Глава 35. Одно целое.

Один вопрос. Один верный ответ. Растворяясь в ней. Афра тяжело сглотнула, пытаясь собраться с мыслями. Голос совсем не слушался, и лишь кивнула головой, чтобы он почувствовал ее внутреннее желание. Мужчина чуть отстранился, чтобы увидеть ее лицо. Словно по зову, она медленно повернулась к нему, и пальцы Рамазана коснулись подбородка, приподнимая его, заставляя встретиться с его взглядом. В глазах Демира читалось нечто глубокое, серьезное, как перед настоящим открытием.  — Но.. если в любой момент ты захочешь остановиться.. — Я хочу.. — мягко перебила Афра, чувствуя бешеный ритм сердца, — раствориться в тебе.  Мерт Рамазан не знал точно, что больше снесло его крышу: обстановка в которой они находились, согласие Афры или последняя сказанная фраза в его адрес. Через секунду он впился глубоким, требовательным и жадным поцелуем, пытаясь выразить все то, что невозможно было рассказать словами.  Как жаждал ее.  Как хотел ее каждую секунду.  Как другие не имели в его жизни никакого значения.  Без колебаний и остатка она отдалась ему, отвечая на поцелуй. Афра захватила его нижнюю губу и потянула, слегка покусывая. Руки уверенно скользнули, хватая за его широкие плечи, как Мерт Рамазан приподнял ее, придерживая одной рукой. Афра вцепилась ногами, пальцы пытались запутаться в волосах, прижимаясь к мужу всем телом.  Дыхание сбивалось. Смешивалось.  Его руки скользили вдоль ее спины, заставляя Афру вздрагивать от прикосновений. Горячие губы Демира плавно переместились к ее шее, оставляя влажную дорожку от ключиц к подбородку. Она тихо вздохнула, запрокинув голову назад, сжимая пальцы на его плечах еще сильнее.  Мерт Рамазан припечатал Афру к ближайшей стене, продолжая целовать ее жадно и так настойчиво, но в то же время с отчаянной нежностью, всем тем, что скрывал только для нее. Внутри девушки сжималось от волны чувств, но в то же время она действительно не понимала к чему все может привести. Неизвестность добавляла ей щепотку страха, но в этом и скрывалась вся таинственность ночи. Прерывистое дыхание Рамазана смешивалось с ней, сводя Афру окончательно с ума.  — Рамо.. — выдохнула она его имя в тот момент, когда мужчина на секунду отстранился.  Он с хищным и страстным взглядом смотрел на Афру, встречая ее опьяненные от поцелуев зеленые глаза. В глубине его зрачков плясали отблески света. Она выдохнула, чувствуя, как по спине пробежала волна мурашек. В Демире отражалось желание, весь трепет прожитой минуты, почти мольба понять его. Неровное, взволнованное дыхание Афры глушило все пространство.  Время словно замедлилось и растянулось, позволяя ей уловить каждую деталь: блеск его карих глаз, длинные ресницы, заметную пульсацию вены на шее и влажные губы, на которых все еще оставался след Афры. Мерт Рамазан медленно поднял ладонь, словно торжественно приглашал ее в свой мир. Афра, не прерывая зрительного контакта, молча, приняла его вызов. Ее пальцы, чуть дрожащие, сомкнулись вокруг его ладони. Афра почувствовала, как внутри нее что‑то дрогнуло и отозвалось горячей волной, растекающейся по венам. Его взгляд больше не был хищным — в нем была та самая бездонная глубина, уязвимость, которую он редко кому позволял увидеть. Только ей.  Он повел ее в просторную комнату. Воздух казался насыщенным уловимым ароматом сандала и еще чего-то волнующего, словно стены этого дома впитывали звуки их поцелуев. Афра внимательно оглядывалась вокруг, глаза скользили по деталям, впитывая каждую мелочь в комнате, не отпуская руку мужа.  В центре стояла огромная кровать с резным изголовьем из темного дерева. Вокруг — подушки разных размеров, будто предназначенные не для сна, а больше для комфорта. Слева, на стене — коллекция необычных предметов: плетеные ремни с кожаными вставками, шелковые ленты, и все располагалось по порядку. В углу комнаты стоял маленький стол с алкоголем.  Афра сделала еще один глубокий вдох, собираясь с мыслями. Ее взгляд, только что блуждавший по загадочным деталям просторной комнаты, вернулся к лицу мужа — она всмотрелась в каждую черту, пытаясь прочесть в нем ответ прежде, чем задать вопрос. Пальцы, все еще сплетенные с его пальцами, дрогнули. Рамазан поспешил с ответом:  — Это то, что я хочу рассказать тебе. Афра тяжело выдохнула, и Демир сразу поймал волнение. Он знал, что должен дать ей волю, без какого-либо давления и попыток переубедить в обратном. Афра посмотрела вниз, замечая в его руках ту самую веревку. Она ничего не сказала, только кивнула головой, погружаясь в его мир. Мужчина провел большим пальцем по ее щеке, убирая прядь ее волос за ухо. Затем, он оказался за спиной, касаясь маленького замка платья. Ткань легко освободила тело, обнажая фигуру. Последнее что оставалось — избавиться от белья. Когда все упало к ее ногам, Рамазан сделал шаг назад, не отрывая восхищенный взгляд.  Искусство, созданное с любовью.  — Ты хоть имеешь малейшее представление, насколько ты прекрасна..? — его голос звучал хрипло от переполняющих чувств.  Руки Мерта Рамазана нежно обхватили ее талию, притягивая ближе. Она отвечала на каждое прикосновение робко, но под вниманием мужа пальцы Афры сжались на его плечах. Она вбирала в себя его запах, ритм дыхания, стараясь отпускать остатки напряжения.  Неизведанное. Неизученное.  Афра знала, что все будет только по его правилам. Потому, что сама позволяла ему брать контроль. Он повел ее в середину комнаты и отпустил руки.  — Сядь на колени, — в приказном тоне произнес Мерт Рамазан.  Афра незаметно вздрогнула от его голоса — резкого, непривычного, но в то же время волнующего. В груди все сжималось от предвкушения.  — Руки назад, — продолжил он, — и наклонись вперед.  Афра села осторожно на колени, подчиняясь Демиру. И осторожно наклонилась вперед, чтобы не потерять равновесие. В пространстве было тихо. Слышалось только ее прерывистое дыхание.. и шаги Мерта Рамазана где-то рядом. Не раздумывая долго, в каком свете он хотел бы видеть Афру, он сел на корточки и пальцы аккуратно коснулись веревки у ее запястий. Он сделал один большой узел, натягивал веревку вверх. В секунду Афра почувствовала, как натяжение чуть ослабло, но как оказалось, он распустил один из узлов, не освобождая ее, а меняя конструкцию. Веревка мягко легла на ее кожу, и Афра уже заранее представляла, какую боль сможет причинить ей натяжное завязывание.  