Глава 11. Через ткань.

В поисках смысла, стоящего за всеми этими чувствами

С каждым днём становится всё труднее

Так что, пожалуйста, просто пойди мне навстречу

И вместе уплывём прочь

Так что не пугайся, просто постарайся помолчать.

И пусть ваши уши услышат

Пусть музыка найдёт свой путь

И твоя совесть не будет затуманена

И твоя совесть не будет затуманена

Разве ты не уплывёшь прочь

Разве ты не уплывёшь отсюда

      Гарри не выказывал недовольства, но Гермиона крепко сжимала его руку в отместку. Их шаги гулко раздавались по коридору Министерства магии. Сверху, за матовым стеклом, скользили записки и свитки — французские волшебники продолжали работать. Её слегка трясло, когда она увидела высокие двери, за которыми скрывался судебный зал. Гарри ободряюще пожал её руку и отпустил мокрую ладонь. Он отступил в сторону и указал вперёд: — Иди. Она кивнула, одёргивая одежду. Сегодня Гермиона решила выглядеть как настоящая волшебница, одолжив у Луны красивую голубую мантию. Они должны были произвести хорошее впечатление, просто обязаны. Пэнси, Блейз и Луна следовали за ней, и вчетвером они вошли в зал. Это было просторное овальное помещение с мраморными колоннами и стеклянным потолком, который теперь был абсолютно прозрачным. Гермиона невольно подняла глаза и замерла. Над ними парили скаты, но они были не в воде и выглядели ненастоящими. Присмотревшись, она поняла, что это иллюзия, создаваемая светящимися краями. Стены тоже были необычными. На их поверхности мерцали узоры, которые постоянно менялись. Лишь спустя время Гермиона осознала, что это протокольные чары. Луна потянула её за собой, и они заняли места на длинной скамье. Скамьи полукругом располагались перед большой трибуной. По правую руку от судьи стоял небольшой стол, возможно, для вызова свидетелей. Главный стол, сделанный из камня, как и стены и всё Министерство, пустовал. Перед судьёй был очерчен круг голубоватым сиянием, а за ним стояли несколько скамей, которые выделялись среди остальных. Скамьи заполнялись незнакомыми Гермионе волшебниками. Она нервно крутила головой и облизывала губы. — Разве заседание уже не должно было начаться? На плечо опустилась рука. Луна чуть улыбнулась. — Потерпи, скоро ты его увидишь… Гермиона осеклась, увидев, как каменная стена за судейским столом отъехала в стороны. К ним вышла высокая женщина в чёрной мантии с изумрудной оторочкой. Её седые волосы были собраны в сложный узел, а ледяные, почти бесцветные глаза смотрели строго. Она обвела взглядом собравшихся, и все, кроме Гермионы, мгновенно встали. Гермиона, не сразу активировав чары перевода, пропустила начало речи. — Магистрат Селестин Морво. Сегодня у нас быстрое дело, — произнесла она тихо, но все разговоры стихли. Она постучала своей палочкой из чёрного обсидиана по краю стола, запуская процесс. Знаки на полупрозрачных стенах начали быстро меняться, фиксируя её слова. — Введите обвиняемого. Сердце Гермионы остановилось, кровь застыла в жилах. Она резко повернула голову, услышав скрип открывающейся двери. Вместо фрака на Драко был чёрный костюм из рубашки и брюк. Его волосы слегка растрепались, руки были стянуты светящейся нитью и облачены в перчатки, те самые, слегка потрёпанные, с капельками крови и надрывами. Его острый профиль, сухие, чуть покусанные губы и тёмные круги под глазами говорили о долгих часах без сна. Драко шёл впереди аврора, его взгляд встретился с её, словно он знал, куда нужно смотреть. Напряжённость в его глазах сменилась спокойствием. Он нежно скользнул взглядом по её лицу, прищурился и отвёл глаза, проходя дальше и вступая в светящийся круг. Очевидно, это был круг правды, о котором Гермиона когда-то читала. Она судорожно вдохнула. Ощущение было такое, словно она вырвалась из