Глава 26

-Почему ты не хочешь ехать домой? Мы с Пьеро сидели в кафе и уплетали за обе щеки аппетитную пиццу с морепродуктами. За окном пролетали редкие снежинки, а город вовсю готовился к Рождеству. Вокруг сновали люди, бегая от ярмарки к ярмарке, тащили кучу подарков, улыбались, смеялись… -Ты же знаешь, что мама опять начнет свою песню по поводу замужества и детей, -я скривилась. -Она всю жизнь была домохозяйкой, положила свою жизнь ради нас с папой, а теперь считает, что я должна пойти по ее стопам. Но я же не такая, и поэтому опять начнутся ссоры. -Может, вместе съездим тогда? Я познакомлюсь с ней и попытаюсь убедить ее в том, что у каждого человека свой путь, -Пьеро ласково погладил мою ладонь кончиками пальцев. Я замотала головой. -Ты что! Она же увидит в тебе потенциального зятя, и придется нам вдвоем ее выслушивать. Ее будет сложно переспорить, даже тебе, Маэстро. Пьеро хмыкнул. -Хорошо, я тебя понял, сейчас не время. Так может ты поедешь со мной в Наро? Мама спрашивала, приеду я один или с тобой. Я зарделась. Синьора Бароне уже не пугала меня, как в момент нашей первой встречи, но однако я все равно чувствовала некое волнение. -Я была бы не против провести Рождество с тобой и твоей семьей. Но не могу оставить родителей одних, мы и так редко видимся. Если ты не против, я приехала бы к тебе через пару дней, на Новый год - все равно я дольше не выдержу под натиском маминых речей, -я хмыкнула. Да мне и двух дней хватит, чтобы подхватить неразобранные чемоданы и умотать на другой конец Италии. Я очень любила своих родителей. Они дали мне любовь и заботу, поддерживали в трудные времена, но в последнее время мама была сильно озабочена моей личной жизнью и статусом бездетной разведенки. По ее мнению, я должна была остаться с Витторио, ведь он «хороший мужчина», а я «зажралась и совсем перестала думать о будущем». Нет, мамочка, я как раз-таки и думаю о том, чтобы в старости сидеть в закатных лучах со своим человеком, попивая вино на пляже, а не горевать в темной комнате. Внезапно, но в этот раз мама ни слова не сказала о том, как важно выйти замуж. Я даже пожалела, что мне пришлось так рано уехать от них, но семья Бароне ждала меня на новогодние праздники, поэтому я, обняв родителей на прощание, помчалась в аэропорт, чтобы через несколько часов оказаться на Сицилии. Пьеро всю дорогу от аэропорта не выпускал моей руки из своей, параллельно решая рабочие вопросы. Они выступили на рождественском концерте у Папы Римского, который шел в прямом эфире, а теперь активно готовились к туру по Латинской Америке. -Я забыл тебе вчера сказать: к нам Иньяцио с Мишель и сыном приедут. Ты ведь не против? -Пьеро посмотрел на меня поверх стекол очков. Я пожала плечами. -А почему я должна быть против? Это ведь твои друзья. Пьеро закатил глаза. -Знаешь, Иньяцио мне практически как брат. Но я что-то в последнее время так устал от него. Его слишком много в моей жизни, но Габриеле – мой крестник, и я не могу отказать им в том, чтобы отметить Новый год вместе. -А расскажи о Мишель – какая она? Как себя с ней вести? Как можешь ее охарактеризовать? -я потрепала мужчину по руке. -Просто будь собой, и сама все увидишь, -неопределенно ответил Пьеро, а я немного напряглась. Что за загадки? Мама Пьеро встретила меня как родную, а папа расцеловал в обе щеки и спросил, есть ли резон выходить на улицу в такой холод. Я заверила мужчину, что на улице можно загорать, и он, довольный ответом, побежал в пекарню за хлебом в одной футболке. Я улыбнулась: жизнерадостность синьора Бароне-старшего меня приободряла. Я разложила вещи в комнате Пьеро, а затем спустилась вниз, чтобы помочь синьоре Бароне приготовить праздничный ужин. Франц и Рита уехали в Англию, прихватив с собой Мариюграцию, поэтому намечались весьма скромные посиделки. -Кэрол, мне Пьеро сказал, что ты занимаешься его домом, -женщина ловко шинковала зелень. -На каком этапе все сейчас? Скоро планируется переезд? -Думаю, к маю можно будет паковать чемоданы, -я помешивала чечевицу. -Начались внутренние работы, почти закончили с инженерными коммуникациями. -Совсем скоро. А ты планируешь переезд? -мама Пьеро хитро взглянула поверх очков. Я напряглась. -Ну, мы обсуждали этот вопрос, но