на помощь в дом Шорко.       Как только он прибежал, то услышал крики. Парень спрятался и стал прислушиваться. — Уйдите, девушка, мы не знаем, где ваша сестра, и ничего такого не слышали. Вы прекрасно знаете, что у нас горе, так что вам должно быть стыдно! — Женщина в доме (скорее всего, жена одного из братьев) пыталась закрыть дверь перед ней, но Кая просто так не сдавалась. — Я хочу увидеть хозяев дома. Они прекрасно знают, как выглядит моя сестра, хочу лично убедиться, что они ничего не знают! У меня тоже случится горе, если я не увижу свою сестру! — В доме послышался шум, и Джон услышал какой-то мужской голос. — Ну-ну, не можете без сестры стать наследниками нашего отца? — Послышался смешок. После наступила оглушающая тишина. — Ах, мисс Кая, мы не видели вашу сестру. Так что вам здесь нечего искать. — Джон увидел, как девушка готова была накинуться на мужчину, но не успела, так как перед ней закрыли дверь. — Я понимаю, что ты горюешь, милый, но дама не виновата, что не смогла усмотреть за бедной девочкой, — послышалось за дверью, после чего последовал смех. Джон слышал только смех с того места, где он прятался. — Эй, откройте! Если я не найду свою сестру, то своими руками вас придушу! — Девушка стучала со всей мощи. Джон подбежал к ней и оттолкнул от двери. — Вы пожалеете, что вообще на свет появились! — Ты с ума сошла?! Они не постесняются выйти с оружием к тебе! Нужен другой план, — девушка пыталась вырваться из его рук, но парень сжал ей запястья и не давал убежать от него. — Отпусти, отпусти! Они дели куда-то мою Мию! — Джон даже вздрогнул от последнего предложения, но всё продолжал держать её, пока та не успокоится. В один момент она перестала дёргаться и притихла. Джон, посмотрев вниз, увидел слёзы. Девушка не рыдала, только две одинокие дорожки слёз прошлись вдоль щёк. Джон отпустил запястья девушки и одной рукой дотронулся до лица и вытер влагу с него. — Тихо-тихо. Мы должны действовать, а не позволять эмоциям брать верх. Просто представь, как твоя сестра будет расстроена из-за твоих слёз. Я обещаю, мы найдём твою сестру. — Кая взяла ладонь парня и отвела её в сторону. Она протёрла своё лицо и нервно выдохнула. — Да. Давай действовать, — девушка взяла его руку и потащила в сторону от чужого дома. — Что-то смог выяснить у других жителей? — Говорят, что до вечера она помогала одной старушке и убиралась там по дому, после чего она ушла в южную сторону, и её уже никто не видел. Нужно спросить у добровольцев, что бегали по деревне, пока я бежал в твою сторону, — Джон не отпускал её руку, которую сжали изо всех сил. Парень понимал, что она сильно нервничала и держалась за него, чтобы снова не сорваться. — Думаю, они скоро закончат и подойдут к твоему дому.       Девушка молчала.       Как только они подошли в такой темени к дому, то увидели, что около входа стояло пару человек, и они болтали с мистером Рогмантом. Как только он увидел их, то быстро переключил внимание на них. — Ну как, добились чего-нибудь от братьев-акробатов? — Мужчина немного усмехнулся, но лишь на секунду, прежде чем продолжить. — Да-да, они вам ничего не сказали. Это было очевидно. Хоть люди мне и доверяют дела наследства, но как же они меня выматывают. — И что теперь, мистер Рогмантон? — спросила Кая. — Итак, все присутствующие, завтра приходите ранним утром, и организуем поиски в отдалённых местах деревни. Завтра сюда подъедет несколько человек из ближайшего города, так что помощь будет. — Мужчина достал трубку и хотел было закурить, но продолжил. — Если сможете найти знакомых, что хорошо переносят длительные прогулки и знают округ, то тоже приглашайте их на поиски. Чем больше народа, тем больше шансов найти и самим не потеряться. — Но почему мы не можем пойти сейчас? Есть вероятность, что девочка замёрзнет насмерть! — спросила одна девушка, которая выглядела чуть моложе Каи. — Потому что вероятность самому заблудиться в глубокой ночи намного больше, чем днём. А также ночью больше шансов наткнуться на диких зверей, которые нас сожрут, — сказал Харрис и поправил свои очки, которые успели спасть, пока они шли до дома. — Не хотелось бы потом и вас начать искать, так что давайте ждать утра. — Вы слышали мистера, давайте расходиться. Всем спасибо за предоставленную информацию. Будем ждать вас завтра. Всем доброй ночи, — мужчина развернулся и зашёл в дом. Все стали идти в разные стороны по своим домам.       Кая и Джон тоже зашли в дом. Все они сняли свою верхнюю одежду. Джон стал подробнее спрашивать про помощников и что они смогли хоть что-то откопать. Адвокат рассказал интересные моменты и даже показал перчатку, которую нашли у южного выхода из деревни. Когда Кая посмотрела, то сразу узнала их плетение и подтвердила, что перчатка была её сестры. После разговора Джон спросил про помощников, которые прибудут из города. — Обычно, если мне предстоят поездки в удалённые места или даже за границу, то я заранее нанимаю людей, которые следят, чтобы я вернулся вовремя, — мужчина прилёг в углу дома и лёг на свою зимнюю куртку. — Это сделано для меры безопасности, чтобы знать, что всё под контролем. Если я задерживаюсь после того времени, как я указал в нашем уговоре, то эти люди выезжают на точки, где я бывал, и начинают искать меня. Знаете, сколько раз на меня пытались покушаться за мои годы работы?       Джон догадывался. Если ты защищал чьи-то интересы, того, кто реально является преступником, то родственники пострадавших могли посчитать вас врагом. — Вообще, сейчас по времени я должен как раз был подтвердить своё присутствие. Через часа два они соберутся сюда ехать. Давайте спать, мне ещё нужно будет завтра их встретить, чтобы доплатить, — мужчина отвернулся от них и заснул.

