Тихий ЗАГС и новые мечты

Утренние сумерки в Сэтагае только-только начинали рассеиваться, окрашивая небо в бледный, сиреневый цвет. В доме Тсукиёми-Сома царила сонная, предрассветная прохлада, пока тишину коридоров не взорвал энергичный топот Кукая. Верный своему вчерашнему слову на веранде, он развил такую тактическую скорость, словно до финального свистка оставались считанные секунды. Пока Юкари мирно спала в своем токийском офисе и даже не подозревала, что её грандиозные пиар-планы на пышную свадьбу летят к чертям, Кукай уже вовсю командовал общим сбором.Он ворвался в комнату сына без всякого стука, резко распахнув дверь и зажигая верхний свет. — Подъём, банда! Общий сбор по тревоге! — громогласно объявил Кукай, бодро и ритмично хлопая в ладоши прямо над ухом зашторенного Лео. — Форварды, просыпаемся! Раскачку в сторону, мы едем в ЗАГС. Прямо сейчас, пока город спит! Одевайтесь в самое обычное, повседневное, как мама просила. Никакого пафоса! Лео, со всклокоченными после сна волосами, дико моргая от ударившего в глаза света, с трудом сел на кровати. Он ошарашенно переводил взгляд с отца на часы, которые показывали ровно шесть утра. — Пап… ты серьезно? — прохрипел он со сна, пытаясь нащупать одежду. — В шесть утра? В ЗАГС в обычных шмотках?— В самых обычных, Лео! Повседневный стиль, без лишней мишуры, — из коридора донесся звонкий, на удивление чистый и бодрый голос Утау. Она заглянула в комнату, и Мия, которая к этому моменту уже выползла в коридор, удивленно замерла. На тёте Утау не было ни грамма сценического грима, сложные концертные прически сменил простой, аккуратный хвост. На ней были самые обычные повседневные джинсы и мягкий, уютный свитер спокойного оттенка. Никакого спорта — просто аккуратный, привычный домашний образ, в котором она выглядела невероятно канонично и абсолютно счастливой. — Лео, не ворчи, — Утау мягко улыбнулась, легонько щелкнув сына по носу. — Быстро натягивай свои обычные джинсы и джемпер. Мы уезжаем через десять минут. Если Юкари проснется раньше времени и выставит у ЗАГСа своих фотографов, я заставлю тебя и твоего отца отрабатывать двухчасовой кросс. Мия, которая просто очень сильно хотела спать в такую рань, зевнула и побрела к себе, улыбаясь во весь рот. Она натянула свое любимое повседневное трикотажное платье свободного кроя и плотные колготки. Предвкушение чего-то важного и радостного полностью вытесняло утреннюю сонливость.Когда они с Лео спустились на первый этаж, в прихожей их уже ждали Аму и Икуто. Аму взволнованно, но с такой теплой, материнской улыбкой поправляла воротник на куртке Утау, словно они снова были теми самыми школьницами из Академии Сэйё. Икуто лениво прислонился к стене, бесшумно покручивая на пальце связку ключей от своего седана — он вызвался ехать следом, чтобы лично прикрыть тылы и заблокировать дорогу любому папарацци. — Вы точно уверены, что хотите именно так? — Аму с легким беспокойством посмотрела на Утау. — Юкари ведь когда узнает, разнесет всё. Она же спала и видела обложки модных журналов. — Пусть пробует, — канонично, дерзко ухмыльнулась Утау, уверенно застегивая свои повседневные ботинки. — Обложки и софиты подождут. Сегодня мне не нужны камеры. Я просто иду за спину своего мужчины. Кукай в этот момент уже стоял на пороге, поглядывая на часы. — Команда, по коням! Время поджимает, тактический просчет недопустим! Лео, хватай документы, они на комоде! Они всей большой компанией вывалились во двор. Ночной туман еще лежал на траве сада, а у калитки уже мягко и надежно урчал прогретый внедорожник Кукая. Лео и Мия забрались на заднее сиденье, на ходу натягивая на себя один большой, пушистый теплый плед, который Лео прихватил из гостиной. Машина плавно тронулась с места, унося их по пустым, тихим утренним улицам Сэтагаи в сторону неприметного пригородного ЗАГСа.