я считаю, что все-таки рановато – мы знакомы всего… -я рассеянно начала считать, сколько же недель мы с Бароне знаем друг друга. -Девять месяцев? Ого! -Не так уж и мало, за такой период можно ребенка родить, -подмигнула синьора Бароне, а отвернулась к окну. Мой нерожденный малыш вновь напомнил о себе, причем в самый неподходящий момент. -А вот и я! -в кухню ворвался глава семейства и поставил бумажные пакеты на деревянный остров. -Все, Элеонора, я во двор – надо прибраться, а то вдруг Габриэле на что-то наткнется. Где Пьеро, кстати? Спит? -На пробежку ушел, -вздохнула мама тенора. -Сказал, что нужно хорошо потренироваться перед плотным ужином. -Молодец, оставил свою ненаглядную в чужом доме одну, -пробурчал мужчина, почесав голову. -Ничего, Кэрол, как только он вернется, так сразу я восполню пробелы в воспитании. Я улыбнулась: папа Пьеро вроде и пригрозил отсутствующему сыну, но сделал это с какой-то отеческой любовью и добротой. Даже на душе стало теплее. Брюнет вернулся через пару часов в абсолютно мокрой спортивной форме. По лицу струились капли пота, а темные влажные волосы были взъерошены. Мама тенора поворчала, упрекнув сына в том, что он долго отсутствовал, но Пьеро практически ничего не ответил, а лишь устало пополз по лестнице на второй этаж, чтобы привести себя в человеческий вид. -И вот так всегда: если Пьеро начинает чем-то заниматься, то он обязательно в это закопается так глубоко, так все изучит, что станет профи. С одной стороны меня как маму радует такая целеустремленность у ребенка, но с другой стороны я вижу перегибы, -нахмурилась Элеонора. -Он и в отношениях такой же? Если взялся, то не отпустит, так ведь? -Это да, -я закивала, словно китайский болванчик. -Но если бы не его решимость и напористость, мы бы скорее всего и не были вместе. После развода я не планировала вступать в отношения как минимум пару лет. -Так ты была в браке? -всплеснула руками мама тенора, а я пожалела, что брякнула, не подумав. -А что же случилось? Я сухо рассказала свою историю, а женщина внимательно слушала, не перебивая. -Так что да, я разведенка. Не лучшая партия для вашего сына, наверно? -я горько усмехнулась. Вот кто тебя за язык тянул? -Не говори глупостей, -махнула синьора Бароне, доставая огромную кастрюлю из глубокого кухонного ящика. -Это не имеет значения. В конце концов, ты уже опытная в этом деле и знаешь, что нужно делать в той или иной ситуации, чтобы спасти брак. И вообще, ты не просто ушла, махнув хвостом, а предпринимала попытки сохранить семью. Это о многом говорит. Главное, чтобы Пьеро в курсе был. -Конечно я все знаю, -посвежевший и похорошевший тенор вошел в кухню. -Мам, не надо Кэрол пытать, она хорошая и приносит мне счастье, больше ничего не имеет значения. Мужчина подошел ко мне и чмокнул в щеку. Меня обдало волной парфюма Пьеро, смешавшегося с цитрусовым гелем для душа. Кожа Пьеро была влажной и горячей после водных процедур. Мама сицилийца улыбнулась и отправила нас отдохнуть перед приездом гостей, попросив только спуститься к шести вечера и помочь накрыть на стол. Пьеро взял меня за руку и повел в свою комнату, где мы растянулись на кровати и после продолжительных поцелуев провалились в сон. Через несколько часов я стояла перед зеркалом и поправляла макияж. Надев мини-юбку с золотистыми пайетками, белую рубашку и золотистые босоножки на высокой шпильке, я чувствовала себя новогодней елкой, но Пьеро был в восторге. Он то и дело пытался меня приобнять, поцеловать или просто прикоснуться. Я же отмахивалась расческой и кистями для макияжа, пытаясь сотворить со своей внешностью что-то праздничное, но не вызывающее – юбки было вполне достаточно. На первом этаже послышались голоса прибывших гостей и детский смех – семья Боскетто прибыла в назначенное место с часовым опозданием. Пьеро, буркнув, что ничего не меняется в этой жизни, взял меня за руку, и мы спустились по лестнице вниз. Я обалдела от того, какой высокой оказалась жена Иньяцио. Мишель мило поприветствовала меня, легко обняв, и я практически уткнулась ей в плечо, несмотря на свои каблуки. Но она показалась мне весьма спокойной, в то время как Иньяцио без конца балагурил и заграбастал меня в свои объятия, сжав так, что дыхание