***

      Следующим утром Джон сразу заметил, что девушка не спала. А вот адвокат, кажется, прекрасно спал без проблем. Они вдвоём встали раньше него, но через час Джон тоже не стал отставать. Как только около их дома собралась небольшая группа людей, Рогмантон сразу заговорил: — Добрые люди, спасибо, что смогли откликнуться на зов о помощи. Все знают, как выглядит наша пропавшая? — Кая сразу начала рассказывать про внешность и одежду сестры. Те, кто впервые тут оказался, внимательно её слушали, после чего мужчина продолжил: — Все основные силы бросаем на южную сторону, после чего будем начинать двигаться в разные стороны. Помните, если вы боитесь оставаться одни, то лучше выберите себе напарника, который знает местность вокруг. Возьмите запасы еды и воды, мы будем искать до поздней ночи. Собираемся здесь в назначенное время. — Мужчина поднял руку, и мужчины пошли к ним, протягивая бумажно-картонные штуки. — Смотрите, эта штука — хлопушка, которую, если используете, будет означать две вещи: либо вы в опасности, либо нашли пропавшую. Стараемся на звук сразу идти и спасать ваших товарищей и друзей. А использовать — только по необходимости.       Джон взял хлопушку. Он мог пойти и один, так как неплохо ориентировался по солнцу и понимал, куда идти в случае чего. Осмотревшись, парень сразу приметил служанку, которая работала в доме Шорко. Он подошёл к ней и сразу поздоровался, хотел узнать какую-нибудь информацию. Она сначала как-то расстроено смотрела на него, но всё же рассказала, что её сразу же уволили после похорон хозяина, и теперь она жила то там, то сям. Кая подошла к ним и отметила этот момент. — Могу ли я пойти с вами? Я не часто в лес выхожу и не могу знать каких-то особенностей. — Женщина смотрела на них как-то нервно, но старалась не подавать виду. — Не-не-не, я иду один, дамы. Я неплохо ориентируюсь в таких пространствах. Люди вокруг лишь отвлекают меня. — Кая хотела было возмутиться, но служанка начала резко благодарить и уговаривать молодую девушку. Джон уже уходил в другую сторону, но услышал разговор поодаль себя: — Мистер Рогмантон, вы не идёте с нами? — Видимо, это были нанятые рабочие из города. — Я присоединюсь позже к поискам. Да и мне лучше оставаться здесь, чтобы я смог быть тем, кто первый встретит раненых людей, если такие будут.       Джон понял эту прерогативу. Мужчина, скорее всего, хотел зайти к братьям-близнецам, чтобы, возможно, оказать на них давление в рамках закона. Хоть учёный и не был юристом и не сильно разбирался в некоторых аспектах, когда появляются новые переменные в деле, люди всегда возвращаются к разговорам и возможным исходам, которые могут грозить. Мироходец ещё не доходил до участия в судебно-юридических разбирательствах, но где-то в голове парень поставил себе такую отметку.       Учёный подошёл к южной границе, где собрался народ. Староста деревни проинструктировал всех и дал некоторые рекомендации. Разделив пути, люди двинулись в лес. Джон сразу двинулся в сторону юго-запада, решив, что похитителям было бы легче идти в ту сторону, где садится солнце. Он приметил положение звезды ещё когда выходил из дома, чтобы размять ноги и прийти в себя. Самое неудобное здесь — огромные сугробы, которые приходилось обходить и следить, чтобы случайно не провалиться вглубь, иначе обморожение было бы обеспечено. Раз в десять минут он начинал кричать имя девочки, затем около двух минут ожидал хоть какого-то шума и, когда ничего не слышал, шёл вперёд минут восемь. Однажды он встретил людей из деревни, которые в какой-то момент вышли на его маршрут. Они быстро обменялись информацией и отправились дальше. Парень, чтобы не запутаться, под некоторыми деревьями оставлял небольшие углубления в снегу, некие знаки своего присутствия. Конечно, это не самый эффективный способ, так как мог пойти снег и всё это замести, но лучше, чем ничего.       Через пару часов он шёл, пока не услышал странный громкий рёв.       Учёный всё это время думал, что хлопушки — удобное приспособление, но могут призвать много хищников. Так что такая игрушка — это, с одной стороны, риск, а с другой — спасение. Рёв был достаточно близко, так что ему нужно было убедиться, что его не найдут. Он брал охапки снега и размазывал по шубе и по себе, чтобы хоть немного сбить запах. Да, через некоторое время ему станет дискомфортно от холода, но быть сожранным ему не хотелось. Он перестал кричать имя девочки, лишь останавливался и иногда прислушивался к тишине рощи.       Среди ярко-белоснежного леса Джон находит вторую варежку. Того же пошива и цвета, что была у Мии. Неплохая подсказка. Посмотрев, как она была закреплена в кустах, напрашивалось два вывода: либо девочка бежала сквозь сугробы и случайно зацепилась рукой, либо кто-то тащил её через кусты, и она оставила варежку как подсказку, в какую сторону двигаться. Джон стал идти дальше и увидел в нескольких десятках метров, что он стоит на возвышении, а ниже идёт резкий спуск вниз. Парень решил было спуститься вниз и посмотреть, но, не успев пройти и метра, увидел резкое углубление, где были кусты. Они были как-то странно примяты к земле, будто кто-то цеплялся за них и почти вырывал с корнем. Подойдя к тому месту, он увидел дыру внизу.       