Глава вторая

В лужу окунулась неподготовленная туфля опрятного Миши Уткина. В воздухе тут же обнаружилось одно бранное словцо. Парень не уделил большего внимания этому происшествию. Отряхнув штанину, Миша пошёл дальше по трещинам на асфальте. Птицы приветствовали его блёстками с веток. Сырая улица согревалась лучами солнышка. Со скатов крыш падала капелька за капелькой. Почки на деревьях начали разрываться изнутри от стремящихся выглянуть наружу листочков. Миша прошёл дверь в офис, где его уже на пороге встретила неровная кладка плиток. Он молча поздоровался с женщиной на ресепшене и начал подниматься к месту, где он проведёт следующие восемь часов этого сырого дня. Спотыкаясь об ступеньки, парню пришло в голову, что их высоту точно меняют ночью, чтобы он, Уткин, спотыкался об них каждый раз как в первый. Предположение подкреплялось ощущением, что в его городе русский язык только недавно вошёл в тройку популярных языков среди населения. Сиреневый ввалился в офис, где его уже ждали взрослые серости. Сами по себе плечи поджались к голове, а сумка наперевес встала щитом. Взгляд перекатывался со стола на стол, в конце концов остановившись на рабочем столе Уткина. Он сел на стул и начал крутиться на нём, шарясь в своей сумке, чтобы вытащить зарядку для телефона и записную книжку. Перед волнительным погружением в знойную рутину Уткин оглянулся по сторонам и со вздохом принялся работать.