Стоило внедорожнику выехать на шоссе, как мерное покачивание автомобиля и теплое одеяло сделали свое дело. Пятнадцатилетняя Мия мгновенно закрыла глаза и уютно уткнулась носом в плечо Лео. Сам Лео, убаюканный тихим урчанием мотора, тоже не продержался и пяти минут — его голова тяжело опустилась на макушку сестры. Они крепко и безмятежно спали всю дорогу, пока Кукай аккуратно вел машину по утреннему городу, а Утау тихонько переключала радио на самую спокойную, колыбельную волну, с нежностью поглядывая на спящих детей в зеркало заднего вида. Машина плавно затормозила у небольшого, утопающего в зелени здания пригородного ЗАГСа . Кукай заглушил мотор, и Утау с улыбкой обернулась назад: Лео и Мия всё ещё крепко спали под своим пушистым пледом, смешно уткнувшись друг в друга носами. — Эй, сони, приехали! — Кукай легонько похлопал Лео по колену. — На поле вы быстрее просыпаетесь. На выход! Нас уже ждут. Ребята завозились, протирая заспанные глаза, скинули плед и вылезли из машины вслед за взрослыми. Никаких толп журналистов, фотовспышек и папарацци — вокруг царила абсолютная утренняя тишина.Внутри ЗАГСа всё было на удивление просто, уютно и без лишнего пафоса, которого так не хотела Утау. В светлом, пустом зале их встретила строгая, но доброжелательная женщина-регистратор. Она удивленно приподняла брови, узнав в паре в повседневных джинсах и мягких свитерах знаменитую рок-диву Утау Хошину и тренера сборной Кукая Сому. — Проходите, пожалуйста. Документы готовы, — улыбнулась женщина, раскрывая большую кожаную папку на стойке. Кукай и Утау подошли ближе, встав перед регистратором, а Мия и Лео тихо устроились чуть позади. Мия скрестила руки на груди, завороженно глядя на тётю, которая без грамма сценического макияжа, в самом обычном повседневном образе выглядела сейчас невероятно канонично, хрупко и спокойно. — Согласны ли вы, Кукай Сома, взять в жены... — начала было женщина стандартную церемониальную речь, но Кукай, верный своему взрывному спортивному характеру, не дослушал и секунды. — Согласен! На все сто процентов согласен! — громко, по-капитански отчеканил он на весь зал, заставив регистратора на мгновение запнуться от неожиданности. Лео и Мия тут же дружно и тихо прыснули со смеху в кулаки, а Икуто, стоявший у дверей прихожей, лениво прищурился и едва заметно ухмыльнулся, качая головой. В этом был весь Кукай — тактический напор до самого финального свистка.Регистратор тепло улыбнулась и повернулась ко второй стороне: — Согласны ли вы, Утау Тсукиёми... — Согласна, — мягко, но очень твердо перебила её Утау. Она посмотрела на Кукая, и в её глазах не осталось и следа от вчерашнего капризного возмущения. Была только глубокая, осознанная нежность. Она действительно сделала этот шаг, чтобы просто стоять за спиной своего мужчины, от которого у неё рос этот взрослый, упрямый сын. — В таком случае, прошу поставить ваши подписи. Утау уверенно взяла ручку и размашисто расписалась в свидетельстве, впервые официально выводя рядом со своей девичьей фамилией новую. Кукай быстро оставил свою размашистую подпись следом.— Объявляю вас мужем и женой. Отныне вы официально семья Сома. Можете обменяться кольцами.Кукай достал из кармана ту самую заветную бархатную коробочку, которую возил в бардачке несколько лет, и бережно, с непривычным трепетом надел кольцо на палец Утау. Она в ответ надела кольцо ему, и Кукай тут же крепко, порывисто обнял её, целуя прямо посреди пустого зала под тихий шелест документов. — Ну наконец-то! — Лео победно вскинул кулак вверх, словно его команда только что забила решающий гол в чемпионате. — Мам, теперь официально! Никаких юридических проволочек в титрах! Теперь ты Сома!Утау отстранилась от мужа и счастливо рассмеялась, глядя на сына. Мия подошла ближе, искренне улыбаясь, и крепко обняла тётю и дядю Кукая. Весь этот утренний побег от Юкари, сонные сборы и тихая роспись в повседневной одежде стали их самой главной, честной и нерушимой семейной победой. Впереди их ждал праздничный завтрак дома, онлайн-школа и новые вершины в чартах, но прямо сейчас в Сэтагае царил абсолютный, каноничный покой. Когда тяжелые двухстворчатые двери пригородного ЗАГСа с тихим щелчком закрылись за их спинами, на улице уже вовсю разгоралось теплое утреннее солнце. Свежий, бодрящий воздух Сэтагаи приятно пах молодой листвой, нагретой землей и утренней росой. Мия сделала всего один шаг по прохладным каменным ступеням крыльца, но ранний подъем в шесть утра, долгие ночные посиделки за сложными тетрадями Харуто и сильнейший стресс от вчерашнего наплыва агрессивных репортеров у школьных ворот окончательно взяли свое. Организму срочно требовалась перезагрузка. Перед глазами всё мягко и плавно поплыло, веки налились свинцовой тяжестью, и девочка буквально уснула на ходу. На полушаге её глаза окончательно закрылись, колени слабо подогнулись, и она начала заваливаться вперед, полностью теряя равновесие и рискуя упасть прямо на ступени.