Джон сразу догадался, что они шли сюда в темноте, и дыру запросто можно было не увидеть, а если кто-то девочку сюда притащил, то сопротивление могло дать похитителю невнимательность. Скорее всего, в эту яму провалились. Парень аккуратно опустился на землю и осторожно заглянул внутрь. Темнота, почти ничего не видно. Джон опустился и запрыгнул внутрь, сразу же вооружившись на всякий случай. Использовав магию, чтобы осветить всё вокруг, он совершил ошибку. В четырёх метрах от себя он увидел спящего медведя. В мгновение он приглушил пламя и оставил лишь маленькую часть. Пришлось снять очки, так как в этой темени было почти ничего не разобрать.       Когда он посмотрел вниз, чтобы убрать очки под шубу в карман своей одежды, то под собой увидел кровь.       Это нехорошо.       Немного отойдя назад от медведя, он хотел было развернуться, но его потянули за рукав. Джон мгновенно развернулся и хотел было зарезать побеспокоившего его, но в один миг остановился, как увидел девочку. Её хватка хоть и была слаба, но она зацепилась за него. Она молчала, и её взгляд был немного помутневшим. Перед ним сидела Мия, и она вся дрожала, скорее всего, от холода.       Джон как можно тише присел перед ней и дал ей выпить немного воды, которую он взял с собой. Тихонечко дал ей кусочек хлеба, и девочка с удовольствием начала есть его с рук. Осмотрев её, он даже вздохнул с облегчением. Он не наблюдал сильного обморожения. Всё было поправимо, если отнести её домой и просто согреть, накормить и дать полежать около печи. Он взял её ладошки в свои руки и стал растирать между своих. Это дало шанс её немного успокоить и чуть согреть.       Кровь могла принадлежать либо мертвому животному, либо похитителю. Когда парень показал девочке двумя пальцами движение ног, спрашивая таким образом, может ли она идти, то та резко зашевелилась и отодвинулась от него. Она смотрела с ужасом, но не на парня, а куда-то позади него. Харрис посмотрел назад, где всё так же мирно спал медведь. Страх перед зверем можно было понять. Джон, осмотревшись, увидел небольшую палку, взял её в руки и стал писать на земле. «Мы должны отсюда уйти, и нам просто придётся пройти мимо мишки», — девочка помотала головой и хотела было расплакаться, но закрыла рот руками, чтобы не издать ни звука. Отобрав палку у парня, она тихонько стёрла надпись и стала сама выписывать буквы. Не очень уверенно, так как дрожали руки. «Он просто разорвал его», — учёный сразу понял, что девочка говорит про похитителя. Значит, она не сама убежала в чащу по ошибке, а правда нашёлся какой-то придурок и потащил маленькую девочку в лес. Он снова взял палку в руку. «Медведь уже поужинал и вряд ли нападёт, если мы пройдём мимо него», — та сильно нахмурилась и отвернулась, скрючившись, лицо спрятав в колени. Джон, конечно, не утверждал на все сто процентов, что медведь не проснётся и не нападёт на них. Всё же в спячке у них замедляется метаболизм, но от этого менее голодными они не становятся. Больше всего они агрессивны, когда просыпаются из спячки, так что самое страшное, если он и правда проснётся прямо сейчас. Девочке и правда нужно было отдать должное, что она смогла всё это время просидеть в полной тишине и не пошевелиться. «Тебе надо мне довериться. Помнишь, как я говорил, что я так просто не сломаюсь? Это значит, мы выберемся отсюда», — он тихонько дёрнул её за шубку, и та подняла свою голову, чтобы взглянуть на него, затем, посмотрев вниз, она прочитала его просьбу довериться. Только секунд через двадцать она кивнула. «Ты должна повторять за мной: как я, так и ты». — Джон после этого встал с земли и ждал, пока она встанет. Она встала, даже если по взгляду было видно, что она особо этого не хочет.       Джон светил в стену приглушённой пустотной магией, чтобы яркий свет не падал на зверя. Он ступал по тем участкам, где не было насыпано, чтобы случайно листва и снег не начали скрипеть под ногами. Чем ближе они подходили, тем внимательнее Джон смотрел под ноги и шёл всё медленнее. Девочка резко взяла его за руку и крепко-крепко сжала до боли, парень даже удивился, что у неё столько сил. Он ничего не сказал, а лишь продолжал двигаться вперёд. Как только они прошли мимо мишки, который снаружи на вид был даже очень милым, девочка ослабила хватку.       