толщи тяжёлой воды на поверхность и наконец-то глотнула воздуха. Его взгляд физически ощущался на коже. Гермиона быстро прижала руки к пылающим щекам, чувствуя, как её знобит. Сбоку раздался сдавленный смешок. Когда Гермиона скосила взгляд, Пэнси сделала вид, будто полностью поглощена судебным процессом. Драко выпрямился и расправил плечи, когда его имя назвали и описали происшествие в цирке. — Подтверждаете владение «Иллюзариумом»? — судья посмотрела на него сверху вниз, её взгляд был внимательным и слегка любопытным. — Подтверждаю, — спокойно ответил Драко. Гермиона едва сдержала вздох облегчения. До этого момента ей казалось, что перед ней лишь плод воображения. Но теперь он стоял прямо перед ней. Она могла забыть о приличиях и оттолкнуть волшебницу с вычурной шляпкой, спрыгнуть с возвышения и броситься к Драко, обнять его со спины, вжаться в его тело, чтобы убедиться, что это действительно он… — Месье Малфой, вы понимаете, что в момент инцидента ваша труппа была на территории, где действуют как магические, так и магловские законы Франции? — Конечно, ваша честь. — Кто из ваших артистов применял активную магию во время выступления? Назовите имена, — продолжил судья. — Только я, — ответил Драко, поднимая руку и указывая большим пальцем за спину. — Всё произошло во время выступления моей гимнастки Гермионы Грейнджер. Ледяные глаза судьи безошибочно нашли Гермиону и проткнули насквозь своим изучающим взглядом. — Она будет вызвана дополнительно, если того потребуется, — холодно продолжила Селестин. — Каким образом были защищены маглы от прямого воздействия чар? Какие иллюзорные протоколы применялись — и кто их накладывал? — Все защитные чары были наложены лично мной. Как на сам шатёр, так и на окружавшую его территорию… Гермиона больно закусила губу, боясь, что круг правды замерцает вокруг него, уловив ложь. Ведь она сама зачаровывала кулисы. — Только Гермиона Грейнджер однажды имела доступ к защите. По моей просьбе и под моим присмотром. Гермиона вздрогнула, когда взгляд Селестин снова обратился к ней, но судья лишь повела бровями и продолжила. — Почему трибуны не были зачарованы, как и всё остальное? — Согласно Международному Статуту о Секретности, то, чего непосредственно касаются маглы, не должно быть зачаровано, так как это оказывает влияние на их физическое здоровье, — чуть наклонил голову Драко. Взгляд Гермионы метнулся от спины Драко на лицо судьи. Она чуть прищурила свои ледяные глаза и кивнула. — К этому вопросу мы вернёмся позже. Вы утверждаете, что виновны не вы. Тогда скажите: как в вашу труппу попал посторонний неволшебник с доступом к оборудованию? Это ли не ваша халатность? — Мы в затруднительном положении, моя гимнастка… Селестин недовольно скривила губы. — Гермиона Грейнджер вызывается для дачи показаний… Гермиона встала, чувствуя себя деревянной куклой. Звуки шагов отдавались гулом в ушах. Она посмотрела на трибуну, куда указывал кончик обсидиановой палочки Морво. Поднялась по ступеням и встретила взгляд Драко. Он словно смотрел внутрь, успокаивая её. Глубоко вдохнув, она повернулась к судье. — Ваши показания должны быть правдивыми, — прищурившись, сказала Селестин. Гермиона подняла руку, показывая раскрытую ладонь. — Клянусь говорить только правду. Ценой своей магии. — Расскажите о неволшебнике, который работал у вас. Её ноздри дрожали, дыхание было поверхностным. Гермиона с трудом удержала дрожь в голосе. — Ганс пришёл из магловского цирка «Феникс». Он магл, и я пригласила его к нам. Владельцем этого цирка является Карл Магнето. У него есть претензии и зависть к нашему цирку и другим, он устраивает несчастные случаи… — Вы знали о зависти неволшебника, месье Карла Магнето? Почему не сообщили в местное отделение? Или решили, что его эмоции