Часть 65 «Люби меня»

“Watch Me Burn” – Michele Morrone

Pov Chris: Мы долго и страстно целуемся. Ева уже избавилась от моей футболки и, скинув её в сторону, резко толкает меня на кровать, садясь сверху. Её юбка задирается так высоко, что я вижу её кружевные трусики. Ева опускается своей мокрой киской прямо на мой член, от чего я стону ей в губы — это так приятно. Она продолжает целовать меня, слегка покачивая бёдрами, трясься о мой напряжённый член. Я беру её лицо в ладони, нежно отстраняю и шепчу: — Мне всё равно, где мы находимся. Главное, чтобы мы были вместе… — я целую её, прикусывая её нижнюю губу своими зубами, — и тогда я буду по-настоящему счастлив. Я снова целую её, одновременно переворачивая её под себя, нависая сверху. Я быстро избавился от одежды — своей и Евы, — встал на пол у края кровати и перевернул её на живот. Подняв её за бёдра, я поставил Еву на четвереньки и притянул ближе к себе. Скользя пальцами в её влажную, пульсирующую киску, я на миг остановился, прижимая палец к её другому входу, заставляя её затаить дыхание. Мне нравилась сама мысль обладать женщиной, которая принадлежала бы только мне и никому другому. Никогда раньше я не был настолько одержим женщиной. Но когда речь шла о Еве, я хотел её всем своим существом. Я собирался владеть каждой её частичкой. Покрывая пальцы её сладким, дразнящим соком, я смазывал свой член, делая его скользким и готовым для неё. Я не мог больше ждать. Я должен был войти в неё глубоко, до самого основания — и именно это я собирался сделать. Ничто не остановит меня на пути к тому, что по праву принадлежит мне. — Ева, детка, я собираюсь наслаждаться каждой секундой, — прошептал я. Я ласкал её клитор, нежно поглаживая эту крошечную жемчужину наслаждения. Я знал, что осталось всего несколько секунд, прежде чем я войду в неё своим горячим, пульсирующим членом, погружаясь до самой глубины. Я хотел этого всем своим существом. Я придвинулся ближе и закрыл глаза. Кончик моего члена скользнул по её клитору, и я услышал, как она задержала дыхание, готовясь к тому, что должно было произойти. Но я не спешил. Я нежно ласкал её клитор, используя свой член, вызывая у неё дрожь. — Расслабься, Ева, — прошептал я, поглаживая её грудь и играя с напряжёнными сосками. — Пожалуйста, просто возьми меня… — простонала она. Я лишь дразнил её, в то время как моё тело горело от желания. — Осторожнее с просьбами, — тихо сказал я, наклоняясь к ней, чтобы прошептать эти слова на ухо. Я придвинул кончик своего члена к её влажному входу, и прежде чем она успела напрячься, мои руки крепче сжали её бёдра — и я одним сильным движением вошёл в неё до конца. — Чёрт! — вырвалось у неё в крике наслаждения. Она уткнулась лицом в кровать, крепко сжимая простыни в руках. Мой член сильно пульсировал. Ничто не могло остановить меня от того, чтобы забрать то, что я так страстно желал. То, что принадлежало мне. Она была всем, о чём я мечтал. Я не мог сдерживаться — к тому же я чувствовал, как сильно она тоже была возбуждена. Я нежно гладил её спину, стараясь успокоить напряжённые мышцы. Открыв глаза, она повернула голову, чтобы видеть меня, находящегося позади. Мой взгляд был прикован к ней — к её изогнутой спине, к дрожащим под моими прикосновениями бёдрам, а не туда, где я медленно входил в её горячее тело. Мне нравилось ласкать её и наблюдать, как трепетно она откликалась на каждое моё движение. Она сжала свою горячую киску вокруг меня и облизала губы. За это я шлёпнул её по упругой заднице, отчего Ева звонко вскрикнула. Прежде чем она успела понять, что происходит, я вышел из неё, быстро перевернул её на спину и снова мощно вошёл, не давая ни секунды на передышку. Я схватил её запястья и запрокинул руки над её