Но Кукай, обладавший феноменальной, отточенной годами капитанской реакцией, среагировал мгновенно. Он даже глазом моргнуть никому не дал — в одно мощное, точное движение рванулся вперед, перехватил траекторию и надежно подхватил племянницу прямо у самой земли, бережно усаживая её к себе на руки и прижимая к груди. — Оп-па! Перехват в штрафной! — негромко, чтобы не напугать её и не нарушить эту хрупкую тишину, тепло усмехнулся Кукай, поудобнее перехватывая Мию. — Наш форвард окончательно сошел с дистанции, батарейка на нуле. Мия от этого движения даже не проснулась. Она лишь сонно и неразборчиво заворчала, глубже зарываясь лицом в его куртку, уютно уткнувшись носом в плотную ткань и крепче сжав пальцами воротник.Рядом, едва переставляя ноги по каменной дорожке, плелся Лео. Он тоже был жутко сонным, вяло моргал от ударившего в глаза яркого утреннего солнца и то и дело зевал во весь рот, буквально топая к машине на автопилоте. Короткий сон на заднем сиденье по дороге в ЗАГС его вообще не спас — парню отчаянно хотелось обратно в теплую кровать. — Пап, неси её аккуратно… — сонно пробормотал Лео, на ходу едва не споткнувшись о совершенно ровный бордюр и с трудом удерживая равновесие. — Мы вчера с ней до двух ночи эти дурацкие конспекты Харуто разбирали, пока вы там на веранде свои взрослые отношения выясняли и свадьбу планировали. У неё мозг просто отключился на ходу. Утау, шедшая рядом в своем мягком повседневном свитере, тепло улыбнулась и ласково погладила племянницу по растрепанным розовым волосам. На её руке красиво блеснуло новое обручальное кольцо. — Пускай спит, Лео. В последние два дня на неё слишком много всего свалилось. Сначала Сато со своим заносчивым футболом , эти официальные извинения в раздевалке, ночной релиз трека, а потом еще и штурм репортеров… Для пятнадцати лет она и так продержалась железно. Икуто и Аму на эту утреннюю роспись умышленно не поехали. Они остались дома в Сэтагае, чтобы в тишине, спокойствии и уюте приготовить большой праздничный обед для молодоженов и дать Кукаю с Утау возможность пережить этот важный, долгожданный момент только втроем со своим сыном, разделив его с Мией. Икуто полностью доверял другу, зная, что Кукай со своей спортивной хваткой защитит детей от любых папарацци лучше любого конвоя.Кукай бережно донес Мию до внедорожника, аккуратно открыл дверь и бережно уложил её на заднее сиденье. Лео, продолжая сладко зевать, залез следом, сразу же устроился рядышком на соседнем сиденье и заботливо укрыл её и себя по самые плечи тем самым большим пушистым пледом. Не прошло и минуты, как парень, почувствовав привычное тепло, снова крепко заснул, уронив голову на мягкую спинку кресла.Машина плавно, без единого резкого рывка, чтобы не потревожить глубокий сон ребят, тронулась с места. Внедорожник мягко уносил уже официально зарегистрированную семью Сома обратно к дому, где их с горячим обедом ждали Аму и Икуто. Впереди их ждали тихие семейные праздники, онлайн-школа, новые вершины в музыкальных чартах и целая жизнь, в которой они всегда будут стоять друг за друга нерушимой стеной. Когда внедорожник Кукая плавно затормозил у ворот дома в Сэтагае, утреннее солнце уже вовсю заливало двор теплым, плотным золотистым светом, высушивая остатки росы на траве. Машина остановилась без единого резкого звука, мягко покачнувшись на рессорах. На крыльце их уже ждал Харуто. Он вышел встречать семью, как только услышал знакомое низкое урчание мотора, и сразу же быстрыми шагами направился к автомобилю, с любопытством заглядывая через тонированное стекло задней двери.