не опасны? Взгляд Драко, не отрываясь, смотрел на неё, и это помогло ей собраться. — Тогда я не знала об этом. Карл, то есть мистер Магнето, хотел, чтобы я перешла к нему работать… — Он знал, что вы волшебница? — Нет, конечно, — энергично покачала головой Гермиона. — Он думал, что иллюзии во время моего выступления — это только моя заслуга. — Она скромничает, — с лёгкой улыбкой заметил Драко. — Она действительно опытная гимнастка. Гермиона бросила на него быстрый взгляд, но он уже смотрел на Селестин, будто не замечал её присутствия. Селестин, с укором в глазах, перевела взгляд на Гермиону, затем на Драко. — Оставьте свои личные дела за пределами зала суда, — строго произнесла она. — Гермиона Грейнджер, пройдите на скамью свидетелей. Только сейчас Гермиона заметила, что скамья позади Драко заполнена. Там сидели Гарри и месье Рошевель. Чуть дальше стоял незнакомый волшебник, которого Гермиона не смогла узнать. Это был адвокат, которого привёл Гарри на процесс. Его серо-синий костюм сидел безупречно, манжеты были аккуратно застёгнуты, ботинки начищены до блеска. На нём не было ни украшений, ни даже часов. В кармане виднелась узкая палочка из тиса. Лицо у него было бледное, как у человека, привыкшего работать при свечах и архивных лампах. На носу сидели очки с тонкой серебряной оправой, за которыми скрывались глаза холодного серо-зелёного оттенка. Гермиона быстро села рядом с Гарри. Он ободряюще пожал ей руку, скрыв этот жест за спиной Драко Малфоя, чтобы судья не заметила. Адвокат вышел вперёд и поклонился судье. — Эмерик Тарлоу — линия защиты, я представляю интересы Драко Малфоя. — Он взмахнул палочкой, и из неё вырвался туман, быстро сгустившийся в несколько листов бумаги. Под действием чар они плавно опустились на стол судьи. — Эти документы подтверждают слова Драко Малфоя. Помещение, предназначенное для взаимодействия волшебников и неволшебников, было зачаровано именно так, как он утверждает. Не защищены были только трибуны, где сидели маглы. Также хочу отметить, что внешние чары шатра неоднократно подвергались атакам извне. — Магическим вмешательствам? — уточнила Селестин, взглянув на него поверх бумаг. — Механическим, — пожал плечами истец. — Предполагаю, что это работа Карла Магнето или его людей. Селестин нахмурилась и погрузилась в изучение документов. Гермиона, напротив, не сводила глаз с Драко, который стоял перед ней. Он казался абсолютно спокойным, будто пришёл сюда просто отдохнуть. — У нас есть показания неволшебницы, работавшей в цирке «Феникс», — продолжил Эмерик. — Можем провести проверку… — Прошу вас, — коротко кивнула она в сторону. Эмерик шагнул вперёд, достал из кармана пиджака небольшую склянку с извивающейся светящейся нитью. Одним плавным движением он извлёк её и бросил на стену, которую указала Селестин. Стена превратилась в экран, и на нём крупным планом появилось лицо Гермионы. Она вздрогнула, едва осознав, что это воспоминание было сделано недавно, в полицейском участке. — У нас есть новые данные по делу «Иллюзариума», — выпалила Гермиона с видения. Её глаза на экране лихорадочно блестели. От стыда настоящая Гермиона прикрыла щёки руками, глядя сквозь пальцы. Драко же тихо рассмеялся, и его плечи дрогнули. — Точнее, от свидетеля из цирка «Феникс»… Она стиснула зубы и прослушала всё, что рассказала Кларисса. Видение прервалось на том, как обе девушки вышли из кабинета. Гермиона с облегчением выдохнула. Ей не хотелось, чтобы весь зал, включая присяжных, слышал, как она угрожает комиссару французского Аврората. Конечно, эти сведения предоставил Бастьен Рошевель, что сидел прямо за её спиной. Она ощущала кожей его проникающий взгляд. Селестин внимательно выслушала видение и повернулась, слегка нахмурив брови. — Карл Магнето