Часть 68 «Когда рушится мир — я держусь за тебя»

“Unconditionally” – Katy Perry

Pov Eva: Я сидела, изо всех сил сдерживая слёзы. В груди будто разверзлась пустота, а каждое слово, которое произносила Никки на экране, било по мне, как плетью. Я тщетно пыталась вспомнить, как вообще дышать. — Полиция ничего не может сделать, чтобы остановить Еву от того, чтобы забрать всё, — лживо и с надрывом говорила Никки, вытирая несуществующие слёзы. — Технически это не является преступлением, поэтому я обращаюсь к вам, к общественности! Помогите мне! Спасите моего ребёнка! Она всё говорила и говорила, разливая свою грязь на весь город, а я только сильнее сжималась в объятиях Криса. Его руки были моей единственной опорой в этом аду. Каждое её новое слово — как удар ножом. Я больше не слышала ни журналистку, ни камеру, только этот предательский, лживый голос, который рвал меня на части. — Есть комментарии по поводу этого заявления? — ведущая наклонилась ко мне, её взгляд был полон мерзкого любопытства. — Ева, ты крадёшь жизнь Никки? Я попыталась открыть рот, но ничего не вышло. Если бы я заговорила, то расплакалась бы прямо в эфире. Крис сразу почувствовал это. Его реакция была мгновенной: он встал, поднял меня на руки, словно я была лёгкой пушинкой. — Интервью окончено, — глухо бросил он в сторону репортёров. — Уходите. Я спрятала лицо у него на груди, чувствуя, как напряжены его мышцы, как в нём кипит ярость. Он унёс меня прочь, в первый попавшийся закрытый уголок — в ванную. Там он не отпустил меня — усадил прямо на стиральную машину, оставаясь стоять между моими ногами, заслоняя меня собой от всего мира. — Ты в порядке? — спросил Крис, его голос был хриплым, а в глазах отражалась настоящая боль за меня. Я глубоко вздохнула, пытаясь совладать с эмоциями. — Да. Просто… мне стыдно и… я в шоке. Не могу поверить, что Никки может быть такой жестокой! Мои пальцы судорожно сжимали край его рубашки, будто я боялась упасть. — Как она узнала, что мы собираемся это объявить? — задумчиво спросил Крис. И тут меня осенило. Я открыла рот… и замерла. — Я сказала только маме… и… — Голос у меня предательски дрогнул. Я поняла. Мама. Только она могла рассказать. Я сжала губы в тонкую линию, пытаясь проглотить обиду. — Думаешь, она говорила с мамой? — спросила я шёпотом. Крис не ответил словами, но по его глазам я поняла: он тоже всё понял. В этот момент мой телефон завибрировал. Я взяла его дрожащими пальцами — экран был завален уведомлениями. Открыла сообщения… и сердце ухнуло вниз. Волна ненависти обрушилась на меня. Угрозы, проклятия, грязные слова. Первая слеза скатилась по моему лицу. Крис молча выхватил телефон у меня из рук. Его взгляд промчался по экрану — и потемнел от ярости. Он сунул телефон себе в карман и мягко прикоснулся лбом к моему. — Все, кто когда-либо обидит тебя… — его голос был тихим, но я чувствовала, какая буря скрывается за этой тишиной. — Я заставлю их заплатить. Он большим пальцем нежно вытер мои слёзы, смотря мне прямо в глаза. В его взгляде не было сомнений. Он был моим домом. Моей стеной. Моей силой.