Понадобилось ещё метров двадцать, чтобы выйти из пещеры, в которой они находились. Джон выдохнул. Они выбрались, и вокруг всё та же снежная чаща. Парень развернулся и увидел, что им нужно подняться над пещерой, чтобы идти в обратную сторону. — Залезай на меня, нужно забраться на выступ. — Мия кивнула и стала взбираться на его руки, чтобы подтянуться вверх на скалу. После того как она забралась, парень последовал за ней уже без помощи. Как только они взобрались и уже направились назад, Джон сказал: — Ну вот видишь, не проснулся же он. Надо двигаться обратно в деревню, чтобы не успело сильно стемнеть, иначе идти в темноте может быть проблематично. — Девочка опять ничего не сказала, а лишь кивнула. Парень нахмурился и решил уточнить: — Может, тебе ещё дать перекусить, всё же ты замёрзла. Еда может помочь немного согреться. — Да, хочу ещё. — Джон без раздумий снова порылся в своих вещах, выложив некоторые вещи, чтобы они не мешались. — Подержи пока мои вещи, я достану тебе немного хлеба. — Он передавал девочке вещи, но не учёл одну деталь: он не проследил за тем, что передавал. Также не учёл, что перед ним стоял ребёнок, которому явно будет любопытно потрогать для него новые вещи и воспользоваться ими. — Вот дер… — Парень уже хотел передать печенье, которое нашёл у них дома, но вместо этого его прервал громкий хлопок. У парня глаза расширились от этой явной глупой ситуации. Хлопок пошёл эхом по всему лесу.       С одной стороны, теперь к ним спешат люди, чтобы им помочь. Ну, по крайней мере, те люди, что были в зоне слышимости. Только это повлекло за собой последствия: они услышали очень громкий рёв. Девочка аж от испуга выронила все вещи, что с собой тащил Джон. Парень, как только увидел медвежью лапу, схватил девочку за руку, потащил как можно дальше и спрятался с ней за дерево.       Харрис надеялся, что медведь просто начнёт вынюхивать оброненные вещи и просто не заметит их. Девочка перед ним зажала себе рот и нос. Он взял её руки, чтобы та дышала хоть немного, а иначе её запыхавшееся дыхание будет слышно. Она перестала как-либо дышать, Джон сам еле держался, чтобы сдержаться и не начать паниковать. Как только послышались звуки передвижения по снегу, парень тихонько выглянул из-под дерева и посмотрел, как медведь и правда не заметил их и стал разнюхивать вещи. Осталось только ждать, чтобы медведь ушёл к себе обратно или пошёл бы в совершенно противоположную сторону.       Всё же зря он сам не закрыл ей рот. Видимо, её нервы скопились в пучок, и, не выдержав такого всполоха эмоций, она всхлипнула. Джон в этот же миг спрятался обратно и сам закрыл ей рот. Правда, было уже поздно, зверь поднял свой взгляд наверх и заметил их. Он стал идти в их сторону, и Мия, как только услышала приближение, двинулась вперёд и побежала что есть сил на своих небольших ножках. — Чёрт… — Он побежал сразу назад, не оборачиваясь, так как знал, что лишь одна заминка и один удар медведя могли превратить его в лепёшку. Добежав до девочки, он взял её и перекинул через плечо. Он стал перемещаться как можно быстрее, сзади слыша рык, который ему совсем не нравился. Девочка на его плече держалась крепко, но кричала очень громко.       Харрис знал, что, скорее всего, медведь всё равно нагонит их. Этот буйный мишка проснулся неожиданно, и удивительно, как он их ещё не догнал, как только они двинулись, но сейчас задача была задержать его настолько, насколько это возможно. Была бы девочка повзрослее и выносливее, они бы вместе бежали и могли перехватывать внимание медведя, но эта девчонка была ещё слишком беспомощна в таких вещах. Парень создал небольшую колбочку в руке и кинул назад. Маленькая хитрость, которую он придумал, пока находился здесь: смешав некоторые травы и немного магии, он получил маленькую бомбу, которая поджигала область вокруг.       Жалко было её использовать, он оставлял её на случай, если вернётся домой. На всякий случай, если он будет в опасности.       Зато сзади них было слышно, что его маленькая заготовка смогла на пару секунд отвлечь зверя. Парень не сбавлял шагу, и его не волновало, что он мог случайно поджечь деревья. Жизнь его сейчас была дороже, чем вероятность быть сожженным. Девочка на плече перестала без умолку кричать, видимо, слишком устала. Но это только показалось, пока она снова не закричала: — ОН БЛИЗКО-БЛИЗКО И НАГОНИТ НАС! — Джон чувствовал, что лёгкие начало сдавливать от нехватки воздуха, и он не мог вздохнуть. Очевидно, с каждым мигом его движения замедлялись.       Какой бы ни была идиоткой эта девочка, Джон обещал Кае, что они найдут её сестру. Он отдаст эту глупую своей сестре, которая будет воспитывать своё очень глупое дитё. Может, она вырастет и даже станет большим гением, чем старшая девушка. Но до этого нужно дожить.       Когда на ухо заорали так сильно, что, казалось, весь лес мог услышать, Джон прыгнул вперёд и поставил девчонку на землю. — Беги, что есть мочи, и где-нибудь спрячься. Я отвлеку его как могу, — она знает, что надолго его вряд ли хватит, но он может выиграть время для Мии. «Да… И это я после этого считаю девочку глупой. Только сам не промах.»       