задержан вчера вечером по подозрению в превышении полномочий, а также угрозу жизни своих сограждан. Материалы, принадлежавшие неволшебнице, будут переданы в дело, связанное с «Фениксом». Поэтому… — она перевела взгляд на Драко. — Драко Малфой, вы причастны к несчастному случаю во время выступления цирка «Иллюзариум»? — Нет, — твёрдо ответил он. Круг вокруг него оставался голубоватым. Селестин кивнула. — За помощь пострадавшим неволшебникам вы освобождаетесь от обвинений в нарушении Статута о секретности и всех обвинений, связанных с «Иллюзариумом» на территории Французской Республики. Вы свободны немедленно… Кончик палочки Селестин постучал по краю стола, и сверкающая нить, удерживающая руки Драко, исчезла. Драко с облегчением потёр запястья. — Но, чтобы получить новое разрешение на работу, вам придётся его заслужить, — строго сказала она. — А также вы создали нам много работы. Теперь нужно разработать протоколы взаимодействия волшебников и неволшебников. Заседание объявляется закрытым. С этими словами она встала и вышла через раскрывшиеся двери. Стена за ней снова сомкнулась. Позади раздался нарастающий шум — волшебники выходили из зала суда, тихо переговариваясь. Гермиона, не отрывая взгляда, смотрела на Драко. Он медленно повернулся и взглянул на неё сверху вниз. Она готова была броситься к нему с объятиями, но её опередили. Пэнси со всей силы ударила Драко кулаком в плечо, а с другой стороны его обхватил Блейз. — Набил новую тюремную тату? — с насмешкой спросил он. Драко закатил глаза и отстранился. — Придурок, — бросила Пэнси, толкнув его в живот. — Вот какой ты друг! Гермиона спиной чувствовала, что не все представители французского министерства покинули зал. Бастьен Рошевель всё ещё сидел там и, похоже, не собирался уходить. Гарри, будто прочитав её мысли, покосился на него. — Уходим отсюда, — медленно и чуть тише, чем того следовало, произнёс он. — Дело ещё не завершено. Так как Малфою запрещено появляться в Магической Британии, рассмотрение дела по Еиналеж пройдёт здесь. Но в другом зале. Сердце Гермионы сжалось, кровь отхлынула от лица. Гарри пристально смотрел на Драко, чья улыбка угасла. Взгляд его пасмурных глаз стал холодным, и он коротко кивнул. Вытянул руки вперёд, и Гарри раздражённо поморщился. — Без наручников, ну в самом деле… — пробормотал он и, ссутулив плечи, направился прочь. За ним последовали Пэнси и Блейз, беспокойно переглянувшись. Эмерик Тарлоу вышел первым, за ним — Луна. Драко и Гермиона остались последними. Только сейчас она заметила, что он смотрит на неё. Чуть качнув головой, он взглядом указал ей идти, и она, негнущимися ногами, направилась за удаляющейся группой. Драко шёл рядом. Тыльной стороной ладони она почувствовала касание — едва уловимое, почти призрачное. Это ткань, согретая телом. Тёплая. Живая. Рядом. Гермиона вздрогнула, словно её пронзило электричеством. Медленно, с неверием, она повернула голову. Драко шёл чуть впереди, его взгляд был напряжён, колюч — вонзался в спину Поттеру. Он не смотрел на неё. Он вообще будто бы не дышал. Но его рука… Его ладонь двинулась дальше, нащупывая её руку, наугад, как во сне. Пальцы обвили её запястье осторожно, будто он боялся спугнуть её. Его ладонь двинулась дальше, вниз, заключая её ладонь в плен своих пальцев. Она не выдержала — судорожно вдохнула и сжала его руку крепче, пытаясь удержать миг, не дать ему соскользнуть в пустоту. Драко не отдёрнулся. Он просто провёл большим пальцем по её костяшкам, медленно, вдумчиво, как будто запоминал. Не её кожу — чувство. Он всё ещё смотрел вперёд. И сделал первый вдох. Она прикрыла глаза, боясь расплакаться, полностью отдавшись в его волю, куда бы он её не завёл по этим бесконечным коридорам, чувствуя, как он поглаживает её руку.