Она никогда не сталкивалась с этим.  Афра вздрогнула очередной раз, когда Демир провел один конец через ее плечи, опуская ниже и обводя корпус.  — Это называется шибари, — хриплым голосом произнес Рамазан, продолжая делать четвертый узелок. — Один из способов расслабить свое тело на максимум. Не для контроля.. а для освобождения эмоции.  Его пальцы касались ее кожи, заставляя дыхание Афры сбиваться.  — Для раскрытия твоей сущности. О том.. как ты доверяешь себя мне..  Он обернул веревку вокруг ее талии, а затем снова провел линию вверх, создавая новый виток. Узлы появлялись один за другим, такие же аккуратные и надежные, как и сам создатель.  — Есть несколько способов завязывания..  — Ты.. делал это раньше?  — Да.  Мужчина проверял каждый узел, слегка подтягивая его, чтобы натяжение по всему телу распределялось равномерно и верно. Веревка прошла через плечи в очередной раз, и Афра опустила взгляд, замечая, как на ее теле создавалась целая геометрия узлов и пересечений.  — Каждое движение будет болезненной, если завязывать неправильно. И ты можешь оказаться в сложной ловушке. Афра слушала его голос, пытаясь расслабиться. Она чувствовала ритм дыхания, который постепенно, сама того не замечая, как подстраивалась под его слова.  — Тебе больно?  Она не ответила словами, а только лишь слегка повернула голову, насколько позволяло положение и потянулась к нему за поцелуем. Демир чувствовал ее трепет, волнение, больно оттягивая нижнюю губу.  — Афра.. на самом деле ты ничего не боишься, — прошептал он, его пальцы скользили вдоль веревки, — Ты боишься мысли о страхе. Страха вовсе не существует, это только самозащита. Доверься мне.  Умелые руки Рамазана определено знали, что нужно делать. Афра хотела встать, чувствуя боль от долгой позы на коленях, но Демир настойчиво удержал ее.  — Не двигайся, я не закончил.. Он провел ладонью по открытым участкам ее спины, успокаивая. Афра отчетливо и окончательно почувствовала, как ее осанка выпрямилась, и созданная конструкция удерживала ее тело в этом положении. Он надавливал подушечками пальцев, мягко массируя участок кожи. Афра выдохнула, ощущая, как под сильными руками покидало напряжение мышц, уступая место приятной расслабленности. — Лучше? — спросил Демир, останавливаясь. Девушка кивнула, не находя слов. Вместо ответа она слегка наклонила голову, подставляясь под его прикосновения. Мужчина помог ей встать с колен, переходя к следующему этапу.  Афра медленно опустила голову, тяжело вздыхая. Ее руки уже были связаны за спиной — запястья аккуратно были стянуты темной веревкой. Узлы лежали точно по линии, образуя некий художественный образ. Сложное переплетение линии тянулось от ее рук вверх по плечам, фиксируя за спиной. Афра не могла видеть свои запястья, только концы веревки слегка щекотали ладони. Она не двигалась свободно, и от этого чувства ограниченности каждое касание Рамазана становилось еще острее.  — Я.. — ее голос прозвучал тихо и она задержала паузу, подбирая слова, — выгляжу слабой..  Афра не боялась, но непривычное ощущение столь открытой уязвимости сводило ее с ума. Словно она больше не принадлежала себе. Рамазан внимательно смотрел на девушку, рассматривал каждую переходную линию и медленно обходил ее. Она все еще смотрела вниз, до того момента, пока мужчина не оказался прямо перед ней. Каждая секунда тянулась вечностью, а вместе с ними и ожидание следующего этапа. Под его взглядом, Афра чуть расслабила руки, чувствуя, это ослабляло связанные узлы. Он сделал шаг вперед и оказался за спиной супруги. Теплое дыхание приблизилось, коснувшись кожи ее шеи. Голос Мерта Рамазана прозвучал так низко и тихо, что она затаила дыхание:  — Нет, ты выглядишь желанной..  Веревочный узел подчеркивал линии ее рук, уходящих назад, изгиб плеч и чуть напряженную, но изящную осанку. Демир рассматривал собственную, созданную композицию, и это было лучше его ожиданий. Рука Рамазана опустилась ниже, касаясь пальцем ее теплой ладони. Она выдохнула, стараясь успокоить учащенное сердцебиение. — Безумно желанной, Афра..  Она не успела что-то сказать, как губы мужа накрыли ее губы в страстном и горячем поцелуе. Связанные руки не позволяли ей ответить привычным движением, и от этого ощущение становилось только сильнее. Он мог делать с ней все, что хотел.  Она поддалась вперед, чувствуя, как его крепкая рука удерживала ее голову, не позволяя отстраниться даже для глотка воздуха.  — Мы еще не до конца закончили, — с трудом оторвавшись от Афры, произнес он. — Самое последнее..  Мерт Рамазан молча отошел к стене и взял еще одну плотную веревку. Он знал заранее каждый следующий шаг. Без границ.  Он опустился перед ней, и Афра почувствовала, как Рамазан начал обвивать ее лодыжки, поднимаясь выше к коленям и к бедрам. Узлы были ощутимее и больше по размеру, нежели на руках. Тело ограничивалось в движении все еще больше, но в последнюю минуту Демир понял, что не стоит соединять ноги. Закончив целую композицию, взгляд мужчины вновь скользнул по ней, проверяя правильность созданных узлов. Он дал ей время привыкнуть к новому положению и взял маленький пульт, нажимая на левую кнопку.  Щелчок. Где-то наверху раздался тихий механический звук. Афра подняла голову, не понимая, что происходит. Она нервно глотнула слюну, когда увидела, как из потолка начали плавно опускаться металлические крючки.  — Что.. это.. — прошептала она, не веря что участвует в нечто подобном.  Демир поднял свободные концы веревок в последний раз, проверяя их, и зацепил толстую ткань, удерживающую ее руки, за один из крючков. Ее руки чуть приподнялись за спиной, заставляя выпрямиться, а грудь раскрыться. То же самое он сделал с ногами. Система автоматически натянула ее, раздвигая ноги чуть шире положенного. Веревки приняли на себя вес, мягко натягивая девушку. Она.. висела. Мужчина поднял Афру на уровне своей груди, чтобы полностью рассмотреть все изгибы ее тела. Она была в горизонтальном положении. Веревки удерживали ее руки и плечи, создавая ощущение невесомости и полной зависимости от конструкции, которую муж выстроил сам.  — Что ты чувствуешь? — спросил он, проводя пальцем линию по ее бедрам.  Афра слегка покачивалась в воздухе, ощущение невесомости и зависимости от веревок стало еще острее.  — Это.. странно..  Она прикрыла глаза, стараясь держать голову и прислушалась к себе. — Я.. ничего не контролирую.. это делает меня уязвимой. Но в одно же время, я подчинена тебе.. и это успокаивает.  Мерт Рамазан глубоко и жадно смотрел на нее, впитывая каждую деталь, запоминая ее такой, какой она была в данную секунду.  Связанная.  Практически неподвижная.  Открытая перед ним во всех смыслах.  Демир медленно поднял руку, коснувшись ее щеки. Афра чувствовала тепло пальцев мужа и почувствовала аромат его парфюма, когда он слегка наклонился к ней. Она приподняла подбородок навстречу и нежно поцеловала в губы. Связанное тело и руки, отсутствие опоры — все уходило на второй план. Их языки встречались в немом диалоге, где каждый рассказывал о скрытых желаниях и чувствах. Афра ощутила легкость, тело расслаблялось, уступая новым ощущениям.  — Ты такая красивая.. — прошептал Рамазан, проводя пальцем по ее влажным губам. — Что.. ты хочешь?  Афра вздрогнула от этого прикосновения. Ее дыхание сбилось, губы чуть приоткрылись, а взгляд стал еще глубже, теплее, почти растворяющимся в нем. — Только тебя.. — прошептала она, без всякого сомнения.  Прикосновения Мерта Рамазана стали мягче, — он не хотел спешить, растягивая каждую секунду. Руки скользили по ее телу, не спеша, изучая, запоминая, вызывая отклик в каждом движении. Афра вдохнула. Сердце билось все быстрее, отдаваясь в висках. Она не могла пошевелиться из-за веревок, и каждое ощущение усиливалось, делая его все ярче. Он оставил невесомый поцелуй на животе, бедрах. Умелые руки Демира одновременно расслабляли и бросали в жар Афру, и как она вбивала воздух, чтобы сердце не выскочило наружу. Его пальцы прошлись по внутренней стороне бедра и настойчиво раздвинул ноги в разные стороны.  Она не могла удержать стон, когда почувствовала его острый кончик языка в своей промежности. Афра зажала пальцы за спиной, но этого было недостаточно, чтобы удержать контроль над своим телом, которое уже было полностью во власти Мерта Рамазана. Он ускорил свои действия, настойчиво и одновременно мягко и глубже посасывая клитор, заставляя жену потеряться в невероятных ощущениях. Все, что хотелось в данный момент, чтобы тот не прекращал, и словно услышав мольбу, Демир продолжал свою пробу. Она уже не контролировала себя: бедра дрожали, пальцы ног поджимались, когда в самый неожиданный момент мужчина вонзал языком в глубину. С губ Афры сорвался очередной стон.  Для Рамазана каждый звук от жены расценивался как продолжение ласк.  — Пожалуйста..  Хриплый и прерывистый голос жены означал, что она больше не была не могла сдерживаться. Демир очень хорошо знал ее. Он провел ладонями по ее ягодицам круговыми движениями и глубоко вогнал в нее два пальца. Девушка громко застонала, когда почувствовала его длину и начали лениво двигаться в ней.  — Как же красиво ты стонешь.. Пальцы изгибались, давили, поглаживали ее в ритме, постепенно ускоряясь. Мужчина целовал ее ключицы и принялся за грудь, посасывая, покусывая, сводя Афру с ума.  Вспышка.  Демир продолжал долбить пальцами внутрь, пока Афра, несмотря на боль от веревок, выгнулась и закричала. Мощная струя жидкости вырвалась из дрожащего тела, горячая, на его сильные руки. Она тяжело дышала, чувствуя опустошенность. На полу образовалась небольшая лужица, но мысль о том, что это только начало, только невидимо било Афру по щекам.  Этого мало.  — Я удовлетворил тебя? — двусмысленно прозвучало из уст Мерта Рамазана, зная заранее ответ жены.  — Нет..  И это была чистейшая правда. Несмотря на обстановку, ей хотелось большего. Афра так сильно хотела мужа.  — Подойди..  Демир улыбнулся ее просьбе, и медленно подошел к ней. Афра тяжело дышала, глядя на тесноту в его брюках.  — А ты?  — А что я? — усмехнулся он, не сводя с нее глаз. — Я хоч… — Нет, милая, — мягко перебил Рамазан, — сегодня все по моим правилам. Я немного отпущу твои колени.  Звук металла снова тихо отозвался под потолком. Механизм сработал плавно, крючки медленно изменили натяжение, и Афра почувствовала, как ее тело слегка опустилось. Колени мягко разошлись и опустились ниже, но она все еще оставалась в воздухе. Это новое положение было еще более непривычным и открытым. Не то, чтобы Афра стеснялась своего мужа — этот опыт сбивал ее с толку. Когда звуки металла прекратились, Мерт Рамазан бросил рубашку на пол и сделав несколько шагов и оказался между ее ног.  Афра медленно открыла глаза и посмотрела на него. Сделав еще шаг, он схватил ее ладонь за спиной и плотно прижался к хрупкому телу. Влажный язык прошелся по ее шее, звуки сбивались, и Афра поймала пальцами его ладонь, пытаясь сжать его руку. Демир кусал и целовал, засасывая нежную кожу, а другой рукой расстегивал свои брюки, наконец освобождаясь от тесноты.  — Раздвинь еще шире..  Афра прикусила губу и послушно позволила коленям разъехаться в стороны. Придерживая свой член, он провел головкой по мокрым и опухшим половым губам, размазывая остатки возбуждения. Она поддалась бедрами вперед, не в силах сдерживать его отсутствие. Демир собирал ее собственную влагу, дразнил, не проникая. Через пару секунд он вошел в нее одним резким толчком. Афра ахнула, разрываясь на части от ощущения долгожданной наполненности. Он двигался глубоко, одновременно страстно и жестко, вбивая в нее всю длину. Громкие стоны вырывались из уст девушки с каждым толчком. Мерт Рамазан держал ее, впитывая пальцами в бархатную кожу. Он видел ее красоту, то, какой Афра была именно в эту секунду.  Теснота. Жар. Влажность.  Звуки тел, шлепающих по мокрой коже, заполнили пространство. Демир вгонял до максимальной глубины, и девушка чувствовала пульсирующий член. Еще несколько толчков, и мужчина замер в ней, чувствуя как стенки сокращались, и он отдавался ей вновь без остатка.  