Медведь, кажется, не ожидал таких неоднозначных действий и, кажется, даже не сразу напал. Девочка стояла как вкопанная, пока парень гневно не закричал: «БЕГИ!». Она развернулась и побежала вперёд. Джон выдохнул и развернулся к медведю. «Ну почему я всегда влипаю в такие истории? Я же не путешественник-авантюрист, а учёный…»       Харрис призвал небольшой меч из пустотной магии. Он всё ещё тренировал призыв меча побольше, который бы не разваливался через пару ударов, но учёба шла тяжело. Чем больше он пытался вместить энергии, тем, кажется, он был ненадежнее. Также Джон связывал это с тем, что у него наступала резкая усталость, из-за чего меч не мог поддерживать форму постоянно.       Сейчас это не важно, нужно хоть какое-то оружие, чтобы отбиваться. Медведь посмотрел на него, после чего резко ринулся за ним, Джон отпрыгнул в сторону. Медведи хоть и мощны по своей натуре, но не такие быстрые, как, например, волки или лисицы. Или, например, тигры. Только вот даже это не помогло, и парню всё равно приходилось только отбиваться, всё же шанс пораниться был высок, если он не будет внимателен. Так это длилось около пяти минут, пока парень не стал замечать, что резко устал. Парень понял в чём дело и убрал из рук меч, просто оставив в руках пустотную магию, чтобы в случае чего он смог бы обжечь и поранить животное. Ему ещё недостаточно было восстановиться за всё то время, что он был в этом мире.       В одно мгновение Джон оказался зажатым у дерева, и отскочить в сторону было не вариантом, так как зверь бы к нему быстро подобрался. Пока он думал, зверь кинулся двумя лапами на него. Парень быстро юркнул на землю и пытался вылезти из-под медведя, но, к сожалению, не мог выбраться. Джон думал сейчас попробовать использовать искру. Хоть бы девочка успела убежать, пока парень валялся без сознания. Парень хоть и имел дурацкую привычку надеяться на лучшее, полагая, что авось он выкрутится, хотя шансы были и малы. Закрыв глаза, он стал сосредотачиваться на том, куда бы хотел попасть… Но не успел он подумать о родном мире, как услышал оглушающий выстрел оружия.       Джон открыл глаза и увидел стоящего над ним медведя, который стал падать куда-то вбок. Джон быстро встал с места, чтобы этот тяжёлый зверь не раздавил его своим весом. Лапы медведя ещё немного подрагивали, но в следующие секунды он вообще перестал как-либо шевелиться. Он поднял свой взгляд и увидел перед собой пару людей, и среди них Мию. «Ладно, она молодец.»       Парень выдохнул. Всё же девочка нашла помощь и притащила людей с ружьём. Джон отряхнул снег и подошёл к людям, которые стали сразу расспрашивать, всё ли с ним в порядке. Джон их всех проигнорировал и просто взял девочку за руку, потащив её в сторону деревни. Мия хотела было спросить его, но, увидев его серьёзное выражение лица, попросту побоялась. Харрис был не настроен разговаривать. Он устал, раздражён и хочет быстрее всё это закончить. Раз он обещал, то выполнит.       Шли они ещё примерно час, прежде чем девочка рядом с ним еле стала передвигаться. Парень выдохнул, ну конечно, она ужасно замёрзла. Парень развернулся к людям и громко сказал: «У всех, у кого более-менее не промокшая одежда, вам придётся её отдать девочке, а иначе у неё просто замерзнут все конечности. Также мне нужно, чтобы ей дали покушать.»       С того часа к ним присоединились еще человека три, которые столпились с остальными и достали небольшой бурдюк с молоком, а кто-то нашёл сухие кусочки мяса. Джон даже удивился, что-то кто-то расщедрился на мясо. Джон взял всего по немногу, только вместо молока взял простую воду. Присев перед девочкой, он дал ей поесть. Как только она закончила приём пищи, то он взял девочку на руки и потащил её дальше.       Понадобилось ещё какое-то время, прежде чем они дошли до границы деревни. На улице было темно, не поздняя ночь, но солнце село за горизонт уже минут сорок назад. На периферии он увидел, как люди толпятся и что-то между собой проговаривают. Кто-то из группы людей их заметил и подошёл к ним, решив помочь, но он не отдавал девочку кому-либо и шёл в сторону дома сестёр. Ему было всё равно, что ему сейчас говорят, у него была одна задача, и он выполнял её без колебаний.       Когда они оказались в деревянном доме, он положил девочку на шкуры животных и стал её раздевать. Кто-то подошёл и хотел было остановить, но он прервал всего одной фразой: «Если хочешь быть полезным, принеси дрова для печи. Нужно её согреть, а делать это в мокрой одежде не вариант».       Никто не стал возражать. Люди вокруг него стали суетиться, чтобы разжечь печь. Через минут десять появилась Кая. Она подбежала к своей сестре, которая от усталости спала уже последние полчаса. Она послушала её дыхание и пульс, и, как только поняла, что с ней всё в порядке, крепко-крепко обняла девочку и не отпускала. Пока Кая успокаивалась, парень прогнал всех нежелательных гостей, поблагодарив, как умел только он.       Многие поняли сразу и не стали возражать, тех, кто не понял, оттащили более сообразительные люди. Когда они остались дома одни, Джон уселся на стул и лёг на стол. Сам этого не заметив, он заснул, облокотившись лбом о деревянную поверхность. Он часто так засыпал при изучении чего-либо, но сейчас насыщенный день дал о себе знать.