головой, прижимая их к кровати. Медленно вытаскивая член почти до конца — оставляя внутри лишь самый кончик — я резко и глубоко вонзился в неё снова. — Не недооценивай ту власть, которой обладаешь надо мной, Ева, — прошептал я, глядя в её затуманенные от страсти глаза. Я сосредоточился на своей малышке, на каждом её движении, на том, как я полностью завладел ею. — Умоляй меня трахнуть тебя жёстче, — приказал я. Она медленно облизала губы, провела языком по их внутренней стороне, и я наблюдал за этим движением, как заворожённый. Это было медленно, чувственно — и от одного только вида её я почувствовал, как мой член стал ещё твёрже. — Трахни меня… жёстче… — едва слышно прошептала Ева. Чёрт. Она собиралась довести меня до предела раньше, чем я был готов выплеснуться в ней. Я провёл ладонью по ложбинке между её грудями, затем легко сжал её шею, удерживая в своей власти. И начал трахать её так, как она просила — так, как сам давно жаждал. Она была чертовски горячей и готовой для меня: её киска сжималась вокруг моего члена, словно втягивая его глубже, требуя, чтобы я кончил в ней. Я чуть отклонился назад, чтобы видеть, как её грудь соблазнительно подпрыгивает от каждого мощного удара. Её дыхание стало рваным, а по телу разлился горячий румянец. Она сдвинулась вперёд по кровати всего на несколько сантиметров, и я сразу обхватил её за плечо, с силой вгоняя её глубже на свой член. Я стиснул зубы, когда наши бёдра с глухим стуком прижались друг к другу почти до боли. Я был близок — слишком близок, — но не собирался так быстро сдаваться. Мне нужно было, чтобы она кончила. Прямо сейчас. — Давай, Ева… Кончи для меня, — выдохнул я, сдерживая рвущуюся изнутри ярость наслаждения. Я вбивался в неё ещё сильнее, сжимая её горло немного крепче. Её глаза были широко раскрыты, дыхание сбивалось от нехватки воздуха, а лицо заливалось ярким румянцем. Я отпустил её горло и наблюдал, как она вцепилась в простыни и вскрикнула, достигая острой кульминации. Я был на грани — чувствовал, как наслаждение заполняет каждую клетку моего тела. Но я хотел, чтобы она кончила снова. Вместе со мной. — Кончи ещё раз, детка! — приказал я. И сразу почувствовал, как её внутренние мышцы начали ритмично сжиматься вокруг моего ствола. Она не могла сдержаться рядом со мной, полностью отдаваясь. Мои яйца сжались, и я кончил так мощно, что на мгновение потерял связь с реальностью. Я наконец вышел из её киски и замер, любуясь её покрасневшими бёдрами, наслаждаясь видом припухшей плоти, которую только что так жадно имел. Повалившись рядом на кровать, я уставился в потолок, ощущая странное, но вместе с тем умиротворяющее чувство, заполнявшее меня. Я знал: с каждой минутой я всё сильнее нуждался в ней. Я притянул Еву к себе и коснулся её губ нежным поцелуем. — Спокойной ночи, Кристофер, — прошептала Ева, отрываясь от меня. — Спокойной ночи, малышка… Я тебя очень сильно люблю, — ответил я, целуя её в макушку. — И я тебя… — тихо откликнулась она. Мне не нужны были эти слова — я и так всё знал. Но от её признания тепло разлилось в моём сердце, и я прижал Еву ещё ближе к себе. 11.04.2018 Меня разбудил резкий, неприятный голос, словно остриём ножа полоснувший по утру: — Ева! Ты ещё в постели?! Нам нужен завтрак! Я поморщился, протирая глаза. Чёрт, не так я хотел начинать это утро. Повернув голову, я увидел, как Ева в панике вскочила с кровати — обнажённая, теплая, родная — и, не теряя ни секунды, схватила в руки этот проклятый костюм горничной. Я нахмурился, сердце сжалось от ярости и непонимания: — Они всё ещё ожидают, что ты будешь работать? — спросил я, не веря своим ушам, глядя, как она натягивает на себя трусики. Ева улыбнулась мне мягко, словно пытаясь успокоить: — Всё в порядке. Приготовить