Губы Мерта Рамазана накрыли Афру поцелуем, и она вздрогнула всем телом. Она не могла приблизить его к себе, схватиться за волосы по привычке и взять инициативу в свои руки. И от этого ее реакция была только сильнее — она чуть подалась вперед, насколько позволяли веревки, и потянулась к нему всем телом. Дрожь усилилась. — Моя Афра..  Он нажал на пульт, и крючки вновь отозвались механизмом, медленно опуская ее ноги на пол. Девушка не могла стоять, ноги дрожали от недавней близости, и лишь веревки удерживали ее тело в вертикальном положении. Демир снял с крючка веревку, полностью освобождая ее тело от подвеса. Уверенно он обнял Афру, прижимая к себе, и тепло его груди сразу передалось ей. Она почувствовала странное облегчение, а вместе с ним новый наплыв от нехватки — ей хотелось вновь почувствовать Рамазана полностью.  Афра обвила его ногами настолько, насколько это было возможно. Веревки по-прежнему оставались за ее спиной, линии напоминали ей о боли, и она старалась не делать резких движений.  Контроль все еще принадлежал ему.  Рамазан оставил поцелуй на ее шее и мягко сел на кровать, усаживая Афру на свои колени поудобнее. Он провел рукой по ее спине, по мягкой веревке, а затем обхватил ее затылок, притягивая к себе. Она почувствовала его учащенное дыхание, и сердце замерло от возбуждения.  — Афра.. — его голос был тихим, но тем не менее проникал под ее кожу. — Я очень люблю тебя. Всю. Каждую часть тебя..  Она вздрогнула от слов мужа и прижалась к нему еще сильнее. — И я очень люблю.. но мне так мало тебя.. Мужчина улыбнулся и взгляд задержался на ней одновременно со страстью и нежностью. — Моя ненасытная.. Легкая, немного игривая улыбка растянулась по ее лицу, отражая любовь, которую она ощущала внутри. Афра слегка отстранилась и произнесла: — Помоги мне встать с колен..  Демир слегка нахмурился, не понимая, зачем она просит это или передумала продолжать его игру? Он отпустил руку на ее талии и, подхватывая легкое тело, помог ей слезть. Афра выпрямилась, переводя дыхание, и снова села, но на колени и прямо между его ног. Мужчина понял, что она имела в виду, и смотрел на нее с полным вниманием и удивлением.  Заинтересованность.  Он опустил брюки до конца вниз и поглаживал свой член, готовясь к следующему раунду. Девушка чувствовала головокружение от наплыва фантазии и наблюдала за тем, как он гладит большим пальцем влажную головку.   — Ты уверена? — хриплым голосом спросил он. — Хочешь его?  Афра кивнула, подаваясь вперед, как Демир преподнес горячую головку к ее губам. Она начала медленно, дразня его так же, как и он игрался с ней, играя с чувствительным краем. Девушка поглощала практически всю длину, и, услышав долгожданный стон Мерта Рамазана принялась смелее вбивать, чтобы подарить ему такое же удовольствие. Выдохнув, он собрал ее волосы, сжимая в кулак сильнее.  — Что ты творишь..  Приглушенное хлюпанье казалось оглушительно громким в пространстве, и пульсация внутри Афры достигала предела. Теплая кожа, чуть солоноватый аромат, который она уже выучила наизусть, все равно каждый раз открывался заново. Афра подняла глаза — огромные, зеленые, с искрами дьявольского удовольствия — и, не разрывая зрительного контакта, снова провела языком, но уже медленнее и настойчивее.  Невыносимая вибрация прошла по всему телу Демира электрическим зарядом. Он зажмурил глаза, пытаясь удержать контроль, который с каждой секундой выходил из рамок.  — Ты.. — его голос сел, — ты просто невыносимая..  Внутри Афры нарастал тугой комок, и сжималось все внизу живота. Мужчина немного надавил рукой, держа ее растрепанные волосы, и она взяла его глубже, насколько могла. Девушка чувствовала, как его член пульсировал у нее во рту — каменный, горячий. Мерт Рамазан тяжело дышал.  Глубокие. Влажные. Скользкие движения.  Афра чувствовала себя полностью его — использованной, любимой, нужной именно такой. Мерт Рамазан сорвался с грани, и в глазах вспыхнула та самая страсть — живая и неуправляемая. Он чуть отстранил Афру от себя и обхватил ее тело, приземляя мягко на кровать. Она успела вдохнуть, как Рамазан оказался над ней. Мужчина наклонился и поцеловал ее, чувствуя всю влажность на ее губах. Дыхание сбивалось, и она чуть потянулась навстречу, насколько позволяло ее тело. Мир снова исчез. Демир резко раздвинул ее ноги, в приглушенном свете его глаза блестели диковатым блеском. Пальцы вновь проникали в ее сокровенное место, и улыбнулся уголками губ, чувствуя влагу. Вынув пальцы, он горячо прошептал в ухо Афры:  — Смотри в мои глаза, — приказал Мерт Рамазан. Она посмотрела, и сильным толчком вошел в нее на всю длину. Афра открыла рот в беззвучном крике. Ощущение наполненности было всепоглощающим, он заполнял ее целиком. Он начал медленно и глубоко двигаться в ней, почти полностью выходя и снова погружаясь по самое основание.  Шлепки влажной кожи. Приглушенные стоны. Хриплое дыхание.  Рамазан провел рукой по ее плечу и развернул одним движением. Афра подчинилась, позволяя ему направить себя. Она встала на колени на кровати, чувствуя прохладу простыни. Афра вдохнула, стараясь успокоить дыхание и сжала пальцы, руки начинали болеть от веревок. Теплая ладонь Демира легла между ее лопаток и надавил, она нагнулась как только могла, дрожа от предвкушения.  — Моя девочка.. — голос был низким. — Знаешь как мне нравится..  — Твоя..  Большой палец скользнул по промежности, собрал ее собственную влагу. Афра закусила губу, чтобы не застонать слишком громко, и послушно замерла, лишь чуть покачивая бедрами. Намотав конец веревки на ладонь, он потянул ее. С бесконечным терпением Афра ждала, когда вновь примет его в себе, и до боли укусила свою опухшую губу от поцелуев, когда почувствовала член. Каждый толчок вздрагивал ее тело, входя полностью, заставляя вновь дрожать от ощущений. Он задевал какую-то точку в Афре, от которой сыпались искры из глаз. Девушка хотела ласкать себя, чувствуя наступающую полноту, но это было невозможно.  Недоступность.  Он держал ее за живот, чувствуя как Афра могла устать и испытывать дискомфорт от позы. Рамазан аккуратно повернул ее и посадил на свои колени. Афра вновь принимала его в себя, но теперь голова окончательно кружилась от чувств. Она захныкала, с трудом удерживая себя от скорой развязки. Демир восхищался умением жены сдерживаться, и тем самым он ускорил темп.  