***

      Проснулся он немного позже, и удивительно, но разбудила его не кто-то, а сама Мия. Джон открыл глаза и увидел девочку, беспокойно стоявшую рядом с ним. Сзади неё он увидел спящую старшую девушку. Он хотел спросить, почему его разбудили, но она показала жест, чтобы он не шумел, и лишь потянула его за рукав. Она заставила его снять с себя всё и лечь рядом с ними, чтобы Джон не спал сидя. Парню, в общем-то, было всё равно, но он не сильно хотел, чтобы кто-то нарушал его личные границы лишний раз.       Кажется, он был слишком уставшим для этого, а когда он увидел, что его место занял адвокатишка, то все вопросы просто отпали, и он лёг рядом с печью и сразу же закрыл глаза.       Утром начала по дому ходить Кая, из-за чего парень открыл глаза и увидел, как девушка села за стол и начала разливать кипяток в стаканы, чтобы заварить заварку, которую предложил мистер Рогмантон. Все уже сидели за столом и что-то обсуждали, и Джон от любопытства навострил уши и стал слушать. — Сегодня утром пришёл ордер на осмотр дома близнецов Шорко. У них всё оказалось в порядке, только, как и предполагалось, одного из братьев не нашли. — Учёный сразу пришёл к выводу, что, скорее всего, один из братьев и был похитителем девочки. — Ну, Мия дала нам показания, которые полностью совпали с нашими ожиданиями. К сожалению, сложно будет как-то привлечь второго брата за участие в похищении, но моральную выплату можно с него спросить. — Предположительно, надеюсь, что он не начнёт к нам лезть. — То, как он отзывался о своём брате при даче показаний, дало нам представление, что он так и планировал: либо избавиться от вас, либо от брата. Видимо, какая-то личная история, которую нам уже не разгадать. — Мужчина на секунду остановился, прежде чем встать с места и достать свои вещи и бумаги. — Раз теперь две сестры готовы к последней воле мистера Шорко, я могу начинать? — Да, можете приступать. Мы и так слишком побеспокоили вас этим недоразумением. — Что вы, такое не в первой у меня на практике. Ах да, ваш молодой человек не входит в наследство. Готовы ли вы его оставить сейчас здесь? — Видимо, он указывал на него. — Мистер, м-м-м, извините, вы не представились мне, но всё же прошу больше не притворяться.       Джон открыл глаза и увидел перед ним стоящего мужчину. Джон закатил глаза и встал перед ним. Парень протянул руку и представился. Мужчина нахмурился и решил повнимательнее посмотреть на него со стороны. — Вы из столицы что ли? — Откуда все берут такую вероятность, может, я из-за границы? Ладно, предположим, я из Столицы. — Джон отошёл в сторону и начал подтягиваться. — Сейчас бы кружечку кофе. — Больно богато для жителя деревни. — Не обращайте на него внимание, мистер Рогмантон. Он друг семьи, так что он может остаться и здесь. — Девушка, сидевшая за столом, тихонько попивала чай. — Ладно, пусть будет по-вашему.       После всего этого начались нудные вещи, по мнению Джона. Как оказалось, дедушка решил на старости лет всё же дать по нраву кровей своему покойному брату титул лорда, чтобы племянницы считались его родственницами и имели право наследовать его имущество и состояние. По письму, что оставил мистер Шорко, создавалось ощущение, что на старости лет он поссорился со своими детьми. »…Леонид и Даниил, вы не хитрые, и я прекрасно знаю, что вы только и ждали, когда я помру в муках, так что оставляю на вас дом в деревне, ведь именно о нём вы так пеклись и спорили. Он достается вам вдвоём, чтобы вы больше не спорили, мальчики.       Свои пять жилплощадей в столице я отдаю вашим двоюродным сестрам Мии и Кае, у этих двоих вся молодость впереди, вы же уже всего добились…»       Джон даже усмехнулся. Кто же мог подумать? Это было ожидаемо от человека, который был обижен на своих же детей. У Мии глаза блестели от восторга, а старшая сестра сидела в шоке. Может, она не ожидала, что родной дядюшка так расщедрится, может, расчёт был на небольшую сумму денег. Парню было всё равно, но где-то внутри он был даже рад за неё.       Долго же адвокат им зубы заговаривал, когда это могло уместиться в пару предложений. Но, видимо, многие бумаги должны были быть оформлены на официальной основе. Теперь у сестёр была официальная фамилия лордов Шорко. Когда нужно было подписать важные бумаги, она заколебалась на секунду. — Мистер Рогмантон? — Есть какие-то неточности, мисс? — Есть ли потом возможность добавить себе второе имя отца? — М-м-м, понимаю. Сейчас я бы рекомендовал оставить своё имя и фамилию господина Шорко, хотя бы на ближайшие года два, чтобы право наследства никак нельзя было оспорить в суде, если вдруг кто-то из его родственников захочет этим воспользоваться. Как только всё устаканится, то могу предложить свои услуги по изменению имени во всей документации. — Хорошо, обязательно к вам обращусь, — девушка улыбнулась и оставила свою подпись на бумагах, а также за свою сестру, так как она не имела права пока самостоятельно решать такие вопросы в силу своего возраста.