завтрак — это легко, — ответила она, словно оправдывая их, а не себя. Нет. Чёрт возьми, нет. Я резко поднялся и, не давая ей сделать ни шага, притянул её обратно к себе в постель, легко, но властно обхватив её аппетитные бедра. Она тихо вскрикнула от неожиданности и рухнула мне на грудь. — Нет, малышка. — Мой голос был низким, глухим от нарастающего гнева. — Моя жена не будет обслуживать чужую семью. Я держал её крепко, чувствуя её тепло, её дыхание, её растерянность. Её глаза вспыхнули тревогой. — Но миссис Дженкинс будет зла, — прошептала она, словно боясь разбудить спящих демонов. Я усмехнулся холодно, глядя ей прямо в глаза: — Теперь ты моя. — Мои пальцы легко скользнули по её талии. — И она больше не имеет права решать, что ты будешь делать. Я бросил быстрый взгляд на часы на прикроватной тумбочке. — У нас скоро занятия, — напомнил я, и, прежде чем она успела снова встревожиться, склонился ближе, уловил её сладкий запах и тихо добавил, опуская голос до хриплого шёпота — Но сначала… Я закрыл её рот поцелуем — жадным, глубоким, таким, в котором было всё: моя ярость на весь этот мир, моя защита, моё обожание. Я ощущал, как её тело сдаётся мне, как она тает в моих руках, и ни чёртовы Дженкинсы, ни весь их проклятый дом больше ничего не значили. Было только она. И я. И наше утро, которое теперь принадлежало только нам. Я навис над Евой. Свободной рукой я сжал её грудь — сначала медленно, нежно разминая плоть, а затем крепко сдавил сосок между большим и указательным пальцами, доставляя ей лёгкую боль. Боль быстро сменилась волной наслаждения, и Ева выгнулась навстречу моему прикосновению. Тихо усмехнувшись, я прервал наш поцелуй. — Похоже, кому-то это понравилось, — сказал я. Не дав ей ответить, я склонился к её горлу, целуя и облизывая нежную кожу, иногда осторожно прикусывая её. Ева извивалась подо мной, разрываясь между болью и наслаждением. Отстранившись, я посмотрел на её раскрытые бёдра. Ева всегда была застенчивой по натуре, но сейчас её дикая сторона вырвалась наружу. Она раскрыла бёдра ещё шире и, затаив дыхание, смотрела на меня голодным, жадным взглядом. Накрыв Еву своим телом, я снова поцеловал её. Во время поцелуя мы медленно передвинулись, пока она не оказалась на спине, обхватив ногами мою талию. Я начал плавно покачивать бёдрами, натирая её сквозь тонкую ткань трусиков. Малышке хотелось контакта кожи к коже, но давление основания моего члена на её клитор дарило ей потрясающие ощущения. Она не собиралась останавливаться. Ева буквально таяла от возбуждения — её трусики промокли насквозь, и я ощущал это каждой клеточкой своего тела. Она так увлеклась поцелуями, что не заметила, как моя рука скользнула между нашими телами. Я ласкал её клитор через тонкую ткань трусиков, пока Ева не начала извиваться от нарастающего желания. Её возбуждение подскочило до лихорадочного состояния. Прежде чем она успела осознать, я отодвинул её трусики в сторону и прижал головку своего члена к её влажному входу. Прервав поцелуй, я поймал её взгляд. Я даже не потрудился снять с неё нижнее бельё — одним быстрым движением я вогнал в неё всю свою твёрдую длину. Наши бёдра прижались друг к другу, и Ева тихо всхлипнула. — Ты такая горячая и узкая, — прошептал я ей на ухо, ощущая, как её тело дрожит в моих объятиях. Я медленно вышел из неё почти полностью и снова резко вошёл обратно. Я повторял это движение снова и снова, приближая Еву к оргазму. Когда я ускорил темп, она вцепилась в мой бицепс. Мы оба вспотели и тяжело дышали. Не сбавляя ритма, я склонился к её груди и захватил губами набухший сосок. От горячего прикосновения её тело толкнулось мне навстречу, за что я наградил её нежным укусом. Я долго ласкал её грудь губами, наслаждаясь её