Афра сильно укусила его за плечо, когда оргазм уже конкретно нарастал, как цунами, из самой сердцевины. Тело затряслось в судорогах, волна удовольствия била изнутри, смывая всю реальность. Мерт Рамазан с низким стоном излился в жену, оставаясь внутри и медленно продолжая двигаться, пока Афра не затихла.  — Ты устала.. потом сходим в душ.. Он приподнял девушку, укладывая на кровать. Мерт Рамазан смотрел на нее долго и внимательно, боясь упустить хоть одну деталь. Было глубокое обожание, которое невозможно было скрыть. Афра лежала под ним, чуть повернув голову в его сторону. Она смотрела на его карие глаза и все, что они видели друг в друге — пережитое.  Стеснение куда-то исчезало, а вместо него наступало полное безумие открытости, которое она не позволяла раньше принимать в присутствии Рамазана. Невидимая стена, которую Афра долго держала внутри себя, начала рушиться слой за слоем. На ее месте появлялось новое чувство — пугающее своей откровенностью, но вместе с тем невероятно живое. Открытость. Их сексуальная жизнь раскрывалась новыми красками и идеями, которыми она никогда и не подумала бы воспользоваться. Она не думала, что все может быть настолько хорошо и приятно.  — Немного устала.. — Я развяжу тебя.  Мужчина принялся медленно распутывать узлы. Афра не двигалась, чувствуя облегчение. Он освободил наконец ее руки, и только в эту секунду она поняла, насколько болели руки. Пальцы дрогнули от пережитого чувства. Освободив ноги, Рамазан поцеловал нежно ее колено, успокаивая следы от веревок. Его бережные руки разминали хрупкие плечи девушки, посылая волну облегчения. Афра прикрыла глаза, наслаждаясь массажем.  — Любимая, — он вновь поцеловал ее за плечо. — Ты любовь.. ты сама любовь, что есть у меня.  — Мой Рамо, — прошептала она, приживаясь к нему. — Любимый..  Они легли вместе на кровать, и мужчина ни на секунду не отпускал Афру — по-прежнему дрожащую. Он поцеловал в висок, проводя пальцами вдоль ее скулы, ловя тень ресниц — тонкие черные линии дрожали на светлой коже. Каждое касание было наполнено благодарностью. Чуть отстранившись, он понял новое положение и положил голову на ее грудь, прислушиваясь уже к размеренному биению сердца. Афра прикрыла глаза, наслаждаясь тишиной и теплом его тяжелого тела. Она зарылась пальцами в его волосы, перебирая и поглаживая их. Мерт Рамазан сжал ее ладонь, не в силах найти подходящих слов тому, что чувствовал. Возможно, потому, что впервые познал настоящую любовь.  Та самая, первая. Когда-то он думал, что прошел этот период давно, залечивая раны с другими.  Все оказалось ложью.  Лунный свет скользил по их телам, оставляя следы их безумия этой ночи. Они лежали, вслушиваясь в дыхание друг друга. Где-то далеко, почти неразличимо, плескалась волна о камни.

***

Утро было прохладным.  Мустафа вышел первым и открыл дверь автомобиля. Джанан Айдан сидела неподвижно в салоне. Пальцы сжали край черного платка, который лежал на коленях. Внутри нее не находило покоя уже долгое время после того, как она покинула Стамбул.  — Дочка.. — произнес Мустафа, он понимал, как ей было тяжело.  Она вышла и поспешно накинула платок на голову. Внутри сжималось сердце от долгого и непередаваемого чувства утраты. Они прошли несколько рядов, Мустафа следовал за ней, держа за спиной маленькую бутылку с водой.  Перед ней в какой-то момент возвысился надгробный камень, имя блестело под ярким солнцем наступающего дня. Слезы выступили сразу, боль по-прежнему была свежа, и Джанан знала, что это никогда не пройдет. Не забудет.  Девушка опустилась на колени, ладони коснулись холодного камня, и плечи задрожали от сдерживаемой боли. Джанан не была в тот момент, когда хоронили Барыша. В те самые секунды она сидела дома в Измире под контролем госпожи Мерьем, и все, что могла сделать, — читать молитву за брата. План стать той самой бунтаркой и сбежать из дома был провален после первой же попытки. Дальше у нее не было сил продолжить бороться и рисковать, тем самым она продолжала жить в доме тети по ее правилам.  — Брат.. почему ты оставил меня.. почему..  Утренний ветер тихо скользил между деревьями, унося ее слова, но никак ни боль, ни утешение. Слезы текли свободно, она не пыталась даже их остановить. Всплеск эмоций был настолько сильным, что Джанан понимала — все накопившееся она хранила в себе слишком долго, и в один день ей пришлось бы все выпустить наружу.  Сейчас тот самый момент.  Мустафа стоял в стороне и не вмешивался. Для него самое важное было то, чтобы девушка была в безопасности, и ей нужно было остаться одной. Джанан прикрыла глаза, вспоминая как они собирались каждое утро за одним столом, Барыш всегда по возможности шутил, зная, что за столом нельзя показывать свои эмоции. Он противоречил правилам Айдан.  — Но.. у меня странное предчувствие, брат.  — Какое?  — Будто случится что-то невозвратимое. Страшное.. и, возможно, с нами что-то случится.  Барыш погладил сестру по плечу, стараясь ее успокоить. Однако, он тоже чувствовал это.  — Ничего не случится, Джанан. Я рядом с тобой.. с Афрой. Отец.. рядом.  Она сжала сырую землю в своей ладони.  — Ты говорил, что с нами ничего не случится, брат. Это правда. Ты сделал все, чтобы мы остались.. но что мне делать без тебя? Я вернулась в Стамбул, чтобы быть ближе к тебе, брат..  Девушка выдохнула и продолжила:  — Когда ты был рядом, я знала, что существует завтра. Что оно.. точно наступит. Теперь.. нет. У меня больше никого и ничего нет, кроме воспоминаний о тебе, о папе.. о маме, хоть и хорошо ее не помню. Ты оставил меня одну, зная, что я не справлюсь. Будто дал мне это испытание заранее.. — Держись пока рядом с Афрой, я ей скажу, что делать дальше.  — Я хочу быть рядом с тобой.. — Джанан, — мягко перебил Барыш. — Ты уже не маленькая девочка.. пора научиться стоять на собственных ногах. Ради меня, но в первую очередь, ради себя. — Я постараюсь, но не ради себя. Жить вопреки всему.. ради тебя. Ради наших воспоминаний, братик..  Слезы текли по щекам, ветер тихо уносил их к Босфору, но боль все же оставалась. Такая тяжелая, почти невыносимая. Джанан наконец позволила себе прожить ее целиком. 