***

      Пока они занимались основной документацией, Джон решил на время абстрагироваться, чтобы оценить своё самочувствие и готов ли он уходить из этого мира. Он пришёл к весьма утешительным выводам: его искра восстановилась за ночь, и то, что она вчера потеряла, не дало сбой. Честно говоря, учёный немного опасался, что вчерашние приключения задержат его здесь ещё на некоторое время, но вроде бы обошлось. Пока шли эти переговоры, Мия предложила ему прогуляться по деревне. Джон с сомнением посмотрел на девочку, которая ещё вчера плакала от страха перед диким зверем, а сегодня уже готова снова сунуться наружу. Парень долго отнекивался и не особо хотел следовать за девочкой по пятам, он устал нести за кого-то ответственность здесь. Через некоторое время после громких уговоров Джон выдохнул. Он согласился только чтобы не мешать работе мистера Рогманта. Как только они вышли, они стали прогуливаться вдоль домов. — Дядя Джон? — Парень лишь взглядом показал, что слушал её очень внимательно. — Я хотела сказать спасибо. Вы очень много сделали для нас: помогали жителям этой деревни, а также моей сестре, хотя она и не просила вас. А ещё… Вы спасли меня, я всю жизнь буду благодарна вам за это. — Ох, малышка… — Это немного смутило Джона. — Ну, если бы не вы, скорее всего, я бы так и лежал где-то закопанным под снегом в лесу, а нашли бы меня уже только после оттаивания весной или летом. Я лишь отплатил вам за вашу доброту. — Парень, конечно, не стал говорить, что он и так переборщил с ответными услугами. — Это напомнило мне… — Девочка остановилась посреди дороги и смотрела куда-то в землю. — Я знаю, что моя сестра никогда сама не спросит, но вы бы не хотели отправиться с нами в столицу? Да, Кая сказала мне, что вы в скором времени нас покинете, но разве оттуда, откуда вы к нам пришли, не опасно? Я вас нашла раненым, кто-то вас не очень взлюбил? — Джон на это усмехнулся, даже стало забавно, как эта девочка беспокоилась о нём. Харрис счёл это лишним, но всё же потрепал девочку по голове. — Только не говорите, что не сломаетесь, что вы сильный и вас не одолеть. У каждого человека должен быть человек, который позаботится в случае чего.       Джон присел рядом с ней. — Ты хорошая девочка, Мия, но у меня есть причина уйти туда, где меня ждут. — Она посмотрела на него как-то неуверенно. — Вот скажи, если бы тебе сказали, что тебе нужно остаться здесь, а сестре уехать одной жить в другое место, ты бы согласилась? — Нет, я, наверное, всё равно последовала бы за Каей. — Джон улыбнулся и поправил свои очки. — У меня есть кому приглядеть за мной, но, к сожалению, этот человек не может следовать за мной, как ты можешь за своей сестрой. — Мия, кажется, поняла, к чему он вёл, и кивнула ему. — Я никогда не рассказывал, но у меня также есть сестрёнка, которая, к сожалению, не может путешествовать со мной, как бы я ни старался. Поэтому я должен вернуться за ней и приглядеть. — Извините, если я вам докучаю. — М-м-м, ничего. Я почти смог привыкнуть к этой мысли, — Мия закивала и пошла дальше по улице. Джон встал и направился за ней. — А в гости хоть загляните с сестрой, — она посмотрела на него умоляющим взглядом, — ну когда сможете найти способ путешествовать с ней? — Джон закатил глаза и просто решил дать наставление девочке. — Если пообещаешь вырасти и стать умнее, чем твоя сестра, то я подумаю над твоим предложением, — взгляд у неё нахмурился, но через пару секунд она выдала: — А я думаю, что стану гением, как мой отец. Поэтому буду вас ждать, — она ему улыбнулась и пошла дальше по деревне. Она зашла в дом каждого, кто помогал с поиском в лесу. Поблагодарила и помогла некоторым по хозяйству. Джон внутренне хоть и противился, но тоже помогал, чем мог.       К вечеру они решили возвращаться домой. На улице достаточно быстро темнело, а на небе начали появляться звёзды. Расположены они были немного по-другому, в отличие от родного мира, но некоторые особенности он выявил. «Пора возвращаться». — Иди вперёд, я тебя догоню, — Мия пожала плечами и направилась в дом.       Парень глубоко вдохнул и облокотился о забор, окружавший территорию дома. Пора было бы снять шубу и отдать им, но на улице была прохлада, которая с каждой минутой становилась всё невыносимее. Вот и ещё одно приключение подошло к концу, и нужно было выдвигаться. Он помог всем, кому обязан был, травма полностью залечилась, и вскоре его искра будет такой же, какой была перед тем злополучным выстрелом. Он ещё пару минут полюбовался небом и после выпрямился и хотел уже идти, но вдруг услышал крик. — Стой, Джон! — Обернувшись, парень заметил Каю, которая подбежала к нему. Что-то внутри сдавило парня. Не сильно он хотел прощаться с этой девушкой. — Чего такое, красавица? — В ответ девушка даже не сморщила лицо, а лишь закатила глаза. — Ты уходишь к себе домой? — Ну, я и так здесь задержался, поверь мне, я никогда столько не помогал людям, как последние месяца два, — Джон усмехнулся. — Тогда прошу вернуть эту шубу, — девушка очень внимательно на него смотрела, как будто хотела вернуть её нажитое. — Это принадлежало моему отцу, и мне хочется вернуть её обратно. Давай-давай, я жду. — Честно, не ожидал такой напористости, — мироходец поднял одну бровь, будто не особо сильно поверил её требованию. А после пары секунд понял, что она была серьёзна в намерениях. Парень выдохнул и уже расстегивал с себя шубу, когда услышал смех. — Видел бы ты себя, — она продолжала хихикать над ним, а парень лишь приложил ладонь ко лбу, выражая, какая это была глупая шутка. — Даже если бы ты и не вернул мне её, я в любом случае теперь без проблем заработаю на новую. — Ну что, госпожа Кая, не отдадите мне, бедному учёному, эту потрёпанную шубу? — Не говори так, из твоих уст это звучит как издевательство! Тем более, не буду я заставлять жителей деревни звать меня как-то по статусу, — она скрестила руки на груди. Парень наклонил голову и спросил: — Вы не собираетесь с сестрой переезжать в Столицу? — С чего ты взял? — Ну, мне показалось, что младшая так и ждала этого, — девушка помотала головой из стороны в сторону. — Также тебе бы не хотелось получить образование? Я думаю, ты достаточно умна, чтобы обучиться на врача. — Джон, не знаю, как у тебя в родном мире, но здесь достаточно скептически относятся к образованию женщин. Чтобы тут получить образование, нужно, чтобы кто-то заручился за тебя, ну или быть гением, как ты, — мироходец улыбнулся на это замечание и молчал. Девушка не поняла такой намёк и продолжила: — Тем более, я не могу оставить жителей этой деревни. Они буквально останутся без медицинской помощи, а другие врачи вряд ли будут оказывать помощь почти бесплатно, как это делаю я. — Не знаю, как ты, но мне кажется, у тебя есть стремления. Почему ты не найдёшь человека, который мог бы остаться за тебя, человека, которого ты могла бы обучить? — Сестру я здесь не оставлю одну, тем более после вчерашних событий, — Джон задумался на некоторое время, но после вспомнил об одной доброй особе. — Ты конечно не такой гений, как я, и тебе есть куда расти, но я считаю тебя вполне компетентной, чтобы обучить женщину тем знаниям, которые у тебя есть.       