стонами. Внутрь и наружу. Быстрее и жестче. Я изменил угол проникновения, и Ева вскрикнула от накатывающей кульминации. Комбинация — глубоко вбивающийся в неё член, мой рот на её соске и трусики, натирающие клитор — взорвала её оргазмом, охватившим тело с головы до пят. По её коже пробежало покалывание, но я не остановился. Плоть ударялась о плоть, мокрую от общей скользкой влаги, создавая звучную какофонию страсти. Это был и рай, и ад одновременно. Я не хотел, чтобы это когда-либо заканчивалось. Я напрягся над ней и с громким чмокающим звуком оторвался от её припухшей груди. Еву накрыл ещё один оргазм, но прежде чем он полностью прошёл, я выскользнул из неё и перевернул её на живот. Сжав её трусики, я резко отодвинул их в сторону и через пару секунд снова вошёл в неё. Словно обезумев, я начал яростно вбиваться в Еву. — Посмотрите-ка на эту задницу, — пробормотал я, шлёпнув её по ягодице, от чего Ева ахнула от восторга. — Она просто офигенная, Ева, — снова ударил её ладонью, а она лишь шире раздвинула ноги, словно приглашая меня войти ещё глубже. Ева застонала, а я зарычал в ответ. Одной рукой я крепко сжал её ягодицу, а другой натянул трусики, заставляя ткань болезненно впиться в кожу. Но смесь боли и удовольствия только ещё больше распаляла нас обоих. Я почувствовал, как она снова приближается к оргазму, и в этот момент она обернулась через плечо, взглянув на меня. Я вонзился в неё один раз, второй — а на третьем толчке застыл внутри.

“Electric Touch” – Taylor Swift i Fall Out Boy

Pov Eva: Я сидела за партой, аккуратно выполняя задание, которое дал нам Кристофер. Мои пальцы машинально водили ручкой по бумаге, но всё моё внимание было сосредоточено только на нём. Боже, как же я смотрела на него… С такой любовью, с такой благодарностью, что казалось — весь мир мог это увидеть. Рядом со мной тихо шепчет Нура, наклоняясь ближе: — Я так счастлива, что с твоей мамой всё в порядке! Настоящее чудо, что ты смогла убедить Никки отдать почку. Я не отрываю взгляда от Кристофера, сердце моё полно тепла, и тихо отвечаю: — Это всё заслуга Кристофера. Он всё устроил. Нура хихикает, её глаза озорно сверкают: — Твой мужчина хорош собой, богат и хорошо к тебе относится? — говорит она вполголоса, а потом мечтательно добавляет: — Ты живёшь как в сказке. Я не могу сдержать улыбку. Сказка… Да, только никто не рассказывает в сказках самое интересное. Я наклоняюсь к ней чуть ближе и шепчу с заговорщическим смешком: — Да только в сказках не рассказывают, насколько хорош секс! Мы обе прыснули в ладошки, едва сдерживая смех. От одной мысли об этом у меня по всему телу пробежали приятные мурашки. Нура закрывает лицо руками, смеясь, как школьница. Но тут над нами раздался строгий, холодный голос: — Мисс Мун. — Я резко выпрямилась на месте и подняла глаза на Кристофера. Его взгляд был тяжёлым, требовательным, но я чувствовала, что за этой маской строгости прячется знакомый огонь. — Есть что-то, чем вы хотите поделиться с классом? — спросил он ледяным тоном, и я слышала, как Нура рядом тихонько смеётся, прекрасно зная, о чём мы только что шептались. Я быстро замотала головой, стараясь выглядеть невинной: — Нет, сэр, — сказала я с едва заметной улыбкой. Кристофер чуть прищурился и бросил твёрдо: — Пожалуйста, зайдите ко мне после занятий. Я почувствовала, как сердце ухнуло вниз, а потом бешено забилось. Я прикусила нижнюю губу, не в силах скрыть счастье, которое разливалось по мне горячей волной. — Да, сэр, — ответила я послушно. Он снова вернулся к объяснению материала, а я сидела, сгорая внутри от предвкушения. Моя улыбка не сходила с лица, какая бы строгая тишина ни стояла в классе. Как же я любила этого мужчину. И каждый его приказ был для меня сладким обещанием.