***

Двухдневный отдых на острове Сими оставил после себя незабываемые впечатления и приятные воспоминания.  Дом встретил пару спокойной атмосферой. Афра едва успела переступить порог, как Мерт Рамазан оказался за спиной и крепко обнял ее за талию. Она ощущала его тепло, а дыхание — аромат его кожи, почти игривое прикосновение губ к шее. Девушка рассмеялась: — Мерт! Я уже задыхаюсь от твоих поцелуев! Отпусти же..  Ее смех звенел в гостиной, наполняя игривой энергией. Она слегка отстранилась, но руки Рамазана не отпускали ее, удерживая все еще близко. — Просто не могу насытиться своей женой..  Он провел руками по талии, слегка прижимая к себе, губы скользнули к ее плечу и снова к шее. Афра закрыла глаза, дрожа от ощущения полной близости. — Я же задыхаюсь, пожалуйста.. — выдохнула она.  — Просишь?  — Ты сведешь меня с ума, любимый.. Мерт Рамазан отстранился, провел рукой по спине Афры и улыбнулся, воспоминания о ночи в Сими все еще были свежи в его памяти и отзывались при каждом касании.  — Если хочешь, позовем Неслишах с Джанером на ужин? Посидим вместе, компанией. Немного обычной, спокойной жизни. Сегодня свободный день.. Афра задумалась, глядя на мужа, и улыбнулась. Ее глаза практически сразу заблестели от мысли, что они посидят парами и будут разговаривать в домашней атмосфере.  — Давай, — ответила она, наклонившись к нему. — Сегодня можем расслабиться и принять гостей. Я приготовлю вкусный ужин.  Рамазан подмигнул, снова прижимая ее к себе.  Афра принялась за подготовку до вечера. Запекла овощи с травами и рыбу под лимонно-масляным соусом, красиво накрыла скатерть на стол и поставила вазу со свежими цветами. Демир несколько часов провел в своем кабинете, пытаясь закончить еще один эскиз, но из-за сложности его исполнения было невозможно закончить. Словно, не хватало еще одной маленькой, но очень важной детали.  Когда мужчина вышел из комнаты, но почувствовал приятную и благоприятную атмосферу. Под окном подъехала машина Джанера ровно в семь, и встретив гостей, Афра тепло встретила свою близкую подругу. Джанер пожал руку мужчины и они пришли в гостиную. За короткое время знакомства Рамазан неплохо подружился с Джанером, чего девушки были очень довольны. Они подшучивали, обсуждали новые фильмы на прокате, и Джанер очень живо рассказывал о случае на работе, который никого не оставлял равнодушным.  — Вот видите! — смеялся Джанер. — Хороший человек звонит, как только о нем вспоминают!  Мужчина отошел, принимая вызов. Неслишах продолжала смеяться, держась за живот. Афра слегка наклонила голову на плечо подруги, не сводя глаз с мужа. Демир подмигнул ей и заметил пустой стакан Неслишах.  — Какой сок принести тебе? — спросил Рамазан у Неслишах. — Не поняла..?  — У тебя сок закончился. Мы пьем вино, но же ты беременна.. поэтому спрашиваю. Апельсиновый?  — Да.. — протянула она, — если можно.  Мужчина встал с места и направился на кухню. Девушки сидели на диване, и Неслишах с улыбкой произнесла подруге.  — У тебя внимательный муж, Афра. Представь.. как было бы здорово, если бы наши дети были погодками. Вместе росли.. поддерживали друг друга, ходили в один сад, а потом в школу.. Глаза Несли блестели от мечты, но одновременно она заметила грусть в лице Афры. Плечи опустились, будто она сдавалась своим мыслям, больше уступая разуму, нежели сердцу.  Потому, что все еще болело.  Она медленно повернула голову в сторону подруги и тихо произнесла:  — Вряд ли такое будет.  — Почему ты так говоришь..? У тебя прекрасный муж который любит и поддерживает тебя. Что еще нужно для женского счастья?  — Я не хочу ребенка.  Мерт Рамазан остановился, прислушиваясь к голосу супруги. Он молча отступил назад, чтобы не мешать их разговору, но в груди что-то ощутимо сжалось от сказанной фразы.  — То есть.. я.. еще не готова, — почти сразу поправила Афра свои слова. — После выкидыша.. это оставило во мне след. Я просто не могу думать о детях. Мне страшно.. Неслишах села ближе, касаясь ее руки: — Если это случилось один раз, не значит, что повторится вновь. Не стоит бояться, когда рядом есть поддержка, любящие тебя люди. Есть Мерт, есть я.. есть мама, которая так же понимает тебя с полуслова.. — Я так и не смогла ей рассказать сама.. — Знаю, — сжала Несли губы. — Это сложно. Афра прикрыла глаза, пытаясь остановить поток слез до возвращении мужчин.  — Он хочет детей, знаю. Несли.. он даже подготовил комнату для ребенка. Наверное он думал, что обрадуюсь, но я удивилась. Словно.. ударили по лицу. — Неправильно думаешь, — поспешила ответить Неслишах. — Он делает все, чтобы ты вычеркнула плохие воспоминания.  — В будущем возможно я захочу ребенка, знаю.. — прошептала Афра. — Но, сейчас.. не совсем подходящее время. Нет. Мы совсем недавно поженились, переехали сюда, в новый дом. Нам нужно привыкнуть к этой рутине. Я.. не готова.  Несли обняла Афру без лишних слов. Она понимала, что чувства подруги имеют право на существование, потому что понятия не имела как пережила тот период в особняке Айдан.  — Тише, — прошептала она. — Дыши.. все хорошо. Ты имеешь полное право чувствовать то, что чувствуешь. Если хочешь, можешь рассказать об этом Мерту, чтобы он понял тебя..  — Я не хочу его расстраивать, — тихо сказала Афра, голос чуть дрожал. — Он так старается.. а я.. просто не могу заставить себя чувствовать иначе.  Когда наступит время.