Женщина выдохнула, и было видно, что хотела начать с ним спорить, но парень продолжил: — Я и не говорил про твою сестру. Возьми служанку из дома Шорко, она осталась без крыши и работы. Думаю, она согласится помогать жителям деревни, а взамен получит возможность жить в вашем доме.       Девушка на мгновение застыла в ступоре, а потом резко начала улыбаться. — Джон, ты… — По ней было видно, что она чуть ли не подпрыгивает от счастья, но, видимо, старалась держать себя в руках. Но вмиг она остановилась, и будто у неё появилась какая-то идея. Она расстегнула своё пальто и начала рыться во внутренних карманах, пока, кажется, не нашла то, что искала. Девушка как-то хитро улыбнулась ему и показала то, что держала в руке: — Как я услышала, тебе нужна была эта пуля?       У парня расширились зрачки, он приподнял очки и взглянул на ту самую пулю. — Как ты её достала?       Она лишь протянула её вперёд, и парень взял её двумя пальцами, рассматривая вещицу. — Ну, это секрет. — Кая не стала рассказывать о том, как случайно в столице набрела на старика, который продал ей эту вещицу за бесценок. Девушка внимательно смотрела на парня, который, кажется, впервые за всё время улыбался так нежно, рассматривая свой «подарок». — Кто бы мог подумать, если бы не эта штучка, возможно, я здесь бы и не оказался. — Харрис через пару секунд посмотрел на девушку, которая продолжала ему улыбаться: — Видимо, тебе пора, не так ли? — Да… — Парень спрятал пулю в карман. — Ну, надеюсь, что ты ещё заглянешь к нам, Джон Дейви Харрис…       Джон никак не ответил на просьбу и просто продолжал смотреть на девушку. Кажется, они оба никуда не торопились, всё будто замерло вокруг них. Ни ветерка, никакого шума. Они вдвоём, и опять это ощущение, при котором у Джона увеличивался пульс, а грудь сдавливало от тоски. В следующую секунду парень почувствовал чужие губы на своих, парень вздрогнул сначала и стоял неподвижно. В голове все мысли перемешались, в них были паника и восторг одновременно.       Когда девушка хотела отстраниться, так как, не почувствовав отдачи, сразу испугалась, парень не дал ей уйти и стал отвечать на поцелуй. Девушка запустила ладонь в его волосы, а сам парень притянул её ближе к себе. Сначала поцелуй был нежным, Джон назвал бы это поцелуем, которым сначала обмениваются подростки, когда впервые влюбляются. Парень углубил поцелуй, отчего у девушки прошлись мурашки по всему телу, а ноги чуть ли не подкосились.       Она не хотела на него бросаться с поцелуями, но что-то подсказывало ей, что, возможно, она больше не увидит этого немного нахального парня, в душе которого всё ещё теплилась доброта. Кажется, они были знакомы совсем недолго, но этот напор и химия столкнули их. Парень находил необычную маленькую прелесть в ней, её необычная способность удивлять заинтересовала его.       Парень убрал прядку волос с лица девушки и взял её лицо в ладони, та в свою очередь прижалась всем телом к нему. Пройдёт, кажется, совсем немного времени, прежде чем девушка всё же отстранится, а между губами останется небольшая полосочка слюны, которая истончится и исчезнет. Парень не сразу открыл глаза, но всё же перед его взором предстала девушка, у которой на щеках играл румянец, глаза её были немного приоткрыты, и было видно, как зрачки почти полностью закрывали радужку.       Так они стояли несколько мгновений, прежде чем девушка снова улыбнулась ему и последний раз чмокнула его в щёку. Она освободилась из его объятий и отошла на пару шагов. — Ещё увидимся, — она помахала ему рукой и, развернувшись, убежала в дом.       Джон ещё пару секунд стоял, глядя на дом, а после, закрыв глаза, выдохнул накопившийся комок, который скопился в груди. Он чувствовал жар в щеках, но игнорировал это.       Если Джон был гением, то эта девушка была намного лучше него во многих аспектах. Парень понимал, что её ждёт ещё много сложных моментов, но почему-то где-то внутри себя он верил, что она добьется очень многого, что, возможно, никогда не будет доступно ему. Парень хотел добиться такой же невероятной черты, что была у неё, того, что не даёт Джону разом выкинуть её из головы.       Парень знал, что вряд ли вернется сюда. Всё же мироходцы живут очень долго, и рано или поздно тут сменятся многие поколения, которые даже не будут помнить о тех двоих сёстрах, что когда-то жили в этой деревне и помогали этим людям. Где-то внутри он знал, что его сестра не проживёт столько, сколько он, но он всегда игнорировал это и старался сделать многое, чтобы этого избежать.       Может, у Джона появилась мотивация изучать больше возможностей путешествовать по мирам, чтобы некоторые люди могли остаться с ним? Не слишком ли это эгоистично?       Учёному только предстояло ответить на этот вопрос. В последний раз взглянув на деревянный дом, он стал снимать шубу. На улице было очень прохладно, но он всё равно скоро окажется там, где было намного теплее. Повесив шубу на забор, он отправился прочь вдоль дороги в сторону леса.       Закрыв глаза, он лишь подумал о своей сестре и о той квартире, где жила Саша. Вокруг он почувствовал, как искрятся небольшие частицы скинта. Было видно, как кто-то шагал по сугробам снега, но одно мгновение и след прервётся.