Глава III. Заражённые чувствами

Запись в блоге №5

***

Этот мир — жестокое место,

Мы здесь только для потерь.

Так что пока жизнь нас не разлучила,

Пусть смерть благословит нас с тобой.

/HIM — Join me

***

Совет начинающим вампирам: Осознайте для чего вам вечность. Необходимость смысла жизни — ничто, в сравнении со смыслом, в котором нуждается смерть. Чувства, в своей интенсивности заражения, до боли схожи с лихорадкой. Донор и реципиент в равной степени становятся их жертвами. Привязанность к Носферату изменила меня, сделав сильнее не только моё тело. Я упивалась властью и уверенностью в том, что для меня теперь нет ничего невозможно. Наша близость заставляла ощущать себя особенной, возвышая над целым миром. Он тоже изменялся. Незримо, вначале едва уловимо, он начал своё превращение. Его обличие монстра сглаживалось, становилось всё менее отталкивающим. Я была убеждена, что меняется лишь моё восприятие его облика. Однако, вскоре наступил тот день, когда нам обоим стало ясно, что это не так. Он стоял на балконе, выходящем из библиотеки. Луна, заменяющая нам солнце, ярко озаряла небо багровым светом. У подножия скалы стелился плотной дымкой туман. Тишину ночи нарушал только шелест крыльев летучих мышей, что обитали в фасаде замка. Он созерцал любимый пейзаж, поглощал его рубиновыми радужками, размышляя о чём-то мне неведомом. Наверняка есть о чём подумать, когда тебе столько лет. Бесшумно подойдя со спины, я, привстав на носочки, прильнула к нему, касаясь лбом между лопаток. Мышцы груди под моими ладонями напряглись, чуть встрепенувшись, но он не оттолкнул меня. Наоборот, притянул ближе, обхватив мои руки своими. — Ты убиваешь монстра внутри меня, — глухо проговорил он, — я слабею. — Жалеешь, что обратил меня? Он молчал. А я — действительно была готова к тому, что он мог захотеть избавиться от меня. Разумеется, обращая меня, он и помыслить не мог о том, что какая-то девчонка проникнет в его закованное вечной мерзлотой сердце вампира. Признаться честно, я и сама не подозревала в себе способность полюбить чудовище, подобное ему, но за недолгую человеческую жизнь, обычное перестало иметь для меня даже малейшую привлекательность. На миг отстранившись от него, я проскользнула под его рукой, становясь между ним и балюстрадой. Обхватила ладоням его лицо, заглядывая в глаза. — Ты мог бы убить меня снова, — прошептала я, опасно приблизившись к его губам, — в этот раз навсегда. Ты даровал мне бессмертие, но я готова к тому, что однажды ты захочешь забрать свой дар. Смерть от твоих рук — лучший финал существования. Глаза Нетопыря сверкнули неизвестной мне эмоцией. Она всё чаще отражалась в нём. Всё чаще в них отражалась я. Было необычайно сакрально наблюдать как зверь обретает человеческие свойства, становясь для меня всё более близким, но посторонним — себе самому. Склонившись, он поцеловал меня. Это был поцелуй, пропитанный надеждой и отчаянием. Его зубы больше не драли мои губы в кровь, а касались мягким холодом. Переместив руку ему на затылок, мои пальцы тут же увязли в странной желеобразной субстанции. На ладони остался небольшой кусок его плоти: серая грубая кожа и сгусток крови. — Что… что это? — не в силах осознать увиденное, я хотела найти ответ в его лице, но осеклась: медленными трещинами кожа на нём расползалась, кровь из них стекала каплями вниз по шее и одежде. Недоумение в моих глазах тут же нашло своё отражение в его. Он был растерян так же, как и я. Вместо ответа он сделал шаг назад, второй… А в следующее мгновение, обратившись рукокрылым, молниеносно исчез в ночи, оставляя меня наедине с луной и роем тревожных мыслей.