***

Тяжелые двери закрылись за девушкой, погружая Джанан в пустоту. Больше не было разговоров за высокими стенами, приказов, которые отдавал отец, ни смеха прошлой Джанан Айдан. Все застряло в стенах, все впиталось глубоко.  Она прошла кабинет отца и остановилась у полки, где аккуратно были расставлены общие фотографии. Джанан улыбнулась, когда увидела Барыша в детстве, общую фотографию с отцом и редкий снимок с Афрой со скромной свадьбы. Девушка открыла окна, впуская свежий воздух, и зашла в другую комнату. Это была спальня Барыша, который некоторое время, находясь в формальном браке, делил комнату с Афрой. Слезы медленно навернулись на глаза, и она вновь их не сдержала.  — Здесь невозможно находиться, — прошептала она себе, качая головой. — Невозможно.. я сойду с ума..  Она быстро спустилась на первый этаж и выбежала на улицу, где ее поджидал водитель. Без слов она обняла Мустафу и тот пытался ее утешить. Он понимал, что Джанан вряд ли сможет вернуться в особняк, чтобы продолжить там жизнь с чистого листа. Тем самым Мустафа с грустной улыбкой понимал, что приобрел дочь. 

***

В десятом часу гости покинули дом. Афра быстро убралась на кухне и поднялась по лестнице в спальню, чувствуя усталость после дня, полного эмоций и разговоров. Она медленно открыла дверь и вошла, замечая Рамазана, который сидел и задумчиво смотрел в одну точку.  — Рамо? Все.. хорошо? — приблизилась она к мужа, слегка разминая его плечи. — О чем думаешь?  — Да, нужно закончить эскиз, — ответил мужчина, поднимаясь с кровати. — Ты ложись спать.. я поработаю немного.  Афра кивнула головой, провожая взглядом. И как мужчина покинул спальню, она переоделась и легла на кровать.  Даже не посмотрел в ее глаза. Девушка прислушивалась к тишине, и ощутила легкое покалывание в груди. Она хотела заснуть рядом с ним, слушая его дыхание, но кровать пустела.  Мерт Рамазан сидел в своем кабинете и рисовал вторую вариацию будущего кольца. Изгибы получались не плавными, а резкими, словно их концами можно было причинить боль. Он отложил карандаш, откинувшись на спинку кожаного кресла и пристально смотрел на набросок. Он был сосредоточен, но мысли вновь ускользали, унося куда-то далеко.  Я не хочу ребенка. Фраза так отчетливо повторялось в его голове, как отголосок, который невозможно было игнорировать.  Он провел рукой по лицу, пытаясь собраться с мыслями. Нужно было успокоиться, поговорить с ней, понять ее страхи и не наговорить лишнего. Обида была большой — она не делилась с ним переживаниями, словно его это совсем не касалось. Собственное желание было сильнее, он хотел детей.  Раньше Мерт Рамазан никогда не задумывался об этом до того момента, пока не столкнулся с ложью Сары. Тогда выстраивалась цепочка его желаний, и мужчина понимал отчетливее, что если кто и станет матерью его ребенка, так это будет только Афра. Он хотел семью, видеть жизнь, которую они могли бы построить вместе. Слышать детский смех, видеть глаза малыша, который будет похож на них.  Созданный.  Он не предохранялся по привычке, но при этом не имел понятия, принимает ли какие‑то лекарства Афра. Мысль заставила его внутренне содрогнуться. Рамазан вдруг ясно осознал: их желания и ожидания могут не совпадать. Его мечты заключались в совместном проживании с детьми и успехе бизнеса. Афра же была моделью, которая постоянно находилась на съемках и строила карьеру. В конечном итоге это создало бы главную проблему в их взаимоотношениях. Не для него, а исключительно для Афры. Он искренне не хотел, чтобы ребенок стал способом закрепления отношения и попыткой доказать, что между ними есть общее звено. Рамазан хотел, чтобы ребенок был осознанным и желанным. Теплилась надежда. Та самая, которая обретала особый смысл. И когда она захочет стать матерью, Демир обязательно будет рядом.  Всегда.  Афра поднялась с кровати, не выдержав отсутствия мужа. Красный пеньюар облегал ее стройное тело, переливаясь в полумраке спальни. Она шагнула босыми ногами по холодному полу, тихо, чтобы не издать лишнего звука.  Приглушенный свет в коридоре создавал длинные тени на стенах, и она вошла в гостиную. Афра почувствовала прохладу ночного воздуха из открытых окон, от которой по телу пробежали мурашки. Девушка нажала на пуск, и тихая, расслабляющая музыка уже играла по всему дому. Она прибавила громкость, прежде чем направиться дальше — в кабинет Мерта Рамазана.  Дверь была приоткрыта, и, услышав музыку, мужчина поднял голову от эскизов. Он сразу встретился с ее глазами и чуть слегка нахмурился, удивленно разглядывая внешний вид жены. — Ты уже долго тут сидишь.. я не могу уснуть.  Афра остановилась напротив него и уверенно поднялась на край стола. Рамазан наблюдал за каждым ее движением. Она стояла на столе, и мягкий свет лампы играл на красном шелке пеньюара, обводя каждый изгиб горячего тела. Музыка из гостиной наполняла комнату медленным, томным ритмом, и она позволила себе раствориться в ощущениях. Бедра легко качались в такт музыке, волосы сыпались по спине.  Мерт Рамазан резко отодвинул бумаги с эскизами, забыв о работе. Его глаза полностью сосредоточились на ней, на каждом повороте бедра, на линии шеи, на том, как свет падал на кожу. В его взгляде горел огонь желания — сочетание страсти, восхищения и жадного притяжения. Афра заметила это сразу. Она сделала шаг вперед, отодвигая оставшуюся папку и роняя ее на пол. Демир вздохнул, когда она опустилась прямо на его колени. Ее губы встретили мужа с такой страстью, что перехватывало дыхание. Афра впивалась в его губы, встречаясь языком, а пальцы Рамазана поддерживали ее голову. Другая рука скользила по ее спине, и каждое движение супруги отзывалось в нем диким желанием. Мужчина осторожно поднял Афру с колен, удерживая ее за спину и бедра. Ноги девушки автоматически обвили его талию, плотно прижимая к себе. Усадив на гладкую поверхность, Демир вновь целовал шею, пробуждая ее тело и вызывая дрожь.  Растворяясь в нем.  Мерт Рамазан опустил лямку пеньюара с ее плеча. Ткань соскользнула вниз, открывая нежную линию плеча и ключицы. Афра нетерпеливо принялась расстегивать кожаный ремень. Кабинет наполнился слышными вздохами, стонами и звуками поцелуев.  Отдача. Полнота. Опустошение.  Демир удерживал ее тело на столе и слегка наклонил голову, чтобы встретить ее зеленые глаза. И клялся себе, что ничего прекраснее он не видел.