Кукай тихо заглушил двигатель, аккуратно вышел из салона и, мягко придерживая ручку, открыл заднюю дверь. Ребята по-прежнему крепко, безмятежно спали под своим большим пушистым пледом, абсолютно не реагируя на то, что поездка подошла к концу. Они сидели, смешно склонив головы друг к другу, полностью отключившись от внешнего мира. — Ну что, встречай молодоженов и их группу поддержки, — негромко, чтобы не нарушить этот сонный покой, тепло улыбнулся Кукай, кивая Харуто на спящую сестру. — Эти двое окончательно сошли с дистанции. Ночные конспекты, вчерашний стресс и утренний ЗАГС их просто добили. Харуто понимающе усмехнулся и бережно, с чисто братской осторожностью потянулся внутрь просторного салона. Он аккуратно высвободил Мию из-под общего одеяла, подхватил её на руки и надежно прижал к себе. Девочка была пугающе легкой. Она лишь сонно, едва слышно вздохнула, на секунду крепче сжала пальцами ткань его толстовки, но так и не открыла глаз, окончательно доверившись старшему брату. Харуто развернулся и медленно понес спящую Мию в дом, аккуратно преодолевая ступени крыльца и поднимаясь по лестнице на второй этаж, чтобы уложить её в собственную теплую кровать, подальше от дневного света и шума. В это время Кукай обошел машину с другой стороны и открыл вторую дверь. Лео спал без задних ног, забавно запрокинув голову на сиденье и тихо, мерно сопя. Вся его спортивная бодрость испарилась. Кукай, не теряя своей каноничной спортивной сноровки и силы, легко подхватил своего взрослого, упрямого сына на руки, как делал это много лет назад, когда тот был совсем маленьким. — Тяжелеешь, защитник, — шепнул Кукай, поудобнее перехватывая Лео, и уверенно понес его в дом. Он аккуратно прошел через прихожую в большую, залитую солнцем гостиную и бережно, мягко опустил спящего парня на большой диван. Лео только сладко, лениво потянулся во сне, перевернулся на бок и уткнулся лицом в мягкую диванную подушку, даже не подумав открыть глаза. Кукай накрыл его тем самым пушистым пледом, который прихватил с заднего сиденья машины, и похлопал по плечу.Утау зашла следом, тихонько прикрыв за собой входную дверь, и с нескрываемой тёплой, материнской нежностью посмотрела на сына. На её пальце в лучах солнца красиво поблескивало новое кольцо. Из кухни уже вовсю доносились аппетитные, дразнящие запахи праздничного обеда — Аму и Икуто, услышав, что все наконец-то вернулись, вышли в коридор, чтобы обнять и поздравить официально зарегистрированную семью Сома. На лице Икуто блуждала привычная, ленивая и абсолютно довольная ухмылка: его котенок спал в безопасности, шторм у ворот школы был полностью позади, а в их доме снова воцарился каноничный, нерушимый покой. В прихожую из кухни наконец вышла Аму, вытирая руки полотенцем. На её лице читалось огромное облегчение, смешанное с нетерпением и волнением. — Ну как? — шепотом спросила она, переводя взгляд на Утау. — Всё прошло спокойно? Никто из репортеров не выследил? Утау канонично ухмыльнулась, вешая куртку на крючок, но вместо ответа резко поймала подругу за руку. Её пальцы заметно подрагивали, а в глазах горел какой-то странный, лихорадочный и непривычно робкий блеск. — Аму, пошли со мной. Надо поговорить. Прямо сейчас, — тихо, но очень настойчиво выдохнула Утау. Не дожидаясь ответа, она буквально увлекла ошарашенную Аму по коридору в сторону ванной комнаты. Зайдя внутрь, Утау резко щелкнула замком двери, уединяясь и полностью отрезая их от мужской половины дома. Она прислонилась спиной к прохладной плитке стены и наконец-то глубоко, прерывисто выдохнула, пытаясь взять себя в руки. — Утау, ты меня пугаешь, что случилось? — Аму взволнованно сделала шаг к ней, разглядывая её непривычно серьезное лицо. — В ЗАГСе что-то пошло не так? Юкари вас всё-таки поймала со своими пиарщиками? — Да какая Юкари! В ЗАГСе всё было идеально, — Утау слабо рассмеялась, и на её щеках проступил яркий румянец. — Мы приехали, вокруг ни души, тишина пригородная. Зашли в самых обычных шмотках, в джинсах. Кукай, этот придурок, выкрикнул «Согласен!» на всю комнату еще до того, как регистратор договорила. Ребята со смеху чуть не лопнули, даже проснулись на пару минут. Мы расписались, Аму. Быстро, тихо, без единого софита и фальшивого гостя. Всё так, как я хотела. Я теперь Сома. Официально. — Господи, ну слава Богу! — Аму радостно выдохнула, её лицо просветлело, и она уже потянулась, чтобы крепко обнять подругу, но Утау мягко остановила её, выставив ладонь вперед. — Подожди. Это еще не всё. Самое главное не это, — Утау судорожно вздохнула, и её голос вдруг стал совсем тихим, почти беззащитным. — Я вчера вечером, прямо перед тем, как устроить Кукаю тот разнос на веранде, долго думала. Смотрела на Харуто, на Мию, на нашего Лео... Аму, я бы очень хотела второго ребенка. Вот почему мне так до безумия, до дрожи была нужна эта фамилия именно сейчас.