Замок на задвижке

Пять лет — это целая жизнь, выстроенная на фундаменте из «правильных» и взвешенных решений. Аму Хинамори, восемнадцатилетняя выпускница с безупречной репутацией, замерла перед зеркалом, затягивая корсет сапфирового платья. Розовые волосы теперь спадали мягкими волнами ниже лопаток, черты лица стали утонченными, а взгляд — глубоким и спокойным. Она больше не была той запутавшейся девочкой. Теперь она была Джокером, который научился играть по правилам реальности. Рядом был Тадасе. Верный, повзрослевший до статного лидера, он ждал её внизу, у садовой калитки, с букетом нежных белых анемонов. Он пришел пешком, как в старые добрые времена, олицетворяя собой всё то надежное, к чему Аму так стремилась эти годы.Но тишина комнаты внезапно взорвалась знакомым, тянущим звоном в груди. Замок на её шее, молчавший половину десятилетия, отозвался на невидимую вибрацию. Сердце Аму пропустило удар, а затем забилось в бешеном, рваном ритме.       — Всё еще носишь этот замок, Аму? — голос разрезал воздух, как лезвие. — Я думал, ты давно сменила его на что-то более... предсказуемое. Аму медленно обернулась. В глубоком кресле у распахнутого окна, небрежно закинув ногу на ногу, сидел он. Икуто Тсукиёми.В свои двадцать три он выглядел пугающе взрослым. Широкие плечи, хищный разлет бровей и тот самый взгляд кобальтовых глаз, в которых теперь читалась властная уверенность мужчины, который нашел то, что искал. В его руках, затянутых в черную кожу перчаток, покоилась скрипка, а на тонкой цепочке поблескивал Ключ.       — Ты… — выдохнула Аму, чувствуя, как её броня рассыпается в прах. — Ты не имеешь права. Не сегодня.       — У кошек нет расписания, — Икуто поднялся, двигаясь с бесшумной грацией. Он заполнил собой всё пространство, вытесняя запах духов Аму своим ароматом — ночного дождя и горького шоколада. — Я пришел забрать свой долг. Помнишь аэропорт? Я обещал найти тебя, где бы ты ни была. В этот момент в дверь постучали. Мягко, но настойчиво.       — Аму, ты готова? Пора идти, иначе мы пропустим первый танец, — голос Тадасе за дверью был воплощением спокойствия и той жизни, которую Аму считала своей. Икуто усмехнулся, его губы тронула та самая невыносимая провокационная ухмылка. Он не стал скрываться. Напротив, он вальяжно подошел к двери и, прежде чем Аму успела издать хоть звук, рывком распахнул её.Тадасе замер на пороге. Букет в его руках едва заметно дрогнул. Пять лет назад он был мальчиком, но сейчас, в свои восемнадцать, он встретил взгляд Икуто твердо.       — Икуто, — холодно произнес Тадасе, игнорируя наглую позу соперника. — Ты снова решил явиться без приглашения и разрушить чужой праздник?                    — Я пришел поздравить Джокера с выпуском, — Икуто оперся плечом о косяк, преграждая Тадасе путь. — И напомнить, что Ключ всегда возвращается к своему Замку. Ты ведь пришел за ней пешком? Очень трогательно. Но готов ли ты отпустить её руку, когда она сама захочет уйти со мной? Аму оказалась в эпицентре взрыва. С одной стороны — Тадасе, её стабильность и обещанный танец. С другой — Икуто, её хаос и ночь, полная неизвестности. Воздух между мужчинами буквально вибрировал от напряжения.       — Выбирай, Аму, — Икуто протянул ей ладонь, на которой лежал серебряный Ключ. — Традиционный бал с «королем» или настоящая жизнь с черным котом? Аму смотрела на них обоих — на безупречного Тадасе с его правильными цветами и на Икуто, который принес с собой бурю, смявшую её покой за считанные секунды. Пять лет она строила этот карточный домик из планов и ожиданий, и сейчас, глядя в глаза этим двоим, она вдруг почувствовала удушье. Сапфировый шелк платья казался железными оковами.       — Хватит, — голос Аму прозвучал негромко, но в нем была такая сила, что оба мужчины осеклись. Она сделала шаг назад, разрывая невидимые нити напряжения. Её пальцы коснулись замка на шее, но не для того, чтобы открыть его Ключом Икуто, а чтобы просто почувствовать его холодный металл.       — Пять лет я ждала тебя, Икуто. Пять лет я пыталась соответствовать тебе, Тадасе, — она перевела взгляд с одного на другого. — Вы оба пришли сюда сегодня, уверенные, что я — это приз, который можно забрать или защитить. Один думает, что достаточно прийти пешком с букетом, чтобы перечеркнуть мою тягу к хаосу. Другой уверен, что может вломиться через окно и одним взглядом разрушить мою жизнь.Аму подошла к двери и потянула её на себя, распахивая настежь.      — Вон. Оба.Тадасе вздрогнул, его лицо побледнело.       — Аму, но как же бал? Все ждут...       — Бал пройдет без меня, Тадасе. Передай всем, что Джокер сегодня не в игре.Икуто прищурился, его самоуверенная усмешка медленно сползла с лица. Он не привык, чтобы его «добыча» кусалась так больно.       — Ты серьезно, Аму? Пять лет разлуки, и ты просто выставляешь меня?       — Именно так, — она посмотрела ему прямо в глаза, не отводя взгляда. — Ты не можешь просто исчезнуть на пять лет, а потом требовать от меня выбора в дверях. Уходите. Я хочу тишины.Когда дверь за ними захлопнулась, в комнате повисла тяжелая, густая тишина. Аму прислонилась спиной к дереву и медленно сползла на пол. Сапфировая ткань зашуршала, распластавшись по ковру. Ран, Мики, Су и Диа робко вылетели из своих укрытий, зависая перед лицом хозяйки.       — Аму... ты в порядке? — прошептала Ран, коснувшись её плеча.       — В полном, — Аму закрыла глаза, чувствуя, как с плеч свалилась тонна чужих ожиданий. — Впервые за пять лет я не принадлежу ни коту, ни королю. Я принадлежу только себе. Она начала расшнуровывать корсет. Платье, которое должно было стать символом её триумфа, было брошено в угол. Вместо него она натянула старую растянутую толстовку — ту самую, в которой ей было комфортно быть собой, а не идеальной картинкой.       — Девочки, доставайте сладости, — Аму залезла с ногами на кровать, обнимая подушку. — Сегодня на этом «балу» будут только те, кто никогда меня не бросал.За окном послышались удаляющиеся шаги, а затем наступила абсолютная, благословенная пустота. Прошлое осталось в тени, будущее подождет до завтра, а сегодня у неё было законное право на саму себя. Когда дверь захлопнулась прямо перед их носами, в коридоре повисла оглушительная, почти осязаемая тишина. Два взрослых мужчины застыли, глядя на крашеную древесину так, словно она только что дала им пощечине.Тадасе сжимал букет анемонов так сильно, что стебли начали хрустеть. Его идеальная выправка «короля» дала трещину. Кисеки, который только что готовился произнести пафосную тираду о величии и преданности, замер в воздухе с открытым ртом. Его маленькая корона слегка съехала набок.       — Она… она нас выставила? — пропищал Кисеки, теряя всю свою напыщенность. — Нас? Короля?Икуто, всё еще прижимая скрипку к боку, прислонился спиной к стене напротив двери. Его маска самоуверенного хищника разлетелась вдребезги. Йору, который уже предвкушал, как они с Икуто эффектно «умыкнут» Аму через окно, растерянно теребил свои кошачьи ушки.       — Ня… Икуто, кажется, когти в этот раз не помогли, — пробормотал Йору, приземляясь хозяину на плечо. — Она злая. По-настоящему злая.Они стояли друг напротив друга в узком коридоре — два соперника, которые пять лет вели невидимую войну за сердце одной девушки, и оба потерпели сокрушительное поражение за три минуты.       — Ты всё испортил, — глухо произнес Тадасе, не глядя на Икуто. — Если бы ты не явился как призрак, мы бы уже танцевали в зале.       — Очнись, — огрызнулся Икуто, хотя в его голосе больше не было насмешки, только глухое раздражение на самого себя. — Ты предлагал ей декорацию. Она выросла, Тадасе. Ей не нужны твои танцы по протоколу. Но и мой напор ей сейчас — как кость в горле. Кисеки и Йору переглянулись. Впервые за всё время их хозяева не спорили, а пребывали в одинаковом состоянии прострации.       — Пошли, — Икуто оттолкнулся от стены и первым направился к лестнице. — Сегодня ловить нечего. Она заперла Замок изнутри, и ни один мой Ключ его сейчас не возьмет.       — Куда ты? — Тадасе обернулся, глядя на уходящего соперника.       — В бар, — бросил Икуто, не оборачиваясь. — Или на крышу. Подальше от этого позора. Тадасе постоял еще минуту, глядя на закрытую дверь Аму. Он аккуратно положил букет ромашек на коврик у порога.       — Идем, Кисеки. Кажется, Джокер сегодня решил сыграть свою собственную партию. А за дверью, в глубине комнаты, Аму сидела на кровати в окружении своих Хранителей. Она слышала, как затихают их шаги. Замок на её груди наконец перестал вибрировать, становясь просто обычным украшением.       — Аму, ты ведь понимаешь, что они завтра вернутся? — Мики задумчиво вертела в руках кисточку.       — Знаю, — Аму взяла с тумбочки пачку печенья и протянула одну штуку Ран. — Но завтра — это будет совсем другая история. А сегодня я хочу досмотреть сериал и спать в самой удобной пижаме в мире.