***

Неделю спустя

Фотограф оживленно давал короткие указания ассистентам, поправляя свет, подол платья и малейшие детали образа. Ясемин стояла в стороне, держа планшет, и внимательно наблюдала за процессом. Она была сосредоточена делая пометки и не упуская ни одной детали. — Отлично.. да, именно так! — его голос прозвучал уверенно и живо. — Афра, чуть поверни плечо! Моя ты дорогая! Афра плавно подчинилась, изменив угол, и этого оказалось достаточно — чтобы стать еще выразительнее. Камера не останавливалась. Фотограф двигался вокруг нее, ловя ракурсы, свет и настроение. — Держи взгляд.. не отпускай.. вот это, да! — пробормотал мужчина, почти себе под нос, не переставая снимать. Через час темп замедлился. Фотограф просмотрел кадры на экране камеры, улыбнулся: — Это будет бомба! Ты сегодня в ударе, Афра! Отпускаю на перерыв, отдохни немного..  Съемки длились дольше, чем изначально планировалось. Афра позволила себе выдохнуть и расслабить плечи. Она отошла в сторону и в ту самую секунду загорелся экран телефона. Девушка устало, но с улыбкой приняла вызов.  — Что делает самая красивая девушка? — послышался родной голос.  — Я очень устала, Рамо, — выдохнула Афра. — Ясемин задержала нас, чтобы сделать еще несколько образов.  — Ты же помнишь про сегодняшний ужин у родителей? Я могу заехать за тобой. — Не нужно, я на машине сегодня. Ты поезжай, а я приеду как освобожусь.  Афра оглянулась на съемочную площадку: стилисты все еще обсуждали детали, кто-то просил пару минут для финальных правок, свет еще горел. — Ты уверенна?  — Да, дорогой, — ответила она мягко. — Пусть не ждут и тебя, поезжай. Иначе будет некрасиво.  Рамазан задержал паузу, задумываясь о сказанных словах. Послышался выдох.  — Ладно.. тогда я жду тебя. Напиши, когда будешь выезжать.  Как только Афра опустила телефон, рядом с ней оказалась Ясемин. Она обняла девушку за плечо, направляя ее в сторону съемочной площадки. — Дорогая, нам нужно продолжить, — произнесла она настойчиво.  Афра повернула голову, взглянув на нее, и уловила в ее интонации что-то еще. Начальница наклонилась ближе и добавила: — Скоро приедет Мерт Языджыоглу.. ты же не хочешь его встретить? Пошли. Свет снова ударил в ее глаза, пространство наполнилось восторженным голосом фотографа. Афра Демир снова вошла в кадр.

Час спустя

Свет начали гасить, ассистенты задвигали оборудование, в ожидании Мерта Языджыоглу. Ясемин села рядом с фотографом за стол, и вместе начали перебирать полученные кадры.  — Дорогая, завтра я напишу в какой локации следующий сет. Спасибо за работу!  Афра прошла в гримерную, закрыла за собой дверь и прислонилась к ней спиной, закрывая глаза. Ей хотелось побыстрее покинуть помещение, чтобы не пересечься с Языджыоглу. Не потому что боялась его, а потому что не хотела возвращаться туда — в прошлое, которое уже отпустила. Не хотела ловить его наглый взгляд и слышать противный и самоуверенный голос. Отсутствие Рамазана давало о себе знать.  Она сняла серьги и провела пальцами по волосам, освобождая их от укладки. Тяжелое платье с камнями скользнуло по коже вниз. Девушка переоделась в свою одежду — серый брючный костюм в полоску от известного бренда, который выслал ей в подарок. Она быстро проверила телефон, схватила сумку и вышла из гримерной.  Коридоры уже пустели. Вечер уже окончательно наступил, напоминая ей о том, как сильно она опоздала на званный ужин. Афра чувствовала себя неловко перед родителями Демира, которые, вероятно, сидели и ждали ее прихода.  — Ах, Ясемин.. надо было именно сегодня меня задерживать.. На парковочной стоянке по землей она нашла свой серый мерседес. Массивный, уверенный, с четкими линиями и блеском фар стоял на линии двадцать семь. Геликваген. Очередной щедрый подарок от мужа.  Афра подошла ближе и достала ключи, чтобы разблокировать автомобиль. Не успела она дойти до ручки двери, как взгляд вцепился на что-то неладное. Переднее левое было спущено полностью. Шина была полностью деформирована. Афра сделала шаг ближе и присела на корточки, чтобы получше рассмотреть.  — Ну конечно.. — с досадой произнесла она. — Именно сегодня.. именно сейчас!  Девушка обошла автомобиль, зная, что в багажнике был запасная шина. Менять его в подземной парковке было сомнительным способом. Афра уже потянулась к телефону чтобы позвонить мужу, когда за спиной раздался незнакомый голос. — Госпожа? Проблема с машиной? Она резко обернулась, встречая мужчину. Незнакомец стоял перед ней на расстоянии, не нарушая ее пространство, и смотрел с легкой улыбкой, который точно украшал его. Афра все еще держала телефон, но от пристального взгляда высокого молодого человека, забыла о том, что хотела сделать. Ей стало действительно не по себе. — Похоже, вечер решил Вас задержать, — произнес он спокойно, делая шаг вперед. Она не знала его имени. Не знала, зачем он здесь. Но сразу ощутила, что между ними есть что-то общее.