Она опустила голову, прижимаясь лбом к плечу Аму. Её каноничная уверенность рок-дивы Хошиной бесследно испарилась, уступая место чисто женской тревоге. — Я хочу, чтобы наш следующий малыш родился в законной, настоящей семье Сома. Чтобы у нас всё было правильно, без контрактов Юкари, без съемок на стадионах и показушных свадеб через полгода. Но Аму… я всё равно так сомневаюсь. Кукай еще ничего не знает, я поговорю с ним об этом сегодня за ужином. Но Лео… Лео уже в десятом классе. Он взрослый парень, у него на уме только футбол, тактические схемы, тренировки. Между детьми будет огромная, просто колоссальная разница в возрасте! Лео всю жизнь был единственным ребенком, мы всё внимание отдавали ему. Я места себе не нахожу... Я просто понятия не имею, как он отреагирует. Вдруг он решит, что мы сошли с ума? Вдруг он обидится или отдалится от нас? Такая разница в возрасте — это же целая пропасть! Утау шмыгнула носом, и в её глазах снова промелькнуло глубокое сомнение. Она уязвимо посмотрела на подругу: — Одно дело Мия. Да, Лео вчера защищал её у школы, вынес из этой толпы на руках и вел себя как настоящий мужчина. Но ведь Мия — его ровесница, она младше его всего на пару месяцев. Они с самого первого класса, с шести лет сидят в одном кабинете и делят одну парту. Лео привык видеть в ней не просто младшую сестру, а своего лучшего друга, равного себе. Он чувствует в Мие родную душу и защиту свою. Они вместе сбегали с уроков, вместе росли, и его защита — это защита равного. А тут… тут будет крошечный младенец. Совершенно беспомощный комочек, который перевернет всю нашу жизнь. Вдруг Лео не сможет перестроиться? Вдруг он почувствует себя лишним в нашем доме, когда всё внимание уйдет малышу? Аму почувствовала, как её собственное сердце сжимается от бесконечной нежности. Она сделала шаг вперед и бережно, с бесконечным теплом накрыла ладони Утау своими руками, заставляя ту посмотреть себе прямо в глаза и давая ей сбросить всё то колоссальное напряжение. — Ну что ты такое говоришь, глупая, — ласково прошептала Аму. — То, что Лео умеет быть другом для Мии и чувствует в ней свою защиту, — это как раз лучшее доказательство. В нем с самого детства заложено умение заботиться о тех, кто ему дорог. В его жилах течет кровь Кукая — Сома никогда не бросают своих и не умеют ревновать. Такая разница в возрасте — это не пропасть. Это значит, что Лео встретит этого ребенка уже не как капризный подросток, а как сильный, взрослый и осознанный старший брат. Он сам будет помогать Кукаю собирать кроватку, сам будет катать коляску по стадиону и первым побежит защищать малыша от любых папарацци. Поверь мне, Лео примет брата или сестру так, что ты еще сама будешь просить его вернуть ребенка из спортзала. Для нашей семьи никакая разница в возрасте не станет пропастью. Хватит сомневаться, Утау Сома. Ты только что дала своей семье то, о чем вы столько лет мечтали. Утау глубоко выдохнула, чувствуя, как последнее сомнение окончательно тает. На её лице сквозь остатки слез проступила та самая, её каноничная, гордая и невероятно счастливая улыбка. Больше не нужно было прятаться и бояться. Вся их большая крепость в Сэтагае была готова поддержать её в этом решении.За дверью ванной послышался бодрый голос Кукая, который уже вовсю гремел тарелками на кухне, помогая Икуто: — Эй, девчонки! Вы там застряли, что ли? Рис остывает, молодожены требуют чаю! Утау и Аму переглянулись и одновременно тихо рассмеялись. Утау поправила свой мягкий повседневный свитер, щелкнула замком, и они вместе вышли в залитый солнцем коридор, навстречу своей шумной, большой и безумно любимой семье, где на диване сладко сопел будущий старший брат Лео