перехватило. А маленький Габриеле лопотал что-то на своем детском языке на руках у Пьеро и вертел в руках машинку, пытаясь причесать ей своего крестного отца. -Ты сегодня здесь как архитектор Пьеро или как его девушка? -подмигнул мужчина, почесав бороду и лукаво улыбаясь. -Пока что два в одном, -я хихикнула, поправив слегка растрепавшиеся локоны. Наконец, после долгих приветствий и знакомства мы сели за стол, и на правах хозяйки синьора Бароне попросила помочь меня перенести блюда с кухни. Шатаясь на высоких каблуках (все-таки не мое это, лучше кеды!), я помогла женщине, и мы наконец-то принялись за еду. Вечер проходил очень уютно. Сначала я и Мишель очень смущались, но бокальчик вина и время сделали свое дело, и мы обсуждали повседневную жизнь. Иньяцио пытался разрядить обстановку и взял в руки гитару, но маленький Габи решил, что сейчас он устроит концерт, поэтому помогал исполнять отцу песни, внося в них новые ноты. Пьеро с родителями обсуждал предстоящий день рождения сестры синьоры Элеоноры, и я видела, с каким уважением он относится к ним. Мне даже стало стыдно, что я плохо думаю о своих родителях, когда мама навязчиво просит выйти меня замуж и родить детей… Семья. В этом слове внезапно для меня скрылся смысл жизни. Я смотрела на родителей Пьеро, на Иньяцио с Мишель и медленно осознавала, что я также хочу собирать у себя дома дорогих мне людей, делиться с ними событиями, воспитывать детей и быть с мужем на одной волне. Мне хотелось, чтобы мой дом был наполнен смехом, уютом, теплом и добротой. Однако проклятый червь сомнения сидел во мне и точил сердце мыслью, что Пьеро может от меня уйти, что я недостаточно привлекательна для него (я невольно скосила взгляд на Мишель – она же участвовала в конкурсах красоты!), что я в принципе недостойна его и вообще начинала задаваться вопросом, а почему, собственно, этот шикарный мужчина остается со мной в отношениях? Чем я его привлекаю? И привлекаю ли на самом деле? -Все в порядке? -шепнул на ушко синьор Бароне-старший, проходя мимо с пустым блюдом из-под горячего. -Ты что-то загрустила. -Все хорошо, не волнуйтесь, просто не выспалась сегодня и устала к ночи, -я постаралась скрыть за улыбкой свои переживания. Отец Пьеро потрепал меня по плечу и скрылся в кухне, а я решила выйти во двор, сославшись на духоту. Элеонора приказным тоном заставила меня накинуть ее теплое длинное пальто и надеть мягкие высокие тапки с овечьей шерстью – чтобы не заболеть в эту холодную ночь. Я, послушно надев все, что мне вручили, с наслаждением вышла на свежий воздух, шевеля ступнями – после высоких каблуков мягкие тапки казались наивысшим наслаждением. -Ты чего сбежала? Все хорошо? -Пьеро хлопнул дверью, а я, обернувшись, пожала плечами. -Тебе не нравится компания? -Все в порядке, просто голова поплыла и мне почему-то грустно, -скрыв истинные мотивы моей кислой физиономии, я поежилась и взглянула в высокое звездное небо. Пьеро приобнял меня, засунув вторую руку в карман теплой куртки. -Ты расстроилась из-за того, что не получишь сегодня подарок? Во время вручения презентов Пьеро, смущаясь и краснея, сказал, что забыл мой подарок в Болонье, но как только мы вернемся, то я обязательно его получу. Я, конечно, удивилась – как это пунктуальный и собранный сицилиец забылся? Но не обиделась ни капли: в руках у меня была очаровательная мягкая пижама от родителей тенора, огромная коробка шоколада ручной работы и фарфоровая чайная пара от семьи Боскетто, что компенсировало расстройство от одного забытого подарка. -Ты что, конечно, нет! -я замахала руками. -Просто не знаю, как объяснить то, что происходит в моей голове… -Тогда не нужно: если уж ты не понимаешь, то я как мужчина просто умываю руки, -нервно хохотнул тенор, а потом как-то напрягся. -А я могу тебя порадовать? -Конечно, -я мягко улыбнулась, положив голову на плечо мужчине. -Хочешь что-то приятное сказать? Я готова. Тенор глубоко вздохнул и произнес: -Я тебе соврал. -Ты таким образом хочешь меня обрадовать? Что-то ты выбрал не тот способ, -я окинула мужчину недоверчивым взглядом. -Пьеро, ты еще больше меня пугаешь, что случилось? Тревожность с новой силой напала на меня, и я представила самые ужасные картины: он меня не любит? Изменил? Нашел другую? Да нет, бред какой-то. Зачем тогда он пригласил меня отмечать праздник в отчий дом? Чтобы расстаться? Если да, то когда он это решил? Сегодня? Или пару недель назад? Или ему просто отказать было неудобно перед самым праздником, поэтому я здесь? Или... Пьеро несколько раз открыл рот, собираясь с мыслями, и наконец-то начал говорить. -Я не забыл подарок. Он здесь, но, прежде чем я его подарю тебе, хочу, чтобы ты знала: это куплено не на эмоциях, он от чистого сердца. Я очень люблю тебя, Кэрол, и с каждым днем люблю все сильнее. Я когда тебя вижу, то понимаю, что сделал один из самых правильных выборов в жизни, когда не выкинул салфетку с твоим номером, а посмотрел на тебя в соцсетях, проверил, где ты работаешь и по итогу обратился в ваше бюро. Я помню, когда нашел тебя в Запретграмме, где ты, без масок и тонны косметики, позировала в горах и восторженно писала о том, как красиво в Швейцарии летом. Как снимала туристов на улицах Болоньи и говорила о том, что хотела бы быть на их месте и вновь влюбиться в этот город... Я тогда подумал, что хочу узнать тебя поближе, поэтому стройка дома показалась мне идеальным предлогом для этого. -Ты следил за мной? Серьезно, Пьеро? -я густо покраснела. -Боже, а как же те всратые мемы в закрепленных историях? Я же их перед тем, как подписаться на тебя, удалила, чтобы не позориться… Получается, ты их видел? Пьеро, запрокинув голову, расхохотался. Нервно и громко. -О чем я и говорю! Ты искренняя и открытая, даже ругаешься от души, но это тебя не портит, и я хочу стать таким же. Да, мемы видел, даже парочку себе оставил, но сейчас не об этом. Кэролайн, прими этот подарок и ответь на один вопрос… Тенор нервно пошарил в кармане куртки и извлек на свет небольшую темно-синюю бархатную коробочку. Я инстинктивно зажала рот рукой, стараясь не заплакать от осознания того, что так внезапно найден ответ на все мои тревожные вопросы. Пьеро встал на одно колено, и, напряженно улыбаясь, спросил: -Ты будешь моей женой? Мир остановился. Я смотрела в глаза напротив, где застыл ожидающий и одновременно влюбленный взгляд, и не могла произнести ни звука. Наверно, только сейчас я поняла, как я люблю этого человека и на что готова пойти, чтобы быть с ним рядом. Звезды, рассыпавшиеся по темному небу, холодный ветер нового года, трепавший нам волосы, звуки празднования, доносившиеся с других домов и бешено колотящееся от радости сердце – именно таким я запомню этот момент на всю жизнь. Я, закусив губу, чтобы не расплакаться, закивала и протянула руку мужчине. Он трясущимися ладонями надел кольцо на безымянный палец и нежно его поцеловал. Затем встал и, облегченно выдохнув, нежно запечатлел поцелуй на моих губах и прижался своим лбом к моему, обхватив холодными руками разгоряченное лицо. -Ты сделала самый большой подарок в моей жизни, -прошептал Пьеро, прикрыв глаза. -О лучшем я и мечтать не могу. -Я тоже, -я всхлипнула и посмотрела на тонкое кольцо из белого золота с аккуратным бриллиантом в огранке «багет», который сверкал в электрическом свете из окон дома. -Оно такое красивое, Пьеро, как с картинки. -Рад, что тебе понравилось, -мужчина спокойно улыбнулся и зарылся носом в макушку. -Теперь ты не будешь грустить? -Нет, -я замотала головой, прикрыв глаза. -Я просто думала о том, что мне хочется также собирать близких людей у себя, устраивать семейные вечера, и чтобы именно ты был главой этой семьи, а я – в качестве жены рядом с тобой. И так грустно стало, что этого может и не случиться, однако ты практически сразу дал ответ на эти переживания. Это новогоднее чудо какое-то. -А я боялся, -засмеялся Пьеро, облегченно вздыхая. -Боялся испортить праздник, поэтому соврал, что подарок остался в Болонье. Подумал, что ты откажешь мне, ведь это должно происходить только между нами двоими, в шикарной локации, но потом решил, что это глупо, ведь отчий дом – лучшее место продолжить семейную историю, и весь вечер искал подходящего момента, чтобы уединиться, а ты сама все сделала за меня. -Что ж, теперь придется рассказать всем остальным, что мы наделали, -я глупо хихикнула и пожала плечами. -Пойдем? Холодно что-то стало. И мы, крепко взявшись за руки, вернулись в дом уже в новом статусе.